- Ты прав, папочка.
Он помог ей подняться и только потом обратил взор на того, кто нарушил их уединение.
- Что нужно, Инхаст?
Лия посмотрела на него, стараясь скрыть свой интерес. Обычный мужчина, человек, даже не драук, на мага тоже не тянет, значит, с его стороны можно не ждать угрозы.
- Светлого заметили на востоке. Спугнули почти у самого сада, - доложил он.
- Вот, значит, как, - протянул Ааронд. – Направь туда отряды. Я буду у себя, попытаюсь найти его… другим способом. Лия, - обратился он к дочери. – Я отведу тебя в беседку. Посиди там, пока не придешь в себя. Я прикажу принести чай.
- Да, папочка.
Ааронд взял ее под руку и, как маленькую, медленно и осторожно повел к большой, сплошь увитой цветущим плющом беседке. Лие она никогда не нравилось, но спорить с ним она не решилась. Для начала она поговорит с Рэном, он-то точно знает, что происходит.
Король удалился, одарив ее еще одним встревоженным взглядом. Неужели она ведет себя неправильно? Хотя, она ведь понятия не имеет, что должно быть правильным. Каких действий может ждать от нее отец? Как действует эта его магия?
Служанки принесли чай и вновь оставили ее одну. Пирожные выглядели заманчиво, но мысли, сновавшие в голове, перебивали аппетит.
- А в детстве ты не позволила бы чему-то сладкому вот так спокойно лежать на тарелке.
Лия испуганно вскинула глаза. В беседку зашел молодой мужчина. Не очень высокий, явно ниже Рэна, со светлыми, отдающими солнечной рыжиной волосами и загоревшей до золотистого тона кожей. Он был совсем не похож на жителей Долины Роз, да и всего Дарана тоже, хоть и был одет как селянин. Вся его внешность просто кричала, что он явился со Светлой стороны.
- Я могу присесть?
Не дожидаясь ответа он сел напротив нее. И только теперь девушка осознала, что здесь их никто не может увидеть. Плющ надежно прятал всех, кто находился в беседке, от посторонних взглядов.
- Ты так и будешь молчать?
Он явно был недоволен, и Лия решила ответить.
- Зачем что-то говорить своему убийце?
- Что за чушь ты несешь? – возмутился он. – Я здесь, чтобы тебя спасти!
И тогда она его вспомнила. То нападение светлых, он был там и тоже кричал, что хочет ее спасти!
- И отчего же меня спасать? Я дома, вокруг только родные и любимые.
- Вот как, - парень напряженно усмехнулся. – Родные и любимые, значит. Я наблюдал за тобой. Единственный, кто хоть как-то тянет на эту роль, тот драук. Остальным на тебя плевать.
- Да что ты…
- Как они тебя называют? Лия? Бред! Ты моя сестра, Эмми, и я пришел, чтобы забрать тебя отсюда. Я развязал войну, чтобы забрать тебя отсюда!
- Тогда ты – монстр! – закричала Лия. – Убирайся отсюда!
Он встал.
- Я думал, ты сама сможешь меня вспомнить, но нет. Он обещал помочь. Если это сработает… Я буду ждать тебя там, где ручей впадает в озеро. До рассвета. Потом у меня больше не будет сестры.
Девушка зажмурилась и закрыла ладонями уши, чтобы не видеть и не слышать его. Но, когда вновь открыла глаза, парня уже не было.
Рэн все не приходил. Время шло, утекали минуты, а его все не было. Лия взволнованно мерила комнату шагами. Она очень хотела с ним поговорить, но нигде не могла его найти. Опять. Он просто растворился. Как можно так теряться?
- Ну, почему ты опять нервничаешь?
Лия чуть не подпрыгнула от неожиданности. Кайрен стоял, облокотившись о дверь, а она так увлеклась своими переживаниями, что не заметила, как он вошел.
- Мне нужно с тобой поговорить!
- Я тут и весь твой, - улыбнулся он.
И от этой улыбки мысли у нее потекли совершенно в другом направлении.
- Я спросить хотела… про папу… и про тебя…
- Да? – он подошел к ней.
Лия попыталась взять себя в руки, но его присутствие рядом лишало всякой возможности связно мыслить. Что с ней такое?
