- Шон?
Он невольно выдохнул. Страх на мгновение отступил.
- Привет, родная. Как ты?
Она попыталась улыбнуться.
- Сними ее. Пожалуйста.
- Родная, нельзя. Тебе так легче дышать.
- Все в порядке, просто сними ее с меня.
Но Шон не сдвинулся с места.
- Почему ты там стоишь?
- Ближе не стоит, детка. Наказ Морриса оберегать тебя.
Ее взгляд наконец обрел фокус и его силуэт перестал быть расплывчатым и далеким.
- Ты в маске? Все так плохо? Ты чего там завис? Я пока жива, можешь меня поцеловать.
- Бывало и лучше. Ты здесь не при чем. Нельсон взял с меня клятву, что я к тебе близко не подойду, и я ему обещал. Поверь, это для твоей же безопасности.
- Ну, раз ты не хочешь, я сама ее сниму.
- Эби! – Шон сделал шаг в ее сторону, но остановился.
- Так чертовски лучше. – она откинула кислородную маску и облизнула белые потрескавшиеся губы – Ненавижу ее. Как видишь, я и без нее пока прекрасно дышу. После химий мне так плохо, что и дышать больно, вот ее и одевают. С каждым днем все хуже. – Голос был хриплым и надорванным.
- Ничего, потерпи. Сделают операцию и ты поправишься. Клянусь, ты обязательно поправишься.
- Угу, устала считать дни. Знаешь, мне не страшно умирать, я почти смирилась. Мне страшно не за себя, а за вас.
- Тогда просто не считай. Не надо.
- Да, ты прав,на том свете счет дней уже не важен.
И Шон понял, если она не прекратит он не выдержит и заорет на нее.
- Нет, Эби, не на том. Только что Нельсон сказал, что операция назначена через три дня.
- Опе… Что?
- Три дня и весь этот кошмар закончится.
- Что? Нашли донора?
- Да.
- Мне никто ничего не говорил.
В этот миг у Бина было только одно желание – схватиться за голову. Снова все красиво свалили на него не поставив в известность. Что за люди?!
- Наверно просто не успели.
- Или же решили донести через тебя. Ну?
- Скорее всего. Но ведь новость отличная.
- Ты знаешь, кто?
- Что?
- Кто этот человек?
Шон на секунду запнулся, но было ясно, что именно от него она должна узнать.
- Знаю. Их даже двое, но спасти тебя сможет только один.
- Сразу двое? Шутишь?
- Это мы, Эбс.
Ее взгляд стал настороженно – неверящим.
- О чем ты говоришь, Шон? Кто это « Мы «?
- Мы – это я и Дилан. Мы оба сдали кровь на совместимость несколько дней назад. У нас стопроцентное попадание с тобой. Завтра Нельсон начнет подготовку.
Даже на расстоянии Шон услышал как она сглотнула слюну все еще не веря тому, что слышала.
- Ты и… Подожди – подожди, мой хороший, подробнее, пожалуйста. Ты подходишь на моего донора? Правда? Не мать, не отец, ни мои, ни твои родственники не подходят, а ты и Дилан… Быть не может. Моя жизнь зависит от моего же собственного мужа, а я узнаю только сейчас?
- Ну, я сам это узнал только вчера. Правда. На такое чудо мы сами не рассчитывали.
И здесь к ней наконец пришло осознание, что это не шутка.
- Ты… О Боже, ты спасешь мне жизнь!
- Да. Почти. Но это буду не я, а Дилан.
- Твой брат? Дилан станет донором? Стоп, что происходит? Ты только что сказал, что…
- Я потому и пришел. Мне нужно кое – что тебе рассказать, родная. Эби, я тебе жизнью своей клянусь, если бы я мог я бы не раздумывая не секунды это сделал, но я не могу, иначе это тебя убьет сразу.
- Прости, но я не понимаю, мой хороший. – Ее голос дрогнул.
- Твоим донором будет мой старший брат, твой бывший жених. Я не смогу.
- Но почему он? Почему не ты? Ты… Ты не хочешь? Ты боишься?
