*+*+*+*+
Но кроме лорда Хэлла и Лесника нервничал, и очень сильно, еще один человек. А именно начальник личной охраны экс-королевы господин Крэйзи. Полученное им от хозяйки указание с одной стороны было достаточно простым, а вот с другой…. Крэйзи верой и правдой служил Маргарите уже почти двадцать лет. Еще с поры, когда она была Королевой Рошалии. И очень преданно. Причина преданности была проста – она спасла его смертного приговора.
Выросший в трущобах Рошали Крэйзи, тогда еще Малыш Шизанутый, на скользкую дорожку не совсем законного и совсем незаконного обогащения встал лет так в шесть. История банальна – сына шлюхи и не известного папы пригрели в Ночной Гильдии. Начинал он попрошайкой. К десяти годам в иерархии дна поднялся до карманного воришки. К двенадцати – домушник. К четырнадцати крепкого и ловкого паренька стали привлекать и к силовым акциям – пугнуть несговорчивого торговца, ограбить неосторожного любителя развлечений в злачных районах.
Первого человека он убил в тринадцать лет. Правда – защищался. От пьяного купца. У которого вежливо попросил кошелек. И перстень. И сапоги. А тот вместо поклона и отдачи попрошенного схватился за меч. Что, жалко ему было кошелька? Да там после «курочек» красного квартала осталось то всего десяток серебрушек. Да и перстень на фамильную драгоценность не тянул – хотя за двухмесячный взнос в Гильдию ему зачли. А сапоги и вообще оказались с протертой подошвой. А еще купец.
Следующей жертвой оказалась семья зажиточного лавочника. Ну залез он в его дом – ему то всего то статуэтку заказали. Это же не повод в три часа ночи не спать, орать, кидаться подсвечниками. Он даже девочек-близняшек не тронул – зарезал быстро. Да и дом уже гореть начал, не до девочек было. А тащить с собой вопящих девчонок было опасно.
Молодого безбашенного парня оценили и к пятнадцати годам перевели в ранг наемного убийцы. И понеслось. Операция, деньги. Деньги – красивая жизнь. Хорошая одежда, лучшие деФФачки, вкусная еда. Но везение не бесконечно, и в двадцать лет обнаглевшего убийцу взяли. К тому времени на его совести уже было более трех десятков «жмуриков». Взяли по глупому. На очередном заказе. Заказанный ювелир оказался не сгорбленный старичок, а средних лет мужик с явной закалкой военного со стажем службы лет так десять-пятнадцать. И который не спал. И рядом с домом «случайно» оказалась стража. Сдали, и скорее всего свои.
Ему вменили убийство как минимум пяти человек. Наивность суда в количестве жертв Крейзи порадовал, а вот приговор в виде четвертования на площади – не очень. Тем более Гильдия от него открестилась сразу, и выкуп за него платить не сочла нужным. Перспективы были не радужными.
И тут тюрьму посетила Ее Величество Маргарита. Королева Рошалийская. Её очень заинтересовала судьба осужденного на смертную казнь по «судебной ошибке» и через пару часов взаимовыгодных переговоров Малыш Шизанутый перестал существовать. А появился вполне благонадежный Крэйзи Тернаон, урожденный подданный Рошалии, младший стражник личной охраны Королевы.
Не отягощённый моральными принципами новоиспеченный благонравный гражданин Рошалии помнил, кому обязан жизнью, приказы выполнял на высшем уровне и карьеру сделал быстро. Достиг к настоящему времени высокого поста начальника личной охраны. Ну да, кроме охраны высокопоставленной особы иногда ему приходилось вспоминать молодость и тогда через весьма короткое время гробовщики получали дополнительный заработок. Но платила Маргарита хорошо, а за случайно напоровшихся на меч особ даже выписывала премию.
