Земля превращается в чавкающую кашу грязи, доходящую выше щиколотки и которая так засасывает обувь, что она спадает с ног.
Мерзкое время, когда от сырости и холода не спасает ничего, кроме хорошего огня. Одежда не может просохнуть, становясь мокрой сразу, как выходишь за дверь. Грязь от сапог попадает на всю одежду до самых бедер, а низ длинной одежды вроде платьев и плащей превращает любую из них в тряпку за один сезон. Про обувь говорить не приходится, единственная обувь, способная выдержать такую погоду – сапоги из очень грубой кожи. Что, конечно, очень бесит аристократок-магичек, желающих выгуливать красивые туфельки.
Поэтому над академией на это время сооружают магический купол от дождя. Хотя не все преподаватели это приветствуют, особенно факультета боевиков. Считают, что те должны привыкать ко всем условиям. И раньше так и было. Но кроме боевиков много и других факультетов, и кирий в академии все больше, в том числе и преподавательниц. А они тоже хотят в туфельках ходить.
Только при постоянной сырости в стенах зданий, от которой не всегда спасают даже самые лучшие магические защиты и заклинания, эти туфельки постоянно влажные, и ногам в них мокро и холодно. А башмаки из грубой кожи не стыдно носить только таким, как мы.
Иногда к постоянно льющейся воде добавляется северный стылый ветер, и тогда эта вода с силой ветра лупит по тебе с разных сторон, как меткий, но не разборчивый метатель снежков, желая найти самые незащищенные места. И оставляя в слепоте, потому что стоит раскрыть глаза, как ветром задует туда целую пригоршню ставшей отчего-то сразу колкой воды, не проморгаешься.
Поэтому первым делом я отправилась покупать одежду, начав с верхней, рассудив, что теплое шерстяное белье вряд ли меня спасет, если не будет толстого плаща и кожаной куртки. С собой из поместья я привезла тот плащ, что у меня был. Но у нас и сезон дождей проходил мягче. От того, что рассказали мне девочки, у меня волосы дыбом вставали. Особенно «радовало» то, что тренировочные занятия не переносились полностью под крышу здания.
По всему выходило, что мне надо было как минимум две пары брюк для физических занятий на пересменку, два новых платья для учебы, утепленный плащ, кожаную куртку и еще кучу всего вроде перчаток, кожаного берета, шапок и белья. Сумку из непромокаемой кожи для учебников и тетрадей. Это в идеале.
Но после того как мы заглянули в нужные магазины, я поняла, что зря накануне размечталась, что у меня много денег и что с них что-то останется. Хоть и простые, но качественные вещи из кожи и обувь стоили немало. Я даже раньше и не представляла, потому что обычно ничего себе не покупала, донашивала одежду и обувь за другими служанками, как и мое потом передавали по наследству дальше.
Про цены и учет денег, я, конечно, слышала от нашей экономки при разговорах на кухне. Либо когда она сетовала за чашкой чая, обсуждая с поварихой цены и продукты, либо распекала нас за «непомерные траты», которые ложатся на хозяев, когда обувь слуг изнашивалась до дырок в подошве, а через дырки в плаще можно было искать созвездия на небе.
Теперь же посчитав в уме весь свой минимальный список покупок – а ведь еще сколько всего для учебы надо приобрести – и прикинув, что у меня есть, я приуныла. Расходы перевешивали почти в два раза.
Видя мое состояние, Сапфирка потащила нас в небольшую кафетерию-лимонадную. Так назывались заведения, где можно посидеть передохнуть, заказав любой напиток на выбор – не обязательно лимонад, от холодного морса до горячего травяного настоя. И закуску, подходящую к этому напитку, от соленых сырных палочек до сладких булочек или творожных десертов.
