- Ценой твоей жизни? И кого мы подставим? Твою сестру? – Алаис рассуждала иначе.
- Лусию?
- А кто будет рожать нового герцога? Кто пойдет с ним посвящение? И нет ли у Тимаров запасного? Я бы озаботилась...
- Это – вряд ли, - магистр Шеллен неожиданно фыркнул. – Короли никогда не были особенно плодовиты.
- А последний?
- Они могли сделать детей, но те не выживали.
- В результате несчастного случая? Или их просто убивали? – Алаис напряженно размышляла. – просто королевские дети всегда были под прицелом, а вот у Тимаров может быть и несколько потомков. Если они давно ведут линию...
- Я не думаю, но мало ли, - вздохнул магистр. – В любом случае, что нам делать?
Алаис вспомнила обряд, вспомнила кипящую белой пеной воронку водоворота, и на губах ее появилась насмешливая улыбка.
- Я знаю, что делать. Но нам нужны будут верные люди.
- Считайте, что они у вас есть, - магистр оскалился вовсе уж по-волчьи.
- Откуда?
- Я приказал кое-что Стэну... мои люди будут на Маритани.
- Отлично. Тогда... я... читала про обряд. Слушайте, как это будет...
Два тела сплетаются на разобранной постели. Сталкиваются, как берег и прилив, на миг отстраняются друг от друга, вновь нахлестывают волнами... и наконец к небу уносится счастливый стон. Его? Ее?
Неважно, сейчас они – одно целое.
Но даже потом мужчина и женщина не отстраняются друг от друга. Алаис смотрит в лицо Луиса.
- Ты будешь осторожен? Я не хочу тебя потерять...
- Обещаю. Но и ты пообещай мне. Я тоже не хочу потерять тебя...
- Ты меня не потеряешь. Я всегда буду рядом.
- Слово?
- Слово...
- Я не жалею о Лаис.
- Но кровь-то осталась. Мы даже детей иметь не можем...
- Неважно, Совсем неважно...
Алаис подумала про маленькую губку с травяным раствором. Хоть так-то...
- Ты заслуживаешь большего.
- Я люблю тебя. А ты меня?
Вот так, просто. Или нет? Потому что шоколадные глаза искрились надеждой, верой, искренностью... Всем тем, что старался выбить из сына Эттан Даверт, и все же не смог.
- Люблю. Больше жизни люблю.
Луис склонился к губам женщины, и уже проваливаясь в новую любовную атаку, Алаис подумала почему-то, что давно она не спала одна...
Но ведь этого не может быть, правда?
Только не это...
Мирт Карст пробежал глазами письмо, бросил его на стол и задумался. Эльси тут же подобрала его и вчиталась в строки.
- Ох ты ж...
Управляющему герцога предписывалось обеспечить доставку его господина на Маритани. Через месяц.
Любым путем, лучше, чтобы Мирт считал, что едет заключать брачный договор или просто договор с Тимарами. Но лучше – брачный, есть подходящая невеста, некто Иста Лейнар, по крови не родственница Тимарам, так что дети будут здоровыми...
Одним словом – капкан. Только сунь ногу...
- Не надо тебе туда ехать, сынок.
- А мне кажется, надо, - Мирт задумался. – Рано или поздно до меня все равно доберутся...
- Да мы здесь...
- Я всю жизнь в замке не просижу. И жену подыскать надо будет... Ехать – стоит.
- А зачем вы туда поедете, господин? То есть вы-то понятно, но почему именно Маритани? Что в ней Тимарам?
Управляющий умел задавать правильные вопросы. Все присутствующие, то есть – Мирт, Эльси и Лисиус задумались над словами Салира.
А правда – почему Маритани? Даже если убивать, так и других мест хватает.
- Непонятно, - вздохнул Мирт. – Единственное, что приходит на ум – Замок над морем. Замок Королей...
- К чему он Тимарам?
На этот вопрос ответа не знал никто. Мирт поглядел еще раз на письмо, и поднялся с места.
- Лисиус, подбери подходящих людей для поездки.
- Да, монтьер.
Эльси всхлипнула, и Мирт ласково погладил ее по седым волосам.
- Надо, надо, нянюшка...
- Все я понимаю, сынок, а душа все одно не на месте...
