- Ясно. - пробурчал, но не отстал, на что я в мыслях надеялась. Вот и третий этаж. Обычная коричневая железная дверь родительской квартиры. Я затормозила, открыв дверь и обернувшись через плечо на мужчину. Он тоже выглядел уставшим и помятым. Злость из него вышла и он будто опустел, сдулся.
- Хотите пюрешку с котлетой? - выпалила вдруг, поддавшись душевному порыву. Просто так, не анализируя свои действия и их последствия, не думая о реакции родителей.
- Хочу. - вдруг согласился и шагнул за мной в квартиру.
- Риточка, - появилась из кухни мама. - Ты сегодня рано... - и улыбка увяла на её лице, потонув в удивлении. - Здравствуйте... - пролепетала.
- Здравствуйте. - невозмутимо ответил Марк. Снял ботинки у входа и смотрит на меня. Я что-то кому-то должна? Хотя, да.
- Мама, это Марк Анатольевич. Он мой начальник. И дядя Оли. - тоже сняла туфли, усевшись на небольшую банкетку. Размяла пальцами ступни. - Помнишь Ольку?
- Помню. Беленькая такая девочка.
- Да. - кивнула. - Пойдёмте, Марк Анатольевич, руки мыть. Мам, Марк Анатольевич тоже есть будет. - крикнула, из-за приоткрытой двери ванной. Включила кран, намылила ладони, когда сзади ко мне прижалась горячая мужская фигура. Не было в этом сексуального подтекста. Он просто меня обнимал, уткнувшись носом в основание шеи, между плечом и горлом.
- Две минуты. - буркнул.
- Ок. - я продолжила размыливать жидкий гель в ладонях и смотрела на нас в небольшое зеркало напротив. И эта картина была такой... Умиротворённой, что ли. Большой светловолосый мужчина обнимал миниатюрную темноволосую девушку, обхватив, будто защищая... Или мне просто очень хотелось чтоб так было. Когда мы были с ним из разных миров, было проще. Даже после той нашей ночи, мы всё равно оставались по разные стороны пропасти. И у меня было только моё воспоминание. Марк был чем-то эфемерным и прошлым. А теперь, по неясной причине, он решил сократить это расстояние до минимума. Но вот в чём вопрос: что останется от меня после того, как он наиграется мной?
А смогу ли я отказать этому его бешеному напору? Думаю, у меня просто нет шансов. Особенно когда он вот такой...
- Иди. - буркнул, выпуская из своих объятий и отступая. Только и нашла в себе силы что кивнуть. Ноги вообще не хотели передвигаться. Тело хотело отступить назад, за ним, снова прижаться всем телом. И чтоб снова обнял.
- Рита! - ухватила меня за руку мама. - Кто он?!
- Я же сказала - мой начальник.
- Рита, он... Он же старый, Рита! - у мамы на глаза навернулись слёзы.
- А где папа? - спросила, упрямо мотнув головой. Почему-то захотелось просто уйти к себе и расплакаться. А что я, собственно, хотела, приглашая мужчину в гости? Что, как в детстве, мама просто потрепет по волосам, всех накормит и не скажет ни слова?
- Смотрит телевизор. - мама отпустила мой локоть и отступила. Накрыла стол на двоих. Больше маленький стол на мизерной кухне и не вместил бы. А Марк ещё и крупный мужчина.
- Я схожу к нему. - кивнула и вышла. - Пап? - отвлекла от просмотра телевизора.
- О, какие люди! - разулыбался, поднимаясь. - Сегодня с нами дочь.
- Пап, я не одна. Со мной пришел мой... начальник.
- Начальник? - переспросил, на миг озадачившись, потом просиял. - Неужели..?
- Нет, пап. Он мой начальник. - сказала твёрдо, и с отца сползла его улыбка. Он видел мой хмурый вид и закушеную губу. Что-то было не так, как должно. - Пойдём, я вас познакомлю.
- Идём. - кивнул мне и двинулся следом. С Марком мы встретились в коридорчике перед кухней. Мужчина был умыт и снова невозмутим. Но раздрай в его взгляде ещё присутствовал. Как и у всех нас.
- Марк Анатольевич, познакомтесь, - это мой отец - Сергей Юрьевич. И моя Мама - Светлана Олеговна.
