— Да, Руф. Лишь надежда нас не спасёт. Нужно добавить к ней наши действия. Ты архитектор зданий, вот и создай нам надёжное убежище, хотя бы для детей.
Смятение, неуверенность и злость на сегодняшние радикальные перемены его мира в глазах Руфа потухли, и зажглись уверенность, решительность и идеи. Он обрёл смысл.
— Я... Я всё сделаю, герой. Половина моих крумбиров жива, мы справимся! — крикнул служитель Каю уже на бегу, через плечо.
Толпа в Цитадели была живой, хаотичной и прекрасной в своей импровизированной слаженности, хоть доверия между собой практически не было. Рассветники, стражи и служители, вчерашние враги, теперь были вынуждены работать сообща. Крумбиры копали траншеи на случай атаки сверху и перетаскивали обломки зданий, чтобы укрепить периметр и создать мебель. Вермидоны с слизнекры лечили раненых, не разбирая, кто из какого лагеря. Люди координировали логистику и общение. Обезличенные были на подхвате у всех. Кай заметил и нескольких лилимов, чьи низкие фигуры сновали в ногах толпы, и даже двух ангелов и десяток эфиритов. Да, доверия ещё не было, но было что-то более важное — совместная работа ради выживания. Лучшее, на что мог рассчитывать Кай.
Он снова поискал Гхар’ула, но гигантский лилим был бы легко найден в толпе, если бы был в ней. Насекомые кружились на недосягаемой высоте. Если бы только у Кая остались дальнохватские перчатки, он бы сам попробовал поймать одно из них. По крайней мере, Кай знал, что Архитектор знала о растущей толпе в Цитадели и не атаковала её.
Кай заметил что-то интересное: несколько драконов кружилось в одном из секторов, постоянно пикируя вниз и отлетая обратно. Что могло выдержать такую драконью атаку и не сломаться? Только владыка.
Литания двадцать шестая
Ураган душ
Отряд Кая собрался снова, но несколько Рассветников потерялись, пришлось заменить их. Также к команде присоединились несколько стражей, включая молодого. Они где-то нашли знаки Искупителя на шейных цепочках и надели их поверх брони. Так действительно их можно было отличить от других стражей, и Кай не возражал.
Теперь он мог увидеть, как выглядит символ существа, которого многие считали им. Это была просто грубо выточенная из камня фигурка, с прямыми ногами и плотно прижатыми к бокам руками и слабо обозначенным лицом, цепочка крепилась в макушку. Казалось, это существо взлетает вверх или смиренно падает. Определить расу Искупителя было невозможно, скорее всего, каждая раса представляла Искупителя своей расой. Кай даже почувствовал лёгкий стыд, что, возможно, разочаровал остальных, будучи человеком. Но только лёгкий — его раса была вне его контроля, да и Искупителем он становиться не желал. Ещё подумав, он решил, что Искупитель должен быть хоть какой-то расы, и неудивительно, что человеческой, доминирующей в Городе.
Отряд приближался к цели, когда окружающие руины содрогнулись (землетрясения, казалось, лишь нарастали в силе), и перед ними пронёсся ревущий вихрь из красной чешуи и металла — дракон в броне вылетел из разрушенного здания, от этого прекратившего быть даже обломками. Летел дракон не благодаря крыльям, а из-за булавы Стража Тьмы, впившейся в его брюхо со шлейфом из крови. Чешуя, похожая на застывшую, но активную лаву, блестела в тусклых лучах солнца.
Дракон смял несколько груд обломков, вывернул улицу хвостом и врезался в особо крупное, какое-то бывшее важное здание. От удара выжившие стены треснули, а он, шатаясь на трёх лапах, попытался подняться. Булава выпала из живота, волоча за собой внутренности, насаженные на кривые шипы, и попыталась вернуться к хозяину. Дракон, дрожа, набросился на неё, не обращая внимания на вогнавшиеся в лапы и грудь шипы, и резко дёрнулся в уцелевшее здание рядом, погребая оружие и себя под массой камня.
