Настоящие чувства, неприкрытые, не спрятанные глубоко. Она не была такой раньше, но что-то переключилось в ней, и Олька стала такой: скрытной, с наигранной лёгкостью. - Я сама решу. И если он надавит сильнее - ему не видать ни меня, ни внуков. Я сделаю всё, чтобы сломать эти его планы.
- Даже испортишь собственную жизнь? - прошептала.
- Зато это будет моя жизнь! - она снова развернулась к окну. - Я надеялась, что тот случай будет единичным... Пусть! Но я поняла и не забыла. А он всё продолжает, хотя я уже давно выросла.
- Может, он просто боится за тебя. Оберегает как может.
- Рит, это переходит границы, как ты не поймёшь?!
- Прости. Я не знаю что он сделал тебе. И что продолжает делать.
- Не важно, что он сделал. Это только моё. Я хочу, чтоб это осталось только моим.
- Как скажешь, Оль. Я же не настаиваю. Я вижу, что тебе надо помочь, но не знаю как. Как тебе помочь, Оль? - я закуталась ещё сильнее вжимаясь в кресло.
- Уже помогаешь! - ну вот, она снова закрылась. Будто у меня перед носом захлопнули тяжёлую дверь, едва не прищемив нос. - Расскажешь? - она наконец повернулась ко мне лицом, снова сияя улыбкой.
- О чём?! - вытаращилась на неё.
- О дядьке расскажешь? Или он так и не знает?
- Ольга Владимировна! - восклилнула я возмущённо.
- Ну что Ольга Владимировна? Я любопытная.
- Я не буду ничего тебе рассказывать.
- Ещё как будешь!
- Ладно. - сдалась. Щёки раскраснелись румянцем. Я прям почувствовала как окатило жаром. - Узнал. Не знаю как. Столько лет прошло, а он узнал. Тыкнул в меня пальцем, глаза дикие и заладил: "Это ты!".
- А потом кинулся целовать? - с жаром выпалила подружка. Подбежала, опустилась прямо на пол у кресла, руки на подлокотник сложила. Ждёт.
- Не. Сбежал в ужасе. Дверью хлопнул и валить.
- Постой, я не доганяю. А почему вы вместе тогда? Я же видела, как он вокруг тебя ходит!
- Так я же уволилась после того, как он сбежал. В квартиру бабушки уехала.
- Серьёзно что ли?! А я не знала, что ты уехала!
- Уехала. От греха. Чтоб меньше на глазах быть. А то он не совсем адекватный какой-то. То вещи на мне рвёт, то одевает тут же как содержанку, то к родителям моим попёрся.
- Эээ...! - у подруги такое лицо, что я смотрю на неё и хочется смеяться. Мне тогда, когда я это всё переживала, было ни капли не смешно. А вот сейчас вроде как и весело даже. - Постой, постой! Серьёзно что ли к родителям пошёл?! Нафига?!
- Ну я устала. Плохо соображала. А тут он со своими претензиями опять. Идёт, бубнит что-то. Ну я и спросила, пойдёт он ко мне котлеты есть, которые мама приготовила или нет. Он согласился.
- Блин, не верю!
- Ну я же говорю, что в неадеквате немного. - пожала плечами.
- А твои что?
- Тоже в неадеквате. - засмеялась. - маму чуть удар не хватил. Он же почти ровесник их.
- Слов нет! - Олька вскочила, нарезала круг по комнате. - А зачем он на тебе одежду рвал?
- Ты меня спрашиваешь? Добирался до сисек, как медведь до куска мяса.
- И как, добрался?
- Добрался. - вздохнула, отводя глаза.
- Ну капец..! Что ж ты с ним такого делела пять лет назад, что он так себя ведёт-то?!
- Я что, маньячка что ли?! Ничего такого.
- Ну-ну... - скептически выдала она. - Так где вы встретились, говоришь?
- У тебя дома. Ты чего?
- Да я не про это! Он сбежал в ахуе, ты уехала. А дальше-то как? На улице другого города столкнулись что ли?
- Не. В квартире.
- В чьей?!
- В моей. - я наблюдала как у подруги отвисает челюсть и распахиваются глаза. Зрелище мне нравилось. Я всеми силами старалась сохранить на лице невозмутимость и не заржать.
- Ритка! - гаркнула она возмущённо в конце-концов. - Я же серьёзно спросила!