Завсегдатаями таких заведений в большей степени были кирии, они отдыхали в них между походами по магазинам. Но не только. Здесь встречались молодые парочки, перекусывали служащие. Важные кироны, читая периодику, ожидали своих супруг, отлучившихся в магазин и увлекшихся покупками. А еще, если напитки готовили прямо при лимонадной, их могли заказывать как богатые кироны на дом, так и другие заведения, ресторации или в маленькие кафе-столовые при тех же заведениях с работниками, которым положены обеды на месте.
Мы решили передохнуть и все взвесить. Выбрав по бокалу лимонада – от походов по магазинам уже пересохло в горле, Сапфирка обратилась к молодой женщине за стойкой:
- Почему кафетерия продается? И что случилось с тетушкой Мариабет?
Только тут я заметила объявление о продажи лимонадной на месте оплаты покупок.
- Ох, милая, забрал Ловец тетушку Мариабет. Пусть ее соломона обретет успокоение и возрадуется освобождению, – женщина осенила себя знаком Ловца и на миг прикрыла веки. – Я теперь хозяйка кафетерия, но нет у меня способности к кулинарии, как у тетушки. Цифры и торговля мне ближе.
- Разве сложно нанять кого-то, кто будет делать напитки? – удивилась Сапа.
Женщина тяжко вздохнула.
- Нанимала… Оглянись! Было ли такое при тетушке Мариабет, чтобы пустовал хоть один столик? А сейчас? Если кто заглянет случайно… Имела тетушка свои секреты, смешивала ингредиенты так, что об ее лимонадах да травяных тиинах молва за пределы Тардума выходила. Торговцы через год возвращались сюда, чтоб выпить охлаждающего лимонада «Прибрежная волна» или согревающего тиина «У камина». Мариабет всем напиткам название давала.
- А разве не оставила она рецептов в наследство вместе с кафетерией? – влезла я, не понимая логики в наследстве питейного заведения без рецептов.
- Какие рецепты! Она всегда творила! Это было вдохновением! Чудом! Магией. Нет, она пыталась передать мне свои знания, много раз показывала и заставляла готовить на ее глазах. Простейшие травяные тиины у меня получались. Что-то большее – нет, – женщина вздохнула.
- Мне кажется, любой адепт с факультета зельеварения справился бы, – влезла Солька. – Может, вам среди них поискать?
- Приходили, как же. И адепты и выпустившиеся. Все не то. Те, кто помнят «Ночной поцелуй» тетушки, уже не могут пить жалкое его подобие. В него входил казин-трава, знаете ли вы о ней что-нибудь?
- Конечно, – кивнула я. – Очень капризное растение. Если его использовать в кулинарии, нужно строго следить за тем, сколько его держать в кипящей воде, одно мгновение не доварить – будет кислый, одно переварить – горький, такой, что весь вкус испортит.
- Да, – горестно вздохнула хозяйка. – Вот никто с ним еще не справился. А у Мариабет с ним коронные рецепты были.
- Ты откуда знаешь? – поинтересовались девчонки.
- Так растет он только в наших лесах, вот наша кухарка с ним с детства и управлялась. И мне приходилось работать под ее руководством. Ох, сколько из-за него мне было всыпано, – я даже вздрогнула, вспомнив.
- То есть ты можешь? – загорелись глаза хозяйки, и она решила представиться: – Меня Кадиота зовут.
- Мое почтение. Нея Черемиха, адептка магической академии. А это Сапфира и Солька, – указала я на девочек. – Да, я умею варить и лимонады и травяные настои и другие напитки, – осторожно сказала я.
Хозяйка с горящими глазами стала метаться вдоль стены, хлопая ящичками комодов.
- Так, посмотрим здесь. Нет, здесь. Должно же было немного остаться. Вот! – победно достала она пучок засушенной казин-травы. – Хотела все выкинуть, но не успела. Пойдем, я покажу тебе…
Она подлетела ко мне, открыв стойку, схватила за руку и, не слушая возражений, потащила на кухню. Девчонки любопытно наблюдали, но не вмешивались. Когда меня утащили на кухню, устроились за столиком.
