- Ведьмы вообще замуж не выходят. И детей сами воспитывают, - отрезала Ира. – И что, получилось у вас с мамой защитить нас с Димкой? Что-то я не вижу. Так что пусть общается. Он им не чужой.
Бабушка недовольно поджала губы, но разговоры на эту тему прекратила.
- И чем займемся? – Ира все же поставила чайник, широко зевнула, прикрываясь ладонью. – Вроде и поспала, а не выспалась.
- Для сна существует ночь, - наставительным тоном произнес Стивен, утащив из вазочки последнее печенье.
- Да что ты говоришь, - фыркнула Ира. Ночь они провели бурно, как всегда, встали очень рано, так что уж кому-кому, а Стивену точно не стоило умничать.
Закипел чайник. Ира заварила себе – крепкий черный кофе, чтобы проснуться окончательно, мужу – такой же крепости черный чай.
- Чем заниматься-то будем? - она еще раз зевнула, плюхнулась на табуретку, неохотно пожевала один из нескольких небольших кусочков брынзы, выставленных из холодильника. – Город мы с тобой осмотрели, в ресторане побывали. Теперь что? Ночной клуб?
- Какая развратная у меня жена – по ночным клубам ходит. И это мать моих детей. Ира!
- Да уже больше тридцати лет Ира, - удовлетворенно сообщила она, с удовольствием ущипнув Стивена за руку. – Поумничал? Доволен? Тогда собирайся.
Поехали они не в клуб. Ира нашла кинотеатр поближе к дому с ночным сеансом и следующие два часа сидела в полупустом темном зале, хрустела попкорном, смотрела на «мексиканские страсти» на большом экране и чувствовала себя довольной жизнью. Там, на Авалоне, ей частенько не хватало привычных земных вещей и заведений. Вернее, и в том мире существовали ночные клубы и рестораны, но со своей спецификой. А Ире нужна была атмосфера, к которой она привыкла. Домой она вернулась, удовлетворенная походом.
- Ты выглядишь, как после хорошего секса, - подначил ее Стивен.
В этот раз Ира пропустила шпильку мимо ушей, в отместку заняв ванную на ближайшие полтора часа.
Густая пена с ароматами шоколада и кофе отлично расслабляла, помогала сбросить стресс. Ира погрузилась под горячую воду по самую шею, оперлась спиной о бортик ванны, прикрыла глаза. Блаженство! И плевать на все, что творится за дверями комнаты. Можно забыть на какое-то время обо всем на свете.
Расслабившись в воде, Ира с трудом вымылась и кое-как, полностью обнаженная, доковыляла до двери в спальню.
- Попалась, - Стивен, такой же обнаженный, как будто ждал, подхватил ее на руки, прижал к себе.
- Вымыться не хочешь? – попыталась найти отговорку Ира.
Бесполезно.
- Не настолько я и грязный, - мужские губы приникли к ее губам, поцелуй обжег, как в первый раз.
Стивен целовал умело: его язык ворвался в ее рот, стал танцевать танец страсти с ее языком, губы будто пили из нее силы, и Ира очень скоро почувствовала головокружение.
- Кровать рядом, - пробормотала она.
Миг – и вот уже она лежит на постели, а Стивен склоняется над ней. За годы жизни вместе им никогда не приедался секс. Демоническая сущность Стивена и ведьминская – ее зажигали их снова и снова.
Руки Стивена нежно поглаживали ее грудь. Ира таяла от его прикосновений.
Губы с ее губ переместились ниже, начали покрывать легкими, невесомыми поцелуями шею, затем спустились к соскам. Стивен взял в рот один из них, пососал, довольно глядя на Иру, и она застонала от вызванного в ней желания, выгнулась ему навстречу, мечтая о его искусных ласках.
Тело налилось сладкой истомой, промежность увлажнилась, соски набухли. Возбуждение накатывало волнами.
Когда Стивен вошел в нее, Ира быстро подстроилась под его темп, постанывая, закинула ноги ему на спину, переплела их. Кончили они вместе.
- Ведьма, - довольно пробормотал Стивен, приходя в себя.
- И горжусь этим, - счастливо улыбнулась Ира.
