- Мало ли… что, у вас и яда не достать?
Маританец только головой покачал.
Герцоги были под плотным присмотром, максимум, что они могли – остаться без наблюдения в отхожем месте. Или поговорить на взморье. Там их было не подслушать, но герцоги не злоупотребляли этим методом.
Но купить яд?
Принять его, в таверне, полной народа?
Нет, это уже из области сказок. Мысль о том, что данного эффекта можно добиться и без помощи яда маританцу в голову не пришла. Слишком специфические знания.
- Нам нужна помощь всех герцогов. Добровольное их участие в коронации, - подчеркнул Тимар.
- А потом?
Раньше глава рода Ирт аккуратно обходил этот вопрос стороной, но сейчас, видя, что все дело может сорваться…
Не нужно им было оставлять герцогов на Маритани, их надо было разделять, или как-то…
А так!
Лаис и Карнавон поженились, Атрей – лучший друг и посаженный отец, Карст тоже в стороне не остается. Пылкой дружбы у него ни с кем не возникает, кроме младшего Атрея, не тот человек, но если выбирать между тремя герцогами – и Тимарами, кого подержит Карст?
Ох, не Тимаров…
Четверо из пяти, четверо герцогов нашли общий язык, а еще, возможно, и общую цель. И глава рода Ирт подозревал, что результат ему не понравится. А Тимарам?
А Королю?
На Диона он смотрел с благоговением. Может быть, уже спустя несколько дней, его жизнь приобретет смысл и краски? Конечно, и так ему не скучно, но смысл жизни гвардейца – в служении государю. И никак иначе.
Нет короля – нет королевских гвардейцев.
Раньше он молчал, но сейчас…
Впрочем, герцог Тимар не смутился, не опустил глаз, не задумался над ответом…
- Потом герцоги могут быть вольны в своей жизни и судьбе. Мы им не указ…
- А его величество? – въедливо уточнил глава рода Ирт, решив прояснить все до конца.
- Я надеюсь, - Дион отбросил со лба темную прядь нервным жестом, что мои подданные меня поддержат. И герцоги – в первых рядах.
- А если – нет?
Тимар хищно улыбнулся.
- Коронация – это еще и клятва верности герцогов сюзерену. Если они решат предать…
- Вряд ли им понравится результат,, - подвел итог маританец. – Благодарю вас, монтьер герцог. Я надеюсь, что как только госпоже станет лучше…
Тимар взмахнул рукой. Сверкнуло выбеленное кружево манжет, блеснул лиловой хищной искрой родовой перстень.
- Прошу вас, передайте герцогине Карнавон, что мы завтра навестим ее. Может быть, после обеда? И остальных герцогов тоже…
На лице маританца выразилось облегчение.
Так тоже неплохо, ясно же, что в ближайшие три дня Алаис Карнавон с кровати не встанет. Но правда… с чего это ее?
А вдруг…
При мысли о беременности, маританец аж пошатнулся. Надо срочно найти повитуху. Это же…
Это просто ужасно.
На Маритани знали, к чему может привести подобное сожительство, и не хотели видеть получившийся ужас.
Повитуху к герцогине не допустили.
Луис Даверт чуть ли не в пинки спустил женщину с лестницы, с заверениями, что в этом притоне никто к его жене не подойдет.
Обследование?
Проверка?
А не пошли бы вы к… и поперек через … и … в … и …?
Получилось доходчиво. Повитуха ушла, оскорбленная, и Луис вздохнул с облегчением. У него был шанс сохранить тайну. Хотя бы еще на месяц, а там видно будет…
Алаис встретила его настороженным взглядом.
- Что там?
- Принесли записку. Тимары к нам завтра пожалуют.
Алаис усмехнулась.
- Вот и хорошо. А то ишь ты – беги им по первому требованию… перебьются.
Луис фыркнул, но тут же посерьезнел.
- Повитуха ушла. Ты уверена, что тебе не нужна ее помощь?
- Вполне.
- А вот это… не опасно для ребенка?
Алаис покачала головой. Алкоголь? Нет, не опасен, она все уже давно вытошнила. Спазмы?