— Страж Тьмы, — выдохнул Ход, словно произнося проклятие. Но это было не проклятие, а реальность.
Владыку силы, шагающую бронированную башню, они, разумеется, увидели издалека. Драконы небесной воронкой кружились над ним, часть отдыхала на разрушенных крышах, другие вечно отдыхали на земле, перемолотые и окровавленные, вперемешку с телами стражей. Здесь же было несколько прорывов в оссуарий, и кости вытекали наружу, как из родника смерти. Страж Тьмы лишился своей булавы, но взял цепь Архитектора, которая поднимала вихри и отгоняла драконов так же эффективно, как и предыдущее оружие. Драконы отвечали градом камней.
Битва владыки с драконами выровняли район, каменное и костяное крошево стало практически новой мостовой, ровной и безжизненной. Вертикальные стены стояли в почти ровном круге от Стража, как немые свидетели его силы.
Одним движением владыка поймал очередного крылатого, чешуйки не остановили жестокие шипы, и метнул его в землю, подняв фонтан костей, которые осыпались на погибшего дракона. Самопожертвование красного оказалось напрасным.
— Действуем, как и с Матушкой, Искупитель? — неуверенно спросила вермидонка Потеря.
Но Кай не успел ответить и даже придумать ответ. Перед Рассветниками приземлился белый дракон, вызвав малое землетрясение. Его глаза — чистое золото, отражали каждого из них, пока его морда нависала, словно балкон дворца. Двуроги в панике попытались развернуться назад, но просто столкнулись друг с другом. Жар из пасти затряс воздух, затруднив дыхание остальным существам. Удерживая равновесие, Кай понадеялся, что дракон заинтересовался ими не как едой для восполнения сил.
Рядом с белым приземлился чёрный дракон со шрамом, пересекающим всё тело. Он был грузнее и менее грациозным, чем белый. Его чешуя, тёмная, как камень, не отражала света. Чёрный положил лапу на шею белого и прорычал мощно и горлово:
—Vorran, ikh vthar keth narok, thrak var-vurash nithxal Vurash rakh (Ворран, я узнаю часть их запаха, они враги нашего Врага/Славного Владыки).
— Ashar, tharzak xir tharzak (Ашар, твоя ответственность), — ответил белый, его голос был глубок, как тысячи Торинов, и взмыл ввысь, вновь возвращаясь к битве.
— Urgh (Спокойно). Ваш язык уменьшает моё сознание, но я буду говорить на нём, — сказал дракон, повернув массивную голову на затихших Рассветников. Его взгляд, полный отсутствия благожелательности, скользнул по ним, остановившись на Кае. — Я помню твой запах из hals (бастиона) — ты сражался с тьманосителями... А теперь они среди твоего воинства. Они тьманосители, их запах впитался в наши ноздри с рождения, не лги, что они просто надели эту броню.
В это время владыка поймал неосторожного дракона цепью и выбросил его из мира живых. Предсмертный рёв дракона утонул в грохоте обваливающихся зданий.
— Мммм... Огненное дыхание драконов — это миф или правда? — прошептал Ход, но на него зашикали, и он не стал развивать тему.
— Сейчас мы все против владык! — крикнул Кай, надеясь, что его услышит такое громадное существо.
— Wulxsarzihor (Какая глупость/общее человеческое поведение)! — дракон оглянулся на владыку, а затем поднёс к Каю морду совсем близко, втягивая ноздрями воздух. Его дыхание пахло разложившимися трупами, а чешуя на носу была такой огромной, как отдельные камни брусчатки. Только держась за своё ездовое животное, Кай не засосался внутрь драконьего носа. — Правду говорят, что люди самые активные, в том числе и в глупости. Но Var-vurash (Враги/Славные Владыки) действительно атакуют всех, значит, ты высиживаешь яйцо истины. И я чувствую твои внутренние процессы, человек. Твоё течение жизни внутри себя. Suldazzar (Баланс внутреннего обмена веществ, влияющего на мыслительный процесс и, следовательно, ауру). Я ощущаю смысл нашего объединения.
