– Маркиза де Периньон? Лариса Ковентри Периньон Нью, – представилась стройная журналистка в твидовом костюме.
– Мой город? – осторожно произнесла китаянка, – явно ожидая подвоха.
– Из служанки в дворянки, какого – стать синьорой округа. Или вы ещё сеньорита, несмотря на беременность? – усилила напор женщина.
– Так её Лариса! Поддай жару! Отчебучь эту сучку, – «раздались возгласы из толпы зевак». Охрана оцепления напряглась, «но видно им дали твёрдое указание – не вмешиваться», – подумал Сёши. – И в этот момент его наконец заметили. «Видно, не стоило так вытягивать шею», – с опозданием подумал юноша, когда некто с криком – «смотрите тут ещё одна», – оказался прямо за его спиной.
– Вы ведь тоже фрейлина, – выдохнул, запыхавшийся тучный мужчина в клетчатом пиджаке и таких же штанах.
– Что эта девочка! А ведь верно, у них один наряд, – определил некто в костюме денди, приподняв в знак приветствия стесон.
– Леди, – Я Стив Мелок Гарньер Пост Техас, – произнес репортер, одарив юношу белозубой улыбкой.
– Она моя, куда лезешь ковбой! – рассвирепел толстяк.
– Простите его за грубость синьора, – извинился техасец, вновь приподняв шляпу.
– Юноша поежился, «холодно». Кто-то набросил на плечи шаль. – «Охранница?». «Ну хоть какая-то от вас польза», – а вывести отсюда, – наклонившись спросил юноша. – «Отрицательный кивок?» – «Ну да четвертая власть, приходиться считаться», – вздохнул Сёши готовясь к ответам.
– Так вы подтверждаете, что забрали деньги из фонда беженцев? – «Опять эта горластая на Синь наседает», – подумал парень с тоской оглядываясь вокруг. – «Не сбежать». «Со всех сторон люди. Толстяка оттиснули в сторону, на его месте рослая испанка, которую по-тихому тискает техасец». –«Ну да за всё нужно платить, из-за эксклюзив, похоже тоже», – сочувственно кивает Сёши. «Но, о чём она спрашивает?» – Что? – Да, Сара Гарсия! – Лицо? – Простая операция. – От кого ребёнок? – О чём это она? «Ах да он же случайно обмолвился в примерочной. Неужели уже разболтали». – Без комментариев, – отвечает Сёши, пытаясь протиснутся к Синь Цунг.
– Так вы любовница принца консорта, – допытывается Лариса, приставив микрофон к лицу китаянки.
– И ваш наряд, и брильянты тоже взяты с казны, – пытается внести свою лепту кто-то из толпы.
– Грёбанные дворяне! Только и можете кровь сосать, – «угрожающий тон», – отмечает юноша. «Охрана тоже заметила, напряглась».
– Да не брала я! – Выкрикивает Синь Цунг чуть не плача. Прежняя администрация, уже всё подчистила. А платья. Это лишь мишура. И потом. Я уже перечислила с личного счёта необходимую суму, – выдохнула она.
– «Ассистент запрос, подтверждение», — спрашивает Лариса кого-то щуплого в серой куртке с планшетом наперевес. Парень в очках кивает. Лицо журналистки теплеет. – Камеру ближе, — командует она оператору...
– Уважаемые зрители сегодня представляем вам новую хозяйку округа Периньон: пожертвовавшую деньги из личного фонда, для помощи пострадавшим детям... Крупный план, а вы улыбайтесь, – приказала журналистка фрейлине.
– Липа — эта синьора, – шепчет журналистке стажёр. – О чём ты очкастый не мешай, ладно, что ещё накопал? – шипит репортёрша, одновременно пытаясь улыбнуться.
– Нищая она. Такая сумма, я всё проверил. Недавно Синь Цунг сняла всё со счёта, назад не вернула.
– Погоди, но ты же подтвердил закупку: воды, провианта, одеял, – удивилась женщина. — Мой косяк, – вздохнул стажер. – Помощь отправлена потому и не сообразил. А это мог быть кто угодно. Да и потом кто знает, что было. «Пара цистерн в джипе, видели мы таких», — злобно прошипел парень.
– Хм, понятно. Что ж, она мне нравилась, но меняем тему! Операция – «Разгром». Там сзади предупреди, – приказал она ассистенту, послушно исчезнувшему в тени.