Это неприятно, что есть, то есть. Но для ребенка не настолько опасно. При определенных условиях спазмы могут привести к выкидышу, но они должны быть намного дольше и сильнее.
- Все с нами будет хорошо, родной мой.
- Можно?
Луис уселся рядом на кровать, осторожно положил руку на живот жене. Пока еще плоский и совершенно не наводящий на мысль о беременности.
- Он… там….
Алаис улыбнулась мужу.
- Да. И он тебя уже любит.
- А ты?
- И я тоже…
- Я без вас жить не смогу, - просто признался Луис.
Давным-давно жена изменила ему, родила ребенка от его отца, предала, лгала в глаза…
С тех пор сердце мужчины заледенело. А теперь наступила оттепель, и Луис растерялся. Убивать – легко, а ты попробуй, что такое – счастье? Это ведь не просто любить, это еще и постоянные переживания за родных, и страх, что ты лишишься близкого человека. И особенно страшно тем, кто уже пережил потерю. Они уже знают о неотвратимости смерти, уже прочувствовали эту боль, когда кусок твоего мира отрывается по-живому…
Луис – знал и помнил. И потому за Алаис готов был кому угодно глотку перегрызть.
А Алаис смотрела на него, и из глаз сами собой бежали слезы.
Ее мужчина. Ее муж…
Там, в той жизни, она замуж так и не вышла, не было у нее настоящей семьи, детей, был мужчина, который морочил ей голову – и только. Но если бы Мише пришлось выбирать между ней – и его семьей, выбор был бы однозначно в пользу семьи.
Чем-то жертвовать для нее?
Да если б мужчины так относились к любовницам, у нас бы в жены никто и не шел!
А это – ее мужчина. И ради нее он жизнь готов отдать, ради их детей… он ведь и малыша Эдмоона принимает почти как своего. Разве это – не счастье?
- Я тебя не заслуживаю, - хлюпнула носом герцогиня.
Луис вздохнул. И поскольку, как настоящий мужчина, он не выносил вида женских слез, то постарался прекратить истерику. Поцелуем.
Момент был выбран неудачно. Алаис опять замутило, и склоняясь над тазиком, она подумала, что жизнь - обладает удивительно черным чувством юмора.
Ночь прошла настолько весело, что герцоги – дружно! – проспали до трех часов дня. Потом потребовали себе горячей воды, одежду…
Алаис пока еще плохо себя чувствовала, и ее отнесли вниз на руках. Луис лично, никому не доверив жену, устроил ее в большом кресле и укутал пледом. Далан подсел поближе к подруге.
- Ты как?
- Паршиво.
- А… - парень показал выразительным взглядом на живот.
- Надеюсь, это не повлияет.
Что сказал бы Далан в следующий момент, так и осталось неясным. Поскольку произошло явление Тимаров народу.
Обставлено все было красиво и торжественно. Дверь таверны распахнулась, и внутрь вошел наемник, провозгласивший:
- Его светлость, герцог Тимар!
Музыки не было. Но Тимар был воистину величественен, шествуя по узкому проходу меж столов под взглядами всех посетителей.
А вслед за ним…
Алаис задохнулась, схватилась рукой за горло…
Дион!
Порода предателей…
Впрочем, это она подумала в первую минуту. А потом принялась сравнивать.
Дион? Да не тот! Ох, не тот. Это – словно копия, сделанная халтурщиком. Рисовал портрет с портрета, да и напутал, где мог.
Цвет глаз похожий,, но не такой яркий и выраженный, сами глаза чуть другого разреза, подбородок слишком квадратный, скулы широковаты… Да и фигура слишком тяжелая для Королей – те были узкокостными, вот, как Луис.
Высокий, стройный, сильный, но кость очень узкая, и руки-ноги маленькие. Признак…
Только вот Алаис поклясться была готова, что никто кроме нее этого не увидит, в том числе и Тимары. Уж сколько поколений прошло…
Если бы не ее сны… да полно, ее ли это видения? Или опять работа Маритани?
Вот где жуть-то! Боги среди людей ходят! С другой стороны, туземцам-ацтекам и лошади казались чудовищами. Может ли быть так, что Маритани – немного иная форма жизни? До которой не добрался со своей классификацией Линней?
