Милен повернулась, чтобы уйти. Ей больше ничего не хотелось, но сестра вдруг схватила ее за руку.
- Не уходи, побудь со мной. Мне очень плохо и сейчас ты мне нужна. Пожалуйста, останься. – По щеке Лейлы скатилась слеза.
Понимая, что они обе сейчас разревутся Милен вдруг хихикнула кивая на стопку журналов на столе.
- Все уже сказано, Лей, так может все же посмотрим, что там?
Лейла прижала Милен к себе.
- Давай присмотрим платье и для тебя тоже.
Сестра с радостью откликнулась.
- Давай, только в один день двух свадеб не будет ни за что.
- Куда еще роднее? – Лейла улыбнулась и потянула Милен за собой на диван.
***
Шон больше всегда общался с Дитером, но сейчас Болен с Марселу отправился в детский кинозал, а парни остались ждать в сквере на лавочке. Томас кидал на Шона вопросительные взгляды, но тот делал вид, что его чертовски занимают облачка на небе, травка на газоне, цветочки в клумбах.
- Значит, нас покидаешь? – Андерс в конце концов не выдержал. – Навсегда, или до первой ссоры с женой?
- Не то и не другое. - ответил Бин продолжая лицезреть природу вокруг скучающим взглядом. - Я просто еду домой, к своей семье.
- Жаль, что все сложилось так. Я буду скучать по Марселу.
- Это пока у тебя не появятся свои дети. Я тоже так думал в свое время о племянниках. А сейчас живем с сестрой в сорока минутах друг от друга, а детей я не видел уже года три.
- Ты солгал? – Вдруг спросил Томас прямо.
- В чем?
- Ты знаешь. Ты ведь не вернешься в Брайтон, да? И в гости приезжать тоже не будешь, и жизнь так закрутит, что и у нас времени не будет. Сначала, звонки по телефону, фото на почту, потом все реже и реже и наступит момент, когда мы перестанем писать и даже забудем о дне рождения. Вот тогда связь и оборвется окончательно.
Шон серьезно взглянул на Томаса. Отпираться не было смысла. Они все знали, но просто отказывались произносить вслух. Знала даже помешанная Лейла, но ей было легче обманывать саму себя.
- А будь ты на моем месте, как бы поступил?
- Так же как и ты. Никто из нас тебя ни в чем не винит. Ты не должен никому, кроме своего сына.
- Как бы хотелось, чтобы все это было кошмарным сном. – Бин устало потер глаза. – Я устал. Я хочу покоя.
- Значит, прощаемся сегодня навсегда?
- Нет. Я еще буду гулять на ваших свадьбах, так что просто вы от меня не отделаетесь.
В это время они увидели Дитера ведущего Марселу за руку в их сторону.
Андерс взглянул на Бина с легкой улыбкой.
- Ну что, прогулка продолжается?
Прода от 17.06.2023, 13:03
Глава 19.
Лейла прижимала к себе Марселу глотая слезы. Шон ее не торопил, понимая, как ей тяжело расставаться с мальчиком. С началом нового этапа в жизни пришла старая боль, но теперь эта боль стала будто материальной, физической. И это в полной мере ощущали все.
- Ты уверена, что не хочешь поехать с нами в аэропорт? Я не против.
- Нет. – она отрицательно замотала головой. – Пусть все закончится здесь. Если я поеду с вами, то можешь поверить, я найду к чему придраться даже у трапа самолета.
- Верю. – Шон попытался улыбнуться, но улыбка скорее напоминала гримасу.
Лейла повернулась к Дитеру.
- Дитер, присмотри за Сэлом, мне нужно кое – что отдать Шону. – она взглянула на Шона. - Пойдем со мной.
***
Шон безропотно последовал за ней в кабинет. Там Лейла отперла сейф и достала оттуда видеокассету.
- Что это?
- Это я нашла, когда разбирала ее вещи. – Лейла протянула ему черно – белый прямоугольник. - Это тебе. Возьми.
Шон взял коробку, повертел кассету в руке.
- А я думал, ты устроишь очередную истерику, что я не имел прав делать Эбигейл ребенка. Что там?
« Твой звонок «? – прочитал он надпись маркером. - Что это такое?