- Я справлюсь, - Мирт вздохнул и поглядел в глаза няне. – я справлюсь.
И едва удержал рвущееся с губ слово «мама». Только вот Эльси оно не требовалось. Там, где хранится самое искреннее, в сердце, она всегда считала Мирта своим сыном, и герцог знал это. Один не сказал, вторая не ответила, но Мирт поклялся вернуться живым. Даже если ради этого придется перецеловать полк осьминогов.
Просто потому, что матери будет плохо. Она умрет, если он не вернется.
Что ж... берегитесь, осьминоги. Кто сказал, что в ваши игры не станут играть по чужим правилам? Мирт намерен был поступить именно так.
Эттан Даверт пробежал глазами письмо.
Оскалился.
- Вот ты где, с-сынок...
В письме, принесенном посланцем от Тимаров. Говорилось, что ровно через месяц Луис Даверт будет на Маритани. Прибывать раньше не надо, чтобы не спугнуть дичь, но если через месяц, Пресветлый с небольшим отрядом...
Только пожалуйста, лично, а то дичь... своеобразная... не хотим отвечать, если помрет при попытке к бегству.
Ловушка?
На Маритани?
На Преотца?
Это Эттану и в голову не пришло. Бред же...
Кто бы посмел так поступить? Да за такое этот остров по маковку в тину вобьют. А вот что Луис может там скрываться...
Может. А где бы ему еще быть? Самое то место предателю среди безбожников и всякого пиратского сброда.
Эттан тряхнул колокольчиком, вызвал секретаря и принялся отдавать приказы.
Через месяц, даже раньше, он уедет, и надо сделать так, чтобы недельку-другую все было в порядке. Сейчас он всех построит, напугает, а потом...
Разберемся, сынок. Еще как разберемся. Я тебе покажу, щенок, как на хозяина зубы скалить и ценных пленников воровать. Ты у меня узнаешь, что такое плетка...
И сучка твоя... тоже.
Эттан вспомнил Алекс, вспомнил глубокие сине-фиолетовые глаза, гибкое тело, улыбку...
Надо будет привезти ее с собой. С одной сучкой он уже развлекся, с этой же... почему нет? И можно даже на глазах у Луиса. А надоест... так и убить можно. А внука он себе заберет, сам воспитает. Уж на этот раз без глупого слюнтяйства...
Да, так и следует сделать...
Секретарь вздрогнул от улыбки на губах Преотца, но Эттан даже этого не заметил. Погруженный в приятные мечты о мести, он диктовал распоряжения.
Барона доставили на остров через пять дней после прибытия Луиса и Алаис. И глава рода Ирт пришел лично сообщить об этом.
- Ваша светлость, ваша светлость...
Вежливые поклоны, улыбки... и недоверие. Со стороны герцогов – точно, маританцы же внешне счастливы. Но подводные течения есть везде.
- Этой ночью? Почему бы нет...
Алаис переглянулась с Луисом, пожала плечами. Последние несколько дней ей было не до Таламира. Супруг там, не супруг... да прибейте вы его сами, у меня похуже проблема! Я беременна – или нет?
«Дней» не было, для реакций было еще рановато, да и не проведешь такое незаметно, а по ощущениям...
Ирион его знает!
Вы хоть себе представляете, насколько можно просто психануть на нервах из-за подобных предположений? Тут что хочешь заболит, зачешется и увеличится где не надо. С ума сойдешь!
Маританец почувствовал что-то неладное, но сопоставить не успел, магистр прищурился.
- Вы полагаете, это подходящая компания для женщины? Присутствовать при допросе, видеть все это...
- Я думал, герцогине будет интересно...
- Герцогиня не должна...
Алаис положила ладонь на запястье магистра.
- Магистр Шеллен, может, я и не должна, только и кроме меня некому. Это мой дом и моя семья, сами понимаете...
Магистр понимал, но не одобрял. А потому...
- Я иду с вами.
Возражать не стал никто. Таким подспорьем пренебрегать просто глупо.
Зрелище в лице и всей фигуре Анта Таламира искренне порадовало Алаис.
Не потому, что обнаженная натура, нет.
Потому что натура – на цепи, в ошейнике и прикована за обе руки. А ноги попросту перебиты так, что даже стоять Таламир сам не может.