Вполне! Только чем это сейчас поможет?
Луис выпрямился рядом с ее креслом. Но молчал.
Молчали все, пока Тимар-герцог не опустился в кресло и не окинул взглядом таверну.
- А тут уютно. Так… по-домашнему…
Данная таверна ничем не отличалась от сотен других, так что герцог просто хотел сразу поставить всех на место.
Вы в таверне, по-домашнему, а у меня дом на Маритани…
Нашел, чем хвастать!
Алаис прищурилась, но промолчала. Далана заткнул отец, Мирт сам по себе был молчуном, а вот Луис…
Женщина на миг показалось, что одним Тимаром сейчас станет меньше. Но муж сдержался. Даже слова не сказал, молчаливо предлагая врагу продолжать.
Тимар не подвел.
- У нас не получилось встретиться вчера, но я надеюсь, что сегодня мы сможем урегулировать все вопросы…
И Алаис не выдержала.
Даже не так. Шестым чувством (а может, и восьмым, кто его знает), она поняла, что сейчас ее супруг сорвется. А потому положила ладонь на его руку и защебетала, словно птичка.
- А у вас есть вопросы? Как это мило с вашей стороны! Задавайте же их, я все я нетерпении!
Смешок получился в нужной степени мерзким. Тимар окинул герцогиню злым взглядом, но оскорбить не решился. А вместо этого…
- Полагаю, вы догадываетесь о нашей общей цели...
Алаис захлопала в ладоши, словно маленькая девочка.
- Кто-то родился?
Герцог онемел. Вот уж чего он не ждал – это подобных вопросов. К счастью, на помощь герцогу пришел его наследник.
- Нет, что вы. С чего вы так решили?
- Тогда умер?
- Ээээ…
- Урегулируют обычно наследственные вопросы, а у нас с вами никакого общего наследства точно нет, я бы знала. А если я не знаю, то и никто не знает, потому как из Карнавонов никого не осталось, а все, кто остались, слишком дальние родственники, чтобы что-то знать о делах Карнавонов, Карнавоны ведь герцоги, а эти – и вовсе посторонние люди, которые ни в делах герцогства не участвовали, ни бумаг ни смотрели, и отец их никогда не принимал…
Лицо Тимара-младшего было откровенно осоловелым. Старший точно хотел рявкнуть – сдержался. Дион помотал головой, но Алаис останавливаться не собиралась.
Потому как если Трындычиха разойдется, то с Трындычихой никакого сладу не будет…*
*- к/ф «Свадьба в Малиновке», прим. авт.
Алаис прочно вошла в роль и тараторила с дикой скоростью, не давая никому вставить и слова.
- А ведь если наследство общее, то и родственники должны быть общие, а какие у нас общие родственники, если герцоги между собой не роднятся, потому как им общих родственников иметь нельзя…
Даешь словоблудие – главное оружие юриста!
Спас Тимаров его потенциальное величество, догадливо опрокинувший на пол кувшин с вином. Алаис поглядела на пурпурную окраску герцога-осьминога, и решила подождать с дальнейшей обработкой. Недолго.
А то ведь хватит удар мужика… его не жалко, а вот репутацию…
Зато свои пришли в норму. Магистр довольно улыбается, Далан, единственный, кто слышал эту историю, глядит с восхищением, а Луис успокоился и уже не готов переработать Тимаров на удобрение сию же минуту. Отлично!
- Позвольте вам представить. Арисан Дион, - Тимар собрался с духом и объявил это таким тоном…
- Я так и знала! – воскликнула Алаис. – Я догадывалась!
Остановить ее не успели.
- Я просто была уверена, что Дионы так просто не утонут, оно ведь вообще не тонет, а если плавает то далеко и надолго, но чтобы такое утонуло, его же топить требуется, багром и с лодки, а если ни багра ни лодки, да и зачем в море такое топить, рыбы же отравятся…
Дион поискал глазами еще один кувшин, и Алаис решила помиловать ни в чем не повинную посуду. И завершила речь:
- Я даже и не сомневалась, что у Дионов остались потомки! Вот!
- Да! – рявкнул доведенный до белого каления Тимар. – Остались! И имеют все права на престол!