На следующее утро собрались отправиться по магазинам. Раз уж оставалось свободное время, Ира решила купить подарки детям, брату и матери. Да и о подруге надо было вспомнить.
- Ты хочешь пойти по стопам Светы и остаться жить в одном из бутиков? – иронически уточнил Стивен, когда они, проведя несколько часов внутри, вышли из очередного торгового центра и с многочисленными пакетами в руках дошли до машины.
Ира хмыкнула:
- Не умничай. Здесь много тех вещей, которых нет на Авалоне.
- Например, срамное нижнее белье, которое ты скупила практически полностью.
- Совсем недавно ты уверял, что мои красные трусики тебе очень нравятся, - невинно похлопала глазками Ира, расхохоталась и нырнула в салон авто.
Снова стрелки обежали целый круг:
Для кого-то много счастья позади.
Подымается с мольбою сколько рук!
Сколько писем прижимается к груди!
Где-то кормчий наклоняется к рулю,
Кто-то бредит о короне и жезле,
Чьи-то губы прошептали: не люблю,
Чьи-то локоны запутались в петле.
Марина Цветаева. «Полночь»
Лучше молчать и показаться дураком, чем заговорить и развеять все сомнения.
Марк Твен
- Пена для ванн, соль для ванн, молочко для ванн… О, шампунь!
- Стив!
- Что? Ты закупилась так, будто летишь на луну. На Авалоне уйма магазинов с подобным барахлом.
- Угу. Пена только для дриад, масла для эдьфийек. Нет, если вы ведьма, вам соль для ванн, принимаемых вампиршами, не подойдет! Расизм! И вообще, отстань! Мои деньги – куда хочу, туда и трачу!
- Твои, твои. Вы с подружкой стали, как говорят на Земле? Крутыми бизнесвумен? Пять школ со смешением не только рас, но и полов.
- Устои пошатнутся, я уже слышала от ба!
Они переругивались в просторной светлой гостиной, практически не заставленной мебелью, сидя на широком, оббитым красным бархатом диване.
Дорвавшись до торговых центров, Ира не удержалась и скупила чуть ли не весь ассортимент сразу нескольких магазинов и считала, что имела на это полное право. В конце концов, зачем еще нужны деньги, если их не тратить?
Скучая на Авалоне без привычной работы, Ира со Светой развернулись «во всю ширь легких», - как иронично замечала бабушка Иры. Одна бесплатная школа и четыре платных были забиты полностью. Родители, заметив интерес детей к учебе, в очереди стояли, чтобы определить любимое чадо именно в заведения двух подруг. Бизнес цвел и расширялся. Света недавно заговорила о шестой школе, и Ира, уже неделю обдумывала эту идею. Конечно, без поддержки Стивена у них мало что получилось бы. Он являлся, как говорили раньше, «крышей» и защищал детище подруг от нападок со стороны разных рас. Отец Иры, хоть и кривился из-за подобного образования, тоже дочь в обиду не давал. Потому и процветал бизнес, потому тратила Ира сегодня уйму денег на удовлетворение собственных потребностей.
- Еще и книги, - внимание Стивена привлек другой объемный пакет. – Дорогая, ты развращаешь неокрепшие умы наших детей подобной литературой.
- Поумничай мне, - фыркнула Ира. – В школах давно не обновлялись учебники. Да и нашим с тобой детям надо что-то читать.
- Пусть растут на книгах своих предков, а не на этой развлекательной чуши.
- Стив, ты сейчас бурчишь, как старик. В ваше кастовое общество давно пора привнести свежую струю. Скажешь пошлость – будешь неделю спать на диване.
В ответ – тяжелый вздох.
Остаток дня Ира потратила на диван, старые фильмы и полуфабрикаты из микроволновки.
- И это моя жена, - ворчал Стивен, стараясь урвать лишний кусок пиццы, - между прочим, столько есть вредно, как минимум для фигуры.
- Не ешь, - пожимала плечами Ира, бдительно охраняя свое имущество. – Я не могу запретить тебе оставаться голодным.
На Авалоне все держалось на магии, электричества и Интернета там не существовало, поэтому нельзя было и думать о возможности увезти с собой какие-либо носители информации.