После короткого обсуждения и подготовки настало время для земляных существ вступить в бой. Когда владыка в очередной раз раскрутил цепь, создавая смертоносный вихрь, Кай бросился бежать к нему, пока тот был обращён спиной.
Дальнохвасткой перчатки у Кая больше не было, он не мог притянуть себя к владыке или оттолкнуться от земли к нему. А коснуться Стража Тьмы Кай мог только через щель в шлеме, остальное было плотно закрыто чёрной бронёй. Тень скрывала содержание шипастого шлема, что не добавляло уверенности в успехе, но любой шанс лучше его отсутствия.
Кай добежал до огромного сабатона и по продавливанию земли мог почувствовать перемещение центра тяжести Стража. Он разворачивался. Кай прыгнул на ногу владыки и полез наверх. В сочленении брони виднелись другие металлические пластины, все доспехи состояли из идеально подогнанных, движущихся частей, которые постоянно пропускали друг друга. От владыки исходил жар, плавящий воздух, внутри него должно было гореть пламя.
Здоровая рука Кая обожглась, но он не останавливался. К счастью, доспехи были усеяны шипами, за которые он хватался рукой, находил ногами опору повыше, а затем отпускал и хватал более высокий шип, вжимаясь в раскалённый металл. Кай не обращал внимания на окружающий мир, сосредоточившись на том, чтобы не сорваться от движений своего носителя. Но во время перехватывания нового шипа Страж развернулся особо резко, и Кай не удержался и шлёпнулся спиной на землю.
Боль парализовала его тело на несколько ударов сердца, которые растянулись из-за этой боли. Он не сразу понял, что владыка теперь стоит прямо перед ним, лицом вперёд, готовый атаковать. Зрелище, что немногие пережили.
Раскалённый меч просвистел сверху, врезался и отскочил от груди Стража, выбив сноп искры, которые осыпали Кая, обжигая. Рассветники и стражи проникли в окружающие здания и принялись кидать во владыку мечи. Они сразу же закончились, но быстро заменились камнями, в которых не было недостатка. Отряд попытался отвлечь Стража от своего лидера, и это ему удалось — владыка выбросил цепь в одно из зданий, Кай не увидел, успели ли существа там выйти из-под удара.
Он резво вскочил и бросился бежать. Громкий звук, похожий на раскалывающийся камень, раздался сзади, и в спину до Кая докатилось маленькое землетрясение. Он даже захотел обернуться, но не успел: знакомый шрамированный дракон упал сверху, подхватил Кая в когтистую лапу и вернулся в небеса.
— Земные создания не привыкли мыслить масштабами неба, — донёсся до Кая голос дракона сквозь свист ветра. Кай оказался почти полностью зажатым в гигантском когтистом кулаке, но беспокоил его взбунтовавшийся желудок. Казалось, он постоянно запаздывает с дикими перемещениями хозяина. — Твой метод sharms (земляной/неэффективный), а нужен drarvikar (небесный/эффективный).
— Ох, давай быстрее, дракон... — простонал Кай. Слова дракона, к тому же плохо различимые, не были в центре его внимания, пока его внутренности пытались выбраться наружу, чтобы узнать, в чём дело.
— Держись, hor (человек). Vraktal xarushlash dravi lorthak, xir sharms-shakkon (Скоро ты научишься летать, не умеющий летать птенец), — провозгласил дракон.
Кай потерял всякую связь с пространством, но понял, что дракон прижал его к своей груди. И скоро он понял почему: дракон совершил крутой воздушный манёвр, за который внутренности Кая отомстили ему, а затем они ворвались в плотную гущу камня, разбавив её собой. Как только воздух стал почти свободным от здания, носитель Кая выбросил лапу с человеком вперёд, и тот полетел вперёд. Дракон влетел в здание, чтобы оно прикрыло их от владыки, и кинул в него Кая, словно камень.
— Проклятые небеса! — закричал Кай, наконец поняв смысл этого выражения. Его бы вырвало, если бы в желудке находилась хоть какая-то еда.