– Простите маркиза. Тут нам сообщили, что ваш счёт пуст так же, как счет округа, а значит и перечислить с него вы ничего не могли, – забила последний гвоздь в гроб, репортёрша.
– Но помощь отправлена. А деньги... взяты с другого источника..., – выпалила Синь, обмахиваясь веером.
– О вам жарко. А какого тем детям, коих вы оставили умирать. И что ж это за источник такой, что смог проспонсировать спасение тысячи человек, – саркастично спросила Лариса.
– Подпольный клуб, Он здесь в Мадриде. Я поставила ставку на победителя и выиграла... Ой, – вздрогнула девушка, зажав рот рукой.
– Ого! Так ты, убери камеру, убрал я сказала, – нахмурилась Лариса. – Ты чего это же бомба, не понял оператор. – Угу, только атомная, — пояснила девушка. Это у нас герцогиня добрая, даже охрану предупредила, чтоб не мешали. А клуб – детище семьи Фанг. Тут другой оборот. Хочешь рыб кормить, не мешаю, только меня не вмешивай, – заключила она, собирая микрофон в сумку и кланяясь обеим фрейлинам.
– Простите синьора долг зовёт, – попрощался техасец, приподнимая шляпу.
... Толпа рассосалась. Толстяк со своим ассистентом обрадовано кинулся к Сёши, но оглянувшись вокруг, неожиданно заробел, и бросился наутёк.
– Что это было, – не понял юноша – оглядывая коридор, где осталась лишь охрана. – «Но этих скорей за скульптуры принять можно», – отрешенно подумал Сёши, пытаясь взглядом отыскать ту, кто принес шаль. «Но может, её здесь и нет». «И, если б не платок на плечах». «Стоп – плечи голые!» – «Может, померещилось?» – «Впрочем, для той, кто подобна призраку смогла вернуть себе вещи. И исчезнуть, не составит труда, – успокоил себя юноша, готовый двинутся в путь...
– Знакомая дверь. И слуги у входа те же. Синь Цунг что-то шепчет церемониймейстеру, тот хмурится, но соглашается не объявлять – вновь прибывших: и вот они в зале.
«Народу... Изящные дамы в бальных платьях, боевые офицеры в красных и белых мундирах. Последние, скорей всего моряки», – отмечает юноша, заметив церемониальный кортик у пояса одного из мужчин, стоявшего ближе к ним. Его собеседник скорее всего аристократ из старой знати. – «Возможно, дядя и племянник», – распределил роли Сёши, прислушавшись к разговору:
– И, что вы думаете, о короле, Квентин, – произносит пожилой потягивая вино.
– Я лишь капитан моё дело корабль. А дворцовые интриги..., – офицер хмурится, рассматривая рыбу на тарелке. «Пандус ему вероятно и в море надоел», – усмехнулся про себя Сёши.
– Но вы так же и Барон Толедо, – напоминает мужчине старший, – похлопывая по плечу.
– Оставьте граф. Аристократы – скопище клоунов на потеху толпе. Я мог бы сидеть в виноградниках, как мой брат, но, как видите, выбрал военной флот. Пусть форма тоже своего рода ширма, но так, я вам не по зубам, – усмехнулся капитан.
– Глупый мальчишка. Укрылись от мира на своей лоханке, и думаете так жить? Испания на пороге войны. Король готов отречься. Кто сменит? Безвольная марионетка, любитель лошадей. Внук короля молод, его отец бесполезен. Вы верно сказали, страна бедна, дворяне бьются за кость со стола магнатов. Но их заводы, на наших землях. Они убивают среду, губят виноградники: выплачивая жалкие компенсации. «Но всё можно изменить если мы посадим на трон «того человека...», — заговорщицким шёпотом произнес граф.
– Заинтриговали. Но нет! Вы уже перечислили всех, кому нельзя отдать престол. Остаётся – брат короля. Прочие домыслы отметаю, как несущественные. Вряд ли, вы предложили бы мне: участие в революции, смену династии, анархию. Да и с каких пор консерваторы устраивают заговоры, – улыбнулся Капитан. – И не то, чтоб я не любил премьер-министра, но... наш парламент, так же нуждается в нём, – выкрутился из неловкой ситуации Квентин.
