Если Ирина найдет убийцу…
Волкодлак?
Та дурочка-ведьма?
Нет, Ирина не верила, что они во всем виноваты. Даже не так, довели-то до смерти Прасковью именно они, а вот кто им приказал? Есть нож, который убивает, и есть рука, которая его держит. А есть еще голова, прикрепленная к этой руке и тот, кто науськал голову.
Есть.
Вот последнее звено Ирина и хотела вытащить на поверхность. Рассмотреть, посадить…
Хотя бы – пристрелить при задержании.
Незаконно?
Сложный вопрос, законно-незаконно. Да, законы есть, да, их надо соблюдать, но Ирина очень часто думала, что некоторые законы стоило бы или изменить, или ужесточить… или - наоборот. Смягчить. Допустим, украл воришка шоколадку. И чего его таскать из суда в суд?
Выдрать да отпустить.
Допустим, продал кому-то подонок дозу наркоты. То же самое – чего его таскать в суд и тратить деньги налогоплательщиков?
Казнить – и вся недолга.
А те, кто будет кричать: жестоко, ужасно и «оно ж человек» - пусть представят на месте наркомана своего ребенка. И заткнутся раз и навсегда.
Ирина понимала, что подобные теории сторонников не найдут, да и ладно. Переживет.
А пока…
Ох, как же неохота это делать. Как же тоскливо. Как же не лежит сердце.
И даже на ведьминские предчувствия не спишешь – ни к чему. Ирина отлично знает, что именно ей не нравится, она уже попала в зону внимания одной организации и вторая ей совершенно без надобности. А – вот.
Откладывать не хотелось, так что Ирина достала телефон и набрала номер.
- Доброе утро.
- Здравствуйте.
Голос на том конце был женским и достаточно молодым. На минуту Ирина даже засомневалась – вдруг Петя дал ей неверный номер. Но разговор начинать надо было.
- Могу я поговорить с магистром Николаем?
Учитывая, что девушка не выказала ни удивления, ни возмущения, попала Ирина куда надо.
- Магистр белой магии Николай Светличный будет после обеда.
- Замечательно. А записаться к нему на прием можно?
- Можно. К сожалению, не в ближайшее время, у магистра все расписано.
Ирина мысленно поаплодировала магистру. Действительно, где надо прятать лист? Да в лесу, товарищи, в лесу.
Магистр? Ага, магистр. Даже и магии, сейчас таких как тараканов, мировых запасов дуста – и то мало на них на всех будет. А уж разбирать, кто работает, а кто лохов стрижет и вовсе ни один человек не станет. И все странности списать на магию можно, хоть ты всю квартиру козлиными черепами заставь и черными свечами потолок уляпай – магия-с!
Молодец какой!
- Мне бы хотелось попасть к нему на прием как можно скорее.
- По какому вопросу?
- По вопросу наследства от бабушки. Крайне странного наследства, - намекнула Ирина.
- Может, вам лучше к юристу?
- Нет, подозреваю, что любой нормальный юрист меня пошлет к психиатру, - отвергла щедрое предложение Ирина. – Не верят они в магию.
Девушка подумала пару минут.
- Ладно. В качестве исключения я могу записать вас на конец недели. Это через четыре дня, в субботу, в шестнадцать пятнадцать, прийти сможете?
Ирина посмотрела на календарь.
Дежурство.
- Нет. Не смогу, у меня работа.
- А когда сможете?
- Если на той неделе?
- Не раньше четверга?
- Записывайте на четверг, - согласилась Ирина. Не ближнее время, но хоть что-то.
- Как вас записать?
- Алексеева. Ирина Петровна.
- А-ак…
Судя по кваканью на том конце провода… о ней - знают? Слышали?
- Лейтенант полиции?
- Да.
- Я поговорю с магистром и перезвоню вам. Прошу вас подождать десять минут.
Услужливости в голосе девушки прибавилось. Интересно, что ей такого сказали? Что Ирина лопает на обед по три ресепсионистки? Ага, щасссс…
На них столько краски наложено, что отравление наступит уже при первом укусе.
Ладно, подождем…
Десять минут пролетели быстро. Пока в душ, пока почесать кота…
В душе?
Ага, в нем.
Сим проявлял заботу и внимание, сидел на бортике душевой кабины, не давая как следует закрыть дверь, и плевать хотел на все брызги.