Но вот последнее задание Малышу Шизанутому не нравилось и очень. Одно дело втихую прирезать мешающего хозяйке барончика. Сам виноват – нечего шляться ночью где попало. А, в собственном саду шлялся? Так еще хуже – даже охрану поместья организовать не смог. Да-да, и собачки умерли случайно – это повар, скотина, им не ту кашу сварил. И вообще, это у барончика слуги такие, повесить всех!
Это одно. А вот завести в засаду королевский конвой – это совсем другое. Ну не его уровень такие игры. И собственная судьба становилась под сомнение. Если цель – королевская кровь, то свидетелей не оставят. А что игра идет на большие ставки – это без вопросов. И его жизнь тут так, даже на ставку не тянет. Ему не жалко было шоломийскую принцессу – ну прибьют, судьба у баб такая - быть покорной, рожать и умирать, когда скажут. А вот себя даже очень жалко.
Иллюзий он не питал – отказаться не сможет. Потому что тогда ему в лучшем случае перережут горло во сне, в худшем – отдадут Тену и Тяну, Были два таких затейника в окружении Хозяйки. Их лет десять так назад притащил тогда еще принц Рошалии Кристофер откуда то из пустыни. С очень большим желанием сварить заживо. Или еще что там устроить не очень гуманное. Но не успел – тогда еще королева объясняла их знания достоянием королевства и забрала себе.
Кристофер рвал на себе волосы, что не порезал их на клочки по дороге, но добраться не смог. «Надо было этих выродков по дороге собакам скормить» - это Крэйзи сам слышал разговор принца с первой ищейкой королевства, тогда еще просто приближенного к принцу лорда Дэниса. И где то внутри был с ними согласен.
Два специалиста по пыткам были виртуозами в своем деле. Кто они по национальности и где их учили, сам Крэйзи не знал, да и пытаться узнать не хотел. Лишние знания – лишние беды. А вот результаты их трудов видел. И по сравнению с ними он был чуть ли не святым. Он мог зарезать, задушить. В крайнем случае, утопить. А вот освежеванные людские тела, посыпанные солью, которые даже его приводили к рвотному рефлексу и явно умирали не один час или даже день, находясь в полном сознании – такой судьбы Крейзи себе не хотел. Так что с обеих сторон все плохо – согласиться - убьют в засаде. Не согласится… Тоже убьют, но смерть будет намного мучительней. Плохой выбор. Надо думать. Когда на кону – собственная жизнь, невольно задумаешься.
*+*+*+*+
Как ни странно, в этот раз разговор лорда Хэлла и командира егерей прошел вполне мирно. Да, лесной житель в очередной раз попрал все эстетические чувства придворной знати, заявившись во дворец в своих дурацких кожаных доспехах и разукрашенной в зеленый цвет мордой. В сопровождении еще десятка диких лесных жителей в виде свиты и в такой же расцветке. И на своих толи лошадках, толи ослах. Нагло расположившихся на центральной площади.
Наученные горьким опытом местные дворяне сделали каменные лица и егерей не замечали. Те в свою очередь вели себя точно также. Горький опыт заключался в попытках местной знати в поселениях лесных вести как у себя дома. То есть – понравилась служаночка – добро пожаловать в постель. Уступите дорогу знатному на лошади, он же едет. Ну и так далее.
Служанок у лесняков не было. Зато были гордые женщины под охраной своего рода. А роды под охраной клана. А в клане до десяти родов. А в роде до сотни охотников. А дороги принадлежали тем, кто по ним идет. И понять, куда вдруг исчез очередной отпрыск знатного рода, выяснить было невозможно. «МЭДВЕДЬ задрал, а мы причем?» - неизменно отвечали старейшины.
Король зубами поскрипел, не Кардиган, еще лет за сто до него, все понимал и своим указом запретил портить отношения с жителями лесов, отдав предпочтение в лесах лесных законам Леса. После чего еще десяток титулованных особ украсили собой дубы и березы. Имеющим что-то против было предложено объявить лесным войну, но силами своих дружин. Желающий нашелся один и с парой сотен вклинился в лес. Больше о нем ничего и никто не слышал. О его солдатах тоже.