– О да вы тонкий политик, – усмехнулся граф. – Так подать блюдо с душком, даже я бы не смог, – добавил он, поглаживая эспаньолку.
– Вы преувеличиваете. Просто сказал, что думал. «И не уговаривайте, я в не политики, по крайней мере пока, не буду уверен, что мои действия не отразятся на семье», — сказал капитан.
– Ну, рисковать близкими никто не хочет, но, если я вам скажу, что есть способ максимально обезопасить вас, даже в случае провала, – спросил вельможа, не отводя глаз.
– А разве, возможно, – удивился Квентин. – Измена есть измена. Любое преступление против короны, карается смертью. Правила устарели, но пока в силе. «Или я что-то не знаю?», — с сомнением спросил барон.
– Ну вот мы и подошли к сути. Посмотри кто рядом с королём. Вспомни, где мы находимся. «Заручись поддержкой герцогини, и станешь выше закона, и вообще всего в мире», — помпезно произнес граф.
– Де ля Сильва? Конечно, они влиятельны, но и люди для них ничто. – «Боги не вмешиваются в дела смертных», – так однажды сказала Алисия в ответ на просьбу моего брата. Конечно, это была шутка: они были пьяны, но это реально так. Впрочем, говорите, – закончил тираду Квентин.
– У вас чистый ум. Вот почему я хочу, что б вы были с нами. Но раз, так любите загадки, давайте восстановим сеть событий. Просто сыграем в игру: «Что есть, и что возможно», – предложил вельможа. – Даже так, ну, что ж... Соглашусь..., — улыбнулся Квентин. – До сих пор вы даже не заикались о том, чтоб использовать её светлость. Во-первых, это небезопасно, во-вторых, смотрим первое. Алисия де Сильва завидная невеста, гарант успеха. Мы почти ровесники. Она отказала брату, но возможно не он был её целью, – сделал предположенье барон.
– А ведь, верно, она приезжала лишь когда я был дома, и та прогулка на яхте... Так вот в чём дело... «Так это, она попросила вас выступить в роли свахи?» — с надеждой в голосе спросил офицер.
– Ох дорогой мой. Вы даже приглашенье не прочитали? Там же черным по белому написано, из-за чего приём, – всплеснул руками граф.
– Вы об этом, – спросил Квентин вытаскивая из кармана жёваное письмо. – Так посмотрим:
Уважаемый ... просим вас ..., в связи с инаугурацией испанской инфанты – Изабеллы Александры де Бурбон, де Сильвия, – в изумленье произнёс капитан.
– Теперь видите. Зажглась новая звезда. Причём говорят её отец наследник прежней династии: страны – Восходящего Солнца, а новый жених потомок, чуть ли не самого сёгуна. В общем стандартный династический брак, меж влиятельными семьями, – пояснил вельможа.
– Но к счастью для вас инфанта набрала фрейлин, дав каждой титул маркизы. Пока, их лишь трое. Китаянку отбрасываем. Говорят – она своенравна и грубит хозяйке. Пока принцесса её не трогает, но кто знает, как долго продлиться её благосклонность. Де Сильва терпеньем не отличаются, а вслед за женой пострадаете, и вы. Вторая девушка: Констанс – немного жутковата, вон она стоит рядом с троном герцогини, недвижима как статуя. Эту не тронут, даже если мир рухнет: ведь она тоже де Сильва причём напрямую, от Монтегос Салвадоро. Подробностей не знаю: копать опасно, но многие молятся на неё, как на богиню. И вот третья кандидатка. Бывшая охранница, по виду японка, но имя – Сара Гарсия, а значит либо испанка, либо полукровка. Её статус не определён. Шпионы докладывают – патент на назначение маркизы, до сих пор у Главы комитета. Охико Осаки – тёмная лошадка. Родилась в Японии – выглядит как ирландка. Околдовывает всех, с кем встречается. Ну, а задержку с назначением маркизы обуславливают тем, что фаворитка, хочет оставить Сару себе.
– Любимица герцогини? «А фото у вас есть?», — спросил капитан, потирая виски.
– Вы в порядке, как-то вдруг побледнели. Вот пара фотографий. Малышка получилось не очень, вид лишь сбоку: когда садилась в машину, – ответил граф, выложив снимки на столе.
– Нет я не про фрейлину. «Зачем довольствоваться сёмгой, если есть ангулас», – сымпровизировал барон.
