Перед ним расположились кресла, не самые удобные и далеко не мягкие, противоположные тому самому диванчику, на котором привечали в холле только что прибывших гостей. Разумная мера, чтобы не путать лекарскую с зоной отдыха. Стол помощника же, наоборот, был оттеснен в сторону к стене и заметить его можно было лишь со второго взгляда. Возле него в ряд выстроилось несколько небольших шкафчиков, предназначенных для хранения всевозможных лекарств, простых в применении и не требующих строгого учета. В противоположность им были шкафы напротив - высокие, массивные, вмещавшие в себя десятки томов медицинской литературы, справочников, учебников и много прочего, что может пригодиться под рукой практикующему лекарю. Как раз между ними пряталась еще одна дверь, за которой Кайла обнаружила процедурный кабинет со всем необходимым оборудованием. Самым прекрасным был парящий над всем пространством стеклянный потолок. Не иначе магия Двора постаралась, ведь вместо следующего этажа Кайла видела голубое небо.
- Ваша предшественница любила естественный свет, - произнесла Кадма, видя реакцию лекаря. – Но вы можете здесь все изменить.
- Нет, не буду. Разве что украду из холла пару кадок с апельсиновыми деревьями, уж больно у Ял-Гаа все строго.
- Ох, прошу вас, - взмолилась помощница, в карих глазах заметался испуг, - не нарушайте внутреннее убранство нашего холла. Хозяин этого не одобрит.
Кайла тут же поняла, как можно выманить этого таинственного господина, если тот и далее пожелает скрываться.
- У нас множество садов, я могу попросить создать для вас апельсиновую рощу, - продолжала волноваться Кадма.
- На самом деле я хочу лишь внести небольшое изменение в интерьере, а не творить глобальную реконструкцию, - поспешила лекарь заверить в своих самых благих намерениях помощницу. – Я не могу быть такой наглой в первый же день своей службы.
Кайла уже пристроилась за письменным столом и теперь поводила руками по его гладкой поверхности, привыкая к новому месту. Огромное окно за спиной тоже пришлось ей по вкусу, солнечного света много быть не может.
- Я поняла вас, - слегка улыбнулась Кайла, - если я вам пока не нужна, то мне необходимо обойти некоторых гостей, - заговорила девушка, беря небольшую папочку со своего стола и приобретая крайне сосредоточенный вид.
- Кого? – встрепенулась Кайла, отвлекаясь от мысли, в каком именно ящике стола она станет прятать кисеру. Или лучше всего вне стен жилых апартаментов не курить? Мало ли, как к этому отнесется тот же Хозяин.
- Вот, - помощница протянула ей учетные записи.
На взгляд Кайлы строк и страниц здесь было много. Двор - это Двор, колдовская гостиница, он не имеет отношения ни к оздоровительным местам, ни тем более к медицинским учреждениям. Произошедшее с Аддаром не единственный случай, но он далек от нормы. То есть во Дворе как правило пребывают иномирцы, чье здоровье никак не пострадало. Главным недугом было магическое истощение, чужой мир требовал слишком много энергии, и гости во Дворе пребывали до тех пор, пока не восстановятся полностью. После этого у них хватало сил на переход, что и позволяло им покидать временные стены.
Здесь же был список почти из десяти имен, кому требовался присмотр лекарей.
Дурные слухи об Эмгре – правда?
Немного успокаивало то, что никто из этих гостей не пострадал настолько, чтобы лежать в палатном отделении при лекарской. Все они оставались в своих комнатах и апартаментах, из чего следовало, что травмы и повреждения не критичны.
Полистав содержимое папки и пробежавшись глазами по основным отметкам, Кайла пришла к выводу, что с помощницей ей повезло. Кадма вела строгий учет, записывала все подробно и почерк имела разборчивый.
- Я с тобой, - выскочила Кайла из-за стола.
К кабинету она привыкнуть успеет, куда важнее ознакомиться с работой в необычном месте.
Вместе с помощницей лекарь направилась к выходу, и как раз в этот момент Двор хорошенько тряхнуло. Кайла цепко ухватилась за ручку дверной створки, Кадма довольно просто удержалась на ногах.
- Что это было? – тихо спросила лекарь у помощницы, имевшей беззаботный вид.
- Мы обернулись к Нар'Гоону, - пояснила она тоном, которым вещают о заурядных вещах. - Он дальше всех от нас, поэтому иногда трясет.
