Таны посмотрели на Феолу.
- Ритана? – тан Ксарес поощрил ее кивком.
- Скажите, таны, а какая цель вообще была у мединцев. Захват власти? Или возвращение своего бога? Или – что!? Вот зачем они это делают? Ради мести им было бы проще вас перебить, это не так сложно. Я почитала дело. А они все это накручивают… зачем?!
Мужчины переглянулись.
А ведь и верно. Самый сложный вопрос это – зачем?
- Вернуть демона не получится. Эрнесто уверен, что он мертв, - качнул головой Серхио. – Разве только нового призвать?
- Не такие они идиоты, - покачал головой Хавьер. – Если у них есть кто-то, кто может пользовать заклинания из некромантии, они точно знают, что того демона больше нет.
- А какого-растакого им тогда нужно? – даже удивился тан Кампос. – Власть?
Все переглянулись.
Власть для присутствующих никогда не была самоцелью. Даже для тана Кампоса она не была главной в жизни… так, средство. Но не цель, не то, ради чего стоит рисковать.
А правда? Месть исключаем, никому ведь не мстили пятнадцать лет назад. Или просто не успели? Но могли бы и наверстать, чай, не месяц прошел, а уж сколько времени! Власть? Это тоже не просто так… это нужно для чего-то.
А для чего?
Почему-то казалось, если они поймут это, они и во всем остальном разберутся. Но пока – пока ответов не было. Вообще.
Оставалось наметить план действий. Не сидеть же, сложа руки? И в этом плане было отведено место и для Веласкесов. Вот вопрос – что с ними делать?
Ответ, увы, был донельзя циничным. А зачем что-то с ними делать?
Собственно, Веласкесы сейчас единственная дорожка к мединцам. Других-то вообще никаких нет. Вот где искать этих тварей? Как искать? Как их вообще можно выявить?
А вот Веласкесы могут… если Мерседес еще раз попробуют похитить, или кого-то из детей… могут?
Могут.
То есть за ними надо установить слежку, и не обрадовать Веласкесов раньше времени происхождением их внуков. И за Вирджинией надо установить круглосуточное наблюдение. И с Арандо…
А мэру надо готовить столицу. И королевский кортеж все ближе. И завтра уже будет на один день меньше…
Безвыходная ситуация.
Или они просто пока не видят выхода? Все возможно.
Нельзя сказать, что Амадо был счастлив. Навязали тут, понимаешь, всякое разное… что толку от этой девчонки?
Да, она маг. И что? Магов много, тот же Карраско. Эта здесь зачем?
С другой стороны, раз уж она оказалась в центре этой истории, и удалить ее не получится, надо использовать. Так что, вернувшись в управление, Амадо вежливо пригласил Феолу в свой кабинет, и даже предложил кофе.
Девушка покачала головой.
Вообще, ей жутко нужна была дамская комната, но при Амадо она как-то стеснялась. При всех остальных – нет. А при нем неловко было до ужаса.
Потерпит.
Своим телом маги учатся управлять прежде всего. Потом уже магией.
- Ритана Ксарес, - решил начать первым Амадо.
- Феола.
- Хорошо. Феола, можешь называть меня просто по фамилии.
Феола кивнула. Так – можно. Если просто по фамилии, без титула, как младший к старшему…. Это неплохо.
- Риалон?
- Да.
- Красивая фамилия.
Амадо чуть поморщился. Эти женщины…
- Феола, раз уж ты оказалась в центре событий, я прошу тебя молчать. И даже подругам рассказывать как можно меньше.
- Даю слово, - просто сказал Феола. – Не потому, что не доверяю подругам. Просто некоторые тайны могут быть для них опасны.
Для Треси, забавной и задорной.
Для Мерседес, такой гордой и ранимой, такой уязвимой в своей замкнутости.
Не нужны им такие тайны. Нет, никак не нужны…
Амадо кивнул.
- Я рад, что вы девушка разумная. А теперь поговорим о том, чем можем помочь друг другу. Вы сможете как можно чаще быть рядом с Мерседес?
- Я бы с удовольствием поехала к ней погостить, - задумалась Феола. – Дня на три, на четыре… до коронации – точно.