- Да… Хотела…
- И чего же ты хотела, - нежно улыбнулся Рэн.
- Я… хотела спросить… Что со мной сотворил отец? – с трудом проговорила она.
Рэн ласково провел по ее щеке.
- Это всего лишь страх. Он боится тебя потерять, как потерял ее, но не понимает, что цветы пускают корни и живут на одном месте, каким бы плохим оно ни оказалось, а вольная птица всегда будет стремиться к свободе. Ты – та самая птица, что уже готова расправить крылья, что он подрезал тебе, считая, что так ты разучишься летать. Его ошибка, которую он упрямо не желает признавать.
- Я не понимаю…
- Лия, - он тяжело вздохнул, а затем посмотрел на нее с отчаянием, причин которого девушка понять не могла. Что же такое он пытается сказать?
В голове шумело, мысли путались. Магия, так может влиять только магия! Папа, что же ты наделал?
- Поцелуй, - прошептала она, глядя в его невероятные черные глаза, утопая в их, теряя себя. – Поцелуй… не заставляй меня умолять.
Пусть она не понимает его слов, чувства, вот, что есть у них.
- Я не могу, - он закрыл глаза, но всего на мгновение, а когда открыл, в них читалась решимость и страсть, огонь, которого так долго ждала Лия.
Он прижал ее к себе так крепко, что на теле точно должны остаться синяки, и впился в губы яростным поцелуем. Он стал ее дыханием, а она его. В эти минуты они делили на двоих весь мир. Рэн дарил ей свои чувства, но не мог отдать целиком. Она же не хотела, чтобы все заканчивалось. Она хотела большего.
- Прошу, - как только он отпустил ее, вновь прошептала Лия.
- Нет.
Он притянул ее к себе, даря ту нежность, которую она заслуживала. Его солнышко, которое он должен отпустить, чтобы не сгореть.
- Ты не понимаешь.
- Так объясни.
- Я не могу.
- Я верю тебе, и буду верить всегда.
- Если скажу, больше не будешь.
Она подняла голову, чуть улыбнулась и сказала:
- Я клянусь солнечным светом, давшим жизнь всему сущему, и изначальной тьмой, дарующей милостивую смерть. Я клянусь силой, струящейся в моих венах. Я клянусь перед ликом Светлой, и да не простит меня свет, если нарушу эту клятву. Я клянусь перед ликом Темного, и да поглотит меня тьма, если нарушу эту клятву. Я клянусь пред тобой, Кайрен, что любые твои слова дойдут до моего сердца, но не заставят тебя разлюбить. И так будет, пока свет царит днем, а тьма – ночью.
- Сумасшедшая, - выдохнул Рэн, обнимая ее. – Высшая клятва, которую невозможно нарушить, не лишившись силы, а то и жизни!
Глупая девочка, любящая его, истинное солнышко его жизни, какая тьма не царила бы в его душе, она еще не понимает, что наделала. А когда поймет, никто из них не в силах будет ничего изменить.
- Я люблю тебя, как же мне еще доказать это?
- Я верю тебе, просто…
- Ну вот, опять! – она вывернулась из его объятий. – Что теперь? Или может быть клятвы для тебя было недостаточно? Я связала свое сердце с тобой навсегда! Навсегда!
- Ты не понимаешь, - он в отчаянии схватился за голову.
- Конечно, не понимаю! Ты же не можешь мне все просто взять и объяснить!
- Эмилия…
- Что? – девушка с неверием посмотрела на него. – Неужели за все это время ты даже не запомнил моего имени? Так напомню, - она вскинула подбородок. Не давая пролиться слезам обиды. – Меня зовут…
- Эмилия, - глухо повторил Рэн.
Отвернулся, но лишь на мгновение, словно собираясь с мыслями. А затем его фигура подернулась дымкой, словно он начал растворяться в воздухе. Свет в комнате померк. Даже воздух словно стал тяжелее.
- Нет…
Она не договорила. Внезапная боль прошла через каждую клеточку ее тела, оно перестало случаться ее. Лия хотела закричать, но не смогла. Не в силах сделать вдох, открывая рот, пытаясь поймать ускользающий воздух, девушка чувствовала, что слезы, теперь уже от боли, градом скользят по ее щекам. Почему? Что он делает с ней?
- Что? – просипела она, ощутив, что ноги перестали держать, и каменный пол становится ближе.