- Очень приятно. - мужчины протянули руки друг другу и пожали. Оба такие серьёзные.
- Пойдёмте, Марк Анатольевич. - махнула в сторону кухни. Прошла первой, устраиваясь у окна, специально, чтоб гость сел спиной к выходу из маленького помещения. Тарелки на столе были пусты. Наверно, мама просто не смогла или не успела наложить нам еды. Я её понимала. Поэтому не раздумывая подхватила его тарелку и принялась выкладывать картофельное пюре полумесяцем, три котлеты на свободное пространство и соус сверху. Самый простой соус, какой только бывает. Понятия не имею, как положено в ресторанах подавать это блюдо. Да и не стремлюсь. У меня вот так.
Тарелка стукнулась о столешницу. Руки дрожжали. Я так же молча положила себе одну котлету и ложку картошки. Есть перехотелось совершенно. Но я старательно ковыряла вилкой котлету, отделяя куски и ела. Столовые ножи? Да боги с вами, какие к чёрту ножи в простой семье, на простой кухне, где сроду не появлялись такие изысканные блюда, что нужно есть по этикету?!
Марк, нисколько не гнушается. И не теряется. Не кривит брезгливо губы и не морщит нос. Просто так же, как и я, есть куски котлеты, пюре с подливой, запивает чаем. Самым простым чаем, где в кружке плавает пакетик с ярлычком и торчит чайная ложка.
Почему он не убрал ложку? Глупый вопрос мучает недолго. Я просто взяла эту чайную ложку, ещё раз перемешала сахар в его кружке и отложила на стол.
Молча.
Марк захохотал. Нет, правда, взял и заржал, как тот троль. Я даже стряхнула с себя удушающее чувство прострации и оцепенения, довлевшие надо мной весь день, и усилившиеся в разы вечером. Даже рот открылся. А Марк расхохотался ещё раз. Заразительно и заливисто. Я подхватила. И вот, мы уже смеёмся вдвоём. Мама с отцом выглядывают из коридора и дикими глазами смотрят на нас, а я не могу остановиться. Я не хочу останавливаться, потому что мужчина напротив сделался вдруг таким обрятельным и шкодливым. Разгладились морщинки на переносице и появились лучики у глаз. И ямочка на правой щеке...
Если бы не пришибленные родители, я бы, пожалуй, сорвалась со своей табуретки к нему. Упала в объятия, повиснув на шее и целовала, целовала, целовала... Всё, до чего дотянутся губы.
- Ты поела? - спросил, внезапно посерьёзнев и резко оборвав смех.
- Да. - кивнула.
- Тогда идём спать.
- Эмм... Марк...
- Маргарита Сергеевна, я вас умоляю! Никаких пошлых выходок и намёков. Я должен проверить, как легла моя коллега и уеду домой. Мне ещё пилить почти через весь город. А завтра, как вы и сказали, день будет такой же малоприятный, как и сегодня. - Мужчина встал со своего места. - Поэтому сейчас быстро в душь и чистить зубы. А я выйду покурить. Но вернусь!
- Ага. - снова кивнула. Дошла до своей комнаты, взяла пижаму и полотенце и потопала в ванну. Марка в Квартире уже не было.
- Рита! - истерично прошептала мама, снова попытавшись ухватить меня за руку. Но папа её поймал.
- Потом, Света. Рита, потом у нас будет разговор. - посмотрел строго и утащил ничего не понимающую маму в комнату.
В душе я была не так чтобы и долго. Почистила зубы, переоделась в пижаму в коричневыми котами, накрутила полотенце на влажные волосы. Я слышала, как хлопнула входная дверь и вернулся Марк. Знала, что он стоит там и ждёт меня.
- Показывайте свою комнату, Маргарита Сергеевна. - вздохнул горестно, разглядывая меня. То ли от огорчения, что не оделась в блядское кружевное мини для сна, то ли от зависти к моей тёпленькой фланелевой пижамке с длинными рукавами и штанинами.
В комнате он лично высушил мне волосы феном, не дав самой это сделать, потом убрал покрывало, загнал меня под одеяло и подоткнул, как хорошей и примерной девочке, хороший заботливый отец. И выпал из реальности на добрых пять минут.
