одеялами торговцу и девушке приходилось несладко, а кое-как устроившемуся на грязном матраце Хессу вовсе пришлось перебираться в соседнее помещение, сохранившее стенку без дыр, чтобы хоть как-то уйти со сквозняка. Однако, спустя некоторое время это помещение, бывшее когда-то чуланом, удостоилось чести посещения еще двух постояльцев, которые спать в предыдущей комнате, которой не доставало окон, дверей и стен уже не могли. Только Рика Райвена, унесшегося, наконец, в очередную наркотическую нирвану, все устраивало и на сквозняке. Однако спустя час природа достала и его.
Раскаты грома, трескучие, как феерверк, и грозные, как свист несущегося ядерного фугаса, возвестили новую фазу неистовства погоды. Короткая вспышка молнии на миг осветила черные лохмы нагнанных ветром тяжелых туч - а в следующий миг на раскаленную землю пустошей обрушился ливень.
Утро показало себя лишь сереющим небом на востоке. Ливень по-прежнему стоял плотной стеной, точно собирался отлиться за все долгое лето, когда с неба не упало ни капли воды. Несмотря на то, что дождь принес с собой довольно ощутимую прохладу, «продравший глазья» еще несколько часов назад Джонни Хесс ушел в соседнюю комнату, где крыша прохудилась настолько, что вся комната вполне могла претендовать на вид неисправной душевой. Как объяснил - помыться. Остальные, включая порноактера, которого потоки дождя привели в чувство, по-прежнему отсиживались в кладовой, где была крыша, и сумрачно наблюдали за бульбами на воде, которая подбиралась все ближе к их укрытию.
- Холодно, - показавшийся в дверях Хесс, мокрый, как мышь, поспешно нырнул под крышу и принялся яростно растираться собственной рубашкой. - Там на два шага не видно - заливает глаза. Не удастся нам сегодня поработать, если он хотя бы не ослабнет.
- Гребанная водолейка, - брезгливо подтягивая ноги от наступающей воды, выругалась Механика. - Хера с два теперь выедешь. Дороги в жопу размыло. Ну, что вылупились, кукушата? Подъем! Ты, головогрудый, - она ткнула пальцем в Хесса, - напяливай шмотье и марш за мной. Сегодня мне потребуется грубая мужская сила.
- На улице цветной дождь, - блаженно улыбнулся Рик. - А мужскую силу я тебе и здесь могу предоставить.
- Ну, нахрен, - скривилась Механика. - Я лучше с Меллори пересплю.
- Правда? - поднял голову торговец.
- Нет, идиот!
Пока Механика для разминки на все лады склоняла родственников явившегося накануне глубокой ночью «двигателя коммерции», Хесс натянул рубашку. Над улицей, словно медведь-шатун, с ворчанием бродила гроза. Дождь лупил по стенам домика, было холодно, и выходить из не слишком целого, но еще надежного убежища, Джонни не хотелось.
Наконец Механика устала поносить Меллори, и устремила недобрый взгляд на Хесса.
- Чо стоим? - сузив глаза, поинтересовалась она. - Дверь вон там! Марш, левой, правой, левой, правой! Арбайт унд шнель!
Джонни оглянулся на дверь, на подтекающие по полу потоки, и попытался вразумить девушку:
- Ты собираешься работать под дождем?
- А чо такого, религия запрещает? - удивилась Механика. - Зри в корень, святоша! С такой погодой ни одна тварь носа на улицу не высунет, так что мешать никто не будет. Есть, правда, на свалке Сэмми, старый жлоб. Он там живет, с чего, хрен его знает, но постоянно возится с остатками тачек, любыми, какие ему удается разобрать. Ясен пень, будет торчать под боком, зырить... Но он не вредный. Мож, вы с ним еще сговоритесь, язык, так сказать, общий найдете. Он технику страсть как любит. Так что не кисни, святоша, - улыбнулась девушка, - я тебе еще целую крышку спиртяги у Сэмми налью, для сугрева!
- Я не пью.
Механика подняла воротник повыше, проверила, хорошо ли закрыты кармашки жилета, и открыла дверь в комнату.