Он в последние мгновения перестал понимать что-либо, но, налетев на шлем Стража Тьмы, смог за него зацепиться. Одним рывком он подтянул своё тело к желанной щели и сунул туда руку. Стражу не могло такое понравиться, и у Кая было несколько мгновений, чтобы проникнуть в его разум, прежде чем его раздавят. Он почувствовал что-то металлическое и горячее, и Цельному сну этого хватило, чтобы отправить Кая в сознание владыки.
Тьма. Он ожидал её, но тьма показалась Каю странной. Какой-то нейтральной. Просто отсутствие света без сакрального смысла или воли. И, несмотря на отсутствие источников освещения, Кай отчётливо видел своё тело. А также он также отчётливо видел ураган душ.
Поток выходил и уходил за границы зрения, неважно, куда бы Кай ни направлял голову. Прозрачные части тел существ всех рас бесконечно извивались, бурлили, толкались, переплетались, подминали друг друга и сливаясь в единое целое. Они, или оно, казалось слишком гибким, как будто чем-то вязким и тягучим. И, несмотря на явно кричащие лица, возникающие из массы, словно пузыри в кипящей лаве, поток не издавал ни звука и не поднимал ветра. Но как только Кай об этом подумал, его обдало диким порывом ветра, взъерошив белые волосы, и он услышал приглушённые стоны тысяч страдающих глоток.
Кай уже собирался прикоснуться к этому шторму, хотя и боялся, что его поглотит, и он также будет метаться в нём вечно. Но ураган сам отправил ему посланца. Одно из человеческих лиц напряглось и выбросило себя из общего потока. Это был человеческий образ, почти размытый и двигался словно тонкая тряпка на ветру, но, подлетая к Каю, он затвердел и обрёл краски, став...
— Гер! — воскликнул Кай с изумлением.
— Кай? Ты возмужал, мальчик. Жаль, что погиб в таком расцвете сил, — в голосе Гера смешались гордость, а также радость и печаль от встречи с Каем.
Гер остался прежним, только шрама больше не было. Они одновременно сделали шаг навстречу друг другу, намереваясь обнять, но из урагана вылетела ещё одна душа, более агрессивная и быстрая. Кай не успел среагировать, когда она налетела на него и захватила.
— Слу-у-у-у-ужка! — закричала душа, обретая очертания Ори, обнимающего Кая. Лицо его было без артефактов. — Это была лучшая битва в мире! Все рейдвары мне завидуют! Из-за тебя я стал нашей легендой!
— А вот я обнимать тебя не буду, служка, — рядом прилетела понурая душа Хама. — Ведь это была худшая битва в моей жизни, ты просто скинул меня с бастиона. Знаешь, как больно разрываться от встречи с землёй? И я из морян, мы от собственной смерти в штаны не льём бывшую воду. Если только от ужаса.
— Как ты умер, Кай? — спросил Гер, пытаясь оторвать Кая от Ори или Ори от Кая. — Я слышал о разрушении Города, но все новенькие вначале безумны, а ты вроде держишься. Молодец.
— Я не умер, а проник в разум Стража Тьмы, — ответил Кай.
Ори тут же отпустил его с явной досадой, а остальные ужасники задумчиво уставились на Кая. Он уставился на них в ответ. По какой-то причине теперь он возвышался над ними, так что он видел знакомых с новой для себя перспективы.
«Сифон. Страж Тьмы — сифон душ, невероятно сложный, возможно, самый сложный артефакт, почти живое существо», — Кай вспомнил, как назвал Стража Наставник, и осознал. — «Он втягивает в себя души павших воинов и на них работает. И отравляет воздух ради уничтожения драконов. В какой-то мере природа умирает из-за драконов, но это невероятно жестоко искажённая правда, даже хуже прямой лжи».
Кай рассматривал шторм воинских душ, раз здесь был Гер, то верность владыкам не обязательна для попадания сюда. Но Торина не было, он не был воином и пал не в бою. Си тоже не должна была быть здесь. Кого же он искал? Аль. Кай вглядывался в душепоток, но она, если и была здесь, не выходила к нему.