Жаль такой роскошный экземпляр самца?
Рядом с Алаис шел не худший представитель мужского племени, а может, так даже и лучший. Луис не кичился своей мощью, рядом с Таламиром он выглядел более хрупким, но и более опасным. Ядовитая змея проиграет бизону по мощности, но не по смертоносности.
Так что полный ярости взгляд женщина встретила спокойно, и даже улыбнулась.
- Вы искали меня, супруг мой?
Сеййчас вежливость выглядела издевательством, но Алаис не втаптывала в грязь поверженного противника. Просто она не хотела опускаться до его уровня и поливать мужчину площадной бранью.
А ее вылилось в ответ достаточно. Если бы за каждое слово хоть по медяку давали, так Алаис и разбогатела бы. Маританцы аж заслушались, чувствовался в речах Таламира большой военный опыт. Так сказать, у солдатского костра набранный.
И приличными там были только предлоги.
Таламир ругался, а все молча стояли и ждали. И мужчина осознал это и заткнулся.
- Ну?
Барона Ломар Алаис не видела ни разу в жизни, и тем противнее было сознавать, что вот это лишило ее родных. Да, он ведь тоже, почти как Таламир...
Гадко. Просто гадко.
Кто им дал такое право?
А это они сейчас выяснят...
Алаис хотела спросить, но Луис сжал ее руку, а несколько не замеченных ранее палачей выступили из темного угла.
Раз – и с барона снята вся одежда, вплоть до кальсон.
Два – и он вздернут на дыбу рядом с Таламиром.
Три – и откуда-то достаются иголки, взблескивает пламя в очаге... палачи работают холодно и сосредоточено, не увлекаясь, не проявляя лишних эмоций...
- Зачем? – шепнула Алаис, кое-как отгораживаясь Луисом от жутковатой сцены.
- Мясо надо помариновать перед готовкой. Сговорчивее будет.
- А вдруг он и так рассказал бы?
- Так надежнее, - магистр заслонил Алаис с другой стороны. – Зря вы это затеяли...
- Это мой долг перед родом.
Это герцог понимал, а потом махнул рукой.
- Думаю, сегодня вы раздадите все долги.
Алаис в этом и не сомневалась. В крови бурлило нечто... горячее, злое, яростное, незнакомое... не сразу она догадалась, что это чувства той, прежней Алаис. Еще до появления в ней чужой души...
Таламир убил ее родных. Здесь и сейчас она могла отомстить – и требовала свое. Алаис поклялась себе, что не отступит – и крепко сжала руку Луиса. А предварительный этап тем временем закончился, и к барону шагнул дознаватель.
- Ваше имя?
- Огюстен Николас Ломар, барон Ломар. Вы хоть понимаете...
Дознаватель поднял руку.
- Барон, мы все понимаем. Видите герцога? Он тоже все понял. И герцогиня Карнавон здесь, с нами. Так что вы уж расскажите нам все, что надо, а мы вас отпустим. Только врать не стоит...
- Отпустите? Так я и поверил...
- Правильно, - Алаис шагнула вперед. – Ты, мразь, моих родных приговорил. Я за них тебя сама... отпустить могут, уйти не успеешь.
И столько гнева было в ее глазах, столько горя, что барон не решился ерничать. Просто пожал плечами, насколько позволили вывернутые руки.
- Я бы все равно поступил так же...
- Почему?
- Мне сделали предложение, от которого я не мог отказаться. Даже не мне. Королеве...
И все присутствующие обратились в слух.
Неизвестные злоумышленники поступили просто.
Чего хочет женщина? В основе своей?
Красоты и молодости.
Чего хочет королева?
Да того же самого, плюс – власти. И побольше, побольше, и можно без хлеба. Вот это и предложил Лидии сей-то эмиссар.
Чей?
Были у барона подозрения, все же хлеб свой он ел не зря, но уверенности не было...
Алаис знала имя раньше, чем оно прозвучало. Все знали. Догадались.
Тимары.
Маританцы тоже не выглядели пораженными. Видимо, что-то было... что?
Неизвестно.
Но королеве сказали, что у Карнавонов есть артефакт от Королей. Он дает здоровье и долголетие. А поскольку он королевский, то его можно и народу предъявить, все же Королей многие помнят. Это придаст власти Лидии больше легитимности, весомости...
