Когда светлая серафима вставала на другой путь, темнели ее татуировки, иногда глаза, крылья и кровь. Если рождалась волчица посредством обмена на семь жизней самых сильных волков, то в ней текла черная кровь, как и в ее потомках. Ну, и некоторые потомки Богов унаследовали такую кровь. Видимо вместо силы родителей.
— Как некромант смог сделать своих созданий?
— Ну, во-первых, некромант поднимает мертвых, в этом заключается его сила. Чем он сильнее, тем больше он может поднять и удерживать. Во-вторых, там нужен ученый, который смыслит в генетике и много в чем еще. И может еще, какой маг, может маг крови.
— Маг крови?
— Дитя, откуда пришла, что самых простых вещей не знаешь?
— Я из другого мира, Мудрец.
— Хм, ну ладно. Тогда слушай, дитя. Маг крови, точнее его сила это кровь. Он пишет заклинания кровью, он может заговаривать кровь, а может с помощью капли вашей крови, подчинить вас без остатка. Магия крови самая опасная. От нее можно избавиться либо убив мага, либо погибнуть самому, если получится, конечно. Она подчиняет все. Тело. Мозг. Сердце. Ты становишься рабом полностью.
Старец задумался.
— Идемте, вы, как и ваши лошади нуждаетесь в отдыхе. Я создам для вас временной кокон, чтобы вы как следует, отдохнули. Впереди у вас сложные времена.
Девушки встали и по одной, мудрец, отсылал отдыхать, помещая в кокон.
Очередь дошла до меня.
— А с тобой дитя, мне нужно очень долго поговорить.
Я кивнула.
— Идем, мои старые кости больше не могут стоять.
Мы присели в мягкие кресла у камина.
— Для начала я расскажу о том кто ты. Я, если честно думал, что это еще одна легенда. Слушай.
— Прежде всего, хочу сказать, что в первую очередь ты оборотень. Давно поговаривали, что двое ученых захотели создать гибрида оборотня и мага. Думаю, как ты заметила, оборотни имеют только силу своего зверя, но не магию. А магию, если ты знаешь историю, имели только Валькирии. Ученые смогли соединить ДНК оборотня и мага, влили туда каплю валькирии и каплю серафимы, чтобы ДНК оборотня усвоила ДНК мага.
И вот на свет, как я вижу, появилась девочка, в которой живут две противостоящие друг другу силы. И вот ты! Сильный оборотень и маг! Я думаю, что твоя сила еще не до конца пробудилась! Расскажи мне о себе.
— У меня есть клинки, закаленные огнем, — Я достала их и позвала огонь, клинки тут же вспыхнули, убрав их, продолжила, — у меня два волка кристально белый и черный, пантера. Черную волчицу могу изменять, у всех остальных могу изменять размер зубов и когтей. Магия огонь, хотя есть и к другим стихиям предрасположенность.
— Позови наружу своих волков, с начала одного, потом другого.
Я выполнила просьбу.
— Почему твоя черная волчица вся в шрамах?
— После того, как я убила королеву вампиров, я потеряла сознание, а проснулась в этом мире, в качестве волчицы для боев. Я три года провела на арене, у меня было множество противников, одним из которых был взрослый трехглавый пес. После боя с ним, у меня был поврежден позвоночник и тогда человек во мне не выдержал, сдался, зато тьма помогла выжить. Да и вообще, когда моя кровь слилась с черной, та тьма словно освободилась, словно кровь оборвала те цепи, на которые я ее посадила. А потом мне удалось освободиться.
О белой же, я узнала совсем недавно, когда случайно попала в стаю белых волков.
Также я могу превращаться в пантеру.
Я перекинулась в свою любимую кошку.
— Да, она красива! И, как я вижу, вы с ней хорошо ладите! Хм… Знаешь, какую силу она тебе подарила?
Я лишь головой покачала.
— Ты ведь знаешь, что у кошки девять жизней? Так вот, твоя сущность человека слилась с сущностью кошки! И знаешь, кто ты и, что ты теперь можешь?
Я снова лишь головой покачала.
— Ты женщина-кошка, имеющая вторую ипостась. Немногие женщины смогли добиться такого доверия со своим зверем.