Кайла попыталась усвоить в своей голове эту мысль. Далось не просто. Одно дело знать, что Эмгра отличен от других Дворов именно этой особенностью, другое - вдруг понять, что Эминареш лишь одна из четырех граней, и Эмгра делит между ними свое внимание.
- На самом деле, к вашему миру Двор был обращен только по просьбе Ял-Гаа, - наивно продолжала вещать Кадма. – Она попросила облегчить путь своей преемнице, тем более уроженке ее же мира. Хозяин пошел на уступки и держал Двор обращенным к Эминарешу только ради вас. Сейчас же он вернул его ближе к той грани, что была до этого. В наших стенах пребывает довольно важный гость, и он пожелал иметь беспрепятственный выход в свой родной мир…
- Кадма, остановись, - тихо попросила Кайла, отцепляя пальцы от ручки двери. Глупо продолжать за нее держаться. Если верить слухам и истории, то пространство между гранями миров это одно огромное Ничто. Если уж случится в него рухнуть, ничего не спасет.
Помощница хлопнула пушистыми ресницами, не понимая, отчего лекарь вдруг так разволновалась.
- Я… мне нужно время привыкнуть, - попыталась объяснить Кайла, незаметно вытирая о штаны взмокшие ладони.
Девушка неуверенно кивнула в ответ.
Эминареш, Нар'Гоон, Камир-Дол и Маргадэш. Четыре мира, четыре грани. Эмгра на них и меж ними.
Кайла вдруг резко осознала это. Странность, отличительную черту, секрет, который никто так и не раскрыл. Все Дворы в известных мирах пребывали в собственном пространстве, внутри этих миров, и лишь Эмгра выбрался за рамки представимого. Разум лекаря, привыкший к материальному миру, который всегда находился перед глазами и который можно было чувствовать, никак не мог полностью поверить в реальность чего-то подобного. Из-за чего невольно и задавался нелепым и страшным вопросом – реален ли Эмгра вообще?
Двор беспрекословно повиновался приказу своего Хозяина и обернулся к другому миру. Нар'Гоон был куда важнее Эминареша, но несмотря на все споры с Ял-Гаа, которыми окончился их последний разговор, Эсанж пошел на поводу у давней подруги. Он позволил Эмгре обернуться и тем самым обеспечить легкую дорогу новому лекарю. В противном случае этой новой девице пришлось бы не только тропу к Эмгре разыскивать, но и преодолевать грань, имевшуюся между всеми мирами.
Подумаешь, часок постояла у восточных ворот! Не велика беда! Не зима же. Эсанж зиму особо не любил, поэтому в Эмгре всегда было тепло.
- Спасибо вам, - в поток мыслей вклинилась благодарность гостя.
- Я надеюсь, вы восстановили свои силы, - Эсанж вежливо ему улыбнулся.
- О, главное, что мне их в полной мере удастся сберечь.
В том и заключалось преимущество Эмгры. Любой иной Двор имел лишь единственную силу – открывать переход для гостя в его родной мир. Возвращение домой превращалась в своего рода испытание, преодолеть грань совсем непросто. Это даже тяжелее, нежели идти против бурного течения. Эмгра же брал эти растраты на себя. Если гость - выходец одного из связанных с ним миров, то Двор обращался в нужную сторону и расстилал перед ним ровную дорогу, и все что бывшему постояльцу оставалось - это просто уйти. Никаких проблем и растраты магии.
- Да. Моего отца ждет неприятный сюрприз. Он не рассчитывает на мое возвращение, - собеседник Хозяина Эмгры кривил губы в надменной усмешке.
Мир Нар'Гоона немного потрясет в следующие дни. Борьба за трон одного из континентов не пройдет тихо.
- У вас же тоже есть проблемные родственники? – вдруг поинтересовался гость.
- Брат и сестра, - с некоторой осторожностью ответил Эсанж. Взгляд голубых глаз при этом приобрел особую холодность.
- Да, этим мы с вами похожи, - продолжал рассуждать бывший постоялец, не придавая большого значения чужим настроениям. Наследникам власти это было не свойственно. - Вам тоже близкие люди мечтают оторвать голову.
Эсанж сцепил руки у себя за спиной. Привычка, выдававшая раздражение. Но знали ее только близкие.
