ГЛАВА 1
Когда твой мир рушится в прямом смысле этого слова — это неприятно. Еще неприятнее, когда в результате обрушения ты оказываешься висящим на краю трещины, цепляясь за остатки старого забора, чувствуя, как он постепенно выворачивается под твоим весом из земли. Глядя на равнодушные звёзды и гадая, успеешь ли взлететь или сгоришь.
И уж совсем неприятно, когда вместо полета в гостеприимно распахнутый зев шахты, где полыхает рудничный газ, ты оказываешься стоящим в круге, на линии, четко разделяющей тьму и свет, которые давят, рвут на части ментальное тело и душу, ослабляют, иссушают, и вампир чувствует, что вот-вот упадет, преклонит колени перед этими силами... И все же стоит, на чистом упрямстве. Он Страж, кем бы ни стал сейчас. Он никогда не сдавался и не сдастся.
— Джеймс Морган... — прозвучало со всех сторон, и старый вампир оглянулся в поисках источника звука. Безуспешно — слова переплетались, изменялись, отражались, доносились со всех сторон сразу.
— Что я сделал? — задал он логичный вопрос.
— Сделаешь. Мир изменился, — прошелестело в ответ.
Он кивнул. Заметил, пока пытался спастись. В Кордвилле землетрясений не случалось со времен его детства.
— Вернись на службу. — Теперь голос стал более настойчивым.
— Это было слишком давно, — осторожно возразил он. — Никого нет... Стража больше не существует!
— Ты существуешь, а значит — и Стража, — отмел его доводы собеседник.
— А делать-то что? — он огляделся, пытаясь понять куда попал и что за такие невидимые силы его затребовали на ковер.
Увы, но место, куда Моргана так внезапно пригласили, осмотреть не удалось. Обозреваемые границы просто терялись в слепящем свете или кромешной, непроницаемой даже вампирскому зрению тьме.
— Что и раньше, — тон собеседника не изменился, но возникло ощущение, что он доволен.
— Людей набираю сам, — быстро закрепил Морган позицию. С какой скоростью начальство навязывает любимчиков, бывший полковник Стражи Равновесия помнил.
— Хорошо, — голос все же оставил за собой последнее слово.
Свет на мгновение ослепил Джеймса, он прикрыл глаза и...
Заборчик противно скрипнул и сполз еще ниже, синее пламя глубоко внизу заставило вампира вяло удивиться — вроде обещали совсем другое...
— Не понял?! — буркнул он в пространство.
Сверху донеслись торопливые шаги, над краем земли возникла голова в каске.
— Живой? — поинтересовалась голова и сверху упала веревка с узлами. — Удержишься?
— А есть выбор? — осведомился Морган, одной рукой отпуская жалобно скрипнувший заборчик и хватаясь ею за канат. — Тяните.
Его схватили за шиворот, подтягивая, и истлевшая ткань осталась в руке.
— Твою ж мать?! — удивился голос сверху.
Морган рывком, пока незнакомец не передумал, схватился за него второй рукой и вздернул себя на землю.
— Вампир? –- плотный мужчина с надписью «спасатель» на груди оглядел его. — Ты только не паникуй.
— Не склонен, — Морган слегка развел руки, показывая мирные намерения.
Приятно, что этот спасатель в панику не ударился и не пытается ткнуть Моргана серебром или осиной. Вместо этого человек спросил максимально доброжелательно:
— Двигаться можешь?
— Могу, — ответил Морган, изучая собеседника: высокий, на голову выше его самого. Широкоплечий мужчина в странной одежде с блестящими полосами на штанинах, рукавах и поперек груди. На ногах тяжелые ботинки. Пояс с карабинами и ремнем, веревка в руках, которую бросали Моргану... Вампир повторил, заполняя образовавшуюся паузу: — Могу двигаться.
Двигаться он не только мог, но и хотел — подальше от людей. И даже начал прикидывать направление побега. Потом разберется, а сейчас лучше спрятаться и посмотреть, как изменился мир. Главное, на своих не нарваться, вдруг еще помнят? Или на инквизицию, им он тоже задолжал после ухода со службы... А кому не задолжал бывший Страж? Так что залечь на дно и оглядеться — вопрос выживания.