— Но как? — Смогла лишь воскликнуть.
— Это редкий дар, дитя! И тебе же нравится ею быть. Ведь так?
Да, поэтому я и звала ее к поверхности чаще, чем волчиц. Мне нравилось перенимать ее кошачью грацию в образе человека.
— Тогда почему я могу перекидываться в животных, которые меня не кусали?
— Хм, сложный вопрос. Может, ты нравишься душам животных, и они остаются с тобой, а когда тебя заражают этим видом, то эта душа становится твоим зверем? Я согласен, что теория жутковата.
— Что ж, там ученые намешали то?
— Дитя, может быть и такое, что у кого брали ДНК, тот оборотень, был многоликим. А тебе лишь остались отголоски или что-то в этот роде. И сейчас постепенно, встречая зверя каждого вида, в тебе просыпается такой же зверь, но он не всевластен пока ты не получишь заражение. Не знаю, дитя. Можно придумать много вариантов.
Могу лишь дать совет. Узнай себя, свою силу, недостатки, преимущества. Одно то, что ты женщина-кошка может дать тебе многое. Учись дальше, дитя. И береги себя и свою душу.
— Спасибо, Мудрец! — Я присела перед ним в реверансе, низко склонив голову.
— Иди, отдохни, дитя! Тебе совсем скоро предстоит длинный и тяжелый путь.
— Хорошо. Доброй ночи!
— Доброй, дитя. — Послышался шепот старца, словно эхо.
— И еще дитя, — прошептал старик совсем тихо, — знай, одну жизнь ты уже потеряла точно, а может и две.
Как и обещал нам старец, мы проснулись через пару часов, а отдохнули, словно за пару дней. Лошади тоже были отдохнувшими и рвавшимися в бой.
Мы стояли почти у выхода из пещеры.
— Мне жаль, если я не смог помочь вам так, как вы надеялись! Но я надеюсь, что теперь у вас есть цель и силы, чтобы ее достичь!
— Да, Старейшина! Мы выполним свое предназначение! — И когда я уже хотела спросить о каком-то предназначении, Элла кивнула старику и пришпорила своего жеребца. И мы словно куклы, сорвались за ней без слов. Я лишь успела оглянуться и увидеть, как быстро старец пропадает из виду.
Мы скакали вот уже пару часов, когда сзади услышали рычание. Лошади снова сорвались в галоп и неслись вперед и их не пугали поваленные деревья, ни глубокие лужи, ни грязь. Ничего.
Гончие постепенно отстали и мы уже решили, что оторвались, когда я среди мельтешивших деревьев и кустарников увидела темно-коричневый, бурый мех.
— Гериатры! — Закричала я и пришпорила Дьявола.
Он ускорился, и, маневрируя между другими лошадьми, вырвался вперед и теперь несся впереди, потихоньку отрываясь. Я лишь оглядывалась назад и пыталась оценить обстановку. Нас догоняли и зажимали.
Лошади ускорились, пытаясь догнать Дьявола. Мы прошли поворот, скрытый деревьями и кустарниками, и увидели мост, но он был обрушен.
— Мост! Он обрушен! — Снова закричала я.
— Прыгай! Мы за тобой! — Закричала Райна.
Я слегка подхлестнула Дьявола и он начал еще разгоняться. Он смотрел только вперед, ничего не боясь. А меня, чем ближе был мост, тем сильнее начинало трясти. Чем ближе мы были, тем больше я видела расстояние, которое нужно преодолеть моему напарнику.
Я подобралась, облегчая свой вес и готовясь быть внимательной с балансом. Дьявол сделал еще рывок. Послышался стук копыт по дереву, ржание и Дьявол взвился в воздух, словно птица. За ним снова словно раскрылись невидимые крылья.
Я посмотрела вниз, несколько километров скал и где-то внизу бежит ручей. Но мы стремительно летели дальше и, вот снова послышался стук копыт о дерево. Мы приземлились. Мы проскакали еще немного, когда я поняла, что не слышу топот остальных.
Я обернулась и никого, не увидев, осадила Дьявола. Он присел на задние ноги и, проехав, поднимая пылищу, остановился. Я резко развернула его обратно к мосту. И увидела, что лошади воительниц не стали прыгать. Они испугались.
