Князь-Блондинке: Завидуем молча, я бы тоже не отказался от такой богатой родственницы. А то папаша урезал содержание… Но у нас другая проблема, господа студенты, кто нам теперь будет курсовые писать. И это очень актуальный вопрос накануне сессии. К Викки все подходы закрыты. Она в особняке лорда Ярго. А там в охране призрачные гончие. Я туда сунуться без особого приглашения не рискну. Поскольку мне мой хвост дорог.
Некрос: Согласен, там такие песики, что от тебя даже рожек не останется, Князь… А ещё полно всяких ловушек и плотоядных сюрпризов. Включая растения. Вот, и как бы ей магофон передать…
Князь: Некрос, магофон я ей передам, вместе с нектаром. А вот как потом результаты работы получим? Если ректор что-то прочухает… То будем мы, как те болонки, трясущиеся и с мокрыми ногами.
Рубака: Ректору пока не до нас. Как сказал мой папочка нашему начохраны, а я подслушал, Ярго вчера грохнул одного лиэра из гарнизона Аоришты. Не сильно напрягаясь. Даже атакующее заклятье не задействовал. Интересно, за что он на него так рассерчал. Князь, ты не в курсе?
Князь: Я не совсем в курсе, что-то слышал, но информацией делиться не готов. Так. Возвращаемся к нашим курсовым. Магофон я Викки передам. Что дальше делать будем?
Ректор: Вешаться вы будете, кто на хвосте, кто на перекладине на полигоне. И отжиматься раз так пятьсот. Итак, шестьдесят какой-то там канал. Наивные мои, вам не надоело? Для совсем тупых: Драконет в Академии контролирую Я. Князь, сольешь информацию про Викки, шкуру спущу. И имейте в виду, распознать, когда пишет Викки, а когда вы, безголовые, я смогу с завязанными глазами. Увижу написанное не вами, получите по паре дополнительных вопросов. По паре десятков. Для Князя, номер магофона Викки — 10-010-21. Но линия, сам понимаешь…
Князь-Ректору: Это…линия служебная. Я всё понял, испаряюсь. Отработка мне будет? Можно я на кухне? Там жарко, шумно, совсем, как в нашем Инферно. Но вкусняшек можно выпросить у кухарок. А по поводу Викки я всё понял. Шеф, не скажете, за что вы Леста Уриана приговорили?
Ректор-69 каналу: Князь, меньше знаешь, крепче спишь. А теперь, залетчики, по койкам разбрелись! Спать! Исключение для Ведьмы с Рубакой. Эти тоже в кроватку, но могут пока не спать. А то мне тоже интересно, кто от них получится. Надеюсь, их детеныша в бестиарий не занесут. В качестве неопознанной и очень злобной нечисти.
***
— О, а вот и мои масики, — поехидничала леди Айна, глядя на изрядно потрепанных сыновей, которых язык не поднимался обозвать ласковым словом. Но когда это смущало их маму. — А мы вас даже уже не ждали. Яри, мы тут с твоего счета две тысячи золотых крон на одежку девочкам потратили. Вот, вроде, как и отчет банк прислал.
— Мам, двадцать девять тысяч девятьсот девяносто три золотых кроны немного по-другому пишется и произносится, чем две тысячи, — устало произнес Ярго, снимая с себя боевую сбрую. Чувствовал он себя древней полковой клячей. Зато хоть его больше не беспокоил переизбыток магсилы, от которого вскипала кровь и требовала фейского тела на блюдечке. — Отчет управляющего банка я тоже получил. Поведай мне, родительница, вы все барахольные лавки разорили или ещё остались обделенные вашим вниманием? Можете завтра продолжить, мы с братом будем немного заняты.
— Я всё отдам, — робко произнесла Викки, но схлопотала от леди Айны легонький щипок за локоть. И все же она продолжила, заметив заинтересованный взгляд Ярго, — наверное. Но вряд ли в этой жизни. Госпожа купила пыльцу и нектар. За ваш счет. А можно мне…
— Нектар? Откуда я знаю, я же не целитель, этим у меня мама и брат отличились, — решил поразвлекаться черный дракон. — Сама с ними решай, что и когда тебе можно и сколько принимать. И молоко у нас есть. Справишься или тебе помочь?