- Я же сказала, что ты волен жить с кем, и как пожелаешь. Знаешь, я совершенно забыла. Когда вы только начинали встречаться и ссориться Триш записала это для тебя. Она хотела посвятить эту песню вашей первой серьезной ссоре, когда вы разошлись на несколько недель, помнишь? Тогда ты ей заявил, что ни знать, ни видеть ее не желаешь, и между вами все кончено.
- Да, было дело. Я каждую секунду помню, Лейла. Она тогда первая пошла на перемирие, а я без нее едва не рехнулся от тоски. Как мы тогда целовались! Лейла, я не могу представить, как мне жить дальше без нее. Я пытаюсь, но не могу. Как мне строить все сначала? Такое ощущение, что я земли без нее под ногами не чувствую.
Последние слова Лейла благоразумно пропустила мимо ушей. Если она сейчас начнет говорить, то никогда не закончит.
- Видел бы ты, как она тогда переживала. Места себе не находила, бедняжка. Эту песню она посвятила тебе, Шон. Никто ее не слышал.
- Это как? – он зачем – то вернул кассету Лейле. - Она из воздуха появилась?
- Музыка, слова и аранжировка принадлежат Беатриш Джин Де Лери. Она лично сделала все от начала до конца. Уж не знаю, что там за песня, но судя по всему выдержана в ее стиле.
Шон улыбнулся. Девчонка – ураган.
- Тяжелый рок.
- Да. Роковая у нас была девочка.
- Чем это я такое заслужил, что Триш мне песни посвящала?
Лейла равнодушно пожала плечами.
- Тебе лучше знать. Берешь?
Шон снова нерешительно взял кассету. Надпись на коробке ни о чем ему не говорила. Сейчас он не был готов слушать и смотреть. Может когда – нибудь потом… Через пару – тройку десятилетий, на смертном одре, а может вскоре он не выдержит дикого давления и прослушает песню перед тем, как покончит с собой.
- Теперь я выполнила ее волю. Я знаю, Триш бы хотела, чтобы ты услышал ее.
- Спасибо.
- Ну, что ж, пришло время прощаться. Не хочу вас задерживать. Идем?
Она хотела пройти к двери, но Шон ее остановил взяв за руку.
- Подожди. - Лейла напряглась не зная, чего он хочет и Бин понял ее испуг. - Успокойся, я ничего тебе не сделаю. Я хотел еще раз сказать тебе спасибо за все. За поддержку, за понимание, даже за твои « заскоки «. Ты всегда помогала мне несмотря ни на что.
- Сейчас я об этом жалею, Шон. Не помогай я тебе, моя сестра была бы сейчас жива.
- Такова жизнь, Лей. Все мы там будем. Я всегда буду ее помнить, никогда не забуду. Клянусь.
Де Лери взглянула ему прямо в глаза.
- Не нужно клясться, Шон. Ты сделал, что сделал, и назад дороги нет. Нам всем жить с этой болью.
- Я рад, что мы поняли друг друга. Поняли же, да? – Он смотрел с надеждой, от которой зависела его жизнь.
- Жизнь покажет, Шон. – она мягко, но настойчиво высвободилась. – Извини.
- Лейла, я… - Бин не успел договорить, что хотел, потому что девушка уже вышла из кабинета.
Бин взглянул на кассету. Его кошмар никогда не закончится. Оставить ее здесь? Триш не вернется и это последняя ниточка, чтобы не забыть ее. А нужно ли ему помнить? У него уже есть тот, кто не даст забыть, даже если Шон сам захочет. Но нет, ему нужно испить эту горькую чашу до дна.
***
- Марселу, малыш, я очень – очень тебя люблю и буду безумно по тебе скучать, маленький мой. – Лейла держа мальчика умывалась слезами и трепала ребенка по светлым волосам.
Шон только в очередной раз тяжело вздохнул и устало потер ладонями глаза. Он чертовски устал. Все эти разговоры о вечной любви и разлуки действовали ему на нервы.
- Господи Боже, ты так говоришь, будто я его увезу на другую планету! Отсюда до Шеффилда час на вертолете. Чего ты начинаешь – то?
- Давай поменяемся местами, чтобы до тебя дошло. И вообще, не произноси при мне это проклятое слово « Вертолет «.
Шон уже жалел, что решил дать ей проститься с племянником дома, а не в сутолке аэропорта. Подвезти его вызвался Дитер, который обреченно вздыхал за спиной невесты, боясь даже представить, что с ней будет, как только за спиной Бина закроется дверь особняка с обратной стороны.