- Отличная идея. Я поговорю с ее родными и с таном Вальдесом, - кивнул Амадо, решив, что кашу маслом не испортишь. А сильный и активный маг рядом с семьей, которой угрожает опасность, это вообще великолепно. Много ли от Феолы пользы?
Пока – достаточно.
- К сожалению, у меня есть одна проблема, - созналась Феола.
- Какая?
- Некий тан Анхель. Анхель Хуан Толедо, если быть точной. Эта пиявка присосалась к моему брату и ухаживает за сестрой. И… мне он не нравится.
- Так… - ухватил суть Амадо.
Жиголо он ненавидел всей душой. И были причины, и были у него личные счеты. Да-да, именно Эудженио Рико Валеранса, или как там его звали на самом деле? Если бы не он…
Жизнь могла бы повернуться совсем иначе. Паула не потерялась бы в пещерах, отец не разгневался, Тони смотрела бы иначе.
Наконец, Альба не забеременела бы. И на ней не пришлось бы жениться, обрекая себя на ту еще адову каторгу.
А все Валеранса, сволочь такая… жиголо проклятый. Как тут не будешь «любить» всю эту породу?
Не то, чтобы Амадо тратил всю свою жизнь на месть, или принципиально гонялся за такими людьми. Но если уж они встречались…
Вы не любите жиголо? Да вы их просто готовить не умеете! Из них такие отбивные выходят прекрасные! С перчиком, чесночком, острым соусом, тут главное на огне не передержать…
Амадо улыбнулся, словно голодный каннибал.
- Феола, милая, вы же мне расскажете о нем подробно? А я наведу справки… действительно, зачем вам дома пиявка? Вовсе даже незачем…
Феола тряхнула головой. Рыжий хвост забавно подпрыгнул.
- Хорошо. Тан Риалон, а вы мне расскажете чуть подробнее обо всем остальном?
- О чем именно?
- О мединцах мне рассказал тан Вальдес. А вот о делах сегодняшних я знаю слишком мало. Я не смогу здраво оценивать ситуацию.
Амадо только рукой махнул. А потом достал из стола папку с делом, да и сунул Феоле.
- Сидите и читайте, Феола. Только здесь, выносить все это нельзя.
В конце концов, она и так знает многое. А протоколы осмотров… ну и что? Что они могут дать?
- А я пошел мыть руки, скоро вернусь.
Амадо и не видел, каким грустным взглядом проводила его Феола. Зато увидел, какой она его встретила. Видимо, что-то у нее обострилось.
- Тан Риалон, у меня такой вопрос.
- Да, Феола?
- А почему Мерче не украли в ТУ ночь? Когда убили ее родителей? То есть отца… там был маг, там были все возможности… почему – не тогда?
Амадо только рот открыл. А потом закрыл.
А ведь он должен был подумать об этом в первую очередь! Именно он!
- Я…. Не знаю.
Хотя что сложного для мага – украсть троих детей? Или получается так, что убили одни, а они, начав копать, попали совсем в другую сторону? Запросто…
- Мне надо это обдумать.
- И еще один вопрос. Почему синьора Арандо так спокойно отнеслась и к замужеству дочери, и к рождению у нее детей. Если королевская кровь…
- О, это как раз понятно. Примерно в то время был уничтожен демон, который давал мединцам силу. Она просто растерялась, вот и все.
- А потом они собрались. Это понятно.
Амадо кивнул.
- Вполне возможно, так оно и было. А вот насчет похищения… Феола, вы меня приятно удивляете.
Феола задорно тряхнула хвостом.
- Я умная. Просто не стараюсь это показывать.
- Чем умнее женщина, тем глупее она кажется?
- Примерно так, Риалон.
Амадо только руками развел.
- На здоровье. Но я вас очень прошу, Феола, если у вас возникнут еще такие же озарения, делиться ими со мной.
- Обещаю, - кивнула Фи.
- А теперь, с вашего позволения, я вызову вам мобиль. Вам надо домой.
Феола кивнула.
Надо… она весь день прогуляла невесть где. И что ей скажет сестра? Брат? Хотя все и так понятно. Будут ругаться.
Ничего. Она скажет, что гуляла по магазинам. И едва не заблудилась. И… что она – ничего не придумает, что ли?
Да запросто!
