Из широкого хода пещеры, что зиял за спиной рыжебородого, появилась группа таких же плотных, крепких бородатых мужчин в полном вооружении. Увидев Нику, они остановились и, нахмурившись поудобнее перехватили свои боевые топоры и молоты. Вперед вышел кряжистый старик с длиной белоснежной бородой в сером балахоне. Увидев его, Рыжебородый бросился к нему, что-то крича и суетливо размахивая руками.
Не обращая на него внимания, старый дворф сурово глядя на Нику, вскинул посох, с засветившимся на его конце изумрудом, чье сияние залило пещеру зеленоватым неровным свечением, и направил его на Нику. Одновременно с яркой вспышкой, на нее обрушилась неимоверная тяжесть, сплющив и скрутив так, что ее просто не стало, а сознании вспыхнуло и взорвалось, пламенем выжигая все мысли, и она камнем полетела в бездну беспамятства, стремительно приближаясь к той Вечности, из которой нет возврата.
Когда Дорган, вернувшись в пещеру не нашел в ней Ники, то прежде всего взял себя в руки, после чего тщательно, не теряя времени на домыслы и предположения, обследовал пещеру дюйм за дюймом. Не найдя ни следов крови, ни следов борьбы, ни того, что бесчувственное тело Ники утащили, он немного успокоился - напряжение отпустило его. Она была жива – это главное. А последний довод, пришедший ему в голову, окончательно развеял его опасения: если бы случилось то, чего он так опасался, то остался бы диск. Диска не было, и это означало то, что, несносная девчонка, сама отправилась куда-то. Куда? Каким из трех ходов она ушла? Дорган решил обследовать их один за другим. Там, куда они его выведут, он, возможно, найдет ее следы, или хоть что-то, что подскажет, что она побывала именно здесь.
Однако его не покидало стойкое чувство, что Ника в опасности. Словно ноющая ссадина это чувство свербило, не давая забыть о себе ни на секунду. И тут до него донесся всплеск магии. Дорган закружил на месте, лихорадочно пытаясь определить, откуда до него дошел ее отзвук. Он не сомневался, что это связано с Никой. От мысли, что она угодила в засаду устроенную дроу, его зазнобило. Если так, то вряд ли она сейчас жива. Уняв бешено колотящееся сердце, он заставил себя отрешиться от своих чувств - от всего, что связывало его с физическим миром, пытаясь своим, освободившимся от бренного тела, бытием, слиться с окружающим миром и дотянуться до Ники сознанием.
Отмахнувшись от мысли, что и он сейчас представляет легкую добычу для тех кому вздумалось бы напасть на него, он закрыл глаза и расслабился, отпуская себя. Если она жива, он найдет ее, а то, что она еще жива, он чувствовал, как почувствовал и то, что ее бытие уходит из этого мира - связь с ней становилась слабее. Дорган очнулся в холодном поту, уже зная, что Ника умирает. Он быстро пришел в себя, примерно представляя, что случилось: Ника столкнулась с магом и не выдержала его мощного нападения. Она смертная и он может не успеть.
Он заторопился: вдруг ему повезло, и он выбрал верный туннель, который приведет его к Нике, но уперся в глухую стену. Тупик! В отчаянии саданув кулаком по холодному камню, преградившему путь, Дорган повернулся и помчался обратно. О, Аэлла, сжалься! Он не может, едва обретя ее, снова потерять! Дай время! Хоть немного! Сбереги смертную для него, бессмертного! Он вбежал в пещеру, где оставил Нику и свернул в следующий ход, в котором наткнулся на притаившихся троллей. Эти, обычно безропотные твари, беспрекословно подчинявшиеся дроу, неожиданно, со злобным писком, напали на него.