- Марк Анатольевич? - прошептала, потрогав его заруку. Потом ещё раз. - Марк Анатольевич?! - никакой реакции. Я приподнялась на локтях, чтоб быть ближе и заглянуть ему в глаза. - Марк!
- Это ты! - мужчина отшатнулся. Отскочил от меня в каком-то то ли ужасе, то ли обиде. - Это была ты! - он ткнул в мою сторону пальцем, а потом просто развернулся и выскочил вон, хлопнув входной дверью. Я, путаясь в одеяле, слетела на пол, потом доползла к окну, чтобы понаблюдать, как белая иномарка, визжа колёсами, сорвалась с места и вылетела за пределы двора.
Ну что, здравствуй, Рита, я песец. И я пришёл к тебе насовсем...
Марк
Я отъехал недалеко. Буквально до следующего проезда во дворы и съехал на обочину. Мозг не справлялся.
Странный вечер, просто, блядь, пиздец какой странный, превратился под конец вообще хрен знает во что!
Почему я пошёл за ней? Хотел увидеть как она будет стесняться своей квартиры, своих родителей, бутылок отца, грази в углах, засаленых обоев на стенах. Будет нелепо и мучительно краснеть, намекать на невозможность продолжить интим в этих стенах. Да и вообще жить тут нельзя.
Но ничего этого не было.
Обычный ремонт, обычный линолеум, обычная ванная и обычные обеспокоенные родители. Она взяла и представила меня как какого-то знакомого, который забежал просто позвонить, или переждать дождь, к примеру. Ни грамма стыда, ни капли заискивания. Ни намёка на самодовольство от такого приобретения как я...
Вот она моет руки, а я стою сзади и просто не могу не обнять её. Она такая домашняя и спокойная. И я абсурдно чувствую себя как тот мужик, что очень долго не был дома и вот, наконец, добрался. Домой. К ней.
А потом были котлеты на тарелке с цветочками, чай в зверском стакане на поллитра, и то как она размешала мне сахал в этом дрянном чае, будто делала всё это годами. Для меня. Со мной.
А потом мы хохочем как ненормальные подростки над ерундой за столом. И у меня зудит затылок от ожидания подзатыльника и окрика, что за столом ржать нельзя. Я просто уверен - где-то за моей спиной охуевают два взрослых человека. Таких же взрослых как я. А я вот он, сижу и точно мальчишка ржу не знаю над чем.
Она красивая, когда смеётся. Просто охуенная! Хочу её вот прямо сейчас - сил нет! Поэтому рванул курить к машине, пока она там, голенькая, плещется под струями обжигающе горячей воды, а у меня всё плывёт и голова кружится то ли от резкого переизбытка некотина в крови, то ли от мыслей блядских.
Успокоился немного, поднялся назад, потому что обещал. И тут, словно удар под дых, эта пижама для маленьких правильных девочек-пятиклассниц. Ноль косметики на лице, влажные волосы в полотенчике.
Что я делаю? Что?! Сушу волосы девочке, потому что с мокрыми спать нельзя. Подушка мокрая и холодная и прочая херня. Ещё бы косички заплёл и сказку прочитал, бля!
Тёмные волосы по подушке рассыпались, точно волны в море. Одуряющий фруктовый запах и два образа накладываются один на другой: той далёкой, раскрасневшейся от желания и удовольствия нимфы, и этот, девочки в пижаме, розовой от лёгкого смушения. И эти два образа, как один и тот же негатив, наложились и совпали.
Совпали!
Спустя пять лет я нашел её. Нашёл! Только что мне с этим знанием делать? Пойти и предъявить ей претензии? А какие, собственно, претензии? В чём её обвинять? В собственном удовольствии? В проблемах? Потраченных нервах? Это всё я организовал себе сам. С её стороны только удовольствие и всё.
И единственное что осталось и горит сейчас во мне - это вопросы: зачем? И почему именно я?
Я злой и взбешенный от этих вопросов. И от сжигающей ревности к самому себе. Я хочу её всю себе. Хочу помнить каждый миг нашей той близости, а она отняла это у меня!