- Какая чушь, он давно уже должен был умереть, после всех этих падений и ранений, - критически сообщил Ире Стивен, закончи смотреть вместе с ней очередной голливудский боевик.
- Хэппи энд обязателен, - наставительно сообщила Ира. – И вообще, в жизни всегда должно быть место чуду.
- Это не чудо, это чушь. Как ты, взрослая, разумная женщина, можешь смотреть такую гадость?
- Стив… - вздохнула Ира, - людям хочется сказки, в любом ее проявлении. И вообще, хватит умничать. Лучше поцелуй меня.
Ночь они провели бурно. Не нужно было ставить купол от прослушки и подглядываний, не нужно было беспокоиться о моральном облике детей. Да ничего не нужно было. И Ира решила воспользоваться сложившейся ситуацией по полной. Ей хотелось не столько самого секса, сколько жаркой прелюдии к нему. Она стонала и изгибалась под умелыми руками, тяжело дышала, громко всхлипывала, когда Стивен языком и губами ласкал ее грудь, подавалась вперед, наслаждаясь нежными поглаживаниями половых губ и массажем клитора. За одну ночь она получила уйму острых, сказочных ощущений.
Утром снова пришлось появиться в школе. Стивен, в ярко-черном костюме и выглядывавшей из-под него белоснежной рубашке, смотрелся миллионером, осчастливившим школьную администрацию своим появлением. Ира рядом с ним, в нежно-голубом платье, длинном, облегающем, с открытыми руками и глубоким декольте, сама себе казалась дамой из эскорта. В глазах всех встречных женщин она видела зависть и желание очутиться на ее месте.
Возле здания стоял отец. В таком же костюме, что и Стивен, он смотрелся этаким ученым, увлеченным лишь наукой и чуждым земным страстям.
Коли милым назову — не соскучишься.
Превеликою слыву — поцелуйщицей.
Коль по улице плыву — бабы морщатся:
Плясовницею слыву, да притворщицей.
А немилый кто взойдет, да придвинется —
Подивится весь народ — что за схимница.
Филин ухнет — черный кот ощетинится,
Будешь помнить целый год — чернокнижницу.
Марина Цветаева. «Коли милым назову — не соскучишься»
Держись подальше от людей, которые глумятся над твоими устремлениями. Маленькие люди всегда делают это, в то время как великие люди всегда дают тебе почувствовать, что и ты тоже можешь стать великим.
Марк Твен
Сидя в кабинете директора в мягком удобном кресле с высокой спинкой и деревянными подлокотниками, Ира приторно улыбалась, мысленно считая дни. Третий уже начался. Осталась неделя – и можно будет возвращаться на Авалон. Уже сейчас она скучала без детей, но понимала, что им можно и нужно какое-то время пожить без мамы – уже относительно взрослые, пора постепенно приучать к самостоятельности. Хотя о какой самостоятельности может вестись речь, когда рядом столько любящих родственников, готовых прибежать на каждый чих малышни. Одни бабушки чего стоят.
Мужчины, обворожительно улыбаясь, даже без применения магии внушили директрисе все, что хотели, получили подписанные контракты и сообщили, что рабочие появятся уже на следующий день.
- Они не будут мешать учебному процессу, - сверкая идеальными зубами, уверил Стивен, - все будет делаться тихо и аккуратно.
Насчет демонов и вампиров Ира не сомневалась. А вот насчет учеников поспорила бы. Впрочем, к чему сразу учить жизни мужа и отца? Пусть сами себе шишки набивают, общаясь с местным населением.
Праздновать подписание нужных бумаг отправились в один из престижных ресторанов города. Конечно, по сравнению с той забегаловкой, в которой недавно ели Ира и Стивен, здесь была шикарная обстановка: широкие панорамные окна, зеркальный потолок, увитые зеленью стены и колонны посередине зала, накрытые накрахмаленными скатертями столы с хрустальными бокалами, тонким фарфором и мельхиоровыми столовыми приборами. В общем, здравствуй, роскошь.
Официант, симпатичный молодой человек в форме, принес меню, выслушал заказ и удалился.