— Не надо, я сама! — девушка невольно отпрянула от игриво настроенного высшего. — А то и правда, не надо. Обойдусь. Можно, я спать пойду? А то вы злой какой-то сегодня.
— Нет, радость моя фееричная, я сегодня ещё добрый, — Яри довольно усмехнулся, — злой я завтра буду. Мам, я тебе слугу притащил. Прими и пристрой к делу.
— Всемилостивые Боги, и где ты взял это убожество? — Айна с тоской смотрела на поднятый труп молодой женщины. — Яри, убери из дома это умертвие! А то ещё мои девочки от неё чем-нибудь заразятся. И вообще, где вы целый день прохлаждались? Между прочим, кто-то должен был Викки сопроводить по магазинам. Но он трусливо смылся. А мы ей такие красивые платьица купили! И пижамку.
— Мам, платьица я еще готов на ней посмотреть, но вот пижамку уже будет перебор, — снова помрачневший Ярго недвусмысленно закатил глаза. — Особенно, если фасон ТЫ для Викки выбирала. Опять что-то неприличное? Мамуля, не провоцируй. Ты же детей не любишь!
— Нормальная пижамка у меня теперь, — обиженно произнесла Викки, тем не менее, не спуская вожделеющего взора со Скелта, со всей аккуратностью вышколенного дворецкого несущего на подносе в костлявых ладонях исходящую ароматом кружку с подогретым молоком, хорошенько сдобренным нектаром, — тепленькая! И совсем она не прозрачная! Она эльфийского шелка!
— Викки, пей свой нектар и иди спать, — расхохотался дракон, больше не выдерживая ее рассуждений по поводу очередной маминой подставы. Эльфийский шелк, ага. Тот, который обрисует каждую волнительную линию ее тела, а когда нагреется от его тепла, то вообще станет не отличим по цвету от ее нежной кожи. — А то я приду проверить, насколько у тебя пижамка тепленькая и мягонькая. И сколько на ней пуговичек. Кстати, Викки, ты же теперь с медведем спишь? Мам, мои бурные и продолжительные аплодисменты. Организаторов тотализатора из Академии вы хорошо нагрели. Теперь принимаются ставки, когда она с Черным Драконом переспит. Дракона для неё я уже заказал. Из меха одного хитрохвостого оборотня. Который хозяин лавки игрушек.
— Так, а какие ставки? — деловито потерла руки Айна, с любопытством прислушиваясь к разговору, — я тоже поучаствую, пожалуй. Там только наликом берут или чеком можно рассчитаться?
— А по поводу чеков…, - Яри выразительно посмотрел на маму, — мне мою чековую книжку никто вернуть не хочет? Она у меня не единственная, но именно эта — самая любимая. На этот счет на днях опять деньги придут. Нет, я не против, чтобы с неё Викки и Энни еще чего-нибудь купили, но… Мама, две тысячи и двадцать девять — это немного разные вещи. Хорошо, не хмурься, лимит для Викки я установлю в пятьдесят тысяч. Надеюсь, вы в эту сумму уложитесь. Лимит трат для Энни — это к моему братику. И с его счетов, он тоже мальчик небедный.
— Сто тысяч крон на её лимит, и я не задаю вопросов, где вы с Лиамом сегодня целый день болтались, — леди Айна хищным взглядом окинула своего старшего. — И ни медяшкой меньше! Но только не плачься, что это у тебя последние деньги. Всё равно не поверю. А, ещё не буду спрашивать, кто тебе такие суммы переводит. И за что. Мы договорились?
***
Вошедший в кабинет начальника гарнизона Аоришты импозантный мужчина лет пятидесяти, с короткой стрижкой на седых волосах, вместо приветствия сунул под нос вояке бляху с гербом и лаконичной надписью «Особый отдел».
— Что здесь делали братья Ван Лентайны? — особист пододвинул высокий жесткий стул, на который уселся с видом хозяина жизни. Жизни всех присутствующих. — Отвечайте быстрее, хэрсир Гарт, у меня мало времени!