- Я тебе серьёзно и ответила. - всё же не выдержала я и рассмеялась. - В квартиру захожу, а там кто-то ходит и мясом жареным пахнет. Оказалось это Марк картошку жарит и меня ждёт.
- Рит, ты же врёшь, да? - спросила тихонько.
- Нет. - помотала головой. - Хочешь, сама у него спроси как он оказался в моей квартире. Потом мне расскажешь. Я всё равно спросить не успела.
- И почему не успела?
- А чёрт его знает? Наверно потому что дядька твой не дал. - и снова волна кипятка по щекам прокатилась, затапливая румянцем.
- Ясно... - тянет, глядя на меня. - Слушай, а пошли погуляем по городу?
- Думаешь надо?
- Ну чего сидеть и киснуть?
- Есть хочу. - буркнула.
- Ну вот и поедим где-нибудь.
- Неплохое место, кстати. - пробурчала Олька, уплетая какой-то тост с мясным паштетом. Стейки нам ещё не принесли, поэтому мы поедали закуски.
- Ага. - поддакнула, прожовывая креветку из салата.
За соседним столиком сидели молодая пара и о чём-то увлечённо бухтели на немецком. Дальше трое мужчин обедали чем-то тоже мясным. Деловые костюмы, галстуки, салфетки на коленях. У всех светло-русые волосы, зелёные глаза и модная нынче небритость. Они чем-то были очень похожи, когда улыбались и я решила, что они все родственники. Причём один гораздо старше.
Открылась дверь кафе, брякнули колокольчики над входом, заставляя помимо воли бросить взгляд туда. Пара красивых девушек, - как по заказу, брюнетка и блондинка - впорхнули внутрь помещения и сразу же направились к столику мужчин.
За неимением другого развлечения, мы с подругой пронаблюдали как парочка доцокали каблуками до столика и принялись обниматься со вставшими им навстречу мужчинами. Старший их родич только добродушно разулыбался и уселся на своё место доедать обед. Девушки же подсели к парням с боков и принялись последних всячески отвлекать. О чём они говорили, было непонятно совершенно, но наблюдать всё равно интересно.
Нам принесли слейки, которые по вкусу просто зашкаливали. Боги, я с таким удовольствием мясо, кажется, никогда не ела. Но всё когда-то заканчивается. Закончился и наш обед. Олька споро рассчиталась с официантом. За столиком мужчин тоже оживление, они встают и прощаются с девушками.
На ступеньке перед входом Олька вдруг вскрикивает и заваливается куда то вбок. Всё происходит настолько стремительно, что я просто не успеваю даже сориентироваться. Только боковым зрением вижу взмах рук и слышу вскрик. А когда обернулась, подруга уже висела в руках одного из мужчин, прижимаясь слишком тесно к нему. Секунка, одно моргание глаз и вот уже они разлепились.
- Thank you mister! (англ. - благодарю вас, мистер) - благодарит она по английски и ослепительно улыбается. В некотором роде даже смущённо.
- Keine Sorge, Frau.(нем. - ничего страшного, фрау) - выдаёт светловолосый по-немецки, но взгляд у него такой, будто наткнулся на скользкую гадюку. Зелёные глаза способны заморозить мировой океан, а губы кривятся презрением. Улыбка стекает с моей подруги, она отшагивает дальше, слегка хромает. Я поспешила ей помочь и подставить плечо. Мне не нравится взгляд мужика.
- Sorry, we have to go now. (англ. - извините, нам уже пора) - с трудом выудила из памяти нужную фразу и кинула её, довольно недружелюбно. Понятия не имею, что Ольке сказал мужик на немецком. Разобрала только "фрау". Даже не "фройлен", козёл, как принято обращаться к молодым незамужним девушкам! Развернула подругу и повела её, прихрамывающую, назад в отель. Хватит, находились. Похоже и в Германии никуда не деться от уродов.
- Долбанные каблуки! - рыкнула Олька и расстроенно запустила туфлей со сломанной частью куда-то в сторону комода. Ладышка слегка опухла и покраснела, но двигалась.
- Ну подумаешь. - пожала я плечами. Честно, даже не видела в чём причина такого расстройства. - Любимые, что ли, были?
- Да при чём тут это! - уже психанула она. Содрала вторую туфлю и закинула по тому же маршруту.
- Ну а чего расстроилась тогда?
- Да понимаешь, немец этот...