Для женщины, у которой молодость уходила, а сын подрастал и все чаще пытался взять власть в свои руки, равно важными были оба пункта. Вот и был послан Таламир, вот и снес он Карнавон с лица земли, но поторопился.
Алаис стиснула кулаки, впервые узнав, что произошло, когда она упала в обморок.
Они все стоят в большом зале. Отец, мать, братья, сестренка. А Таламир прохаживается перед ними. Алаис страшно, безумно страшно...
- Теперь вы уже не так высокомерны, ваша светлость? Итак, я повторяю свой вопрос. Мне нужно то, что последний из Королей отдал вашему предку. Где оно?
Герцог пожимает плечами. По красивому лицу отца струится кровь - ему выбили несколько зубов и разбили губу, но высокомерие осталось при нем.
- Я ничем не могу вам помочь, Таламир.
- Полагаю, вас надо спросить иначе. Это ведь ваша жена, - он подцепляет за подбородок герцогиню. Женщина резко дергает головой - и вырывается из хватки мужчины. Но Таламира это не злит. Дальше некуда?
Он сухо смеется.
- Что ж... поиграем...
И кивок солдатам....
Не дождавшись реакции от герцога, Таламир смотрит на Алаис. На Алиту. На Алаис.
- Это обе ваши дочери, герцог? Кажется, жена от вас погуляла на стороне. Ну и уродина...
Таламир кивает на Алиту.
- А эта может стать хорошим трофеем.
Повинуясь его приказу, солдаты крепко держат Алиту за руки и за ноги, Таламир лично задирает ей юбку и что-то делает с сестрой. Та протяжно кричит. Алаис не видно за его спиной, что происходит, но она и не рвется. Она знает, скоро чудовищу надоест развлекаться и настанет ее черед. Лиццо Таламира багровеет, он отвешивает Алите пощечину.
- Гулящая сука!
Крик сестры прекращается. И...
- Отдать солдатам. Пусть хоть до смерти затрахают - не жалко.
Лица солдат вспыхивают какой-то страшноватой животной похотью. Алита начинает кричать и биться в их руках, но ее просто вытаскивают из зала. Она кричит где-то вдалеке, но недолго.
- А вот эту трогать пока не будем. Она еще невинна?
Теперь холодная рука цепляет за подбородок Алаис. Та содрогается, словно по коже скользнули кольца Ириона.
- Ты ни с кем еще не валялась, девчонка?
Алаис вздергивает голову вверх. Она промолчит.
Она будет молчать, пока хватит сил. Естественно, Таламира это не устраивает. Он опять делает жест солдатам - и Алаис растягивают на полу.
Грубые руки сжимают запястья и щиколотки, кто-то откидывает подол - и между ног лезет жестокая рука. Алаис старается сдержаться, но когда становится по-настоящему больно, глухо вскрикивает. И слышат удовлетворенный голос Таламира.
- Отлично. Мне как раз обещан титул - вот эта девчонка мне его и принесет. Стеречь ее...
И теряет сознание.
После того, как ее выносят из зала, Таламир обращается к герцогу.
- Я ведь все равно найду это. Замок снесу, разорю здесь все дотла, но найду, вы меня не остановите... сейчас и сына вашего... его сначала поимеют на ваших глазах, а уж потом...
- Нет!
Старший брат рвется из рук солдат.
- Я расскажу, не надо, я все расскажу!!!
- Нет!!! – герцог пытается остановить сына, но все бесполезно.
- Это доверил нам Король. Это...
Мальчишка вдруг замирает.
Хватается за горло и принимается дико кашлять. Сначала просто так, потом кровью, и ее становится все больше. Кровь льется у него из ушей, из ноздрей, глаз, рта...
Он захлебывается, корчится на полу в луже крови, солдаты, отпустив тело, уже тело, растеряно смотрят на него...
- Это же...
Таламир неверяще смотрит на герцога, и тот выпрямляется.
- Это – закон! Да покарает предателя кровь Моря!
Глаза Таламира зажигаются дикой злобой, но сказать он ничего не успевает. Герцог поворачивается лицом к распахнутому окну.
- Лусию?