Кадиота быстро налила воды в таз, поставила греть, сама выставляла ингредиенты для будущего лимонада. Вскоре появились плоды лаймоны, маркуны, пававаты, из которых над было выжать по стакану сока, корень мармошетты, сладкая тянучка, бутылочка кляквенсиского сиропа, рядом легли пучки казин-травы, мятры и блазинки.
- Вот, я тебе буду говорить последовательность и сколько надо положить, а ты попробуешь.
В принципе мне и говорить не пришлось. Тот, кто последние пять зим провел большую часть на кухне большого поместья, где приходилось готовить с утра до ночи да на большое количество людей, поймет и так. Мне не то чтобы нравилось готовить, иначе бы я пошла на факультет зельеварения, но это была наименее раздражающая работа по дому, кроме ухода за животными. Потому что она была связана хоть с каким-то творчеством.
Как раз приготовлением напитков и компотов я занималась чаще, чем готовкой блюд. И даже меняла рецепты под себя и придумывала новые. Если Жалка их одобряла – а она всегда одобряла, как и дегустирующие потом, то они появлялись в нашем меню. Еще у меня был свой фирменный рецепт печенья, в котором соблюдались все пять вкусов: сладкий, соленый, кислый, горький, острый. Оно было хорошо тем, что подходило под любой напиток.
Когда лимонад был готов, хозяйке не терпелось его попробовать. Не дожидаясь, пока он остынет и дойдет до нужной точки процесса смешивания ингредиентов, она отлила половник в чашку и остудила ее бытовой магией. В глазах ее плескались надежда и страх разочарования. Но вот она глотнула, зажмурилась, ноздри затрепетали, а лицо залилось в какой-то пугающей улыбке. Руки ее задрожали, и она поспешила поставить чашку на столешницу.
- Фанни! – заорала она так, что я подпрыгнула.
Тотчас из другой двери на кухне, откуда-то из недр здания, выбежала испуганная пожилая маленькая женщина. Хозяйка сделала жест подойти и всучила ей чашку. Та, не спрашивая, отпила и застыла. Лицо ее прояснилось, разгладилось, она улыбнулась, прикрыв глаза:
- Ночной поцелуй. Он!.. Откуда?
Хозяйка взглядом указала на меня. И обе они уставились на меня с таким плотоядным выражением лица, что если бы мне было куда пятиться, я бы попятилась.
- Нея, у тебя получилось, – важно сказала Кадиота. – Иди ко мне работать!
- Работать? – растерялась я. – Можно, я присяду?
Столько мыслей и эмоций меня раздирали, что надо было перевести дух и подумать.
Кадиота захлопотала надо мной и отвела в зал, к девочкам. Усадила на стул и принесла согревающего тиина за счет заведения.
- Тебе надо подумать? Думай. Пока пьешь тиин, решайся. Об условиях мы договоримся.
Сама встала за стойку и не сводила с меня глаз. Узнав, что мне предложили работу, девочки за меня порадовались. Но, видя мое растерянное лицо, Сапфирка нахмурилась:
- Нея, что? Ты сама недавно говорила о том, что надо искать работу и тебе нужны деньги.
- Да, но как же учеба? Я только начала, а у меня пропуски за два месяца. Лимонадная работает днем, а я днем учусь. Как я могу совмещать?
- Так давай спросим. Уважаемая кирия! – позвала Сапфирка Кадиоту. – Не могли бы вы прояснить некоторые вопросы!
- Конечно-конечно, – метнулась хозяйка заведения к нам. – Какие проблемы?
- Вы какие обязанности от Нейки ожидаете? Чтобы она стояла за стойкой целый день или чтобы она готовила напитки?
- В идеале, конечно, совмещение – полностью оставить на нее кафетерию, – пояснила Кадиота.
- Но она учится, –- лица наши вытянулись от огорчения, что не укрылось от женщины. – Она не может весь день стоять за стойкой. Да и после учебы – каждый день тоже не может. Нам, знаете, сколько задают? А если перестанет учиться, выгонят и лишат дара только так! Мы не благородные кироны, чтоб нам второй шанс дали.