Она не упала. Рэн поймал ее, сел сам на пол и бережно опустил на свои колени. Он прижимал ее к себе, баюкая как ребенка.
- Прости меня, но я не могу иначе. Потерпи, скоро все кончится.
От его рук струился темный свет.
Кончится? Девушке хотелось бежать от него. Ей казалось, что она умирает, потому что больше всего это было похоже на агонию, предсмертную агонию, когда тело выгибает судорогой, и нет сил терпеть боль, а от крика можно сорвать голос. Вот только, возможности кричать нет, и лишь слезы крупными каплями катятся по щекам.
- Потерпи, - шепчет Рэн, губами собирая хрустальные слезинки. – Потерпи немного.
Долгожданная тьма приходит на помощь, пряча в своих чертогах. Но даруемое ей спокойствие только кажущееся.
Во тьме ждут монстры пострашнее. Образы, люди, события.
Все то, чего не может быть.
Все то, чего не должно было быть.
Все то, что уже было, теперь повторяется вновь.
…Мама.
Женщина с волосами цвета закатного солнца. Но она другая, не такая, как должна быть. Не такая, как на парадном портрете в замке отца. Старше? Серьезнее? Нет, просто игра воображения, ведь эта женщина точно знает, чего она хочет.
А с ней рядом мужчина. И отчего-то Лия точно знает, что именно он – ее отец. Крепко сбитый, напоминающий медведя. Человек. Маг.
И мальчик, совсем маленький, смешной, рыжий как солнечный лучик. Противный и приставучий. Родной и любимый.
- Эмми, не обижай брата, - смеясь, кричит мама.
Ведь дети, они такие дети, не могут усидеть на месте.
- Никогда…
…Мама.
Она другая, снова другая, испуганная, сжавшаяся, словно ставшая старше на много лет.
Она знает, что ей не спастись, знает, что все скоро будет кончено. Но верит, что все еще можно изменить.
- Эмми, я буду всегда тебя любить, клянусь тебе светом и изначальной тьмой, клянусь силой, которая теперь течет в твоих венах, - она обняла ее, улыбаясь, легко подталкивает рукой. – Иди.
- Мама…
И она видит ее живой в последний раз через воронку портала…
… - Эмми, - Эстель никогда не сердится, но сейчас она недовольная. – Я сколько раз просила тебя не убегать без предупреждения!
- Прости, мама…
… - Сестренка, нам с тобой всегда приходят в голову дурацкие мысли, но, если это сработает, мы сможем сами решать, как нам жить. Герои вне интриг, помнишь?
Он вырос, тот рыжий мальчик. Как его имя?
Гиацинт. Гай. Ее брат…
Вот он кто.
Она не открывает глаз, но теперь не потому, что жаждет тьмы, как избавления от боли. Просто слез слишком много. Они прорываются сквозь ресницы, скатываются по щекам, губам, бегут по шее. Щиплются, потому что коже уже больно от соли.
Но эти слезы хорошие, еще немного и они унесут прочь все ненужное, лишнее, оставят только ее… настоящую.
- Рэн, - его рубашка, наверное, насквозь промокла. – Меня зовут Эмилия Миндаль, наследная принцесса Прайма. Дочь короля Вирана Прайма и королевы Тинары Прайм, - голос прерывается, звучит хрипло, но слова она произносит отчетливо.
- Да.
- Ты знал?
- Да.
- Давно?
- С тех пор, как ты здесь появилась.
- С первого дня, - с горечью сказала девушка.
Он прижал ее крепче. Боясь, что теперь, узнав правду, она больше не даст этого сделать, начнет вырываться. Оттолкнет его.
- Зачем ты это сделал?
- Я же говорил. Не могу обманывать тебя. Ты не была собой.
- А теперь стала, - горечь и яд наполняли ее слова. – Я не знаю, кто я? Лия? Эмми? У меня в голове две жизни, совершенно разные. Так какой мне верить?
- Решать тебе, но я буду рядом. Поддержу любое твое решение.
- Боишься, - она усмехнулась. – Не бойся, я помню свою клятву.