Скольких ушей еще достигли слухи? Даже принцы иных миров в курсе положения дел его семьи. Конечно, та ситуация, в которую они втянуты, имеет слишком большое значение. А принцу одного из континентов Нар'Гоона очень интересно, чем же все закончится. Для него было совершенно естественным воевать за власть. Он не видел в этом ни бремени, ни трагедии. Хозяин Эмгры имел иной взгляд на происходящее, но старался об этом не говорить.
- Семейные отношения – сложная вещь, но надеюсь, что до смертоубийств не дойдет, - проговорил Эсанж скорее для самого себя.
Принц от всей души расхохотался.
- Желаю вам и дальше верить в сказки, - в знак поддержки гость похлопал Хозяина Двора по плечу. - А сейчас я откланиваюсь.
Гость твердой поступью устремился навстречу сестрам-близнецам – победе и смерти. Они обе протягивали к нему руки, но примет его в свои объятия лишь одна.
Эсанж провожал своего гостя не лучшими словами, но те остались лишь в его собственных мыслях.
К нему осторожно подступила Хельга.
- Господин, мы вернемся на грани?
Хозяин Двора как следует поразмышлял над вопросом встречающей. Эмгра постоянно соприкасается со всеми четырьмя своими мирами, но по приказу может сосредоточиться на одной грани больше, чем на других. В таком случае он почти походил на обычный Двор, но подобное положение Эмгра не любил. Не любил просто так, ни за что. Оно никак не сказывалось на нем, но Двору нравилось проявлять характер. Иногда Эсанж этот характер стращал.
- Нет, останемся так, - озвучил он ответ.
Двор остался недоволен решением, и окна на первом этаже мелко задрожали. Эсанж не обратил на это внимания, хотя Хельга и гости опасливо покосились в сторону прозрачных стекол.
- Господин, тогда я напоминаю вам о том, что нужно перевести часы.
Эсанж обернулся и посмотрел на циферблаты, украшавшие стену за стойкой встречающих. Когда Эмгра обращает свой взгляд на один из четырех своих миров, то его межпространству требуется жить по законам времени выбранного мира. Часы Нар'Гоона шли неправильно.
- У нас есть те, кто меняет ипостась при квадранте луны?
Гарпия кивнула. Все встречающие знали пребывающих во Дворе гостей наперечет, включая их важные особенности. Все расы, способные к перевороту, крайне чувствительны ко времени, они ощущают его также, как любой живой запах.
- Предупредите, - буркнул Эсанж, - а то будет как в тот раз.
В «тот раз» один из встречающих забыл сообщить гостям о переводе часов. А на Эмгру вдруг резко обрушилась ночь, да к тому же с полной луной. Все гости-оборотни перекинулись инстинктивно, заранее не приготовившись к смене ипостаси. У многих возникли сложности. Так, самым неудобным стал инцидент у пары постояльцев, заведших короткий роман. Девушка оказалась в постели с огромным пауком. Не то, чтобы она не знала, кем являлся ее избранник, но знать и лицезреть в близости от себя – разные вещи. В итоге, бедняжка носилась по коридору в чем мать родила и пугала всех соседей по этажу своими криками. Все это было неловко и доставило хлопот.
Эсанж отправил встречающего на кухню чистить овощи, сказав, что ни для какой серьезной работы он с такой памятью не подойдет. На его место взяли Анну. Под строгим надзором Хельги и с дельными советами Алдома она должна будет стать хорошей служащей.
Хельга кисло улыбнулась, припомнив неудачный момент из жизни Двора, и упорхнула скорее выполнять распоряжение.
Эсанж, зная, что оповещение гостей займет какое-то время, поднялся в свои апартаменты. Место, которое втайне ото всех он признавал лучшим во всем Дворе. Личная территория. Убежище. Два яруса на самом верху Эмгры, возле его сердца. Высота, позволявшая видеть территорию Двора до самого горизонта, и тишина, отделявшая надежным коконом от суматохи семидесяти этажей.
Став Хозяином Двора восемь лет назад, Эсанж многое в нем изменил. Странную привычку деда всюду возводить стены и двери он не понимал, поэтому стер их при первой же возможности. Эмгра перестал напоминать пчелиный улей, разбитый на множество маленьких ячеек. Он получил свободу и простор. Эсанж и для себя изменил пространство. Приемную, рабочий кабинет и столовую он объединил, половина нижнего этажа стала одной огромной комнатой, за дверьми и стенами остались спрятанными спальня и ванная. Весь второй этаж, полностью воссозданный из стекла, парил над головой и представлял собой библиотеку. Она – единственное наследие деда, за которое тому стоило быть благодарным. Такой коллекцией книг не каждый дворец может похвастать.