Всю дорогу до дома Феола составляла в уме версию своей прогулки. Но – увы. Вранье просто не понадобилось. Когда она вернулась, Алисия сидела у себя, и ей было не до младшей сестры. Она благополучно пребывала в розовых грезах о прекрасном Анхеле. Или о благородном Рауле – кто ее знает? Оба хороши…
А Лоуренсио просто не было дома. У него была важная встреча. Так что Феола спокойно прошла в свою комнату – и улеглась в кровать с книжкой. Не поймана?
Вот и обойдетесь без нотаций! Точка!
Таверна «Рыжая крыса» могла показаться привлекательной разве что крысам.
Портовый район, грязь, закоулки, здание, больше, чем наполовину вросшее в землю… такое увидишь – не отплюешься. В обычное время Лоуренсио сюда бы и носа не показал. Да что там!
Он бы и квартал этот обошел брезгливо!
Жаль, что вот именно сейчас у него не было выбора. Шантажист совершенно не разбирался в приличных местах и не захотел назначить встречу в «Маревилье» или «Малагуа».
Так что вечером Лоуренсио осторожно, пригибаясь на каждом шагу, чтобы не задеть головой о потолок, перешагнул порог бара. И тут же ощутил себя, как болонка среди лис и крыс.
Он честно надел то, что принес ему Анхель.
Позволил испачкать себе лицо и руки, взлохматить волосы и даже повязать на голову платок особым образом. Но на местных обитателей он все равно похож не был.
Вот никак не был.
Ни близко, ни рядом – НИКАК!
Под взглядами присутствующих, рука Лоуренсио сначала дернулась перекреститься, потом к кошельку, потом к ножу. И опустилась, не поднявшись.
Лоуренсио напомнил себе, что он – мужчина, храбрый и вообще, и прошел к стойке бара.
- Ви… вина.
- Не держим, - бармен протирал грязный стакан не менее грязной тряпкой. Что из них при этом становилось грязнее – неясно.
- Т-тогда просто выпить.
- Деньги вперед.
Лоуренсио положил на стол песо.
Бармен плеснул в стакан какого-то пойла из бутылки.
Лоуренсио поднес его к губам… в нос ударил запах такой сивухи, что пить это парень резко передумал. Так, язык смочил, чувствуя, как на этом месте вспухает волдырь ожога. На чем настаивали эту бодягу? На курином помете? Или сразу – на свинячьем?
Бармен, он же хозяин, смотрел на это с ехидной усмешкой.
Лоуренсио выдохнул.
- Скажите, любезнейший синьор, я могу у вас что-то оставить для Крыса?
- Можете.
- Вы ему передадите?
- Слово даю.
Лоуренсио положил на стол кошель. И порадовался, что тот не в кармане лежал, а был запрятан глубоко за пазуху. Карманы ему уже несколько раз ощупали.
- Передайте ему это. Надеюсь, он грамотный.
- Крыс-то? А как же, монахи воспитывали…
- Тем более. Передайте. А если не справится, прочтите ему записку, пожалуйста.
- Прочту, - ухмыльнулся хозяин. – Еще чего?
- Ничего, - отмахнулся Лоуренсио.
И вышел, почти что вылетел из бара. Вонючий воздух портового квартала показался ему упоительно свежим и сладким.
Анхель встал из-за стола.
Да, если бы сейчас знакомые увидели тана Толедо… хотя могли бы и посмотреть. Лоуренсио, вон, его в трех шагах не узнал. И не потому, что Анхель как-то гримировался.
Нет!
Одежда – другая, да. И волосы закрыты, и лицо испачкано, хотя и не сильно. Но меняло Анхеля не это. Менял взгляд, осанка, повадки…. Вот так посмотришь, да и уверуешь в происхождение человека от животного. Словно и правда – крыса очеловечилась. Большая такая, гадкая, противная.
- Кошелек, Ржавчина.
Хозяин демонстративно достал кошелек, распустил завязки, выложил на стол свою долю – десять золотых, Анхель перехватил его руку и вытряхнул два из-за обшлага засаленного рукава.
- Лохов дури.
- Я у тебя хлеб не отнимаю, Крыс.
- Вот и не надо. Слизень сегодня заглянуть не обещал?
- Обещал. Подождешь его?
- Конечно, - Анхель взял со стола стакан Лоуренсио и медленно выцедил обжигающее пойло. А что?