- Ну и хрен с тобой, - кивнула она. - Не отставай!
- То есть, ты весь вчерашний день делала нам тележку? Но почему ты не позвала нас? Вместе…
- Вас еще найди, попробуй, - девушка шмыгнула текущим носом, смахивая из-под него воду. – Да и пойди знай, чо там у вас на уме. Мож, вы хотели поселиться в этой дыре до конца своих дней? Ну, раз вы двигаете в Город Солнца, проедемся вместе. Заодно и тележку толкнем. Хоть и чую задом, что телега нужна леденцу как прикрытие, а на деле он подрядился протащить мешок конкретной дури.
- Наркотиков?
- Наркотиков, - Механика опять смахнула воду, прибавляя шагу. – В Городе они запрещены, телеги потрошат, потому дилеры и нанимают лохов навродь нашего Рикки чтобы они свои зады подставляли. Но если выгорит – получим кучу денег. Так шта это он хорошо придумал. Надо б попробовать.
Щедро поливаемые дождем и поскальзываясь на мокрых мусорных кучах, они, наконец, выбрались за город. Свалка встретила их грудой нагроможденных друг на друга корпусов старых машин, ржавых остовов кроватей, холодильников, сломанных телевизоров и прочего хлама. Чуть в стороне стояла хижина. Хлам вокруг нее имел такой вид, как будто с ним, во всяком случае, что-то делали. В окне хижины горел свет.
- Тележка дальше, - девушка кивнула куда-то за хижину. – Делала рядом, чтоб инструмент был под рукой. Сэмми поделился. Грю, он не вредный. По-моему, его особо в городе не жалуют. Темечко, конечно, прохудилось. Но поговорить ему не с кем, и, шоб с ним говорили, он кого угодно готов рядом терпеть. Тем и воспользуемся.
Обогнув хижину, они оказались на нешироком пустыре. Вокруг валялись самые разнообразные запчасти от автомобилей и не только от них. А прямо посередине под струями дождя красовалась…
- Вот она, моя прелесть! - гордо провозгласила Механика, широким жестом представляя Хессу плоды своего вчерашнего труда.
Джонни помедлил. Ему казалось, что где-то на задворках сознания чувство самосохранения изо всех сил пыталось заставить его промолчать. И, вместе с тем, при взгляде на сооружение, грузно припавшее к полу, его томило странное предчувствие, что добром затея Механики не кончится.
- Можешь что-то сказать, - милостиво разрешила та, приняв молчание Хесса за потрясенный восторг. - Она, конечно, еще не готова… но вот здесь будет рычаг. А там мы натянем цепь. Если правильно рассчитать площадь.... и если приладить вот здесь, и здесь педали...
Обращенная к ним дверь хижины отворилась, являя миру оборванного заросшего старика в выцветшей кепке. Старый Сэмми привалился плечом к косяку, радостно улыбнувшись редким у него молодым гостям.
- Э...мы поедем на этом? - услышал он.
- Аха! - голос, уверенно выдавший первый ответ, вдруг стал колючим. - Чо, не нравится?
- Нет, но... несколько необычно для этой местности, - дипломатично ответил Хесс. - Не хочу тебя обижать, но тебе не кажется, что... эээ-то приспособление немного не подходит для пустошей?
Механика непонимающе оглядела сооружение.
- Колеса маловаты?
- Нет, - вздохнул Джонни.
- Парус прямоугольный? Так вот еще есть носовой, кормовой, чтобы притормаживать, а еще я хотела...
- Не то, - перебил Хесс. - Я хотел сказать, что для путешествий по пустошам лодка - не самый удобный вид транспорта!
«Прелесть» - как гласили кривые белые буквы на борту - представляла собой широкую, низкую лодку, водруженную на раму легкового автомобиля. По бокам, как и полагается, торчали колеса. Зато рядом лежала не установленная пока мачта, с куском брезента, подозрительно напоминавшего парус.
Перегнувшись через борт, Джонни увидел, что Механика успела не только приварить борта к раме, но и вырезать в днище дыры и желобки, точно над местом, где шли тяги к педалям.