— Скачи Моника! — Заорала Анджи.
— Я не брошу вас!
— Скачи! — Закричала Райна.
— Мы справимся! Скачи дальше и найди Альтаира, Принца Персии.
— Что?
— Найди его, Моника! Мы найдем тебя позже. Скачи, давай же! — Уже несколько панически закричала эльфийка.
Гериатры напали на них, но тех кто, не остановившись, пробежал мимо, я узнала. Ида, Имон и Каин. Они ускорились, словно собирались тоже перепрыгнуть.
Я взглянула последний раз на отчаянно дерущихся воительниц и пришпорила Дьявола.
— Ха! Пошел, мальчик!
Заржав, он сорвался в галоп и старался максимально быстро снова разогнаться. Но когда я обернулась, то увидела, что эти трое легко перепрыгнули и рванули за нами, быстро сокращая между нами разрыв.
Он скакал так быстро, как мог. Но хищники, преследовавшие нас, неизмеримо догоняли. Их рычание становилось все ближе.
Внезапно Дьявол заржал и, обернувшись, я увидела, что один из хищников сильно ранил его бедро. Умудрившись лягнуть, он сделал еще рывок. Но другой гериатр бросился на его плечо и оставил длинную глубокую рану от плеча, переходившую на бок. С другой стороны просвистели когти и, появилась полоса царапин на шее коня.
Такими темпами он просто падет. От усталости и потери крови или болевого шока.
Я отпустила поводья и мои руки, вспыхнули огнем. В каждой руке появился огненный шарик, который я сразу же отправила в гериатров, которые снова собирались сделать рывок.
Послышалось удивленное рыканье, и остался только вожак, Ида.
Нам нужно оторваться от них.
Я бросила назад шарики, и они внезапно разожглись на пути Иды, образуя кольцо из огня. Дьявол, как мог, рванул вперед. Но я видела, как сильно кровоточила рана на шее. Нужно что-то делать и быстро.
Обернувшись назад, я поняла, что эти фокусы задержали их и, резко осадив коня, спешилась. Я быстрым движением взяла из седельной сумки кристалл перемещения. Отойдя на пару шагов, сказала:
— Прости, малыш, но долго ты не продержишься, — И разбила об него кристалл, его тут же оплели синие щупальца, Дьявол заржал и встал на дыбы, но было поздно. Он уже перемещался в безопасное место.
Услышав, приближающееся рычание, я же перекинулась в черную волчицу и рванула во весь опор вперед. Но вскоре меня все же догнали и резко остановили. Внезапно споткнувшись об чью-то лапу, я кубарем полетела по дороге, поднимая пыль.
Было больно, на полном ходу пропахать носом и телом землю. Я поднялась на ноги, злющая, как демон. На морде, на теле, на лапах, кожа была стерта почти до мяса.
Я зарычала так яростно и сильно, как могла.
И внезапно поняла, что я с ними одного теста. Они ведь тоже гибриды, но додумать я не успела, на меня бросился Каин. Я понимала, что надо снова вырваться и бежать. Меня тоже очень сильно ранили и силы слишком быстро утекали из меня, скоро я буду трупом.
Я зарычала и прыгнула вокруг себя и, описав круг, зажглось пламя. Это же пламя потекло к моим противникам и оплело их в такие же круги и, когда пламя загорелось бушующей стеной неконтролируемого огня, я перепрыгнула пламя и рванула вперед.
Я бежала вперед, выдавливая из себя последние силы, но вскоре мой бег становился все медленнее, пока и вовсе я не свалилась на дорогу.
Мышцы жгло огнем, в горле сухо и першило, раны болели. Я знала, что надо встать. Они скоро придут и разорвут меня на части. А я им даже помешать не смогу.
Мое тело настолько ослабло, что произошла непроизвольная трансформация, и я пальцами вгрызлась в землю, от переполнявшей меня боли, обиды и злости.
Из глаз текли слезы, я понимала, как жалко сейчас выгляжу. Как новорожденный щенок, которого легко убить. Я зарычала и попыталась встать, но ноги подогнулись, и я снова рухнула, получая новые ссадины. Я пыталась ползти, обдирая коленки и локти в кровь, когда внезапно пришло мое спасение.