- А кто будет рожать нового герцога? Кто пойдет с ним посвящение? И нет ли у Тимаров запасного? Я бы озаботилась...
- Это – вряд ли, - магистр Шеллен неожиданно фыркнул. – Короли никогда не были особенно плодовиты.
- А последний?
- Они могли сделать детей, но те не выживали.
- В результате несчастного случая? Или их просто убивали? – Алаис напряженно размышляла. – просто королевские дети всегда были под прицелом, а вот у Тимаров может быть и несколько потомков. Если они давно ведут линию...
- Я не думаю, но мало ли, - вздохнул магистр. – В любом случае, что нам делать?
Алаис вспомнила обряд, вспомнила кипящую белой пеной воронку водоворота, и на губах ее появилась насмешливая улыбка.
- Я знаю, что делать. Но нам нужны будут верные люди.
- Считайте, что они у вас есть, - магистр оскалился вовсе уж по-волчьи.
- Откуда?
- Я приказал кое-что Стэну... мои люди будут на Маритани.
- Отлично. Тогда... я... читала про обряд. Слушайте, как это будет...
***
Два тела сплетаются на разобранной постели. Сталкиваются, как берег и прилив, на миг отстраняются друг от друга, вновь нахлестывают волнами... и наконец к небу уносится счастливый стон. Его? Ее?
Неважно, сейчас они – одно целое.
Но даже потом мужчина и женщина не отстраняются друг от друга. Алаис смотрит в лицо Луиса.
- Ты будешь осторожен? Я не хочу тебя потерять...
- Обещаю. Но и ты пообещай мне. Я тоже не хочу потерять тебя...
- Ты меня не потеряешь. Я всегда буду рядом.
- Слово?
- Слово...
- Я не жалею о Лаис.
- Но кровь-то осталась. Мы даже детей иметь не можем...
- Неважно, Совсем неважно...
Алаис подумала про маленькую губку с травяным раствором. Хоть так-то...
- Ты заслуживаешь большего.
- Я люблю тебя. А ты меня?
Вот так, просто. Или нет? Потому что шоколадные глаза искрились надеждой, верой, искренностью... Всем тем, что старался выбить из сына Эттан Даверт, и все же не смог.
- Люблю. Больше жизни люблю.
Луис склонился к губам женщины, и уже проваливаясь в новую любовную атаку, Алаис подумала почему-то, что давно она не спала одна...
Но ведь этого не может быть, правда?
Только не это...
***
Мирт Карст пробежал глазами письмо, бросил его на стол и задумался. Эльси тут же подобрала его и вчиталась в строки.
- Ох ты ж...
Управляющему герцога предписывалось обеспечить доставку его господина на Маритани. Через месяц.
Любым путем, лучше, чтобы Мирт считал, что едет заключать брачный договор или просто договор с Тимарами. Но лучше – брачный, есть подходящая невеста, некто Иста Лейнар, по крови не родственница Тимарам, так что дети будут здоровыми...
Одним словом – капкан. Только сунь ногу...
- Не надо тебе туда ехать, сынок.
- А мне кажется, надо, - Мирт задумался. – Рано или поздно до меня все равно доберутся...
- Да мы здесь...
- Я всю жизнь в замке не просижу. И жену подыскать надо будет... Ехать – стоит.
- А зачем вы туда поедете, господин? То есть вы-то понятно, но почему именно Маритани? Что в ней Тимарам?
Управляющий умел задавать правильные вопросы. Все присутствующие, то есть – Мирт, Эльси и Лисиус задумались над словами Салира.
А правда – почему Маритани? Даже если убивать, так и других мест хватает.
- Непонятно, - вздохнул Мирт. – Единственное, что приходит на ум – Замок над морем. Замок Королей...
- К чему он Тимарам?
На этот вопрос ответа не знал никто. Мирт поглядел еще раз на письмо, и поднялся с места.
- Лисиус, подбери подходящих людей для поездки.
- Да, монтьер.
Эльси всхлипнула, и Мирт ласково погладил ее по седым волосам.
- Надо, надо, нянюшка...
- Все я понимаю, сынок, а душа все одно не на месте...
- Я справлюсь, - Мирт вздохнул и поглядел в глаза няне. – я справлюсь.