За хозяйкой следить надо! Не то в слив утечет, это каждому серьезному коту ясно!
Да, еще и пол потом вытирать. Жаль, котом нельзя, о чем Ирина и сообщила кошаку, выразительно глядя в наглые зеленые глаза.
Бесполезно.
Взывать к кошачьей совести бессмысленно даже для самого продвинутого некроманта – он специализируется по покойникам, а не по придуманным сущностям.
Телефон запищал, и Ирина нажала кнопку.
- Да?
- Магистр Николай готов принять вас завтра, в девять вечера. Сможете прийти?
- Да, вполне.
- Сенная, девятнадцать. Офис девяносто три.
- Это «стекляшка»?
- Она самая.
- Спасибо, я буду, - поблагодарила Ирина.
- Не за что. До свидания.
- До свидания.
Настолько ведьма уже была в курсе дела. «Стекляшкой» местные жители прозвали офисное здание, построенное по образцу «Москва-сити». Это когда здание выглядит, словно стеклянное.
Восемнадцатиэтажка была выполнена из голубого стекла (во всяком случае, она так выглядела), и вся была отведена под офисы.
Изначально.
Потом оказалось, что Москва – это одно, а Кораблик – совсем другое. И московские цены на офис ставить не стоит, даже если в отделку ты вгрохал неплохие даже по московским меркам деньги. Так что половина офисов стояла закрытыми, на первом этаже поместился спортзал, на втором – несколько кафешек, а офисы попадались крайне редко.
Девяносто третий офис означал всего лишь – девятый этаж, третий офис. Был бы восемнадцатый этаж – был бы сто восемьдесят третий, к примеру, офис.
Ладно, можно и прогуляться.
Ирина пожала плечами и принялась одеваться на работу. Тетя Света шуршала на кухне, и когда Ирина вышла туда, встретила ее улыбкой.
- Ирочка, овсянку будешь?
- Овсянку?
В кастрюле закипала каша желтовато-серого цвета. Да-да, та самая, от которой сэр Генри сбежал навстречу собаке.
- Я решила с утра сварить кашку, - поделилась тетя Света. – Не знаю пока, что ты кушаешь, но овсянка для желудка хороша, это как скраб, который все отчищает…
Ирина сглотнула комок в горле.
Вот теми же словами говорила про овсянку и ее бабушка. Один в один.
- Тетя Света…
- Да? Ирочка, или ты с утра ничего не кушаешь? Девушки сейчас фигуру блюдут…
- Тетя Света, спасибо…
Овсянка была горячей. И отлично помогла пропихнуть в горло тяжелый комок. Все же у нее есть близкий человек, это здорово!
Сим тоже получил порцию овсянки и принюхивался к ней с недоумением.
- Кушай, - погрозила ему пальцем тетя Света. – Это на помойке тебя могли всякими химикатными кормами пичкать, а теперь ты кот домашний, так что будешь кушать домашнюю еду. Сейчас я тебе курочки сверху покрошу…
Курочка была покрошена и овсянка все-таки съедена, хотя и не без внутреннего кошачьего протеста. Увы… когда это при демократии протесты народа принимались во внимание?
Колхоз – дело добровольное, вступай, а то расстреляем.
Пришлось всем дружно кушать кашу.
На работе Ирину ждал довольный Иван Петрович.
- Иришка, передай своим друзьям, с меня причитается.
- Они непьющие, - сказала Ирина. Абсолютно честно, где вы видели пьяного лешего?
Иван Петрович пожал плечами.
- Тогда чем долг отдавать?
- Я уже отдала, - махнула рукой Ирина.
Начальника можно было понять, в такой ситуации он – герой. И награды какие получить может, и преференции, смотря, как разыграет эту карту. А он справится.
- Ладно. Тогда с нас подарок, - согласился начальник.
- Иван Петрович!
- Иришка, иди лучше на территорию. Не спорь со старшими по званию.
- Есть не спорить со старшими по званию, - проворчала Ирина. И ушла. На территорию.
Куда пойти, куда податься…
В случае с ведьмой – куда ноги несут. Ирина и топала, пока не услышала дикий вопль.
- Помогите, люди добрые!!! Убивають!!!
Если бы калитка была закрыта, Ирине пришлось бы потерять драгоценные минуты. А так…
Толкнуть ее ногой – и дверь откроется.
- Убью, с…а!!!