- Я поняла, – закусив губу, сказала хозяйка. – На самом деле мне больше нужен ее талант варить напитки, но многие из них варятся тут же, при заказе клиентом, как те же тиины.
Все посмотрели на меня. Я высказала вслух, что думала:
- Тиины заварить не сложно, важно составить правильный набор ингредиентов, для этого мне не надо торчать здесь целый день. Я могу составить смеси и указать дозировку порции. Лимонады тоже должны отстояться после приготовления и их можно использовать в течение всего дня. Если накануне вечером варить большую порцию, ее хватит до следующего вечера. Компоты, морсы, квасы и другие напитки тоже не готовятся отдельной порцией. Так что я вполне могла бы приходить либо через день, чтобы провести время после учебы до закрытия лимонадной, исполняя общий круг обязанностей. Либо приходить вечерами для готовки на следующий день. Только какая будет плата?
- Тридцать серебряных за первый вариант, пятнадцать за второй, – ответила хозяйка. – Если ты только будешь варить, мне придется нанимать продавца. Сама я не могу, у меня другая работа. Это вот сейчас я одного уволила, другого не взяла, пришлось встать за стойку.
Я посмотрела на девочек. Я не работала за деньги, поэтому не понимала, много мне предложили или мало в плане оплаты труда. Судя по их сверкающим глазам, вроде не мало.
- Посудомойкой бы тебе платили три серебрушки в месяц, официанткой, с чаевыми, может, получалось бы насобирать десять. Помощница хорошей швеи смогла бы получить двенадцать, если бы шила с утра до ночи. Решай.
Хм, оказывается, я в выигрыше даже при более скромном варианте. Только вот я вспомнила, что те же кольта, штаны магичек для занятий, как у рабынь Эрвина, я сегодня в магазине видела за 50 монет серебра, а та сумка, что мне приглянулась, стоила 70. Хороший плащ от 150 монет и выше.
- А если я возьму руководство лимонадной во второй половине дня на себя с готовкой и прочим и на выходные полностью? Только наберу сама учеников и буду ставить их за стойку, распределяя время сама, но чтобы лимонадная была снабжена всем необходимым бесперебойно? – спросила я.
- Сто серебряных в месяц, – подумав немного, сказала хозяйка.
Лица Сапфирки и Сольки вытянулись.
- Я рискую, конечно, – поморщилась Кадиота. – Но я верю, что Нея с собой принесет сюда дух Мариабет, и у нас снова появятся заказы в лучшие дома Тардума, на городские праздники и самое главное на приемы у его светлейшевства главы провинции Ланнегодии и хозяина Тардума герцога бран Жекустоша. Фанни! – прокричала она, и когда та появилась перед ней, спросила с азартным предвкушением: – Кому мы первому отправим «Ночной поцелуй»? Астанину? Делизе? Вашдее? Или…
- Кирону Астанину. Он был другом Мариабет, не только клиентом. И так как он после нее не смог оценить ни один напиток, сравнивая в пользу Мариабет, то ему поверят.
- Ты права! А его происхождение позволит разнести новость по лучшим домам Тардума, и может даже слухи дойдут и до дворца Жекустоша. Через два часа, когда лимонад остынет, упакуешь его и преподнесешь старому другу.
Глаза ее горели победным блеском. Было в ее взгляде что-то такое сродни честолюбию от взятого реванша. И это мне не понравилось.
- Подождите, кирия Кадиота. Не спешите. Вдруг, это случайность? – я встала, чтобы девочки последовали за мной к выходу. – Я дам вам ответ завтра, – поклонилась я.
- Ты… отказываешься? – не веря своим ушам, спросила растерянно хозяйка.
Она ведь в мечтах уже стала поставщиком герцога, а тут все уперлось в решение такой мышки как я.