- За неделю управимся, - довольно потирая руки, заявил отец, откидываясь на спинку кресла. – Вернемся домой вместе.
Стивен важно кивнул, разглядывая в окно прохожих. Иру никто ни о чем не спросил, поэтому она придержала свое мнение при себе. Как объяснил ей Стивен, те, кто появится в школе «работать», подпитаются силой сами и еще зарядят амулеты для домашних и друзей. «Гладко было на бумаге, да забыли про овраги», - хмыкнула про себя Ира.
Пообедали в тишине, не торопясь. Мужчины налегали на отбивные, Ира удовлетворилась салатом.
Вечер прошел спокойно, в домашней обстановке, как понимала ее Ира: фильмы, полуфабрикаты, муж под боком. Ночь порадовала очередным бурным сексом.
А вот на следующий день, ближе к обеду, начались первые проблемы.
Настойчивая ритмичная мелодия навороченного мобильного застала Стивена за активным поеданием пиццы. Проглотив очередной кусок, он недовольно нахмурился, вытер руки о полотенце, ответил. Какое-то время он слушал молча, но Ира и по многозначительному выражению лица могла определить, что новости будут не очень приятными.
- Нужно ехать, - положив трубку, Стивен отодвинул от себя тарелку с остатками пиццы, поднялся из-за стола, - Артан утверждает, что у них какие-то непонятные проблемы с учениками, но ничего конкретного сказать не может. Позвони отцу, пусть тоже выезжает.
Ира кивнула, накидывая на ходу на легкое, не особо длинное, светло-бежевое домашнее платье, в котором, кстати, не стыдно было показаться и на улице, теплую шерстяную кофту вишневого цвета, - погода с утра не радовала, было не по-летнему холодно и ветрено. Стивен, в спортивном костюме, уже ждал в коридоре.
К школе они подъехали одновременно с отцом Иры, одетым в элегантный деловой костюм, - видимо, сорвался с очередных переговоров.
На заднем дворе школы, неподалеку от спортивной площадки, на которой лежали необходимые стройматериалы, толпились ученики разных возрастов.
Демоны и вампиры, готовившиеся к работе, выбиравшие из груды материалов то, что им нужно было на данный момент, получили перед отправкой на Землю четкое указание от глав своих рас – все человеческие женщины и дети должны быть неприкосновенны. Какой ты вампир, если не можешь уболтать ребенка?! «Видимо, здесь все вампиры сплошь фальшивые», - кровожадно ухмыльнулась про себя Ира, со злорадством наблюдая, как затравленно оглядывается в поисках поддержки собратьев один из клыкастиков. На него, высокого сероглазого шатена, мускулистого и хорошо сложенного, наседали с разных сторон сразу три ярко накрашенных старшеклассницы, выбравших себе жертву для охмурения. Пока две из них усиленно строили мужчине глазки, активно трепыхая угольно-черными ресницами, третья, невысокая пышка в коротком платье с глубоким декольте, широко размахивала руками и что-то рассказывала. Ира прислушалась: нет, не рассказывала, читала стихи. Заинтригованная, Ира, оставив своих мужчин, подошла чуть поближе и услышала:
На сердце пустота,
В душе огонь затушен.
Теперь я уж не та –
Ты наступил на душу.
Мне больно – я терплю.
Мне горько – улыбаюсь.
Я так тебя люблю,
Что чувством этим маюсь.
К чему вся эта боль?
К чему улыбки, слезы?
Не любишь ты. Позволь.
Увял цветок мимозы.
Мне руку не подашь,
Ничем мне не поможешь,
Не скажешь мне: «Я ваш»
И мир к ногам не сложишь.
Любовь во мне умрет,
Не все ж я не забуду
Души своей полет.
И мучиться я буду .
«Графомания – зло», - решила про себя Ира, порадовавшись, что ее стихотворные опыты точно никто никогда не увидит и не услышит. Вампир тем временем заметил начальство и умоляюще возвел глаза к небу. Ира могла его понять: слушать подобные стихи было хуже пытки.
