Резонно предположив, что Гоша что-то знает, явились уже оперативники. И то ли они что-то сказали, то ли повели себя не так…
В квартире оказались один труп и один раненый. И еще неизвестно, выживет ли. А Гоша удрал. И куда – черт его знает.
Откуда уж у него взялся пистолет с глушителем, брошенный рядом с оперативниками? Хотя что спрашивать, сейчас можно хоть танк купить, были б деньги.
Видимо, боялся, готовился, и потому начал стрелять первым, как только понял, что его в чем-то подозревают. Одному оперативнику попал в живот, второму – в грудь, да так неудачно...
Продырявленный кишечник – это плохо, это больно, в перспективе даже смертельно, но какое-то время с этим живут, и до врачей доживают, и до операционного стола. А вот при попадании в аорту довезти не успевают. Разрезать – и то не успевают, человек погибает сразу же, на месте происшествия.
Третий оперативник сидел в машине рядом с подъездом, четвертый блокировал выход на крышу…
Егор оказался далеко не идиотом. Он перелез на балкон к соседу и попросил выпустить его. Вышел в соседнем подъезде и удрал.
Машина у дома как стояла, так и стоит, квартира закрыта, чтобы подольше не нашли никого, а сам Егор невесть где. И с повинной он вряд ли явится.
Полиция в любом городе и в любой стране к таким поступкам относится очень негативно, а потому был объявлен план «Вулкан». И по всему городу грозно рявкнули рации.
План «Вулкан».
А еще «Перехват», «Сирена», «Крепость» и много, много других.
В полиции на каждый чих свой платок имеется. В данном случае был объявлен именно «Вулкан», искали не машину, а человека, искали по всему городу, серьезно и вдумчиво. Убивать сотрудников полиции – такого прощать никому и нигде нельзя. Не то массовый отстрел начнется.
Для полицейских города и области делом чести стало найти Егора и приколотить его шкурку на заборе рядом с УВД. Можно – частями. Голова там, хвост здесь…
Это, конечно, в переносном смысле, но все прекрасно понимали, что если преступника пристрелят при задержании – никто особо ругаться не будет. И взысканий тоже не будет.
Так, пальчиком погрозят…
Око за око, зуб за зуб, в некоторых случаях это не просто истина, это – жизнь.
Ирина покивала, получила ориентировку и задумалась. С одной стороны, взять преступника хотелось.
С другой – жить и, желательно – здоровой, без непоправимых последствий для собственной тушки, хотелось тоже.
Ведьма она там, не ведьма, а пуленепробиваемых ведьм пока еще наукой не установлено. И потроха у нее такие же, как и у любого другого. Можно позвать с собой кого-то…
Кирилла?
Ирина подумала пару минут, но потом отвергла этот вариант. Кирилл, конечно, хороший товарищ, и тыл ей прикроет, но…
Но!
Она не Индиана Джонс, она не Икс-мен или вумен, она официальный сотрудник полиции. Она не должна бегать за преступниками в сопровождении неизвестно кого.
А вот если…
- Иван Петрович, если я что накопаю?
- Копай глубже, - посоветовал начальник, не отрываясь от телефона. – Группа захвата в помощь.
Ирина кивнула и вышла. Ей требовалось найти местечко и уединиться.
Поиск она провести может. Но…
Ох это – но!
Егор может сейчас куда-то двигаться. Может где-то затаиться. И поиск – это не навигатор. Хорошо было бы – карта, над картой бляха или там кристалл на шнурочке, и – крекс, фекс, пекс!
Покажи мне, карта, того или этого.
Покажи мне карта пиратский клад!
Ага, если б все было так просто… ведьмовской поиск – это вам не навигатор. Даже учитывая, как глючат некоторые навигаторы…
Она уже искала, но не людей, она искала места, в которых неладно. Не частное, а более общий поиск. Может, она и сейчас попробует найти Егора, а попадет в гнездо самогонщиков. Или к хулиганам. Или…
Есть много вариантов. Но ее магия пока работает не иглой, а кувалдой.
Можно попробовать найти конкретно Гошу, посмотрев в воду. Но и тут есть минусы. Она может увидеть дом, может увидеть квартиру, но дорогу к ней?