И едва удержал рвущееся с губ слово «мама». Только вот Эльси оно не требовалось. Там, где хранится самое искреннее, в сердце, она всегда считала Мирта своим сыном, и герцог знал это. Один не сказал, вторая не ответила, но Мирт поклялся вернуться живым. Даже если ради этого придется перецеловать полк осьминогов.
Просто потому, что матери будет плохо. Она умрет, если он не вернется.
Что ж... берегитесь, осьминоги. Кто сказал, что в ваши игры не станут играть по чужим правилам? Мирт намерен был поступить именно так.
***
Эттан Даверт пробежал глазами письмо.
Оскалился.
- Вот ты где, с-сынок...
В письме, принесенном посланцем от Тимаров. Говорилось, что ровно через месяц Луис Даверт будет на Маритани. Прибывать раньше не надо, чтобы не спугнуть дичь, но если через месяц, Пресветлый с небольшим отрядом...
Только пожалуйста, лично, а то дичь... своеобразная... не хотим отвечать, если помрет при попытке к бегству.
Ловушка?
На Маритани?
На Преотца?
Это Эттану и в голову не пришло. Бред же...
Кто бы посмел так поступить? Да за такое этот остров по маковку в тину вобьют. А вот что Луис может там скрываться...
Может. А где бы ему еще быть? Самое то место предателю среди безбожников и всякого пиратского сброда.
Эттан тряхнул колокольчиком, вызвал секретаря и принялся отдавать приказы.
Через месяц, даже раньше, он уедет, и надо сделать так, чтобы недельку-другую все было в порядке. Сейчас он всех построит, напугает, а потом...
Разберемся, сынок. Еще как разберемся. Я тебе покажу, щенок, как на хозяина зубы скалить и ценных пленников воровать. Ты у меня узнаешь, что такое плетка...
И сучка твоя... тоже.
Эттан вспомнил Алекс, вспомнил глубокие сине-фиолетовые глаза, гибкое тело, улыбку...
Надо будет привезти ее с собой. С одной сучкой он уже развлекся, с этой же... почему нет? И можно даже на глазах у Луиса. А надоест... так и убить можно. А внука он себе заберет, сам воспитает. Уж на этот раз без глупого слюнтяйства...
Да, так и следует сделать...
Секретарь вздрогнул от улыбки на губах Преотца, но Эттан даже этого не заметил. Погруженный в приятные мечты о мести, он диктовал распоряжения.
***
Барона доставили на остров через пять дней после прибытия Луиса и Алаис. И глава рода Ирт пришел лично сообщить об этом.
- Ваша светлость, ваша светлость...
Вежливые поклоны, улыбки... и недоверие. Со стороны герцогов – точно, маританцы же внешне счастливы. Но подводные течения есть везде.
- Этой ночью? Почему бы нет...
Алаис переглянулась с Луисом, пожала плечами. Последние несколько дней ей было не до Таламира. Супруг там, не супруг... да прибейте вы его сами, у меня похуже проблема! Я беременна – или нет?
«Дней» не было, для реакций было еще рановато, да и не проведешь такое незаметно, а по ощущениям...
Ирион его знает!
Вы хоть себе представляете, насколько можно просто психануть на нервах из-за подобных предположений? Тут что хочешь заболит, зачешется и увеличится где не надо. С ума сойдешь!
Маританец почувствовал что-то неладное, но сопоставить не успел, магистр прищурился.
- Вы полагаете, это подходящая компания для женщины? Присутствовать при допросе, видеть все это...
- Я думал, герцогине будет интересно...
- Герцогиня не должна...
Алаис положила ладонь на запястье магистра.
- Магистр Шеллен, может, я и не должна, только и кроме меня некому. Это мой дом и моя семья, сами понимаете...
Магистр понимал, но не одобрял. А потому...
- Я иду с вами.
Возражать не стал никто. Таким подспорьем пренебрегать просто глупо.
***
Зрелище в лице и всей фигуре Анта Таламира искренне порадовало Алаис.
Не потому, что обнаженная натура, нет.
Потому что натура – на цепи, в ошейнике и прикована за обе руки. А ноги попросту перебиты так, что даже стоять Таламир сам не может.
Жаль такой роскошный экземпляр самца?