- Козёл. - поддакнула я.
- Ну и козёл тоже, но дело не в этом. Он мне человека одного напомнил. Вот пока сидел там, и я на него внимания не обращала. А тут, когда глаза рядом... И голос этот тоже... Прям по живому задело!
- Так может это и есть твой знакомый? - я нахмурилась. Под это определение здорово вписывалась внезапная реакция немца. Только почему такая агрессивно-негативная? - Много немцев знаешь?
- Ни одного! - сердито фыркнула. Но тут же снова сдулась. - Русского напомнил...
- Ты его любила, да? - подошла осторожно, обняла её за плечи.
- Да, Рит. - всхлипнула. - Так любила, что до сих пор забыть не могу!
- А где он? Парень этот. Неужели тоже бросил?
- Да. - новый всхлип, а потом рыдание. Горькое, бабское.
- Ты поэтому ни с кем замутить не хочешь? Потому что обидел?
- Не могу, понимаешь?! - прорыдала - Сколько не пробовала, всё не его! Руки не его, запах не его, голос не его, шутки не его, реакции не его! Не его! И прямо с души воротит сразу. Не он и всё тут!
- Ну тише... - я погладила её по спине, чувствуя, как буря утихает. - Всё образуется. Хочешь, Марк приедет и найдёт нам этого немца?
- Зачем? - она отрывает от меня заплаканные глаза и смотрит с недоумением.
- Ну хотя бы спросить, что он на тебя как на таракана уставился. Нехорошо. Пусть ответит. А там проверим, вдруг да на этот раз ОН будет. - поиграла бровями я. - Глаза и голос вот уже подошли. А характер воспитаем! Когда русские девчонки да не могли справиться с мужиками?
- Ой, дура ты, Ритка! Хотя, как-то дядьку же приворожила... - подруга утёрла нос рукавом по-пацански, а потом рукавом же и растёкшуюся тушь под глазами. - Я в душь. А Потом немного передохнём и в столовку при отеле спустимся. Что-то нога ещё болит.
- Может в номер закажем? - спросила с надеждой.
- Нет! Даже не мечтай, Тихонова! - её палец упёрся в меня. - Я не буду киснуть в номере.
- Ты вроде головой не ударялась. - я посщёлкала пальцами у неё перед глазами. - Тихонова у нас ты, а я Василевская. Ну-ка, сколько пальцев показываю?
- Серьёзно что ли?! - изумилась она. Зачем-то оттянула пальцами мне нижние веки, что-то там разглядывая. - Хмм... Сложный случай... Эмм... Василевская.
- Ой, ну тебя, дурища! - отмахнулась от неё. - Иди в душ. И ужинать пойдём.
- Это не ужин. Это второй обед. Диннер короче. Или вечерний чай... Я забыла!
- Да хоть ланч, пофиг. Хочу кусок торта и салатик с морскими гадами.
Салатик зашёл на отлично. Я как раз доедала кусок местного тортика с нежно-фиолетовыми коржами, сливками и ягодами ежевики, когда увидела того самого немца у стойки ресепшена и чуть не подавилась чаем. Мужчина что-то быстро спросил у служащего, потом впал в секундную задумчивость, но тут же кивнул, поблагодарил и удалился вон из отеля. Странный тип. Я даже поёжилась.
- Что такое? - Олька оглянулась и никого не увидела.
- Да нет. Просто вспомнила козла того, который тебе помог сегодня. Неприятный тип, короче.
- Ну, у каждого своё. - она беспечно пожала плечами, но я успела заметить в глубине глаз тоску.
- Рит, давай забудем, а. Я не хочу вспоминать.
- Давай. - кивнула, но верила в это слабо.
Марк
- Где моя дочь? - Вовка сидел в моём кабинете и глушил коньяк. Сначала молча. Минут двадцать молчал. Цедил конину и смотрел на меня в упор. Да только меня его злые взгляды не трогали. Я продолжал монотонно пролистывать документы, делая кое-где пометки. А вот теперь он всё же снизошёл до вопроса.
- Разве ты не знаешь? - пожал плечами.
- Знаю. - он сделал ещё глоток, чуть поморщился. - Зачем ты увез её в Германию? Выкрал, как паскуда какая-то! Мне сказал что улетел в отпуск, а сам..!
- Потому что мне перестало нравится то, что происходит. Я, знаешь ли, увидел достаточно на том вечере с Соболевскими.