Крайне смутно и сомнительно. А уж чтобы провести туда людей…
Нет, вряд ли. Сначала ей надо самой бы съездить, посмотреть. Но тогда есть шанс спугнуть подонка…
Так, размечталась!
Ты его найди для начала!
А еще лучше…
И для начала Ирина зашла на кухоньку, плеснула себе в стакан практически черной заварки, щедро размешала в ней три ложки сахара и взяла вафлю. Вешайтесь, адепты здорового образа жизни! Стреляйтесь и топитесь!
А Ирина точно знала, что и на грамм не поправится. Ибо лучшее средство для похудения – работа. Только не сидячая. Начните двор подметать, снег чистить, или там на автомойку устройтесь. И будете тонкие-звонкие.
Красота, да и только!
- Жуем?
Коля плюхнулся за стол рядом с Ириной и тоже утащил вафлю.
- Ага… сейчас опять на территорию.
Ирина не испытывала ни малейшей неловкости. Скидывалась «на общак» она как и все, в свою очередь и покупала сладости, и отмывала чашки-ложки, вот и нечего стесняться.
- Будешь негодяя искать?
- Поспрашиваю, - не удивилась вопросу Ирина. – А что?
- Осторожнее там. И не перерабатывай.
Девушка посмотрела с искренним удивлением. Это еще что за советы?
- Волка ноги кормят, нет?
- Всех волков не перестреляешь, даже если ноги до колен сотрешь. Надорвешься бестолку, вот и все.
- Ничего, пока справляюсь, - улыбнулась Ирина, не понимая, в чем смысл разговора. И тут же сдвинула брови, услышав следующую реплику.
- Отличником и передовиком производства быть, конечно, хорошо, но иногда и накладно. Сама понимаешь, не всем это нравится.
Ирина медленно кивнула.
- Допустим. И что – теперь пусть подонки творят, что хотят?
- Рано или поздно на любого управа найдется. Просто спешить не надо.
Ирина залпом допила крепкий чай, который вдруг показался очень горьким, и встала из-за стола.
- Я тебя поняла.
Коля улыбнулся.
На богатыря он и сейчас был похож. Только уже, по мнению Ирины, не на Илью Муромца. Что-то вроде Алеши Поповича, который не придерживался кодекса чести столь строго.
Оно понятно, врага надо бить в любые места, не думая про благородство, но как-то гадко, гадко… словно улитку проглотила. Сжевала капустный лист, не глядя, а там слизень был.
Фу!
Смысл-то Ирина поняла. Не стоит усердствовать слишком сильно, на твоем фоне другие хуже выглядят. Но…
А работать?
И не надо говорить, что у нее рвение неофита, потому она и… ладно! Ведьминские силы тоже многое дают, но ведь не все! Далеко не все! Если б только на них надеяться, можно и вовсе ничего не делать… а потом на чужой могиле выть?
Как с врачом?
Ведь обвинила человека не только в том, что он сделал, но и в том, чего он НЕ делал. И получилось достаточно гадко.
Хорошо еще, Ботиков оказался мужчиной действительно выдающимся. И прийти не постеснялся, и сказать правду, но много ли таких?
И кому поверят?
Не-ет, без оперативной работы никуда. Хоть ты трижды ведьма.
А Коля и иже с ним…
Если мне плюют в спину, значит, я нахожусь впереди, - вспомнила Ирина какой-то слоган из интернета и улыбнулась.
Тряхнула рыжим хвостиком.
Работать, работать и еще раз работать. А уединение она и прямо сейчас найдет.
В туалете!
Это кого никогда в глаза не видел, надо искать по вещи. А знакомого можно и просто так.
Гошу Ирина видела в глаза, они разговаривали… ох, не зря в стародавние времена люди на себя и амулеты вешали, и не заговаривали с кем попало, и не доверяли так уж безоглядно, и имя свое скрывали, не говоря абы кому.
Хотел там Егор, не хотел, а ключик он Ирине дал. И ведьма собиралась им воспользоваться.
Где найти воду в туалете?