Мерзкое время, когда от сырости и холода не спасает ничего, кроме хорошего огня. Одежда не может просохнуть, становясь мокрой сразу, как выходишь за дверь. Грязь от сапог попадает на всю одежду до самых бедер, а низ длинной одежды вроде платьев и плащей превращает любую из них в тряпку за один сезон. Про обувь говорить не приходится, единственная обувь, способная выдержать такую погоду – сапоги из очень грубой кожи. Что, конечно, очень бесит аристократок-магичек, желающих выгуливать красивые туфельки.
Поэтому над академией на это время сооружают магический купол от дождя. Хотя не все преподаватели это приветствуют, особенно факультета боевиков. Считают, что те должны привыкать ко всем условиям. И раньше так и было. Но кроме боевиков много и других факультетов, и кирий в академии все больше, в том числе и преподавательниц. А они тоже хотят в туфельках ходить.
Только при постоянной сырости в стенах зданий, от которой не всегда спасают даже самые лучшие магические защиты и заклинания, эти туфельки постоянно влажные, и ногам в них мокро и холодно. А башмаки из грубой кожи не стыдно носить только таким, как мы.
Иногда к постоянно льющейся воде добавляется северный стылый ветер, и тогда эта вода с силой ветра лупит по тебе с разных сторон, как меткий, но не разборчивый метатель снежков, желая найти самые незащищенные места. И оставляя в слепоте, потому что стоит раскрыть глаза, как ветром задует туда целую пригоршню ставшей отчего-то сразу колкой воды, не проморгаешься.
Поэтому первым делом я отправилась покупать одежду, начав с верхней, рассудив, что теплое шерстяное белье вряд ли меня спасет, если не будет толстого плаща и кожаной куртки. С собой из поместья я привезла тот плащ, что у меня был. Но у нас и сезон дождей проходил мягче. От того, что рассказали мне девочки, у меня волосы дыбом вставали. Особенно «радовало» то, что тренировочные занятия не переносились полностью под крышу здания.
Часть занятий (тут, к счастью, нам повезло больше боевиков, которых никто не жалел и у них оставалось все в старом режиме) нам перенесли в зал в здании, часть оставили на улице. А чтобы жизнь медом не казалось. Мало ли что ждет в будущем адептов, какие испытания. Поэтому единственный мой плащ и по одной паре ботинок и сапог вряд ли смогли бы выжить после первой же тренировки. Да и как заниматься в платье и в плаще? Одного раза хватило.
По всему выходило, что мне надо было как минимум две пары брюк для физических занятий на пересменку, два новых платья для учебы, утепленный плащ, кожаную куртку и еще кучу всего вроде перчаток, кожаного берета, шапок и белья. Сумку из непромокаемой кожи для учебников и тетрадей. Это в идеале.
Но после того как мы заглянули в нужные магазины, я поняла, что зря накануне размечталась, что у меня много денег и что с них что-то останется. Хоть и простые, но качественные вещи из кожи и обувь стоили немало. Я даже раньше и не представляла, потому что обычно ничего себе не покупала, донашивала одежду и обувь за другими служанками, как и мое потом передавали по наследству дальше.
Про цены и учет денег, я, конечно, слышала от нашей экономки при разговорах на кухне. Либо когда она сетовала за чашкой чая, обсуждая с поварихой цены и продукты, либо распекала нас за «непомерные траты», которые ложатся на хозяев, когда обувь слуг изнашивалась до дырок в подошве, а через дырки в плаще можно было искать созвездия на небе.
Теперь же посчитав в уме весь свой минимальный список покупок – а ведь еще сколько всего для учебы надо приобрести – и прикинув, что у меня есть, я приуныла. Расходы перевешивали почти в два раза.
Видя мое состояние, Сапфирка потащила нас в небольшую кафетерию-лимонадную. Так назывались заведения, где можно посидеть передохнуть, заказав любой напиток на выбор – не обязательно лимонад, от холодного морса до горячего травяного настоя. И закуску, подходящую к этому напитку, от соленых сырных палочек до сладких булочек или творожных десертов.