Эмилия высвободилась. С трудом встала, опираясь на Рэна. Она смотрела на него и видела страх потерять ее. Надежду, что для них ничего не изменилось. Всепоглощающую нежность, которая появлялась в его взгляде каждый раз, когда он смотрен на нее. Заботу, потому что после всего произошедшего, он не мог не волноваться о ней. Она видела все это в его глазах и понимала, что для нее ничего не изменилось. Она любила его будучи Лией, и точно так же любит теперь, став Эмилией.
- Я люблю тебя, - просто сказала она, решив, что ни к чему усложнять.
Он обнял ее вновь, зарылся носом в ее волосы, и только прерывистое дыхание выдавало его эмоции. Сколько они стояли так, слушая тишину и стук сердец друг друга?
- Теперь тебе нужно бежать.
- Зачем? – удивилась Лия.
- Он узнает. Он все поймет.
Она покачала головой:
- Если я сбегу, он меня догонит, и тогда мне точно не жить.
- Ааронд не убьет тебя. Ты стала ему дорога. Он… даже любит тебя.
- Наверное, учитывая этот фарс. Зачем ему было это нужно? Не могу понять, все смешалось.
- Это пройдет. Настоящие воспоминания вытеснят иллюзию, и все вернется.
- Но как ты сможешь мне помочь?
Рэн еще крепче прижал ее к себе.
- Он ждет тебя, твой брат. Я обещал помочь ему, если он увезет тебя как можно дальше. На Светлые территории, подальше от войны. Ааронд в ярости, и я боюсь, что не станет больше сдерживать свои силы. Обещание, данное мертвецу, не будет держаться вечно.
- Он приходил сегодня, но я не узнала его, - Лия вздохнула.
- Он не станет держать на тебя зла, он же твой брат. Пойдем.
Лия натянуто улыбнулась и приняла протянутую руку.
Все вокруг казалось частью сна. Хотелось оглянуться, потрогать что-нибудь, ущипнуть себя за руку, чтобы убедиться, что все это происходит на самом деле.
Они шли по дворцу, не встречая никого на своем пути. Кайрен позаботился об этом. Он держал девушку за руку очень крепко, словно боясь потерять ее.
- Я не смогу провести тебя прямо к брату, мне нельзя покидать территорию дворца, но я обеспечу тебе безопасную дорогу. Через сад мы пройдем быстро, есть один способ, о котором никто не знает.
- А пап… Ааронд? – поправилась Лия.
Она совсем запуталась, кто есть кто. И даже сейчас, понимая, что вся эта ее жизнь была выдуманной, пыталась соотнести то, что знала раньше. И не могла. Ааронд казался ближе и роднее, чем настоящий отец, брат – далекой сказкой, в которую не поверишь, пока не увидишь собственными глазами.
- Твой друг пока его отвлекает. Ну, - Рэн горько усмехнулся, - а в том, что касается жизни в самом дворце и его безопасности, Ааронд доверяет мне безоговорочно.
- Ты предаешь его, - Лия замерла, заставив и Кайрена остановиться.
- Да.
Простой ответ.
Они миновали все жилые помещения, свернув в сторону кухни. Только там можно было выйти, не привлекая внимания. Стражники не утруждали себя проверками хозяйственных помещений. Или это Рэн отдал такой приказ?
Ночной воздух наполнил легкие. Сейчас аромат роз казался еще более терпким, навязчивым, но все таким же загадочным. Лия шла, легко задевая кончиками пальцем закрывшиеся бутоны, и думала, что это последний раз, когда она видит их. Стало грустно, она успела полюбить этот сад, единственное, что не приводило в смятение мысли.
Но уйти вот так, оставив здесь Кайрена? Он стал ей дорог. Больше того, она его любит!
Но в хаосе мыслей всплывало имя человека, которому она тоже обещала свою любовь. Гиацинт. Смешной пухляш с копной рыжих непослушных волос. Таким он был давно, а сейчас стал мужчиной, но разве она должна любить брата меньше?
Глупые вопросы, чтобы ответить на которые, ей нужно немного времени.
- Пошли со мной, - произнесла она, не в силах больше выдерживать тягостного молчания.
Рэн не ответил, ведя ее одному ему известной дорогой.
- Я не шучу, пошли со мной, - повторила Лия.
Они подошли к высокой каменной стене, что окружала территорию дворца. Она была такой прочной, такой широкой и надежной, что никто из стражников не верил, что ее можно преодолеть.