– Погодите, но ваша мать не примет иностранку, про батюшку вообще молчу, – стушевался вельможа.
– Второй принц женат на ирландке, а мне нельзя, – удивился Квентин, – потом гражданство уже вторично. Главное влияние, власть... вы же сами меня учили, – добавил он, протянув руку графу...
– «Так, так! Значит у местных дворян объявлена охота на свиту Ибби, и Охико – золотая рыбка», – улыбнулся про себя Сёши. – «Как интересно! Что там дальше? О, нет, за окном фейерверк за грохотом – ничего не слышно». «Нужно подкрасться поближе», – подумал юноша, осматриваясь в поисках укромных мест.
– «Ага есть. Стол аристократов, почти в самом углу, у, окна. От колонн, со стороны зала – глубокая тень... Если спрятаться в ней...»
– Смотри салют, – шепчет китаянка на ухо Сёши, – я на улицу, ты со мной? – Спрашивает она, но не дождавшись ответа уходит, бросив что-то типа – «скоро вернусь...»
Зал пустеет, все спешат во двор смотреть представление, однако заговорщики ещё на месте. И там, где они, свет приглушен, «что облегчит маскировку», – радостно потёр руки юноша, пробираясь к тёмному закутку.
– «На месте. Акустика отличная, теперь он даже слышит, что граф слегка шепелявит. Зато у барона мягкий, низкий голос». «Да и вблизи он гораздо симпатичней», – отметил для себя Сёши...
... Погодите, она тоже школьница, – недоуменно воскликнул капитан, разглядывая снимки рыжеволосой.
– Я полагал старше будет. Может даже моего возраста. А тут, да, она крупная, но совсем ребёнок, – расстроился барон.
– Вот как. Значит Сару и Констанс тоже отметаем, ведь они дети? – Спросил граф, перекладывая фото девочек в другую пачку.
– Да, пожалуй, маркиза Периньон лучший выбор. К тому же она редкая красавица, – рассеянно пробормотал Квентин, разглядывая снимок – Синь Цунг.
– О ком это вы? – нагло спросил гладко выбритый долговязый идальго, в чёрных атласных туфлях, слегка жёванном фраке, и брюках того же цвета.
– О Виконт Мон Веласко, – поприветствовал вновь прибывшего граф.
– Квентин Энрикс, – представился капитан, склонив голову согласно этикету.
– Да, да, конечно, оставьте формальности, что тут у вас, – спросил мужчина, окидывая взглядом разложенные фото.
– Да так ничего особого, – поспешил собрать снимки граф.
– Погодите это же слуги инфанты, – расхохотался Мон прихлопнув фото, как тараканов. – Ну ка глянем. Мертвячка, уродка, а это воскликнул он, выдергивая из рук капитана снимок Синь Цунг.
– Азиатка? И это ваш выбор. Не хочу расстраивать, но ваша цель, обокрала собственный округ. Да, пока там был мой дядя всё было тихо, но сейчас козна пуста, а его ждет суд за то, что он не совершал, – злобно выкрикнул виконт, бросая фото на стол, и ударяя по нему тростью, зажатой в руке.
– Погодите! Вы, уверены? – Спросил капитан, поспешно сгребая снимки, и передавая их графу.
– А то. Теперь мой брат: верховный судья – должен осудить родных. Но казна ладно, её пополняют раз в год. Но, фонд помощи беженцам, был субсидирован государством и лично герцогиней. А она шутить не любит, – всплакнул Веласко.
– Что, хотите сказать она ограбила хозяйку? Немыслимо! У вас есть доказательства? Вы должны пойти к королю. «Не бойтесь мы вас поддержим», — гневно произнес граф.
– А смысл. Она же фрейлина. Будь хоть трижды преступница, всё равно не осудят! А вот дядю казнят! – зло выкрикнул Мон ударяя тростью, по столу, после каждого слова приговаривая:
– Мерзкая, беспринципная воровка! Воровка, воровка, воровка!
– Да ложь всё это! – Сёши сам не понял почему, решил заступиться за Синь. Пусть в последнее время они стали ближе, «но не настолько, чтоб выдавать себя», – с огорченьем подумал юноша, – «но может все воспримут его голос как отголосок, или эхо, но...»
– Кто там! – выкрикивает виконт, вглядываясь в темноту. – По голосу ребенок, или девушка, – заметил граф. – Кто она вам? – спросил капитан: решив расставить все точки над «i».