Завсегдатаями таких заведений в большей степени были кирии, они отдыхали в них между походами по магазинам. Но не только. Здесь встречались молодые парочки, перекусывали служащие. Важные кироны, читая периодику, ожидали своих супруг, отлучившихся в магазин и увлекшихся покупками. А еще, если напитки готовили прямо при лимонадной, их могли заказывать как богатые кироны на дом, так и другие заведения, ресторации или в маленькие кафе-столовые при тех же заведениях с работниками, которым положены обеды на месте.
Мы решили передохнуть и все взвесить. Выбрав по бокалу лимонада – от походов по магазинам уже пересохло в горле, Сапфирка обратилась к молодой женщине за стойкой:
- Почему кафетерия продается? И что случилось с тетушкой Мариабет?
Только тут я заметила объявление о продажи лимонадной на месте оплаты покупок.
- Ох, милая, забрал Ловец тетушку Мариабет. Пусть ее соломона обретет успокоение и возрадуется освобождению, – женщина осенила себя знаком Ловца и на миг прикрыла веки. – Я теперь хозяйка кафетерия, но нет у меня способности к кулинарии, как у тетушки. Цифры и торговля мне ближе.
- Разве сложно нанять кого-то, кто будет делать напитки? – удивилась Сапа.
Женщина тяжко вздохнула.
- Нанимала… Оглянись! Было ли такое при тетушке Мариабет, чтобы пустовал хоть один столик? А сейчас? Если кто заглянет случайно… Имела тетушка свои секреты, смешивала ингредиенты так, что об ее лимонадах да травяных тиинах молва за пределы Тардума выходила. Торговцы через год возвращались сюда, чтоб выпить охлаждающего лимонада «Прибрежная волна» или согревающего тиина «У камина». Мариабет всем напиткам название давала.
- А разве не оставила она рецептов в наследство вместе с кафетерией? – влезла я, не понимая логики в наследстве питейного заведения без рецептов.
- Какие рецепты! Она всегда творила! Это было вдохновением! Чудом! Магией. Нет, она пыталась передать мне свои знания, много раз показывала и заставляла готовить на ее глазах. Простейшие травяные тиины у меня получались. Что-то большее – нет, – женщина вздохнула.
- Мне кажется, любой адепт с факультета зельеварения справился бы, – влезла Солька. – Может, вам среди них поискать?
- Приходили, как же. И адепты и выпустившиеся. Все не то. Те, кто помнят «Ночной поцелуй» тетушки, уже не могут пить жалкое его подобие. В него входил казин-трава, знаете ли вы о ней что-нибудь?
- Конечно, – кивнула я. – Очень капризное растение. Если его использовать в кулинарии, нужно строго следить за тем, сколько его держать в кипящей воде, одно мгновение не доварить – будет кислый, одно переварить – горький, такой, что весь вкус испортит.
- Да, – горестно вздохнула хозяйка. – Вот никто с ним еще не справился. А у Мариабет с ним коронные рецепты были.
- Ты откуда знаешь? – поинтересовались девчонки.
- Так растет он только в наших лесах, вот наша кухарка с ним с детства и управлялась. И мне приходилось работать под ее руководством. Ох, сколько из-за него мне было всыпано, – я даже вздрогнула, вспомнив.
- То есть ты можешь? – загорелись глаза хозяйки, и она решила представиться: – Меня Кадиота зовут.
- Мое почтение. Нея Черемиха, адептка магической академии. А это Сапфира и Солька, – указала я на девочек. – Да, я умею варить и лимонады и травяные настои и другие напитки, – осторожно сказала я.
Хозяйка с горящими глазами стала метаться вдоль стены, хлопая ящичками комодов.
- Так, посмотрим здесь. Нет, здесь. Должно же было немного остаться. Вот! – победно достала она пучок засушенной казин-травы. – Хотела все выкинуть, но не успела. Пойдем, я покажу тебе…
Она подлетела ко мне, открыв стойку, схватила за руку и, не слушая возражений, потащила на кухню. Девчонки любопытно наблюдали, но не вмешивались. Когда меня утащили на кухню, устроились за столиком.