Он помог ей подняться и только потом обратил взор на того, кто нарушил их уединение.
- Что нужно, Инхаст?
Лия посмотрела на него, стараясь скрыть свой интерес. Обычный мужчина, человек, даже не драук, на мага тоже не тянет, значит, с его стороны можно не ждать угрозы.
- Светлого заметили на востоке. Спугнули почти у самого сада, - доложил он.
- Вот, значит, как, - протянул Ааронд. – Направь туда отряды. Я буду у себя, попытаюсь найти его… другим способом. Лия, - обратился он к дочери. – Я отведу тебя в беседку. Посиди там, пока не придешь в себя. Я прикажу принести чай.
- Да, папочка.
Ааронд взял ее под руку и, как маленькую, медленно и осторожно повел к большой, сплошь увитой цветущим плющом беседке. Лие она никогда не нравилось, но спорить с ним она не решилась. Для начала она поговорит с Рэном, он-то точно знает, что происходит.
Король удалился, одарив ее еще одним встревоженным взглядом. Неужели она ведет себя неправильно? Хотя, она ведь понятия не имеет, что должно быть правильным. Каких действий может ждать от нее отец? Как действует эта его магия?
Служанки принесли чай и вновь оставили ее одну. Пирожные выглядели заманчиво, но мысли, сновавшие в голове, перебивали аппетит.
- А в детстве ты не позволила бы чему-то сладкому вот так спокойно лежать на тарелке.
Лия испуганно вскинула глаза. В беседку зашел молодой мужчина. Не очень высокий, явно ниже Рэна, со светлыми, отдающими солнечной рыжиной волосами и загоревшей до золотистого тона кожей. Он был совсем не похож на жителей Долины Роз, да и всего Дарана тоже, хоть и был одет как селянин. Вся его внешность просто кричала, что он явился со Светлой стороны.
- Я могу присесть?
Не дожидаясь ответа он сел напротив нее. И только теперь девушка осознала, что здесь их никто не может увидеть. Плющ надежно прятал всех, кто находился в беседке, от посторонних взглядов.
- Ты так и будешь молчать?
Он явно был недоволен, и Лия решила ответить.
- Зачем что-то говорить своему убийце?
- Что за чушь ты несешь? – возмутился он. – Я здесь, чтобы тебя спасти!
И тогда она его вспомнила. То нападение светлых, он был там и тоже кричал, что хочет ее спасти!
- И отчего же меня спасать? Я дома, вокруг только родные и любимые.
- Вот как, - парень напряженно усмехнулся. – Родные и любимые, значит. Я наблюдал за тобой. Единственный, кто хоть как-то тянет на эту роль, тот драук. Остальным на тебя плевать.
- Да что ты…
- Как они тебя называют? Лия? Бред! Ты моя сестра, Эмми, и я пришел, чтобы забрать тебя отсюда. Я развязал войну, чтобы забрать тебя отсюда!
- Тогда ты – монстр! – закричала Лия. – Убирайся отсюда!
Он встал.
- Я думал, ты сама сможешь меня вспомнить, но нет. Он обещал помочь. Если это сработает… Я буду ждать тебя там, где ручей впадает в озеро. До рассвета. Потом у меня больше не будет сестры.
Девушка зажмурилась и закрыла ладонями уши, чтобы не видеть и не слышать его. Но, когда вновь открыла глаза, парня уже не было.
***
Рэн все не приходил. Время шло, утекали минуты, а его все не было. Лия взволнованно мерила комнату шагами. Она очень хотела с ним поговорить, но нигде не могла его найти. Опять. Он просто растворился. Как можно так теряться?
- Ну, почему ты опять нервничаешь?
Лия чуть не подпрыгнула от неожиданности. Кайрен стоял, облокотившись о дверь, а она так увлеклась своими переживаниями, что не заметила, как он вошел.
- Мне нужно с тобой поговорить!
- Я тут и весь твой, - улыбнулся он.
И от этой улыбки мысли у нее потекли совершенно в другом направлении.
- Я спросить хотела… про папу… и про тебя…
- Да? – он подошел к ней.
Лия попыталась взять себя в руки, но его присутствие рядом лишало всякой возможности связно мыслить. Что с ней такое?
- Да… Хотела…
- И чего же ты хотела, - нежно улыбнулся Рэн.