Но это все дела прошлых дней, а сейчас лайрс Кэйли сидел напротив начальника департамента безопасности страны и демонстративно пил родниковую воду. И очень внимательно его слушал. В общем, смысл задачи был понятен – очистить дорогу для королевского конвоя от своей границы до северного рошалийского тракта. Сам лорд произносил много красивых слов о «долге перед Родиной», «судьбе принцессы Шоломийской, которая положит новую веху в отношении между великими королевствами».
Вся патетическая словестная муть Лесника не волновала. И что сопровождает конвой – тоже. Для него особой разницы не было, что везти – тело принцессы или тушу барана. Тем более его не пытались заставлять охранять собственно конвой. Только проверить лес на присутствие посторонних для конвоя людей и при их наличии устранить. Задача несложная.
Примерно сотня человек для леса – это много. Люди едят, пьют, гадят. Разводят костры. И если это рошалийское армейское подразделение – их же туда еще надо доставить, а потом оттуда забрать. Значит, лошади. Еще сотня лошадей. А если собираются все сделать быстро и уйти – еще сотня заводных. Итого сотня людей и пара сотен лошадей. Не обнаружить такое скопление народа и лошадей может только тупой с равнин.
Да и полян для такого табуна по примерному пути не много. Это только надутые индюки из якобы их начальников думают, что по окончании войны, ну или бы якобы окончании, лесные люди Шоломии перестали бродить по лесам Рошалии. Да они и во время войны там гуляли. А рошалийские егеря – по их.
Деление на Рошалийцев и Шоломийцев среды лесных было весьма условным и существовало только на бумагах во дворцах обеих стран. Вообще то леса занимали примерно по четверти всей площади с каждой стороны границы. И для самих жителей граница существовала исключительно в виде пограничных столбов. Единственная уступка якобы власти была в договоренности между самими кланами Леса – Рошалийские охотники охотятся на своих землях на шоломийцев, Шоломийские на рошалийцев – на своей.
Да, у Рошалии тоже были егеря. Но… егеря же не ходят в атаки друг на друга. Так что встретиться в прямо атаке на соплеменников им не грозило. А сколько там и кого из равнинников отстреляет или мечами порубит – так это их проблемы. Такое вот равновесие. Да, и налоги не платила ни та, ни другая сторона Леса.
Была, конечно, еще одна проблема. Небольшая, но пока недоступная. Король Рошалии. Который просто жаждал получить в свой королевский совет представителей Леса. Мотивируя как раз тем, что столь обширная часть страны просто не может не участвовать в управлении государством. Ход был хороший, но старейшины Рошалийского Леса уже лет пять успешно от решения этой проблемы уходили. Хотя с каждым годом им становилось труднее и труднее.
Из последних его подлостей стало приглашение в Рошали травников и травниц из Леса. Которым отдали целый квартал в столице. Удар был сильный – по верованиям и традициям в каждом поселении могло быть не более одной травнице или травника. Ну и еще двух учеников. Которые могли стать травниками или травницами только после смерти своего Учителя. А вот для остальных талантов дорога вверх была закрыта.
И когда Кристофер предложил таким юным дарованиям переехать из Леса в столицу Рошалии город Рошали, и почти полсотни самых старых и самых юных травников получили такое приглашение… Почти все переехали. Условия были вполне и даже очень приемлимые - без ограничений практики. И без обязательных в центральной части государства лицензий. С предоставлением дома. И подъёмными. И охраной улицы. И… В общем, им там понравилось.
Но вот посылать в Рошали кого-то с правом голоса Лес был не готов. Кристофер разрушал многовековые устои и традиции. Но пока прямой угрозы лесным не представлял – даже наоборот, снижая напряжение в кланах, отправление в города части травников в настоящий момент было выгодно.