Уплачено уже! Нечего тут за его счет шиковать…
Остальные завсегдатаи кабачка даже не смотрели в сторону стойки. Демонстративно так…
В «Ржавой крысе» не принято было интересоваться чужими делами, если хочешь жить. Так что…
Анхель убрал кошелек и опустился за стол. Сейчас он дождется Слизня, а потом обговорит с ним кое-что полезное. Слизень вечно на мели, он не откажется от пары десятков золотых.
А Анхель…
Сестра Лоуренсио ему нужна. Такие дурочки встречаются очень редко. Но денег-то на ухаживания нет! И не одолжишься вот так, запросто…
Почему бы и не тряхануть друга? Все равно за Алисией дадут приданое, так что деньги у Анхеля будут. Но это потом. И может, он даже отдаст Лоуренсио долг. Тоже… как-нибудь потом.
А пока…
Пока у него есть сорок реалов. Этого хватит на хороший букет и прогулку по морю. Разумеется, только для Алисии. Тут главное, что эта мелкая дрянь, ее сестра, не влезла.
Кстати!
Надо со Слизнем и на этот счет поговорить! В портовых борделях нехватка симпатичных девочек. А плачущих женщин утешать всегда приятно.
А еще можно потом найти Феолу, когда ее дней десять или двадцать поваляют по всем кроватям, и она утратит большую часть своей спеси.
Маг?
И не таких обламывали! И магов, и не магов… никуда не денется. Да, это интересный вариант.
И Анхель заказал еще выпивку. В голове мужчины складывался сложный план. Ему надо будет многое сделать, но в результате, он станет мужем красотки Алисии, богатым человеком и даже немножечко героем в глазах семьи Ксарес. Определенно, игра стоит свечек.
Да где же этот Слизень. Вечно его ждать приходится, скотину… процент снижу! Вот!
Храм Ла Муэрте ничуть не изменился за прошедшее время. Он и еще тысячу лет простоит – не поменяется. Потому как Богине – нравится. А против ее воли идти – дураков нет. Жить всем охота.
Серхио здесь был нечастым гостем, но – приходил.
Было у Вальдеса такое в характере, было, да и Ла Муэрте это в своей пастве поддерживала.
Лучшая молитва – она какая?
Понятно, делом.
Плохо у тебя все? А ты посмотри, что можно сделать. Себе помочь не можешь, так кому другому руку протяни, глядишь, и у тебя что-то наладится. То, с чем человек может сам справиться, он сам и делать должен, а не бегать к Богу по каждому чиху. Другое дело, если серьезная беда.
Если речь идет о жизни, о здоровье, допустим, или вот, как пятнадцать лет назад. Антония не справилась бы с демоном сама. Тут уж Ла Муэрте пришлось вмешаться.
А с Карраско – справилась. И чего лезть?
Дана людям свобода воли влезать во все неприятности? Отлично! Вот и расхлебывайте так же – со свободной волей!
Серхио эти убеждения полностью поддерживал, и приходил, когда уж вовсе невмоготу было. А так он и дома помолится, и на работе. И Богиня его услышит, разве нет? Это – Богиня!
А храм…
Вот когда серьезно-серьезно, можно и прийти.
Серхио своим мнением со жрецами не делился, но искренне считал так. Когда мы молимся, мы просто отдаем кусочек своей души, тепла, любви – Богу. Богине. Улыбаемся им, как родителям, это ведь тоже важно.
Бог нас сотворил – и ему за это не нужно никакой благодарности. Родители нас родили и тоже любят просто так, ничего не требуя взамен. Но разве сложно подойти, обнять, поцеловать, сказать, что любишь? Ведь минутное же дело! Но такое важное… и потом так часто жалеешь, что недодал чего-то очень важного. Вот и с Богами так же.
Помолился, сказал Богине, что ты о ней помнишь, что благодарен – и вперед. Жить, любить, улучшать этот мир. Тоже, в качестве благодарности.
А сейчас он не молиться шел, а просить о помощи. Серьезной. И тут уж можно и в храм, и ждать. И снова – не просто так, полы протирать. И Эрнесто, и Тони ему кое-что рассказывали о своих посещениях храма. Серхио, конечно, не некромант, но просить Хавьера? Карраско – не Риалон. Не ему расхлебывать.