Больше ничего хорошего Двор от своего предыдущего Хозяина не получил. Тот был слишком слаб, не мог контролировать отданную ему в управление силу, так и не научился правильно ею распоряжаться. Впрочем, не только он. Последние восемьсот лет Эмгра страдал от неразумности, глупости, жадности, безразличия и даже жестокости своих Хозяев. Древнейшие истоки эти столетия разломали и исказили, Эмгра ослаб и начал свой путь к разрушению. Эсанж получил в свою власть Двор, который смотрел в развернутую под ним бездну с надеждой, а не с содроганием. Именно за то, что желания существовать у Эмгры осталось совсем немного, Двор разозлился на своего Хозяина и потребовал от него то, на что имел право. Жизнь. Но даже поняв, что силы покидают его, дед не опомнился, он принял свою судьбу безропотно. Его воли хватило лишь на то, чтобы выбрать из своих внуков того, кто займет его место. Эсанж неожиданно свалившуюся в руки власть принял спокойно. Для всего его рода Эмгра был самым значимым местом, и кому бы ни пришлось занять во Дворе главный пост, тот должен был продолжать дело предков.
И теперь Эсанж исправлял все огрехи прошедших времен. Восемь лет против восьми столетий. Он признавался себе в том, что удается ему довольно неплохо. Одно то, что Эмгра, единственный из Дворов, не опиравшийся на землю конкретного мира, получил твердую опору, заставляло относиться к нынешнему Хозяину с особым чувством.
- Я знаю, что ты недоволен, – сказал Эсанж пространству. – Но ты помнишь, на чью силу опираешься?
Эмгра ответил грохотом стен.
- Разбаловался, - вынес вердикт Хозяин, - понравилось парить в межпространстве, отличаться от других, пути-дороги тянуть во все стороны?! Но мне иногда тоже нужен отдых, поэтому пока что побудем в Нар'Гооне.
Двор, чей характер не могло усмирить большинство его Хозяев, взял да и затемнил все панорамные окна в огромной комнате. Стало очень темно. Эсанж к темноте относился с той же простотой, что и к свету. Видел он прекрасно, но идти на поводу не хотел. Так что Эмгра имел сомнительное удовольствие прочувствовать на себе силу приказа Хозяина. Пришлось прекратить баловаться и только гулко вздохнуть всем своим огромным древним каменным телом.
Вот поэтому у Двора была плохая репутация, и страшные слухи летали по всем известным мирам.
- Ваша предшественница любила естественный свет, - произнесла Кадма, видя реакцию лекаря. – Но вы можете здесь все изменить.
- Нет, не буду. Разве что украду из холла пару кадок с апельсиновыми деревьями, уж больно у Ял-Гаа все строго.
- Ох, прошу вас, - взмолилась помощница, в карих глазах заметался испуг, - не нарушайте внутреннее убранство нашего холла. Хозяин этого не одобрит.
Кайла тут же поняла, как можно выманить этого таинственного господина, если тот и далее пожелает скрываться.
- У нас множество садов, я могу попросить создать для вас апельсиновую рощу, - продолжала волноваться Кадма.
- На самом деле я хочу лишь внести небольшое изменение в интерьере, а не творить глобальную реконструкцию, - поспешила лекарь заверить в своих самых благих намерениях помощницу. – Я не могу быть такой наглой в первый же день своей службы.
Кайла уже пристроилась за письменным столом и теперь поводила руками по его гладкой поверхности, привыкая к новому месту. Огромное окно за спиной тоже пришлось ей по вкусу, солнечного света много быть не может.
- Я поняла вас, - слегка улыбнулась Кайла, - если я вам пока не нужна, то мне необходимо обойти некоторых гостей, - заговорила девушка, беря небольшую папочку со своего стола и приобретая крайне сосредоточенный вид.
- Кого? – встрепенулась Кайла, отвлекаясь от мысли, в каком именно ящике стола она станет прятать кисеру. Или лучше всего вне стен жилых апартаментов не курить? Мало ли, как к этому отнесется тот же Хозяин.
- Вот, - помощница протянула ей учетные записи.