Он остановился прямо надо мной, заржав и встав на дыбы. Потом он лег рядом со мной, и я кое-как заползла на него и, вцепившись в цепи, пыталась мыслить. Он снова спасает меня.
— Кажется, я в неоплатном долгу перед тобой, единорог!
Никак не отреагировав на мои слова, он рванул в самый лес, легко огибая деревья, перепрыгивая кусты и так далее. Я опустилась, как можно ниже, чтобы не словить бревном по лбу и, вцепившись мертвой хваткой в цепи, вырубилась.
Я очнулась, лежащей у дерева, рядом со мной лежал единорог. На его боках аллели пять глубоких царапин, с каждым новым вздохом, раны кровоточили все сильней.
Кое-как сев, я схватилась за голову, в ней шумело безумно. На карачках, я подползла к своему спасителю и положила руки на его раны.
— Это самое меньшее, что я могу сделать для тебя, ведь ты для меня сделал куда больше, — мои руки засветились мягким голубоватым светом, и раны сначала перестали кровоточить, затем появилась пленка, болячка и вскоре даже шрама не осталось от царапин. Он вскочил, и я поняла, что эти царапины очень сильно болели.
Я обняла его.
— Спасибо тебе за все, но мне видимо придется продолжить свой путь дальше, пока меня не зарезали. А ты, береги себя, черный единорог!
Он посмотрел мне в глаза, встал на дыбы и сорвался в галоп. Буквально через пару минут его и след простыл. И лишь следы копыт говорили о его присутствии.
Я снова перекинулась в черную волчицу и побежала иноходью в логово черных волков. Мне нужен был Альтаир, он же Принц Персии. Я снова зарычала. Как они могли соврать мне? Зачем? И снова рык.
Я бежала размашистой рысью, стараясь бежать расслабленно, но понимала, что когда доберусь до стаи, упаду, и какое-то время буду просто спать.
И вот, наконец, я стою на главной поляне стаи, здесь стало пустынно. Я увидела Лию и Шрама, кивнув им в знак приветствия, я подошла к ним.
— Где Альтаир?
— Пару дней назад он уехал в свои владения, забрав Брэда и Велдона с собой, а меня, оставив за главную.
— Хорошо. Есть какие-нибудь новости? Когда он приедет?
— Ничего не знаю, он с нами еще не связывался, — волчица грустно опустила голову.
Я склонила еще раз голову перед ними и удалилась в свою нору. Надо хоть немного отдохнуть.
Когда она уходила по следу пропавшего брата вожака, она была сильна и полна энергии… А сейчас она выглядела крайне плохо, загнанной, словно ее гнали слишком долго и она едва держится. Шерсть и кожа кое-где были стерты до мяса, многочисленные глубокие раны на теле, лапы были изодраны и постоянно кровоточили, никак не могли начать заживать. Ее глаза были немного безумными, язык почти свисал до плеча. Но от нее не чувствовалось страха, только безграничная усталость.
Узнав, что Альтаира нет и, когда он будет, мы тоже не знаем, она удалилась в свою нору и упала.
Она лежала несколько часов, не двигаясь вообще. Мне даже показалось, что она пала, но внезапно она начала подвывать. Я посмотрела на Шрама, он неотрывно наблюдал за ней с ее возвращения.
Затем он ушел, не сказав ни слова. А мне пришлось сидеть на месте и следить за безопасностью стаи, времена настали беспокойные.
Когда я открыла глаза, была глубокая ночь. Вероятно, я проспала часа четыре, но тело все равно осталось вялым и уставшим. Я с ужасом представляла свой дальнейший путь. Я практически осталась одна.
Но нужно было вставать, и, встав, я увидела тело зайца и в самодельной миске воду, наевшись и напившись, я вышла. Посмотрела на Лию, но она покачала головой, и я рванула к границе пантер.
Мне нужна была помощь. Я остановилась перед границей, и мое тело начало меняться. Я потянулась, привыкая к телу пантеры и, как можно громче зарычала. Спустя полчаса я увидела знакомую, мощную пантеру. Он зарычал.
— Чем могу помочь?