- Ритана? – тан Ксарес поощрил ее кивком.
- Скажите, таны, а какая цель вообще была у мединцев. Захват власти? Или возвращение своего бога? Или – что!? Вот зачем они это делают? Ради мести им было бы проще вас перебить, это не так сложно. Я почитала дело. А они все это накручивают… зачем?!
Мужчины переглянулись.
А ведь и верно. Самый сложный вопрос это – зачем?
- Вернуть демона не получится. Эрнесто уверен, что он мертв, - качнул головой Серхио. – Разве только нового призвать?
- Не такие они идиоты, - покачал головой Хавьер. – Если у них есть кто-то, кто может пользовать заклинания из некромантии, они точно знают, что того демона больше нет.
- А какого-растакого им тогда нужно? – даже удивился тан Кампос. – Власть?
Все переглянулись.
Власть для присутствующих никогда не была самоцелью. Даже для тана Кампоса она не была главной в жизни… так, средство. Но не цель, не то, ради чего стоит рисковать.
А правда? Месть исключаем, никому ведь не мстили пятнадцать лет назад. Или просто не успели? Но могли бы и наверстать, чай, не месяц прошел, а уж сколько времени! Власть? Это тоже не просто так… это нужно для чего-то.
А для чего?
Почему-то казалось, если они поймут это, они и во всем остальном разберутся. Но пока – пока ответов не было. Вообще.
Оставалось наметить план действий. Не сидеть же, сложа руки? И в этом плане было отведено место и для Веласкесов. Вот вопрос – что с ними делать?
Ответ, увы, был донельзя циничным. А зачем что-то с ними делать?
Собственно, Веласкесы сейчас единственная дорожка к мединцам. Других-то вообще никаких нет. Вот где искать этих тварей? Как искать? Как их вообще можно выявить?
А вот Веласкесы могут… если Мерседес еще раз попробуют похитить, или кого-то из детей… могут?
Могут.
То есть за ними надо установить слежку, и не обрадовать Веласкесов раньше времени происхождением их внуков. И за Вирджинией надо установить круглосуточное наблюдение. И с Арандо…
А мэру надо готовить столицу. И королевский кортеж все ближе. И завтра уже будет на один день меньше…
Безвыходная ситуация.
Или они просто пока не видят выхода? Все возможно.
***
Нельзя сказать, что Амадо был счастлив. Навязали тут, понимаешь, всякое разное… что толку от этой девчонки?
Да, она маг. И что? Магов много, тот же Карраско. Эта здесь зачем?
С другой стороны, раз уж она оказалась в центре этой истории, и удалить ее не получится, надо использовать. Так что, вернувшись в управление, Амадо вежливо пригласил Феолу в свой кабинет, и даже предложил кофе.
Девушка покачала головой.
Вообще, ей жутко нужна была дамская комната, но при Амадо она как-то стеснялась. При всех остальных – нет. А при нем неловко было до ужаса.
Потерпит.
Своим телом маги учатся управлять прежде всего. Потом уже магией.
- Ритана Ксарес, - решил начать первым Амадо.
- Феола.
- Хорошо. Феола, можешь называть меня просто по фамилии.
Феола кивнула. Так – можно. Если просто по фамилии, без титула, как младший к старшему…. Это неплохо.
- Риалон?
- Да.
- Красивая фамилия.
Амадо чуть поморщился. Эти женщины…
- Феола, раз уж ты оказалась в центре событий, я прошу тебя молчать. И даже подругам рассказывать как можно меньше.
- Даю слово, - просто сказал Феола. – Не потому, что не доверяю подругам. Просто некоторые тайны могут быть для них опасны.
Для Треси, забавной и задорной.
Для Мерседес, такой гордой и ранимой, такой уязвимой в своей замкнутости.
Не нужны им такие тайны. Нет, никак не нужны…
Амадо кивнул.
- Я рад, что вы девушка разумная. А теперь поговорим о том, чем можем помочь друг другу. Вы сможете как можно чаще быть рядом с Мерседес?
- Я бы с удовольствием поехала к ней погостить, - задумалась Феола. – Дня на три, на четыре… до коронации – точно.