- Лей, ну перестань. Он прав, мы же можем ездить в Шеффилд на выходные. Шон, уже пора. До посадки полчаса, а тебе еще таможню и паспортный контроль проходить с ребенком на руках.
Лейла спустила малыша с рук и выпрямившись посмотрела Шону прямо в глаза.
- Поклянись, что говорил правду, Шон.
- Может тебе написать расписку и поставить свою подпись кровью?
Лейла вытерла слезы. Ей нужно сделать последний шаг на пути к свободе.
- Ладно, все. Идите. Дитер, я тебя прошу, проследи, чтобы все было в порядке.
- Началось! Дит, поехали, иначе я опоздаю на рейс. – Шон взял Марселу за руку. – Идем, зайчонок.
На пороге мальчик обернулся.
- Я тебя люблю, тетя.
- И я тебя люблю, мой хороший. Очень – очень люблю.
- Идем, Сэл, идем. – Шон потянул сына за руку и повернувшись вполоборота сухо кинул остальным присутствующим. – Всем счастливо.
***
Едва за ними закрылась дверь, как Лейла готова была плюнуть на все и рвануть за ними, но Милен успела ее остановить.
- Не надо, Лей. Все. Забудь. Живи дальше.
- Я чувствую, что теряю его, Милен.
Милен обняла сестру давая Лейле выплакаться.
- Ты его не теряешь, дорогая, ты все делаешь верно. Мальчику нужна семья, он будет расти рядом с отцом, а Эби сможет стать ему матерью. Подумай, Лейла, это правильно. Пришло время отпустить прошлое. Ты скоро выйдешь замуж за любимого человека, вот о чем ты сейчас должна думать.
Предоставь Шону самому повзрослеть.
Лейла через силу улыбнулась.
- Я постараюсь. Я очень постараюсь, Милен.
***
- Может лучше я вас отвезу на машине? Ехать не так и долго. В самолете с маленьким ребенком…То еще удовольствие.
- Дитер, я должен сам.
- Вас встретят?
- Возьму такси.
Болен внимательно изучал Бина и понял, тот уперся намертво почувствовав свою самостоятельность.
- Как знаешь.
Однако Шон все же изменил свои планы. Он попросил Дитера заехать в цветочный магазин, а потом отвезти его на кладбище.
- Побудь с Марселу. Я не долго.
Болен не стал ничего спрашивать. Все было ясно. Стоило Шону выйти из машины Дитер повернулся к мальчику. Марселу был занят тем, что пытался сломать очередную игрушку.
- Твой папаша, Сэл, ненормальный.
Прода от 18.06.2023, 08:21
Глава 20.
БЕАТРИШ ДЖИН ДЕ ЛЕРИ. 12 июля 1971 – 23 сентября 1995.
На серой гранитной плите были выгравированные слова любимой песни Триш.
« ПОЗОВИ МЕНЯ СРЕДИ НОЧИ
Я ПРИДУ К ТЕБЕ С ХОЛОДНЫМ ДОЖДЕМ
ПОЗОВИ МЕНЯ И СКВОЗЬ РАССТОЯНЬЯ МЫ БУДЕМ ВДВОЕМ
МЫ БУДЕМ ВДВОЕМ… «
Сейчас смысл этих слов был прозрачен как никогда.
Шон положил букет кроваво – красных роз на могильную плиту. С того страшного дня он здесь не был. Сегодня он покинет этот город, закроет эту страницу своей жизни и начнет новую главу. Он потерял слишком много времени. Шон вдохнул и поднял глаза на фигуру ангела. Слез уже не было. Только сердце сжималось от дикой тоски. Мыслями он перенесся в тот страшный скандал, когда они едва не убили друг друга в прямом смысле. Если бы он тогда знал, какими пророческими станут его слова. Но теперь связь была разорвана и остались лишь воспоминания . И эти воспоминания были не самыми приятными, но Шон все же улыбался вспоминая децибелы криков. Черные волосы разметавшиеся по плечам, карие глаза метающие молнии и угрозы расправы с обоих сторон.
« - Я буду танцевать под дождем босиком и с бутылкой шампанского на твоих похоронах! День, когда ты сдохнешь, будет самым счастливым в моей жизни!
- Гори в аду, мразь!
- Если ты исчезнешь, я закачу грандиозную вечеринку по этому поводу!
- Я тебя ненавижу!
- Будь ты проклята, Триш, миллион раз!
