- Страуд тоже идет, - Дайлен встал и принялся отстегивать ремни своего доспеха. - Весна не за горами, и нам нужно успеть в Ферелден до того, как придет тепло. Но есть большая трудность - через Герлен границу не пересечь. Тейрн Логейн в ненависти к Орлею не желает пропускать в Ферелден отряд вооруженных орлесианцев, пусть и для защиты всего Ферелдена. Мы долгое время изучали все карты, что нашлись в Крепости. Даже направляли гонцов в Круг и Секретариат. Если верить совсем старым начертаниям, Морозные горы можно пересечь в еще одном месте - и место это называется Сулкеров перевал. Перевал этот был заброшен давно - из-за большой опасности его пересечения даже летом. Но... выбора у нас тоже нет.
Юный Хоук хмыкнул.
- Похоже, слухи о том, что Стражи не подвергают себя опасности, а живут в ней - не преувеличены.
Амелл махнул рукой.
- К такому быстро привыкаешь и перестаешь замечать. Главное теперь - сделать дело. Путь на перевал начинается где-то из Долов. Добираться в горы нужно не один день, и немало дней уйдет на поиски самого перевала. Мы, конечно, будем искать, но положение его разнится на большинстве из найденных нами карт...
- Если вы, шемлены, наконец, заткнетесь, прекратите смердеть здесь своими ногами и свечами и дадите мне поспать, утром я отведу вас на этот ваш перевал, - раздалось за их спинами. Давно позабывшие в беседе о бывшем тут же, в комнате, эльфе, потомки семейства Амеллов в один час вздрогнули от неожиданности. - Мой клан прошел по этому перевалу в этом году поздней осенью, когда, согнанные с места Мором, мы бежали в земли наших предков из болот Коркари.
- Глава 62 -
В первый миг, когда из-за поворота расширявшейся дороги показалась большая пещера, в конце которой высились огромные внешние ворота Орзаммара, путникам почудилось, что глаза обманывают их. Измученное многими неделями под землей сознание наземников напрочь отказывалось принимать мысль о том, что бегство из-под чудовищной толщи камня сделалось столь близко. Даже сопровождавшие экспедицию гномы выглядели потрепанными долгой дорогой. Те же, кто пришел с поверхности, чувствовали себя не в пример хуже. Бывшая и до того неразговорчивой Морриган со времени, когда сопровождаемый Дюраном Эдуканом отряд повернул обратно к Орзаммару, не произнесла ни слова. Ее молчание было столь упорным и отрешенным, что победило даже многодневные попытки встревоженного эльфа разговорить ее. Впрочем, по времени Зевран оставил ведьму в покое. Ему хватало собственных забот. Несмотря на видимое здоровье, антиванец все едино выглядел квелым и больным. Казалось, даже его светлые некогда волосы потускнели, хотя дело могло объясняться проще – водные источники на Тропах встречались, однако, их все равно было недостаточно для содержания себя в чистоте. Но в том, что уроженцу солнечной Антивы не хватало воздуха и света не было сомнений. Большую часть своего времени Зевран молчал, угрюмым видом словно передразнивая и лесную ведьму, мрачно нахохлившуюся на спине бронто, и угрюмого, почерневшего коссита, чьи обострившиеся черты лица все менее напоминали человеческие.
Несмотря на видимо удачный исход экспедиции, на душе у Командора было тяжело. Вопреки его тайным ожиданиям, по возвращению в лагерь легионеров, увидеться с Сигрун наедине ему так и не довелось. Уже сделалось очевидным, что девушка намеренно его избегала. Кусланд не видел для этого причин, и чем дальше, тем помыслы о судьбах мира занимали его все меньше. Всем сердцем он рвался к красивой гномке, и сдержанность, которую нужно было выказывать при невольных свидетелях этих порывов, доводила его до исступления. Оторвав себя от Сигрун, Айан словно открыл в душе рану, что не заживала, со временем начиная беспокоить его все больше. Мысль о том, что он не сумел поговорить с девушкой не давала ему покоя. А осознание того, что, скорее всего, он никогда больше ее не увидит, приводила в настоящее отчаяние.