- Дело не в этом. Меньше всего я бы боялся отдать тебя всего себя. Здесь… В общем, Эбигейл, я вчера узнал, что моя кровь полностью идентична твоей, что несмотря ни на что мы полностью совместимы. Ты не представляешь, что со мной было, когда я это понял, но…
- Но? Шон, говори! Что « Но «? Да не молчи ты!
- Эби, у меня обнаружили ВИЧ. Я – ВИЧ инфицирован. Прости, родная. Мне очень жаль.
- Что - ооо?!
Прода от 17.05.2026, 11:52
Глава 155.
Evanescence – « Who will you follow «.
И он рассказал все, о чем молчал. Рассказал не скрывая ничего. Рассказал так, будто находился где - то за пределами этих стен. Он не говорил с женой прямо, он смотрел на город за окном невидящим взглядом и слова лились потоком сами собой. Эбигейл слушала не пытаясь его ни прервать, ни остановить и чем больше и эмоциональнее звучали сбивчивые слова, тем большей хотелось просто обнять этого мужчину, прижаться его к себе как маленького ребенка и забрать его боль себе. Но было страшно. Шон умел внести хаос в любую мелочную проблему, превращая ее в мировую трагедию, а сейчас это уже масштаб охватывающий не только весь мир, но и всю галактику. Осталось выяснить, когда его показной пофигизм рассеется, но бежать нужно уже сейчас, ибо это будет из разряда, планета в смертельной опасности или Шон Марк Бин на тропе войны против человечества. А вообще веселого не было ничего. Пережить еще это после всего, что уже было в их истории было крайне жестоко. Он не сделал ничего, чтобы заслужить такое и сейчас только она могла вернуть ему желание жить дальше, несмотря ни на что. Она Шона знала и без труда могла представить, как его разрывает на части, она физически ощущала, как его ломает эта правда, правда, от которой он не сможет сбежать, правда, которую он никогда не сможет забыть, правда, которая будет с ним до самого конца и он ничего не сможет изменить, но самое жестокое было, что он не сможет себя простить за то, что с ним произошло, хотя в этом не было его вины и никто и никогда не сможет стереть эти воспоминания из его сознания. Ее болезнь сейчас отошла на второй план. Все сейчас было не важно, кроме как помочь ему не натворить непоправимых глупостей, хотя судя по всему все это время он еще неплохо держался, раз ни намеком не выдал себя, но, кажется, крепость рухнула, когда эти слова он произнес глядя прямо ей в глаза. Надо было срочно остановить Шона от необдуманных поступков, а Эбигейл почему – то не сомневалась, что рано или поздно он сорвется и остановить его под силу только ей, но что она могла в ее состоянии, когда жизнь в ней едва теплится и с каждым днем она все слабее? Нет, она обязана сделать все возможное и невозможное, чтобы вытащить своего мужа из этой трясины.
Шон вздрогнул, когда ее ладони коснулись его спины.
- Эбигейл, не подходи ко мне. Отойди.
- Прости, иначе не могу.
- Я прошу, держись подальше.
Она чувствовала его напряжение. Шон был как сжатая пружина.
- Посмотри на меня.
- Заклинаю – отойди.
- Нет.
Упрямство жены всегда выводило Бина из себя и этот раз не стал каким – либо исключением из правил жизни их семейства.
Шон резко повернулся.
- Я же ска… - Слова резко оборвались и закончил он уже шепотом. – зал.
Их глаза встретились и уже одним взглядом все было сказано. Один взгляд вместо любых слов. Шон замер.
Она медленно сняла с него медицинскую маску словно гипнотизируя. Против нее он был бессилен, но все же еще попытался.
- Не надо, Эбс, не рви мне душу. Я… Я не могу.
Она приложила палец к его губам заставляя замолчать.
- Тссс… Все хорошо, не говори ничего.
Она сейчас была словно снежная королева. Шон не мог отвести от нее взгляд. Он словно впервые видел ее.
- Нельзя…
- К дьяволу все. Я никому не позволю забрать тебя у меня. Чтобы не случилось ты должен знать – у тебя есть я и вместе мы со всем справимся.
- Ты понимаешь, чем рискуешь? Я не могу позволить тебе…
- Тогда попробуй останови меня. Все просто, мой хороший, меня остановит разве что смерть, когда дело касается тебя.