Мысли вращаются, как карусель двигаясь по кругу, и я уже не знаю чего хочу больше: трахать её, придушить, вытрясти ответы на мои вопросы, или не видеть никогда. Убивает понимание, что она сейчас там спит, а я тут, курю одну за одной сигареты и не могу успокоиться. Не могу, черт её дери, потому что для успокоения нужна она!
В какой-то момент голова просто устаёт от перегруза и требует отдыха. Приходится ехать домой. Принимать душ, чистить зубы. Механические действия успокаивают. Сигареты кончились и новых я купить не подумал, поэтому прям так, подгрёб к себе одеяло кучей и отрубился до утра.
Утром я снова торчал у её подъезда. Как солдат, сука, несущий вахту. Побритый, начищенный и приодетый. Во мне пара чашек крепкого кофе и новые порции некотина. Жду ядовитую заразу, отравившую мне жизнь и спокойствие за пару дней настолько, насколько ни одна не смогла бы.
Время шесть, шесть сорок две, семь восемнадцать...
Дверь подъезда хлопнула, выпуская её родителей. Они хмурые. Смотрят на меня как на предателя. Мне это не нравится, поэтому я оттолкнулся от тачки и пошёл к ним.
- Доброе утро. - пришлось разжать челюсти и выдать дебильную фразу. - Где Рита?
- Рита уехала. - её мать смотрит волком. - Что вы ей сказали или сделали, что моя дочь снова решила уехать от нас?!
- Ничего. - я удивлён не меньше их. Нет, не удивлён. Я в ахуе. Эта зараза снова сделала ноги от меня, так и не объяснив ничего!
- Зачем вы сегодня приехали? - продолжает наседать её родительница. Она сжимает кулаки, наверное, чтобы не начать тыкать в меня пальцем, или чтоб не охуярить по морде.
- Забрать и увезти на работу. - выдаю автоматически, всё ещё переваривая её новый побег.
- С каких это пор начальство лично забирает и возит подчинённых?! Что вам нужно от нашей девочки?! Вы преследуете её?!
- Мне нужны ответы, которые есть только у нее. - всё, я собрался с мыслями. Голова заработала чётко, будто переключили тумблер.
- Можно было просто позвонить и спросить. - выдаёт отец, переключая внимание с жены на себя. - Не устраивать этот балаган вчера. Не пугать.
- Куда уехала ваша дочь?
- Вы что, совсем рехнулись?! - женщину передо мной трясет. Мужчине приходится обхватить её за плечи. - Вы преследуете Риту, а я вам должна сказать где её найти?!
- Вы взрослый человек, Марк. - говорит Сергей Юрьевич. - Рита домашняя хорошая девочка. Оставьте её в покое. Найдите кого-нибудь другого, кому это будет надо и развлекайтесь. Не думайте, что я не увидел, как вы смотрели на мою дочь. Вы же просто сломаете ей жизнь собой. Не для вас она. Не для игр. Очень прошу - оставьте.
- Это вам. - мне в грудь прилетает рука с пакетом. Я на автомате просто поймал его. - Рита просила передать, если вдруг вы приедите. Ну или выбросить. А теперь только попробуйте ещё раз сказать, что мужчина покупающий дорогое бельё девушке хочет только поговорить!
И вот я снова один. Боковым зрением увидел, что с парковки выруливает тонированная тачка. Она приехала сюда за мной и теперь тихонько сруливает. Я взбесился. Выжал педать газа, не жалея двигателя и покрышек, выскочил поперёк дороги, перегородив проезд.
- Что случилось, чувак? - в окно водителя выглянул никакущий мужик. Рядом, на пассажирском, сидит бугай и не делает ни одной попытки двинуться с места.
- Случилось. - кивнул. - Что вы успели нарыть на Василевскую?
- Какую Василевскую, ты о чём мужик? - он вздёргивает брови в удивлении.
- Хорош выёбываться. Я знаю, что вы её пасёте. Вовка вчера сказал, что ищет как нам эту суку размазать. Так что я в курсе выших передвижек.
- Вот когда я инфу Владимиру Анатольевичу передам, тогда и решайте что с ней делать. Я на него работаю, не на вас.
- Давай по-хорошему сделаем. Сколько ты хочешь, чтоб инфу мне слить, а ему выдать, что я скажу? Давай, не упрямься. За упрямство тоже отхватить можно.