На взгляд Кайлы строк и страниц здесь было много. Двор - это Двор, колдовская гостиница, он не имеет отношения ни к оздоровительным местам, ни тем более к медицинским учреждениям. Произошедшее с Аддаром не единственный случай, но он далек от нормы. То есть во Дворе как правило пребывают иномирцы, чье здоровье никак не пострадало. Главным недугом было магическое истощение, чужой мир требовал слишком много энергии, и гости во Дворе пребывали до тех пор, пока не восстановятся полностью. После этого у них хватало сил на переход, что и позволяло им покидать временные стены.
Здесь же был список почти из десяти имен, кому требовался присмотр лекарей.
Дурные слухи об Эмгре – правда?
Немного успокаивало то, что никто из этих гостей не пострадал настолько, чтобы лежать в палатном отделении при лекарской. Все они оставались в своих комнатах и апартаментах, из чего следовало, что травмы и повреждения не критичны.
Полистав содержимое папки и пробежавшись глазами по основным отметкам, Кайла пришла к выводу, что с помощницей ей повезло. Кадма вела строгий учет, записывала все подробно и почерк имела разборчивый.
- Я с тобой, - выскочила Кайла из-за стола.
К кабинету она привыкнуть успеет, куда важнее ознакомиться с работой в необычном месте.
Вместе с помощницей лекарь направилась к выходу, и как раз в этот момент Двор хорошенько тряхнуло. Кайла цепко ухватилась за ручку дверной створки, Кадма довольно просто удержалась на ногах.
- Что это было? – тихо спросила лекарь у помощницы, имевшей беззаботный вид.
- Мы обернулись к Нар'Гоону, - пояснила она тоном, которым вещают о заурядных вещах. - Он дальше всех от нас, поэтому иногда трясет.
Кайла попыталась усвоить в своей голове эту мысль. Далось не просто. Одно дело знать, что Эмгра отличен от других Дворов именно этой особенностью, другое - вдруг понять, что Эминареш лишь одна из четырех граней, и Эмгра делит между ними свое внимание.
- На самом деле, к вашему миру Двор был обращен только по просьбе Ял-Гаа, - наивно продолжала вещать Кадма. – Она попросила облегчить путь своей преемнице, тем более уроженке ее же мира. Хозяин пошел на уступки и держал Двор обращенным к Эминарешу только ради вас. Сейчас же он вернул его ближе к той грани, что была до этого. В наших стенах пребывает довольно важный гость, и он пожелал иметь беспрепятственный выход в свой родной мир…
- Кадма, остановись, - тихо попросила Кайла, отцепляя пальцы от ручки двери. Глупо продолжать за нее держаться. Если верить слухам и истории, то пространство между гранями миров это одно огромное Ничто. Если уж случится в него рухнуть, ничего не спасет.
Помощница хлопнула пушистыми ресницами, не понимая, отчего лекарь вдруг так разволновалась.
- Я… мне нужно время привыкнуть, - попыталась объяснить Кайла, незаметно вытирая о штаны взмокшие ладони.
Девушка неуверенно кивнула в ответ.
Эминареш, Нар'Гоон, Камир-Дол и Маргадэш. Четыре мира, четыре грани. Эмгра на них и меж ними.
Кайла вдруг резко осознала это. Странность, отличительную черту, секрет, который никто так и не раскрыл. Все Дворы в известных мирах пребывали в собственном пространстве, внутри этих миров, и лишь Эмгра выбрался за рамки представимого. Разум лекаря, привыкший к материальному миру, который всегда находился перед глазами и который можно было чувствовать, никак не мог полностью поверить в реальность чего-то подобного. Из-за чего невольно и задавался нелепым и страшным вопросом – реален ли Эмгра вообще?
Глава 5.
Двор беспрекословно повиновался приказу своего Хозяина и обернулся к другому миру. Нар'Гоон был куда важнее Эминареша, но несмотря на все споры с Ял-Гаа, которыми окончился их последний разговор, Эсанж пошел на поводу у давней подруги. Он позволил Эмгре обернуться и тем самым обеспечить легкую дорогу новому лекарю. В противном случае этой новой девице пришлось бы не только тропу к Эмгре разыскивать, но и преодолевать грань, имевшуюся между всеми мирами.
Подумаешь, часок постояла у восточных ворот! Не велика беда! Не зима же. Эсанж зиму особо не любил, поэтому в Эмгре всегда было тепло.