– Мой город? – осторожно произнесла китаянка, – явно ожидая подвоха.
– Из служанки в дворянки, какого – стать синьорой округа. Или вы ещё сеньорита, несмотря на беременность? – усилила напор женщина.
– Так её Лариса! Поддай жару! Отчебучь эту сучку, – «раздались возгласы из толпы зевак». Охрана оцепления напряглась, «но видно им дали твёрдое указание – не вмешиваться», – подумал Сёши. – И в этот момент его наконец заметили. «Видно, не стоило так вытягивать шею», – с опозданием подумал юноша, когда некто с криком – «смотрите тут ещё одна», – оказался прямо за его спиной.
– Вы ведь тоже фрейлина, – выдохнул, запыхавшийся тучный мужчина в клетчатом пиджаке и таких же штанах.
– Что эта девочка! А ведь верно, у них один наряд, – определил некто в костюме денди, приподняв в знак приветствия стесон.
– Леди, – Я Стив Мелок Гарньер Пост Техас, – произнес репортер, одарив юношу белозубой улыбкой.
– Она моя, куда лезешь ковбой! – рассвирепел толстяк.
– Простите его за грубость синьора, – извинился техасец, вновь приподняв шляпу.
– Юноша поежился, «холодно». Кто-то набросил на плечи шаль. – «Охранница?». «Ну хоть какая-то от вас польза», – а вывести отсюда, – наклонившись спросил юноша. – «Отрицательный кивок?» – «Ну да четвертая власть, приходиться считаться», – вздохнул Сёши готовясь к ответам.
– Так вы подтверждаете, что забрали деньги из фонда беженцев? – «Опять эта горластая на Синь наседает», – подумал парень с тоской оглядываясь вокруг. – «Не сбежать». «Со всех сторон люди. Толстяка оттиснули в сторону, на его месте рослая испанка, которую по-тихому тискает техасец». –«Ну да за всё нужно платить, из-за эксклюзив, похоже тоже», – сочувственно кивает Сёши. «Но, о чём она спрашивает?» – Что? – Да, Сара Гарсия! – Лицо? – Простая операция. – От кого ребёнок? – О чём это она? «Ах да он же случайно обмолвился в примерочной. Неужели уже разболтали». – Без комментариев, – отвечает Сёши, пытаясь протиснутся к Синь Цунг.
– Так вы любовница принца консорта, – допытывается Лариса, приставив микрофон к лицу китаянки.
– И ваш наряд, и брильянты тоже взяты с казны, – пытается внести свою лепту кто-то из толпы.
– Грёбанные дворяне! Только и можете кровь сосать, – «угрожающий тон», – отмечает юноша. «Охрана тоже заметила, напряглась».
– Да не брала я! – Выкрикивает Синь Цунг чуть не плача. Прежняя администрация, уже всё подчистила. А платья. Это лишь мишура. И потом. Я уже перечислила с личного счёта необходимую суму, – выдохнула она.
– «Ассистент запрос, подтверждение», — спрашивает Лариса кого-то щуплого в серой куртке с планшетом наперевес. Парень в очках кивает. Лицо журналистки теплеет. – Камеру ближе, — командует она оператору...
– Уважаемые зрители сегодня представляем вам новую хозяйку округа Периньон: пожертвовавшую деньги из личного фонда, для помощи пострадавшим детям... Крупный план, а вы улыбайтесь, – приказала журналистка фрейлине.
– Липа — эта синьора, – шепчет журналистке стажёр. – О чём ты очкастый не мешай, ладно, что ещё накопал? – шипит репортёрша, одновременно пытаясь улыбнуться.
– Нищая она. Такая сумма, я всё проверил. Недавно Синь Цунг сняла всё со счёта, назад не вернула.
– Погоди, но ты же подтвердил закупку: воды, провианта, одеял, – удивилась женщина. — Мой косяк, – вздохнул стажер. – Помощь отправлена потому и не сообразил. А это мог быть кто угодно. Да и потом кто знает, что было. «Пара цистерн в джипе, видели мы таких», — злобно прошипел парень.
– Хм, понятно. Что ж, она мне нравилась, но меняем тему! Операция – «Разгром». Там сзади предупреди, – приказал она ассистенту, послушно исчезнувшему в тени.