Во дворе пьяный в дупель мужчина наступал на женщину, а та пятилась и орала пожарной сиреной. Особую колоритность происходящему придавали размеры участников.
Баба была раза в три крупнее мужика. Выше, шире…
- Что происходит?! – рявкнула Ирина.
Мужик обернулся. Увидел девушку в форме – и радостно заорал.
- Ага! Ишшо одна! Ну щас я тебя!!!
- Леня!!! Не надо!!!
Поздно.
Леня ринулся в атаку. Увы – безрезультатную.
Судя по координации движений, в глаза у него уже не троилось, а восьмерилось. Так что на восьмерых Ирин он бросился, словно бык на корриде. Но если трех и забодал, то пятеро осталось. И – не те.
Решительно не те.
Реальная Ирина уцелела, а вот Леонид так припечатался к забору, что по кварталу голк пошел. Благо, забор был металлический.
Поцеловался, сполз – и отбыл в страну нирвану. Добавки уже не требовалось.
Ирина посмотрела на тетку.
- Нарушаем?
- Да что вы, девушка…
- Участковый уполномоченный. А здесь имело место нападение на сотрудника при исполнении…
- Ой! Да что вы, Леня хороший! Все водка проклятущая!
Ирина комментировать не стала. Козе понятно, Леня, Ваня, Петя, Саня – все хорошие. Виноваты те, кто их ловит и силком водку в глотку заливает.
Впрочем, забирать алкаша смысла не было, тем более, что родная супруга погрузила его на плечи и потащила в дом.
Причина для скандала тоже была более, чем уважительная. Любой алкаш взбеленился бы. Вот представьте, вы выпили, у вас есть заначка, душа требует продолжения банкета, а водки – нет! И денег нет.
Спрашиваешь у жены, где она, родная (водка, а не жена) и слышишь страшное.
Вылила.
Да как могла-то совершить такое святотатство?! Как тут не вспылить? Как тут не убить?
Ирина попробовала достучаться до разума тетки, но через пять минут, поняла, что затея обречена на неудачу. Каким там органом думала мадам – неясно, но если человеку нравится жить с алкоголиком, на здоровье. У всех свои способы самоубийства.
Пришлось махнуть рукой, провести политбеседу и отправиться восвояси.
Следующее происшествие поджидало Ирину примерно через десять минут.
Частные дома же…
И мальчишка, лет десяти, рыжий и веснушчатый, который бежал по дороге, утирая кровь и сопли из разбитого носа.
При такой скорости через пару минут он бы и на проезжую часть вылетел. А там и до аварии недалеко.
- Помощь нужна? – Ирина заступила дорогу и протянула мальчику пачку салфеток.
Пацан вскинул голову, увидел форму – и буквально вцепился в Ирину.
- ДА!!!
Развернулся – и помчался обратно, таща ее за собой, как на буксире.
Ирина и спорить не подумала, просто сорвалась вслед за мальчишкой. А через пять минут поняла, в чем дело и задохнулась от гнева.
- Ах вы…
Дело было в собаке.
В самой обыкновенной собаке, дворняге, которую привязали к дереву. И теперь кидались в нее камнями.
Лапу ей уже подбили, и бедная собака не могла метаться, как хотела, да и веревка была слишком короткой… а развлекались таким образом четверо мальчишек лет пятнадцати.
Как же Ирина взбесилась.
- Стоять, сволочи!!!
И плевать на все протоколы! Вот сейчас – плевать!
И так все было ясно. Есть же уроды, которые издеваются над детьми и животными… вот сейчас не повезло собаке, а когда мальчишка попробовал заступиться за пса, ему разбили нос, да еще под зад пнули, чтобы убирался. Он и побежал искать помощь. И нашел ее, Ирину…
Малолетние подонки переглянулись. И вместо того, чтобы бежать или испугаться, вдруг заухмылялись.
А что?
Их четверо, Ирина одна, и не выглядит крепкой и сильной. Так что… возможны варианты. Кирпич – существо неразумное, ему плевать, собака или ведьма. Или там, участковый…
- Смотрите, кто к нам пожаловал, - протянул самый крупный из мерзавцев. – Соска…
А больше он и сказать ничего не успел.
Мальчишке, который кинулся к собаке – отвязать, убежать… ему вдруг показалось, что женщина-полицейский, которую он привел с собой вдруг стала выше, как-то изменилась, что ли?