- Спасибо вам, - в поток мыслей вклинилась благодарность гостя.
- Я надеюсь, вы восстановили свои силы, - Эсанж вежливо ему улыбнулся.
- О, главное, что мне их в полной мере удастся сберечь.
В том и заключалось преимущество Эмгры. Любой иной Двор имел лишь единственную силу – открывать переход для гостя в его родной мир. Возвращение домой превращалась в своего рода испытание, преодолеть грань совсем непросто. Это даже тяжелее, нежели идти против бурного течения. Эмгра же брал эти растраты на себя. Если гость - выходец одного из связанных с ним миров, то Двор обращался в нужную сторону и расстилал перед ним ровную дорогу, и все что бывшему постояльцу оставалось - это просто уйти. Никаких проблем и растраты магии.
- Да. Моего отца ждет неприятный сюрприз. Он не рассчитывает на мое возвращение, - собеседник Хозяина Эмгры кривил губы в надменной усмешке.
Мир Нар'Гоона немного потрясет в следующие дни. Борьба за трон одного из континентов не пройдет тихо.
- У вас же тоже есть проблемные родственники? – вдруг поинтересовался гость.
- Брат и сестра, - с некоторой осторожностью ответил Эсанж. Взгляд голубых глаз при этом приобрел особую холодность.
- Да, этим мы с вами похожи, - продолжал рассуждать бывший постоялец, не придавая большого значения чужим настроениям. Наследникам власти это было не свойственно. - Вам тоже близкие люди мечтают оторвать голову.
Эсанж сцепил руки у себя за спиной. Привычка, выдававшая раздражение. Но знали ее только близкие.
Скольких ушей еще достигли слухи? Даже принцы иных миров в курсе положения дел его семьи. Конечно, та ситуация, в которую они втянуты, имеет слишком большое значение. А принцу одного из континентов Нар'Гоона очень интересно, чем же все закончится. Для него было совершенно естественным воевать за власть. Он не видел в этом ни бремени, ни трагедии. Хозяин Эмгры имел иной взгляд на происходящее, но старался об этом не говорить.
- Семейные отношения – сложная вещь, но надеюсь, что до смертоубийств не дойдет, - проговорил Эсанж скорее для самого себя.
Принц от всей души расхохотался.
- Желаю вам и дальше верить в сказки, - в знак поддержки гость похлопал Хозяина Двора по плечу. - А сейчас я откланиваюсь.
Гость твердой поступью устремился навстречу сестрам-близнецам – победе и смерти. Они обе протягивали к нему руки, но примет его в свои объятия лишь одна.
Эсанж провожал своего гостя не лучшими словами, но те остались лишь в его собственных мыслях.
К нему осторожно подступила Хельга.
- Господин, мы вернемся на грани?
Хозяин Двора как следует поразмышлял над вопросом встречающей. Эмгра постоянно соприкасается со всеми четырьмя своими мирами, но по приказу может сосредоточиться на одной грани больше, чем на других. В таком случае он почти походил на обычный Двор, но подобное положение Эмгра не любил. Не любил просто так, ни за что. Оно никак не сказывалось на нем, но Двору нравилось проявлять характер. Иногда Эсанж этот характер стращал.
- Нет, останемся так, - озвучил он ответ.
Двор остался недоволен решением, и окна на первом этаже мелко задрожали. Эсанж не обратил на это внимания, хотя Хельга и гости опасливо покосились в сторону прозрачных стекол.
- Господин, тогда я напоминаю вам о том, что нужно перевести часы.
Эсанж обернулся и посмотрел на циферблаты, украшавшие стену за стойкой встречающих. Когда Эмгра обращает свой взгляд на один из четырех своих миров, то его межпространству требуется жить по законам времени выбранного мира. Часы Нар'Гоона шли неправильно.
- У нас есть те, кто меняет ипостась при квадранте луны?
Гарпия кивнула. Все встречающие знали пребывающих во Дворе гостей наперечет, включая их важные особенности. Все расы, способные к перевороту, крайне чувствительны ко времени, они ощущают его также, как любой живой запах.
- Предупредите, - буркнул Эсанж, - а то будет как в тот раз.