- Дядя, а дядя, - послышался рядом звонкий голосок младшеклассника, худощавого паренька, судя по внешности, не старше девяти лет, - а откуда у тебя рога и хвост?
Бабушка недовольно поджала губы, но разговоры на эту тему прекратила.
- И чем займемся? – Ира все же поставила чайник, широко зевнула, прикрываясь ладонью. – Вроде и поспала, а не выспалась.
- Для сна существует ночь, - наставительным тоном произнес Стивен, утащив из вазочки последнее печенье.
- Да что ты говоришь, - фыркнула Ира. Ночь они провели бурно, как всегда, встали очень рано, так что уж кому-кому, а Стивену точно не стоило умничать.
Закипел чайник. Ира заварила себе – крепкий черный кофе, чтобы проснуться окончательно, мужу – такой же крепости черный чай.
- Чем заниматься-то будем? - она еще раз зевнула, плюхнулась на табуретку, неохотно пожевала один из нескольких небольших кусочков брынзы, выставленных из холодильника. – Город мы с тобой осмотрели, в ресторане побывали. Теперь что? Ночной клуб?
- Какая развратная у меня жена – по ночным клубам ходит. И это мать моих детей. Ира!
- Да уже больше тридцати лет Ира, - удовлетворенно сообщила она, с удовольствием ущипнув Стивена за руку. – Поумничал? Доволен? Тогда собирайся.
Поехали они не в клуб. Ира нашла кинотеатр поближе к дому с ночным сеансом и следующие два часа сидела в полупустом темном зале, хрустела попкорном, смотрела на «мексиканские страсти» на большом экране и чувствовала себя довольной жизнью. Там, на Авалоне, ей частенько не хватало привычных земных вещей и заведений. Вернее, и в том мире существовали ночные клубы и рестораны, но со своей спецификой. А Ире нужна была атмосфера, к которой она привыкла. Домой она вернулась, удовлетворенная походом.
- Ты выглядишь, как после хорошего секса, - подначил ее Стивен.
В этот раз Ира пропустила шпильку мимо ушей, в отместку заняв ванную на ближайшие полтора часа.
Густая пена с ароматами шоколада и кофе отлично расслабляла, помогала сбросить стресс. Ира погрузилась под горячую воду по самую шею, оперлась спиной о бортик ванны, прикрыла глаза. Блаженство! И плевать на все, что творится за дверями комнаты. Можно забыть на какое-то время обо всем на свете.
Расслабившись в воде, Ира с трудом вымылась и кое-как, полностью обнаженная, доковыляла до двери в спальню.
- Попалась, - Стивен, такой же обнаженный, как будто ждал, подхватил ее на руки, прижал к себе.
- Вымыться не хочешь? – попыталась найти отговорку Ира.
Бесполезно.
- Не настолько я и грязный, - мужские губы приникли к ее губам, поцелуй обжег, как в первый раз.
Стивен целовал умело: его язык ворвался в ее рот, стал танцевать танец страсти с ее языком, губы будто пили из нее силы, и Ира очень скоро почувствовала головокружение.
- Кровать рядом, - пробормотала она.
Миг – и вот уже она лежит на постели, а Стивен склоняется над ней. За годы жизни вместе им никогда не приедался секс. Демоническая сущность Стивена и ведьминская – ее зажигали их снова и снова.
Руки Стивена нежно поглаживали ее грудь. Ира таяла от его прикосновений.
Губы с ее губ переместились ниже, начали покрывать легкими, невесомыми поцелуями шею, затем спустились к соскам. Стивен взял в рот один из них, пососал, довольно глядя на Иру, и она застонала от вызванного в ней желания, выгнулась ему навстречу, мечтая о его искусных ласках.
Тело налилось сладкой истомой, промежность увлажнилась, соски набухли. Возбуждение накатывало волнами.
Когда Стивен вошел в нее, Ира быстро подстроилась под его темп, постанывая, закинула ноги ему на спину, переплела их. Кончили они вместе.
- Ведьма, - довольно пробормотал Стивен, приходя в себя.
- И горжусь этим, - счастливо улыбнулась Ира.
На следующее утро собрались отправиться по магазинам. Раз уж оставалось свободное время, Ира решила купить подарки детям, брату и матери. Да и о подруге надо было вспомнить.