Глава 49
Кадиота быстро налила воды в таз, поставила греть, сама выставляла ингредиенты для будущего лимонада. Вскоре появились плоды лаймоны, маркуны, пававаты, из которых над было выжать по стакану сока, корень мармошетты, сладкая тянучка, бутылочка кляквенсиского сиропа, рядом легли пучки казин-травы, мятры и блазинки.
- Вот, я тебе буду говорить последовательность и сколько надо положить, а ты попробуешь.
В принципе мне и говорить не пришлось. Тот, кто последние пять зим провел большую часть на кухне большого поместья, где приходилось готовить с утра до ночи да на большое количество людей, поймет и так. Мне не то чтобы нравилось готовить, иначе бы я пошла на факультет зельеварения, но это была наименее раздражающая работа по дому, кроме ухода за животными. Потому что она была связана хоть с каким-то творчеством.
Как раз приготовлением напитков и компотов я занималась чаще, чем готовкой блюд. И даже меняла рецепты под себя и придумывала новые. Если Жалка их одобряла – а она всегда одобряла, как и дегустирующие потом, то они появлялись в нашем меню. Еще у меня был свой фирменный рецепт печенья, в котором соблюдались все пять вкусов: сладкий, соленый, кислый, горький, острый. Оно было хорошо тем, что подходило под любой напиток.
Когда лимонад был готов, хозяйке не терпелось его попробовать. Не дожидаясь, пока он остынет и дойдет до нужной точки процесса смешивания ингредиентов, она отлила половник в чашку и остудила ее бытовой магией. В глазах ее плескались надежда и страх разочарования. Но вот она глотнула, зажмурилась, ноздри затрепетали, а лицо залилось в какой-то пугающей улыбке. Руки ее задрожали, и она поспешила поставить чашку на столешницу.
- Фанни! – заорала она так, что я подпрыгнула.
Тотчас из другой двери на кухне, откуда-то из недр здания, выбежала испуганная пожилая маленькая женщина. Хозяйка сделала жест подойти и всучила ей чашку. Та, не спрашивая, отпила и застыла. Лицо ее прояснилось, разгладилось, она улыбнулась, прикрыв глаза:
- Ночной поцелуй. Он!.. Откуда?
Хозяйка взглядом указала на меня. И обе они уставились на меня с таким плотоядным выражением лица, что если бы мне было куда пятиться, я бы попятилась.
- Нея, у тебя получилось, – важно сказала Кадиота. – Иди ко мне работать!
- Работать? – растерялась я. – Можно, я присяду?
Столько мыслей и эмоций меня раздирали, что надо было перевести дух и подумать.
Кадиота захлопотала надо мной и отвела в зал, к девочкам. Усадила на стул и принесла согревающего тиина за счет заведения.
- Тебе надо подумать? Думай. Пока пьешь тиин, решайся. Об условиях мы договоримся.
Сама встала за стойку и не сводила с меня глаз. Узнав, что мне предложили работу, девочки за меня порадовались. Но, видя мое растерянное лицо, Сапфирка нахмурилась:
- Нея, что? Ты сама недавно говорила о том, что надо искать работу и тебе нужны деньги.
- Да, но как же учеба? Я только начала, а у меня пропуски за два месяца. Лимонадная работает днем, а я днем учусь. Как я могу совмещать?
- Так давай спросим. Уважаемая кирия! – позвала Сапфирка Кадиоту. – Не могли бы вы прояснить некоторые вопросы!
- Конечно-конечно, – метнулась хозяйка заведения к нам. – Какие проблемы?
- Вы какие обязанности от Нейки ожидаете? Чтобы она стояла за стойкой целый день или чтобы она готовила напитки?
- В идеале, конечно, совмещение – полностью оставить на нее кафетерию, – пояснила Кадиота.