Он тоже попал под волну ярости. И последствия у нее были… сокрушительные.
Ирина просто не вспомнила про табельное оружие, которое еще и нельзя применять против несовершеннолетних. Даже если они уроды и недоноски, садисты и мерзавцы – все равно нельзя, отписываться замучаешься. Она забыла про рукопашный бой, про… она была настолько в ярости, что сила выплеснулась волной.
И – атаковала сама.
Какой увидели ее малолетки?
Что им почудилось?
Ирина так и не узнала никогда. Но ухмылки вдруг сменились воплями дикого ужаса.
Мальчишка взвыл и уткнулся в собачий бок.
Собака оскалила зубы и зарычала – умираю, но не сдамся!
А четверо негодяев с дикими воплями неслись по улице, забыв обо всем. И бежать им сильно мешали потяжелевшие штаны.
Ирина встряхнулась.
- Ой, ёпрст…
Вообще, сказала она вовсе даже другое слово, и даже не одно, и куда более эмоционально. А что тут сделаешь?
Накрыло.
У деда вечно собаки были, вот такие же, дворняги, как эта, один в один их Белка, разве что уши другие, а мордочка такая же, умненькая, чем-то на бульдожку похожая, и хвост колечком…
Вот и рвануло.
Ирина еще раз ругнулась про себя, подошла и погладила мальчишку по голове.
- Эй, ты чего? Нельзя в собаку носом, ее потом от соплей неделю отмывать придется.
Подействовало.
Мальчишка отлепил лицо от собачьего бока – и посмотрел вокруг. Сначала – робко, одним глазом, потом уже более осмысленно.
- А где… это?
- Живодеры малолетние? Разбежались.
- Н-нет. Это…
- Не знаю, о чем ты говоришь. Здесь только мы были, - не моргнув глазом, сообщила Ирина.
Пацан приободрился и смотрел уже двумя глазами, и за собаку не цеплялся, как за последнюю надежду, а скорее, обнимал.
- Тут что-то такое было… ух!
Ирина еще раз пожала плечами.
- Не знаю. Отвяжешь барбоса – или помочь?
- Справлюсь.
И верно, там уж веревка на честном слове держалась. Собака предупреждающе оскалила клыки на ведьму, но Ирина не реагировала, и пес махнул хвостом.
Ведьма?
Да и пес с ней… от мальчишек было куда как больше беды, лапа болит…
Ирина тоже обратила на это внимание.
- Кажется, пара камней прилетела, куда не надо.
- Ой…
Мальчишка стиснул зубы.
Ирина вздохнула и потрепала собаку по шерсти.
- Пошли. Доставлю вас до ветеринарки.
- Я… у меня…
- Денег нет? Придумаем что-нибудь. Ну что, барбос, поскачешь на трех лапах? Я тебя далеко не утащу, даже вместе с парнем…
Дворняга действительно была крупная. И умная, поняв, о чем идет речь, пес гордо захромал вперед, поджимая лапу. Если нет выбора – не то, что на трех лапах, на четырех костях поползешь.
В ветеринарке – ближайшей к месту действий, врач посмотрел на собаку и сказал, что примет ее бесплатно.
Ирина поблагодарила и объяснила ситуацию. Мальчишка… хотя после таких поступков и мальчишкой-то его звать совестно, уже мужчина, считай, держал пса за повязанную вокруг шеи веревку. Сам весь замурзанный до того, что ветеринар покачал головой и отправил его умываться.
- Молодец, пацан.
- Определенно, - согласилась Ирина.
- Уж сколько случаев… животные пропадают. А оно вот что, может быть…
Ирина прикусила губу.
Может, конечно, быть. Но зачем?
- Это явная дворняга. И не домашняя, видно же…
- Но и не дикая. Не стайная, - покачал головой ветеринар. – Я в добровольцах подрабатываю, знаю о чем говорю.
- Простите, где?
- Добровольцы? Объединение такое, помогаем, животных подбираем, спасаем, лечим, пристраиваем… на мне, вот, медицинская часть.
Волкодлак?
Та дурочка-ведьма?
Нет, Ирина не верила, что они во всем виноваты. Даже не так, довели-то до смерти Прасковью именно они, а вот кто им приказал? Есть нож, который убивает, и есть рука, которая его держит. А есть еще голова, прикрепленная к этой руке и тот, кто науськал голову.