- Ты хочешь пойти по стопам Светы и остаться жить в одном из бутиков? – иронически уточнил Стивен, когда они, проведя несколько часов внутри, вышли из очередного торгового центра и с многочисленными пакетами в руках дошли до машины.
Ира хмыкнула:
- Не умничай. Здесь много тех вещей, которых нет на Авалоне.
- Например, срамное нижнее белье, которое ты скупила практически полностью.
- Совсем недавно ты уверял, что мои красные трусики тебе очень нравятся, - невинно похлопала глазками Ира, расхохоталась и нырнула в салон авто.
Глава 4
Снова стрелки обежали целый круг:
Для кого-то много счастья позади.
Подымается с мольбою сколько рук!
Сколько писем прижимается к груди!
Где-то кормчий наклоняется к рулю,
Кто-то бредит о короне и жезле,
Чьи-то губы прошептали: не люблю,
Чьи-то локоны запутались в петле.
Марина Цветаева. «Полночь»
Лучше молчать и показаться дураком, чем заговорить и развеять все сомнения.
Марк Твен
- Пена для ванн, соль для ванн, молочко для ванн… О, шампунь!
- Стив!
- Что? Ты закупилась так, будто летишь на луну. На Авалоне уйма магазинов с подобным барахлом.
- Угу. Пена только для дриад, масла для эдьфийек. Нет, если вы ведьма, вам соль для ванн, принимаемых вампиршами, не подойдет! Расизм! И вообще, отстань! Мои деньги – куда хочу, туда и трачу!
- Твои, твои. Вы с подружкой стали, как говорят на Земле? Крутыми бизнесвумен? Пять школ со смешением не только рас, но и полов.
- Устои пошатнутся, я уже слышала от ба!
Они переругивались в просторной светлой гостиной, практически не заставленной мебелью, сидя на широком, оббитым красным бархатом диване.
Дорвавшись до торговых центров, Ира не удержалась и скупила чуть ли не весь ассортимент сразу нескольких магазинов и считала, что имела на это полное право. В конце концов, зачем еще нужны деньги, если их не тратить?
Скучая на Авалоне без привычной работы, Ира со Светой развернулись «во всю ширь легких», - как иронично замечала бабушка Иры. Одна бесплатная школа и четыре платных были забиты полностью. Родители, заметив интерес детей к учебе, в очереди стояли, чтобы определить любимое чадо именно в заведения двух подруг. Бизнес цвел и расширялся. Света недавно заговорила о шестой школе, и Ира, уже неделю обдумывала эту идею. Конечно, без поддержки Стивена у них мало что получилось бы. Он являлся, как говорили раньше, «крышей» и защищал детище подруг от нападок со стороны разных рас. Отец Иры, хоть и кривился из-за подобного образования, тоже дочь в обиду не давал. Потому и процветал бизнес, потому тратила Ира сегодня уйму денег на удовлетворение собственных потребностей.
- Еще и книги, - внимание Стивена привлек другой объемный пакет. – Дорогая, ты развращаешь неокрепшие умы наших детей подобной литературой.
- Поумничай мне, - фыркнула Ира. – В школах давно не обновлялись учебники. Да и нашим с тобой детям надо что-то читать.
- Пусть растут на книгах своих предков, а не на этой развлекательной чуши.
- Стив, ты сейчас бурчишь, как старик. В ваше кастовое общество давно пора привнести свежую струю. Скажешь пошлость – будешь неделю спать на диване.
В ответ – тяжелый вздох.
Остаток дня Ира потратила на диван, старые фильмы и полуфабрикаты из микроволновки.
- И это моя жена, - ворчал Стивен, стараясь урвать лишний кусок пиццы, - между прочим, столько есть вредно, как минимум для фигуры.
- Не ешь, - пожимала плечами Ира, бдительно охраняя свое имущество. – Я не могу запретить тебе оставаться голодным.
На Авалоне все держалось на магии, электричества и Интернета там не существовало, поэтому нельзя было и думать о возможности увезти с собой какие-либо носители информации.
