В окно слабо постукивала смесь снега с градом. Для полноценно поганого настроения не хватало только ледяного дождя.
В кипяток поочередно отправились мятные листья, порошок “Я цитрус” и сушеные ягоды. Рука дрогнула высыпав запас сушёного имбиря, предназначенного для нескольких порций. Лимонад булькнул, согласившись стать суперзабористым.
— А ведь счастье заказывала! — пробурчала Влада, вспомнив, как сегодня в ТЦ к ней прицепился ряженый Дедом Морозом аниматор. Он всучил ей бумажку с ручкой и предложил написать одно единственное слово, выразив, что ей больше всего не хватает! Не хватало много чего. И решив, что запросы слишком велики и разнообразны, Влада написала “счастье”. Бумажка оправилась в мешочек на руке аниматора. А Влада за покупками.
Погода окончательно разгулялась, снег летел хлопьями, ударяясь в окно с подозрительным стуком. Некоторое время девушка прислушивалась, потом подошла и посмотрела не град ли…
Не град, хотя лучше бы был он. За окном, цепляясь за узкий откос и отчаянно размахивая крыльями, висело нечто: темное-синее, пушистое, с длинным хоботком, оно с надеждой смотрело сквозь побелевшие от мороза стекло.
— А ещё тринадцатый этаж! — растерянно пробормотала Влада, борясь с желанием протереть глаза. Обнаружив ее, существо помахало хоботом, намекая, что окно неплохо бы открыть.
— Вот что ГМО животворящее делает! — Впускать ЭТО внутрь Влада не торопилась. — Извини, друг, мне только мутантов не хватает! Лети домой!
Девушка отошла от окна и взяла чашку. Летающий гость прислонился к окну, повесив одно крыло и балансируя другим, чтобы не упасть. Снег засыпал понурую фигурку, превращая в сугроб.
— Замерзнет же идиот, — пробормотала девушка, отставляя чашку с потерявшим внезапно всякий вкус чаем. — Ладно, он мелкий, будет кусаться — выкину.
И распахнула раму.
Существо мгновенно проскользнуло внутрь, отряхнулось, разбросав мокрые капли на ковёр и диван. По кошачьи потянулось и помахало хоботом.
— И тебе привет! А ты вообще кто? Какой только дряни в Светлограде не встретишь!
— Я не дрянь, — вдруг ответило создание. — Я слонибри! Я — твое счастье! Ты же мечтала о счастье? Вот я, перед тобой!
— Ну, я не о таком мечтала! — Влада критически изучила “счастье” и порадовалась, что не загадала недвижимость или финансы.
— Значит, надо качественнее загадывать! — слонибрик приподнялся на задние лапы и зашарил по столу хоботом. — Не расстраивайся, в следующем году другое намечтаешь!
Разговор слонибрику не мешал, бутерброд, мирно лежащий на тарелке, сам собой пополз к краю стола.
— Ах ты, мелкий!! — возмущенная Влада несильно хлопнула по хоботу. Слонибрик уставился на нее полным упрека и вселенской обиды взглядом.
— Неужели тебе жаль еды для собственного счастья? — спросил он. — Счастье, существо хрупкое, его надо растить, кормить, ухаживать…
— Кстати, об уходе! Признавайся, что ешь, где спишь, лоток или надо выгуливать? Как тебя вообще зовут! — с присутствием “счастья” Влада уже смирилась, все не одной встречать Новый год. Но надо же знать, что это такое “намечталось”!
— Я, разумный представитель выс… — слонибрик осекся и поправился. — Я разумный и могу принять любые комфортные условия жизни. Ты же мне в них не откажешь? А имя… наши имена очень сложны для людей, так что придумай сама.
Пока девушка смеялась над его речью, наглый хоботный уже с громким кошачьим мурлыканьем утащил бутерброд.
— Куриную лапшу будешь?
Слонибрик взлетел, подцепил хоботком чистую тарелку и протянул ей.
Впрочем, суп малыша добил. Он покрутился на ковре, подумал и взлетел на диван. Свернулся, укрывшись крыльями — маленький синий пуфик. И снова уютно замурлыкал.
— Еще назвать тебя надо? А как? Пушистик? Лаки… будешь Сапфиром, счастье летающее? — спросила Влада, наглаживая малыша. Слонибрик дотянулся хоботком и погладил в ответ. А ночью она ощутила, как под боком свернулось что-то теплое.