- Я же о тебе думаю, глупая. Эбс, если с тобой не дай Господи что – то случится я себя в жизни не прощу.
- Думал бы ты обо мне, ты бы сюда не пришел и не рассказал обо всем.
- Не понял? – Переспросил Бин.
- Я понимаю, что ты давным – давно разбазарил это всем, а ко мне пришел только потому что понял, что вскоре узнаю и я, а такая рокировка помешает твоим планам скрыть эту правду. А теперь оскорбись и скажи свое веское « Не правда! «
И Шону нечего было даже ответить. Все было именно так, он жестко ступил рассказав всем и оставив признание жене на десерт. Вернее он и не собирался посвящать ее в свои эмоциональные проблемы, если бы диагноз не выбил почву у него из – под ног.
- Эбигейл, ты крайне проницательна.
И она пошла с козырной карты. Здесь все зависело от скорости и хитрости. Стоит ему сообразить, к чему она ведет и он вступит в игру по своим правилам. То есть это будет бой без всяких правил.
- Ты от меня не избавишься, ибо теперь я не имею права умереть и оставить тебя хоронить себя заживо.
- Извини?
- Брось, мой хороший, ты уже прокручиваешь возможные варианты самоубийства. Шон, я тебя знаю лучше, чем ты сам себя знаешь.
- Эби, сейчас надо обсуждать не мои действия, а…
- Все просто. Мы с тобой - одно целое, потому ты от меня никуда. Я буду твоей тенью и днем и ночью.
- Бред какой – то, право слово! О чем ты говоришь, Эбигейл? Ты вообще хоть что – то поняла из моих слов?
- Тебе по пунктам подробно пересказать? Я больная, а не тупая. Ладно, теперь давай серьезно. Что ты намерен делать?
- Еще раз, пожалуйста. Что я намерен делать? В каком смысле? Что я должен делать?
Она только вздохнула. Иногда муженек своим искренне ненаигранным поведением путал все карты. Именно это сейчас Шон и демонстрировал.
- По – моему, ты окончательно запутался в том, зачем вообще мне все рассказал, чего хочешь сам и как будет дальше.
- Честно? Да, то есть нет, я… Короче, я не знаю… Нет, я знаю… Да твою ж мать, блять!
- Успокойся, дорогой. Я не в чем тебя не обвиняю, но с таким подходом к делу это будет сущий кошмар. Иди сюда.
Она взяла Шона за руку и усадила рядом с собой на кушетку.
- Ты выговорился, скинул этот груз с души, теперь колись полностью.
Шон смотрел на жену, как смотрит на человека бездомный голодный щенок на дороге под дождем.
- Что?
- Так, начнем все сначала. Если тебе так трудно ответить на элементарные вопросы, то придется сделать это за тебя. Можно я попробую сдать экзамен на то, насколько хорошо я тебя знаю?
И тут Шон наконец очнулся. Он ведь вовсе не собирался вести долгие разговоры.
- Эби, ты понимаешь, что как раньше уже не будет?
- Ну наконец – то! Пришел в себя. Здравствуйте, мистер Бин.
- Очень смешно.
- Лучше смеяться, чем рыдать. Итак, я слушаю. Как понимаю у тебя есть варианты развития ситуаций в самых разных направлениях.
- Я в панике, я в ужасе, я совершенно не понимаю, что происходит. Только все стало налаживаться и снова! Нам это все за что?
- Знаю, ты – атеист. По крайне мере утверждал, что тебе сам черт не брат, но по – моему все куда прозаичнее. Это – карма.
Шон уже тоже начинал об этом думать. Ну не может так не везти постоянно. Без темных сил точно не обошлось. Если проклятия Беатриш Джин имели силу, то это еще не конец, ибо она его проклинала при любом удобном случае.
- У этой кармы даже имя есть, не так ли?
- После Марселу я уже ничему не удивлюсь.
- Может стоит позвать священника и окрестить нас еще разок? Я больше так не могу, Эби!
- Тихо, милый, спокойно.
- Если честно, я даже верю, что это с нами не просто, но с другой стороны это жестоко. Де Лери и с того света не оставляет нас в покое. Вот тебе и ангел у нашего сыночка. Не думаю, что в наших семьях нагрешили настолько.