— Мне нужна твоя помощь в одном деле… Поможешь?
Он выпрямился.
— Что за дело?
— Знаешь местного вожака черных волков?
— Как некромант смог сделать своих созданий?
— Ну, во-первых, некромант поднимает мертвых, в этом заключается его сила. Чем он сильнее, тем больше он может поднять и удерживать. Во-вторых, там нужен ученый, который смыслит в генетике и много в чем еще. И может еще, какой маг, может маг крови.
— Маг крови?
— Дитя, откуда пришла, что самых простых вещей не знаешь?
— Я из другого мира, Мудрец.
— Хм, ну ладно. Тогда слушай, дитя. Маг крови, точнее его сила это кровь. Он пишет заклинания кровью, он может заговаривать кровь, а может с помощью капли вашей крови, подчинить вас без остатка. Магия крови самая опасная. От нее можно избавиться либо убив мага, либо погибнуть самому, если получится, конечно. Она подчиняет все. Тело. Мозг. Сердце. Ты становишься рабом полностью.
Старец задумался.
— Идемте, вы, как и ваши лошади нуждаетесь в отдыхе. Я создам для вас временной кокон, чтобы вы как следует, отдохнули. Впереди у вас сложные времена.
Девушки встали и по одной, мудрец, отсылал отдыхать, помещая в кокон.
Очередь дошла до меня.
— А с тобой дитя, мне нужно очень долго поговорить.
Я кивнула.
— Идем, мои старые кости больше не могут стоять.
Мы присели в мягкие кресла у камина.
— Для начала я расскажу о том кто ты. Я, если честно думал, что это еще одна легенда. Слушай.
— Прежде всего, хочу сказать, что в первую очередь ты оборотень. Давно поговаривали, что двое ученых захотели создать гибрида оборотня и мага. Думаю, как ты заметила, оборотни имеют только силу своего зверя, но не магию. А магию, если ты знаешь историю, имели только Валькирии. Ученые смогли соединить ДНК оборотня и мага, влили туда каплю валькирии и каплю серафимы, чтобы ДНК оборотня усвоила ДНК мага.
И вот на свет, как я вижу, появилась девочка, в которой живут две противостоящие друг другу силы. И вот ты! Сильный оборотень и маг! Я думаю, что твоя сила еще не до конца пробудилась! Расскажи мне о себе.
— У меня есть клинки, закаленные огнем, — Я достала их и позвала огонь, клинки тут же вспыхнули, убрав их, продолжила, — у меня два волка кристально белый и черный, пантера. Черную волчицу могу изменять, у всех остальных могу изменять размер зубов и когтей. Магия огонь, хотя есть и к другим стихиям предрасположенность.
— Позови наружу своих волков, с начала одного, потом другого.
Я выполнила просьбу.
— Почему твоя черная волчица вся в шрамах?
— После того, как я убила королеву вампиров, я потеряла сознание, а проснулась в этом мире, в качестве волчицы для боев. Я три года провела на арене, у меня было множество противников, одним из которых был взрослый трехглавый пес. После боя с ним, у меня был поврежден позвоночник и тогда человек во мне не выдержал, сдался, зато тьма помогла выжить. Да и вообще, когда моя кровь слилась с черной, та тьма словно освободилась, словно кровь оборвала те цепи, на которые я ее посадила. А потом мне удалось освободиться.
О белой же, я узнала совсем недавно, когда случайно попала в стаю белых волков.
Также я могу превращаться в пантеру.
Я перекинулась в свою любимую кошку.
— Да, она красива! И, как я вижу, вы с ней хорошо ладите! Хм… Знаешь, какую силу она тебе подарила?
Я лишь головой покачала.
— Ты ведь знаешь, что у кошки девять жизней? Так вот, твоя сущность человека слилась с сущностью кошки! И знаешь, кто ты и, что ты теперь можешь?
Я снова лишь головой покачала.
— Ты женщина-кошка, имеющая вторую ипостась. Немногие женщины смогли добиться такого доверия со своим зверем.
— Но как? — Смогла лишь воскликнуть.
— Это редкий дар, дитя! И тебе же нравится ею быть. Ведь так?
