Сиделка

24.09.2018, 14:21 Автор: Делия Росси

Закрыть настройки

Показано 1 из 9 страниц

1 2 3 4 ... 8 9


ГЛАВА 1


       
       - Держи свои деньги.
       Старая грымза сунула мне пять ронов и брезгливо скривилась.
       - А рекомендации?
       Я вскинула на нее вопросительный взгляд, стараясь убрать из глаз насмешку.
       - Вот, - тера Барни достала из ящика стола бумаги и небрежно придвинула их ко мне. – Бери и выметайся из моего дома. Чтобы я тебя и минуты лишней не видела.
       - Всего доброго, тера Барни.
       Я взяла исписанные косым почерком листы и вышла из кабинета. О, мне многое хотелось бы ответить своей нанимательнице! Только, толку-то с того? Место все равно потеряно. И душу отвести не удастся, с этой дамочки станется - ославит на весь белый свет. Хоть заплатила, и то ладно, могла бы и вовсе без денег оставить. И такое в моей жизни бывало.
       Усмехнувшись, я сунула роны в карман пальто и направилась к черному ходу, которым пользовались слуги.
       - Кэтрин!
       Громкий возглас раздался неожиданно, заставив меня вздрогнуть и остановиться. Рес!
       В хриплом голосе тера Барни слышались отголоски боли. Бросив взгляд на наручные часы, я нахмурилась. Действие лекарства заканчивалось, и у моего подопечного скоро должен был начаться приступ. Проклятье! Я замерла на месте, не в силах уйти. Вряд ли старая карга сумеет справиться с припадком. Может, остаться и помочь? В последний раз.
       - Кэтрин, где же вы?
       Я повернула назад, собираясь дать теру Барни его микстуру, но в этот момент дверь кабинета распахнулась, и мимо меня торопливо прошла тера Барни.
       - Ты еще здесь? – обернувшись, прошипела она. – Я же велела тебе убираться!
       Ответить я не успела. Моя бывшая хозяйка уже потянула на себя причудливую бронзовую ручку и вошла в спальню.
       - Ты звал, дорогой? – совсем другим тоном спросила тера.
       - Где Кэтрин? – задыхаясь, прохрипел тер Барни. – Позови ее, мне больно, рес тебя подери!
       - Кэтрин у нас больше не работает, - сухо ответила тера Барни.
       - Что?
       - У нее заболела мать, и девушке пришлось срочно уехать.
       М-да… Тера Барни не отличалась богатой фантазией. Впрочем, как и большинство моих нанимательниц. Пару раз у меня заболевала мать, четыре раза – старая тетушка, трижды умирал отец и один раз – сестра. И это при том, что я круглая сирота.
       - Но она вернется?
       - Ах, дорогой, Сантавия – слишком далеко от Бреголя. Вряд ли Кэтрин захочет сюда возвращаться.
       - А как же я? Я без нее не смогу! Я умру, если Кейт не будет рядом!
       - Ну, не нужно преувеличивать, дорогой, - с мягким укором, ответила тера Барни.
       - Ты не понимаешь! - сварливо отмахнулся от нее муж. – Кто мне теперь поможет?
       - Мы найдем тебе новую сиделку, а пока, я сама за тобой присмотрю.
       - Ты? Вздор! – вспылил тер Барни. – С тебя все равно никакого проку. Мне нужна Кэтрин! Только она может избавить меня от боли!
       - Ну, полно, дорогой, - принялась увещевать его жена. – У тебя скоро будет новая сиделка, гораздо лучше Кэтрин.
       - Но я хочу Кейт! Только ее! – продолжал упрямиться тер Барни.
       - Милый, ну, что ты такое говоришь? Разве тебе не нравится, как я за тобой ухаживаю? Давай, я укутаю твои ноги пледом...
       Я не смогла больше слушать разговор супругов. Поправив на плече лекарскую сумку, надвинула поглубже темную шляпку, перехватила поудобнее саквояж и неслышно покинула негостеприимный дом судьи Барни.
       