- Ни за что я не доставлю тебе такой радости! Это я буду танцевать на твоей могиле, козел!
- Я убью тебя! Клянусь, я тебя убью! Томас, пусти меня, я разобью ей башку! Сука!
- Сука, твоя придурашная Барби!
- Иди нахуй!
- Андерс, отпусти!
- Ну, давай, убивай! Ты больше ни на что не способен, только с женщинами драться! Давай, чего ждешь? Боишься? Надо было тебя тогда пристрелить, сукин сын! Лицемер! Изменник! Ненавижу! Я ненавижу тебя, Шон! "...
Шон невесело усмехнулся. Иногда желания сбываются. Жаль, что не те. Да, тогда, выкрикивая эти фразы он именно так и думал, но сейчас…
- Черт возьми, Триш. Что же ты наделала, глупая? Надеюсь там, где ты сейчас, ты обрела покой, Триш. Прости, что у меня так и не хватило смелости признаться, что я всегда любил только тебя, но ты можешь быть уверена, всю эту любовь я отдам нашему сыну. Я клянусь, стоя здесь, у твоей могилы, что воспитаю нашего ребенка достойным человеком.
Постояв еще немного со своими мыслями Шон провел пальцами по холодной табличке.
- Ты всегда жива в моем сердце, Беатриш. Спи спокойно. Когда – нибудь мы с тобой там встретимся. Обязательно встретимся.
***
Шон сел в машину и уже готов был захлопнуть дверь, но Дитер его остановил.
- Тихо ты! Смотри. - Шон посмотрел на заднее сидение. Марселу спал крепко прижав к себе машинку. – Он всеми силами пытался оторвать ей колеса.
Шон тихо закрыл дверь и пристегнул ремень.
- На самолет не опоздаем?
- Издеваешься? Твой самолет уже на подлете к Шеффилду. Придется, либо ждать следующий рейс, либо я все же вас отвезу.
- Я не мог уехать не простившись с ней. Хоть немного стало легче на сердце.
- Надо было сделать это раньше.
- Если бы не отъезд, я бы наверно и не решился прийти сюда. Только на кладбище понимаешь, что ничего уже нельзя сделать.
- Почему же ничего? Можно. Например, жить дальше, а не хоронить себя заживо, как ты это делаешь всеми силами.
Бин улыбнулся.
- Не буду. Чувствую, Эбигейл закопает меня сама.
Дитер обвел взглядом пространство.
- Если бы Лейла знала, вцепилась бы в тебя мертвой хваткой. Так что решил, уезжаешь или остаешься?
- Мой дом там, где моя жена и мой ребенок. Поехали, Дитер, заводи машину. Меня здесь больше ничего не держит.
Болен завел мотор и машина плавно тронулась с места.
- Ну, как знаешь, Шон. Надеюсь, ты не совершаешь очередную ошибку.
Шон промолчал уставившись в окно.
Прода от 19.06.2023, 12:26
Глава 21.
Эбигейл лениво перемешала овсянку, но есть ей хотелось меньше всего. Напряжение в доме так и витало в воздухе. Рита молча пила кофе. Брайан так и не появлялся и не отвечал на звонки. После тридцати лет брака семья разваливалась у нее на глазах. Но разве можно отвернуться от своих детей? Нет, все же Рита поступала правильно. Брайан всегда был таким. Он никогда не принимал особого участия в их воспитании, а теперь обижался, что жена пытается спасти семью сына от распада.
Эбигейл отодвинула тарелку.
- Ты снова ничего не съела. Милая, так нельзя, тебе нужно питаться.
- Нет аппетита.
- Да ты же сегодня целый день ничего не ела. Эби, если ты не думаешь о себе, то подумай о ребенке.
- Я ненавижу овсянку, а от всего остального меня начинает тошнить.
- Хотя бы сок выпей. Уж от сока тебе плохо не станет. Послушай, если ты не будешь есть это отразится на беременности.
- Знаете, что на ней отразится? Если Шон не вернется. Я не могу ни о чем думать пока он в Брайтоне.
- Нельзя так себя изводить, Эби. Ты только хуже себе делаешь. Ты взгляни на себя, девочка. Сейчас тебе нужно думать о ребенке, а о Шоне будешь думать потом.
Тут в гостиной раздался шум. Переглянувшись Рита и Эбигейл встали из – за стола и поспешили на шум.