— Ты не суетись, парень. Мы понимаем, землетрясение в наших-то местах — это колдовство, не иначе. Но ты такой же гражданин, как и все остальные, и у тебя есть права. — Спасатель придержал его, похлопал по своим карманам и, выудив небольшую книжицу, сунул в руки: — Вот, ознакомься, подумай... и приходи в реабилитационный центр. Там тебе помогут. Накормят, пристроят...
Морган растерянно уставился на него. Обычно люди предпочитали общаться с подобными ему при помощи серебра и осины. Нет, обвешан артефактами парень качественно, хотел бы напасть — не смог. Но ведет себя все-таки нестандартно и в этом надо разобраться... Сжав в руке брошюрку, он медленно направился к выходу с кладбища — выбраться и начать знакомство с новым миром подальше от нежелательных свидетелей.
Наверху в совершенно чистом небе раскатилось громовое ворчание.
— Я лучше помогу, — уловил намек вампир, вернулся к спасателям и протянул руку: — Джеймс Морган.
— Да ты совсем холодный, — спасатель ответил твердым пожатием, словно вампир был его товарищем, а не чудовищем из страшных ночных кошмаров.
— Голодный, — флегматично поправил он. — В норме я. Куда идти и что делать?
— Вон там машина, — махнул рукой спасатель. — Видишь мигалку? Присоединишься к отряду, поищешь живых, вроде у вас чутье?
— Да. Это не трудно.
— Ну так тем более, — одобрительно кивнул спасатель. — А то у нас тут запарка, территория большая, жертвы случайные, пока найдешь... Да еще землетрясение, магическая нестабильность! Ладно, это наши проблемы. В общем, парень... — он вопросительно взглянул на Джеймса, понял, что того обращение не обидело и закончил, — нам помощь добровольца не помешает!
Старое кладбище сильно разрослось за это время. Судя по всему, вместе с городом. Когда-то здесь хоронили бывших шахтеров, членов их семей и немногочисленных зажиточных жителей Кордвилля. Теперь взгляд выхватывал дорогие на вид памятники, металлические оградки и новодельные склепы «под старину». То, что это новодел, Морган мог сказать точно — время еще не успело оставить следы на каменных стенах. А еще дорожки — они были широкими, словно по ним должны были ходить не скорбящие родственники, а носиться экипажи. По бокам дорожек росли аккуратно подстриженные кустарники. Среди которых, на соседней аллее, противно мигало красным. Морган побрел, ориентируясь на свет, и очень быстро обнаружил большую самодвижущуюся повозку.
Из нее высунулся двуликий, второй ипостасью которого явно был медведь, поглядел на вампира сверху вниз и крикнул внутрь:
— Этому одежду прежде всего и кровь!
Морган прислушался к себе. Есть пока не хотелось. Только в легендах вампиры после пробуждения кидаются на всех, не разбирая пола, возраста и видовой принадлежности. На самом деле природа дала им выбор — еще сутки после пробуждения голод ощущался отстраненно, как несущественная помеха. Поэтому Джеймс без колебаний предпочел информацию и одежду. Ему выдали пакет с рубахой — вроде нательной, но более грубой, и такой же ткани подштанники, но более свободные. Морган пощупал ткань, она тянулась, но ощущалась вполне приятно. Обувь тоже была странной, непривычной — легкие тапочки на мягкой подошве — тоже тянущиеся.
— Спортивный костюм, — обозвал странные вещи двуликий, назвавшийся Грехэмом. — Пока так походишь, потом нижнее белье купишь, у нас нет. И кровь...
— Кровь не надо. Я, пока голодный, могу ее чуять, искать пострадавших.
— Молодец, — обрадовался Грехэм. — Нам сейчас волонтеры позарез нужны. Ты только на людей не бросайся. Они не еда, а пострадавшие.
— Понимаю. Как произошло землетрясение?
— Сами пока не соображаем! Никогда не было и вдруг... Ничего, полиция разберется, колдовство это или природа постаралась.