— Посмотрите на наше собрание, — произнес Гер с почти веселой интонацией. — Убили друг друга, а теперь общаемся как старые друзья.
Смятение, неуверенность и злость на сегодняшние радикальные перемены его мира в глазах Руфа потухли, и зажглись уверенность, решительность и идеи. Он обрёл смысл.
— Я... Я всё сделаю, герой. Половина моих крумбиров жива, мы справимся! — крикнул служитель Каю уже на бегу, через плечо.
Толпа в Цитадели была живой, хаотичной и прекрасной в своей импровизированной слаженности, хоть доверия между собой практически не было. Рассветники, стражи и служители, вчерашние враги, теперь были вынуждены работать сообща. Крумбиры копали траншеи на случай атаки сверху и перетаскивали обломки зданий, чтобы укрепить периметр и создать мебель. Вермидоны с слизнекры лечили раненых, не разбирая, кто из какого лагеря. Люди координировали логистику и общение. Обезличенные были на подхвате у всех. Кай заметил и нескольких лилимов, чьи низкие фигуры сновали в ногах толпы, и даже двух ангелов и десяток эфиритов. Да, доверия ещё не было, но было что-то более важное — совместная работа ради выживания. Лучшее, на что мог рассчитывать Кай.
Он снова поискал Гхар’ула, но гигантский лилим был бы легко найден в толпе, если бы был в ней. Насекомые кружились на недосягаемой высоте. Если бы только у Кая остались дальнохватские перчатки, он бы сам попробовал поймать одно из них. По крайней мере, Кай знал, что Архитектор знала о растущей толпе в Цитадели и не атаковала её.
Кай заметил что-то интересное: несколько драконов кружилось в одном из секторов, постоянно пикируя вниз и отлетая обратно. Что могло выдержать такую драконью атаку и не сломаться? Только владыка.
Литания двадцать шестая
Ураган душ
Отряд Кая собрался снова, но несколько Рассветников потерялись, пришлось заменить их. Также к команде присоединились несколько стражей, включая молодого. Они где-то нашли знаки Искупителя на шейных цепочках и надели их поверх брони. Так действительно их можно было отличить от других стражей, и Кай не возражал.
Теперь он мог увидеть, как выглядит символ существа, которого многие считали им. Это была просто грубо выточенная из камня фигурка, с прямыми ногами и плотно прижатыми к бокам руками и слабо обозначенным лицом, цепочка крепилась в макушку. Казалось, это существо взлетает вверх или смиренно падает. Определить расу Искупителя было невозможно, скорее всего, каждая раса представляла Искупителя своей расой. Кай даже почувствовал лёгкий стыд, что, возможно, разочаровал остальных, будучи человеком. Но только лёгкий — его раса была вне его контроля, да и Искупителем он становиться не желал. Ещё подумав, он решил, что Искупитель должен быть хоть какой-то расы, и неудивительно, что человеческой, доминирующей в Городе.
Отряд приближался к цели, когда окружающие руины содрогнулись (землетрясения, казалось, лишь нарастали в силе), и перед ними пронёсся ревущий вихрь из красной чешуи и металла — дракон в броне вылетел из разрушенного здания, от этого прекратившего быть даже обломками. Летел дракон не благодаря крыльям, а из-за булавы Стража Тьмы, впившейся в его брюхо со шлейфом из крови. Чешуя, похожая на застывшую, но активную лаву, блестела в тусклых лучах солнца.
Дракон смял несколько груд обломков, вывернул улицу хвостом и врезался в особо крупное, какое-то бывшее важное здание. От удара выжившие стены треснули, а он, шатаясь на трёх лапах, попытался подняться. Булава выпала из живота, волоча за собой внутренности, насаженные на кривые шипы, и попыталась вернуться к хозяину. Дракон, дрожа, набросился на неё, не обращая внимания на вогнавшиеся в лапы и грудь шипы, и резко дёрнулся в уцелевшее здание рядом, погребая оружие и себя под массой камня.
— Страж Тьмы, — выдохнул Ход, словно произнося проклятие. Но это было не проклятие, а реальность.
