С остальными ребятами мы познакомились в перерыве. Аквамаринцы, как обычно, стояли с надменными физиономиями, но, надо отдать им должное, разговаривали вежливо и не вызывающе. Так что, скорее всего, оттают. Всё же забияки обычно начинают цепляться почти сразу, чисто на рефлексах. Рисковые фразы, завуалированные кружевом слов, улыбочки и прочее. Навидалась я таких. А с этими вот за одним столом уже почти полчаса, а они ведут себя нормально. Даже не очень надменно. Неужели повезло? Было бы замечательно.
Из пятерки синего сектора, попавшей с нами в один класс, мое внимание привлек Таридин Дишэль, невысокий златовласый юноша, с красивыми фиалковыми, но очень цепкими глазами.
Ами, вот и нашли мы тебе лорда лепреконов!
Правда, судя по тому, как чуть заметно передернулся он при представлении, он не одобрял смешанных браков. Хотя лепрекон тут же любезно улыбнулся и в дальнейшем не показывал недовольства, то есть, скорее всего, это была первая реакция, которую хоть и пытались, но не смогли до конца скрыть. Но то, что пытались, уже говорит в его пользу.
Далее был эльф. Наиклассический такой. Высокий, стройный и эффектный остроухий брюнет, судя по серому блудливому взгляду - прожженный ловелас. Притом, явно предпочитающий блондинок, так как что Амириль, что Нира, удостоились очень внимательных взглядов и обаятельных улыбок. Только мне и парням повезло, нас мысленно явно не раздели!
Кстати, лепреконы от эльфов внешне отличаются только ростом, да немного иной формой глаз и ушей. У лепреконов уши дли-и-инные. А у эльфов - аккуратные и небольшие, только немного из-под волос торчат. Мои уши как раз остренькие и длинненькие.
Отчасти я именно потому шарахалась от Лейдира и Пытки. Они как-то очень близко к ушам наклонялись! У всех остроухих, это - эрогенная зона, но у меня… скорее щекотная пока. Маленькая я еще. Не люблю, когда уши не то что трогают, даже дыханием касаются! А уж дергать, так вообще не сметь!
Остальные трое в пятерке из Аквамарина были девушками. Две эльфийки, которые в основном молчали, только улыбались и вежливо поддерживали беседу, и одна фея, болтавшая слишком уж, на мой взгляд, много. Хотя… фейка есть фейка! Как раз если бы она себя вела по другому, то это было бы странно.
С одногрупниками из Малахита и Янтаря толком познакомиться не успели, так как с аквамаринцами беседовали и за обедом, а стол был как раз на десять персон.
Ладно, ещё успеется.
Мы тут надо-о-олго!
- Кстати, а когда в расписании стоят занятия с Пыткой? - задала я животрепещущий для меня вопрос.
- Ой, да уже завтра! – тут же затараторила фея, возбужденно поводя крылышками. Мелкая, не больше пятилетнего ребенка, но сильная волшебница. Феи вообще сильны, а если эта попала в группу из Аквамарина… - Скорей бы уже, я столько слышала про Мастера Хина, он едва ли не лучший специалист в своем роде, нам безумно повезло, что с нашей группой будет заниматься он, а не один из Палачей!
- Да, и правда… повезло, - потерла бровь я. – Завтра у нас занятия в Академии, или эта... экстремальная подготовка?
- В Академии, - вместо феи ответил лепрекон. – И да, я согласен с Лилиан, нам, и правда, очень повезло! Сам Мастер Хин!
Фанаты Пытки. Мамочкина скалочка!
Всё же ребята из Аквамарина по определению немного того!
Собственно, это я и выдала Амириль, когда мы с ней, после занятий, распрощавшись с остальными, шли по улице Изумрудного к магазинчику магически насыщенных минералов.
- Это они-то ненормальные? – вскинула темно-золотую бровь двойняшка и рассмеялась. – А кто тут о вскрытиях мечтал?!
- Ну, я, - надулась. – Но я скорее радовалась, что материал откапывается сам, и не придется лопатой вручную махать! Да и опасно… вот докопаюсь я до гробика… а меня оттуда кааак хвать!