Нет, не в унитазе. Это уж вовсе садизм, хотя и так можно. Но…
Смейтесь на здоровье. Ирина просто сняла крышку с бачка унитаза. А что? Вода чистая водопроводная. А что изнутри бачок весь ржавый…
Бывает. Это не грязь, это у нас такая чистая водопроводная вода, чтоб ей коммунальщиков поить – да постоянно. Пусть у них так же радость будет!
Ирина погрузила в воду кончики пальцев.
- Егор…
И закружились, полетели картинки-видения. Обрывочные, но достаточно четкие.
Когда Ирина выпала из своего видения, в дверь снаружи кто-то колотил. А она себе так и не представляла, где именно искать Егора.
Вот что ей даст картинка леса за окном?
Пригородная база?
Загородный дом?
Чья-то дача?
Вариантов много, и не обязательно это пригород Кораблика, это может быть пригород любого другого города. Вроде бы Гоша и недалеко, но что такое – недалеко для Ирины? Это ведь по ее ощущениям берется, а радиус получится вполне приличный.
Лес. Вроде бы речка рядом.
Люди? Есть люди, что тоже ничего не дает. Саму комнату Ирина рассмотрела, но и только что. Похоже больше на гостиничный номер, чем на жилье, но кто знает? Две кровати – может и в обычной комнате стоять, у кого-то на даче. Светлые непритязательные обои, шкаф для одежды, пара тумбочек…
Нет, ни о чем.
Ведьма призналась себе, что магия не всесильна и отправилась работать. Там, где она действительно могла что-то сделать. И для начала она набрала номер Кирилла.
Оборотня печальная история найденного младенца и его матери в шок не повергла. Бывает, что ж теперь? Всех сволочей не передушишь, хотя и жаль. Очень жаль.
- А от меня ты что хочешь?
- Помощи, вестимо, - отозвалась Ирина. – Ты же у нас при храме хвостом виляешь?
- Не тронь мой хвост, не то привлеку по статье!
- Какой?
- За оскорбление верующих.
- Оборотней? Ну-ну… Может, тогда по защите прав сексменьшинств?
- Эй! В сексе я - большинство!
- В смысле – как все, ничего нового и интересного? Не переживай, бывает, - съязвила Ирина, отлично понимая, что весь разговор не выходит за рамки подначек. Подумаешь, поехидничали немного!
- Гнусные наветы! Я могу отстоять честь всех оборотней!
- Даже страшно сказать, с чем именно наперевес.
- Главное – с честью! – продолжал веселиться оборотень.
- А я думала, что честь это не деталь анатомии? – уточнила ведьма невинным тоном. Кирилл фыркнул.
- Ладно… один – ноль. Так что именно тебе от меня нужно?
- Чтобы ты позаботился о детях Оболовых.
- Я!?
И сколько ж искреннего ужаса было в голосе оборотня. Словно Ирина предложила ему подстричься под пуделя Артемона!
- А кто? Я расспросила – родных у них нет. Савелий и эта Диана – оба христанутые…
- Поосторожнее с выражениями! Это нетолерантно.
Ирина изобретательно послала толерантность оборотню под хвост.
- Скоро цвет неба с этим кретинизмом неприличным считаться будет!
- И петухи ни за что пострадали, - согласился Кирилл. – Хотя когда-то считались символом рассвета и нечисть прогоняли.
- Нечисть они и сейчас прекрасно гоняют. Ну да ладно… вот смотри, они оба иконами на голову ушибленные. Не говорю – верующие, верующий человек никогда ничего подобного не сотворит, а эти… жуть с ручкой! Но дети-то их ни в чем не виноваты! Есть ли в нашей области какой-то приют при храме, или что-то еще в этом духе? Их же нельзя пока к нормальным людям, они просто пропадут, они в приюте для обычных детей не выживут, понимаешь?
Кирилл понимал.
Может, даже лучше, чем Ирина – его родители с детства руководствовались простым принципом.
Наш ребенок должен уметь выжить.
Выжить, постоять за себя, справиться с любой ситуацией. И таскали его по всем кружкам и клубам, старались развить физически и интеллектуально…
Он выжил и был им безмерно благодарен.
А если родители отсекают от ребенка большую часть мира, как ему потом быть? Как жить-то? Мир не статичен, он многогранен, он движется, меняется, он может повернуться к тебе любой стороной и даже выдать крепкого пинка. И что ты будешь делать?