Магистр Шелен покачал головой.
- Вы уверены, герцог?
- А у вас есть сомнения?
- Мне они ни к чему, - припечатал магистр. – Я просто надеюсь, что вы рассказали молодому человеку всю правду. Вдруг ему еще пожить охота?
Дион насмешливо улыбнулся.
- Это вы о моем прадеде?
- Именно.
- Известно, что он был проклят Королем. А на мне проклятья нет, так что все будет хорошо.
- Вы будете рисковать своей жизнью, чтобы это проверить? – поинтересовался Луис.
- Риска практически нет. Полагаю, если мы назначим коронацию через три дня, вы сами в этом убедитесь.
- А вы не слишком спешите? – поинтересовался Далан.
- И мне платье еще не дошили, а без платья я на коронации никак присутствовать не смогу, это где ж такое видано, чтобы герцогини как замарашки ходили…
Платье действительно шилось.
- К чему действительно, так торопиться? Неделя – отличный срок, опять же, маританцы подготовятся… да просто уберут Замок! Туда триста лет никто не заходил!
С этим не решился спорить даже Тимар и махнул рукой. Мол, пусть убирают - и убираются. А вот Алаис почувствовала почти непреодолимое желание…
- Я хочу в Замок!
И сказано это было так, что спорить никто не стал, даже Тимары.
- У герцогов были свои покои в Замке,, - пробормотал глава рода Ирт. – Может быть, если мы их уберем в первую очередь…
- Завтра же, - припечатала Алаис.
- Это надо понимать, как согласие на участие в ритуале? – Тимар смотрел холодно, жестко. Алаис ответила ему невинным взглядом.
- Именно так. Это согласие…
Тимар расплылся в улыбке.
- Отлично! Я знал, что вы примете правильное решение!
- У нас все равно нет выбора, - Луис отмахнулся, словно от несущественного, - да и надоело безвластие. Пробуйте, но если что не так – мы за ритуал не отвечает.
- Я и сам отвечу, - нахмурился Тимар. – Атрей?
- Мы с сыном согласны с герцогом Лаис.
- Я тоже, - подал голос Мирт. – но Алаис права, я тоже хочу в замок.
Герцогиней Мирт перестал ее именовать примерно на третий день после знакомства.
Требование было вполне приемлемым, так что Тимар перевел взгляд на маританцев.
Сошлись быстро – женщин с ведрами и тряпками отправляют в Замок сегодня, а они переезжают послезавтра. И да, коронация тоже откладывается на десять дней. За меньший срок этот Замок не отскребешь даже силами всей Маритани, а ведь не абы что в нем будет происходить!
Король возвращается!
Замок был великолепен!
Он стремился всеми своими башнями в небо,, он вырастал из моря, он был продолжением скалы Маритани…
Он был прекрасен.
И Алаис чувствовала себя так, словно возвращается в родной и любимый дом. Алаис ли?
Ей казалось, что это происки ее ребенка плюс Маритани, но спорить сил не было.
- Там должны быть лестницы, - магистр смотрел на Замок. – В него можно было попасть и с воды, и с суши, я читал…
Но прочитанное не могло подготовить магистра к великолепию белого мрамора, к легкому, летящему силуэту, к лестницам, которые были выполнены в форме громадных змей…
Сверкает на солнце крыша, улыбаются окна, ласкает лестницы прибой…Алаис почувствовала почти непреодолимое желание выпрыгнуть из лодки - и бежать, бежать вверх по лестнице, докуда хватит дыхания, а потом уже из упрямства доползти до верхней площадки , лежать на ней и смеяться рядом с любимым человеком.
Такого она даже в Каррнавоне не испытывала.
Они все плыли на парусных лодках на десять-двенадцать мест. Корабли Тимаров остались в порту, но Алаис не обольщалась. На месте Тимаров, она бы привела сюда пару кораблей – отдельно от прочих, и приказала отслеживать ситуацию, не привлекая к себе внимания.
И поди их, вычисли, пока не нарвешься…
А Замок над морем все равно был прекрасен! Снаружи. Внутри же…
Триста лет без уборки?
Год не помыть окна – и они все черные. Год не подметать – и будут напластования мусора.