       На улице было прохладно. Небо хмурилось, низкие тучи сердито нависали над островерхими шпилями домов. Проезжающие мимо мобили оставляли в воздухе клубы едкого дыма, а манекены в витрине ближайшего магазинчика зябко кутались в шерстяные шарфы. Октябрь... Сырой, неприветливый, промозглый.
       Холодный ветер мгновенно пробрался под полы пальто, забился под платье, прошелся по шее. Я поежилась и плотнее запахнула воротник.
       - Куда вам, тера? Отвезу быстро и недорого.
       Остановившаяся пролетка обдала меня мелкими брызгами. Недавний дождь оставил после себя огромные лужи, обойти или объехать которые было невозможно. Мерзкая погодка. Середина осени, а такое ощущение, будто уже ранняя зима.
       Я посмотрела на молодого веснушчатого извозчика и спросила:
       - Сколько возьмешь до Карстерс-роуд?
       - С вас – полрена и поцелуй, - улыбнулся парнишка.
       - Обойдешься без поцелуя, - хмыкнула я и взялась за дверцу. – Остановишься у гостиницы «Серая утка». Знаешь такую?
       - Обижаете, тера! – оскорбился извозчик и взмахнул кнутом. – Но! Шевелитесь, увальни!
       Черные, неповоротливые красты нехотя тронулись с места, а я откинулась на спинку жесткого сиденья и погрузилась в нелегкие раздумья.
       Что делать? Где искать работу? За последние два года это уже одиннадцатое увольнение. Если так пойдет и дальше, мне попросту придется сменить профессию.
       И ведь не скажешь, что я не стараюсь. Стараюсь! Еще как! Только, эффект получается обратный. Чем больше усилий я прикладываю, чтобы мои подопечные испытывали как можно меньше неудобств и боли, тем быстрее мне указывают на дверь.
       Может, попробовать себя в чем-то другом? Но в чем? Без магии ничего, кроме грязной работы, мне не светит. Вот и выбирай – или подавальщицей в трактир, или шлюхой в бордель. Впрочем, это почти одно и тоже.
       - Мы на месте, тера! – раздался голос извозчика, и пролетка остановилась.
       Я недоуменно отодвинула шторку. Неужели, так быстро доехали? Точно. Старая, выцветшая вывеска, с изображением толстой утки, качалась на ветру, хмуро отсвечивая грязно-серым фоном. Обшарпанные фасады окрестных домов неприветливо смотрели на мир маленькими, узкими окошками, в сточной канаве плавали обрывки газет и мелкие щепки.
       На Карстерс-роуд ничего не изменилось. Казалось, жизнь этой улицы застыла в глубоком прошлом Старой эпохи, когда еще не было ни мобилей, ни бирольного освещения, ни прочих благ Нового времени.
       - Спасибо, - поблагодарила я паренька, заплатив ему обещанные полрена.
       - А поцелуй? – усмехнулся наглец. Его хитрые серые глаза лукаво блеснули.
       - Перебьешься.
       - Жаль, - притворно вздохнул парень. – А я уж было понадеялся, что встретил любовь всей своей жизни.
       Он взмахнул кнутом, поторапливая крастов:
       - Но! Трогайте, ресовы дети!
       Я хмыкнула, наблюдая, как исчезает за поворотом его легкая пролетка, а потом вздохнула, поправила сумку и толкнула скрипучую дверь гостиницы.
       - Ба! Неужели, мои глаза меня не обманывают, и это снова ты?
       Громкий голос Папаши Дюка перекрыл гул обеденной залы, заставляя всех замолчать.
       - Спешу порадоваться за твое зрение, оно все такое же острое.
       Я улыбнулась старому знакомцу и подошла к стойке.
       - Моя комната свободна?
       - А как же? Вот, как чувствовал, что ты появишься, выкинул вчера оттуда одного молодчика, - хохотнул Папаша Дюк, и его необъятный живот колыхнулся над стойкой. – Как жизнь, Кейт? Снова ищешь работу?
       - Ты же знаешь, это мое любимое занятие.
       Я усмехнулась и окинула хозяина гостиницы внимательным взглядом. За то время, что мы не виделись, Папаша Дюк ничуть не изменился. Он по-прежнему был огромным и толстым, как бочка, а его пудовые кулаки все так же легко могли свернуть шею любому расходившемуся постояльцу.
       - Голодная?
       - От твоей похлебки не откажусь.
       Я расстегнула пальто и огляделась вокруг.
       - Иди, присядь вон за тот столик. Тильда сейчас все принесет.
       - Мне бы руки помыть.