Счастье оказалось уютным и не слишком навязчивым. Хотя хоботок имел преимущество перед кошачьей лапкой и регулярно утаскивал со стола вкусняшки. А еще слонибрик каким-то образом научился выбираться из квартиры — он встречал ее с работы, прилетая на автобусную остановку. И они шли к дому по заснеженной, нечищенной тропе, пробираясь между сугробов. Прохожие слонибрика не замечали и, пользуясь этим, он развлекался сам и развлекал Владу.
— Красивый у вас мир. И живой! Смотри! — он нырнул в сугроб и вылетел с другой стороны, оставляя, словно комета, снежный хвост.
— Осторожнее! Там где-то столб под снегом.
— В этом? — слонибрик шлепнулся в указанный сугроб, вцепившись лапками во что-то жесткое. — Я на нем сижу! Видишь?
И возмущенно захлопал крыльями, падая в сугроб — Влада метким броском снежка скинула его с обледенелого насеста. Оказалось, что хоботом тоже можно лепить снежки и не менее метко кидать. Так что через некоторое время они оба напоминали снеговиков или ребятишек: хохочущие, раскрасневшиеся, отряхивающиеся от снега.
— Интересно, а почему никто не обращает на нас внимания? — озадаченно оглядела улицу и редких прохожих Влада.
— Так я же твое счастье, — по-кошачьи встряхнулся слонибрик, — а счастье дело личное, если ты специально не хочешь им делиться. Я могу сделать так, чтобы нас никто не видел.
Вечером, устроившись на диване, они пили чай с печеньем. Не то чтобы Влада так его любила, но для слонибрика покупала. Сапфир таскал печеньки хоботком и тихонько мурлыкал. Но Владе показалось, что звук становится все тише и печальнее.
— Что случилось? — затормошила она слонибрика. — Тебе просто грустно или есть причина.
— Есть. — Сапфир положил хобот ей на колено и заглянул в глаза. — Ты такая хорошая! Ты мой друг. И мне хочется остаться у тебя навсегда.
— Но ты не можешь?
— Могу. Но есть дело, которое мне надо сделать, — он свернулся рядом, положил ей голову на колено. Даже хобот бессильно повис. — Я не хочу его делать. Понимаешь?
— Почему?
— Потому что подвергать опасности друзей — неправильно, — вздохнул слонибрик.
— А ты мне расскажи, что за дело такое? — предложила Влада. — Может, я помогу?
— После праздника, ладно? — хобот дотянулся до пледа, стянул его, укрывая колени девушки и самого Сапфира. — Сперва будем веселиться, а потом уже огорчаться.
С работы Влада летела, как на крыльях. Ей выдали премию на работе. Девушка уже представляла, как заберется с ногами на диван, он влезет на колени, замурлыкает… и они вместе будут планировать на Новый год блюда, потом пойдут на закупки… у нее будет лучший Новый год в жизни!
Но у квартиры ее ждал неприятный сюрприз.
Дверь была открыта. На пороге стояли соседи, участковый и еще какой-то тип в полицейской форме. При виде нее он сделал сочувствующее лицо. Почесал подбородок и произнес:
— Оперуполномоченный, Станислав Марков. Владислава Евгеньевна! У вас тут дверь вскрыли. Посмотрите, что украли.
Наверное она побледнела, потому что он шикнул на ближайшую соседку:
— Воды! Быстро!
Но Влада уже справилась с собой. Рванулась внутрь, чтобы увидеть разгром в гостиной. Всю мебель включая диван с места сдвинули, а стул и стулья перевернули. Клочья синей шерсти не оставляли сомнения, зачем влезли грабители и кого они тут ловили. На полу несколько капель крови, слонибрик боролся за свою жизнь, как умел.
— Посмотрите внимательно, что-то пропало?
Она собрала шерсть, сжала руками и ощутила шевеление. Шерстинки выбрались, прилипли к стеклу, рассыпаясь. И Влада вдруг увидела в морозных узорах карту с проложенной синей шерстью тропой. Она поспешно сфотографировала стекло, несколько раз, под разными углами. “Освободи меня на границе зимы, почини магию! Не потеряй карту”, — гласило послание. Шерстинки упали на подоконник и она их сгребла.