- Страж, - голос Дюрана вывел Кусланда из состояния мрачной задумчивости, отдавшись которой, тот не заметил, что ворота Орзаммара надвинулись почти вплотную. – Ты должен объявить, что берешь меня под свою защиту. На случай, если стража откажется пускать меня в город.
Айан угрюмо кивнул.
- Надеюсь, гномы там не перебили друг друга из-за политики, - потирая плечо, вмешался Зевран. Повод от сбруи бронто безвольно свисал из его вялого кулака. – Было бы очень обидно опоздать после того, как мы столько пробродили по этим пом… пещерам.
- Не перебили, - Броска мотнул отросшей бородой в сторону ворот. – Эльф называется. Стражу, что ль, не вишь?
Стража действительно по-прежнему стояла с внешней стороны Первых ворот. При виде возвращавшейся экспедиции гномьи воины заметно оживились, однако, навстречу ожидаемо не двинулся никто. Лишь дождавшись приближения, старший над охранявшими ворота шагнул вперед, коротко склоняя голову.
- Приветствую отряд Стража. Хвала предкам, вы вернулись живыми! По правде говоря, с тех пор, как вы ушли, прошло уже много времени и надежды на ваше возвращение почти ни у кого не оставалось…
Взгляд гномьего воина остановился на лице опального принца и он резко умолк. Несколько ударов сердца все низкорослые стражники смотрели на Дюрана во все глаза, потом, словно опомнившись, почти одновременно отвесили поклон.
- Лорд Эдукан! Милосердные предки!
Дюран переглянулся с Командором.
- Я… благодарен вам, мои добрые гномы. Но с изгнанником не должно обращаться, как с принцем.
Пришел черед стражей ворот переглядываться друг с другом.
- Лорд Эдукан, - голос старшего гнома звучал неуверенно, точно он сомневался в том, не навредит ли сказанное ему самому. - Ты был изгнан и вернулся только теперь. Не знаю, во имя предков, как Стражам удалось спасти тебя… Но из-за своего отсутствия ты, конечно, не мог знать о переменах, которые произошли в Орзаммаре.
- Переменах?
- Это случилось уже после твоего ухода, Страж, - старший над воинами почтительно кивнул в сторону Кусланда, но взгляды его и прочих гномов были прикованы к фигуре Эдукана так, словно перед ними стоял, по меньшей мере, еще один Совершенный. – Лорд Харроумонт и принц Белен… нешуточно сцепились за трон. Харроумонт вменяет в вину Белену слишком многое. Белен не скупится на ответы. Последним, в чем он обвиняет Харроумонта – в очернении тебя, лорд Дюран, перед всем Орзаммаром, что привело к несправедливому смертному приговору. Белен представил Совету неопровержимые доказательства того, что это Харроумонт убедил Триана напасть на тебя, а ты лишь защищался. Оба твоих разведчика уже изменили показания и были казнены за измену, что привела к гибели сразу двух Эдуканов. Исполненный горечи Белен постарался, чтобы твое доброе имя было восстановлено и даже внесено в анналы истории Орзаммара отдельной главой.
Воцарившееся на некоторое время молчание было прервано смешком со стороны сидевшей на спине бронто ведьмы.
- Да, это, наверное, единственная и самая крупная ошибка Белена, - поддержал Зевран, оживляясь на глазах. – По-видимому, дело у них там совсем жаркое, если он решил пускать в ход сопряженный с таким… риском аргумент!
- Так значит, брат был уверен, что я мертв и потому реабилитировал меня, - длинного слова не понял никто, даже Командор Серых Стражей. Дюран улыбнулся, и улыбка эта неожиданно хищно исказила черты его благородного лица. – Что ж... высшая справедливость все-таки существует. Я сам даже не... смел надеяться на подобный исход.