Выяснять в чем дело, времени не было, и Дорган, вынув клинки, не останавливаясь, порубил напавших, продвигаясь сквозь них, как нож сквозь масло. Те тролли, что еще уцелели в схватке с дворфом, теперь остались лежать здесь, бездыханными. От чего-то, теперь, Дорган был уверен, что идет правильно, но успеет ли он. Жизненные силы Ники таяли. Он это ясно чувствовал. Ход вышел в просторную пещеру, где произошел бой и еще сохранился отзвук магии дворфов. Повсюду валялись тела троллей. Дворфы! Ника у них! Теперь, он не останавливаясь, бежал по четкому следу. Но, куда он бежит? Эльф резко остановился. В Блингстоун? Хорошо, если они ограничатся тем, что просто не впустят его в город, а не убьют, без всяких разговоров... А на то, что бы его пустили к Нике, потребуется уйма времени: не так то просто, что-то объяснить упрямым дворфам, если они не захотят слушать. А на дроу они даже не посмотрят. У него нет времени! Нику надо спасать сейчас же.
Дорган рванулся вперед и выбежал из туннеля на узкий уступ, от которого уходила вниз крутая тропа, что оканчивалась у стен дворфской твердыни - Блингстоуна. Под его ногами ярко блистали огни города. Глубоко вдохнув и выдохнув, он заставил себя успокоиться, а сердце биться ровнее. Вернувшись под своды пещеры, он, выбрав подходящий камень и устроившись на нем, прислонился к стене, положил клинки на колени и закрыл глаза, готовый погрузиться в Великое Запределье.
- Не понимаю, зачем тебе спасать ее? Разве мало зла причинила она тебе, лорд Дорган? - раздался в гулкой тишине пещерного свода чей-то голос.
Эльф открыл глаза, неохотно возвращаясь назад. Сжав сабли, он поднялся на ноги. Как же не вовремя ты объявился, Мушг. Дорган прижался спиной к стене: голова кружилась, колени подгибались, а руки дрожали от слабости - следствие мгновенного возвращения в свое тело. Но Мушгу, о его слабости, знать не нужно.
- Заметь, я мог бы убить тебя, когда ты покинул свое тело и был беззащитен, но не сделал этого, - насмешливо сказал тот же голос, но уже ближе.
- Что тебе нужно? Ты пришел сюда говорить? - бросил Дорган в сторону висящей под сводом сфере тьмы.
- Разумеется, нет. Меня наняли, что бы я сделал то, что у меня получается лучше всего. Мне щедро заплатили за тебя, лорд Дорган.
- Не сомневаюсь, что Вифелла не поскупилась - усмехнулся Дорган.
- Ошибаешься. Меня наняла не она. Разве тебе не интересно узнать, кто заказчик? Нет? - сфера тьмы опустилась на землю и рассеялась, явив темного эльфа, довольно странной, вызывающей наружности, так не соответствующей сдержанной моде дроу. - О тебе позаботилась твоя дражайшая матушка.
Его одежды отличались кричащими цветами. Один рукав камзола канареечного цвета, контрастировал с другим - малиновым. Штаны расцветкой повторяли камзол, отличаясь лишь тем, что правый гетр в отличие от правого малинового рукава имел канареечный цвет и наоборот. Гибкую талию Мушга обхватывал богато украшенный пояс, на котором висели, в осыпанных драгоценными камнями ножнах, кинжал и меч, ими как знал Дорган, Мушг владел мастерски. Но главное что шокировало всех в облике наемного убийцы, это полное отсутствие волос на его голове. Их Мушг сбривал намеренно, покрывая гладкую, как коленка голову, мягкой шляпой с широкими полями и ярко зелеными пером.
Теперь он ее снял, учтиво приветствуя Доргана, сверкнув перстнями и кольцами, нанизанными на пальцы. Единственное, что выдавало в нем воина, были мягкие поношенные сапоги из шкуры орка, да плащ странника, которым он мог отражать и гасить удары вражеских клинков. К тому же, как знал Дорган, в роскошных ножнах Мушга покоится древний меч особой закалки, которой не в состоянии достигнуть нынешние мастера-оружейники, потому что секрет его, похоже, утрачен навсегда. Оставалось догадываться где, когда и при каких обстоятельствах Мушг раздобыл его.