– Простите маркиза. Тут нам сообщили, что ваш счёт пуст так же, как счет округа, а значит и перечислить с него вы ничего не могли, – забила последний гвоздь в гроб, репортёрша.
– Но помощь отправлена. А деньги... взяты с другого источника..., – выпалила Синь, обмахиваясь веером.
– О вам жарко. А какого тем детям, коих вы оставили умирать. И что ж это за источник такой, что смог проспонсировать спасение тысячи человек, – саркастично спросила Лариса.
– Подпольный клуб, Он здесь в Мадриде. Я поставила ставку на победителя и выиграла... Ой, – вздрогнула девушка, зажав рот рукой.
– Ого! Так ты, убери камеру, убрал я сказала, – нахмурилась Лариса. – Ты чего это же бомба, не понял оператор. – Угу, только атомная, — пояснила девушка. Это у нас герцогиня добрая, даже охрану предупредила, чтоб не мешали. А клуб – детище семьи Фанг. Тут другой оборот. Хочешь рыб кормить, не мешаю, только меня не вмешивай, – заключила она, собирая микрофон в сумку и кланяясь обеим фрейлинам.
– Простите синьора долг зовёт, – попрощался техасец, приподнимая шляпу.
... Толпа рассосалась. Толстяк со своим ассистентом обрадовано кинулся к Сёши, но оглянувшись вокруг, неожиданно заробел, и бросился наутёк.
– Что это было, – не понял юноша – оглядывая коридор, где осталась лишь охрана. – «Но этих скорей за скульптуры принять можно», – отрешенно подумал Сёши, пытаясь взглядом отыскать ту, кто принес шаль. «Но может, её здесь и нет». «И, если б не платок на плечах». «Стоп – плечи голые!» – «Может, померещилось?» – «Впрочем, для той, кто подобна призраку смогла вернуть себе вещи. И исчезнуть, не составит труда, – успокоил себя юноша, готовый двинутся в путь...
***
– Знакомая дверь. И слуги у входа те же. Синь Цунг что-то шепчет церемониймейстеру, тот хмурится, но соглашается не объявлять – вновь прибывших: и вот они в зале.
«Народу... Изящные дамы в бальных платьях, боевые офицеры в красных и белых мундирах. Последние, скорей всего моряки», – отмечает юноша, заметив церемониальный кортик у пояса одного из мужчин, стоявшего ближе к ним. Его собеседник скорее всего аристократ из старой знати. – «Возможно, дядя и племянник», – распределил роли Сёши, прислушавшись к разговору:
– И, что вы думаете, о короле, Квентин, – произносит пожилой потягивая вино.
– Я лишь капитан моё дело корабль. А дворцовые интриги..., – офицер хмурится, рассматривая рыбу на тарелке. «Пандус ему вероятно и в море надоел», – усмехнулся про себя Сёши.
– Но вы так же и Барон Толедо, – напоминает мужчине старший, – похлопывая по плечу.
– Оставьте граф. Аристократы – скопище клоунов на потеху толпе. Я мог бы сидеть в виноградниках, как мой брат, но, как видите, выбрал военной флот. Пусть форма тоже своего рода ширма, но так, я вам не по зубам, – усмехнулся капитан.
– Глупый мальчишка. Укрылись от мира на своей лоханке, и думаете так жить? Испания на пороге войны. Король готов отречься. Кто сменит? Безвольная марионетка, любитель лошадей. Внук короля молод, его отец бесполезен. Вы верно сказали, страна бедна, дворяне бьются за кость со стола магнатов. Но их заводы, на наших землях. Они убивают среду, губят виноградники: выплачивая жалкие компенсации. «Но всё можно изменить если мы посадим на трон «того человека...», — заговорщицким шёпотом произнес граф.
– Заинтриговали. Но нет! Вы уже перечислили всех, кому нельзя отдать престол. Остаётся – брат короля. Прочие домыслы отметаю, как несущественные. Вряд ли, вы предложили бы мне: участие в революции, смену династии, анархию. Да и с каких пор консерваторы устраивают заговоры, – улыбнулся Капитан. – И не то, чтоб я не любил премьер-министра, но... наш парламент, так же нуждается в нём, – выкрутился из неловкой ситуации Квентин.
– О да вы тонкий политик, – усмехнулся граф. – Так подать блюдо с душком, даже я бы не смог, – добавил он, поглаживая эспаньолку.