— Инквизиция? — произнес Морган. Речь возвращалась медленно, уходила с оцепенением мертвого сна. Язык слушался неохотно, как и тяжелые неповоротливые мысли.
— Этих уже лет двести, как упразднили! А вот и Ральф.
Из кустов выскользнул огромный волк, сел, вывесив язык.
— Вам в помощь, — сказал медведь, указывая на Джеймса. — А то ты уже человеческий облик потерял.
— Старые шахты ушли под землю, — произнес волк. — И половину кладбища снесло. Откуда в Кордвилле землетрясение?!!
Джеймс взглянул на небо, в желании донести мысль, что для пробуждения достаточно потрясти за плечо, а не разрушать спальню.
— Много пострадавших? — спросил он.
— Шахты должны быть пусты, а на кладбище народ редко ночует. Но проглядеть еще разок не повредит. Ты с нами?
— Да. — Брошюрка осталась в машине, потом заберет, если не забудет. Не до нее.
Волк сперва трусил рядом с ним, потом побежал быстрее. Джеймс тоже прибавил скорость. Обувь и одежда были непривычными, но удобными. И главное, их не пришлось перешивать. Получится добыть себе такие еще? Никаких примерок — это же рай на земле! И качество ткани приличное, не дерюга какая! Они бежали рядом и вампир удивлялся, откуда могла взяться легенда о взаимном неприятии видов. Работают вместе и не жалуются. Волк даже хвостом виляет, оглядываясь на напарника, и опять утыкается носом в землю. Они миновали несколько просевших могил, окруженных остатками заборов и вывернутым кустарником с ободранными ветвями и исходящими соком обломками желтоватых корней. Почти прошли мимо очередного склепа, но Джеймса вдруг словно потянуло к источнику пищи — свежей, теплой крови. Он поманил оборотня за собой, к белокаменному обвалившемуся строению.
— Тут, — ткнул Джеймс в остатки склепа, перекрывшие выход какому-то, судя по еле слышной ругани, живому существу. Оборотень протяжно завыл, ему ответил другой волк.
— Сейчас будут, — произнес он. — Бежим дальше...
В результате Морган помог извлечь из-под осыпавшейся земли какую-то бабку, решившую переночевать «у мужа», трех мальчишек, пришедших на кладбище бояться, и двух мелких жуликов. Одного из склепа, а второго пришлось добывать из-под гроба, обитателя которого он пытался ограбить.
— Неплохо потрудились, — подвел итог Ральф, облизываясь. — Ты сейчас обратно?
— Не выйдет, мой склеп тоже разрушился, — сообщил Морган.
— Да я думал, что ты к Грехэму вернешься. Обычно пробуждённые после долгого перерыва вампиры отправляются на реабилитацию, где их готовят к новой жизни, обучают и так далее... Тебе тоже надо. Но ты парень разумный, значит, насильно тащить не придется. Ты ведь понимаешь, что надо пройти адаптацию?
— Наверно, — не стал спорить Джеймс, — я не успел понять, чего я не знаю. Но если ты считаешь, что мне надо пойти к Грехэму — пойдем.
Они вместе вернулись к машине. Грехэм похлопал Ральфа по спине, подождал, пока тот превратится — и протянул одежду:
— Давай, приводи себя в порядок и поедем. Заодно помощника нашего завезём. Джеймс, тебе куда?
— Все равно.
— Тогда в реабилитационный Центр, все-таки ты много пропустил. Надо встать на учет, разобраться с законами, найти работу. Сам понимаешь, брат...
— Да, — не стал спорить Морган. Ни на какой учет он вставать не хотел, не бродяга какой. И решил, что при первой же возможности свалит. Разберется сам, не маленький! У самого легата Готтлиба под началом ходил!
Пришлось лезть в повозку следом за Ральфом. Там они с волком сели на скамейки вдоль стен, а медведь перебрался за руль. В металлической стене на уровне лица были застекленные окна, и Морган выглянул в одно из них — интересно же! Повозка тронулась. Сперва медленно, пробираясь по узким кладбищенским аллеям, а потом быстро, мгновенно набрав скорость несущейся галопом лошади. Морган отвернулся от окна, мысленно похвалив себя, что удержался и не заорал.