- Ну... – прониклась масштабами проблемы Ами. – А если механизмом откапывать?
- А если они мне трупик повредят?! – искренне возмутилась я. – А он какой-нибудь особенный!
- Ну, да, - спрятала улыбку сестра.
За разговором дошли до лавки. Её, кстати, посоветовал пожилой гном-артефактор, когда я сегодня после его лекции спросила, где лучше всего приобретать материал для работы.
Заодно спросила как тут дела обстоят дела с факультативами, а то сейчас он читал только общие уложения и то, что могло пригодится в работе по основной специальности. То есть никакой работы с материалом.
Так… я остановилась у лавочки с красочной вывеской.
Учитель же посоветовал показать продавцу значок студентки Академии, и сослаться на то, что я от учителя Дорина. Видимо, лавку тоже держал гном.
В лавке пробыли недолго, имя учителя и правда заметно отразилось на радушии продавца-гнома и, спустя десять минут, я выходила из лавки довольная, в обнимку с мешочком с камешками, и под руку с немного заскучавшей сестрой. Ами специализировалась на драгоценных камнях, и любила именно их. Я же копалась сейчас в обычных, неказистых минералах, ценных только тем, что они были напитаны природной силой.
- Пошли, скушаем чего-нибудь сладенького? – предложила я, а златовласка тут же расцвела и с энтузиазмом кивнула.
Сладенькое… камешки. А это всё денежки. И всё бы ничего, но не хочется обращаться к родителям. У них и так всё не очень хорошо идет. Отец поссорился с нашим дедом и, осерчав, подгорный мастер сделал очень много нехорошего. Папа ювелир, ну а поток клиентуры очень зависит от репутации… и общественного мнения. С тем, кто в опале у столь уважаемого гнома, главы общины мастеров, стараются дел не иметь.
Так что… мы с Ами стеснены в средствах.
Да, обедом кормят в Академии, но вот остальное ещё никто не отменял. Как и то, что вот такие траты на камушки обходятся весьма недешево. Я уж не говорю про одежду, хорошую обувь и мою тайную страсть. Отличное белье. Белья с собой было меньше, чем хотелось бы. Впрочем, мне его всегда хотелось ещё, вот. К сожалению, у всех свои завихрения. У меня - белье. А оно иногда стоит дороже очень неплохого костюма.
Потому, надо что-то думать. И чем скорее, тем лучше.
Я не транжира, даже эти вот камни сейчас необходимы, но тем не менее.
Ами дернула меня за рукав, отвлекая от грустных мыслей, и молча указала на красочную вывеску, недвусмысленно и весьма завлекательно гласящую «Свежая выпечка». Запах наглядно свидетельствовал, что да, свежая.
Вышли мы оттуда нагруженные пакетами, сытые и очень довольные.
Дома угостили ребят, и я, игнорируя внимательный и какой-то очень теплый взгляд дроу, почти сразу сбежала к себе в комнату, работать с камнями. В любом случае, амулеты от телепатии - штука хорошая, сделаю их на всех наших, а если кто-то откажется, то продам. Хоть в ту лавку где купила. Видела аналогичные штучки. Только более простенькие, чем те, что я собиралась делать. Но сейчас - работа. Четыре штуки - это много!
Достала из сумки и развернула кожаный сверток, где в кармашках аккуратно лежали все необходимые инструменты, нацепила специальные очки, настроила лампу, достала свои запасы и высыпала из мешочка приобретенное сегодня минеральное богатство. Ну-с… Что тут у нас есть?
А есть тут у нас много всего!
Что такое работа артефактора? Это искусство. Кто бы что ни говорил, но амулеты и артефакты всегда составляются из нескольких компонентов, и их надо… почуять. И расположить так, как того желают камни. Потому, даже вещи с одним действием всегда выглядят по-разному, направленность можно понять только по тому, из каких минералов сложен амулет. Я сейчас творила от телепатического вмешательства. Три вещества в каждой вещи, три этапа, три вдоха. Да, это нужно делать очень быстро. Вернее, завершать. Сначала подготовим.