- Олька просто бесится. Молодая, дурная. А Полька взяла на себя чуть больше, и только.
- Вот именно, брат. Вот именно... - я откинулся в кресле и сложил руки на груди. - Молодая и дурная. А ты её толкаешь на ещё большие безумства. Чего только стоит эта история с Ритой.
- Кстати, суку ты так и не прижал. Разбежался полюбовно. Якобы в другой город свалила. Теперь она снова вместе с Олькой Германию топчет.
- Я так захотел.
- Ещё скажи, что эта пигалица, тут не причём. - хохотнул Вовка и тут же сжал челюсти. Злость в нём кипела, но он пока держался.
- Скажу. - кивнул.
- Что, всё таки дала она тебе что ли? - и новая усмешка. Провоцирует, гад.
- А это не твоё дело, брат.
- Ну почему же? Ты в мои дела влез, а я в твои не должен?
- Да, меня бы это устроило. - кивнул.
- Марк, верни мне дочь. - набычился он.
- Верни сам, ты же можешь.
- Могу. А ещё Риту эту могу. Но если с дочерью я буду мягким папкой, то с курвой этой - нихрена подобного!
- Это ты сейчас кому угрожаешь? Мне что ли? - я пришурился.
- Прошу. Прошу вернуть дочь.
- Я не буду тебе никого возвращать. Олька переводится учиться в Гамбург. Остались последние штрихи с документами.
- Нахуя ей Гамбург?! Чем у нас институты плохи?
- Может тем, что он далеко от тебя?
- Да куда она без меня денется? Без денег, шмоток, кредиток?
- Вот как? Собрался её прижать финансово?
- Ну если через тебя не получится...
- Не получится, Вов.
- Тогда Василевская потеряется... где-то...
- Не делай этого. - я подался вперёд. Всё таки смог зацепить меня. Злюсь бешено. Ещё немного и первый раз за последние тридцать лет мы подерёмся.
- А я прошу вернуть мне дочь! - закричал. Вскочил на ноги, опрокидывая стул.
- Зачем тебе Олька?
- В смысле, зачем?! Ты что, больной?
- Погоди, это я вопрос не так задал. Какие планы у тебя на неё, что ты никак не можешь отцепиться от девчонки и позволить ей жить как хочется? Обменять как жирную курицу на кусок пирога покрупнее?
- Я хочу для её лучшего! Чтоб счастливая была. Обеспеченная всем. Чтоб забот только и знала, что по салонам всяким таскаться.
- А она чего хочет?
- Ну уж точно не деревянную развалюху и мужа алкоголика.
- Угу. Но вот взять тех же самых Соболевских. Думаешь с кем-то из них она счастлива будет? Ты пробей их хоть для начала. Наркоманы оба. И гниды. С полгода назал папаша их от тёлки какой-то откупался. Типа поломали ей там чего-то во время игрищ. Или порезали сильно. Я не очень помню ту историю. Мельком стороной проскочила.
- Они не посмеют тронуть дочь. Она ж не шлюха подзаборная. За ней семья стоит.
- Ты дебил что ли? У них денег побольше твоего будет. Ты им не указ. Захотят, и Ольке нашей пиздец придёт, и тебе. - он вскинулся ещё что-то мне брякнуть, но я продолжал. - А другие что, Вовка? Думаешь другие мальчики пушистые? Ты сам прекрасно знаешь, что с людьми бабло делает. Особенно вот с такими, у которых с детства платиновыми бусами подгузники обшиты.
- Я не буду стоять в стороне, пока моя дочь себе жизнь ломает с очередным альфонсом или разводилой!
- Кстати, забыл тебе сказать, похоже Олька в курсе той истории с пацаном этим.
- Каким пацаном?
- Который её трахал. Помнишь, ты мне рассказывал тогда.
- Ааа... Ну и что? - брат нахмурился, пытаясь пьяным мозгом сообразить к чему я клоню.
- Нет, просто. Может она за него тебе мстит? Не задумывался?
- Да о чём ты вообще! - Вовка наконец устал нависать над столом в одинокого, пододвинул другой стул и сел. Снова хлебнул коньяка. - Это ж когда было! Дела прошлые. Тем более, если знает, должна благодарной быть и понимать, что папка только лучшего для неё желает.
- Съезди в Германию. Поговори по душам с Олькой. Не дави. Просто поговори. И сделай так, как она захочет.