Маританец только головой покачал.
Герцоги были под плотным присмотром, максимум, что они могли – остаться без наблюдения в отхожем месте. Или поговорить на взморье. Там их было не подслушать, но герцоги не злоупотребляли этим методом.
Но купить яд?
Принять его, в таверне, полной народа?
Нет, это уже из области сказок. Мысль о том, что данного эффекта можно добиться и без помощи яда маританцу в голову не пришла. Слишком специфические знания.
- Нам нужна помощь всех герцогов. Добровольное их участие в коронации, - подчеркнул Тимар.
- А потом?
Раньше глава рода Ирт аккуратно обходил этот вопрос стороной, но сейчас, видя, что все дело может сорваться…
Не нужно им было оставлять герцогов на Маритани, их надо было разделять, или как-то…
А так!
Лаис и Карнавон поженились, Атрей – лучший друг и посаженный отец, Карст тоже в стороне не остается. Пылкой дружбы у него ни с кем не возникает, кроме младшего Атрея, не тот человек, но если выбирать между тремя герцогами – и Тимарами, кого подержит Карст?
Ох, не Тимаров…
Четверо из пяти, четверо герцогов нашли общий язык, а еще, возможно, и общую цель. И глава рода Ирт подозревал, что результат ему не понравится. А Тимарам?
А Королю?
На Диона он смотрел с благоговением. Может быть, уже спустя несколько дней, его жизнь приобретет смысл и краски? Конечно, и так ему не скучно, но смысл жизни гвардейца – в служении государю. И никак иначе.
Нет короля – нет королевских гвардейцев.
Раньше он молчал, но сейчас…
Впрочем, герцог Тимар не смутился, не опустил глаз, не задумался над ответом…
- Потом герцоги могут быть вольны в своей жизни и судьбе. Мы им не указ…
- А его величество? – въедливо уточнил глава рода Ирт, решив прояснить все до конца.
- Я надеюсь, - Дион отбросил со лба темную прядь нервным жестом, что мои подданные меня поддержат. И герцоги – в первых рядах.
- А если – нет?
Тимар хищно улыбнулся.
- Коронация – это еще и клятва верности герцогов сюзерену. Если они решат предать…
- Вряд ли им понравится результат,, - подвел итог маританец. – Благодарю вас, монтьер герцог. Я надеюсь, что как только госпоже станет лучше…
Тимар взмахнул рукой. Сверкнуло выбеленное кружево манжет, блеснул лиловой хищной искрой родовой перстень.
- Прошу вас, передайте герцогине Карнавон, что мы завтра навестим ее. Может быть, после обеда? И остальных герцогов тоже…
На лице маританца выразилось облегчение.
Так тоже неплохо, ясно же, что в ближайшие три дня Алаис Карнавон с кровати не встанет. Но правда… с чего это ее?
А вдруг…
При мысли о беременности, маританец аж пошатнулся. Надо срочно найти повитуху. Это же…
Это просто ужасно.
На Маритани знали, к чему может привести подобное сожительство, и не хотели видеть получившийся ужас.
***
Повитуху к герцогине не допустили.
Луис Даверт чуть ли не в пинки спустил женщину с лестницы, с заверениями, что в этом притоне никто к его жене не подойдет.
Обследование?
Проверка?
А не пошли бы вы к… и поперек через … и … в … и …?
Получилось доходчиво. Повитуха ушла, оскорбленная, и Луис вздохнул с облегчением. У него был шанс сохранить тайну. Хотя бы еще на месяц, а там видно будет…
Алаис встретила его настороженным взглядом.
- Что там?
- Принесли записку. Тимары к нам завтра пожалуют.
Алаис усмехнулась.
- Вот и хорошо. А то ишь ты – беги им по первому требованию… перебьются.
Луис фыркнул, но тут же посерьезнел.
- Повитуха ушла. Ты уверена, что тебе не нужна ее помощь?
- Вполне.
- А вот это… не опасно для ребенка?
Алаис покачала головой. Алкоголь? Нет, не опасен, она все уже давно вытошнила. Спазмы?
Это неприятно, что есть, то есть. Но для ребенка не настолько опасно. При определенных условиях спазмы могут привести к выкидышу, но они должны быть намного дольше и сильнее.