- Ша, у меня все точно! - успокоила Механика. - Не знаю, про какие лодки ты толкуешь, но я знаю только такие, сухопутные. Да не очкуй, святоша, поедет как миленькая, зуб даю! Зырь сюда. Мощность две человеческие силы, - привалившись к борту, объявила Механика. - Цепная тяга, парусная тяга, тормоза, как положено... Ну, чо, святоша, за дело. Поставим цепь, приварим педали... Скучно не будет!
- Не думаю, чтобы хозяин этой свалки... как его - Сэмми? – Хесс оглянулся на наблюдавшего за ними старика, - разрешил нам заниматься сваркой под дождем. Слушай, Механика, - он нетерпеливо переступил с ноги на ногу и бросил несколько нервных взглядов по сторонам, но из-за пелены дождя так ничего и не увидел. - Я не против поработать, но сама видишь, сейчас работать невозможно. Совсем! Давай вернемся к остальным! А сюда придем потом. Ну, потом!
Джонни видел, как Механика шевелит губами, но и только. В небе громыхнуло с такой силой, что качнуло даже хижину Сэмми. Сам дед присел от неожиданности, и, с трудом выпрямившись потом, развернулся и ушел обратно в дом, хлопнув дверью. Джонни с тоской оглянулся, надеясь, что молния выберет объект среди развалюх, усеявших свалку.
- На измену пробило? - пока гром собирался с силами, прокричала Механика. - А ехать, ехать ты на чем, идиот, будешь? Каждый час простоя в этом городе может тебе стоить тесного знакомства с работорговцами!
- Я понимаю! Но сваривать под дождем все равно нельзя! - смахнув с лица воду, проорал в ответ Джонни. - Давай подождем, пока утихнет!
Механика колебалась. Потоки воды стекали на дно лодки, выливаясь сквозь прорези в днище, так что под колесами уже образовалась небольшая вымоина в мягкой земле. Джонни поежился, нетерпеливо оглядываясь на хижину Сэмми.
- Черт с тобой, задохликом, - махнула рукой Механика. - Марш в дом.
В лачуге Сэмми было жарко, как в печи кузнеца. Просмоленная крыша защищала от ненастья, под потолком горела лампа. При виде появившихся на пороге гостей Сэмми просиял. Однако, так ни сказав им ни слова, молча достал с полки закопченный чайник, и поставил его на керосиновую горелку.
- Плесни-ка ему чая, дедуля, - выжимая волосы, вздохнула Механика. - Ну, народ пошел, без жратвы - нихрена делать не станут. А как же идея? Как же энтузиазм? - накинулась она на клацавшего зубами Джонни. – Ты ж, мать твою, святоша! Тебя вера должна греть, направлять там, и все такое прочее... А на деле пустое брюхо твой проводник! Тьфу...
- В такую погоду собаку на улицу не выгонишь, - оседая в продавленное кресло, рискнул подать голос Сэмми. Голос у него был ожидаемо старческий и дребезжащий.
- Собаку-то дааа.... - согласилась Механика, охлопывая себя по карманам. - Собаку не выгонишь. На кой, если она работать не умеет?
Джонни, уютно устроившийся было на стуле у керосинки, выпрямился во весь рост.
- Я работать не отказался! - заявил он. - Просто сказал, что погода для сварки неподходящая.
- Да сиди уже, работяга, - махнула на него Механика, вытаскивая из бокового кармана объемный пакет. - На вот, погрызи. Свежее, вчерашнее. Так и быть – я седня добрая. И ты, Сэмми, тожа на. Не похоже, чтоб тебе жрать доводилось так уж часто.
Джонни примерился, и впился в толстую корку зубами, отгрызая большой кусок. Что-то приятно захрустело у него во рту, даже дернулся сведенный голодной судорогой желудок.
- Ишь, как молотит, - развешивая над печкой жилет и курточку, восхитилась Механика, - ешь, ешь! За каждый скормленный тебе витамин я потребую вернуть сторицей!
- Спасибо, - благодушно улыбнулся Джонни, глядя на Механику. – Ты ведь хорошая, Механика. Хотя изо всех сил хочешь казаться плохой. Но все равно видно – ты хорошая. Очень.