- Но она учится, –- лица наши вытянулись от огорчения, что не укрылось от женщины. – Она не может весь день стоять за стойкой. Да и после учебы – каждый день тоже не может. Нам, знаете, сколько задают? А если перестанет учиться, выгонят и лишат дара только так! Мы не благородные кироны, чтоб нам второй шанс дали.
- Я поняла, – закусив губу, сказала хозяйка. – На самом деле мне больше нужен ее талант варить напитки, но многие из них варятся тут же, при заказе клиентом, как те же тиины.
Все посмотрели на меня. Я высказала вслух, что думала:
- Тиины заварить не сложно, важно составить правильный набор ингредиентов, для этого мне не надо торчать здесь целый день. Я могу составить смеси и указать дозировку порции. Лимонады тоже должны отстояться после приготовления и их можно использовать в течение всего дня. Если накануне вечером варить большую порцию, ее хватит до следующего вечера. Компоты, морсы, квасы и другие напитки тоже не готовятся отдельной порцией. Так что я вполне могла бы приходить либо через день, чтобы провести время после учебы до закрытия лимонадной, исполняя общий круг обязанностей. Либо приходить вечерами для готовки на следующий день. Только какая будет плата?
- Тридцать серебряных за первый вариант, пятнадцать за второй, – ответила хозяйка. – Если ты только будешь варить, мне придется нанимать продавца. Сама я не могу, у меня другая работа. Это вот сейчас я одного уволила, другого не взяла, пришлось встать за стойку.
Я посмотрела на девочек. Я не работала за деньги, поэтому не понимала, много мне предложили или мало в плане оплаты труда. Судя по их сверкающим глазам, вроде не мало.
- Посудомойкой бы тебе платили три серебрушки в месяц, официанткой, с чаевыми, может, получалось бы насобирать десять. Помощница хорошей швеи смогла бы получить двенадцать, если бы шила с утра до ночи. Решай.
Хм, оказывается, я в выигрыше даже при более скромном варианте. Только вот я вспомнила, что те же кольта, штаны магичек для занятий, как у рабынь Эрвина, я сегодня в магазине видела за 50 монет серебра, а та сумка, что мне приглянулась, стоила 70. Хороший плащ от 150 монет и выше.
- А если я возьму руководство лимонадной во второй половине дня на себя с готовкой и прочим и на выходные полностью? Только наберу сама учеников и буду ставить их за стойку, распределяя время сама, но чтобы лимонадная была снабжена всем необходимым бесперебойно? – спросила я.
- Сто серебряных в месяц, – подумав немного, сказала хозяйка.
Глава 50
Лица Сапфирки и Сольки вытянулись.
- Я рискую, конечно, – поморщилась Кадиота. – Но я верю, что Нея с собой принесет сюда дух Мариабет, и у нас снова появятся заказы в лучшие дома Тардума, на городские праздники и самое главное на приемы у его светлейшевства главы провинции Ланнегодии и хозяина Тардума герцога бран Жекустоша. Фанни! – прокричала она, и когда та появилась перед ней, спросила с азартным предвкушением: – Кому мы первому отправим «Ночной поцелуй»? Астанину? Делизе? Вашдее? Или…
- Кирону Астанину. Он был другом Мариабет, не только клиентом. И так как он после нее не смог оценить ни один напиток, сравнивая в пользу Мариабет, то ему поверят.
- Ты права! А его происхождение позволит разнести новость по лучшим домам Тардума, и может даже слухи дойдут и до дворца Жекустоша. Через два часа, когда лимонад остынет, упакуешь его и преподнесешь старому другу.
Глаза ее горели победным блеском. Было в ее взгляде что-то такое сродни честолюбию от взятого реванша. И это мне не понравилось.
- Подождите, кирия Кадиота. Не спешите. Вдруг, это случайность? – я встала, чтобы девочки последовали за мной к выходу. – Я дам вам ответ завтра, – поклонилась я.
- Ты… отказываешься? – не веря своим ушам, спросила растерянно хозяйка.
Она ведь в мечтах уже стала поставщиком герцога, а тут все уперлось в решение такой мышки как я.