— Убивали моего заместителя, — комендант окончательно помрачнел, на бляхе стоял номер «0012», а это означало, что вошедший занимает один из руководящих постов Особого отдела Тайной службы Конунга, а такие люди или нелюди простые вопросы не задают, — лиэра Леста Уриана.
— Интересно… Кто именно из братьев и каким способом? — особист, похоже, изрядно озадачился, но ни голосом, ни мимикой вида не подал. — Что-то на Лентайнов не похоже. Они обычно не мелочатся в отношении пехотных лиэров. Они сразу весь полк под заклинание пускают. Под некрос.
— Убил ярл Ярго Ван Лентайн, — комендант начал подозревать, что крупные проблемы у него только начинаются. — Вызвал его на дуэль и прикончил. Точнее, майор Уриан сам себя убил, если быть уж совсем объективным. Кинул в ярла запрещенным заклинанием, а на высшем драконе стоял зеркальный щит. Вот Лест и получил своё заклинание обратно, да еще и в извращенном магией некроманта виде. И обратился в прах.
— Причина дуэли? — сотрудник спецотдела старался не показывать своей растерянности, но глубокая морщинка, пересекшая переносицу, говорила сама за себя. — Бросать запретными заклинаниями в одного из самых сильных некромантов Норвейи… да, что там, Империи, это из разряда глупостей!
— Причина целиком не озвучена, — начальник гарнизона Аоришты уже готов был взвыть от тоски. — Но по нескольким фразам я понял, что лиэр Уриан пять лет назад избил какую-то малолетнюю фею до полусмерти. Магической плетью и порвал ей крылья. А ярлу Ярго это почему-то не понравилось. Спустя пять лет.
— Применение плети Аргоса против детей, вообще-то, само по себе преступление, — седой особист скрипнул стулом, откидываясь на спинку. Он понимал, что информацию придется получать по крупицам. — Пять лет назад. Окончание войны. Но по любому, законы Империи запрещали применять такие меры к детям.
— Но официально ярл Лентайн жалобу не подавал, — тихо произнес комендант, уже не понимая, что на самом деле происходит. — И, как я понял, вообще никто не подавал.
— Ярл Ярго Ван Лентайн подает официальные жалобы? Это вы только что очень смешной анекдот сочинили! — изобразил на своем лице бесстрастную улыбку особист. — Будете в высшем свете, кому-нибудь расскажите. Может быть, и посмеются. Это в отношении Черного Дракона претензии с завидной регулярностью подают. Те, кто в живых остаются. А то у него характер… не мед. Но, все равно, ничего не понятно. Видите ли, ярл Ван Лентайн фей, в принципе, недолюбливает. И причины у него есть. А тут он за какую-то мелочь с крыльями решил заступиться…
— Я больше ничего не знаю, — хозяин кабинета решил уйти в глухую оборону. — Просто ярл Ярго сказал, что у нет желания разговаривать с любителями избивать маленьких фей плеткой. А лиэр Уриан подтвердил мне перед началом дуэли, что действительно пять лет назад наказал плетью девчонку. Но подробностей я не выспрашивал, его к нам только год назад перевели и отношения у нас были натянутые.
— Понятно, подробности будем в другом месте выяснять, — седой встал, доставая из кармана портальный камень. — А вообще-то вам повезло, что в тот не очень приятный момент вас рядом с этой феечкой не было. А то, боюсь, тут сейчас по плацу маршировали бы мертвяки в форме вашего пехотного полка. Не знаю, чем эта фея так ярлу Ярго дорога, что он ради неё решил её обидчика… призвать к ответу, но обычно если он начинает мстить, то одной жертвой не обходится. Я вас покидаю, будут вопросы, я к вам еще загляну.
— Твою ж мать-перемать! — с чувством произнес комендант, глядя на растворяющиеся следы портала за безопасником. — Ну, и подгадил же ты мне, Лест, с этой феечкой. На кой хесс она понадобилась ярлу, я не знаю и знать не хочу категорически! А вот что за Ван Лентайном присматривает Особый отдел Императорской службы безопасности, мне очень не нравится. Поскольку, когда начнут искать крайних, моя кандидатура вполне подойдет. Для тюрьмы или плахи. Высшего дракона точно не тронут, а вот меня вполне могут зацепить. Так, надо по этому поводу выпить, и что-нибудь покрепче даже гномьего первача.