В основу ляжет турмалин. Камень, насыщенный силой, создающий вокруг энергетическое поле. Нежно погладила минерал по светло-зеленому боку. К счастью, инструментом тут работать не придется, камень уже весьма правильной цилиндрической формы. Вытащила из свертка длинный пинцет и подцепила из горки камней сначала лазурит, лукаво сверкнувший в свете лампы синим отблеском. А потом на миг зависла над остальным материалом, задумчиво переводя взгляд с ярко-желтого цитрина на белый кварц. Подходит и то, и другое, но что же взять…
Рядом с турмалином и лазуритом в итоге лег кварц.
А теперь самое сложное, самое ответственное и выматывающее. Если сейчас ошибусь, то эти камни уже не будут годны к использованию, можно смело выкидывать.
Раз.
Вдох. Осторожно беру турмалин и накрываю его второй ладонью, чтобы закрыть глаза, и… почувствовать. Силу, настроение, направленность. Да, всё верно, я была права, и он - идеальная основа. Выдох.
Вдох. Но что же он просит? Синий или белый, и как? Разделить камень, положить сверху и закрепить, или спаять их воедино?
Синий.
Не глядя нащупываю лазурит и, окутав оба минерала своей силой, разжимаю ладони и камни начинают медленно вращаться, постепенно увеличивая скорость. Ладони расходятся максимально широко, а потом резко сходятся, ударяясь друг о друга. Одновременно с этим в воздухе встретились и части будущего амулета, и последовала ослепительно яркая вспышка. Когда она угасла, то я с облегчением увидела медленно кружащийся двухцветный минерал.
Выдох.
Вдох. В воздух поднимается кварц, а я, затаив дыхание, мысленно тянусь к уже сделанным камням, пытаясь понять, что же дальше. Как же дальше. Да… ещё одна вспышка, и на месте кварца висит облако сверкающей крошки, которая, повинуясь моему жесту, метнулась к основе, усеивая её сверкающим «снегом».
Выдох.
Готово.
Я со слабой улыбкой потянулась и взяла в ладонь сине-зеленый камень, усыпанный блестками кварца. Красиво и, дай боги, будет и действенно.
Потом уже пошло легче. Я настроилась на определенные камни, на цели, на то, что я хочу получить. Я уже «нащупала» к ним дорожку, и потому было проще.
Вдох. И со стола вспорхнул крупный овальный лазурит, и я с улыбкой снова погрузилась в работу.
Этот амулет захотел сочетать кварц с цитрином, который отвергла предыдущая турмалиновая основа.
Когда закончила, то на ладонь опустился амулет, в котором спирально смешались три цвета.
Необычно.
Дальше.
Черный агат, к которому потянуло нефрит и розовый кварц.
Почему-то текущая круглая форма агата в этот раз переплавилась в крест, который усеяли острые, как пики, осколки нефрита и кварца.
Мда, странно. Носить неудобно кому-то будет.
Но камни - это камни. Да, мы плавим из них то, что нам надо. Но только так, как они нам это позволяют.
Выдох.
Дальше… В сферу сплетается аметист с черным авантюрином, завораживая то близкими искрами, то фиолетовыми «провалами». Именно ими кажутся прослойки аметиста. Минералы удивляют снова и снова: лунный камень, вдруг пластично изогнувшись, тонкой змеей обвивает маленький шарик и застывает навек.
И вот, я смотрю на четыре вещицы. Очень уставшая, но очень довольная. Да, сегодня я была молодец.
Понимая, что с меня станется уснуть тут же за столом, я сделала над собой усилие, и со вздохом потянулась к сумке, достала оттуда небольшую фляжку и сделала маленький глоток. Горло привычно обжег алкоголь, и я сморщилась. Да, так нужно, вино с пряностями хорошо восстанавливает силы, особенно если оно заговоренное. Всего один маленький глоточек и нужен. Но крепкое, зараза! Невкусно.