       А еще лучше, принять ванну. После слов теры Барни так и хотелось вымыться. «Как ты посмела положить глаз на моего мужа, неблагодарная дрянь? Думаешь, я не вижу, как ты на него смотришь? Хочешь втереться в доверие и прикарманить все деньги? Не выйдет! Пока я стою на страже интересов тера Барни, тебе ничего здесь не светит!»
       Удивительно, как слепы бывают женщины, выдавая свои фантазии за реальность, и принимая простую жалость и желание облегчить боль за притворство и ложь.
       - Иди в мою конуру. Я пока отправлю Бетси прибраться в твоей комнате. Знаю, как ты на чистоте помешана.
       - Спасибо. Ты настоящий друг, - с признательностью посмотрела на хозяина гостиницы.
       - Иди уже, - проворчал тот.
       Я улыбнулась и скользнула за его спину, к незаметной двери.
       Берлога Папаши Дюка была темной и запущенной. На стульях висели мятые штаны и сюртуки, на столе валялись кипы бумаг, окно было мутным и засиженным мухами, а на полу лежал пыльный, давно не чищенный ковер.
       Протиснувшись между креслом и комодом, я скользнула за ширму и включила воду. Небольшой нагреватель утробно загудел.
       М-мм… Красота!
       Я подставила ладони под струю воды и прошептала:
       - Все беды и обиды уходите прочь, пусть душа расправит крылья и минует жизни ночь.
       Старый наговор, которому меня научила Жильда, помог расслабиться и забыть о неприятностях. Не знаю, самовнушение тому виной, или еще что, но, после этого немудреного ритуала, мне всегда становилось легче.
       - Кейт, ты там не уснула?
       В дверь просунулась голова Папаши Дюка.
       - Хватит плескаться, похлебка остывает.
       - Иду.
       Я торопливо умылась, вытерла руки и лицо носовым платком, не доверяя свежести висящего на крючке полотенца, и вышла в общий зал.
       - Дня, Кейт! – поздоровалась Тильда и уставилась на меня с плохо скрытым любопытством. – Что, снова с работы выгнали?
       - Ты, как всегда, невероятно наблюдательна, - усмехнулась я.
       - Опять, небось, хозяйка приревновала?
       - Что-то вроде того.
       Я разложила на коленях салфетку.
       - Ох, бедовая ты девка, Кейт, - вздохнула подавальщица, и ее могучая грудь колыхнулась в низком вырезе блузки. – Тебе бы, с твоей внешностью, во дворце каком жить, и веером обмахиваться, а ты судна выносишь, да приставания всяких уродов терпишь.
       - Каждому свое, - философски заметила я и покосилась на глубокую миску, с плавающими в ней кусочками картофеля и моркови.
       - Сегодня с потрохами, наваристая, - сообщила Тильда, выставив тарелку с подноса. – Ольдин свеженькие привез. Так уж нахваливал!
       Подавальщица улыбнулась, и ее полные губы открыли ряд крепких белоснежных зубов.
       - На вот тебе хлеба еще, - она положила на стол два толстых ломтя. – Ешь, а то, отощала совсем.
       - Спасибо, Тиль.
       Я не стала отказываться от бесплатной добавки к ужину и взялась за ложку.
       - На здоровье, - хмыкнула подавальщица, прижав поднос к крутому бедру.
       - Тильда! – раздался звучный голос Папаши Дюка. – Ты еще долго лясы точить будешь? Клиенты ждут!
       - Иду! – отозвалась Тиль.
       Она направилась к столику, за который уселась шумная компания наемников, ловко уворачиваясь на ходу от нескромных прикосновений и не обращая внимания на сальные шуточки постояльцев.
       Я обвела глазами зал. Публика у Папаши Дюка собиралась разномастная. Небогатые купцы, рыночные торговцы, военные – в основном, из низших чинов, - зажиточные крестьяне и карточные шулера. Один из последних, Карел Ручка, как раз присматривал себе новую жертву. Я видела, как он, вроде бы, невзначай, предложил разыграть партейку двоим заезжим негоциантам. Ага. А вот и дружок его подтянулся, Эрик Косой. Местная знаменитость. Маленький, верткий, неуловимый он умудрялся всего за пару секунд обчистить карманы собеседника, да так, что тот ничего не успевал почувствовать.
       - Не может быть! Кейт, лапочка, неужели это ты?
       О, нет! Только этого мне и не хватало! Громила Кревен. Мерзкий сутенер подошел к столику и уставился на меня голодным взглядом. Желтые волчьи глаза пошарили по моему лицу, скользнули к скромному вырезу платья и задержались на серебряном кулоне, висящем у меня на шее.
       - Кейти, детка, ты все так же прекрасна! – выдохнул Крев.
       Я продолжала молча есть похлебку.