- Ты удивил меня, Дорган, да и не только меня, спасая Фиселлу. Что на тебя нашло? Признаться, я взялся за это дело, только из любопытства. Поговаривают, ты уступил ей, и сдался, попробовав ее тела? Не спорю, оно сладко, и дарит наслаждение... Ого! Как ты вскинулся! Неужели все намного серьезнее, чем я мог предположить? Что-то я не пойму... Я уважал твое упорство и не желание уступать ей даже в малом, и вдруг этот нелепый поединок с Утегенталем, который был так блестяще проигран тобой. Во имя чего?
- Делай поскорее то, ради чего ты здесь.
- Не торопись, Дорган. Ты ей уже ничем не поможешь. Я видел, как эту ядовитую падаль волокли к себе довольные дворфы, - Мушг едва увернулся, взмахнув полами плаща, когда клинок Доргана мелькнул перед его глазами. - Да ты просто одержим ею! Похоже, она тебя действительно чем-то околдовала.
- Ты пришел убить меня? Так убивай! - яростно проговорил Дорган, опуская клинок. Он был вне себя – он упускал шанс спасти Нику.
- Удели мне минуту твоего драгоценного времени, а после как пожелаешь... я убью тебя.
- У меня нет для тебя ни секунды.
- Что ж! Я давно хотел сразиться с тобой, Дорган, - он вытащил свой меч, от которого повеяло древней магией.
"Плут, - усмехнулся про себя Дорган. - Он отлично знает, что магическое оружие и без участия владельца достанет его противника. Тут не требуется никакого мастерства. Такое оружие обладает собственной волей." Глаза Доргана загорелись, у него появилась надежда. Древняя магия меча поможет ему вернуть Нику из Холодной Вечности и пусть после древнее оружие превратится в простой железный хлам, это не имело уже никакого значения.
- Как-нибудь в другой раз... Сейчас мне некогда... - сказал, стремительно шагнув к Мушгу Дорган, со всей силы ударив кулаком в лицо убийцы, с зажатой в нем гардой сабли.
Другой клинок плашмя обрушился на голову Мушга, обломав на шляпе пышное ядовито зеленое перо. Не ожидавший такого неблагородного поступка от принца крови, простой дроу, солдат, слуга удачи, без чувств повалился на землю. Подхватив его, Дорган осторожно опустил обмякшее тело на землю, перехватил из его рук меч, после чего окутал сферой невидимости. Засунув сабли за пояс, Дорган вернулся на свое место, сел на камень, всадив острие меча в землю, сжал его рукоять и, прислонившись к стене, закрыл глаза.
Кто-то звал ее и, Ника повернулась от холодной бездны, оставляя ее, что бы слиться с сиянием, которое звало к себе, обещая покой и любовь. Там ее ждали те, кто был дорог ей, и которых она давно потеряла: бабушка и дедушка. Но из темной бездны, догоняя ее, рос образ Доргана. Его лицо с откинутыми назад волосами смотрело строго и торжественно, заслонив собой Вечность. Его образ разрастался, заслоняя Вселенную, и вдруг рассыпался на мириады звезд, растворился, чтобы вновь вынырнуть перед ней, ладонью стряхивая с лица звездную россыпь. Он протянул к ней руки:
- Не уходи... - и стал стремительно падать обратно в бездну, увлекая ее за собой, прочь от вечного покоя.
Ника торопилась догнать его, но каким бы стремительным не был ее полет, она не смогла даже приблизиться к нему. Она летела все быстрее и быстрей, пока не почувствовала, что безудержно падает и едва не задохнулась, влетев в то, что остановило ее падение. Легкость бытия исчезла. Стало тяжело, тесно, неудобно, не хватало воздуха, и она закашлялась. Её грубо схватили за плечи, приподняли, сунули в губы край глиняной кружки, облив шею и грудь холодной водой.
- Она вернулась, она не умрет. Хвала Древним... Ну, зачем тебе нужно было применять такую мощную магию, Хиллор? – произнес над ней грубый хриплый голос.
- Сколько уже, можно объяснять - отозвались сварливо. - Я думал, что передо мною дроу и применил к ней боевое заклятие на уничтожения. Их бабы мастерски владеют магией, и оказывают достойное сопротивление, да еще напоследок так наподдают... Откуда же я мог знать, что эта не устоит. Еще бы я стал жалеть дроу.
- Тебе Эдфин кричал, чтобы ты не делал этого! – возмущался первый голос.
