Ждем?

Ну что же, подтверждение от Призрачных Миров уже получено и наш БОНУС будет залит 1 июня, ближе к вечеру, как нам и мечталось. Будет он бесплатный, но, естественно, с книгозависимостью, о которой всем тем, кто ранее покупал "Седьмую воду" переживать не стоит.
Планировали мы с Аленой небольшую зарисовочку, а размахались аж на три главки. Ну, как всегда, в принципе????
Но и это еще не все! Мечтается написать нам по отдельному бонусу о каждом триместре беременности и сопровождающих их радостях и трудностях, которые ждут Сеньку и Ваську и самом моменте родов. Как вам такая идея?
В общем, там как пойдет. Сегодня еще наверное отдохну, а завтра забурюсь с головой в окончание Подмены! Всем хорошего дня!


У нас с Аленой для вас есть кусочек текста и вопрос с подвохом.))
Итак, вот вам кусь:

Василиса.
- Мои девочки, мои красавицы, мои сладенькие подружечки. Пломбир и вишенка. М-м-м, нет, два пломбира и две вишенки, - дурацкие фразы, стелящиеся по коже и вызывающие мурашки, и нежные, почти невесомые поцелуи на моей груди разбудили меня по ощущениям в несусветную чертову рань. За окном – глаз выколи, звуки зарядов ледяного дождя вперемежку со снежной крупкой, дробно барабанящие по стеклу, даже под теплым пуховым одеялом вызывали непроизвольную дрожь и желание оставаться под ним минимум до весны. Нет, ну я кого-то однажды все-таки убью! Стопятьсот раз же просила не будить ни свет ни заря! Мало того что я по жизни не жаворонок и терпеть не могу вставать по темноте, так еще и в последнее время спать хочется почти круглые сутки, и никакой кофе не помогает!
- Кринников, имей совесть, тиранище, солнце еще не взошло, - захныкала я и попыталась отпихнуть его.
Впрочем, безрезультатно, потому что теперь нахальный муж уже больше не осторожничал и, обхватив обе мои груди, сдвинул их и уткнулся в ложбинку лицом, урча, непристойно постанывая и слегка царапая ночной щетиной. При этом он вполне комфортно расположился на мне, и, как бы я не ворчала, мои ноги раздвинулись будто сами собой, давая ему полный доступ и обхватывая его бедра.
- А мои солнца светят мне круглосуточно. И вообще помолчи, снулый снуснуфрик, ты мешаешь мне общаться с теми, кто меня всегда готов слушать. М-м-м, как же мне нравится, какими вы становитесь, такие… ух, какие. Нет, нет, Сеню вам не обмануть, я уже вижу, как вы меняетесь, подрастаете мне на радость, - продолжил он свое безумное бормотание в мою кожу, полизывая и пощипывая губами. - Просто охренительные, лучшие в мире!
Его большие пальцы нежно, но настойчиво обводили снова и снова мои соски, и я сдавленно зашипела от необыкновенно острой их чувствительности. А все потому, что кое-кто вчера сосал, прикусывал, целовал их столько, что довел меня до натурального озверения. Но я не осталась в долгу и вернула все вдвойне, заставив его корчиться и нести черте что невнятное и безумное.
Арсений оставил на каждой вершинке по влажному поцелую и вернулся к этому сводящему с ума трению, и я сдалась и протяжно вздохнула, отдавшись воспоминанию обо всех подробностях вчерашнего безумства.
Как, не выдержав изощренной медлительности Арсения, опрокинула его на спину. Как терлась всем телом о его, стискивая и удерживая на месте его руки, сладко мстя за каждую неспешную ласку. А потом сжимала его исходящий влагой и жаром член между грудей, бесстыдно облизывая головку каждый раз, когда она выскакивала из этого укрытия. Каждое скольжение - новое бормотание и стоны моего мужа. Новое облизывание и касание губ – волна дрожи по его великолепному телу. И еще те жутко непристойные звуки, когда его жесткая плоть покидала мой рот – я нарочно их не сдерживала, зная уже, что они вытворяют с моим мужчиной.
- Убиваешь… меня… нахрен… а-а-а… совсем насмерть, - захлебываясь дыханием, бормотал Арсений. – Васю-у-уня-а-а!



А вот и вопрос: ЖДЕМ-С?