- Отличная идея. Я поговорю с ее родными и с таном Вальдесом, - кивнул Амадо, решив, что кашу маслом не испортишь. А сильный и активный маг рядом с семьей, которой угрожает опасность, это вообще великолепно. Много ли от Феолы пользы?
Пока – достаточно.
- К сожалению, у меня есть одна проблема, - созналась Феола.
- Какая?
- Некий тан Анхель. Анхель Хуан Толедо, если быть точной. Эта пиявка присосалась к моему брату и ухаживает за сестрой. И… мне он не нравится.
- Так… - ухватил суть Амадо.
Жиголо он ненавидел всей душой. И были причины, и были у него личные счеты. Да-да, именно Эудженио Рико Валеранса, или как там его звали на самом деле? Если бы не он…
Жизнь могла бы повернуться совсем иначе. Паула не потерялась бы в пещерах, отец не разгневался, Тони смотрела бы иначе.
Наконец, Альба не забеременела бы. И на ней не пришлось бы жениться, обрекая себя на ту еще адову каторгу.
А все Валеранса, сволочь такая… жиголо проклятый. Как тут не будешь «любить» всю эту породу?
Не то, чтобы Амадо тратил всю свою жизнь на месть, или принципиально гонялся за такими людьми. Но если уж они встречались…
Вы не любите жиголо? Да вы их просто готовить не умеете! Из них такие отбивные выходят прекрасные! С перчиком, чесночком, острым соусом, тут главное на огне не передержать…
Амадо улыбнулся, словно голодный каннибал.
- Феола, милая, вы же мне расскажете о нем подробно? А я наведу справки… действительно, зачем вам дома пиявка? Вовсе даже незачем…
Феола тряхнула головой. Рыжий хвост забавно подпрыгнул.
- Хорошо. Тан Риалон, а вы мне расскажете чуть подробнее обо всем остальном?
- О чем именно?
- О мединцах мне рассказал тан Вальдес. А вот о делах сегодняшних я знаю слишком мало. Я не смогу здраво оценивать ситуацию.
Амадо только рукой махнул. А потом достал из стола папку с делом, да и сунул Феоле.
- Сидите и читайте, Феола. Только здесь, выносить все это нельзя.
В конце концов, она и так знает многое. А протоколы осмотров… ну и что? Что они могут дать?
- А я пошел мыть руки, скоро вернусь.
Амадо и не видел, каким грустным взглядом проводила его Феола. Зато увидел, какой она его встретила. Видимо, что-то у нее обострилось.
- Тан Риалон, у меня такой вопрос.
- Да, Феола?
- А почему Мерче не украли в ТУ ночь? Когда убили ее родителей? То есть отца… там был маг, там были все возможности… почему – не тогда?
Амадо только рот открыл. А потом закрыл.
А ведь он должен был подумать об этом в первую очередь! Именно он!
- Я…. Не знаю.
Хотя что сложного для мага – украсть троих детей? Или получается так, что убили одни, а они, начав копать, попали совсем в другую сторону? Запросто…
- Мне надо это обдумать.
- И еще один вопрос. Почему синьора Арандо так спокойно отнеслась и к замужеству дочери, и к рождению у нее детей. Если королевская кровь…
- О, это как раз понятно. Примерно в то время был уничтожен демон, который давал мединцам силу. Она просто растерялась, вот и все.
- А потом они собрались. Это понятно.
Амадо кивнул.
- Вполне возможно, так оно и было. А вот насчет похищения… Феола, вы меня приятно удивляете.
Феола задорно тряхнула хвостом.
- Я умная. Просто не стараюсь это показывать.
- Чем умнее женщина, тем глупее она кажется?
- Примерно так, Риалон.
Амадо только руками развел.
- На здоровье. Но я вас очень прошу, Феола, если у вас возникнут еще такие же озарения, делиться ими со мной.
- Обещаю, - кивнула Фи.
- А теперь, с вашего позволения, я вызову вам мобиль. Вам надо домой.
Феола кивнула.
Надо… она весь день прогуляла невесть где. И что ей скажет сестра? Брат? Хотя все и так понятно. Будут ругаться.
Ничего. Она скажет, что гуляла по магазинам. И едва не заблудилась. И… что она – ничего не придумает, что ли?
Да запросто!