Ну что ж, равнинники в очередной раз передрались – это не проблемы Леса. И самое вкусное – Лорд Хелл честно признался, что засаду готовят не люди Кристофера. Поэтому можно брать добычу. Например – лошадей. И Шоломийская казна их даже готова купить. Если только их доставят хотя бы в ЛоМи без штурма Рошалийских пограничных постов. Без особого шума. Чем Рошалийские лошади лучше местных – Лесник не понимал. Здоровые, жрут много, по лесу не пройдут.
Но это не его заботы. Его забота – две поисковые группы по десятку егерей. И две группы по двадцать охотников. И в них еще по десятку рошалийских лесных, все же чужая земля. Надо оказать уважение. Его егеря выедут на закате. Весть в рошалийскую часть Леса будет послана тогда же. Можно считать, что если засада будет – она уже обречена.
А Кэрриган в это время бродила по дворцовому саду и даже не подозревала, какие интриги закручиваются по поводу ее отбытия. Она прощалась с Шоломией, где родилась и выросла. И которую считала чуть ли не матерью. И которая так с ней обошлась. Так мать или мачеха?
Рошалия, город Рошали, столица, гостевые покои во дворце короля Кристофера. Год 2322 от Снисхождения Богов.
Элис трусила. Страшно, аж жуть. А просто сегодня прибыла леди Катарина – тетя Мэта. Для подготовки свадьбы. Против свадьбы как таковой Эля уже ничего не имела - пора бы, но вот встречаться с герцогиней Силецкой, даже бывшей, желания не возникало. И еще это рыжее чудовище появилось ближе к утру.
Да, она с ним спит. Без согласия с Богами. В грехе. Но лично ей нравится. Нет, не то, что в грехе. А вот спать с ним (или на нем – тут версии расходятся). А тут – сама герцогиня. И Мэт, сволочь, явился только под утро… И пахло от него… Если бы женщиной – можно было бы устроить скандал и куда-нибудь спрятаться. Королевский дворец большой, заныкалась бы, опыт есть. С Пансиона. Но от него пахло собаками и лошадьми! А уж зоофилией он точно не страдает.
И опять порванный сюртук и разодранная рука. Ну и развлечения у местной знати. Собачьи бои с участием людей что ли проводят? А с утра он позорно сбежал. Слегка заштопанный, переодевшись в свежую одежду и объявлением, что у нее сегодня аудиенция с его тетей и он постарается быть. Подлый трус. А ей же страшно!
И тут появилась тетя Катарина. А она ей тоже тетя уже или только после свадьбы будет? Истинная аристократка. Спина ровная, платье безукоризненное, прическа высокая, драгоценности в тон платью. В сопровождении камеристки и песика. Который размером с камеристку, кардинально черного цвета. «Страж». Таких у короля двое.
И тут она – облезлый котенок. В домашнем платье, еле причесанная, в меру помятая (раненая рука не помешала Мэту в очередной раз заявить на нее права как мужчины). И понеслось!
- Герцогиня Элис? – но тон вроде доброжелательный. Но спрятаться все равно хочется.- Я тетя Вашего будущего мужа. И жест, отпускающий камеристку.
- Эээ, ну да, вроде бы - Мэт вроде говорил, ой, простите герцог Мэтью обещал жениться , ну и… - Элис потерялась окончательно.
- Так, эта рыжая скотина запугала девушку окончательно – леди Катарина вдруг засмеялась приятным бархатным смехом – Оставил Вас на растерзание мне и куда то убежал по своим, якобы важным, делам. Ну и воспитали мы племянничка. Кстати, с Вашего позволения можно попросить чаю и булочку? В моем возрасте трудно трястись в карете почти всю ночь.
- Ну, разумеется! – И тут Эля поняла, что понятия не имеет, как вызывать слуг. До этого этим занимался Мэт. – Сейчас – и начала краснеть.
Герцогиня все поняла правильно и сама дернула какой то шнурок. Вышколенная прислуга в виде горничной появилась сразу. Получив распоряжение, буквально испарилась в воздухе.
- И этому надо учиться, милая девочка – Правильно истолковала ее замешательство герцогиня Катарина – Слуги должны быть в тонусе.