- Она ребёнок! Тем более баба. Они никогда не знают чего хотят. А потом локти кусают и ревут, да поздно уже.
- Даже испортишь собственную жизнь? - прошептала.
- Зато это будет моя жизнь! - она снова развернулась к окну. - Я надеялась, что тот случай будет единичным... Пусть! Но я поняла и не забыла. А он всё продолжает, хотя я уже давно выросла.
- Может, он просто боится за тебя. Оберегает как может.
- Рит, это переходит границы, как ты не поймёшь?!
- Прости. Я не знаю что он сделал тебе. И что продолжает делать.
- Не важно, что он сделал. Это только моё. Я хочу, чтоб это осталось только моим.
- Как скажешь, Оль. Я же не настаиваю. Я вижу, что тебе надо помочь, но не знаю как. Как тебе помочь, Оль? - я закуталась ещё сильнее вжимаясь в кресло.
- Уже помогаешь! - ну вот, она снова закрылась. Будто у меня перед носом захлопнули тяжёлую дверь, едва не прищемив нос. - Расскажешь? - она наконец повернулась ко мне лицом, снова сияя улыбкой.
- О чём?! - вытаращилась на неё.
- О дядьке расскажешь? Или он так и не знает?
- Ольга Владимировна! - восклилнула я возмущённо.
- Ну что Ольга Владимировна? Я любопытная.
- Я не буду ничего тебе рассказывать.
- Ещё как будешь!
- Ладно. - сдалась. Щёки раскраснелись румянцем. Я прям почувствовала как окатило жаром. - Узнал. Не знаю как. Столько лет прошло, а он узнал. Тыкнул в меня пальцем, глаза дикие и заладил: "Это ты!".
- А потом кинулся целовать? - с жаром выпалила подружка. Подбежала, опустилась прямо на пол у кресла, руки на подлокотник сложила. Ждёт.
- Не. Сбежал в ужасе. Дверью хлопнул и валить.
- Постой, я не доганяю. А почему вы вместе тогда? Я же видела, как он вокруг тебя ходит!
- Так я же уволилась после того, как он сбежал. В квартиру бабушки уехала.
- Серьёзно что ли?! А я не знала, что ты уехала!
- Уехала. От греха. Чтоб меньше на глазах быть. А то он не совсем адекватный какой-то. То вещи на мне рвёт, то одевает тут же как содержанку, то к родителям моим попёрся.
- Эээ...! - у подруги такое лицо, что я смотрю на неё и хочется смеяться. Мне тогда, когда я это всё переживала, было ни капли не смешно. А вот сейчас вроде как и весело даже. - Постой, постой! Серьёзно что ли к родителям пошёл?! Нафига?!
- Ну я устала. Плохо соображала. А тут он со своими претензиями опять. Идёт, бубнит что-то. Ну я и спросила, пойдёт он ко мне котлеты есть, которые мама приготовила или нет. Он согласился.
- Блин, не верю!
- Ну я же говорю, что в неадеквате немного. - пожала плечами.
- А твои что?
- Тоже в неадеквате. - засмеялась. - маму чуть удар не хватил. Он же почти ровесник их.
- Слов нет! - Олька вскочила, нарезала круг по комнате. - А зачем он на тебе одежду рвал?
- Ты меня спрашиваешь? Добирался до сисек, как медведь до куска мяса.
- И как, добрался?
- Добрался. - вздохнула, отводя глаза.
- Ну капец..! Что ж ты с ним такого делела пять лет назад, что он так себя ведёт-то?!
- Я что, маньячка что ли?! Ничего такого.
- Ну-ну... - скептически выдала она. - Так где вы встретились, говоришь?
- У тебя дома. Ты чего?
- Да я не про это! Он сбежал в ахуе, ты уехала. А дальше-то как? На улице другого города столкнулись что ли?
- Не. В квартире.
- В чьей?!
- В моей. - я наблюдала как у подруги отвисает челюсть и распахиваются глаза. Зрелище мне нравилось. Я всеми силами старалась сохранить на лице невозмутимость и не заржать.
- Ритка! - гаркнула она возмущённо в конце-концов. - Я же серьёзно спросила!
- Я тебе серьёзно и ответила. - всё же не выдержала я и рассмеялась. - В квартиру захожу, а там кто-то ходит и мясом жареным пахнет. Оказалось это Марк картошку жарит и меня ждёт.