- Кричал он... – ворчливо фыркнули в ответ. - Думаешь, я слушал его в тот момент, когда увидел перед собой темного эльфа?
Послышался топот, что-то с грохотом свалилось, вслед за этим посыпались проклятия.
- Ты из ума выжил, что ли? Что ты несешься, будто бешеный шизака! Да осторожнее, ты... чтоб тебя гоблин приложил по твоей дурной башке, сумасшедший Эдфин! Так ты и мертвого поднимешь не то, что нашу гостью.
- Это правда?! Клянусь амулетом Готорна, она выжила! - радостно завопили в ответ. - А ведь чудно это. Хиллор от души постарался и так шандарахнул в бедняжку заклятием, что только диву даешься, как она не рассталась с жизнью тот час... А она, лопни мои глаза, выжила. Может, она все-таки дроу?
- Ей помогли выжить - остудил пылкого Эдфина, сварливый Хиллор - Но не я помог ей в том. Так, что нечего на меня благодарно глазеть. В одном ты прав - человек не мог выжить после боевого заклятия дворфов.
- Кто же тогда ей помог? – поинтересовался глубокий звучный голос.
- Почем я знаю! Знаю только, что когда я вытаскивал ее из Холодной Вечности, мне помогли, и это так же верно, что у меня седая борода, а у Эдфина рыжая и он дуралей.
- Она говорила, что не одна, как я вам и докладывал, Владыка, - поспешил сменить тему Эдфин. - Она показывала мне, что с ней еще один, но дроу, или человек я этого не понял. Только она уверяла меня, что он хороший. Мы все обыскали вокруг той пещеры, но следов ее спутника не нашли, а вот дохлых троллей сколько угодно. Может бедняжке все померещилось? И не мудрено ведь такому случиться, после того как тебя запихают в тело проклятой дроу. А уж когда и Хиллор добавил своего заклятия, неизвестно как долго будет ей еще всякое мерещиться.
- Что б тебя, бестолочь такую, тролли сожрали! Сколько можно повторять... - взвился Хиллор, повысив голос.
- Успокойся почтенный, Хиллор, - примирительно произнес глубокий голос. - А ты Эдфин не делай поспешных выводов. Ты сказал, что обыскал пещеру, но все ли подходы к ней вы осмотрели. Боюсь, как бы не было поздно. Ее спутник, пусть и в облике дроу, не сможет выжить в Подземье.
- Я, собрался было осмотреть другие подходы к пещере, владыка, когда мне сказали, что смертная пришла в себя, - засопел Эдфин.
- Думаю, ее выводили на Поверхность - задумчиво сказал Хиллор - С этим я согласен, но ни за какие камни Морадина не поверю, что ей в этом помогал дроу. Дроу и человек? Ха!
- Но ведь ты и сам был обманут ее обликом.
- Только поначалу, - огрызнулся Хиллор.
- Позволь, владыка... - пробасил Эдфин.
- Говори.
- Я только хотел сказать, что и без магии было понятно, что она не дроу. Раз это сразу понял я, то, что уж говорить о том дроу вместе с которым она бродит по Подземью. Неужели он, так таки не сообразил, кто перед ним?
- Что делается сейчас в Мензоберранзане? - поинтересовался Владыка.
- Разведчики доносят, что там царит, столь милый дроу хаос. В городе безвластие. Идет бойня, потому что Мать Первого Дома де Наль покинула его вместе со своим оружейником, лордом Дорганом, - доложил, прежде молчавший, низкий сдержанный голос.
Послышалось, какое-то движение, снова, что-то упало.
- Чтоб, Холодная Вечность поглотила этого лорда...
- Да, не будет ему покоя нигде, куда бы он не отправился...
- Да, не защитит его Паучиха, которой он поклоняется.
Итог этим дружным проклятиям в адрес лорда Доргана, подвел Владыка.
- Великие предки! Дроу и смертная! Однако он уже не раз поднимался в Земли Дня, минуя Блингстоун. Он знает тайный путь и видимо решил, что воспользуется им еще раз. Это как раз все объясняет.