Но кроме лорда Хэлла и Лесника нервничал, и очень сильно, еще один человек. А именно начальник личной охраны экс-королевы господин Крэйзи. Полученное им от хозяйки указание с одной стороны было достаточно простым, а вот с другой…. Крэйзи верой и правдой служил Маргарите уже почти двадцать лет. Еще с поры, когда она была Королевой Рошалии. И очень преданно. Причина преданности была проста – она спасла его смертного приговора.
Выросший в трущобах Рошали Крэйзи, тогда еще Малыш Шизанутый, на скользкую дорожку не совсем законного и совсем незаконного обогащения встал лет так в шесть. История банальна – сына шлюхи и не известного папы пригрели в Ночной Гильдии. Начинал он попрошайкой. К десяти годам в иерархии дна поднялся до карманного воришки. К двенадцати – домушник. К четырнадцати крепкого и ловкого паренька стали привлекать и к силовым акциям – пугнуть несговорчивого торговца, ограбить неосторожного любителя развлечений в злачных районах.
Первого человека он убил в тринадцать лет. Правда – защищался. От пьяного купца. У которого вежливо попросил кошелек. И перстень. И сапоги. А тот вместо поклона и отдачи попрошенного схватился за меч. Что, жалко ему было кошелька? Да там после «курочек» красного квартала осталось то всего десяток серебрушек. Да и перстень на фамильную драгоценность не тянул – хотя за двухмесячный взнос в Гильдию ему зачли. А сапоги и вообще оказались с протертой подошвой. А еще купец.
Следующей жертвой оказалась семья зажиточного лавочника. Ну залез он в его дом – ему то всего то статуэтку заказали. Это же не повод в три часа ночи не спать, орать, кидаться подсвечниками. Он даже девочек-близняшек не тронул – зарезал быстро. Да и дом уже гореть начал, не до девочек было. А тащить с собой вопящих девчонок было опасно.
Молодого безбашенного парня оценили и к пятнадцати годам перевели в ранг наемного убийцы. И понеслось. Операция, деньги. Деньги – красивая жизнь. Хорошая одежда, лучшие деФФачки, вкусная еда. Но везение не бесконечно, и в двадцать лет обнаглевшего убийцу взяли. К тому времени на его совести уже было более трех десятков «жмуриков». Взяли по глупому. На очередном заказе. Заказанный ювелир оказался не сгорбленный старичок, а средних лет мужик с явной закалкой военного со стажем службы лет так десять-пятнадцать. И который не спал. И рядом с домом «случайно» оказалась стража. Сдали, и скорее всего свои.
Ему вменили убийство как минимум пяти человек. Наивность суда в количестве жертв Крейзи порадовал, а вот приговор в виде четвертования на площади – не очень. Тем более Гильдия от него открестилась сразу, и выкуп за него платить не сочла нужным. Перспективы были не радужными.
И тут тюрьму посетила Ее Величество Маргарита. Королева Рошалийская. Её очень заинтересовала судьба осужденного на смертную казнь по «судебной ошибке» и через пару часов взаимовыгодных переговоров Малыш Шизанутый перестал существовать. А появился вполне благонадежный Крэйзи Тернаон, урожденный подданный Рошалии, младший стражник личной охраны Королевы.
Не отягощённый моральными принципами новоиспеченный благонравный гражданин Рошалии помнил, кому обязан жизнью, приказы выполнял на высшем уровне и карьеру сделал быстро. Достиг к настоящему времени высокого поста начальника личной охраны. Ну да, кроме охраны высокопоставленной особы иногда ему приходилось вспоминать молодость и тогда через весьма короткое время гробовщики получали дополнительный заработок. Но платила Маргарита хорошо, а за случайно напоровшихся на меч особ даже выписывала премию.
Но вот последнее задание Малышу Шизанутому не нравилось и очень. Одно дело втихую прирезать мешающего хозяйке барончика. Сам виноват – нечего шляться ночью где попало. А, в собственном саду шлялся? Так еще хуже – даже охрану поместья организовать не смог. Да-да, и собачки умерли случайно – это повар, скотина, им не ту кашу сварил. И вообще, это у барончика слуги такие, повесить всех!