А дети – домашние, забитые, да еще и воспитанные в жестко христианском духе – смогут ли они выжить в любой ситуации?
М-да…
И, как ни крути, за что-то и церковь в ответе.
- Оболовы?
- Да. Я расспросила соседей, они ходили в церковь на Семеновской улице.
- Там, где батюшка Серафим?
- Х… хвост его знает, - поправилась Ирина. – Серафим, Херувим… не уточняла. Да и соседи там сплошь атеисты.
- Серьезно?
- А что тебя удивляет? Так наглядишься – вообще в агностики подашься.
Кирилл фыркнул еще ядовитее. Действительно, иногда рвение особо активных верующих отводит от церкви быстрее, чем ладан – чертей гоняет. Посмотришь на некоторых личностей – и ноги в руки, а то не дай Бог, догонят и в свою веру обратят. Очень уж она… агрессивная и нетерпимая.
Закон о защите верующих?
Да так, наглядевшись, иногда хочется попросить закон по защите ОТ верующих.
- Ну, не все так плохо…
- Серьезно?
- Да. У нас на той неделе случай был – знаешь, бабушки-активистки?
- Знаю.
Кто ж их не знает? В церковь-то иногда не войдешь – сожрут! Активно! Раньше на них парткомы-месткомы были, а сейчас только церковь и осталась.
- Так вот. Одна из них выгнала из церкви девчонку. Якобы, платье слишком фривольное.
- Так и сказала?
- Почти, почти… Так батюшка Михаил заставил бабку в наказание сходить в парикмахерскую, сделать укладку, маникюр, педикюр, и месяц ходить только в брюках.
- И деньги на это выдал?
- Будешь смеяться – выдал. Специально. Сказал – грех гордыни ее обуял, она с таким и Христа в храм не пустит.*
*- реальный случай из жизни, была свидетелем, прим. авт.
- Да, плохо быть святее Папы Римского. Ладно, тебе адрес Оболовых продиктовать?
- Давай. Ну, с Савелием я понял, там что. А мать куда?
- Туда же. По этапу, - мрачно отозвалась Ирина. – Она ведь все знала, молчала, терпела… она соучастница получается, понимаешь?
- Может, ее запугали, забили…
- Кир, у нее на глазах умерла ее дочь. Понимаешь – ее ребенок! Потому что этот подонок сначала изнасиловал девочку, потом обрюхатил, запрещал выходить из дома, сделал ребенка, оставил без медицинской помощи – тут букет статей на все вкусы. Да любая нормальная мать в такой ситуации схватит нож, или топор, ну и…
Кирилл понимал.
И подозревал, что Ирине в такой ситуации и пистолет не потребовался бы. Зубами порвет не хуже оборотня.
Как говорится, кто простит, пусть первый бросит в оборотня камень. И не удивляется, когда тот прилетит обратно с довеском.
- Понял. Позвоню и поговорю. Потом тебе отзвониться?
- Отзвонись, пожалуйста. Это все-таки моя территория.
- Хорошо. До связи.
- До связи.
Ирина отключилась. И тут же опять щелкнула по телефону.
- Да?
- Алексеева, ты в участке?
- Пока еще да.
- Зайди ко мне на минуту.
- Да, Иван Петрович.
Интересно, зачем она начальству понадобилась?
Начальство было решительно недовольно жизнью.
- Алексеева, позвони домой.
- В общагу? Зачем?
- Да не в общагу! Мне только что звонили твои родители.
Ирина форменным образом офигела. Даже рот открыла. Потом закрыла, звучно лязгнув зубами, и поинтересовалась.
- И какого… что им нужно было?
- Не лучшие отношения? – прозорливо угадал начальник.
- Отвратительные, - открыла Ирина «секрет Полишинеля». – Им бы дочь подошла не участковым, а юристом в администрации, или нотариусом, хотя бы высокооплачиваемым адвокатом.
- Ясненько. И были возможности?
- Возможности у всех есть. А вот желания у меня не было. Ни тогда – ни сейчас.
- Ты им все равно позвони. Хорошо?
- Хорошо, Иван Петрович.