- Глава 63 -
Улицы были пустынны. За все то время, что путники двигались от ворот к Верхнему Орзаммару, им не встретилось ни души. Однако чем ближе они подходили к Алмазным залам, тем все больше набирал силу несущийся издалека сильный и нестройный гул множества голосов. На улицах стали появляться гномы, спешащие в том же направлении, что и отряд. Поймав одного такого за плечо, Кусланд выяснил, что, похоже, то, чего опасался Дюран, и о чем он говорил всю дорогу, произошло. Затяжная борьба за трон между его братом и лордом Харроумонтом перешла в самую острую стадию.
- Уж, почитай, вторые сутки никто в Орзаммаре не работает, кроме стражи и дежурных у печей, - одновременно замирая от чести лицезреть перед собой Серого Стража и сгорая от желания ринуться вперед, к Алмазным залам, наскоро поведал молодой мастеровой. – Даже неприкасаемые из Пыльного явились, а гнать их теперь некому. Все торчат перед Залом Собраний. Войнов там навалом, со всех домов. Ежели долбанные деширы не решат и на этот раз, то…
- Нужно торопиться, Страж, - раздалось из-под наличника закрытого шлема Дюрана. – Пойдем быстрее, пока предки не попустили свершиться непоправимому.
Кусланд переглянулся сперва со Стеном, потом с Зевраном, грязное лицо которого комкала самая кислая гримаса из всех, что когда-либо на нем появлялись.
- Гномья политика, - только и бросил антиванец, но этого было достаточно. Всех посетила одна и та же мысль.
- Как бы не полечь прям тут, и это после того, как, почитай, все Тропы прошли невредимыми, - бормотал Броска, так же, как и Эдукан, прятавший клеймёное лицо под закрытым шлемом. – Гномьи латники – эт не хилые порождения. Ежели начнется махач…
- Перебирай скорее ногами – и не начнется, - зло пообещал Дюран, переходя почти на бег. – Предки, пошлите Белену еще хоть немного терпения!
- Лорды Ассамблеи, призываю вас к порядку! Этот спор ведет нас в никуда!
Зал собрания деширов был полон гномов, но в сравнении с тем, что творилось на улицах Алмазных залов, казался почти пустым. С трудом сумевший пробиться сюда Кусланд, повинуясь останавливающему жесту Дюрана, задержался при входе в зал. Перед глазами Командора все еще стояли лица гномов, сотни лиц, тысячи лиц. Все они толпились снаружи, занимая улицы, забираясь на выступы стен, едва не сталкивая друг друга в лаву. Давка была чудовищной и, по словам ее участников, началась с того, что, несмотря на протесты Белена, лорд Харроумонт вновь – в который раз – потребовал собрания гномьих лордов. Это собрание было далеко не первым, но некогда рвавшийся в битву Белен необъяснимым образом до сих пор все пытался оттянуть любое заседание. Однако, похоже было, что на этот раз Харроумонт подготовился серьезно. Время собрания, никогда не скрывавшееся, но и не бывшее достоянием широкой гномьей общественности, вдруг сделалось известным каждому. Невесть кем разносились слухи о том, что гномьи лорды не собирались и не собираются избрать нового правителя, поскольку их устраивало воцарившееся в Орзаммаре безвластие. Слухи эти вызывали целую бурю возмущений в среде мастеровых, скотоводов, пищевиков, торговцев и ремесленников, до отвала уже наевшихся беззаконием и беспорядками безвластия. Долгое время живший в неопределенности и томлении, претерпевавший разгул неприкасаемых бандитов народ гномов решил на этот раз все-таки добиться от лордов того, для чего они собрались в самом главном зале королевства. Настроения в разношерстой, запрудившей улицы Алмазных Залов, толпе, бродили самые разные, но цель у всех была одна.
- Тогда к чему тянуть время? – тем временем, голос Белена звучал уверенно и спокойно, вопреки бытовавшему мнению о чрезмерной вспыльчивости, присущей ему во время подобных собраний. – Если уж все уважаемые деширы собрались здесь, значит, так тому и быть. Необходимо, наконец, проголосовать и выбрать законного короля.