- Какая чушь, он давно уже должен был умереть, после всех этих падений и ранений, - критически сообщил Ире Стивен, закончи смотреть вместе с ней очередной голливудский боевик.
- Хэппи энд обязателен, - наставительно сообщила Ира. – И вообще, в жизни всегда должно быть место чуду.
- Это не чудо, это чушь. Как ты, взрослая, разумная женщина, можешь смотреть такую гадость?
- Стив… - вздохнула Ира, - людям хочется сказки, в любом ее проявлении. И вообще, хватит умничать. Лучше поцелуй меня.
Ночь они провели бурно. Не нужно было ставить купол от прослушки и подглядываний, не нужно было беспокоиться о моральном облике детей. Да ничего не нужно было. И Ира решила воспользоваться сложившейся ситуацией по полной. Ей хотелось не столько самого секса, сколько жаркой прелюдии к нему. Она стонала и изгибалась под умелыми руками, тяжело дышала, громко всхлипывала, когда Стивен языком и губами ласкал ее грудь, подавалась вперед, наслаждаясь нежными поглаживаниями половых губ и массажем клитора. За одну ночь она получила уйму острых, сказочных ощущений.
Утром снова пришлось появиться в школе. Стивен, в ярко-черном костюме и выглядывавшей из-под него белоснежной рубашке, смотрелся миллионером, осчастливившим школьную администрацию своим появлением. Ира рядом с ним, в нежно-голубом платье, длинном, облегающем, с открытыми руками и глубоким декольте, сама себе казалась дамой из эскорта. В глазах всех встречных женщин она видела зависть и желание очутиться на ее месте.
Возле здания стоял отец. В таком же костюме, что и Стивен, он смотрелся этаким ученым, увлеченным лишь наукой и чуждым земным страстям.
Глава 5
Коли милым назову — не соскучишься.
Превеликою слыву — поцелуйщицей.
Коль по улице плыву — бабы морщатся:
Плясовницею слыву, да притворщицей.
А немилый кто взойдет, да придвинется —
Подивится весь народ — что за схимница.
Филин ухнет — черный кот ощетинится,
Будешь помнить целый год — чернокнижницу.
Марина Цветаева. «Коли милым назову — не соскучишься»
Держись подальше от людей, которые глумятся над твоими устремлениями. Маленькие люди всегда делают это, в то время как великие люди всегда дают тебе почувствовать, что и ты тоже можешь стать великим.
Марк Твен
Сидя в кабинете директора в мягком удобном кресле с высокой спинкой и деревянными подлокотниками, Ира приторно улыбалась, мысленно считая дни. Третий уже начался. Осталась неделя – и можно будет возвращаться на Авалон. Уже сейчас она скучала без детей, но понимала, что им можно и нужно какое-то время пожить без мамы – уже относительно взрослые, пора постепенно приучать к самостоятельности. Хотя о какой самостоятельности может вестись речь, когда рядом столько любящих родственников, готовых прибежать на каждый чих малышни. Одни бабушки чего стоят.
Мужчины, обворожительно улыбаясь, даже без применения магии внушили директрисе все, что хотели, получили подписанные контракты и сообщили, что рабочие появятся уже на следующий день.
- Они не будут мешать учебному процессу, - сверкая идеальными зубами, уверил Стивен, - все будет делаться тихо и аккуратно.
Насчет демонов и вампиров Ира не сомневалась. А вот насчет учеников поспорила бы. Впрочем, к чему сразу учить жизни мужа и отца? Пусть сами себе шишки набивают, общаясь с местным населением.
Праздновать подписание нужных бумаг отправились в один из престижных ресторанов города. Конечно, по сравнению с той забегаловкой, в которой недавно ели Ира и Стивен, здесь была шикарная обстановка: широкие панорамные окна, зеркальный потолок, увитые зеленью стены и колонны посередине зала, накрытые накрахмаленными скатертями столы с хрустальными бокалами, тонким фарфором и мельхиоровыми столовыми приборами. В общем, здравствуй, роскошь.
Официант, симпатичный молодой человек в форме, принес меню, выслушал заказ и удалился.
- За неделю управимся, - довольно потирая руки, заявил отец, откидываясь на спинку кресла. – Вернемся домой вместе.