- Точно псих, - решила девушка, присаживаясь рядом. - Ты часом от голода умом не тронулся ли, святоша?
- Джонни.
- Хреджонни, - огрызнулась Механика. - На вот, слопай мою белку. Чота нет у меня желания жрать шашлыки из зверей сёдня. Да ешь ты, - недовольно прикрикнула она, - тебе больше надо.
Еще какое-то время в хижине царила недолгая тишина, нарушаемая скрипом кресла Сэмми, бряцанием вывески на фасаде, и дробью дождя в стены. Судя по завыванию ветра и грохоту в набухшем тучами небе, непогода сегодня решила взять реванш за все сухие дни.
- Куда выбрасываешь? - встрепенулась Механика, отбирая у Хесса пустой пакетик, едва тот вытряхнул в рот последнюю крошку подмокших лепешек с мясом. - Сразу видно, нихрена в походной жизни не шаришь!
Еще некоторое время Джонни наслаждался покоем и теплом. После еды и думалось, и виделось все иначе. Даже отсутствующий Рик больше не раздражал, а взъерошенная Механика выглядела почти по-домашнему в своей клетчатой рубашке. Приглядевшись, Джонни заметил, что девушка осторожно разглаживает на колене какой-то кусочек целлофана, бережно сдувая с него капли.
- Механика? - позвал Хесс. Та вздрогнула, быстро прикрывая свое сокровище ладонью. – Я спросить хотел. Ты… очень много провела времени на пустошах. Какова она – здешняя жизнь? Что я должен знать, чтобы… чтобы жить, как все вы?
Девушка задумалась.
- Скверная жратва, работа до кровавых мозолей, а мягкую туалетную бумагу ваще не сыскать, - наконец ответила она. - Ничего хорошего, белявый.
- Но ведь это теперь. А как ты думаешь – может, в будущем…
Механика подняла голову, глядя на Хесса почти с изумлением.
- Чо? - подозрительно переспросила она. – Какое-какое будущее? Не, Джонни, не слыхала. Вся наша жизня умещается в три слова: стреляй, жри, беги.
- Тяжело вам, - пробормотал Джонни, стаскивая с плеч мокрую футболку. - Ммм... можно еще вопрос?
- Валяй.
- А у тебя есть мечта?
- Эй, - насторожилась Механика, - шо за нахрен, святоша? Что-то не припомню, чтобы мы с тобой одеяло на двоих делили.
- Ладно, - отступился Джонни, глядя в спину отвернувшейся Механики, - извини. Мне просто стало любопытно... Ты такая... самостоятельная. В общем, я подумал, если о чем-то уверенно говоришь, значит, знаешь, что это такое. Для тебя это не просто пустой звук. Извини, если обидел.
Просидев некоторое время молча, девушка с шумом втянула в себя воздух.
- Ну-у, в общем, - она оглянулась на задремавшего Сэмми, поманила Джонни к себе. - Есть у меня мечта. Вот.
В целлофане оказалась карточка. Старая, помятая на углах, со светлыми полосками там, где её когда-то сгибали, но еще вполне различимая. Под ревнивым взглядом Механики Джонни повернул её к свету, чтобы лучше рассмотреть.
- Авианосец? - удивился он. - Здоровенный какой.
- Авианосец, малыш, - улыбнулась Механика. - Штат Вашингтон, река Потомак, восточное побережье, если быть совсем точной.
- Зачем тебе авианосец? – спросил беглец, разглядывая мутные изображения зданий на набережной, руины домов и кровавый закат, от времени заметно потускневший.
- Ты не шаришь, - склоняясь над плечом Джонни, вздохнула Механика. - Грят, в этом самом авианосце – целый город. Не простой, а исследовательский! И тамошний хмырь из белохалатников начал мутить клевую штуку с генераторами и машинками. Типа, собирает преобразователь, чтобы энергию получать из всякой зараженной радиацией хрени. Слухи, чо пялишься, слухи! Ну вот. Думала, как выучусь, попутешествую маленько по пустошам, опыта наберусь, людей посмотрю, помогу чем смогу. А потом найду тихое местечко, чтобы можно было осесть, дом завести, семью... Осяду, остепенюсь. Эх, - махнула рукой Механика, - хорош пялиться, Джонни. Мечты они мечты и есть. Но когда-нибудь, - глядя на авианосец на снимке, намного тише прибавила она, - когда-нибудь я туда доберусь. Обязательно.