И спать теперь хорошо буду. Камни… они зовут. Именно поэтому «бывших» артефакторов не бывает. Почувствовав это однажды, уже нереально расстаться. Это как жизнь. Как магия. Хотя это и есть магия.
Алкоголь затуманивает мозг, и я скоро утрачу нужную концентрацию, а значит, не будет искушения работать ещё и ещё, снова и снова прикасаться к чуду. Вновь и вновь терять силы. Опасно.
Закрутила фляжку и закинула на дно сумки, следом за ней скрылся и сверток с инструментами. Камни аккуратно сложила в пропитанный магически нейтральным раствором мешочек и бережно положила в отдельное отделение.
Встала, с тихим стоном разогнулась и потянулась, вставая на носочки, изгибаясь всем телом. Время за работой летит быстро.
Пора спать. Завтра рано вставать, и до завтрака надо передать Ами один из амулетов. Вернее, предложить выбрать.
Посмотрела на догорающее пламя камина, подошла и пошевелила угли. Осень. Скоро станет холодно, и огонь будет жизненно важным, как и тысячелетия назад. Хотя, судя по водным радиаторам под окнами, гордецы Малахита полезные изобретения моей родины таки заимствовали. Ну, ещё бы! Мерзнуть только из-за гордости – последнее и, надо отметить, весьма глупое дело. А дураками прихвостни Гудвина Ла-Дашра никогда не были. Особенно прихвостни ЭТОГО Гудвина. Потрясающий правитель, надо признать. Притом, во многом потрясающий. Рисковый, но неизменно выигрывающий. И провалов его не видно, хотя они, несомненно, есть. А, стало быть, он вообще гений, если даже последствий почти не видно. В Университете Пути у меня был приятель, который выбрал стезю аналитика, и его увлечением была как раз политическая ситуация в Малахите. Потому я знала, что за последние десять лет зеленый сектор трижды был на грани кризиса разного размаха. Но они умудрялись справляться. Хотя, с таким подходом к своим «кругам» это, наверное, и неудивительно.
Один из Теней правителя – Феликс Ла-Шавоир. То, что он наследник знатнейшего рода - это одно… но он ещё и потомок богини Маэжи, и гениальнейший статист и организатор.
Не знаю, насколько правдивы сведения… но этот Тень тоже не пришел в личный круг Гудвина добровольно.
Все же, в Охре не такой дикий подход к межличностным отношениям, как в Малахите.
Тут… тут только власть имущий имеет право на личное счастье, дружбу и всё, что в голову взбредет. И у «младшего партнера» нет выбора. Потому, конечно, можно подумать, что тут всё по взаимному согласию… но что-то слабо верится, что такая личность как Ла-Шавоир, который ещё в во время стажировки в нашем же Университете Пути прослыл непримиримым и не прогибающимся мужчиной, так просто согласился быть у кого-то на побегушках.
Дикие обычаи.
Но… Малахит один из самых богатых и процветающих секторов. Так что, кто знает, может в этом и есть смысл.
В любом случае, меня это всё, к счастью, не коснется.
Развязала передник. Легонько звякнув, он первым лег на стул, за ним последовало платье. Оставшись в одном белье, я скинула тапочки и, прихватив расческу, направилась к зеркалу. Положила щетку на тумбу и вскинула руки, нащупывая шпильки в прическе. Спустя несколько секунд на плечи упала тяжелая медная коса, я быстро её расплела, а потом с тихим блаженным вздохом запустила пальцы в пряди, массируя кожу головы.
Когда расчесалась, то осторожно расстегнула подвязки и медленно сняла чулки. Ум-м-м, белоснежные, нежные, ажурные, но весьма плотной вязки. Какая же прелесть!
Бюстик лег поверх чулок и я, дрожа от холодка, быстро натянула длинную плотную сорочку. А теперь спать! Посмотрела на широкую постель и, хихикнув, с размаху опустилась на мягкую перину, а потом ещё и подпрыгнула. Потянулась, зевнула, заползла под мягкое одеяло, и спустя некоторое время уже сладко спала.
Там же.