- Все с нами будет хорошо, родной мой.
- Можно?
Луис уселся рядом на кровать, осторожно положил руку на живот жене. Пока еще плоский и совершенно не наводящий на мысль о беременности.
- Он… там….
Алаис улыбнулась мужу.
- Да. И он тебя уже любит.
- А ты?
- И я тоже…
- Я без вас жить не смогу, - просто признался Луис.
Давным-давно жена изменила ему, родила ребенка от его отца, предала, лгала в глаза…
С тех пор сердце мужчины заледенело. А теперь наступила оттепель, и Луис растерялся. Убивать – легко, а ты попробуй, что такое – счастье? Это ведь не просто любить, это еще и постоянные переживания за родных, и страх, что ты лишишься близкого человека. И особенно страшно тем, кто уже пережил потерю. Они уже знают о неотвратимости смерти, уже прочувствовали эту боль, когда кусок твоего мира отрывается по-живому…
Луис – знал и помнил. И потому за Алаис готов был кому угодно глотку перегрызть.
А Алаис смотрела на него, и из глаз сами собой бежали слезы.
Ее мужчина. Ее муж…
Там, в той жизни, она замуж так и не вышла, не было у нее настоящей семьи, детей, был мужчина, который морочил ей голову – и только. Но если бы Мише пришлось выбирать между ней – и его семьей, выбор был бы однозначно в пользу семьи.
Чем-то жертвовать для нее?
Да если б мужчины так относились к любовницам, у нас бы в жены никто и не шел!
А это – ее мужчина. И ради нее он жизнь готов отдать, ради их детей… он ведь и малыша Эдмоона принимает почти как своего. Разве это – не счастье?
- Я тебя не заслуживаю, - хлюпнула носом герцогиня.
Луис вздохнул. И поскольку, как настоящий мужчина, он не выносил вида женских слез, то постарался прекратить истерику. Поцелуем.
Момент был выбран неудачно. Алаис опять замутило, и склоняясь над тазиком, она подумала, что жизнь - обладает удивительно черным чувством юмора.
***
Ночь прошла настолько весело, что герцоги – дружно! – проспали до трех часов дня. Потом потребовали себе горячей воды, одежду…
Алаис пока еще плохо себя чувствовала, и ее отнесли вниз на руках. Луис лично, никому не доверив жену, устроил ее в большом кресле и укутал пледом. Далан подсел поближе к подруге.
- Ты как?
- Паршиво.
- А… - парень показал выразительным взглядом на живот.
- Надеюсь, это не повлияет.
Что сказал бы Далан в следующий момент, так и осталось неясным. Поскольку произошло явление Тимаров народу.
***
Обставлено все было красиво и торжественно. Дверь таверны распахнулась, и внутрь вошел наемник, провозгласивший:
- Его светлость, герцог Тимар!
Музыки не было. Но Тимар был воистину величественен, шествуя по узкому проходу меж столов под взглядами всех посетителей.
А вслед за ним…
Алаис задохнулась, схватилась рукой за горло…
Дион!
Порода предателей…
Впрочем, это она подумала в первую минуту. А потом принялась сравнивать.
Дион? Да не тот! Ох, не тот. Это – словно копия, сделанная халтурщиком. Рисовал портрет с портрета, да и напутал, где мог.
Цвет глаз похожий,, но не такой яркий и выраженный, сами глаза чуть другого разреза, подбородок слишком квадратный, скулы широковаты… Да и фигура слишком тяжелая для Королей – те были узкокостными, вот, как Луис.
Высокий, стройный, сильный, но кость очень узкая, и руки-ноги маленькие. Признак…
Только вот Алаис поклясться была готова, что никто кроме нее этого не увидит, в том числе и Тимары. Уж сколько поколений прошло…
Если бы не ее сны… да полно, ее ли это видения? Или опять работа Маритани?
Вот где жуть-то! Боги среди людей ходят! С другой стороны, туземцам-ацтекам и лошади казались чудовищами. Может ли быть так, что Маритани – немного иная форма жизни? До которой не добрался со своей классификацией Линней?
Вполне! Только чем это сейчас поможет?