- Это так, владыка - согласился Хиллор - Однако мне не понятно, что могла посулить ему смертная за то, чтобы он вывел ее в Земли Дня? Чем таким, она могла прельстить, что бы он не выдал кто она на самом деле? Этого я никак в толк не возьму.
Не обращая на него внимания, старый дворф сурово глядя на Нику, вскинул посох, с засветившимся на его конце изумрудом, чье сияние залило пещеру зеленоватым неровным свечением, и направил его на Нику. Одновременно с яркой вспышкой, на нее обрушилась неимоверная тяжесть, сплющив и скрутив так, что ее просто не стало, а сознании вспыхнуло и взорвалось, пламенем выжигая все мысли, и она камнем полетела в бездну беспамятства, стремительно приближаясь к той Вечности, из которой нет возврата.
Когда Дорган, вернувшись в пещеру не нашел в ней Ники, то прежде всего взял себя в руки, после чего тщательно, не теряя времени на домыслы и предположения, обследовал пещеру дюйм за дюймом. Не найдя ни следов крови, ни следов борьбы, ни того, что бесчувственное тело Ники утащили, он немного успокоился - напряжение отпустило его. Она была жива – это главное. А последний довод, пришедший ему в голову, окончательно развеял его опасения: если бы случилось то, чего он так опасался, то остался бы диск. Диска не было, и это означало то, что, несносная девчонка, сама отправилась куда-то. Куда? Каким из трех ходов она ушла? Дорган решил обследовать их один за другим. Там, куда они его выведут, он, возможно, найдет ее следы, или хоть что-то, что подскажет, что она побывала именно здесь.
Однако его не покидало стойкое чувство, что Ника в опасности. Словно ноющая ссадина это чувство свербило, не давая забыть о себе ни на секунду. И тут до него донесся всплеск магии. Дорган закружил на месте, лихорадочно пытаясь определить, откуда до него дошел ее отзвук. Он не сомневался, что это связано с Никой. От мысли, что она угодила в засаду устроенную дроу, его зазнобило. Если так, то вряд ли она сейчас жива. Уняв бешено колотящееся сердце, он заставил себя отрешиться от своих чувств - от всего, что связывало его с физическим миром, пытаясь своим, освободившимся от бренного тела, бытием, слиться с окружающим миром и дотянуться до Ники сознанием.
Отмахнувшись от мысли, что и он сейчас представляет легкую добычу для тех кому вздумалось бы напасть на него, он закрыл глаза и расслабился, отпуская себя. Если она жива, он найдет ее, а то, что она еще жива, он чувствовал, как почувствовал и то, что ее бытие уходит из этого мира - связь с ней становилась слабее. Дорган очнулся в холодном поту, уже зная, что Ника умирает. Он быстро пришел в себя, примерно представляя, что случилось: Ника столкнулась с магом и не выдержала его мощного нападения. Она смертная и он может не успеть.
Он заторопился: вдруг ему повезло, и он выбрал верный туннель, который приведет его к Нике, но уперся в глухую стену. Тупик! В отчаянии саданув кулаком по холодному камню, преградившему путь, Дорган повернулся и помчался обратно. О, Аэлла, сжалься! Он не может, едва обретя ее, снова потерять! Дай время! Хоть немного! Сбереги смертную для него, бессмертного! Он вбежал в пещеру, где оставил Нику и свернул в следующий ход, в котором наткнулся на притаившихся троллей. Эти, обычно безропотные твари, беспрекословно подчинявшиеся дроу, неожиданно, со злобным писком, напали на него.
Выяснять в чем дело, времени не было, и Дорган, вынув клинки, не останавливаясь, порубил напавших, продвигаясь сквозь них, как нож сквозь масло. Те тролли, что еще уцелели в схватке с дворфом, теперь остались лежать здесь, бездыханными. От чего-то, теперь, Дорган был уверен, что идет правильно, но успеет ли он. Жизненные силы Ники таяли. Он это ясно чувствовал. Ход вышел в просторную пещеру, где произошел бой и еще сохранился отзвук магии дворфов. Повсюду валялись тела троллей. Дворфы! Ника у них! Теперь, он не останавливаясь, бежал по четкому следу. Но, куда он бежит? Эльф резко остановился. В Блингстоун? Хорошо, если они ограничатся тем, что просто не впустят его в город, а не убьют, без всяких разговоров... А на то, что бы его пустили к Нике, потребуется уйма времени: не так то просто, что-то объяснить упрямым дворфам, если они не захотят слушать. А на дроу они даже не посмотрят. У него нет времени! Нику надо спасать сейчас же.