Огонь догорал, девушка спала, забавно обнимая подушку и, естественно, не видела, как тени в одном из дальних кресел дрогнули, выпуская из своего плена мужчину в белом. Он откинул с лица прядь светлых волос и чуть заметно улыбнулся:
- А ты очень красиво работаешь, малышка.
Из пятерки синего сектора, попавшей с нами в один класс, мое внимание привлек Таридин Дишэль, невысокий златовласый юноша, с красивыми фиалковыми, но очень цепкими глазами.
Ами, вот и нашли мы тебе лорда лепреконов!
Правда, судя по тому, как чуть заметно передернулся он при представлении, он не одобрял смешанных браков. Хотя лепрекон тут же любезно улыбнулся и в дальнейшем не показывал недовольства, то есть, скорее всего, это была первая реакция, которую хоть и пытались, но не смогли до конца скрыть. Но то, что пытались, уже говорит в его пользу.
Далее был эльф. Наиклассический такой. Высокий, стройный и эффектный остроухий брюнет, судя по серому блудливому взгляду - прожженный ловелас. Притом, явно предпочитающий блондинок, так как что Амириль, что Нира, удостоились очень внимательных взглядов и обаятельных улыбок. Только мне и парням повезло, нас мысленно явно не раздели!
Кстати, лепреконы от эльфов внешне отличаются только ростом, да немного иной формой глаз и ушей. У лепреконов уши дли-и-инные. А у эльфов - аккуратные и небольшие, только немного из-под волос торчат. Мои уши как раз остренькие и длинненькие.
Отчасти я именно потому шарахалась от Лейдира и Пытки. Они как-то очень близко к ушам наклонялись! У всех остроухих, это - эрогенная зона, но у меня… скорее щекотная пока. Маленькая я еще. Не люблю, когда уши не то что трогают, даже дыханием касаются! А уж дергать, так вообще не сметь!
Остальные трое в пятерке из Аквамарина были девушками. Две эльфийки, которые в основном молчали, только улыбались и вежливо поддерживали беседу, и одна фея, болтавшая слишком уж, на мой взгляд, много. Хотя… фейка есть фейка! Как раз если бы она себя вела по другому, то это было бы странно.
С одногрупниками из Малахита и Янтаря толком познакомиться не успели, так как с аквамаринцами беседовали и за обедом, а стол был как раз на десять персон.
Ладно, ещё успеется.
Мы тут надо-о-олго!
- Кстати, а когда в расписании стоят занятия с Пыткой? - задала я животрепещущий для меня вопрос.
- Ой, да уже завтра! – тут же затараторила фея, возбужденно поводя крылышками. Мелкая, не больше пятилетнего ребенка, но сильная волшебница. Феи вообще сильны, а если эта попала в группу из Аквамарина… - Скорей бы уже, я столько слышала про Мастера Хина, он едва ли не лучший специалист в своем роде, нам безумно повезло, что с нашей группой будет заниматься он, а не один из Палачей!
- Да, и правда… повезло, - потерла бровь я. – Завтра у нас занятия в Академии, или эта... экстремальная подготовка?
- В Академии, - вместо феи ответил лепрекон. – И да, я согласен с Лилиан, нам, и правда, очень повезло! Сам Мастер Хин!
Фанаты Пытки. Мамочкина скалочка!
Всё же ребята из Аквамарина по определению немного того!
Собственно, это я и выдала Амириль, когда мы с ней, после занятий, распрощавшись с остальными, шли по улице Изумрудного к магазинчику магически насыщенных минералов.
- Это они-то ненормальные? – вскинула темно-золотую бровь двойняшка и рассмеялась. – А кто тут о вскрытиях мечтал?!
- Ну, я, - надулась. – Но я скорее радовалась, что материал откапывается сам, и не придется лопатой вручную махать! Да и опасно… вот докопаюсь я до гробика… а меня оттуда кааак хвать!
- Ну... – прониклась масштабами проблемы Ами. – А если механизмом откапывать?
- А если они мне трупик повредят?! – искренне возмутилась я. – А он какой-нибудь особенный!