Луис выпрямился рядом с ее креслом. Но молчал.
Молчали все, пока Тимар-герцог не опустился в кресло и не окинул взглядом таверну.
- А тут уютно. Так… по-домашнему…
Данная таверна ничем не отличалась от сотен других, так что герцог просто хотел сразу поставить всех на место.
Вы в таверне, по-домашнему, а у меня дом на Маритани…
Нашел, чем хвастать!
Алаис прищурилась, но промолчала. Далана заткнул отец, Мирт сам по себе был молчуном, а вот Луис…
Женщина на миг показалось, что одним Тимаром сейчас станет меньше. Но муж сдержался. Даже слова не сказал, молчаливо предлагая врагу продолжать.
Тимар не подвел.
- У нас не получилось встретиться вчера, но я надеюсь, что сегодня мы сможем урегулировать все вопросы…
И Алаис не выдержала.
Даже не так. Шестым чувством (а может, и восьмым, кто его знает), она поняла, что сейчас ее супруг сорвется. А потому положила ладонь на его руку и защебетала, словно птичка.
- А у вас есть вопросы? Как это мило с вашей стороны! Задавайте же их, я все я нетерпении!
Смешок получился в нужной степени мерзким. Тимар окинул герцогиню злым взглядом, но оскорбить не решился. А вместо этого…
- Полагаю, вы догадываетесь о нашей общей цели...
Алаис захлопала в ладоши, словно маленькая девочка.
- Кто-то родился?
Герцог онемел. Вот уж чего он не ждал – это подобных вопросов. К счастью, на помощь герцогу пришел его наследник.
- Нет, что вы. С чего вы так решили?
- Тогда умер?
- Ээээ…
- Урегулируют обычно наследственные вопросы, а у нас с вами никакого общего наследства точно нет, я бы знала. А если я не знаю, то и никто не знает, потому как из Карнавонов никого не осталось, а все, кто остались, слишком дальние родственники, чтобы что-то знать о делах Карнавонов, Карнавоны ведь герцоги, а эти – и вовсе посторонние люди, которые ни в делах герцогства не участвовали, ни бумаг ни смотрели, и отец их никогда не принимал…
Лицо Тимара-младшего было откровенно осоловелым. Старший точно хотел рявкнуть – сдержался. Дион помотал головой, но Алаис останавливаться не собиралась.
Потому как если Трындычиха разойдется, то с Трындычихой никакого сладу не будет…*
*- к/ф «Свадьба в Малиновке», прим. авт.
Алаис прочно вошла в роль и тараторила с дикой скоростью, не давая никому вставить и слова.
- А ведь если наследство общее, то и родственники должны быть общие, а какие у нас общие родственники, если герцоги между собой не роднятся, потому как им общих родственников иметь нельзя…
Даешь словоблудие – главное оружие юриста!
Спас Тимаров его потенциальное величество, догадливо опрокинувший на пол кувшин с вином. Алаис поглядела на пурпурную окраску герцога-осьминога, и решила подождать с дальнейшей обработкой. Недолго.
А то ведь хватит удар мужика… его не жалко, а вот репутацию…
Зато свои пришли в норму. Магистр довольно улыбается, Далан, единственный, кто слышал эту историю, глядит с восхищением, а Луис успокоился и уже не готов переработать Тимаров на удобрение сию же минуту. Отлично!
- Позвольте вам представить. Арисан Дион, - Тимар собрался с духом и объявил это таким тоном…
- Я так и знала! – воскликнула Алаис. – Я догадывалась!
Остановить ее не успели.
- Я просто была уверена, что Дионы так просто не утонут, оно ведь вообще не тонет, а если плавает то далеко и надолго, но чтобы такое утонуло, его же топить требуется, багром и с лодки, а если ни багра ни лодки, да и зачем в море такое топить, рыбы же отравятся…
Дион поискал глазами еще один кувшин, и Алаис решила помиловать ни в чем не повинную посуду. И завершила речь:
- Я даже и не сомневалась, что у Дионов остались потомки! Вот!
- Да! – рявкнул доведенный до белого каления Тимар. – Остались! И имеют все права на престол!
Магистр Шелен покачал головой.
- Вы уверены, герцог?