Владыку силы, шагающую бронированную башню, они, разумеется, увидели издалека. Драконы небесной воронкой кружились над ним, часть отдыхала на разрушенных крышах, другие вечно отдыхали на земле, перемолотые и окровавленные, вперемешку с телами стражей. Здесь же было несколько прорывов в оссуарий, и кости вытекали наружу, как из родника смерти. Страж Тьмы лишился своей булавы, но взял цепь Архитектора, которая поднимала вихри и отгоняла драконов так же эффективно, как и предыдущее оружие. Драконы отвечали градом камней.
Битва владыки с драконами выровняли район, каменное и костяное крошево стало практически новой мостовой, ровной и безжизненной. Вертикальные стены стояли в почти ровном круге от Стража, как немые свидетели его силы.
Одним движением владыка поймал очередного крылатого, чешуйки не остановили жестокие шипы, и метнул его в землю, подняв фонтан костей, которые осыпались на погибшего дракона. Самопожертвование красного оказалось напрасным.
— Действуем, как и с Матушкой, Искупитель? — неуверенно спросила вермидонка Потеря.
Но Кай не успел ответить и даже придумать ответ. Перед Рассветниками приземлился белый дракон, вызвав малое землетрясение. Его глаза — чистое золото, отражали каждого из них, пока его морда нависала, словно балкон дворца. Двуроги в панике попытались развернуться назад, но просто столкнулись друг с другом. Жар из пасти затряс воздух, затруднив дыхание остальным существам. Удерживая равновесие, Кай понадеялся, что дракон заинтересовался ими не как едой для восполнения сил.
Рядом с белым приземлился чёрный дракон со шрамом, пересекающим всё тело. Он был грузнее и менее грациозным, чем белый. Его чешуя, тёмная, как камень, не отражала света. Чёрный положил лапу на шею белого и прорычал мощно и горлово:
—Vorran, ikh vthar keth narok, thrak var-vurash nithxal Vurash rakh (Ворран, я узнаю часть их запаха, они враги нашего Врага/Славного Владыки).
— Ashar, tharzak xir tharzak (Ашар, твоя ответственность), — ответил белый, его голос был глубок, как тысячи Торинов, и взмыл ввысь, вновь возвращаясь к битве.
— Urgh (Спокойно). Ваш язык уменьшает моё сознание, но я буду говорить на нём, — сказал дракон, повернув массивную голову на затихших Рассветников. Его взгляд, полный отсутствия благожелательности, скользнул по ним, остановившись на Кае. — Я помню твой запах из hals (бастиона) — ты сражался с тьманосителями... А теперь они среди твоего воинства. Они тьманосители, их запах впитался в наши ноздри с рождения, не лги, что они просто надели эту броню.
В это время владыка поймал неосторожного дракона цепью и выбросил его из мира живых. Предсмертный рёв дракона утонул в грохоте обваливающихся зданий.
— Мммм... Огненное дыхание драконов — это миф или правда? — прошептал Ход, но на него зашикали, и он не стал развивать тему.
— Сейчас мы все против владык! — крикнул Кай, надеясь, что его услышит такое громадное существо.
— Wulxsarzihor (Какая глупость/общее человеческое поведение)! — дракон оглянулся на владыку, а затем поднёс к Каю морду совсем близко, втягивая ноздрями воздух. Его дыхание пахло разложившимися трупами, а чешуя на носу была такой огромной, как отдельные камни брусчатки. Только держась за своё ездовое животное, Кай не засосался внутрь драконьего носа. — Правду говорят, что люди самые активные, в том числе и в глупости. Но Var-vurash (Враги/Славные Владыки) действительно атакуют всех, значит, ты высиживаешь яйцо истины. И я чувствую твои внутренние процессы, человек. Твоё течение жизни внутри себя. Suldazzar (Баланс внутреннего обмена веществ, влияющего на мыслительный процесс и, следовательно, ауру). Я ощущаю смысл нашего объединения.
После короткого обсуждения и подготовки настало время для земляных существ вступить в бой. Когда владыка в очередной раз раскрутил цепь, создавая смертоносный вихрь, Кай бросился бежать к нему, пока тот был обращён спиной.