- Рит, ты же врёшь, да? - спросила тихонько.
- Нет. - помотала головой. - Хочешь, сама у него спроси как он оказался в моей квартире. Потом мне расскажешь. Я всё равно спросить не успела.
- И почему не успела?
- А чёрт его знает? Наверно потому что дядька твой не дал. - и снова волна кипятка по щекам прокатилась, затапливая румянцем.
- Ясно... - тянет, глядя на меня. - Слушай, а пошли погуляем по городу?
- Думаешь надо?
- Ну чего сидеть и киснуть?
- Есть хочу. - буркнула.
- Ну вот и поедим где-нибудь.
- Неплохое место, кстати. - пробурчала Олька, уплетая какой-то тост с мясным паштетом. Стейки нам ещё не принесли, поэтому мы поедали закуски.
- Ага. - поддакнула, прожовывая креветку из салата.
За соседним столиком сидели молодая пара и о чём-то увлечённо бухтели на немецком. Дальше трое мужчин обедали чем-то тоже мясным. Деловые костюмы, галстуки, салфетки на коленях. У всех светло-русые волосы, зелёные глаза и модная нынче небритость. Они чем-то были очень похожи, когда улыбались и я решила, что они все родственники. Причём один гораздо старше.
Открылась дверь кафе, брякнули колокольчики над входом, заставляя помимо воли бросить взгляд туда. Пара красивых девушек, - как по заказу, брюнетка и блондинка - впорхнули внутрь помещения и сразу же направились к столику мужчин.
За неимением другого развлечения, мы с подругой пронаблюдали как парочка доцокали каблуками до столика и принялись обниматься со вставшими им навстречу мужчинами. Старший их родич только добродушно разулыбался и уселся на своё место доедать обед. Девушки же подсели к парням с боков и принялись последних всячески отвлекать. О чём они говорили, было непонятно совершенно, но наблюдать всё равно интересно.
Нам принесли слейки, которые по вкусу просто зашкаливали. Боги, я с таким удовольствием мясо, кажется, никогда не ела. Но всё когда-то заканчивается. Закончился и наш обед. Олька споро рассчиталась с официантом. За столиком мужчин тоже оживление, они встают и прощаются с девушками.
На ступеньке перед входом Олька вдруг вскрикивает и заваливается куда то вбок. Всё происходит настолько стремительно, что я просто не успеваю даже сориентироваться. Только боковым зрением вижу взмах рук и слышу вскрик. А когда обернулась, подруга уже висела в руках одного из мужчин, прижимаясь слишком тесно к нему. Секунка, одно моргание глаз и вот уже они разлепились.
- Thank you mister! (англ. - благодарю вас, мистер) - благодарит она по английски и ослепительно улыбается. В некотором роде даже смущённо.
- Keine Sorge, Frau.(нем. - ничего страшного, фрау) - выдаёт светловолосый по-немецки, но взгляд у него такой, будто наткнулся на скользкую гадюку. Зелёные глаза способны заморозить мировой океан, а губы кривятся презрением. Улыбка стекает с моей подруги, она отшагивает дальше, слегка хромает. Я поспешила ей помочь и подставить плечо. Мне не нравится взгляд мужика.
- Sorry, we have to go now. (англ. - извините, нам уже пора) - с трудом выудила из памяти нужную фразу и кинула её, довольно недружелюбно. Понятия не имею, что Ольке сказал мужик на немецком. Разобрала только "фрау". Даже не "фройлен", козёл, как принято обращаться к молодым незамужним девушкам! Развернула подругу и повела её, прихрамывающую, назад в отель. Хватит, находились. Похоже и в Германии никуда не деться от уродов.
- Долбанные каблуки! - рыкнула Олька и расстроенно запустила туфлей со сломанной частью куда-то в сторону комода. Ладышка слегка опухла и покраснела, но двигалась.
- Ну подумаешь. - пожала я плечами. Честно, даже не видела в чём причина такого расстройства. - Любимые, что ли, были?
- Да при чём тут это! - уже психанула она. Содрала вторую туфлю и закинула по тому же маршруту.
- Ну а чего расстроилась тогда?
- Да понимаешь, немец этот...
- Козёл. - поддакнула я.
- Ну и козёл тоже, но дело не в этом. Он мне человека одного напомнил. Вот пока сидел там, и я на него внимания не обращала. А тут, когда глаза рядом... И голос этот тоже... Прям по живому задело!