- Свободна. И с Савелием побеседуй. Есть тело, есть и дело, сама понимаешь.
В квартире оказались один труп и один раненый. И еще неизвестно, выживет ли. А Гоша удрал. И куда – черт его знает.
Откуда уж у него взялся пистолет с глушителем, брошенный рядом с оперативниками? Хотя что спрашивать, сейчас можно хоть танк купить, были б деньги.
Видимо, боялся, готовился, и потому начал стрелять первым, как только понял, что его в чем-то подозревают. Одному оперативнику попал в живот, второму – в грудь, да так неудачно...
Продырявленный кишечник – это плохо, это больно, в перспективе даже смертельно, но какое-то время с этим живут, и до врачей доживают, и до операционного стола. А вот при попадании в аорту довезти не успевают. Разрезать – и то не успевают, человек погибает сразу же, на месте происшествия.
Третий оперативник сидел в машине рядом с подъездом, четвертый блокировал выход на крышу…
Егор оказался далеко не идиотом. Он перелез на балкон к соседу и попросил выпустить его. Вышел в соседнем подъезде и удрал.
Машина у дома как стояла, так и стоит, квартира закрыта, чтобы подольше не нашли никого, а сам Егор невесть где. И с повинной он вряд ли явится.
Полиция в любом городе и в любой стране к таким поступкам относится очень негативно, а потому был объявлен план «Вулкан». И по всему городу грозно рявкнули рации.
***
План «Вулкан».
А еще «Перехват», «Сирена», «Крепость» и много, много других.
В полиции на каждый чих свой платок имеется. В данном случае был объявлен именно «Вулкан», искали не машину, а человека, искали по всему городу, серьезно и вдумчиво. Убивать сотрудников полиции – такого прощать никому и нигде нельзя. Не то массовый отстрел начнется.
Для полицейских города и области делом чести стало найти Егора и приколотить его шкурку на заборе рядом с УВД. Можно – частями. Голова там, хвост здесь…
Это, конечно, в переносном смысле, но все прекрасно понимали, что если преступника пристрелят при задержании – никто особо ругаться не будет. И взысканий тоже не будет.
Так, пальчиком погрозят…
Око за око, зуб за зуб, в некоторых случаях это не просто истина, это – жизнь.
Ирина покивала, получила ориентировку и задумалась. С одной стороны, взять преступника хотелось.
С другой – жить и, желательно – здоровой, без непоправимых последствий для собственной тушки, хотелось тоже.
Ведьма она там, не ведьма, а пуленепробиваемых ведьм пока еще наукой не установлено. И потроха у нее такие же, как и у любого другого. Можно позвать с собой кого-то…
Кирилла?
Ирина подумала пару минут, но потом отвергла этот вариант. Кирилл, конечно, хороший товарищ, и тыл ей прикроет, но…
Но!
Она не Индиана Джонс, она не Икс-мен или вумен, она официальный сотрудник полиции. Она не должна бегать за преступниками в сопровождении неизвестно кого.
А вот если…
- Иван Петрович, если я что накопаю?
- Копай глубже, - посоветовал начальник, не отрываясь от телефона. – Группа захвата в помощь.
Ирина кивнула и вышла. Ей требовалось найти местечко и уединиться.
Поиск она провести может. Но…
Ох это – но!
Егор может сейчас куда-то двигаться. Может где-то затаиться. И поиск – это не навигатор. Хорошо было бы – карта, над картой бляха или там кристалл на шнурочке, и – крекс, фекс, пекс!
Покажи мне, карта, того или этого.
Покажи мне карта пиратский клад!
Ага, если б все было так просто… ведьмовской поиск – это вам не навигатор. Даже учитывая, как глючат некоторые навигаторы…
Она уже искала, но не людей, она искала места, в которых неладно. Не частное, а более общий поиск. Может, она и сейчас попробует найти Егора, а попадет в гнездо самогонщиков. Или к хулиганам. Или…
Есть много вариантов. Но ее магия пока работает не иглой, а кувалдой.
Можно попробовать найти конкретно Гошу, посмотрев в воду. Но и тут есть минусы. Она может увидеть дом, может увидеть квартиру, но дорогу к ней?