Стивен важно кивнул, разглядывая в окно прохожих. Иру никто ни о чем не спросил, поэтому она придержала свое мнение при себе. Как объяснил ей Стивен, те, кто появится в школе «работать», подпитаются силой сами и еще зарядят амулеты для домашних и друзей. «Гладко было на бумаге, да забыли про овраги», - хмыкнула про себя Ира.
Пообедали в тишине, не торопясь. Мужчины налегали на отбивные, Ира удовлетворилась салатом.
Вечер прошел спокойно, в домашней обстановке, как понимала ее Ира: фильмы, полуфабрикаты, муж под боком. Ночь порадовала очередным бурным сексом.
А вот на следующий день, ближе к обеду, начались первые проблемы.
Настойчивая ритмичная мелодия навороченного мобильного застала Стивена за активным поеданием пиццы. Проглотив очередной кусок, он недовольно нахмурился, вытер руки о полотенце, ответил. Какое-то время он слушал молча, но Ира и по многозначительному выражению лица могла определить, что новости будут не очень приятными.
- Нужно ехать, - положив трубку, Стивен отодвинул от себя тарелку с остатками пиццы, поднялся из-за стола, - Артан утверждает, что у них какие-то непонятные проблемы с учениками, но ничего конкретного сказать не может. Позвони отцу, пусть тоже выезжает.
Ира кивнула, накидывая на ходу на легкое, не особо длинное, светло-бежевое домашнее платье, в котором, кстати, не стыдно было показаться и на улице, теплую шерстяную кофту вишневого цвета, - погода с утра не радовала, было не по-летнему холодно и ветрено. Стивен, в спортивном костюме, уже ждал в коридоре.
К школе они подъехали одновременно с отцом Иры, одетым в элегантный деловой костюм, - видимо, сорвался с очередных переговоров.
На заднем дворе школы, неподалеку от спортивной площадки, на которой лежали необходимые стройматериалы, толпились ученики разных возрастов.
Демоны и вампиры, готовившиеся к работе, выбиравшие из груды материалов то, что им нужно было на данный момент, получили перед отправкой на Землю четкое указание от глав своих рас – все человеческие женщины и дети должны быть неприкосновенны. Какой ты вампир, если не можешь уболтать ребенка?! «Видимо, здесь все вампиры сплошь фальшивые», - кровожадно ухмыльнулась про себя Ира, со злорадством наблюдая, как затравленно оглядывается в поисках поддержки собратьев один из клыкастиков. На него, высокого сероглазого шатена, мускулистого и хорошо сложенного, наседали с разных сторон сразу три ярко накрашенных старшеклассницы, выбравших себе жертву для охмурения. Пока две из них усиленно строили мужчине глазки, активно трепыхая угольно-черными ресницами, третья, невысокая пышка в коротком платье с глубоким декольте, широко размахивала руками и что-то рассказывала. Ира прислушалась: нет, не рассказывала, читала стихи. Заинтригованная, Ира, оставив своих мужчин, подошла чуть поближе и услышала:
На сердце пустота,
В душе огонь затушен.
Теперь я уж не та –
Ты наступил на душу.
Мне больно – я терплю.
Мне горько – улыбаюсь.
Я так тебя люблю,
Что чувством этим маюсь.
К чему вся эта боль?
К чему улыбки, слезы?
Не любишь ты. Позволь.
Увял цветок мимозы.
Мне руку не подашь,
Ничем мне не поможешь,
Не скажешь мне: «Я ваш»
И мир к ногам не сложишь.
Любовь во мне умрет,
Не все ж я не забуду
Души своей полет.
И мучиться я буду .
«Графомания – зло», - решила про себя Ира, порадовавшись, что ее стихотворные опыты точно никто никогда не увидит и не услышит. Вампир тем временем заметил начальство и умоляюще возвел глаза к небу. Ира могла его понять: слушать подобные стихи было хуже пытки.
- Дядя, а дядя, - послышался рядом звонкий голосок младшеклассника, худощавого паренька, судя по внешности, не старше девяти лет, - а откуда у тебя рога и хвост?