- Я… хотела спросить… Что со мной сотворил отец? – с трудом проговорила она.
Рэн ласково провел по ее щеке.
- Это всего лишь страх. Он боится тебя потерять, как потерял ее, но не понимает, что цветы пускают корни и живут на одном месте, каким бы плохим оно ни оказалось, а вольная птица всегда будет стремиться к свободе. Ты – та самая птица, что уже готова расправить крылья, что он подрезал тебе, считая, что так ты разучишься летать. Его ошибка, которую он упрямо не желает признавать.
- Я не понимаю…
- Лия, - он тяжело вздохнул, а затем посмотрел на нее с отчаянием, причин которого девушка понять не могла. Что же такое он пытается сказать?
В голове шумело, мысли путались. Магия, так может влиять только магия! Папа, что же ты наделал?
- Поцелуй, - прошептала она, глядя в его невероятные черные глаза, утопая в их, теряя себя. – Поцелуй… не заставляй меня умолять.
Пусть она не понимает его слов, чувства, вот, что есть у них.
- Я не могу, - он закрыл глаза, но всего на мгновение, а когда открыл, в них читалась решимость и страсть, огонь, которого так долго ждала Лия.
Он прижал ее к себе так крепко, что на теле точно должны остаться синяки, и впился в губы яростным поцелуем. Он стал ее дыханием, а она его. В эти минуты они делили на двоих весь мир. Рэн дарил ей свои чувства, но не мог отдать целиком. Она же не хотела, чтобы все заканчивалось. Она хотела большего.
- Прошу, - как только он отпустил ее, вновь прошептала Лия.
- Нет.
Он притянул ее к себе, даря ту нежность, которую она заслуживала. Его солнышко, которое он должен отпустить, чтобы не сгореть.
- Ты не понимаешь.
- Так объясни.
- Я не могу.
- Я верю тебе, и буду верить всегда.
- Если скажу, больше не будешь.
Она подняла голову, чуть улыбнулась и сказала:
- Я клянусь солнечным светом, давшим жизнь всему сущему, и изначальной тьмой, дарующей милостивую смерть. Я клянусь силой, струящейся в моих венах. Я клянусь перед ликом Светлой, и да не простит меня свет, если нарушу эту клятву. Я клянусь перед ликом Темного, и да поглотит меня тьма, если нарушу эту клятву. Я клянусь пред тобой, Кайрен, что любые твои слова дойдут до моего сердца, но не заставят тебя разлюбить. И так будет, пока свет царит днем, а тьма – ночью.
- Сумасшедшая, - выдохнул Рэн, обнимая ее. – Высшая клятва, которую невозможно нарушить, не лишившись силы, а то и жизни!
Глупая девочка, любящая его, истинное солнышко его жизни, какая тьма не царила бы в его душе, она еще не понимает, что наделала. А когда поймет, никто из них не в силах будет ничего изменить.
- Я люблю тебя, как же мне еще доказать это?
- Я верю тебе, просто…
- Ну вот, опять! – она вывернулась из его объятий. – Что теперь? Или может быть клятвы для тебя было недостаточно? Я связала свое сердце с тобой навсегда! Навсегда!
- Ты не понимаешь, - он в отчаянии схватился за голову.
- Конечно, не понимаю! Ты же не можешь мне все просто взять и объяснить!
- Эмилия…
- Что? – девушка с неверием посмотрела на него. – Неужели за все это время ты даже не запомнил моего имени? Так напомню, - она вскинула подбородок. Не давая пролиться слезам обиды. – Меня зовут…
- Эмилия, - глухо повторил Рэн.
Отвернулся, но лишь на мгновение, словно собираясь с мыслями. А затем его фигура подернулась дымкой, словно он начал растворяться в воздухе. Свет в комнате померк. Даже воздух словно стал тяжелее.
- Нет…
Она не договорила. Внезапная боль прошла через каждую клеточку ее тела, оно перестало случаться ее. Лия хотела закричать, но не смогла. Не в силах сделать вдох, открывая рот, пытаясь поймать ускользающий воздух, девушка чувствовала, что слезы, теперь уже от боли, градом скользят по ее щекам. Почему? Что он делает с ней?
- Что? – просипела она, ощутив, что ноги перестали держать, и каменный пол становится ближе.