В комнату вошел полицейский. Тот самый, которого она застала у дверей, вместе с соседями. То ли любопытными, то ли объявленными понятыми.
— Вы можете сказать, что украли, Владислава Евгеньевна?
— Да! — она еще раз оглядела разгром. — А вы будете их искать?
На лице полицейского мелькнуло колебание. Влада решилась. Не скажешь же, кого именно украли, так и до психушки недалеко. Нет уж! Пусть ищут тех, кто влез за деньгами, а про слонибрика она спросит сама. Открыв ящик трюмо, она показала на пустое место.
— Здесь деньги лежали. Около восьмидесяти тысяч!
Полицейский поскучнел, на лице мелькнуло что-то похожее на смирение. То ли с новым делом, то ли с будущим висяком.
— Я наверное поживу пару дней у подруги, — сказала ему Влада. — Если что-то найдете, наберите!
— Да, мы вас вызовем, — согласился он. — Пожалуйста, сядьте куда-нибудь, я должен осмотреть место преступления.
— Конечно, — Влада устроилась на диване, и едва не разрыдалась, вспомнив, как сидела тут с Сапфиром. Но собралась, взяла себя в руки. Она сильная, справится. Ей еще слонибрика искать. На этого… — она бросила на полицейского пренебрежительный взгляд, надежды нет. Смысл снимать отпечатки пальцев, если любые нормальные воры работают в перчатках! Сама найдет.
После ухода полицейских она еще раз посмотрела на карту. Вроде все в городе… Но собраться не повредит!
В рюкзак отправились бутылка воды, чай в термосе, еда, запасные носки и запас наличных. Пауэрбанк, распечатка карты. Оставить слонибрика в руках похитителей Владе даже в голову не пришло. Обойдутся. Она и за обычной кошкой отправилась бы хоть на край света, а тут украли разумное волшебное существо. Единственное в мире! В карман добавились шокер и газовый баллончик.
— Мы еще поборемся! — мрачно сказала девушка. — Только обрела счастье и уже украли!
Сбросив нескольким подругам на телефон информацию, Влада вышла из квартиры. Оставила соседке на всякий случай ключ, предупредила, что поживет пару дней у подруги, и отправилась в путь.
В кипяток поочередно отправились мятные листья, порошок “Я цитрус” и сушеные ягоды. Рука дрогнула высыпав запас сушёного имбиря, предназначенного для нескольких порций. Лимонад булькнул, согласившись стать суперзабористым.
— А ведь счастье заказывала! — пробурчала Влада, вспомнив, как сегодня в ТЦ к ней прицепился ряженый Дедом Морозом аниматор. Он всучил ей бумажку с ручкой и предложил написать одно единственное слово, выразив, что ей больше всего не хватает! Не хватало много чего. И решив, что запросы слишком велики и разнообразны, Влада написала “счастье”. Бумажка оправилась в мешочек на руке аниматора. А Влада за покупками.
Погода окончательно разгулялась, снег летел хлопьями, ударяясь в окно с подозрительным стуком. Некоторое время девушка прислушивалась, потом подошла и посмотрела не град ли…
Не град, хотя лучше бы был он. За окном, цепляясь за узкий откос и отчаянно размахивая крыльями, висело нечто: темное-синее, пушистое, с длинным хоботком, оно с надеждой смотрело сквозь побелевшие от мороза стекло.
— А ещё тринадцатый этаж! — растерянно пробормотала Влада, борясь с желанием протереть глаза. Обнаружив ее, существо помахало хоботом, намекая, что окно неплохо бы открыть.
— Вот что ГМО животворящее делает! — Впускать ЭТО внутрь Влада не торопилась. — Извини, друг, мне только мутантов не хватает! Лети домой!
Девушка отошла от окна и взяла чашку. Летающий гость прислонился к окну, повесив одно крыло и балансируя другим, чтобы не упасть. Снег засыпал понурую фигурку, превращая в сугроб.
— Замерзнет же идиот, — пробормотала девушка, отставляя чашку с потерявшим внезапно всякий вкус чаем. — Ладно, он мелкий, будет кусаться — выкину.
И распахнула раму.
Существо мгновенно проскользнуло внутрь, отряхнулось, разбросав мокрые капли на ковёр и диван. По кошачьи потянулось и помахало хоботом.