- Ну, да, - спрятала улыбку сестра.
За разговором дошли до лавки. Её, кстати, посоветовал пожилой гном-артефактор, когда я сегодня после его лекции спросила, где лучше всего приобретать материал для работы.
Заодно спросила как тут дела обстоят дела с факультативами, а то сейчас он читал только общие уложения и то, что могло пригодится в работе по основной специальности. То есть никакой работы с материалом.
Так… я остановилась у лавочки с красочной вывеской.
Учитель же посоветовал показать продавцу значок студентки Академии, и сослаться на то, что я от учителя Дорина. Видимо, лавку тоже держал гном.
В лавке пробыли недолго, имя учителя и правда заметно отразилось на радушии продавца-гнома и, спустя десять минут, я выходила из лавки довольная, в обнимку с мешочком с камешками, и под руку с немного заскучавшей сестрой. Ами специализировалась на драгоценных камнях, и любила именно их. Я же копалась сейчас в обычных, неказистых минералах, ценных только тем, что они были напитаны природной силой.
- Пошли, скушаем чего-нибудь сладенького? – предложила я, а златовласка тут же расцвела и с энтузиазмом кивнула.
Сладенькое… камешки. А это всё денежки. И всё бы ничего, но не хочется обращаться к родителям. У них и так всё не очень хорошо идет. Отец поссорился с нашим дедом и, осерчав, подгорный мастер сделал очень много нехорошего. Папа ювелир, ну а поток клиентуры очень зависит от репутации… и общественного мнения. С тем, кто в опале у столь уважаемого гнома, главы общины мастеров, стараются дел не иметь.
Так что… мы с Ами стеснены в средствах.
Да, обедом кормят в Академии, но вот остальное ещё никто не отменял. Как и то, что вот такие траты на камушки обходятся весьма недешево. Я уж не говорю про одежду, хорошую обувь и мою тайную страсть. Отличное белье. Белья с собой было меньше, чем хотелось бы. Впрочем, мне его всегда хотелось ещё, вот. К сожалению, у всех свои завихрения. У меня - белье. А оно иногда стоит дороже очень неплохого костюма.
Потому, надо что-то думать. И чем скорее, тем лучше.
Я не транжира, даже эти вот камни сейчас необходимы, но тем не менее.
Ами дернула меня за рукав, отвлекая от грустных мыслей, и молча указала на красочную вывеску, недвусмысленно и весьма завлекательно гласящую «Свежая выпечка». Запах наглядно свидетельствовал, что да, свежая.
Вышли мы оттуда нагруженные пакетами, сытые и очень довольные.
Дома угостили ребят, и я, игнорируя внимательный и какой-то очень теплый взгляд дроу, почти сразу сбежала к себе в комнату, работать с камнями. В любом случае, амулеты от телепатии - штука хорошая, сделаю их на всех наших, а если кто-то откажется, то продам. Хоть в ту лавку где купила. Видела аналогичные штучки. Только более простенькие, чем те, что я собиралась делать. Но сейчас - работа. Четыре штуки - это много!
Достала из сумки и развернула кожаный сверток, где в кармашках аккуратно лежали все необходимые инструменты, нацепила специальные очки, настроила лампу, достала свои запасы и высыпала из мешочка приобретенное сегодня минеральное богатство. Ну-с… Что тут у нас есть?
А есть тут у нас много всего!
Что такое работа артефактора? Это искусство. Кто бы что ни говорил, но амулеты и артефакты всегда составляются из нескольких компонентов, и их надо… почуять. И расположить так, как того желают камни. Потому, даже вещи с одним действием всегда выглядят по-разному, направленность можно понять только по тому, из каких минералов сложен амулет. Я сейчас творила от телепатического вмешательства. Три вещества в каждой вещи, три этапа, три вдоха. Да, это нужно делать очень быстро. Вернее, завершать. Сначала подготовим.