Дорган рванулся вперед и выбежал из туннеля на узкий уступ, от которого уходила вниз крутая тропа, что оканчивалась у стен дворфской твердыни - Блингстоуна. Под его ногами ярко блистали огни города. Глубоко вдохнув и выдохнув, он заставил себя успокоиться, а сердце биться ровнее. Вернувшись под своды пещеры, он, выбрав подходящий камень и устроившись на нем, прислонился к стене, положил клинки на колени и закрыл глаза, готовый погрузиться в Великое Запределье.
- Не понимаю, зачем тебе спасать ее? Разве мало зла причинила она тебе, лорд Дорган? - раздался в гулкой тишине пещерного свода чей-то голос.
Эльф открыл глаза, неохотно возвращаясь назад. Сжав сабли, он поднялся на ноги. Как же не вовремя ты объявился, Мушг. Дорган прижался спиной к стене: голова кружилась, колени подгибались, а руки дрожали от слабости - следствие мгновенного возвращения в свое тело. Но Мушгу, о его слабости, знать не нужно.
- Заметь, я мог бы убить тебя, когда ты покинул свое тело и был беззащитен, но не сделал этого, - насмешливо сказал тот же голос, но уже ближе.
- Что тебе нужно? Ты пришел сюда говорить? - бросил Дорган в сторону висящей под сводом сфере тьмы.
- Разумеется, нет. Меня наняли, что бы я сделал то, что у меня получается лучше всего. Мне щедро заплатили за тебя, лорд Дорган.
- Не сомневаюсь, что Вифелла не поскупилась - усмехнулся Дорган.
- Ошибаешься. Меня наняла не она. Разве тебе не интересно узнать, кто заказчик? Нет? - сфера тьмы опустилась на землю и рассеялась, явив темного эльфа, довольно странной, вызывающей наружности, так не соответствующей сдержанной моде дроу. - О тебе позаботилась твоя дражайшая матушка.
Его одежды отличались кричащими цветами. Один рукав камзола канареечного цвета, контрастировал с другим - малиновым. Штаны расцветкой повторяли камзол, отличаясь лишь тем, что правый гетр в отличие от правого малинового рукава имел канареечный цвет и наоборот. Гибкую талию Мушга обхватывал богато украшенный пояс, на котором висели, в осыпанных драгоценными камнями ножнах, кинжал и меч, ими как знал Дорган, Мушг владел мастерски. Но главное что шокировало всех в облике наемного убийцы, это полное отсутствие волос на его голове. Их Мушг сбривал намеренно, покрывая гладкую, как коленка голову, мягкой шляпой с широкими полями и ярко зелеными пером.
Теперь он ее снял, учтиво приветствуя Доргана, сверкнув перстнями и кольцами, нанизанными на пальцы. Единственное, что выдавало в нем воина, были мягкие поношенные сапоги из шкуры орка, да плащ странника, которым он мог отражать и гасить удары вражеских клинков. К тому же, как знал Дорган, в роскошных ножнах Мушга покоится древний меч особой закалки, которой не в состоянии достигнуть нынешние мастера-оружейники, потому что секрет его, похоже, утрачен навсегда. Оставалось догадываться где, когда и при каких обстоятельствах Мушг раздобыл его.
- Ты удивил меня, Дорган, да и не только меня, спасая Фиселлу. Что на тебя нашло? Признаться, я взялся за это дело, только из любопытства. Поговаривают, ты уступил ей, и сдался, попробовав ее тела? Не спорю, оно сладко, и дарит наслаждение... Ого! Как ты вскинулся! Неужели все намного серьезнее, чем я мог предположить? Что-то я не пойму... Я уважал твое упорство и не желание уступать ей даже в малом, и вдруг этот нелепый поединок с Утегенталем, который был так блестяще проигран тобой. Во имя чего?