— И тебе привет! А ты вообще кто? Какой только дряни в Светлограде не встретишь!
— Я не дрянь, — вдруг ответило создание. — Я слонибри! Я — твое счастье! Ты же мечтала о счастье? Вот я, перед тобой!
— Ну, я не о таком мечтала! — Влада критически изучила “счастье” и порадовалась, что не загадала недвижимость или финансы.
— Значит, надо качественнее загадывать! — слонибрик приподнялся на задние лапы и зашарил по столу хоботом. — Не расстраивайся, в следующем году другое намечтаешь!
Разговор слонибрику не мешал, бутерброд, мирно лежащий на тарелке, сам собой пополз к краю стола.
— Ах ты, мелкий!! — возмущенная Влада несильно хлопнула по хоботу. Слонибрик уставился на нее полным упрека и вселенской обиды взглядом.
— Неужели тебе жаль еды для собственного счастья? — спросил он. — Счастье, существо хрупкое, его надо растить, кормить, ухаживать…
— Кстати, об уходе! Признавайся, что ешь, где спишь, лоток или надо выгуливать? Как тебя вообще зовут! — с присутствием “счастья” Влада уже смирилась, все не одной встречать Новый год. Но надо же знать, что это такое “намечталось”!
— Я, разумный представитель выс… — слонибрик осекся и поправился. — Я разумный и могу принять любые комфортные условия жизни. Ты же мне в них не откажешь? А имя… наши имена очень сложны для людей, так что придумай сама.
Пока девушка смеялась над его речью, наглый хоботный уже с громким кошачьим мурлыканьем утащил бутерброд.
— Куриную лапшу будешь?
Слонибрик взлетел, подцепил хоботком чистую тарелку и протянул ей.
Впрочем, суп малыша добил. Он покрутился на ковре, подумал и взлетел на диван. Свернулся, укрывшись крыльями — маленький синий пуфик. И снова уютно замурлыкал.
— Еще назвать тебя надо? А как? Пушистик? Лаки… будешь Сапфиром, счастье летающее? — спросила Влада, наглаживая малыша. Слонибрик дотянулся хоботком и погладил в ответ. А ночью она ощутила, как под боком свернулось что-то теплое.
Счастье оказалось уютным и не слишком навязчивым. Хотя хоботок имел преимущество перед кошачьей лапкой и регулярно утаскивал со стола вкусняшки. А еще слонибрик каким-то образом научился выбираться из квартиры — он встречал ее с работы, прилетая на автобусную остановку. И они шли к дому по заснеженной, нечищенной тропе, пробираясь между сугробов. Прохожие слонибрика не замечали и, пользуясь этим, он развлекался сам и развлекал Владу.
— Красивый у вас мир. И живой! Смотри! — он нырнул в сугроб и вылетел с другой стороны, оставляя, словно комета, снежный хвост.
— Осторожнее! Там где-то столб под снегом.
— В этом? — слонибрик шлепнулся в указанный сугроб, вцепившись лапками во что-то жесткое. — Я на нем сижу! Видишь?
И возмущенно захлопал крыльями, падая в сугроб — Влада метким броском снежка скинула его с обледенелого насеста. Оказалось, что хоботом тоже можно лепить снежки и не менее метко кидать. Так что через некоторое время они оба напоминали снеговиков или ребятишек: хохочущие, раскрасневшиеся, отряхивающиеся от снега.
— Интересно, а почему никто не обращает на нас внимания? — озадаченно оглядела улицу и редких прохожих Влада.
— Так я же твое счастье, — по-кошачьи встряхнулся слонибрик, — а счастье дело личное, если ты специально не хочешь им делиться. Я могу сделать так, чтобы нас никто не видел.
Вечером, устроившись на диване, они пили чай с печеньем. Не то чтобы Влада так его любила, но для слонибрика покупала. Сапфир таскал печеньки хоботком и тихонько мурлыкал. Но Владе показалось, что звук становится все тише и печальнее.
— Что случилось? — затормошила она слонибрика. — Тебе просто грустно или есть причина.
— Есть. — Сапфир положил хобот ей на колено и заглянул в глаза. — Ты такая хорошая! Ты мой друг. И мне хочется остаться у тебя навсегда.
— Но ты не можешь?