- Слушай, я на него работаю, Марк Анатольевич. Просто дайте мне ему всё передать, и вместе решайте что и как.
- Ты не слушаешь. - я покачал головой.
- Хотите пюрешку с котлетой? - выпалила вдруг, поддавшись душевному порыву. Просто так, не анализируя свои действия и их последствия, не думая о реакции родителей.
- Хочу. - вдруг согласился и шагнул за мной в квартиру.
- Риточка, - появилась из кухни мама. - Ты сегодня рано... - и улыбка увяла на её лице, потонув в удивлении. - Здравствуйте... - пролепетала.
- Здравствуйте. - невозмутимо ответил Марк. Снял ботинки у входа и смотрит на меня. Я что-то кому-то должна? Хотя, да.
- Мама, это Марк Анатольевич. Он мой начальник. И дядя Оли. - тоже сняла туфли, усевшись на небольшую банкетку. Размяла пальцами ступни. - Помнишь Ольку?
- Помню. Беленькая такая девочка.
- Да. - кивнула. - Пойдёмте, Марк Анатольевич, руки мыть. Мам, Марк Анатольевич тоже есть будет. - крикнула, из-за приоткрытой двери ванной. Включила кран, намылила ладони, когда сзади ко мне прижалась горячая мужская фигура. Не было в этом сексуального подтекста. Он просто меня обнимал, уткнувшись носом в основание шеи, между плечом и горлом.
- Две минуты. - буркнул.
- Ок. - я продолжила размыливать жидкий гель в ладонях и смотрела на нас в небольшое зеркало напротив. И эта картина была такой... Умиротворённой, что ли. Большой светловолосый мужчина обнимал миниатюрную темноволосую девушку, обхватив, будто защищая... Или мне просто очень хотелось чтоб так было. Когда мы были с ним из разных миров, было проще. Даже после той нашей ночи, мы всё равно оставались по разные стороны пропасти. И у меня было только моё воспоминание. Марк был чем-то эфемерным и прошлым. А теперь, по неясной причине, он решил сократить это расстояние до минимума. Но вот в чём вопрос: что останется от меня после того, как он наиграется мной?
А смогу ли я отказать этому его бешеному напору? Думаю, у меня просто нет шансов. Особенно когда он вот такой...
- Иди. - буркнул, выпуская из своих объятий и отступая. Только и нашла в себе силы что кивнуть. Ноги вообще не хотели передвигаться. Тело хотело отступить назад, за ним, снова прижаться всем телом. И чтоб снова обнял.
- Рита! - ухватила меня за руку мама. - Кто он?!
- Я же сказала - мой начальник.
- Рита, он... Он же старый, Рита! - у мамы на глаза навернулись слёзы.
- А где папа? - спросила, упрямо мотнув головой. Почему-то захотелось просто уйти к себе и расплакаться. А что я, собственно, хотела, приглашая мужчину в гости? Что, как в детстве, мама просто потрепет по волосам, всех накормит и не скажет ни слова?
- Смотрит телевизор. - мама отпустила мой локоть и отступила. Накрыла стол на двоих. Больше маленький стол на мизерной кухне и не вместил бы. А Марк ещё и крупный мужчина.
- Я схожу к нему. - кивнула и вышла. - Пап? - отвлекла от просмотра телевизора.
- О, какие люди! - разулыбался, поднимаясь. - Сегодня с нами дочь.
- Пап, я не одна. Со мной пришел мой... начальник.
- Начальник? - переспросил, на миг озадачившись, потом просиял. - Неужели..?
- Нет, пап. Он мой начальник. - сказала твёрдо, и с отца сползла его улыбка. Он видел мой хмурый вид и закушеную губу. Что-то было не так, как должно. - Пойдём, я вас познакомлю.
- Идём. - кивнул мне и двинулся следом. С Марком мы встретились в коридорчике перед кухней. Мужчина был умыт и снова невозмутим. Но раздрай в его взгляде ещё присутствовал. Как и у всех нас.
- Марк Анатольевич, познакомтесь, - это мой отец - Сергей Юрьевич. И моя Мама - Светлана Олеговна.
- Очень приятно. - мужчины протянули руки друг другу и пожали. Оба такие серьёзные.