Раскаты грома, трескучие, как феерверк, и грозные, как свист несущегося ядерного фугаса, возвестили новую фазу неистовства погоды. Короткая вспышка молнии на миг осветила черные лохмы нагнанных ветром тяжелых туч - а в следующий миг на раскаленную землю пустошей обрушился ливень.
Утро показало себя лишь сереющим небом на востоке. Ливень по-прежнему стоял плотной стеной, точно собирался отлиться за все долгое лето, когда с неба не упало ни капли воды. Несмотря на то, что дождь принес с собой довольно ощутимую прохладу, «продравший глазья» еще несколько часов назад Джонни Хесс ушел в соседнюю комнату, где крыша прохудилась настолько, что вся комната вполне могла претендовать на вид неисправной душевой. Как объяснил - помыться. Остальные, включая порноактера, которого потоки дождя привели в чувство, по-прежнему отсиживались в кладовой, где была крыша, и сумрачно наблюдали за бульбами на воде, которая подбиралась все ближе к их укрытию.
- Холодно, - показавшийся в дверях Хесс, мокрый, как мышь, поспешно нырнул под крышу и принялся яростно растираться собственной рубашкой. - Там на два шага не видно - заливает глаза. Не удастся нам сегодня поработать, если он хотя бы не ослабнет.
- Гребанная водолейка, - брезгливо подтягивая ноги от наступающей воды, выругалась Механика. - Хера с два теперь выедешь. Дороги в жопу размыло. Ну, что вылупились, кукушата? Подъем! Ты, головогрудый, - она ткнула пальцем в Хесса, - напяливай шмотье и марш за мной. Сегодня мне потребуется грубая мужская сила.
- На улице цветной дождь, - блаженно улыбнулся Рик. - А мужскую силу я тебе и здесь могу предоставить.
- Ну, нахрен, - скривилась Механика. - Я лучше с Меллори пересплю.
- Правда? - поднял голову торговец.
- Нет, идиот!
Пока Механика для разминки на все лады склоняла родственников явившегося накануне глубокой ночью «двигателя коммерции», Хесс натянул рубашку. Над улицей, словно медведь-шатун, с ворчанием бродила гроза. Дождь лупил по стенам домика, было холодно, и выходить из не слишком целого, но еще надежного убежища, Джонни не хотелось.
Наконец Механика устала поносить Меллори, и устремила недобрый взгляд на Хесса.
- Чо стоим? - сузив глаза, поинтересовалась она. - Дверь вон там! Марш, левой, правой, левой, правой! Арбайт унд шнель!
Джонни оглянулся на дверь, на подтекающие по полу потоки, и попытался вразумить девушку:
- Ты собираешься работать под дождем?
- А чо такого, религия запрещает? - удивилась Механика. - Зри в корень, святоша! С такой погодой ни одна тварь носа на улицу не высунет, так что мешать никто не будет. Есть, правда, на свалке Сэмми, старый жлоб. Он там живет, с чего, хрен его знает, но постоянно возится с остатками тачек, любыми, какие ему удается разобрать. Ясен пень, будет торчать под боком, зырить... Но он не вредный. Мож, вы с ним еще сговоритесь, язык, так сказать, общий найдете. Он технику страсть как любит. Так что не кисни, святоша, - улыбнулась девушка, - я тебе еще целую крышку спиртяги у Сэмми налью, для сугрева!
- Я не пью.
Механика подняла воротник повыше, проверила, хорошо ли закрыты кармашки жилета, и открыла дверь в комнату.
- Ну и хрен с тобой, - кивнула она. - Не отставай!