Всю дорогу до дома Феола составляла в уме версию своей прогулки. Но – увы. Вранье просто не понадобилось. Когда она вернулась, Алисия сидела у себя, и ей было не до младшей сестры. Она благополучно пребывала в розовых грезах о прекрасном Анхеле. Или о благородном Рауле – кто ее знает? Оба хороши…
А Лоуренсио просто не было дома. У него была важная встреча. Так что Феола спокойно прошла в свою комнату – и улеглась в кровать с книжкой. Не поймана?
Вот и обойдетесь без нотаций! Точка!
***
Таверна «Рыжая крыса» могла показаться привлекательной разве что крысам.
Портовый район, грязь, закоулки, здание, больше, чем наполовину вросшее в землю… такое увидишь – не отплюешься. В обычное время Лоуренсио сюда бы и носа не показал. Да что там!
Он бы и квартал этот обошел брезгливо!
Жаль, что вот именно сейчас у него не было выбора. Шантажист совершенно не разбирался в приличных местах и не захотел назначить встречу в «Маревилье» или «Малагуа».
Так что вечером Лоуренсио осторожно, пригибаясь на каждом шагу, чтобы не задеть головой о потолок, перешагнул порог бара. И тут же ощутил себя, как болонка среди лис и крыс.
Он честно надел то, что принес ему Анхель.
Позволил испачкать себе лицо и руки, взлохматить волосы и даже повязать на голову платок особым образом. Но на местных обитателей он все равно похож не был.
Вот никак не был.
Ни близко, ни рядом – НИКАК!
Под взглядами присутствующих, рука Лоуренсио сначала дернулась перекреститься, потом к кошельку, потом к ножу. И опустилась, не поднявшись.
Лоуренсио напомнил себе, что он – мужчина, храбрый и вообще, и прошел к стойке бара.
- Ви… вина.
- Не держим, - бармен протирал грязный стакан не менее грязной тряпкой. Что из них при этом становилось грязнее – неясно.
- Т-тогда просто выпить.
- Деньги вперед.
Лоуренсио положил на стол песо.
Бармен плеснул в стакан какого-то пойла из бутылки.
Лоуренсио поднес его к губам… в нос ударил запах такой сивухи, что пить это парень резко передумал. Так, язык смочил, чувствуя, как на этом месте вспухает волдырь ожога. На чем настаивали эту бодягу? На курином помете? Или сразу – на свинячьем?
Бармен, он же хозяин, смотрел на это с ехидной усмешкой.
Лоуренсио выдохнул.
- Скажите, любезнейший синьор, я могу у вас что-то оставить для Крыса?
- Можете.
- Вы ему передадите?
- Слово даю.
Лоуренсио положил на стол кошель. И порадовался, что тот не в кармане лежал, а был запрятан глубоко за пазуху. Карманы ему уже несколько раз ощупали.
- Передайте ему это. Надеюсь, он грамотный.
- Крыс-то? А как же, монахи воспитывали…
- Тем более. Передайте. А если не справится, прочтите ему записку, пожалуйста.
- Прочту, - ухмыльнулся хозяин. – Еще чего?
- Ничего, - отмахнулся Лоуренсио.
И вышел, почти что вылетел из бара. Вонючий воздух портового квартала показался ему упоительно свежим и сладким.
***
Анхель встал из-за стола.
Да, если бы сейчас знакомые увидели тана Толедо… хотя могли бы и посмотреть. Лоуренсио, вон, его в трех шагах не узнал. И не потому, что Анхель как-то гримировался.
Нет!
Одежда – другая, да. И волосы закрыты, и лицо испачкано, хотя и не сильно. Но меняло Анхеля не это. Менял взгляд, осанка, повадки…. Вот так посмотришь, да и уверуешь в происхождение человека от животного. Словно и правда – крыса очеловечилась. Большая такая, гадкая, противная.
- Кошелек, Ржавчина.
Хозяин демонстративно достал кошелек, распустил завязки, выложил на стол свою долю – десять золотых, Анхель перехватил его руку и вытряхнул два из-за обшлага засаленного рукава.
- Лохов дури.
- Я у тебя хлеб не отнимаю, Крыс.
- Вот и не надо. Слизень сегодня заглянуть не обещал?
- Обещал. Подождешь его?
- Конечно, - Анхель взял со стола стакан Лоуренсио и медленно выцедил обжигающее пойло. А что?