- Пойдёмте, Марк Анатольевич. - махнула в сторону кухни. Прошла первой, устраиваясь у окна, специально, чтоб гость сел спиной к выходу из маленького помещения. Тарелки на столе были пусты. Наверно, мама просто не смогла или не успела наложить нам еды. Я её понимала. Поэтому не раздумывая подхватила его тарелку и принялась выкладывать картофельное пюре полумесяцем, три котлеты на свободное пространство и соус сверху. Самый простой соус, какой только бывает. Понятия не имею, как положено в ресторанах подавать это блюдо. Да и не стремлюсь. У меня вот так.
Тарелка стукнулась о столешницу. Руки дрожжали. Я так же молча положила себе одну котлету и ложку картошки. Есть перехотелось совершенно. Но я старательно ковыряла вилкой котлету, отделяя куски и ела. Столовые ножи? Да боги с вами, какие к чёрту ножи в простой семье, на простой кухне, где сроду не появлялись такие изысканные блюда, что нужно есть по этикету?!
Марк, нисколько не гнушается. И не теряется. Не кривит брезгливо губы и не морщит нос. Просто так же, как и я, есть куски котлеты, пюре с подливой, запивает чаем. Самым простым чаем, где в кружке плавает пакетик с ярлычком и торчит чайная ложка.
Почему он не убрал ложку? Глупый вопрос мучает недолго. Я просто взяла эту чайную ложку, ещё раз перемешала сахар в его кружке и отложила на стол.
Молча.
Марк захохотал. Нет, правда, взял и заржал, как тот троль. Я даже стряхнула с себя удушающее чувство прострации и оцепенения, довлевшие надо мной весь день, и усилившиеся в разы вечером. Даже рот открылся. А Марк расхохотался ещё раз. Заразительно и заливисто. Я подхватила. И вот, мы уже смеёмся вдвоём. Мама с отцом выглядывают из коридора и дикими глазами смотрят на нас, а я не могу остановиться. Я не хочу останавливаться, потому что мужчина напротив сделался вдруг таким обрятельным и шкодливым. Разгладились морщинки на переносице и появились лучики у глаз. И ямочка на правой щеке...
Если бы не пришибленные родители, я бы, пожалуй, сорвалась со своей табуретки к нему. Упала в объятия, повиснув на шее и целовала, целовала, целовала... Всё, до чего дотянутся губы.
- Ты поела? - спросил, внезапно посерьёзнев и резко оборвав смех.
- Да. - кивнула.
- Тогда идём спать.
- Эмм... Марк...
- Маргарита Сергеевна, я вас умоляю! Никаких пошлых выходок и намёков. Я должен проверить, как легла моя коллега и уеду домой. Мне ещё пилить почти через весь город. А завтра, как вы и сказали, день будет такой же малоприятный, как и сегодня. - Мужчина встал со своего места. - Поэтому сейчас быстро в душь и чистить зубы. А я выйду покурить. Но вернусь!
- Ага. - снова кивнула. Дошла до своей комнаты, взяла пижаму и полотенце и потопала в ванну. Марка в Квартире уже не было.
- Рита! - истерично прошептала мама, снова попытавшись ухватить меня за руку. Но папа её поймал.
- Потом, Света. Рита, потом у нас будет разговор. - посмотрел строго и утащил ничего не понимающую маму в комнату.
В душе я была не так чтобы и долго. Почистила зубы, переоделась в пижаму в коричневыми котами, накрутила полотенце на влажные волосы. Я слышала, как хлопнула входная дверь и вернулся Марк. Знала, что он стоит там и ждёт меня.
- Показывайте свою комнату, Маргарита Сергеевна. - вздохнул горестно, разглядывая меня. То ли от огорчения, что не оделась в блядское кружевное мини для сна, то ли от зависти к моей тёпленькой фланелевой пижамке с длинными рукавами и штанинами.
В комнате он лично высушил мне волосы феном, не дав самой это сделать, потом убрал покрывало, загнал меня под одеяло и подоткнул, как хорошей и примерной девочке, хороший заботливый отец. И выпал из реальности на добрых пять минут.
- Марк Анатольевич? - прошептала, потрогав его заруку. Потом ещё раз. - Марк Анатольевич?! - никакой реакции. Я приподнялась на локтях, чтоб быть ближе и заглянуть ему в глаза. - Марк!