- Делай поскорее то, ради чего ты здесь.
- Не торопись, Дорган. Ты ей уже ничем не поможешь. Я видел, как эту ядовитую падаль волокли к себе довольные дворфы, - Мушг едва увернулся, взмахнув полами плаща, когда клинок Доргана мелькнул перед его глазами. - Да ты просто одержим ею! Похоже, она тебя действительно чем-то околдовала.
- Ты пришел убить меня? Так убивай! - яростно проговорил Дорган, опуская клинок. Он был вне себя – он упускал шанс спасти Нику.
- Удели мне минуту твоего драгоценного времени, а после как пожелаешь... я убью тебя.
- У меня нет для тебя ни секунды.
- Что ж! Я давно хотел сразиться с тобой, Дорган, - он вытащил свой меч, от которого повеяло древней магией.
"Плут, - усмехнулся про себя Дорган. - Он отлично знает, что магическое оружие и без участия владельца достанет его противника. Тут не требуется никакого мастерства. Такое оружие обладает собственной волей." Глаза Доргана загорелись, у него появилась надежда. Древняя магия меча поможет ему вернуть Нику из Холодной Вечности и пусть после древнее оружие превратится в простой железный хлам, это не имело уже никакого значения.
- Как-нибудь в другой раз... Сейчас мне некогда... - сказал, стремительно шагнув к Мушгу Дорган, со всей силы ударив кулаком в лицо убийцы, с зажатой в нем гардой сабли.
Другой клинок плашмя обрушился на голову Мушга, обломав на шляпе пышное ядовито зеленое перо. Не ожидавший такого неблагородного поступка от принца крови, простой дроу, солдат, слуга удачи, без чувств повалился на землю. Подхватив его, Дорган осторожно опустил обмякшее тело на землю, перехватил из его рук меч, после чего окутал сферой невидимости. Засунув сабли за пояс, Дорган вернулся на свое место, сел на камень, всадив острие меча в землю, сжал его рукоять и, прислонившись к стене, закрыл глаза.
Кто-то звал ее и, Ника повернулась от холодной бездны, оставляя ее, что бы слиться с сиянием, которое звало к себе, обещая покой и любовь. Там ее ждали те, кто был дорог ей, и которых она давно потеряла: бабушка и дедушка. Но из темной бездны, догоняя ее, рос образ Доргана. Его лицо с откинутыми назад волосами смотрело строго и торжественно, заслонив собой Вечность. Его образ разрастался, заслоняя Вселенную, и вдруг рассыпался на мириады звезд, растворился, чтобы вновь вынырнуть перед ней, ладонью стряхивая с лица звездную россыпь. Он протянул к ней руки:
- Не уходи... - и стал стремительно падать обратно в бездну, увлекая ее за собой, прочь от вечного покоя.
Ника торопилась догнать его, но каким бы стремительным не был ее полет, она не смогла даже приблизиться к нему. Она летела все быстрее и быстрей, пока не почувствовала, что безудержно падает и едва не задохнулась, влетев в то, что остановило ее падение. Легкость бытия исчезла. Стало тяжело, тесно, неудобно, не хватало воздуха, и она закашлялась. Её грубо схватили за плечи, приподняли, сунули в губы край глиняной кружки, облив шею и грудь холодной водой.
- Она вернулась, она не умрет. Хвала Древним... Ну, зачем тебе нужно было применять такую мощную магию, Хиллор? – произнес над ней грубый хриплый голос.
- Сколько уже, можно объяснять - отозвались сварливо. - Я думал, что передо мною дроу и применил к ней боевое заклятие на уничтожения. Их бабы мастерски владеют магией, и оказывают достойное сопротивление, да еще напоследок так наподдают... Откуда же я мог знать, что эта не устоит. Еще бы я стал жалеть дроу.
- Тебе Эдфин кричал, чтобы ты не делал этого! – возмущался первый голос.
- Кричал он... – ворчливо фыркнули в ответ. - Думаешь, я слушал его в тот момент, когда увидел перед собой темного эльфа?