Да, поэтому я и звала ее к поверхности чаще, чем волчиц. Мне нравилось перенимать ее кошачью грацию в образе человека.
— Тогда почему я могу перекидываться в животных, которые меня не кусали?
— Хм, сложный вопрос. Может, ты нравишься душам животных, и они остаются с тобой, а когда тебя заражают этим видом, то эта душа становится твоим зверем? Я согласен, что теория жутковата.
— Что ж, там ученые намешали то?
— Дитя, может быть и такое, что у кого брали ДНК, тот оборотень, был многоликим. А тебе лишь остались отголоски или что-то в этот роде. И сейчас постепенно, встречая зверя каждого вида, в тебе просыпается такой же зверь, но он не всевластен пока ты не получишь заражение. Не знаю, дитя. Можно придумать много вариантов.
Могу лишь дать совет. Узнай себя, свою силу, недостатки, преимущества. Одно то, что ты женщина-кошка может дать тебе многое. Учись дальше, дитя. И береги себя и свою душу.
— Спасибо, Мудрец! — Я присела перед ним в реверансе, низко склонив голову.
— Иди, отдохни, дитя! Тебе совсем скоро предстоит длинный и тяжелый путь.
— Хорошо. Доброй ночи!
— Доброй, дитя. — Послышался шепот старца, словно эхо.
— И еще дитя, — прошептал старик совсем тихо, — знай, одну жизнь ты уже потеряла точно, а может и две.
Как и обещал нам старец, мы проснулись через пару часов, а отдохнули, словно за пару дней. Лошади тоже были отдохнувшими и рвавшимися в бой.
Мы стояли почти у выхода из пещеры.
— Мне жаль, если я не смог помочь вам так, как вы надеялись! Но я надеюсь, что теперь у вас есть цель и силы, чтобы ее достичь!
— Да, Старейшина! Мы выполним свое предназначение! — И когда я уже хотела спросить о каком-то предназначении, Элла кивнула старику и пришпорила своего жеребца. И мы словно куклы, сорвались за ней без слов. Я лишь успела оглянуться и увидеть, как быстро старец пропадает из виду.
Мы скакали вот уже пару часов, когда сзади услышали рычание. Лошади снова сорвались в галоп и неслись вперед и их не пугали поваленные деревья, ни глубокие лужи, ни грязь. Ничего.
Гончие постепенно отстали и мы уже решили, что оторвались, когда я среди мельтешивших деревьев и кустарников увидела темно-коричневый, бурый мех.
— Гериатры! — Закричала я и пришпорила Дьявола.
Он ускорился, и, маневрируя между другими лошадьми, вырвался вперед и теперь несся впереди, потихоньку отрываясь. Я лишь оглядывалась назад и пыталась оценить обстановку. Нас догоняли и зажимали.
Лошади ускорились, пытаясь догнать Дьявола. Мы прошли поворот, скрытый деревьями и кустарниками, и увидели мост, но он был обрушен.
— Мост! Он обрушен! — Снова закричала я.
— Прыгай! Мы за тобой! — Закричала Райна.
Я слегка подхлестнула Дьявола и он начал еще разгоняться. Он смотрел только вперед, ничего не боясь. А меня, чем ближе был мост, тем сильнее начинало трясти. Чем ближе мы были, тем больше я видела расстояние, которое нужно преодолеть моему напарнику.
Я подобралась, облегчая свой вес и готовясь быть внимательной с балансом. Дьявол сделал еще рывок. Послышался стук копыт по дереву, ржание и Дьявол взвился в воздух, словно птица. За ним снова словно раскрылись невидимые крылья.
Я посмотрела вниз, несколько километров скал и где-то внизу бежит ручей. Но мы стремительно летели дальше и, вот снова послышался стук копыт о дерево. Мы приземлились. Мы проскакали еще немного, когда я поняла, что не слышу топот остальных.
Я обернулась и никого, не увидев, осадила Дьявола. Он присел на задние ноги и, проехав, поднимая пылищу, остановился. Я резко развернула его обратно к мосту. И увидела, что лошади воительниц не стали прыгать. Они испугались.
— Скачи Моника! — Заорала Анджи.
— Я не брошу вас!
— Скачи! — Закричала Райна.