- Народ собрался на улицах перед Залом Собраний, - низкорослый и пожилой гном с благообразным лицом и очень длинной, холеной седой бородой воздел обе руки. – Жители Орзаммара больше не потерпят беззакония! Честные гномы готовы уже теперь выступить против тирана…
- Мне известно, что народ сюда собирали твои крикуны, Харроумонт, - прервал его Белен, складывая руки на груди. В отличие от своего соперника, который был стар и носил лишь богатую матерчатую мантию и накидку, принц явился в Зал Собраний, закованный в доспех. – Ты задурил гномам головы, как когда-то задурил ее моему отцу! Но это тебе не поможет. Всем известно, что законный наследник трона – это я. У моего отца остался только один сын – наследник трона Эдуканов. Кто посмеет оспорить это?
Почувствовав толчок со стороны Дюрана и терзаясь тоскливыми предчувствиями, Кусланд в сопровождении гномьего принца, сошел со ступеней, что вели от входа, выходя и останавливаясь посреди зала. Взгляды расположившихся в круг на трех возвышениях гномьих лордов обратились к нему. Стоявший до того в зале гул утих.
Дюран вскинул голову и обеими руками медленно потянул вверх, снимая, шлем.
- Я, Дюран Эдукан, второй сын почившего в Камне короля Эндрина Эдукана, оспариваю это неправдивое утверждение, - медленно и громко, обводя взглядом всех и каждого из стоявших вокруг него лордов, проговорил изгнанник. Остановив взгляд на застывшем Белене, он слегка склонился. – Приветствую собрание деширов. Я надеюсь, никто не будет оспаривать и мое право находиться здесь?
По рядам замерших лордов побежал, все набирая силу, грозный ропот. Белен и Харроумонт переглянулись. Старый гном нервно вдохнул. Лицо его соперника сделалось одного цвета с его бородой.
Управитель собрания, высокий, благородный гном, шагнул вперед, поднимая руку. Дождавшись, чтобы шум, поднятый появлением бывшего преступника, утих, он сделал приветственный жест в сторону Дюрана и возвышавшегося рядом с ним Айдана Кусланда.
- Атраст вала, лорд Дюран, и ты, Серый Страж. Принц Эдукан, твое возвращение – это поистине чудо, явленное нам милостью предков! – он стукнул по полу посохом, затем поднял его, обводя навершьем ряды взбудораженных деширов. - Принц Белен немало потрудился ради восстановления твоего славного имени. Ты вновь в своем праве. От всего Совета прими сожаления о том, что едва не случилось с тобой по нашей ошибке!
Эдукан взял шлем подмышку, делая ответный жест.
- Это – дело прошлое. У меня нет зла к Совету. Напротив – узнав, что Орзаммар раздирают противоречия в то самое время, когда нам, как никогда, необходимо единство, я, как мог скорее, поспешил сюда с Глубинных троп, чтобы помочь моему народу обрести то, что ему сейчас нужно больше всего – твердую, законную власть. Благодарение предкам, Серый Страж и его экспедиция помогли мне успеть в срок.
- Ты уверен, брат, что твое присутствие поспособствует объединению, а не еще большему разделению Орзаммара?
В голосе, наконец, заговорившего Белена, была угроза, которую услышал каждый, у кого были уши. Дюран усмехнулся сквозь светлые усы.
- Серый Страж, которого, не иначе, как сами предки послали в столь тяжелый для нашей родины час, дважды из конца в конец прошел все Глубинные тропы до самого Бонаммара, - Эдукан подождал, пока смолкнут изумленные и недоверчивые возгласы соплеменников, и продолжил. – И вернулся он не с пустыми руками. Волей Камня ему удалось найти двух из тех, кто был назван Совершенными.
- Это невозможно! – все это время напряженно вслушивавшийся в разговор старик в мантии, стоявший на пьедестале напротив Белена, протестующе тряхнул бородой. – За несколько поколений у гномов появилась всего одна Совершенная – это Бранка. Если случилось чудо, и Страж нашел ее живой – почему не привел в Орзаммар? И кто тогда этот второй, о котором идет речь? При всем уважении, принц Эдукан…