Это одно. А вот завести в засаду королевский конвой – это совсем другое. Ну не его уровень такие игры. И собственная судьба становилась под сомнение. Если цель – королевская кровь, то свидетелей не оставят. А что игра идет на большие ставки – это без вопросов. И его жизнь тут так, даже на ставку не тянет. Ему не жалко было шоломийскую принцессу – ну прибьют, судьба у баб такая - быть покорной, рожать и умирать, когда скажут. А вот себя даже очень жалко.
Иллюзий он не питал – отказаться не сможет. Потому что тогда ему в лучшем случае перережут горло во сне, в худшем – отдадут Тену и Тяну, Были два таких затейника в окружении Хозяйки. Их лет десять так назад притащил тогда еще принц Рошалии Кристофер откуда то из пустыни. С очень большим желанием сварить заживо. Или еще что там устроить не очень гуманное. Но не успел – тогда еще королева объясняла их знания достоянием королевства и забрала себе.
Кристофер рвал на себе волосы, что не порезал их на клочки по дороге, но добраться не смог. «Надо было этих выродков по дороге собакам скормить» - это Крэйзи сам слышал разговор принца с первой ищейкой королевства, тогда еще просто приближенного к принцу лорда Дэниса. И где то внутри был с ними согласен.
Два специалиста по пыткам были виртуозами в своем деле. Кто они по национальности и где их учили, сам Крэйзи не знал, да и пытаться узнать не хотел. Лишние знания – лишние беды. А вот результаты их трудов видел. И по сравнению с ними он был чуть ли не святым. Он мог зарезать, задушить. В крайнем случае, утопить. А вот освежеванные людские тела, посыпанные солью, которые даже его приводили к рвотному рефлексу и явно умирали не один час или даже день, находясь в полном сознании – такой судьбы Крейзи себе не хотел. Так что с обеих сторон все плохо – согласиться - убьют в засаде. Не согласится… Тоже убьют, но смерть будет намного мучительней. Плохой выбор. Надо думать. Когда на кону – собственная жизнь, невольно задумаешься.
*+*+*+*+
Как ни странно, в этот раз разговор лорда Хэлла и командира егерей прошел вполне мирно. Да, лесной житель в очередной раз попрал все эстетические чувства придворной знати, заявившись во дворец в своих дурацких кожаных доспехах и разукрашенной в зеленый цвет мордой. В сопровождении еще десятка диких лесных жителей в виде свиты и в такой же расцветке. И на своих толи лошадках, толи ослах. Нагло расположившихся на центральной площади.
Наученные горьким опытом местные дворяне сделали каменные лица и егерей не замечали. Те в свою очередь вели себя точно также. Горький опыт заключался в попытках местной знати в поселениях лесных вести как у себя дома. То есть – понравилась служаночка – добро пожаловать в постель. Уступите дорогу знатному на лошади, он же едет. Ну и так далее.
Служанок у лесняков не было. Зато были гордые женщины под охраной своего рода. А роды под охраной клана. А в клане до десяти родов. А в роде до сотни охотников. А дороги принадлежали тем, кто по ним идет. И понять, куда вдруг исчез очередной отпрыск знатного рода, выяснить было невозможно. «МЭДВЕДЬ задрал, а мы причем?» - неизменно отвечали старейшины.
Король зубами поскрипел, не Кардиган, еще лет за сто до него, все понимал и своим указом запретил портить отношения с жителями лесов, отдав предпочтение в лесах лесных законам Леса. После чего еще десяток титулованных особ украсили собой дубы и березы. Имеющим что-то против было предложено объявить лесным войну, но силами своих дружин. Желающий нашелся один и с парой сотен вклинился в лес. Больше о нем ничего и никто не слышал. О его солдатах тоже.