Она не упала. Рэн поймал ее, сел сам на пол и бережно опустил на свои колени. Он прижимал ее к себе, баюкая как ребенка.
- Прости меня, но я не могу иначе. Потерпи, скоро все кончится.
От его рук струился темный свет.
Кончится? Девушке хотелось бежать от него. Ей казалось, что она умирает, потому что больше всего это было похоже на агонию, предсмертную агонию, когда тело выгибает судорогой, и нет сил терпеть боль, а от крика можно сорвать голос. Вот только, возможности кричать нет, и лишь слезы крупными каплями катятся по щекам.
- Потерпи, - шепчет Рэн, губами собирая хрустальные слезинки. – Потерпи немного.
Долгожданная тьма приходит на помощь, пряча в своих чертогах. Но даруемое ей спокойствие только кажущееся.
Во тьме ждут монстры пострашнее. Образы, люди, события.
Все то, чего не может быть.
Все то, чего не должно было быть.
Все то, что уже было, теперь повторяется вновь.
…Мама.
Женщина с волосами цвета закатного солнца. Но она другая, не такая, как должна быть. Не такая, как на парадном портрете в замке отца. Старше? Серьезнее? Нет, просто игра воображения, ведь эта женщина точно знает, чего она хочет.
А с ней рядом мужчина. И отчего-то Лия точно знает, что именно он – ее отец. Крепко сбитый, напоминающий медведя. Человек. Маг.
И мальчик, совсем маленький, смешной, рыжий как солнечный лучик. Противный и приставучий. Родной и любимый.
- Эмми, не обижай брата, - смеясь, кричит мама.
Ведь дети, они такие дети, не могут усидеть на месте.
- Никогда…
…Мама.
Она другая, снова другая, испуганная, сжавшаяся, словно ставшая старше на много лет.
Она знает, что ей не спастись, знает, что все скоро будет кончено. Но верит, что все еще можно изменить.
- Эмми, я буду всегда тебя любить, клянусь тебе светом и изначальной тьмой, клянусь силой, которая теперь течет в твоих венах, - она обняла ее, улыбаясь, легко подталкивает рукой. – Иди.
- Мама…
И она видит ее живой в последний раз через воронку портала…
… - Эмми, - Эстель никогда не сердится, но сейчас она недовольная. – Я сколько раз просила тебя не убегать без предупреждения!
- Прости, мама…
… - Сестренка, нам с тобой всегда приходят в голову дурацкие мысли, но, если это сработает, мы сможем сами решать, как нам жить. Герои вне интриг, помнишь?
Он вырос, тот рыжий мальчик. Как его имя?
Гиацинт. Гай. Ее брат…
Вот он кто.
Она не открывает глаз, но теперь не потому, что жаждет тьмы, как избавления от боли. Просто слез слишком много. Они прорываются сквозь ресницы, скатываются по щекам, губам, бегут по шее. Щиплются, потому что коже уже больно от соли.
Но эти слезы хорошие, еще немного и они унесут прочь все ненужное, лишнее, оставят только ее… настоящую.
- Рэн, - его рубашка, наверное, насквозь промокла. – Меня зовут Эмилия Миндаль, наследная принцесса Прайма. Дочь короля Вирана Прайма и королевы Тинары Прайм, - голос прерывается, звучит хрипло, но слова она произносит отчетливо.
- Да.
- Ты знал?
- Да.
- Давно?
- С тех пор, как ты здесь появилась.
- С первого дня, - с горечью сказала девушка.
Он прижал ее крепче. Боясь, что теперь, узнав правду, она больше не даст этого сделать, начнет вырываться. Оттолкнет его.
- Зачем ты это сделал?
- Я же говорил. Не могу обманывать тебя. Ты не была собой.
- А теперь стала, - горечь и яд наполняли ее слова. – Я не знаю, кто я? Лия? Эмми? У меня в голове две жизни, совершенно разные. Так какой мне верить?
- Решать тебе, но я буду рядом. Поддержу любое твое решение.
- Боишься, - она усмехнулась. – Не бойся, я помню свою клятву.