Дальнохвасткой перчатки у Кая больше не было, он не мог притянуть себя к владыке или оттолкнуться от земли к нему. А коснуться Стража Тьмы Кай мог только через щель в шлеме, остальное было плотно закрыто чёрной бронёй. Тень скрывала содержание шипастого шлема, что не добавляло уверенности в успехе, но любой шанс лучше его отсутствия.
Кай добежал до огромного сабатона и по продавливанию земли мог почувствовать перемещение центра тяжести Стража. Он разворачивался. Кай прыгнул на ногу владыки и полез наверх. В сочленении брони виднелись другие металлические пластины, все доспехи состояли из идеально подогнанных, движущихся частей, которые постоянно пропускали друг друга. От владыки исходил жар, плавящий воздух, внутри него должно было гореть пламя.
Здоровая рука Кая обожглась, но он не останавливался. К счастью, доспехи были усеяны шипами, за которые он хватался рукой, находил ногами опору повыше, а затем отпускал и хватал более высокий шип, вжимаясь в раскалённый металл. Кай не обращал внимания на окружающий мир, сосредоточившись на том, чтобы не сорваться от движений своего носителя. Но во время перехватывания нового шипа Страж развернулся особо резко, и Кай не удержался и шлёпнулся спиной на землю.
Боль парализовала его тело на несколько ударов сердца, которые растянулись из-за этой боли. Он не сразу понял, что владыка теперь стоит прямо перед ним, лицом вперёд, готовый атаковать. Зрелище, что немногие пережили.
Раскалённый меч просвистел сверху, врезался и отскочил от груди Стража, выбив сноп искры, которые осыпали Кая, обжигая. Рассветники и стражи проникли в окружающие здания и принялись кидать во владыку мечи. Они сразу же закончились, но быстро заменились камнями, в которых не было недостатка. Отряд попытался отвлечь Стража от своего лидера, и это ему удалось — владыка выбросил цепь в одно из зданий, Кай не увидел, успели ли существа там выйти из-под удара.
Он резво вскочил и бросился бежать. Громкий звук, похожий на раскалывающийся камень, раздался сзади, и в спину до Кая докатилось маленькое землетрясение. Он даже захотел обернуться, но не успел: знакомый шрамированный дракон упал сверху, подхватил Кая в когтистую лапу и вернулся в небеса.
— Земные создания не привыкли мыслить масштабами неба, — донёсся до Кая голос дракона сквозь свист ветра. Кай оказался почти полностью зажатым в гигантском когтистом кулаке, но беспокоил его взбунтовавшийся желудок. Казалось, он постоянно запаздывает с дикими перемещениями хозяина. — Твой метод sharms (земляной/неэффективный), а нужен drarvikar (небесный/эффективный).
— Ох, давай быстрее, дракон... — простонал Кай. Слова дракона, к тому же плохо различимые, не были в центре его внимания, пока его внутренности пытались выбраться наружу, чтобы узнать, в чём дело.
— Держись, hor (человек). Vraktal xarushlash dravi lorthak, xir sharms-shakkon (Скоро ты научишься летать, не умеющий летать птенец), — провозгласил дракон.
Кай потерял всякую связь с пространством, но понял, что дракон прижал его к своей груди. И скоро он понял почему: дракон совершил крутой воздушный манёвр, за который внутренности Кая отомстили ему, а затем они ворвались в плотную гущу камня, разбавив её собой. Как только воздух стал почти свободным от здания, носитель Кая выбросил лапу с человеком вперёд, и тот полетел вперёд. Дракон влетел в здание, чтобы оно прикрыло их от владыки, и кинул в него Кая, словно камень.
— Проклятые небеса! — закричал Кай, наконец поняв смысл этого выражения. Его бы вырвало, если бы в желудке находилась хоть какая-то еда.