Но это все дела прошлых дней, а сейчас лайрс Кэйли сидел напротив начальника департамента безопасности страны и демонстративно пил родниковую воду. И очень внимательно его слушал. В общем, смысл задачи был понятен – очистить дорогу для королевского конвоя от своей границы до северного рошалийского тракта. Сам лорд произносил много красивых слов о «долге перед Родиной», «судьбе принцессы Шоломийской, которая положит новую веху в отношении между великими королевствами».
Вся патетическая словестная муть Лесника не волновала. И что сопровождает конвой – тоже. Для него особой разницы не было, что везти – тело принцессы или тушу барана. Тем более его не пытались заставлять охранять собственно конвой. Только проверить лес на присутствие посторонних для конвоя людей и при их наличии устранить. Задача несложная.
Примерно сотня человек для леса – это много. Люди едят, пьют, гадят. Разводят костры. И если это рошалийское армейское подразделение – их же туда еще надо доставить, а потом оттуда забрать. Значит, лошади. Еще сотня лошадей. А если собираются все сделать быстро и уйти – еще сотня заводных. Итого сотня людей и пара сотен лошадей. Не обнаружить такое скопление народа и лошадей может только тупой с равнин.
Да и полян для такого табуна по примерному пути не много. Это только надутые индюки из якобы их начальников думают, что по окончании войны, ну или бы якобы окончании, лесные люди Шоломии перестали бродить по лесам Рошалии. Да они и во время войны там гуляли. А рошалийские егеря – по их.
Деление на Рошалийцев и Шоломийцев среды лесных было весьма условным и существовало только на бумагах во дворцах обеих стран. Вообще то леса занимали примерно по четверти всей площади с каждой стороны границы. И для самих жителей граница существовала исключительно в виде пограничных столбов. Единственная уступка якобы власти была в договоренности между самими кланами Леса – Рошалийские охотники охотятся на своих землях на шоломийцев, Шоломийские на рошалийцев – на своей.
Да, у Рошалии тоже были егеря. Но… егеря же не ходят в атаки друг на друга. Так что встретиться в прямо атаке на соплеменников им не грозило. А сколько там и кого из равнинников отстреляет или мечами порубит – так это их проблемы. Такое вот равновесие. Да, и налоги не платила ни та, ни другая сторона Леса.
Была, конечно, еще одна проблема. Небольшая, но пока недоступная. Король Рошалии. Который просто жаждал получить в свой королевский совет представителей Леса. Мотивируя как раз тем, что столь обширная часть страны просто не может не участвовать в управлении государством. Ход был хороший, но старейшины Рошалийского Леса уже лет пять успешно от решения этой проблемы уходили. Хотя с каждым годом им становилось труднее и труднее.
Из последних его подлостей стало приглашение в Рошали травников и травниц из Леса. Которым отдали целый квартал в столице. Удар был сильный – по верованиям и традициям в каждом поселении могло быть не более одной травнице или травника. Ну и еще двух учеников. Которые могли стать травниками или травницами только после смерти своего Учителя. А вот для остальных талантов дорога вверх была закрыта.
И когда Кристофер предложил таким юным дарованиям переехать из Леса в столицу Рошалии город Рошали, и почти полсотни самых старых и самых юных травников получили такое приглашение… Почти все переехали. Условия были вполне и даже очень приемлимые - без ограничений практики. И без обязательных в центральной части государства лицензий. С предоставлением дома. И подъёмными. И охраной улицы. И… В общем, им там понравилось.
Но вот посылать в Рошали кого-то с правом голоса Лес был не готов. Кристофер разрушал многовековые устои и традиции. Но пока прямой угрозы лесным не представлял – даже наоборот, снижая напряжение в кланах, отправление в города части травников в настоящий момент было выгодно.