В основу ляжет турмалин. Камень, насыщенный силой, создающий вокруг энергетическое поле. Нежно погладила минерал по светло-зеленому боку. К счастью, инструментом тут работать не придется, камень уже весьма правильной цилиндрической формы. Вытащила из свертка длинный пинцет и подцепила из горки камней сначала лазурит, лукаво сверкнувший в свете лампы синим отблеском. А потом на миг зависла над остальным материалом, задумчиво переводя взгляд с ярко-желтого цитрина на белый кварц. Подходит и то, и другое, но что же взять…
Рядом с турмалином и лазуритом в итоге лег кварц.
А теперь самое сложное, самое ответственное и выматывающее. Если сейчас ошибусь, то эти камни уже не будут годны к использованию, можно смело выкидывать.
Раз.
Вдох. Осторожно беру турмалин и накрываю его второй ладонью, чтобы закрыть глаза, и… почувствовать. Силу, настроение, направленность. Да, всё верно, я была права, и он - идеальная основа. Выдох.
Вдох. Но что же он просит? Синий или белый, и как? Разделить камень, положить сверху и закрепить, или спаять их воедино?
Синий.
Не глядя нащупываю лазурит и, окутав оба минерала своей силой, разжимаю ладони и камни начинают медленно вращаться, постепенно увеличивая скорость. Ладони расходятся максимально широко, а потом резко сходятся, ударяясь друг о друга. Одновременно с этим в воздухе встретились и части будущего амулета, и последовала ослепительно яркая вспышка. Когда она угасла, то я с облегчением увидела медленно кружащийся двухцветный минерал.
Выдох.
Вдох. В воздух поднимается кварц, а я, затаив дыхание, мысленно тянусь к уже сделанным камням, пытаясь понять, что же дальше. Как же дальше. Да… ещё одна вспышка, и на месте кварца висит облако сверкающей крошки, которая, повинуясь моему жесту, метнулась к основе, усеивая её сверкающим «снегом».
Выдох.
Готово.
Я со слабой улыбкой потянулась и взяла в ладонь сине-зеленый камень, усыпанный блестками кварца. Красиво и, дай боги, будет и действенно.
Потом уже пошло легче. Я настроилась на определенные камни, на цели, на то, что я хочу получить. Я уже «нащупала» к ним дорожку, и потому было проще.
Вдох. И со стола вспорхнул крупный овальный лазурит, и я с улыбкой снова погрузилась в работу.
Этот амулет захотел сочетать кварц с цитрином, который отвергла предыдущая турмалиновая основа.
Когда закончила, то на ладонь опустился амулет, в котором спирально смешались три цвета.
Необычно.
Дальше.
Черный агат, к которому потянуло нефрит и розовый кварц.
Почему-то текущая круглая форма агата в этот раз переплавилась в крест, который усеяли острые, как пики, осколки нефрита и кварца.
Мда, странно. Носить неудобно кому-то будет.
Но камни - это камни. Да, мы плавим из них то, что нам надо. Но только так, как они нам это позволяют.
Выдох.
Дальше… В сферу сплетается аметист с черным авантюрином, завораживая то близкими искрами, то фиолетовыми «провалами». Именно ими кажутся прослойки аметиста. Минералы удивляют снова и снова: лунный камень, вдруг пластично изогнувшись, тонкой змеей обвивает маленький шарик и застывает навек.
И вот, я смотрю на четыре вещицы. Очень уставшая, но очень довольная. Да, сегодня я была молодец.
Понимая, что с меня станется уснуть тут же за столом, я сделала над собой усилие, и со вздохом потянулась к сумке, достала оттуда небольшую фляжку и сделала маленький глоток. Горло привычно обжег алкоголь, и я сморщилась. Да, так нужно, вино с пряностями хорошо восстанавливает силы, особенно если оно заговоренное. Всего один маленький глоточек и нужен. Но крепкое, зараза! Невкусно.
И спать теперь хорошо буду. Камни… они зовут. Именно поэтому «бывших» артефакторов не бывает. Почувствовав это однажды, уже нереально расстаться. Это как жизнь. Как магия. Хотя это и есть магия.