- Так может это и есть твой знакомый? - я нахмурилась. Под это определение здорово вписывалась внезапная реакция немца. Только почему такая агрессивно-негативная? - Много немцев знаешь?
- Ни одного! - сердито фыркнула. Но тут же снова сдулась. - Русского напомнил...
- Ты его любила, да? - подошла осторожно, обняла её за плечи.
- Да, Рит. - всхлипнула. - Так любила, что до сих пор забыть не могу!
- А где он? Парень этот. Неужели тоже бросил?
- Да. - новый всхлип, а потом рыдание. Горькое, бабское.
- Ты поэтому ни с кем замутить не хочешь? Потому что обидел?
- Не могу, понимаешь?! - прорыдала - Сколько не пробовала, всё не его! Руки не его, запах не его, голос не его, шутки не его, реакции не его! Не его! И прямо с души воротит сразу. Не он и всё тут!
- Ну тише... - я погладила её по спине, чувствуя, как буря утихает. - Всё образуется. Хочешь, Марк приедет и найдёт нам этого немца?
- Зачем? - она отрывает от меня заплаканные глаза и смотрит с недоумением.
- Ну хотя бы спросить, что он на тебя как на таракана уставился. Нехорошо. Пусть ответит. А там проверим, вдруг да на этот раз ОН будет. - поиграла бровями я. - Глаза и голос вот уже подошли. А характер воспитаем! Когда русские девчонки да не могли справиться с мужиками?
- Ой, дура ты, Ритка! Хотя, как-то дядьку же приворожила... - подруга утёрла нос рукавом по-пацански, а потом рукавом же и растёкшуюся тушь под глазами. - Я в душь. А Потом немного передохнём и в столовку при отеле спустимся. Что-то нога ещё болит.
- Может в номер закажем? - спросила с надеждой.
- Нет! Даже не мечтай, Тихонова! - её палец упёрся в меня. - Я не буду киснуть в номере.
- Ты вроде головой не ударялась. - я посщёлкала пальцами у неё перед глазами. - Тихонова у нас ты, а я Василевская. Ну-ка, сколько пальцев показываю?
- Серьёзно что ли?! - изумилась она. Зачем-то оттянула пальцами мне нижние веки, что-то там разглядывая. - Хмм... Сложный случай... Эмм... Василевская.
- Ой, ну тебя, дурища! - отмахнулась от неё. - Иди в душ. И ужинать пойдём.
- Это не ужин. Это второй обед. Диннер короче. Или вечерний чай... Я забыла!
- Да хоть ланч, пофиг. Хочу кусок торта и салатик с морскими гадами.
Салатик зашёл на отлично. Я как раз доедала кусок местного тортика с нежно-фиолетовыми коржами, сливками и ягодами ежевики, когда увидела того самого немца у стойки ресепшена и чуть не подавилась чаем. Мужчина что-то быстро спросил у служащего, потом впал в секундную задумчивость, но тут же кивнул, поблагодарил и удалился вон из отеля. Странный тип. Я даже поёжилась.
- Что такое? - Олька оглянулась и никого не увидела.
- Да нет. Просто вспомнила козла того, который тебе помог сегодня. Неприятный тип, короче.
- Ну, у каждого своё. - она беспечно пожала плечами, но я успела заметить в глубине глаз тоску.
- Рит, давай забудем, а. Я не хочу вспоминать.
- Давай. - кивнула, но верила в это слабо.
ГЛАВА 10.
Марк
- Где моя дочь? - Вовка сидел в моём кабинете и глушил коньяк. Сначала молча. Минут двадцать молчал. Цедил конину и смотрел на меня в упор. Да только меня его злые взгляды не трогали. Я продолжал монотонно пролистывать документы, делая кое-где пометки. А вот теперь он всё же снизошёл до вопроса.
- Разве ты не знаешь? - пожал плечами.
- Знаю. - он сделал ещё глоток, чуть поморщился. - Зачем ты увез её в Германию? Выкрал, как паскуда какая-то! Мне сказал что улетел в отпуск, а сам..!
- Потому что мне перестало нравится то, что происходит. Я, знаешь ли, увидел достаточно на том вечере с Соболевскими.
- Олька просто бесится. Молодая, дурная. А Полька взяла на себя чуть больше, и только.