Рядом с Алаис шел не худший представитель мужского племени, а может, так даже и лучший. Луис не кичился своей мощью, рядом с Таламиром он выглядел более хрупким, но и более опасным. Ядовитая змея проиграет бизону по мощности, но не по смертоносности.
Так что полный ярости взгляд женщина встретила спокойно, и даже улыбнулась.
- Вы искали меня, супруг мой?
Сеййчас вежливость выглядела издевательством, но Алаис не втаптывала в грязь поверженного противника. Просто она не хотела опускаться до его уровня и поливать мужчину площадной бранью.
А ее вылилось в ответ достаточно. Если бы за каждое слово хоть по медяку давали, так Алаис и разбогатела бы. Маританцы аж заслушались, чувствовался в речах Таламира большой военный опыт. Так сказать, у солдатского костра набранный.
И приличными там были только предлоги.
Таламир ругался, а все молча стояли и ждали. И мужчина осознал это и заткнулся.
- Ну?
Глава рода Ирт сделал жест рукой, и в пещеру втолкнули еще одного человека.
Барона Ломар Алаис не видела ни разу в жизни, и тем противнее было сознавать, что вот это лишило ее родных. Да, он ведь тоже, почти как Таламир...
Гадко. Просто гадко.
Кто им дал такое право?
А это они сейчас выяснят...
Алаис хотела спросить, но Луис сжал ее руку, а несколько не замеченных ранее палачей выступили из темного угла.
Раз – и с барона снята вся одежда, вплоть до кальсон.
Два – и он вздернут на дыбу рядом с Таламиром.
Три – и откуда-то достаются иголки, взблескивает пламя в очаге... палачи работают холодно и сосредоточено, не увлекаясь, не проявляя лишних эмоций...
- Зачем? – шепнула Алаис, кое-как отгораживаясь Луисом от жутковатой сцены.
- Мясо надо помариновать перед готовкой. Сговорчивее будет.
- А вдруг он и так рассказал бы?
- Так надежнее, - магистр заслонил Алаис с другой стороны. – Зря вы это затеяли...
- Это мой долг перед родом.
Это герцог понимал, а потом махнул рукой.
- Думаю, сегодня вы раздадите все долги.
Алаис в этом и не сомневалась. В крови бурлило нечто... горячее, злое, яростное, незнакомое... не сразу она догадалась, что это чувства той, прежней Алаис. Еще до появления в ней чужой души...
Таламир убил ее родных. Здесь и сейчас она могла отомстить – и требовала свое. Алаис поклялась себе, что не отступит – и крепко сжала руку Луиса. А предварительный этап тем временем закончился, и к барону шагнул дознаватель.
- Ваше имя?
- Огюстен Николас Ломар, барон Ломар. Вы хоть понимаете...
Дознаватель поднял руку.
- Барон, мы все понимаем. Видите герцога? Он тоже все понял. И герцогиня Карнавон здесь, с нами. Так что вы уж расскажите нам все, что надо, а мы вас отпустим. Только врать не стоит...
- Отпустите? Так я и поверил...
- Правильно, - Алаис шагнула вперед. – Ты, мразь, моих родных приговорил. Я за них тебя сама... отпустить могут, уйти не успеешь.
И столько гнева было в ее глазах, столько горя, что барон не решился ерничать. Просто пожал плечами, насколько позволили вывернутые руки.
- Я бы все равно поступил так же...
- Почему?
- Мне сделали предложение, от которого я не мог отказаться. Даже не мне. Королеве...
И все присутствующие обратились в слух.
***
Неизвестные злоумышленники поступили просто.
Чего хочет женщина? В основе своей?
Красоты и молодости.
Чего хочет королева?
Да того же самого, плюс – власти. И побольше, побольше, и можно без хлеба. Вот это и предложил Лидии сей-то эмиссар.
Чей?
Были у барона подозрения, все же хлеб свой он ел не зря, но уверенности не было...
Алаис знала имя раньше, чем оно прозвучало. Все знали. Догадались.
Тимары.
Маританцы тоже не выглядели пораженными. Видимо, что-то было... что?
Неизвестно.