***
- То есть, ты весь вчерашний день делала нам тележку? Но почему ты не позвала нас? Вместе…
- Вас еще найди, попробуй, - девушка шмыгнула текущим носом, смахивая из-под него воду. – Да и пойди знай, чо там у вас на уме. Мож, вы хотели поселиться в этой дыре до конца своих дней? Ну, раз вы двигаете в Город Солнца, проедемся вместе. Заодно и тележку толкнем. Хоть и чую задом, что телега нужна леденцу как прикрытие, а на деле он подрядился протащить мешок конкретной дури.
- Наркотиков?
- Наркотиков, - Механика опять смахнула воду, прибавляя шагу. – В Городе они запрещены, телеги потрошат, потому дилеры и нанимают лохов навродь нашего Рикки чтобы они свои зады подставляли. Но если выгорит – получим кучу денег. Так шта это он хорошо придумал. Надо б попробовать.
Щедро поливаемые дождем и поскальзываясь на мокрых мусорных кучах, они, наконец, выбрались за город. Свалка встретила их грудой нагроможденных друг на друга корпусов старых машин, ржавых остовов кроватей, холодильников, сломанных телевизоров и прочего хлама. Чуть в стороне стояла хижина. Хлам вокруг нее имел такой вид, как будто с ним, во всяком случае, что-то делали. В окне хижины горел свет.
- Тележка дальше, - девушка кивнула куда-то за хижину. – Делала рядом, чтоб инструмент был под рукой. Сэмми поделился. Грю, он не вредный. По-моему, его особо в городе не жалуют. Темечко, конечно, прохудилось. Но поговорить ему не с кем, и, шоб с ним говорили, он кого угодно готов рядом терпеть. Тем и воспользуемся.
Обогнув хижину, они оказались на нешироком пустыре. Вокруг валялись самые разнообразные запчасти от автомобилей и не только от них. А прямо посередине под струями дождя красовалась…
- Вот она, моя прелесть! - гордо провозгласила Механика, широким жестом представляя Хессу плоды своего вчерашнего труда.
Джонни помедлил. Ему казалось, что где-то на задворках сознания чувство самосохранения изо всех сил пыталось заставить его промолчать. И, вместе с тем, при взгляде на сооружение, грузно припавшее к полу, его томило странное предчувствие, что добром затея Механики не кончится.
- Можешь что-то сказать, - милостиво разрешила та, приняв молчание Хесса за потрясенный восторг. - Она, конечно, еще не готова… но вот здесь будет рычаг. А там мы натянем цепь. Если правильно рассчитать площадь.... и если приладить вот здесь, и здесь педали...
Обращенная к ним дверь хижины отворилась, являя миру оборванного заросшего старика в выцветшей кепке. Старый Сэмми привалился плечом к косяку, радостно улыбнувшись редким у него молодым гостям.
- Э...мы поедем на этом? - услышал он.
- Аха! - голос, уверенно выдавший первый ответ, вдруг стал колючим. - Чо, не нравится?
- Нет, но... несколько необычно для этой местности, - дипломатично ответил Хесс. - Не хочу тебя обижать, но тебе не кажется, что... эээ-то приспособление немного не подходит для пустошей?
Механика непонимающе оглядела сооружение.
- Колеса маловаты?
- Нет, - вздохнул Джонни.
- Парус прямоугольный? Так вот еще есть носовой, кормовой, чтобы притормаживать, а еще я хотела...
- Не то, - перебил Хесс. - Я хотел сказать, что для путешествий по пустошам лодка - не самый удобный вид транспорта!
«Прелесть» - как гласили кривые белые буквы на борту - представляла собой широкую, низкую лодку, водруженную на раму легкового автомобиля. По бокам, как и полагается, торчали колеса. Зато рядом лежала не установленная пока мачта, с куском брезента, подозрительно напоминавшего парус.
Перегнувшись через борт, Джонни увидел, что Механика успела не только приварить борта к раме, но и вырезать в днище дыры и желобки, точно над местом, где шли тяги к педалям.
- Ша, у меня все точно! - успокоила Механика. - Не знаю, про какие лодки ты толкуешь, но я знаю только такие, сухопутные. Да не очкуй, святоша, поедет как миленькая, зуб даю! Зырь сюда. Мощность две человеческие силы, - привалившись к борту, объявила Механика. - Цепная тяга, парусная тяга, тормоза, как положено... Ну, чо, святоша, за дело. Поставим цепь, приварим педали... Скучно не будет!