- Вот именно, брат. Вот именно... - я откинулся в кресле и сложил руки на груди. - Молодая и дурная. А ты её толкаешь на ещё большие безумства. Чего только стоит эта история с Ритой.
- Кстати, суку ты так и не прижал. Разбежался полюбовно. Якобы в другой город свалила. Теперь она снова вместе с Олькой Германию топчет.
- Я так захотел.
- Ещё скажи, что эта пигалица, тут не причём. - хохотнул Вовка и тут же сжал челюсти. Злость в нём кипела, но он пока держался.
- Скажу. - кивнул.
- Что, всё таки дала она тебе что ли? - и новая усмешка. Провоцирует, гад.
- А это не твоё дело, брат.
- Ну почему же? Ты в мои дела влез, а я в твои не должен?
- Да, меня бы это устроило. - кивнул.
- Марк, верни мне дочь. - набычился он.
- Верни сам, ты же можешь.
- Могу. А ещё Риту эту могу. Но если с дочерью я буду мягким папкой, то с курвой этой - нихрена подобного!
- Это ты сейчас кому угрожаешь? Мне что ли? - я пришурился.
- Прошу. Прошу вернуть дочь.
- Я не буду тебе никого возвращать. Олька переводится учиться в Гамбург. Остались последние штрихи с документами.
- Нахуя ей Гамбург?! Чем у нас институты плохи?
- Может тем, что он далеко от тебя?
- Да куда она без меня денется? Без денег, шмоток, кредиток?
- Вот как? Собрался её прижать финансово?
- Ну если через тебя не получится...
- Не получится, Вов.
- Тогда Василевская потеряется... где-то...
- Не делай этого. - я подался вперёд. Всё таки смог зацепить меня. Злюсь бешено. Ещё немного и первый раз за последние тридцать лет мы подерёмся.
- А я прошу вернуть мне дочь! - закричал. Вскочил на ноги, опрокидывая стул.
- Зачем тебе Олька?
- В смысле, зачем?! Ты что, больной?
- Погоди, это я вопрос не так задал. Какие планы у тебя на неё, что ты никак не можешь отцепиться от девчонки и позволить ей жить как хочется? Обменять как жирную курицу на кусок пирога покрупнее?
- Я хочу для её лучшего! Чтоб счастливая была. Обеспеченная всем. Чтоб забот только и знала, что по салонам всяким таскаться.
- А она чего хочет?
- Ну уж точно не деревянную развалюху и мужа алкоголика.
- Угу. Но вот взять тех же самых Соболевских. Думаешь с кем-то из них она счастлива будет? Ты пробей их хоть для начала. Наркоманы оба. И гниды. С полгода назал папаша их от тёлки какой-то откупался. Типа поломали ей там чего-то во время игрищ. Или порезали сильно. Я не очень помню ту историю. Мельком стороной проскочила.
- Они не посмеют тронуть дочь. Она ж не шлюха подзаборная. За ней семья стоит.
- Ты дебил что ли? У них денег побольше твоего будет. Ты им не указ. Захотят, и Ольке нашей пиздец придёт, и тебе. - он вскинулся ещё что-то мне брякнуть, но я продолжал. - А другие что, Вовка? Думаешь другие мальчики пушистые? Ты сам прекрасно знаешь, что с людьми бабло делает. Особенно вот с такими, у которых с детства платиновыми бусами подгузники обшиты.
- Я не буду стоять в стороне, пока моя дочь себе жизнь ломает с очередным альфонсом или разводилой!
- Кстати, забыл тебе сказать, похоже Олька в курсе той истории с пацаном этим.
- Каким пацаном?
- Который её трахал. Помнишь, ты мне рассказывал тогда.
- Ааа... Ну и что? - брат нахмурился, пытаясь пьяным мозгом сообразить к чему я клоню.
- Нет, просто. Может она за него тебе мстит? Не задумывался?
- Да о чём ты вообще! - Вовка наконец устал нависать над столом в одинокого, пододвинул другой стул и сел. Снова хлебнул коньяка. - Это ж когда было! Дела прошлые. Тем более, если знает, должна благодарной быть и понимать, что папка только лучшего для неё желает.
- Съезди в Германию. Поговори по душам с Олькой. Не дави. Просто поговори. И сделай так, как она захочет.
- Она ребёнок! Тем более баба. Они никогда не знают чего хотят. А потом локти кусают и ревут, да поздно уже.