Уплачено уже! Нечего тут за его счет шиковать…
Остальные завсегдатаи кабачка даже не смотрели в сторону стойки. Демонстративно так…
В «Ржавой крысе» не принято было интересоваться чужими делами, если хочешь жить. Так что…
Анхель убрал кошелек и опустился за стол. Сейчас он дождется Слизня, а потом обговорит с ним кое-что полезное. Слизень вечно на мели, он не откажется от пары десятков золотых.
А Анхель…
Сестра Лоуренсио ему нужна. Такие дурочки встречаются очень редко. Но денег-то на ухаживания нет! И не одолжишься вот так, запросто…
Почему бы и не тряхануть друга? Все равно за Алисией дадут приданое, так что деньги у Анхеля будут. Но это потом. И может, он даже отдаст Лоуренсио долг. Тоже… как-нибудь потом.
А пока…
Пока у него есть сорок реалов. Этого хватит на хороший букет и прогулку по морю. Разумеется, только для Алисии. Тут главное, что эта мелкая дрянь, ее сестра, не влезла.
Кстати!
Надо со Слизнем и на этот счет поговорить! В портовых борделях нехватка симпатичных девочек. А плачущих женщин утешать всегда приятно.
А еще можно потом найти Феолу, когда ее дней десять или двадцать поваляют по всем кроватям, и она утратит большую часть своей спеси.
Маг?
И не таких обламывали! И магов, и не магов… никуда не денется. Да, это интересный вариант.
И Анхель заказал еще выпивку. В голове мужчины складывался сложный план. Ему надо будет многое сделать, но в результате, он станет мужем красотки Алисии, богатым человеком и даже немножечко героем в глазах семьи Ксарес. Определенно, игра стоит свечек.
Да где же этот Слизень. Вечно его ждать приходится, скотину… процент снижу! Вот!
***
Храм Ла Муэрте ничуть не изменился за прошедшее время. Он и еще тысячу лет простоит – не поменяется. Потому как Богине – нравится. А против ее воли идти – дураков нет. Жить всем охота.
Серхио здесь был нечастым гостем, но – приходил.
Было у Вальдеса такое в характере, было, да и Ла Муэрте это в своей пастве поддерживала.
Лучшая молитва – она какая?
Понятно, делом.
Плохо у тебя все? А ты посмотри, что можно сделать. Себе помочь не можешь, так кому другому руку протяни, глядишь, и у тебя что-то наладится. То, с чем человек может сам справиться, он сам и делать должен, а не бегать к Богу по каждому чиху. Другое дело, если серьезная беда.
Если речь идет о жизни, о здоровье, допустим, или вот, как пятнадцать лет назад. Антония не справилась бы с демоном сама. Тут уж Ла Муэрте пришлось вмешаться.
А с Карраско – справилась. И чего лезть?
Дана людям свобода воли влезать во все неприятности? Отлично! Вот и расхлебывайте так же – со свободной волей!
Серхио эти убеждения полностью поддерживал, и приходил, когда уж вовсе невмоготу было. А так он и дома помолится, и на работе. И Богиня его услышит, разве нет? Это – Богиня!
А храм…
Вот когда серьезно-серьезно, можно и прийти.
Серхио своим мнением со жрецами не делился, но искренне считал так. Когда мы молимся, мы просто отдаем кусочек своей души, тепла, любви – Богу. Богине. Улыбаемся им, как родителям, это ведь тоже важно.
Бог нас сотворил – и ему за это не нужно никакой благодарности. Родители нас родили и тоже любят просто так, ничего не требуя взамен. Но разве сложно подойти, обнять, поцеловать, сказать, что любишь? Ведь минутное же дело! Но такое важное… и потом так часто жалеешь, что недодал чего-то очень важного. Вот и с Богами так же.
Помолился, сказал Богине, что ты о ней помнишь, что благодарен – и вперед. Жить, любить, улучшать этот мир. Тоже, в качестве благодарности.
А сейчас он не молиться шел, а просить о помощи. Серьезной. И тут уж можно и в храм, и ждать. И снова – не просто так, полы протирать. И Эрнесто, и Тони ему кое-что рассказывали о своих посещениях храма. Серхио, конечно, не некромант, но просить Хавьера? Карраско – не Риалон. Не ему расхлебывать.