Крайне смутно и сомнительно. А уж чтобы провести туда людей…
Нет, вряд ли. Сначала ей надо самой бы съездить, посмотреть. Но тогда есть шанс спугнуть подонка…
Так, размечталась!
Ты его найди для начала!
А еще лучше…
И для начала Ирина зашла на кухоньку, плеснула себе в стакан практически черной заварки, щедро размешала в ней три ложки сахара и взяла вафлю. Вешайтесь, адепты здорового образа жизни! Стреляйтесь и топитесь!
А Ирина точно знала, что и на грамм не поправится. Ибо лучшее средство для похудения – работа. Только не сидячая. Начните двор подметать, снег чистить, или там на автомойку устройтесь. И будете тонкие-звонкие.
Красота, да и только!
- Жуем?
Коля плюхнулся за стол рядом с Ириной и тоже утащил вафлю.
- Ага… сейчас опять на территорию.
Ирина не испытывала ни малейшей неловкости. Скидывалась «на общак» она как и все, в свою очередь и покупала сладости, и отмывала чашки-ложки, вот и нечего стесняться.
- Будешь негодяя искать?
- Поспрашиваю, - не удивилась вопросу Ирина. – А что?
- Осторожнее там. И не перерабатывай.
Девушка посмотрела с искренним удивлением. Это еще что за советы?
- Волка ноги кормят, нет?
- Всех волков не перестреляешь, даже если ноги до колен сотрешь. Надорвешься бестолку, вот и все.
- Ничего, пока справляюсь, - улыбнулась Ирина, не понимая, в чем смысл разговора. И тут же сдвинула брови, услышав следующую реплику.
- Отличником и передовиком производства быть, конечно, хорошо, но иногда и накладно. Сама понимаешь, не всем это нравится.
Ирина медленно кивнула.
- Допустим. И что – теперь пусть подонки творят, что хотят?
- Рано или поздно на любого управа найдется. Просто спешить не надо.
Ирина залпом допила крепкий чай, который вдруг показался очень горьким, и встала из-за стола.
- Я тебя поняла.
Коля улыбнулся.
На богатыря он и сейчас был похож. Только уже, по мнению Ирины, не на Илью Муромца. Что-то вроде Алеши Поповича, который не придерживался кодекса чести столь строго.
Оно понятно, врага надо бить в любые места, не думая про благородство, но как-то гадко, гадко… словно улитку проглотила. Сжевала капустный лист, не глядя, а там слизень был.
Фу!
Смысл-то Ирина поняла. Не стоит усердствовать слишком сильно, на твоем фоне другие хуже выглядят. Но…
А работать?
И не надо говорить, что у нее рвение неофита, потому она и… ладно! Ведьминские силы тоже многое дают, но ведь не все! Далеко не все! Если б только на них надеяться, можно и вовсе ничего не делать… а потом на чужой могиле выть?
Как с врачом?
Ведь обвинила человека не только в том, что он сделал, но и в том, чего он НЕ делал. И получилось достаточно гадко.
Хорошо еще, Ботиков оказался мужчиной действительно выдающимся. И прийти не постеснялся, и сказать правду, но много ли таких?
И кому поверят?
Не-ет, без оперативной работы никуда. Хоть ты трижды ведьма.
А Коля и иже с ним…
Если мне плюют в спину, значит, я нахожусь впереди, - вспомнила Ирина какой-то слоган из интернета и улыбнулась.
Тряхнула рыжим хвостиком.
Работать, работать и еще раз работать. А уединение она и прямо сейчас найдет.
В туалете!
***
Это кого никогда в глаза не видел, надо искать по вещи. А знакомого можно и просто так.
Гошу Ирина видела в глаза, они разговаривали… ох, не зря в стародавние времена люди на себя и амулеты вешали, и не заговаривали с кем попало, и не доверяли так уж безоглядно, и имя свое скрывали, не говоря абы кому.
Хотел там Егор, не хотел, а ключик он Ирине дал. И ведьма собиралась им воспользоваться.
Где найти воду в туалете?
Нет, не в унитазе. Это уж вовсе садизм, хотя и так можно. Но…
Смейтесь на здоровье. Ирина просто сняла крышку с бачка унитаза. А что? Вода чистая водопроводная. А что изнутри бачок весь ржавый…
Бывает. Это не грязь, это у нас такая чистая водопроводная вода, чтоб ей коммунальщиков поить – да постоянно. Пусть у них так же радость будет!