— Могу. Но есть дело, которое мне надо сделать, — он свернулся рядом, положил ей голову на колено. Даже хобот бессильно повис. — Я не хочу его делать. Понимаешь?
— Почему?
— Потому что подвергать опасности друзей — неправильно, — вздохнул слонибрик.
— А ты мне расскажи, что за дело такое? — предложила Влада. — Может, я помогу?
— После праздника, ладно? — хобот дотянулся до пледа, стянул его, укрывая колени девушки и самого Сапфира. — Сперва будем веселиться, а потом уже огорчаться.
С работы Влада летела, как на крыльях. Ей выдали премию на работе. Девушка уже представляла, как заберется с ногами на диван, он влезет на колени, замурлыкает… и они вместе будут планировать на Новый год блюда, потом пойдут на закупки… у нее будет лучший Новый год в жизни!
Но у квартиры ее ждал неприятный сюрприз.
Дверь была открыта. На пороге стояли соседи, участковый и еще какой-то тип в полицейской форме. При виде нее он сделал сочувствующее лицо. Почесал подбородок и произнес:
— Оперуполномоченный, Станислав Марков. Владислава Евгеньевна! У вас тут дверь вскрыли. Посмотрите, что украли.
Наверное она побледнела, потому что он шикнул на ближайшую соседку:
— Воды! Быстро!
Но Влада уже справилась с собой. Рванулась внутрь, чтобы увидеть разгром в гостиной. Всю мебель включая диван с места сдвинули, а стул и стулья перевернули. Клочья синей шерсти не оставляли сомнения, зачем влезли грабители и кого они тут ловили. На полу несколько капель крови, слонибрик боролся за свою жизнь, как умел.
— Посмотрите внимательно, что-то пропало?
Она собрала шерсть, сжала руками и ощутила шевеление. Шерстинки выбрались, прилипли к стеклу, рассыпаясь. И Влада вдруг увидела в морозных узорах карту с проложенной синей шерстью тропой. Она поспешно сфотографировала стекло, несколько раз, под разными углами. “Освободи меня на границе зимы, почини магию! Не потеряй карту”, — гласило послание. Шерстинки упали на подоконник и она их сгребла.
В комнату вошел полицейский. Тот самый, которого она застала у дверей, вместе с соседями. То ли любопытными, то ли объявленными понятыми.
— Вы можете сказать, что украли, Владислава Евгеньевна?
— Да! — она еще раз оглядела разгром. — А вы будете их искать?
На лице полицейского мелькнуло колебание. Влада решилась. Не скажешь же, кого именно украли, так и до психушки недалеко. Нет уж! Пусть ищут тех, кто влез за деньгами, а про слонибрика она спросит сама. Открыв ящик трюмо, она показала на пустое место.
— Здесь деньги лежали. Около восьмидесяти тысяч!
Полицейский поскучнел, на лице мелькнуло что-то похожее на смирение. То ли с новым делом, то ли с будущим висяком.
— Я наверное поживу пару дней у подруги, — сказала ему Влада. — Если что-то найдете, наберите!
— Да, мы вас вызовем, — согласился он. — Пожалуйста, сядьте куда-нибудь, я должен осмотреть место преступления.
— Конечно, — Влада устроилась на диване, и едва не разрыдалась, вспомнив, как сидела тут с Сапфиром. Но собралась, взяла себя в руки. Она сильная, справится. Ей еще слонибрика искать. На этого… — она бросила на полицейского пренебрежительный взгляд, надежды нет. Смысл снимать отпечатки пальцев, если любые нормальные воры работают в перчатках! Сама найдет.
После ухода полицейских она еще раз посмотрела на карту. Вроде все в городе… Но собраться не повредит!
В рюкзак отправились бутылка воды, чай в термосе, еда, запасные носки и запас наличных. Пауэрбанк, распечатка карты. Оставить слонибрика в руках похитителей Владе даже в голову не пришло. Обойдутся. Она и за обычной кошкой отправилась бы хоть на край света, а тут украли разумное волшебное существо. Единственное в мире! В карман добавились шокер и газовый баллончик.
— Мы еще поборемся! — мрачно сказала девушка. — Только обрела счастье и уже украли!
Сбросив нескольким подругам на телефон информацию, Влада вышла из квартиры. Оставила соседке на всякий случай ключ, предупредила, что поживет пару дней у подруги, и отправилась в путь.