- Это ты! - мужчина отшатнулся. Отскочил от меня в каком-то то ли ужасе, то ли обиде. - Это была ты! - он ткнул в мою сторону пальцем, а потом просто развернулся и выскочил вон, хлопнув входной дверью. Я, путаясь в одеяле, слетела на пол, потом доползла к окну, чтобы понаблюдать, как белая иномарка, визжа колёсами, сорвалась с места и вылетела за пределы двора.
Ну что, здравствуй, Рита, я песец. И я пришёл к тебе насовсем...
ГЛАВА 7.
Марк
Я отъехал недалеко. Буквально до следующего проезда во дворы и съехал на обочину. Мозг не справлялся.
Странный вечер, просто, блядь, пиздец какой странный, превратился под конец вообще хрен знает во что!
Почему я пошёл за ней? Хотел увидеть как она будет стесняться своей квартиры, своих родителей, бутылок отца, грази в углах, засаленых обоев на стенах. Будет нелепо и мучительно краснеть, намекать на невозможность продолжить интим в этих стенах. Да и вообще жить тут нельзя.
Но ничего этого не было.
Обычный ремонт, обычный линолеум, обычная ванная и обычные обеспокоенные родители. Она взяла и представила меня как какого-то знакомого, который забежал просто позвонить, или переждать дождь, к примеру. Ни грамма стыда, ни капли заискивания. Ни намёка на самодовольство от такого приобретения как я...
Вот она моет руки, а я стою сзади и просто не могу не обнять её. Она такая домашняя и спокойная. И я абсурдно чувствую себя как тот мужик, что очень долго не был дома и вот, наконец, добрался. Домой. К ней.
А потом были котлеты на тарелке с цветочками, чай в зверском стакане на поллитра, и то как она размешала мне сахал в этом дрянном чае, будто делала всё это годами. Для меня. Со мной.
А потом мы хохочем как ненормальные подростки над ерундой за столом. И у меня зудит затылок от ожидания подзатыльника и окрика, что за столом ржать нельзя. Я просто уверен - где-то за моей спиной охуевают два взрослых человека. Таких же взрослых как я. А я вот он, сижу и точно мальчишка ржу не знаю над чем.
Она красивая, когда смеётся. Просто охуенная! Хочу её вот прямо сейчас - сил нет! Поэтому рванул курить к машине, пока она там, голенькая, плещется под струями обжигающе горячей воды, а у меня всё плывёт и голова кружится то ли от резкого переизбытка некотина в крови, то ли от мыслей блядских.
Успокоился немного, поднялся назад, потому что обещал. И тут, словно удар под дых, эта пижама для маленьких правильных девочек-пятиклассниц. Ноль косметики на лице, влажные волосы в полотенчике.
Что я делаю? Что?! Сушу волосы девочке, потому что с мокрыми спать нельзя. Подушка мокрая и холодная и прочая херня. Ещё бы косички заплёл и сказку прочитал, бля!
Тёмные волосы по подушке рассыпались, точно волны в море. Одуряющий фруктовый запах и два образа накладываются один на другой: той далёкой, раскрасневшейся от желания и удовольствия нимфы, и этот, девочки в пижаме, розовой от лёгкого смушения. И эти два образа, как один и тот же негатив, наложились и совпали.
Совпали!
Спустя пять лет я нашел её. Нашёл! Только что мне с этим знанием делать? Пойти и предъявить ей претензии? А какие, собственно, претензии? В чём её обвинять? В собственном удовольствии? В проблемах? Потраченных нервах? Это всё я организовал себе сам. С её стороны только удовольствие и всё.
И единственное что осталось и горит сейчас во мне - это вопросы: зачем? И почему именно я?
Я злой и взбешенный от этих вопросов. И от сжигающей ревности к самому себе. Я хочу её всю себе. Хочу помнить каждый миг нашей той близости, а она отняла это у меня!
Мысли вращаются, как карусель двигаясь по кругу, и я уже не знаю чего хочу больше: трахать её, придушить, вытрясти ответы на мои вопросы, или не видеть никогда. Убивает понимание, что она сейчас там спит, а я тут, курю одну за одной сигареты и не могу успокоиться. Не могу, черт её дери, потому что для успокоения нужна она!