Но королеве сказали, что у Карнавонов есть артефакт от Королей. Он дает здоровье и долголетие. А поскольку он королевский, то его можно и народу предъявить, все же Королей многие помнят. Это придаст власти Лидии больше легитимности, весомости...
Для женщины, у которой молодость уходила, а сын подрастал и все чаще пытался взять власть в свои руки, равно важными были оба пункта. Вот и был послан Таламир, вот и снес он Карнавон с лица земли, но поторопился.
Алаис стиснула кулаки, впервые узнав, что произошло, когда она упала в обморок.
***
Они все стоят в большом зале. Отец, мать, братья, сестренка. А Таламир прохаживается перед ними. Алаис страшно, безумно страшно...
- Теперь вы уже не так высокомерны, ваша светлость? Итак, я повторяю свой вопрос. Мне нужно то, что последний из Королей отдал вашему предку. Где оно?
Герцог пожимает плечами. По красивому лицу отца струится кровь - ему выбили несколько зубов и разбили губу, но высокомерие осталось при нем.
- Я ничем не могу вам помочь, Таламир.
- Полагаю, вас надо спросить иначе. Это ведь ваша жена, - он подцепляет за подбородок герцогиню. Женщина резко дергает головой - и вырывается из хватки мужчины. Но Таламира это не злит. Дальше некуда?
Он сухо смеется.
- Что ж... поиграем...
И кивок солдатам....
Не дождавшись реакции от герцога, Таламир смотрит на Алаис. На Алиту. На Алаис.
- Это обе ваши дочери, герцог? Кажется, жена от вас погуляла на стороне. Ну и уродина...
Таламир кивает на Алиту.
- А эта может стать хорошим трофеем.
Повинуясь его приказу, солдаты крепко держат Алиту за руки и за ноги, Таламир лично задирает ей юбку и что-то делает с сестрой. Та протяжно кричит. Алаис не видно за его спиной, что происходит, но она и не рвется. Она знает, скоро чудовищу надоест развлекаться и настанет ее черед. Лиццо Таламира багровеет, он отвешивает Алите пощечину.
- Гулящая сука!
Крик сестры прекращается. И...
- Отдать солдатам. Пусть хоть до смерти затрахают - не жалко.
Лица солдат вспыхивают какой-то страшноватой животной похотью. Алита начинает кричать и биться в их руках, но ее просто вытаскивают из зала. Она кричит где-то вдалеке, но недолго.
- А вот эту трогать пока не будем. Она еще невинна?
Теперь холодная рука цепляет за подбородок Алаис. Та содрогается, словно по коже скользнули кольца Ириона.
- Ты ни с кем еще не валялась, девчонка?
Алаис вздергивает голову вверх. Она промолчит.
Она будет молчать, пока хватит сил. Естественно, Таламира это не устраивает. Он опять делает жест солдатам - и Алаис растягивают на полу.
Грубые руки сжимают запястья и щиколотки, кто-то откидывает подол - и между ног лезет жестокая рука. Алаис старается сдержаться, но когда становится по-настоящему больно, глухо вскрикивает. И слышат удовлетворенный голос Таламира.
- Отлично. Мне как раз обещан титул - вот эта девчонка мне его и принесет. Стеречь ее...
И теряет сознание.
После того, как ее выносят из зала, Таламир обращается к герцогу.
- Я ведь все равно найду это. Замок снесу, разорю здесь все дотла, но найду, вы меня не остановите... сейчас и сына вашего... его сначала поимеют на ваших глазах, а уж потом...
- Нет!
Старший брат рвется из рук солдат.
- Я расскажу, не надо, я все расскажу!!!
- Нет!!! – герцог пытается остановить сына, но все бесполезно.
- Это доверил нам Король. Это...
Мальчишка вдруг замирает.
Хватается за горло и принимается дико кашлять. Сначала просто так, потом кровью, и ее становится все больше. Кровь льется у него из ушей, из ноздрей, глаз, рта...
Он захлебывается, корчится на полу в луже крови, солдаты, отпустив тело, уже тело, растеряно смотрят на него...
- Это же...
Таламир неверяще смотрит на герцога, и тот выпрямляется.
- Это – закон! Да покарает предателя кровь Моря!
Глаза Таламира зажигаются дикой злобой, но сказать он ничего не успевает. Герцог поворачивается лицом к распахнутому окну.