— Мы справимся! Скачи дальше и найди Альтаира, Принца Персии.
— Что?
— Найди его, Моника! Мы найдем тебя позже. Скачи, давай же! — Уже несколько панически закричала эльфийка.
Гериатры напали на них, но тех кто, не остановившись, пробежал мимо, я узнала. Ида, Имон и Каин. Они ускорились, словно собирались тоже перепрыгнуть.
Я взглянула последний раз на отчаянно дерущихся воительниц и пришпорила Дьявола.
— Ха! Пошел, мальчик!
Заржав, он сорвался в галоп и старался максимально быстро снова разогнаться. Но когда я обернулась, то увидела, что эти трое легко перепрыгнули и рванули за нами, быстро сокращая между нами разрыв.
Он скакал так быстро, как мог. Но хищники, преследовавшие нас, неизмеримо догоняли. Их рычание становилось все ближе.
Внезапно Дьявол заржал и, обернувшись, я увидела, что один из хищников сильно ранил его бедро. Умудрившись лягнуть, он сделал еще рывок. Но другой гериатр бросился на его плечо и оставил длинную глубокую рану от плеча, переходившую на бок. С другой стороны просвистели когти и, появилась полоса царапин на шее коня.
Такими темпами он просто падет. От усталости и потери крови или болевого шока.
Я отпустила поводья и мои руки, вспыхнули огнем. В каждой руке появился огненный шарик, который я сразу же отправила в гериатров, которые снова собирались сделать рывок.
Послышалось удивленное рыканье, и остался только вожак, Ида.
Нам нужно оторваться от них.
Я бросила назад шарики, и они внезапно разожглись на пути Иды, образуя кольцо из огня. Дьявол, как мог, рванул вперед. Но я видела, как сильно кровоточила рана на шее. Нужно что-то делать и быстро.
Обернувшись назад, я поняла, что эти фокусы задержали их и, резко осадив коня, спешилась. Я быстрым движением взяла из седельной сумки кристалл перемещения. Отойдя на пару шагов, сказала:
— Прости, малыш, но долго ты не продержишься, — И разбила об него кристалл, его тут же оплели синие щупальца, Дьявол заржал и встал на дыбы, но было поздно. Он уже перемещался в безопасное место.
Услышав, приближающееся рычание, я же перекинулась в черную волчицу и рванула во весь опор вперед. Но вскоре меня все же догнали и резко остановили. Внезапно споткнувшись об чью-то лапу, я кубарем полетела по дороге, поднимая пыль.
Было больно, на полном ходу пропахать носом и телом землю. Я поднялась на ноги, злющая, как демон. На морде, на теле, на лапах, кожа была стерта почти до мяса.
Я зарычала так яростно и сильно, как могла.
И внезапно поняла, что я с ними одного теста. Они ведь тоже гибриды, но додумать я не успела, на меня бросился Каин. Я понимала, что надо снова вырваться и бежать. Меня тоже очень сильно ранили и силы слишком быстро утекали из меня, скоро я буду трупом.
Я зарычала и прыгнула вокруг себя и, описав круг, зажглось пламя. Это же пламя потекло к моим противникам и оплело их в такие же круги и, когда пламя загорелось бушующей стеной неконтролируемого огня, я перепрыгнула пламя и рванула вперед.
Я бежала вперед, выдавливая из себя последние силы, но вскоре мой бег становился все медленнее, пока и вовсе я не свалилась на дорогу.
Мышцы жгло огнем, в горле сухо и першило, раны болели. Я знала, что надо встать. Они скоро придут и разорвут меня на части. А я им даже помешать не смогу.
Мое тело настолько ослабло, что произошла непроизвольная трансформация, и я пальцами вгрызлась в землю, от переполнявшей меня боли, обиды и злости.
Из глаз текли слезы, я понимала, как жалко сейчас выгляжу. Как новорожденный щенок, которого легко убить. Я зарычала и попыталась встать, но ноги подогнулись, и я снова рухнула, получая новые ссадины. Я пыталась ползти, обдирая коленки и локти в кровь, когда внезапно пришло мое спасение.