– Вы преувеличиваете. Просто сказал, что думал. «И не уговаривайте, я в не политики, по крайней мере пока, не буду уверен, что мои действия не отразятся на семье», — сказал капитан.
– Ну, рисковать близкими никто не хочет, но, если я вам скажу, что есть способ максимально обезопасить вас, даже в случае провала, – спросил вельможа, не отводя глаз.
– А разве, возможно, – удивился Квентин. – Измена есть измена. Любое преступление против короны, карается смертью. Правила устарели, но пока в силе. «Или я что-то не знаю?», — с сомнением спросил барон.
– Ну вот мы и подошли к сути. Посмотри кто рядом с королём. Вспомни, где мы находимся. «Заручись поддержкой герцогини, и станешь выше закона, и вообще всего в мире», — помпезно произнес граф.
– Де ля Сильва? Конечно, они влиятельны, но и люди для них ничто. – «Боги не вмешиваются в дела смертных», – так однажды сказала Алисия в ответ на просьбу моего брата. Конечно, это была шутка: они были пьяны, но это реально так. Впрочем, говорите, – закончил тираду Квентин.
– У вас чистый ум. Вот почему я хочу, что б вы были с нами. Но раз, так любите загадки, давайте восстановим сеть событий. Просто сыграем в игру: «Что есть, и что возможно», – предложил вельможа. – Даже так, ну, что ж... Соглашусь..., — улыбнулся Квентин. – До сих пор вы даже не заикались о том, чтоб использовать её светлость. Во-первых, это небезопасно, во-вторых, смотрим первое. Алисия де Сильва завидная невеста, гарант успеха. Мы почти ровесники. Она отказала брату, но возможно не он был её целью, – сделал предположенье барон.
– А ведь, верно, она приезжала лишь когда я был дома, и та прогулка на яхте... Так вот в чём дело... «Так это, она попросила вас выступить в роли свахи?» — с надеждой в голосе спросил офицер.
– Ох дорогой мой. Вы даже приглашенье не прочитали? Там же черным по белому написано, из-за чего приём, – всплеснул руками граф.
– Вы об этом, – спросил Квентин вытаскивая из кармана жёваное письмо. – Так посмотрим:
Уважаемый ... просим вас ..., в связи с инаугурацией испанской инфанты – Изабеллы Александры де Бурбон, де Сильвия, – в изумленье произнёс капитан.
– Теперь видите. Зажглась новая звезда. Причём говорят её отец наследник прежней династии: страны – Восходящего Солнца, а новый жених потомок, чуть ли не самого сёгуна. В общем стандартный династический брак, меж влиятельными семьями, – пояснил вельможа.
– Но к счастью для вас инфанта набрала фрейлин, дав каждой титул маркизы. Пока, их лишь трое. Китаянку отбрасываем. Говорят – она своенравна и грубит хозяйке. Пока принцесса её не трогает, но кто знает, как долго продлиться её благосклонность. Де Сильва терпеньем не отличаются, а вслед за женой пострадаете, и вы. Вторая девушка: Констанс – немного жутковата, вон она стоит рядом с троном герцогини, недвижима как статуя. Эту не тронут, даже если мир рухнет: ведь она тоже де Сильва причём напрямую, от Монтегос Салвадоро. Подробностей не знаю: копать опасно, но многие молятся на неё, как на богиню. И вот третья кандидатка. Бывшая охранница, по виду японка, но имя – Сара Гарсия, а значит либо испанка, либо полукровка. Её статус не определён. Шпионы докладывают – патент на назначение маркизы, до сих пор у Главы комитета. Охико Осаки – тёмная лошадка. Родилась в Японии – выглядит как ирландка. Околдовывает всех, с кем встречается. Ну, а задержку с назначением маркизы обуславливают тем, что фаворитка, хочет оставить Сару себе.
– Любимица герцогини? «А фото у вас есть?», — спросил капитан, потирая виски.
– Вы в порядке, как-то вдруг побледнели. Вот пара фотографий. Малышка получилось не очень, вид лишь сбоку: когда садилась в машину, – ответил граф, выложив снимки на столе.
– Нет я не про фрейлину. «Зачем довольствоваться сёмгой, если есть ангулас», – сымпровизировал барон.
– Погодите, но ваша мать не примет иностранку, про батюшку вообще молчу, – стушевался вельможа.