Послышался топот, что-то с грохотом свалилось, вслед за этим посыпались проклятия.
- Ты из ума выжил, что ли? Что ты несешься, будто бешеный шизака! Да осторожнее, ты... чтоб тебя гоблин приложил по твоей дурной башке, сумасшедший Эдфин! Так ты и мертвого поднимешь не то, что нашу гостью.
- Это правда?! Клянусь амулетом Готорна, она выжила! - радостно завопили в ответ. - А ведь чудно это. Хиллор от души постарался и так шандарахнул в бедняжку заклятием, что только диву даешься, как она не рассталась с жизнью тот час... А она, лопни мои глаза, выжила. Может, она все-таки дроу?
- Ей помогли выжить - остудил пылкого Эдфина, сварливый Хиллор - Но не я помог ей в том. Так, что нечего на меня благодарно глазеть. В одном ты прав - человек не мог выжить после боевого заклятия дворфов.
- Кто же тогда ей помог? – поинтересовался глубокий звучный голос.
- Почем я знаю! Знаю только, что когда я вытаскивал ее из Холодной Вечности, мне помогли, и это так же верно, что у меня седая борода, а у Эдфина рыжая и он дуралей.
- Она говорила, что не одна, как я вам и докладывал, Владыка, - поспешил сменить тему Эдфин. - Она показывала мне, что с ней еще один, но дроу, или человек я этого не понял. Только она уверяла меня, что он хороший. Мы все обыскали вокруг той пещеры, но следов ее спутника не нашли, а вот дохлых троллей сколько угодно. Может бедняжке все померещилось? И не мудрено ведь такому случиться, после того как тебя запихают в тело проклятой дроу. А уж когда и Хиллор добавил своего заклятия, неизвестно как долго будет ей еще всякое мерещиться.
- Что б тебя, бестолочь такую, тролли сожрали! Сколько можно повторять... - взвился Хиллор, повысив голос.
- Успокойся почтенный, Хиллор, - примирительно произнес глубокий голос. - А ты Эдфин не делай поспешных выводов. Ты сказал, что обыскал пещеру, но все ли подходы к ней вы осмотрели. Боюсь, как бы не было поздно. Ее спутник, пусть и в облике дроу, не сможет выжить в Подземье.
- Я, собрался было осмотреть другие подходы к пещере, владыка, когда мне сказали, что смертная пришла в себя, - засопел Эдфин.
- Думаю, ее выводили на Поверхность - задумчиво сказал Хиллор - С этим я согласен, но ни за какие камни Морадина не поверю, что ей в этом помогал дроу. Дроу и человек? Ха!
- Но ведь ты и сам был обманут ее обликом.
- Только поначалу, - огрызнулся Хиллор.
- Позволь, владыка... - пробасил Эдфин.
- Говори.
- Я только хотел сказать, что и без магии было понятно, что она не дроу. Раз это сразу понял я, то, что уж говорить о том дроу вместе с которым она бродит по Подземью. Неужели он, так таки не сообразил, кто перед ним?
- Что делается сейчас в Мензоберранзане? - поинтересовался Владыка.
- Разведчики доносят, что там царит, столь милый дроу хаос. В городе безвластие. Идет бойня, потому что Мать Первого Дома де Наль покинула его вместе со своим оружейником, лордом Дорганом, - доложил, прежде молчавший, низкий сдержанный голос.
Послышалось, какое-то движение, снова, что-то упало.
- Чтоб, Холодная Вечность поглотила этого лорда...
- Да, не будет ему покоя нигде, куда бы он не отправился...
- Да, не защитит его Паучиха, которой он поклоняется.
Итог этим дружным проклятиям в адрес лорда Доргана, подвел Владыка.
- Великие предки! Дроу и смертная! Однако он уже не раз поднимался в Земли Дня, минуя Блингстоун. Он знает тайный путь и видимо решил, что воспользуется им еще раз. Это как раз все объясняет.
- Это так, владыка - согласился Хиллор - Однако мне не понятно, что могла посулить ему смертная за то, чтобы он вывел ее в Земли Дня? Чем таким, она могла прельстить, что бы он не выдал кто она на самом деле? Этого я никак в толк не возьму.