Ирина погрузила в воду кончики пальцев.
- Егор…
И закружились, полетели картинки-видения. Обрывочные, но достаточно четкие.
Когда Ирина выпала из своего видения, в дверь снаружи кто-то колотил. А она себе так и не представляла, где именно искать Егора.
Вот что ей даст картинка леса за окном?
Пригородная база?
Загородный дом?
Чья-то дача?
Вариантов много, и не обязательно это пригород Кораблика, это может быть пригород любого другого города. Вроде бы Гоша и недалеко, но что такое – недалеко для Ирины? Это ведь по ее ощущениям берется, а радиус получится вполне приличный.
Лес. Вроде бы речка рядом.
Люди? Есть люди, что тоже ничего не дает. Саму комнату Ирина рассмотрела, но и только что. Похоже больше на гостиничный номер, чем на жилье, но кто знает? Две кровати – может и в обычной комнате стоять, у кого-то на даче. Светлые непритязательные обои, шкаф для одежды, пара тумбочек…
Нет, ни о чем.
Ведьма призналась себе, что магия не всесильна и отправилась работать. Там, где она действительно могла что-то сделать. И для начала она набрала номер Кирилла.
***
Оборотня печальная история найденного младенца и его матери в шок не повергла. Бывает, что ж теперь? Всех сволочей не передушишь, хотя и жаль. Очень жаль.
- А от меня ты что хочешь?
- Помощи, вестимо, - отозвалась Ирина. – Ты же у нас при храме хвостом виляешь?
- Не тронь мой хвост, не то привлеку по статье!
- Какой?
- За оскорбление верующих.
- Оборотней? Ну-ну… Может, тогда по защите прав сексменьшинств?
- Эй! В сексе я - большинство!
- В смысле – как все, ничего нового и интересного? Не переживай, бывает, - съязвила Ирина, отлично понимая, что весь разговор не выходит за рамки подначек. Подумаешь, поехидничали немного!
- Гнусные наветы! Я могу отстоять честь всех оборотней!
- Даже страшно сказать, с чем именно наперевес.
- Главное – с честью! – продолжал веселиться оборотень.
- А я думала, что честь это не деталь анатомии? – уточнила ведьма невинным тоном. Кирилл фыркнул.
- Ладно… один – ноль. Так что именно тебе от меня нужно?
- Чтобы ты позаботился о детях Оболовых.
- Я!?
И сколько ж искреннего ужаса было в голосе оборотня. Словно Ирина предложила ему подстричься под пуделя Артемона!
- А кто? Я расспросила – родных у них нет. Савелий и эта Диана – оба христанутые…
- Поосторожнее с выражениями! Это нетолерантно.
Ирина изобретательно послала толерантность оборотню под хвост.
- Скоро цвет неба с этим кретинизмом неприличным считаться будет!
- И петухи ни за что пострадали, - согласился Кирилл. – Хотя когда-то считались символом рассвета и нечисть прогоняли.
- Нечисть они и сейчас прекрасно гоняют. Ну да ладно… вот смотри, они оба иконами на голову ушибленные. Не говорю – верующие, верующий человек никогда ничего подобного не сотворит, а эти… жуть с ручкой! Но дети-то их ни в чем не виноваты! Есть ли в нашей области какой-то приют при храме, или что-то еще в этом духе? Их же нельзя пока к нормальным людям, они просто пропадут, они в приюте для обычных детей не выживут, понимаешь?
Кирилл понимал.
Может, даже лучше, чем Ирина – его родители с детства руководствовались простым принципом.
Наш ребенок должен уметь выжить.
Выжить, постоять за себя, справиться с любой ситуацией. И таскали его по всем кружкам и клубам, старались развить физически и интеллектуально…
Он выжил и был им безмерно благодарен.
А если родители отсекают от ребенка большую часть мира, как ему потом быть? Как жить-то? Мир не статичен, он многогранен, он движется, меняется, он может повернуться к тебе любой стороной и даже выдать крепкого пинка. И что ты будешь делать?