В какой-то момент голова просто устаёт от перегруза и требует отдыха. Приходится ехать домой. Принимать душ, чистить зубы. Механические действия успокаивают. Сигареты кончились и новых я купить не подумал, поэтому прям так, подгрёб к себе одеяло кучей и отрубился до утра.
Утром я снова торчал у её подъезда. Как солдат, сука, несущий вахту. Побритый, начищенный и приодетый. Во мне пара чашек крепкого кофе и новые порции некотина. Жду ядовитую заразу, отравившую мне жизнь и спокойствие за пару дней настолько, насколько ни одна не смогла бы.
Время шесть, шесть сорок две, семь восемнадцать...
Дверь подъезда хлопнула, выпуская её родителей. Они хмурые. Смотрят на меня как на предателя. Мне это не нравится, поэтому я оттолкнулся от тачки и пошёл к ним.
- Доброе утро. - пришлось разжать челюсти и выдать дебильную фразу. - Где Рита?
- Рита уехала. - её мать смотрит волком. - Что вы ей сказали или сделали, что моя дочь снова решила уехать от нас?!
- Ничего. - я удивлён не меньше их. Нет, не удивлён. Я в ахуе. Эта зараза снова сделала ноги от меня, так и не объяснив ничего!
- Зачем вы сегодня приехали? - продолжает наседать её родительница. Она сжимает кулаки, наверное, чтобы не начать тыкать в меня пальцем, или чтоб не охуярить по морде.
- Забрать и увезти на работу. - выдаю автоматически, всё ещё переваривая её новый побег.
- С каких это пор начальство лично забирает и возит подчинённых?! Что вам нужно от нашей девочки?! Вы преследуете её?!
- Мне нужны ответы, которые есть только у нее. - всё, я собрался с мыслями. Голова заработала чётко, будто переключили тумблер.
- Можно было просто позвонить и спросить. - выдаёт отец, переключая внимание с жены на себя. - Не устраивать этот балаган вчера. Не пугать.
- Куда уехала ваша дочь?
- Вы что, совсем рехнулись?! - женщину передо мной трясет. Мужчине приходится обхватить её за плечи. - Вы преследуете Риту, а я вам должна сказать где её найти?!
- Вы взрослый человек, Марк. - говорит Сергей Юрьевич. - Рита домашняя хорошая девочка. Оставьте её в покое. Найдите кого-нибудь другого, кому это будет надо и развлекайтесь. Не думайте, что я не увидел, как вы смотрели на мою дочь. Вы же просто сломаете ей жизнь собой. Не для вас она. Не для игр. Очень прошу - оставьте.
- Это вам. - мне в грудь прилетает рука с пакетом. Я на автомате просто поймал его. - Рита просила передать, если вдруг вы приедите. Ну или выбросить. А теперь только попробуйте ещё раз сказать, что мужчина покупающий дорогое бельё девушке хочет только поговорить!
И вот я снова один. Боковым зрением увидел, что с парковки выруливает тонированная тачка. Она приехала сюда за мной и теперь тихонько сруливает. Я взбесился. Выжал педать газа, не жалея двигателя и покрышек, выскочил поперёк дороги, перегородив проезд.
- Что случилось, чувак? - в окно водителя выглянул никакущий мужик. Рядом, на пассажирском, сидит бугай и не делает ни одной попытки двинуться с места.
- Случилось. - кивнул. - Что вы успели нарыть на Василевскую?
- Какую Василевскую, ты о чём мужик? - он вздёргивает брови в удивлении.
- Хорош выёбываться. Я знаю, что вы её пасёте. Вовка вчера сказал, что ищет как нам эту суку размазать. Так что я в курсе выших передвижек.
- Вот когда я инфу Владимиру Анатольевичу передам, тогда и решайте что с ней делать. Я на него работаю, не на вас.
- Давай по-хорошему сделаем. Сколько ты хочешь, чтоб инфу мне слить, а ему выдать, что я скажу? Давай, не упрямься. За упрямство тоже отхватить можно.
- Слушай, я на него работаю, Марк Анатольевич. Просто дайте мне ему всё передать, и вместе решайте что и как.
- Ты не слушаешь. - я покачал головой.