Он в последние мгновения перестал понимать что-либо, но, налетев на шлем Стража Тьмы, смог за него зацепиться. Одним рывком он подтянул своё тело к желанной щели и сунул туда руку. Стражу не могло такое понравиться, и у Кая было несколько мгновений, чтобы проникнуть в его разум, прежде чем его раздавят. Он почувствовал что-то металлическое и горячее, и Цельному сну этого хватило, чтобы отправить Кая в сознание владыки.
Тьма. Он ожидал её, но тьма показалась Каю странной. Какой-то нейтральной. Просто отсутствие света без сакрального смысла или воли. И, несмотря на отсутствие источников освещения, Кай отчётливо видел своё тело. А также он также отчётливо видел ураган душ.
Поток выходил и уходил за границы зрения, неважно, куда бы Кай ни направлял голову. Прозрачные части тел существ всех рас бесконечно извивались, бурлили, толкались, переплетались, подминали друг друга и сливаясь в единое целое. Они, или оно, казалось слишком гибким, как будто чем-то вязким и тягучим. И, несмотря на явно кричащие лица, возникающие из массы, словно пузыри в кипящей лаве, поток не издавал ни звука и не поднимал ветра. Но как только Кай об этом подумал, его обдало диким порывом ветра, взъерошив белые волосы, и он услышал приглушённые стоны тысяч страдающих глоток.
Кай уже собирался прикоснуться к этому шторму, хотя и боялся, что его поглотит, и он также будет метаться в нём вечно. Но ураган сам отправил ему посланца. Одно из человеческих лиц напряглось и выбросило себя из общего потока. Это был человеческий образ, почти размытый и двигался словно тонкая тряпка на ветру, но, подлетая к Каю, он затвердел и обрёл краски, став...
— Гер! — воскликнул Кай с изумлением.
— Кай? Ты возмужал, мальчик. Жаль, что погиб в таком расцвете сил, — в голосе Гера смешались гордость, а также радость и печаль от встречи с Каем.
Гер остался прежним, только шрама больше не было. Они одновременно сделали шаг навстречу друг другу, намереваясь обнять, но из урагана вылетела ещё одна душа, более агрессивная и быстрая. Кай не успел среагировать, когда она налетела на него и захватила.
— Слу-у-у-у-ужка! — закричала душа, обретая очертания Ори, обнимающего Кая. Лицо его было без артефактов. — Это была лучшая битва в мире! Все рейдвары мне завидуют! Из-за тебя я стал нашей легендой!
— А вот я обнимать тебя не буду, служка, — рядом прилетела понурая душа Хама. — Ведь это была худшая битва в моей жизни, ты просто скинул меня с бастиона. Знаешь, как больно разрываться от встречи с землёй? И я из морян, мы от собственной смерти в штаны не льём бывшую воду. Если только от ужаса.
— Как ты умер, Кай? — спросил Гер, пытаясь оторвать Кая от Ори или Ори от Кая. — Я слышал о разрушении Города, но все новенькие вначале безумны, а ты вроде держишься. Молодец.
— Я не умер, а проник в разум Стража Тьмы, — ответил Кай.
Ори тут же отпустил его с явной досадой, а остальные ужасники задумчиво уставились на Кая. Он уставился на них в ответ. По какой-то причине теперь он возвышался над ними, так что он видел знакомых с новой для себя перспективы.
«Сифон. Страж Тьмы — сифон душ, невероятно сложный, возможно, самый сложный артефакт, почти живое существо», — Кай вспомнил, как назвал Стража Наставник, и осознал. — «Он втягивает в себя души павших воинов и на них работает. И отравляет воздух ради уничтожения драконов. В какой-то мере природа умирает из-за драконов, но это невероятно жестоко искажённая правда, даже хуже прямой лжи».
Кай рассматривал шторм воинских душ, раз здесь был Гер, то верность владыкам не обязательна для попадания сюда. Но Торина не было, он не был воином и пал не в бою. Си тоже не должна была быть здесь. Кого же он искал? Аль. Кай вглядывался в душепоток, но она, если и была здесь, не выходила к нему.
— Посмотрите на наше собрание, — произнес Гер с почти веселой интонацией. — Убили друг друга, а теперь общаемся как старые друзья.