Он остановился прямо надо мной, заржав и встав на дыбы. Потом он лег рядом со мной, и я кое-как заползла на него и, вцепившись в цепи, пыталась мыслить. Он снова спасает меня.
— Кажется, я в неоплатном долгу перед тобой, единорог!
Никак не отреагировав на мои слова, он рванул в самый лес, легко огибая деревья, перепрыгивая кусты и так далее. Я опустилась, как можно ниже, чтобы не словить бревном по лбу и, вцепившись мертвой хваткой в цепи, вырубилась.
Я очнулась, лежащей у дерева, рядом со мной лежал единорог. На его боках аллели пять глубоких царапин, с каждым новым вздохом, раны кровоточили все сильней.
Кое-как сев, я схватилась за голову, в ней шумело безумно. На карачках, я подползла к своему спасителю и положила руки на его раны.
— Это самое меньшее, что я могу сделать для тебя, ведь ты для меня сделал куда больше, — мои руки засветились мягким голубоватым светом, и раны сначала перестали кровоточить, затем появилась пленка, болячка и вскоре даже шрама не осталось от царапин. Он вскочил, и я поняла, что эти царапины очень сильно болели.
Я обняла его.
— Спасибо тебе за все, но мне видимо придется продолжить свой путь дальше, пока меня не зарезали. А ты, береги себя, черный единорог!
Он посмотрел мне в глаза, встал на дыбы и сорвался в галоп. Буквально через пару минут его и след простыл. И лишь следы копыт говорили о его присутствии.
Я снова перекинулась в черную волчицу и побежала иноходью в логово черных волков. Мне нужен был Альтаир, он же Принц Персии. Я снова зарычала. Как они могли соврать мне? Зачем? И снова рык.
Я бежала размашистой рысью, стараясь бежать расслабленно, но понимала, что когда доберусь до стаи, упаду, и какое-то время буду просто спать.
И вот, наконец, я стою на главной поляне стаи, здесь стало пустынно. Я увидела Лию и Шрама, кивнув им в знак приветствия, я подошла к ним.
— Где Альтаир?
— Пару дней назад он уехал в свои владения, забрав Брэда и Велдона с собой, а меня, оставив за главную.
— Хорошо. Есть какие-нибудь новости? Когда он приедет?
— Ничего не знаю, он с нами еще не связывался, — волчица грустно опустила голову.
Я склонила еще раз голову перед ними и удалилась в свою нору. Надо хоть немного отдохнуть.
***
Когда она уходила по следу пропавшего брата вожака, она была сильна и полна энергии… А сейчас она выглядела крайне плохо, загнанной, словно ее гнали слишком долго и она едва держится. Шерсть и кожа кое-где были стерты до мяса, многочисленные глубокие раны на теле, лапы были изодраны и постоянно кровоточили, никак не могли начать заживать. Ее глаза были немного безумными, язык почти свисал до плеча. Но от нее не чувствовалось страха, только безграничная усталость.
Узнав, что Альтаира нет и, когда он будет, мы тоже не знаем, она удалилась в свою нору и упала.
Она лежала несколько часов, не двигаясь вообще. Мне даже показалось, что она пала, но внезапно она начала подвывать. Я посмотрела на Шрама, он неотрывно наблюдал за ней с ее возвращения.
Затем он ушел, не сказав ни слова. А мне пришлось сидеть на месте и следить за безопасностью стаи, времена настали беспокойные.
***
Когда я открыла глаза, была глубокая ночь. Вероятно, я проспала часа четыре, но тело все равно осталось вялым и уставшим. Я с ужасом представляла свой дальнейший путь. Я практически осталась одна.
Но нужно было вставать, и, встав, я увидела тело зайца и в самодельной миске воду, наевшись и напившись, я вышла. Посмотрела на Лию, но она покачала головой, и я рванула к границе пантер.
Мне нужна была помощь. Я остановилась перед границей, и мое тело начало меняться. Я потянулась, привыкая к телу пантеры и, как можно громче зарычала. Спустя полчаса я увидела знакомую, мощную пантеру. Он зарычал.
— Чем могу помочь?
— Мне нужна твоя помощь в одном деле… Поможешь?
Он выпрямился.
— Что за дело?
— Знаешь местного вожака черных волков?