— Хорошая скорость, — нейтрально произнес он.
— Медленно, — поморщился Ральф. — Вот сейчас на трассу выйдем, погоняем. А пока придется тащиться, как черепаха! Видишь, другие машины нас обгоняют?
За окном проносились другие повозки, с огромной, превышающей всякие разумные пределы, скоростью. Морган стиснул поручень, напомнив себе, что вампиры ничего не боятся, и мечтая только об одном — свалить подальше от этого проклятого железного ящика и ненормальных иных, для которых безумие за окном — медленная скорость.
Через очень долгий час его выпустили у дверей какого-то дома. Он торжественно пообещал не кусаться и звонить, без уточнения во что, дождался, пока машина уедет, и, так и не зайдя в «реабилитационный Центр», пошел прочь — вслед за уехавшим знакомыми.
Морган шагал по дороге к сияющему, как гнездо феникса, городу, пытаясь понять откуда же взялось столько огней и что там происходит. С трудом удерживаясь от попыток сигануть в сторону, когда мимо с огромной скоростью проносились «машины». Обочина, к его облегчению, быстро перешла в тротуар рядом с широкой улицей, где машин стало намного больше. Они ехали сплошным потоком, иногда громко сигналя, словно переругиваясь. Моргана изумляло не то, что люди этим стадом железа как-то управляли, не врезаясь друг в друга, а то, что среди водящих эти чудеса техники попадались и женщины. Одни, без сопровождения? Это вгоняло в ступор и заставляло признать, что он действительно отстал от жизни и надо вести себя очень осторожно.
Чутье подсказало, что на этой территории уже есть вампир, старый, очень сильный. Странно, но присутствия гнезда не ощущалось. Одиночка. Не преследующий мелочь на своей территории, но и не творящий птенцов. Интересно, а чем он занимается? В контакт вступить придется — мало ли. Или лучше выждать — непонятно, кто старше и кто должен делать первый шаг. Младшие, кстати, тоже есть, но... Главное — случайно территорию не начать делить. Только драки ему не хватает!
Дорога повернула, огибая город, и Морган остановился. Чтобы продолжить путь, следовало ее пересечь. Но было ясно, что столкновения с автомобилем может не выдержать даже очень древняя нежить. Перелетать тоже не хотелось, во-первых, это значило раздеваться перед всеми, а, во-вторых, тратить остатки энергии, которые можно восполнить только кровью. Но не убивать же, привлекая к себе внимание! Новый мир, где спасатель-человек посылает только что проснувшегося вампира в помощь двум иным для поиска пострадавших людей, требовал пристального изучения.
— Ну и какого? — взорвался он через несколько минут. — Должен быть логичный способ переправы через этот поток самодвижного железа! Чтобы я еще раз впал в спячку?! Да это не впал, это вляпался по полной! Долго они будут ехать?! Люди же наверняка на ту сторону переправляются? Где мост?!
Он дошел до перекрестка и обнаружил, что на другой, такой же широкой дороге машины стоят неподвижно, чего-то ожидая, а над ними горит яркий красный фонарь.
— И что это? — Джеймс отошел от края подальше и принялся изучать экспозицию. На противоположной стороне, за несущимися машинами, стояли несколько человек и чего-то ждали. Как и неподвижные машины с заведенными двигателями напротив красного фонаря. Зато над едущими машинами фонарь горел зеленый. Морган осторожно обошел фонарный столб и обнаружил еще один сигнал — в виде стилизованного рисунка человека. Он тоже горел красным. Пока вампир изучал фонарь, тот переключился — стремительный поток машин притормозил, повинуясь желтому фонарю, загоревшемуся над погасшим зеленым, а потом и остановился — им горел красный. Зато над стоящими машинами вспыхнул зеленый фонарь и бодро шагающий зеленый человечек. Морган аж засмотрелся на такую невидаль. Но тут люди и техника дружно двинулись в своих направлениях.