- Не думаю, чтобы хозяин этой свалки... как его - Сэмми? – Хесс оглянулся на наблюдавшего за ними старика, - разрешил нам заниматься сваркой под дождем. Слушай, Механика, - он нетерпеливо переступил с ноги на ногу и бросил несколько нервных взглядов по сторонам, но из-за пелены дождя так ничего и не увидел. - Я не против поработать, но сама видишь, сейчас работать невозможно. Совсем! Давай вернемся к остальным! А сюда придем потом. Ну, потом!
Джонни видел, как Механика шевелит губами, но и только. В небе громыхнуло с такой силой, что качнуло даже хижину Сэмми. Сам дед присел от неожиданности, и, с трудом выпрямившись потом, развернулся и ушел обратно в дом, хлопнув дверью. Джонни с тоской оглянулся, надеясь, что молния выберет объект среди развалюх, усеявших свалку.
- На измену пробило? - пока гром собирался с силами, прокричала Механика. - А ехать, ехать ты на чем, идиот, будешь? Каждый час простоя в этом городе может тебе стоить тесного знакомства с работорговцами!
- Я понимаю! Но сваривать под дождем все равно нельзя! - смахнув с лица воду, проорал в ответ Джонни. - Давай подождем, пока утихнет!
Механика колебалась. Потоки воды стекали на дно лодки, выливаясь сквозь прорези в днище, так что под колесами уже образовалась небольшая вымоина в мягкой земле. Джонни поежился, нетерпеливо оглядываясь на хижину Сэмми.
- Черт с тобой, задохликом, - махнула рукой Механика. - Марш в дом.
В лачуге Сэмми было жарко, как в печи кузнеца. Просмоленная крыша защищала от ненастья, под потолком горела лампа. При виде появившихся на пороге гостей Сэмми просиял. Однако, так ни сказав им ни слова, молча достал с полки закопченный чайник, и поставил его на керосиновую горелку.
- Плесни-ка ему чая, дедуля, - выжимая волосы, вздохнула Механика. - Ну, народ пошел, без жратвы - нихрена делать не станут. А как же идея? Как же энтузиазм? - накинулась она на клацавшего зубами Джонни. – Ты ж, мать твою, святоша! Тебя вера должна греть, направлять там, и все такое прочее... А на деле пустое брюхо твой проводник! Тьфу...
- В такую погоду собаку на улицу не выгонишь, - оседая в продавленное кресло, рискнул подать голос Сэмми. Голос у него был ожидаемо старческий и дребезжащий.
- Собаку-то дааа.... - согласилась Механика, охлопывая себя по карманам. - Собаку не выгонишь. На кой, если она работать не умеет?
Джонни, уютно устроившийся было на стуле у керосинки, выпрямился во весь рост.
- Я работать не отказался! - заявил он. - Просто сказал, что погода для сварки неподходящая.
- Да сиди уже, работяга, - махнула на него Механика, вытаскивая из бокового кармана объемный пакет. - На вот, погрызи. Свежее, вчерашнее. Так и быть – я седня добрая. И ты, Сэмми, тожа на. Не похоже, чтоб тебе жрать доводилось так уж часто.
Джонни примерился, и впился в толстую корку зубами, отгрызая большой кусок. Что-то приятно захрустело у него во рту, даже дернулся сведенный голодной судорогой желудок.
- Ишь, как молотит, - развешивая над печкой жилет и курточку, восхитилась Механика, - ешь, ешь! За каждый скормленный тебе витамин я потребую вернуть сторицей!
- Спасибо, - благодушно улыбнулся Джонни, глядя на Механику. – Ты ведь хорошая, Механика. Хотя изо всех сил хочешь казаться плохой. Но все равно видно – ты хорошая. Очень.
- Точно псих, - решила девушка, присаживаясь рядом. - Ты часом от голода умом не тронулся ли, святоша?
- Джонни.
- Хреджонни, - огрызнулась Механика. - На вот, слопай мою белку. Чота нет у меня желания жрать шашлыки из зверей сёдня. Да ешь ты, - недовольно прикрикнула она, - тебе больше надо.