Эбигейл меньше всего хотела сейчас вспоминать погибшую соперницу.
- О чем ты думаешь, Шон?
- Правду? Не знаю. Ни о чем и обо всем. Я не знаю с какого края подходить к этим проблемам. У меня вся жизнь катится в пропасть, а я ничерта не способен исправить!
- Обещай мне не делать глупости. Шон, посмотри мне в глаза и поклянись, что ты…
- Эби, если бы все было настолько непоправимо я бы сразу после откинулся, способ бы нашел. Не из – за себя, не из – за тебя, из – за двоих детей. Не сделаю я ничего, успокойся.
- Тогда в чем дело?
- Не понимаешь? Я сейчас смертельно опасен для тебя. И так будет независимо от обстоятельств. Так теперь будет всегда. Для тебя, детей, для всех. Я буду каждую секунду бояться, что…
Если она поддержит эту тему, то они непременно поругаются. Его нужно было успокоить и средство, чтобы накрученный муж затормозил было только одно.
- Да и к дьяволу этот твой диагноз. Я не боюсь. Главное, что живой, все остальное не имеет значения. Как отнеслись родители?
- А что им остается? Если они от меня сейчас отвернутся, тогда точно все будет кончено. Господи, мне хочется, чтобы все это оказалось ночным кошмаром, чтобы я наконец проснулся и все было как раньше.
- Когда – нибудь так и будет.
- Я не хочу когда – нибудь, мне нужно сейчас. – Шон не сдержался и ударил по матрасу кулаком. - Сию секунду, мать его!
- Потерпи, мой хороший. Все образуется, вот увидишь.
За попытками совладать со своими эмоциями Бин потерял контроль расстояния между ними. И когда он это понял, то попытался встать, но ничего не вышло.
- Эбигейл, я понимаю, что ты стараешься поддержать меня, но это не лучшая идея.
- Мне абсолютно плевать. Ты останешься там, где находишься сейчас пока я не решу по – другому.
Губы Шона дернулись в улыбке.
- Да, хорошо, но не плевать Моррису. Он меня выставит как щенка и посадит на цепь, если я не буду держать слово. Я ему обещал и близко к тебе приближаться.
- А это и не ты вовсе, не кажется? Мне он простит, так что ты в безопасности, если я не захочу тебя помучать.
И Шон понял, он попал по – крупному. За всем этим они совершенно потеряли друг друга, а сейчас будто пелена с глаз спала. Как же он скучает по ней!
- Нет, нет, нет. Эби, я тебя умоляю, не делай этого. Нет.
Шон пытался хотя бы отодвинуться подальше, но это была ловко расставленная ловушка.
- Да. И только не говори, что ты этого не хочешь.
- Хочу. – до Шона быстро дошло, что он немного не верно сформулировал ответ. - То есть, хочу??? Я… А… Это…
- Бин прекрати заикаться и расслабься. Я не собираюсь тебя насиловать.
- Еще бы ты решила.
- Или не решила. - Томно протянула Эбигейл касаясь пальчиками его рубашки.
Шон сглотнул. Что – то в палате стало вдруг как в кратере действующего вулкана.
- Или не решила. Что – о ?! Эби, ты не посмеешь. Нет, Бога ради, нет!
- Я все сделаю сама, от тебя требуется только расслабиться и прекратить этого извечный разговор.
- Ты соображаешь?!
- Просто помолчи немного, ладно? Ты помнишь секс в камере?
Шон бы предпочел навсегда забыть тот опыт и никогда бы не признался, что был бы не прочь испытать это снова. Судя по его довольному виду Эбигейл поняла, что он заводится.
Супруг отчаянно пытался отпираться.
- Это не камера в следственном изоляторе! С ума сошла?! Здесь же… Здесь же чисто, стерильно и… Эбс, это явно не место для секса. Маски, трубки, капельницы, шприцы, и вообще этот запах сводит меня с ума.
- Заметь, я ни слова не говорила о сексе, мой хороший.
- Ну да, конечно, но… Вообще – то, милая, если ты прослушала, я повторю еще раз, меня изнасиловали!
Это не оказалось весомым аргументом.
- А твой приятель на меня так реагирует, или на воспоминания как тебя имели мужики?