В «тот раз» один из встречающих забыл сообщить гостям о переводе часов. А на Эмгру вдруг резко обрушилась ночь, да к тому же с полной луной. Все гости-оборотни перекинулись инстинктивно, заранее не приготовившись к смене ипостаси. У многих возникли сложности. Так, самым неудобным стал инцидент у пары постояльцев, заведших короткий роман. Девушка оказалась в постели с огромным пауком. Не то, чтобы она не знала, кем являлся ее избранник, но знать и лицезреть в близости от себя – разные вещи. В итоге, бедняжка носилась по коридору в чем мать родила и пугала всех соседей по этажу своими криками. Все это было неловко и доставило хлопот.
Эсанж отправил встречающего на кухню чистить овощи, сказав, что ни для какой серьезной работы он с такой памятью не подойдет. На его место взяли Анну. Под строгим надзором Хельги и с дельными советами Алдома она должна будет стать хорошей служащей.
Хельга кисло улыбнулась, припомнив неудачный момент из жизни Двора, и упорхнула скорее выполнять распоряжение.
Эсанж, зная, что оповещение гостей займет какое-то время, поднялся в свои апартаменты. Место, которое втайне ото всех он признавал лучшим во всем Дворе. Личная территория. Убежище. Два яруса на самом верху Эмгры, возле его сердца. Высота, позволявшая видеть территорию Двора до самого горизонта, и тишина, отделявшая надежным коконом от суматохи семидесяти этажей.
Став Хозяином Двора восемь лет назад, Эсанж многое в нем изменил. Странную привычку деда всюду возводить стены и двери он не понимал, поэтому стер их при первой же возможности. Эмгра перестал напоминать пчелиный улей, разбитый на множество маленьких ячеек. Он получил свободу и простор. Эсанж и для себя изменил пространство. Приемную, рабочий кабинет и столовую он объединил, половина нижнего этажа стала одной огромной комнатой, за дверьми и стенами остались спрятанными спальня и ванная. Весь второй этаж, полностью воссозданный из стекла, парил над головой и представлял собой библиотеку. Она – единственное наследие деда, за которое тому стоило быть благодарным. Такой коллекцией книг не каждый дворец может похвастать.
Больше ничего хорошего Двор от своего предыдущего Хозяина не получил. Тот был слишком слаб, не мог контролировать отданную ему в управление силу, так и не научился правильно ею распоряжаться. Впрочем, не только он. Последние восемьсот лет Эмгра страдал от неразумности, глупости, жадности, безразличия и даже жестокости своих Хозяев. Древнейшие истоки эти столетия разломали и исказили, Эмгра ослаб и начал свой путь к разрушению. Эсанж получил в свою власть Двор, который смотрел в развернутую под ним бездну с надеждой, а не с содроганием. Именно за то, что желания существовать у Эмгры осталось совсем немного, Двор разозлился на своего Хозяина и потребовал от него то, на что имел право. Жизнь. Но даже поняв, что силы покидают его, дед не опомнился, он принял свою судьбу безропотно. Его воли хватило лишь на то, чтобы выбрать из своих внуков того, кто займет его место. Эсанж неожиданно свалившуюся в руки власть принял спокойно. Для всего его рода Эмгра был самым значимым местом, и кому бы ни пришлось занять во Дворе главный пост, тот должен был продолжать дело предков.
И теперь Эсанж исправлял все огрехи прошедших времен. Восемь лет против восьми столетий. Он признавался себе в том, что удается ему довольно неплохо. Одно то, что Эмгра, единственный из Дворов, не опиравшийся на землю конкретного мира, получил твердую опору, заставляло относиться к нынешнему Хозяину с особым чувством.
- Я знаю, что ты недоволен, – сказал Эсанж пространству. – Но ты помнишь, на чью силу опираешься?
Эмгра ответил грохотом стен.
- Разбаловался, - вынес вердикт Хозяин, - понравилось парить в межпространстве, отличаться от других, пути-дороги тянуть во все стороны?! Но мне иногда тоже нужен отдых, поэтому пока что побудем в Нар'Гооне.
Двор, чей характер не могло усмирить большинство его Хозяев, взял да и затемнил все панорамные окна в огромной комнате. Стало очень темно. Эсанж к темноте относился с той же простотой, что и к свету. Видел он прекрасно, но идти на поводу не хотел. Так что Эмгра имел сомнительное удовольствие прочувствовать на себе силу приказа Хозяина. Пришлось прекратить баловаться и только гулко вздохнуть всем своим огромным древним каменным телом.
Вот поэтому у Двора была плохая репутация, и страшные слухи летали по всем известным мирам.