Еще какое-то время в хижине царила недолгая тишина, нарушаемая скрипом кресла Сэмми, бряцанием вывески на фасаде, и дробью дождя в стены. Судя по завыванию ветра и грохоту в набухшем тучами небе, непогода сегодня решила взять реванш за все сухие дни.
- Куда выбрасываешь? - встрепенулась Механика, отбирая у Хесса пустой пакетик, едва тот вытряхнул в рот последнюю крошку подмокших лепешек с мясом. - Сразу видно, нихрена в походной жизни не шаришь!
Еще некоторое время Джонни наслаждался покоем и теплом. После еды и думалось, и виделось все иначе. Даже отсутствующий Рик больше не раздражал, а взъерошенная Механика выглядела почти по-домашнему в своей клетчатой рубашке. Приглядевшись, Джонни заметил, что девушка осторожно разглаживает на колене какой-то кусочек целлофана, бережно сдувая с него капли.
- Механика? - позвал Хесс. Та вздрогнула, быстро прикрывая свое сокровище ладонью. – Я спросить хотел. Ты… очень много провела времени на пустошах. Какова она – здешняя жизнь? Что я должен знать, чтобы… чтобы жить, как все вы?
Девушка задумалась.
- Скверная жратва, работа до кровавых мозолей, а мягкую туалетную бумагу ваще не сыскать, - наконец ответила она. - Ничего хорошего, белявый.
- Но ведь это теперь. А как ты думаешь – может, в будущем…
Механика подняла голову, глядя на Хесса почти с изумлением.
- Чо? - подозрительно переспросила она. – Какое-какое будущее? Не, Джонни, не слыхала. Вся наша жизня умещается в три слова: стреляй, жри, беги.
- Тяжело вам, - пробормотал Джонни, стаскивая с плеч мокрую футболку. - Ммм... можно еще вопрос?
- Валяй.
- А у тебя есть мечта?
- Эй, - насторожилась Механика, - шо за нахрен, святоша? Что-то не припомню, чтобы мы с тобой одеяло на двоих делили.
- Ладно, - отступился Джонни, глядя в спину отвернувшейся Механики, - извини. Мне просто стало любопытно... Ты такая... самостоятельная. В общем, я подумал, если о чем-то уверенно говоришь, значит, знаешь, что это такое. Для тебя это не просто пустой звук. Извини, если обидел.
Просидев некоторое время молча, девушка с шумом втянула в себя воздух.
- Ну-у, в общем, - она оглянулась на задремавшего Сэмми, поманила Джонни к себе. - Есть у меня мечта. Вот.
В целлофане оказалась карточка. Старая, помятая на углах, со светлыми полосками там, где её когда-то сгибали, но еще вполне различимая. Под ревнивым взглядом Механики Джонни повернул её к свету, чтобы лучше рассмотреть.
- Авианосец? - удивился он. - Здоровенный какой.
- Авианосец, малыш, - улыбнулась Механика. - Штат Вашингтон, река Потомак, восточное побережье, если быть совсем точной.
- Зачем тебе авианосец? – спросил беглец, разглядывая мутные изображения зданий на набережной, руины домов и кровавый закат, от времени заметно потускневший.
- Ты не шаришь, - склоняясь над плечом Джонни, вздохнула Механика. - Грят, в этом самом авианосце – целый город. Не простой, а исследовательский! И тамошний хмырь из белохалатников начал мутить клевую штуку с генераторами и машинками. Типа, собирает преобразователь, чтобы энергию получать из всякой зараженной радиацией хрени. Слухи, чо пялишься, слухи! Ну вот. Думала, как выучусь, попутешествую маленько по пустошам, опыта наберусь, людей посмотрю, помогу чем смогу. А потом найду тихое местечко, чтобы можно было осесть, дом завести, семью... Осяду, остепенюсь. Эх, - махнула рукой Механика, - хорош пялиться, Джонни. Мечты они мечты и есть. Но когда-нибудь, - глядя на авианосец на снимке, намного тише прибавила она, - когда-нибудь я туда доберусь. Обязательно.