Алкоголь затуманивает мозг, и я скоро утрачу нужную концентрацию, а значит, не будет искушения работать ещё и ещё, снова и снова прикасаться к чуду. Вновь и вновь терять силы. Опасно.
Закрутила фляжку и закинула на дно сумки, следом за ней скрылся и сверток с инструментами. Камни аккуратно сложила в пропитанный магически нейтральным раствором мешочек и бережно положила в отдельное отделение.
Встала, с тихим стоном разогнулась и потянулась, вставая на носочки, изгибаясь всем телом. Время за работой летит быстро.
Пора спать. Завтра рано вставать, и до завтрака надо передать Ами один из амулетов. Вернее, предложить выбрать.
Посмотрела на догорающее пламя камина, подошла и пошевелила угли. Осень. Скоро станет холодно, и огонь будет жизненно важным, как и тысячелетия назад. Хотя, судя по водным радиаторам под окнами, гордецы Малахита полезные изобретения моей родины таки заимствовали. Ну, ещё бы! Мерзнуть только из-за гордости – последнее и, надо отметить, весьма глупое дело. А дураками прихвостни Гудвина Ла-Дашра никогда не были. Особенно прихвостни ЭТОГО Гудвина. Потрясающий правитель, надо признать. Притом, во многом потрясающий. Рисковый, но неизменно выигрывающий. И провалов его не видно, хотя они, несомненно, есть. А, стало быть, он вообще гений, если даже последствий почти не видно. В Университете Пути у меня был приятель, который выбрал стезю аналитика, и его увлечением была как раз политическая ситуация в Малахите. Потому я знала, что за последние десять лет зеленый сектор трижды был на грани кризиса разного размаха. Но они умудрялись справляться. Хотя, с таким подходом к своим «кругам» это, наверное, и неудивительно.
Один из Теней правителя – Феликс Ла-Шавоир. То, что он наследник знатнейшего рода - это одно… но он ещё и потомок богини Маэжи, и гениальнейший статист и организатор.
Не знаю, насколько правдивы сведения… но этот Тень тоже не пришел в личный круг Гудвина добровольно.
Все же, в Охре не такой дикий подход к межличностным отношениям, как в Малахите.
Тут… тут только власть имущий имеет право на личное счастье, дружбу и всё, что в голову взбредет. И у «младшего партнера» нет выбора. Потому, конечно, можно подумать, что тут всё по взаимному согласию… но что-то слабо верится, что такая личность как Ла-Шавоир, который ещё в во время стажировки в нашем же Университете Пути прослыл непримиримым и не прогибающимся мужчиной, так просто согласился быть у кого-то на побегушках.
Дикие обычаи.
Но… Малахит один из самых богатых и процветающих секторов. Так что, кто знает, может в этом и есть смысл.
В любом случае, меня это всё, к счастью, не коснется.
Развязала передник. Легонько звякнув, он первым лег на стул, за ним последовало платье. Оставшись в одном белье, я скинула тапочки и, прихватив расческу, направилась к зеркалу. Положила щетку на тумбу и вскинула руки, нащупывая шпильки в прическе. Спустя несколько секунд на плечи упала тяжелая медная коса, я быстро её расплела, а потом с тихим блаженным вздохом запустила пальцы в пряди, массируя кожу головы.
Когда расчесалась, то осторожно расстегнула подвязки и медленно сняла чулки. Ум-м-м, белоснежные, нежные, ажурные, но весьма плотной вязки. Какая же прелесть!
Бюстик лег поверх чулок и я, дрожа от холодка, быстро натянула длинную плотную сорочку. А теперь спать! Посмотрела на широкую постель и, хихикнув, с размаху опустилась на мягкую перину, а потом ещё и подпрыгнула. Потянулась, зевнула, заползла под мягкое одеяло, и спустя некоторое время уже сладко спала.
Там же.
Огонь догорал, девушка спала, забавно обнимая подушку и, естественно, не видела, как тени в одном из дальних кресел дрогнули, выпуская из своего плена мужчину в белом. Он откинул с лица прядь светлых волос и чуть заметно улыбнулся:
- А ты очень красиво работаешь, малышка.