- А у вас есть сомнения?
- Мне они ни к чему, - припечатал магистр. – Я просто надеюсь, что вы рассказали молодому человеку всю правду. Вдруг ему еще пожить охота?
Дион насмешливо улыбнулся.
- Это вы о моем прадеде?
- Именно.
- Известно, что он был проклят Королем. А на мне проклятья нет, так что все будет хорошо.
- Вы будете рисковать своей жизнью, чтобы это проверить? – поинтересовался Луис.
- Риска практически нет. Полагаю, если мы назначим коронацию через три дня, вы сами в этом убедитесь.
- А вы не слишком спешите? – поинтересовался Далан.
- И мне платье еще не дошили, а без платья я на коронации никак присутствовать не смогу, это где ж такое видано, чтобы герцогини как замарашки ходили…
Платье действительно шилось.
Глава рода Ирт (где же без него?) кашлянул.
- К чему действительно, так торопиться? Неделя – отличный срок, опять же, маританцы подготовятся… да просто уберут Замок! Туда триста лет никто не заходил!
С этим не решился спорить даже Тимар и махнул рукой. Мол, пусть убирают - и убираются. А вот Алаис почувствовала почти непреодолимое желание…
- Я хочу в Замок!
И сказано это было так, что спорить никто не стал, даже Тимары.
- У герцогов были свои покои в Замке,, - пробормотал глава рода Ирт. – Может быть, если мы их уберем в первую очередь…
- Завтра же, - припечатала Алаис.
- Это надо понимать, как согласие на участие в ритуале? – Тимар смотрел холодно, жестко. Алаис ответила ему невинным взглядом.
- Именно так. Это согласие…
Тимар расплылся в улыбке.
- Отлично! Я знал, что вы примете правильное решение!
- У нас все равно нет выбора, - Луис отмахнулся, словно от несущественного, - да и надоело безвластие. Пробуйте, но если что не так – мы за ритуал не отвечает.
- Я и сам отвечу, - нахмурился Тимар. – Атрей?
- Мы с сыном согласны с герцогом Лаис.
- Я тоже, - подал голос Мирт. – но Алаис права, я тоже хочу в замок.
Герцогиней Мирт перестал ее именовать примерно на третий день после знакомства.
Требование было вполне приемлемым, так что Тимар перевел взгляд на маританцев.
Сошлись быстро – женщин с ведрами и тряпками отправляют в Замок сегодня, а они переезжают послезавтра. И да, коронация тоже откладывается на десять дней. За меньший срок этот Замок не отскребешь даже силами всей Маритани, а ведь не абы что в нем будет происходить!
Король возвращается!
***
Замок был великолепен!
Он стремился всеми своими башнями в небо,, он вырастал из моря, он был продолжением скалы Маритани…
Он был прекрасен.
И Алаис чувствовала себя так, словно возвращается в родной и любимый дом. Алаис ли?
Ей казалось, что это происки ее ребенка плюс Маритани, но спорить сил не было.
- Там должны быть лестницы, - магистр смотрел на Замок. – В него можно было попасть и с воды, и с суши, я читал…
Но прочитанное не могло подготовить магистра к великолепию белого мрамора, к легкому, летящему силуэту, к лестницам, которые были выполнены в форме громадных змей…
Сверкает на солнце крыша, улыбаются окна, ласкает лестницы прибой…Алаис почувствовала почти непреодолимое желание выпрыгнуть из лодки - и бежать, бежать вверх по лестнице, докуда хватит дыхания, а потом уже из упрямства доползти до верхней площадки , лежать на ней и смеяться рядом с любимым человеком.
Такого она даже в Каррнавоне не испытывала.
Они все плыли на парусных лодках на десять-двенадцать мест. Корабли Тимаров остались в порту, но Алаис не обольщалась. На месте Тимаров, она бы привела сюда пару кораблей – отдельно от прочих, и приказала отслеживать ситуацию, не привлекая к себе внимания.
И поди их, вычисли, пока не нарвешься…
А Замок над морем все равно был прекрасен! Снаружи. Внутри же…
Триста лет без уборки?
Год не помыть окна – и они все черные. Год не подметать – и будут напластования мусора.