– Второй принц женат на ирландке, а мне нельзя, – удивился Квентин, – потом гражданство уже вторично. Главное влияние, власть... вы же сами меня учили, – добавил он, протянув руку графу...
– «Так, так! Значит у местных дворян объявлена охота на свиту Ибби, и Охико – золотая рыбка», – улыбнулся про себя Сёши. – «Как интересно! Что там дальше? О, нет, за окном фейерверк за грохотом – ничего не слышно». «Нужно подкрасться поближе», – подумал юноша, осматриваясь в поисках укромных мест.
– «Ага есть. Стол аристократов, почти в самом углу, у, окна. От колонн, со стороны зала – глубокая тень... Если спрятаться в ней...»
– Смотри салют, – шепчет китаянка на ухо Сёши, – я на улицу, ты со мной? – Спрашивает она, но не дождавшись ответа уходит, бросив что-то типа – «скоро вернусь...»
Зал пустеет, все спешат во двор смотреть представление, однако заговорщики ещё на месте. И там, где они, свет приглушен, «что облегчит маскировку», – радостно потёр руки юноша, пробираясь к тёмному закутку.
– «На месте. Акустика отличная, теперь он даже слышит, что граф слегка шепелявит. Зато у барона мягкий, низкий голос». «Да и вблизи он гораздо симпатичней», – отметил для себя Сёши...
... Погодите, она тоже школьница, – недоуменно воскликнул капитан, разглядывая снимки рыжеволосой.
– Я полагал старше будет. Может даже моего возраста. А тут, да, она крупная, но совсем ребёнок, – расстроился барон.
– Вот как. Значит Сару и Констанс тоже отметаем, ведь они дети? – Спросил граф, перекладывая фото девочек в другую пачку.
– Да, пожалуй, маркиза Периньон лучший выбор. К тому же она редкая красавица, – рассеянно пробормотал Квентин, разглядывая снимок – Синь Цунг.
– О ком это вы? – нагло спросил гладко выбритый долговязый идальго, в чёрных атласных туфлях, слегка жёванном фраке, и брюках того же цвета.
– О Виконт Мон Веласко, – поприветствовал вновь прибывшего граф.
– Квентин Энрикс, – представился капитан, склонив голову согласно этикету.
– Да, да, конечно, оставьте формальности, что тут у вас, – спросил мужчина, окидывая взглядом разложенные фото.
– Да так ничего особого, – поспешил собрать снимки граф.
– Погодите это же слуги инфанты, – расхохотался Мон прихлопнув фото, как тараканов. – Ну ка глянем. Мертвячка, уродка, а это воскликнул он, выдергивая из рук капитана снимок Синь Цунг.
– Азиатка? И это ваш выбор. Не хочу расстраивать, но ваша цель, обокрала собственный округ. Да, пока там был мой дядя всё было тихо, но сейчас козна пуста, а его ждет суд за то, что он не совершал, – злобно выкрикнул виконт, бросая фото на стол, и ударяя по нему тростью, зажатой в руке.
– Погодите! Вы, уверены? – Спросил капитан, поспешно сгребая снимки, и передавая их графу.
– А то. Теперь мой брат: верховный судья – должен осудить родных. Но казна ладно, её пополняют раз в год. Но, фонд помощи беженцам, был субсидирован государством и лично герцогиней. А она шутить не любит, – всплакнул Веласко.
– Что, хотите сказать она ограбила хозяйку? Немыслимо! У вас есть доказательства? Вы должны пойти к королю. «Не бойтесь мы вас поддержим», — гневно произнес граф.
– А смысл. Она же фрейлина. Будь хоть трижды преступница, всё равно не осудят! А вот дядю казнят! – зло выкрикнул Мон ударяя тростью, по столу, после каждого слова приговаривая:
– Мерзкая, беспринципная воровка! Воровка, воровка, воровка!
– Да ложь всё это! – Сёши сам не понял почему, решил заступиться за Синь. Пусть в последнее время они стали ближе, «но не настолько, чтоб выдавать себя», – с огорченьем подумал юноша, – «но может все воспримут его голос как отголосок, или эхо, но...»
– Кто там! – выкрикивает виконт, вглядываясь в темноту. – По голосу ребенок, или девушка, – заметил граф. – Кто она вам? – спросил капитан: решив расставить все точки над «i».