Ну что ж, равнинники в очередной раз передрались – это не проблемы Леса. И самое вкусное – Лорд Хелл честно признался, что засаду готовят не люди Кристофера. Поэтому можно брать добычу. Например – лошадей. И Шоломийская казна их даже готова купить. Если только их доставят хотя бы в ЛоМи без штурма Рошалийских пограничных постов. Без особого шума. Чем Рошалийские лошади лучше местных – Лесник не понимал. Здоровые, жрут много, по лесу не пройдут.
Но это не его заботы. Его забота – две поисковые группы по десятку егерей. И две группы по двадцать охотников. И в них еще по десятку рошалийских лесных, все же чужая земля. Надо оказать уважение. Его егеря выедут на закате. Весть в рошалийскую часть Леса будет послана тогда же. Можно считать, что если засада будет – она уже обречена.
А Кэрриган в это время бродила по дворцовому саду и даже не подозревала, какие интриги закручиваются по поводу ее отбытия. Она прощалась с Шоломией, где родилась и выросла. И которую считала чуть ли не матерью. И которая так с ней обошлась. Так мать или мачеха?
Часть седьмая
Рошалия, город Рошали, столица, гостевые покои во дворце короля Кристофера. Год 2322 от Снисхождения Богов.
Элис трусила. Страшно, аж жуть. А просто сегодня прибыла леди Катарина – тетя Мэта. Для подготовки свадьбы. Против свадьбы как таковой Эля уже ничего не имела - пора бы, но вот встречаться с герцогиней Силецкой, даже бывшей, желания не возникало. И еще это рыжее чудовище появилось ближе к утру.
Да, она с ним спит. Без согласия с Богами. В грехе. Но лично ей нравится. Нет, не то, что в грехе. А вот спать с ним (или на нем – тут версии расходятся). А тут – сама герцогиня. И Мэт, сволочь, явился только под утро… И пахло от него… Если бы женщиной – можно было бы устроить скандал и куда-нибудь спрятаться. Королевский дворец большой, заныкалась бы, опыт есть. С Пансиона. Но от него пахло собаками и лошадьми! А уж зоофилией он точно не страдает.
И опять порванный сюртук и разодранная рука. Ну и развлечения у местной знати. Собачьи бои с участием людей что ли проводят? А с утра он позорно сбежал. Слегка заштопанный, переодевшись в свежую одежду и объявлением, что у нее сегодня аудиенция с его тетей и он постарается быть. Подлый трус. А ей же страшно!
И тут появилась тетя Катарина. А она ей тоже тетя уже или только после свадьбы будет? Истинная аристократка. Спина ровная, платье безукоризненное, прическа высокая, драгоценности в тон платью. В сопровождении камеристки и песика. Который размером с камеристку, кардинально черного цвета. «Страж». Таких у короля двое.
И тут она – облезлый котенок. В домашнем платье, еле причесанная, в меру помятая (раненая рука не помешала Мэту в очередной раз заявить на нее права как мужчины). И понеслось!
- Герцогиня Элис? – но тон вроде доброжелательный. Но спрятаться все равно хочется.- Я тетя Вашего будущего мужа. И жест, отпускающий камеристку.
- Эээ, ну да, вроде бы - Мэт вроде говорил, ой, простите герцог Мэтью обещал жениться , ну и… - Элис потерялась окончательно.
- Так, эта рыжая скотина запугала девушку окончательно – леди Катарина вдруг засмеялась приятным бархатным смехом – Оставил Вас на растерзание мне и куда то убежал по своим, якобы важным, делам. Ну и воспитали мы племянничка. Кстати, с Вашего позволения можно попросить чаю и булочку? В моем возрасте трудно трястись в карете почти всю ночь.
- Ну, разумеется! – И тут Эля поняла, что понятия не имеет, как вызывать слуг. До этого этим занимался Мэт. – Сейчас – и начала краснеть.
Герцогиня все поняла правильно и сама дернула какой то шнурок. Вышколенная прислуга в виде горничной появилась сразу. Получив распоряжение, буквально испарилась в воздухе.
- И этому надо учиться, милая девочка – Правильно истолковала ее замешательство герцогиня Катарина – Слуги должны быть в тонусе.