Эмилия высвободилась. С трудом встала, опираясь на Рэна. Она смотрела на него и видела страх потерять ее. Надежду, что для них ничего не изменилось. Всепоглощающую нежность, которая появлялась в его взгляде каждый раз, когда он смотрен на нее. Заботу, потому что после всего произошедшего, он не мог не волноваться о ней. Она видела все это в его глазах и понимала, что для нее ничего не изменилось. Она любила его будучи Лией, и точно так же любит теперь, став Эмилией.
- Я люблю тебя, - просто сказала она, решив, что ни к чему усложнять.
Он обнял ее вновь, зарылся носом в ее волосы, и только прерывистое дыхание выдавало его эмоции. Сколько они стояли так, слушая тишину и стук сердец друг друга?
- Теперь тебе нужно бежать.
- Зачем? – удивилась Лия.
- Он узнает. Он все поймет.
Она покачала головой:
- Если я сбегу, он меня догонит, и тогда мне точно не жить.
- Ааронд не убьет тебя. Ты стала ему дорога. Он… даже любит тебя.
- Наверное, учитывая этот фарс. Зачем ему было это нужно? Не могу понять, все смешалось.
- Это пройдет. Настоящие воспоминания вытеснят иллюзию, и все вернется.
- Но как ты сможешь мне помочь?
Рэн еще крепче прижал ее к себе.
- Он ждет тебя, твой брат. Я обещал помочь ему, если он увезет тебя как можно дальше. На Светлые территории, подальше от войны. Ааронд в ярости, и я боюсь, что не станет больше сдерживать свои силы. Обещание, данное мертвецу, не будет держаться вечно.
- Он приходил сегодня, но я не узнала его, - Лия вздохнула.
- Он не станет держать на тебя зла, он же твой брат. Пойдем.
Лия натянуто улыбнулась и приняла протянутую руку.
Глава 11.
Все вокруг казалось частью сна. Хотелось оглянуться, потрогать что-нибудь, ущипнуть себя за руку, чтобы убедиться, что все это происходит на самом деле.
Они шли по дворцу, не встречая никого на своем пути. Кайрен позаботился об этом. Он держал девушку за руку очень крепко, словно боясь потерять ее.
- Я не смогу провести тебя прямо к брату, мне нельзя покидать территорию дворца, но я обеспечу тебе безопасную дорогу. Через сад мы пройдем быстро, есть один способ, о котором никто не знает.
- А пап… Ааронд? – поправилась Лия.
Она совсем запуталась, кто есть кто. И даже сейчас, понимая, что вся эта ее жизнь была выдуманной, пыталась соотнести то, что знала раньше. И не могла. Ааронд казался ближе и роднее, чем настоящий отец, брат – далекой сказкой, в которую не поверишь, пока не увидишь собственными глазами.
- Твой друг пока его отвлекает. Ну, - Рэн горько усмехнулся, - а в том, что касается жизни в самом дворце и его безопасности, Ааронд доверяет мне безоговорочно.
- Ты предаешь его, - Лия замерла, заставив и Кайрена остановиться.
- Да.
Простой ответ.
Они миновали все жилые помещения, свернув в сторону кухни. Только там можно было выйти, не привлекая внимания. Стражники не утруждали себя проверками хозяйственных помещений. Или это Рэн отдал такой приказ?
Ночной воздух наполнил легкие. Сейчас аромат роз казался еще более терпким, навязчивым, но все таким же загадочным. Лия шла, легко задевая кончиками пальцем закрывшиеся бутоны, и думала, что это последний раз, когда она видит их. Стало грустно, она успела полюбить этот сад, единственное, что не приводило в смятение мысли.
Но уйти вот так, оставив здесь Кайрена? Он стал ей дорог. Больше того, она его любит!
Но в хаосе мыслей всплывало имя человека, которому она тоже обещала свою любовь. Гиацинт. Смешной пухляш с копной рыжих непослушных волос. Таким он был давно, а сейчас стал мужчиной, но разве она должна любить брата меньше?
Глупые вопросы, чтобы ответить на которые, ей нужно немного времени.
- Пошли со мной, - произнесла она, не в силах больше выдерживать тягостного молчания.
Рэн не ответил, ведя ее одному ему известной дорогой.
- Я не шучу, пошли со мной, - повторила Лия.
Они подошли к высокой каменной стене, что окружала территорию дворца. Она была такой прочной, такой широкой и надежной, что никто из стражников не верил, что ее можно преодолеть.