А дети – домашние, забитые, да еще и воспитанные в жестко христианском духе – смогут ли они выжить в любой ситуации?
М-да…
И, как ни крути, за что-то и церковь в ответе.
- Оболовы?
- Да. Я расспросила соседей, они ходили в церковь на Семеновской улице.
- Там, где батюшка Серафим?
- Х… хвост его знает, - поправилась Ирина. – Серафим, Херувим… не уточняла. Да и соседи там сплошь атеисты.
- Серьезно?
- А что тебя удивляет? Так наглядишься – вообще в агностики подашься.
Кирилл фыркнул еще ядовитее. Действительно, иногда рвение особо активных верующих отводит от церкви быстрее, чем ладан – чертей гоняет. Посмотришь на некоторых личностей – и ноги в руки, а то не дай Бог, догонят и в свою веру обратят. Очень уж она… агрессивная и нетерпимая.
Закон о защите верующих?
Да так, наглядевшись, иногда хочется попросить закон по защите ОТ верующих.
- Ну, не все так плохо…
- Серьезно?
- Да. У нас на той неделе случай был – знаешь, бабушки-активистки?
- Знаю.
Кто ж их не знает? В церковь-то иногда не войдешь – сожрут! Активно! Раньше на них парткомы-месткомы были, а сейчас только церковь и осталась.
- Так вот. Одна из них выгнала из церкви девчонку. Якобы, платье слишком фривольное.
- Так и сказала?
- Почти, почти… Так батюшка Михаил заставил бабку в наказание сходить в парикмахерскую, сделать укладку, маникюр, педикюр, и месяц ходить только в брюках.
- И деньги на это выдал?
- Будешь смеяться – выдал. Специально. Сказал – грех гордыни ее обуял, она с таким и Христа в храм не пустит.*
*- реальный случай из жизни, была свидетелем, прим. авт.
- Да, плохо быть святее Папы Римского. Ладно, тебе адрес Оболовых продиктовать?
- Давай. Ну, с Савелием я понял, там что. А мать куда?
- Туда же. По этапу, - мрачно отозвалась Ирина. – Она ведь все знала, молчала, терпела… она соучастница получается, понимаешь?
- Может, ее запугали, забили…
- Кир, у нее на глазах умерла ее дочь. Понимаешь – ее ребенок! Потому что этот подонок сначала изнасиловал девочку, потом обрюхатил, запрещал выходить из дома, сделал ребенка, оставил без медицинской помощи – тут букет статей на все вкусы. Да любая нормальная мать в такой ситуации схватит нож, или топор, ну и…
Кирилл понимал.
И подозревал, что Ирине в такой ситуации и пистолет не потребовался бы. Зубами порвет не хуже оборотня.
Как говорится, кто простит, пусть первый бросит в оборотня камень. И не удивляется, когда тот прилетит обратно с довеском.
- Понял. Позвоню и поговорю. Потом тебе отзвониться?
- Отзвонись, пожалуйста. Это все-таки моя территория.
- Хорошо. До связи.
- До связи.
Ирина отключилась. И тут же опять щелкнула по телефону.
- Да?
- Алексеева, ты в участке?
- Пока еще да.
- Зайди ко мне на минуту.
- Да, Иван Петрович.
Интересно, зачем она начальству понадобилась?
***
Начальство было решительно недовольно жизнью.
- Алексеева, позвони домой.
- В общагу? Зачем?
- Да не в общагу! Мне только что звонили твои родители.
Ирина форменным образом офигела. Даже рот открыла. Потом закрыла, звучно лязгнув зубами, и поинтересовалась.
- И какого… что им нужно было?
- Не лучшие отношения? – прозорливо угадал начальник.
- Отвратительные, - открыла Ирина «секрет Полишинеля». – Им бы дочь подошла не участковым, а юристом в администрации, или нотариусом, хотя бы высокооплачиваемым адвокатом.
- Ясненько. И были возможности?
- Возможности у всех есть. А вот желания у меня не было. Ни тогда – ни сейчас.
- Ты им все равно позвони. Хорошо?
- Хорошо, Иван Петрович.
- Свободна. И с Савелием побеседуй. Есть тело, есть и дело, сама понимаешь.