Глава восьмая
— Леди Айна, а можно нескромный вопрос? — Викки с грустью смотрела на гору коробок, доставленной из обувной лавки. — А зачем вы с нами так носитесь? Мы же все равно расплатиться не сможем. А вы столько денег на нас тратите. Я столько за всю свою жизнь не заработаю. Тем более, что я сейчас работаю за еду. Хотя — работаю, это громко сказано…
— Во-первых, это не мои деньги, а Яри, — Айна Ван Лентайн открыла очередную коробку с миниатюрными туфельками и на пару мгновений залюбовалась ими, выставив на ладони перед Викки. — А во-вторых, я всегда хотела дочек. Которых можно холить, нежить и красиво одевать. Но вместо них родились два охламонистых дуболома. К тому же, мне сейчас заняться нечем, поэтому вы обе будете продолжать страдать от моих нереализованных фантазий.
— А когда вам надоест с нами возится, что будет? — Викки хотелось выяснить этот неприятный вопрос до конца, поэтому на заманушки в виде туфелек она не повелась. — Вы нас сейчас приучите ко всему хорошему, а что мы потом делать будем? Когда вы нас выгоните? У нас же ни жилья не будет, ни еды… И мы уже отвыкнем жить в режиме жесткой экономии. И… и… привыкать снова будет болезненно.
— Ну, судя по поведению моих сыновей, я с вами еще не скоро расстанусь, — ядовито уточнила мать драконов, так далеко ее планы не заходили, — если вообще расстанусь. Главное, если будут очень сильно приставать к вам до Храма, смело бейте по их наглым мордам. Они точно сдачи не дадут. И к слову, драконида, который твою сестричку обидел, они все же приговорили.
— Ой, как это приговорили? — фея невольно поежилась, чувствуя, как между ее маленькими крылышками промаршировали армия холодных мурашек. Ее звонкий голосок скатился до еле слышного шепота. — Это же был офицер Имперского легиона. А-а-а-а убийство офицера карается… И что теперь вашим сыновьям за это будет?
— Откуда я знаю, как, — Айна бесцеремонно отмахнулась и раскрыла очередную коробку, на этот раз с сапожками с меховой оторочкой, — они у меня в этом плане изобретательные. Не в меру, правда. Особенно Яри. Лиам помягче, он все же целитель. Старается не убивать. В меня пошел. А вот Яри в папочку. Этому зверюге кому-нибудь голову скрутить, как нам с тобой чаю попить. И ничего им за этого недокрылка не будет, можешь не волноваться. Идем пить чай?
— Ага, пить чай, — согласно кивнула головой Викки, думая, стоит ли говорить Энни, что её обидчик мертв. — А где сейчас папа Яри, ой, ваш муж? Простите, я что-то сегодня много вопросов задаю. Вы только не обижайтесь!
— Да, задавай, жалко, что ли! — добродушно рассмеялась леди Айна, глядя на наивную феечку и прикидывая, когда уже можно будет ее снова приобнять. В прошлый раз девочка почти без сознания была от ментального вмешательства Ярго, а теперь… — Это не секрет. Отец Яри и Лиама, высший дракон, ярл Игнас Ван Лентайн, двадцать лет назад решил, что я его в качестве жены не устраиваю. И сбежал с одной полуденной феей в неизвестном направлении. А поскольку мы с вашим племенем были уже в состоянии практически войны, наш, не очень мною любимый Конунг лишил его титула и передал его мне. Хотя у меня и без этого титул был, я до замужества величалась, как леди Айна Ван Гориолайн. Но от милостей Конунга, чтоб ему икалось до скончания времен, не отказываются, поэтому мои дети — Ван Лентайны. Ты теперь уяснила, почему Яри так фей не любит? Кхм, судя по всему, кроме одной недогадливой. Раз уж он тебя до сих пор не пришиб некросом окончательно. Всё, хватит болтать, бери сестру, жду вас в гостиной. А за пирожными кого-нибудь из костяшек Яри сейчас отправим. А то возомнили о себе, не допросишься от них. Пустить их, что ли, на удобрение для моих роз?
— Скелт хороший, — решила заступиться за скелетона Викки.