       - Что? Снова в поиске?
       В голосе оборотня послышалось едва заметное злорадство.
       Я невозмутимо отломила кусочек хлеба и отправила его в рот.
       - А что я тебе говорил? – вкрадчиво произнес Крев. - Не прошло и двух месяцев, и ты снова здесь!
       Он облокотился на стул и похабно улыбнулся.
       - Знаешь, в чем твоя беда, Кейт? У тебя слишком много гонора и упрямства. Никто не будет долго терпеть такую гордячку. Ну, что молчишь? Скажешь, я не прав?
       - Отодвинься, Крев, ты мешаешь мне есть, - равнодушно ответила я.
       С оборотнями по-другому нельзя. Покажи им страх или волнение – не отстанут.
       - Ах, простите, Ваше высочество! – губы Кревена разъехались в издевательской усмешке, обнажив крупные клыки. – Я и не заметил, что вы вкушаете пищу! Не извольте гневаться. Мы же с полным пониманием.
       Он оторвался от стула и отвесил шутовской поклон.
       - Вы слышали, господа? – Крев обвел взглядом переполненный зал. - Мы мешаем нашей герцогине ужинать!
       Вокруг раздались смешки, а раззадоренный оборотень наклонился ко мне, обдав острым запахом чеснока, и прошептал:
       - Не заносись, Кейт. Ты ничем не лучше любой из моих шлюх. Просто, строишь из себя благородную, а на деле, такая же с*чка, как и все бабы.
       Он протянул руки и попытался меня обнять, а я, посмотрев грустным взглядом на почти полную тарелку, надела ее Кревену на голову.
       Ошметки капусты запутались в его густых волосах, жирные дорожки потеками расползлись по лицу, яркая морковная звездочка застряла за ухом…
       - Ах, ты ж, дрянь!
       Оборотень утерся ладонью и замахнулся, но ударить меня не успел. Крепкий кулак Папаши Дюка обрушился на его лохматую голову, и Крев мешком рухнул на пол.
       - Ты как, Кейт? – заботливо спросил меня хозяин гостиницы, вытирая влажные руки фартуком.
       - Нормально, - кивнула я и вздохнула. - Похлебку жалко. Не успела толком распробовать.
       Я покосилась на лежащего у моих ног оборотня. Тот не подавал признаков жизни, что и неудивительно. Удар у Папаши Дюка что надо!
       Поправив платье, брезгливо отодвинула носок туфли от безжизненной туши.
       - Тильда! – гаркнул Папаша Дюк. – Принеси похлебку нашей Кэтрин! Живо!
       Он пнул Кревена в бок и подозвал вышибалу.
       - Вынеси этот мусор. И проследи, чтобы он сегодня сюда не возвращался.
       Молчаливый Солен подхватил оборотня и поволок его к выходу.
       - Спасибо, Дюк, - поблагодарила я своего неизменного заступника.
       - Да, ладно. Было б за что. Давно пора было эту шваль отсюда выкинуть.
       Папаша потрепал меня по голове и пошел к своему месту за стойкой. Я задумчиво проводила его взглядом. Все-таки, хорошо, что судьба привела меня в тот день именно в «Серую утку». Иначе, даже не знаю, где бы я сейчас была.
       - Вот, - подавальщица с грохотом поставила передо мной огромную миску. Я подняла на Тильду глаза, а та нахмурилась и принялась учить меня жизни: – Ох, Кейт, что ж ты такая упрямая? Я тебе сколько раз говорила, не перечь ты Кревену! Ну, погладит тебя пару раз, пощупает, от тебя что – убудет? Что ты, как благородная, за честь свою держишься? Вот, попомни мои слова, однажды Крев не выдержит, зажмет тебя в темном углу, да и отходит по-полной.
       - Знаешь, Тиль, если я позволю Креву к себе прикоснуться, то окажусь в этом самом темном углу еще быстрее, чем ты думаешь, - хмыкнула я.
       - А что? – напала на меня подавальщица. – Сама виновата. Ты ж для местных мужиков, как вечная приманка. Дразнишь их, а в руки не даешься. Гляди, как бы беды не вышло. Сколько я тебе говорила – выбери себе покровителя, да, и живи спокойно. Пущай он за тебя перед остальными ответ держит.
       - Не по мне это, Тиль, - вздохнула я. – Не нужны мне покровители. Мне работа нужна. И возможность зарабатывать деньги.
       - Ой, дура девка! – с жалостью посмотрела на меня Тильда. – Внешность Единый дал, а умом обидел. Да я бы с таким личиком уже давно с маркизом каким-нибудь жила и на четверике пристяжных разъезжала! И дом бы на Ридлент-ар купила. И…
       - Тильда! Ресова баба, ты долго еще прохлаждаться будешь?
       

Показано 1 из 9 страниц

1 2 3 4 ... 8 9