Есть.
Вот последнее звено Ирина и хотела вытащить на поверхность. Рассмотреть, посадить…
Хотя бы – пристрелить при задержании.
Незаконно?
Сложный вопрос, законно-незаконно. Да, законы есть, да, их надо соблюдать, но Ирина очень часто думала, что некоторые законы стоило бы или изменить, или ужесточить… или - наоборот. Смягчить. Допустим, украл воришка шоколадку. И чего его таскать из суда в суд?
Выдрать да отпустить.
Допустим, продал кому-то подонок дозу наркоты. То же самое – чего его таскать в суд и тратить деньги налогоплательщиков?
Казнить – и вся недолга.
А те, кто будет кричать: жестоко, ужасно и «оно ж человек» - пусть представят на месте наркомана своего ребенка. И заткнутся раз и навсегда.
Ирина понимала, что подобные теории сторонников не найдут, да и ладно. Переживет.
А пока…
Ох, как же неохота это делать. Как же тоскливо. Как же не лежит сердце.
И даже на ведьминские предчувствия не спишешь – ни к чему. Ирина отлично знает, что именно ей не нравится, она уже попала в зону внимания одной организации и вторая ей совершенно без надобности. А – вот.
Откладывать не хотелось, так что Ирина достала телефон и набрала номер.
- Доброе утро.
- Здравствуйте.
Голос на том конце был женским и достаточно молодым. На минуту Ирина даже засомневалась – вдруг Петя дал ей неверный номер. Но разговор начинать надо было.
- Могу я поговорить с магистром Николаем?
Учитывая, что девушка не выказала ни удивления, ни возмущения, попала Ирина куда надо.
- Магистр белой магии Николай Светличный будет после обеда.
- Замечательно. А записаться к нему на прием можно?
- Можно. К сожалению, не в ближайшее время, у магистра все расписано.
Ирина мысленно поаплодировала магистру. Действительно, где надо прятать лист? Да в лесу, товарищи, в лесу.
Магистр? Ага, магистр. Даже и магии, сейчас таких как тараканов, мировых запасов дуста – и то мало на них на всех будет. А уж разбирать, кто работает, а кто лохов стрижет и вовсе ни один человек не станет. И все странности списать на магию можно, хоть ты всю квартиру козлиными черепами заставь и черными свечами потолок уляпай – магия-с!
Молодец какой!
- Мне бы хотелось попасть к нему на прием как можно скорее.
- По какому вопросу?
- По вопросу наследства от бабушки. Крайне странного наследства, - намекнула Ирина.
- Может, вам лучше к юристу?
- Нет, подозреваю, что любой нормальный юрист меня пошлет к психиатру, - отвергла щедрое предложение Ирина. – Не верят они в магию.
Девушка подумала пару минут.
- Ладно. В качестве исключения я могу записать вас на конец недели. Это через четыре дня, в субботу, в шестнадцать пятнадцать, прийти сможете?
Ирина посмотрела на календарь.
Дежурство.
- Нет. Не смогу, у меня работа.
- А когда сможете?
- Если на той неделе?
- Не раньше четверга?
- Записывайте на четверг, - согласилась Ирина. Не ближнее время, но хоть что-то.
- Как вас записать?
- Алексеева. Ирина Петровна.
- А-ак…
Судя по кваканью на том конце провода… о ней - знают? Слышали?
- Лейтенант полиции?
- Да.
- Я поговорю с магистром и перезвоню вам. Прошу вас подождать десять минут.
Услужливости в голосе девушки прибавилось. Интересно, что ей такого сказали? Что Ирина лопает на обед по три ресепсионистки? Ага, щасссс…
На них столько краски наложено, что отравление наступит уже при первом укусе.
Ладно, подождем…
***
Десять минут пролетели быстро. Пока в душ, пока почесать кота…
В душе?
Ага, в нем.
Сим проявлял заботу и внимание, сидел на бортике душевой кабины, не давая как следует закрыть дверь, и плевать хотел на все брызги.
За хозяйкой следить надо! Не то в слив утечет, это каждому серьезному коту ясно!
Да, еще и пол потом вытирать. Жаль, котом нельзя, о чем Ирина и сообщила кошаку, выразительно глядя в наглые зеленые глаза.
Бесполезно.
Взывать к кошачьей совести бессмысленно даже для самого продвинутого некроманта – он специализируется по покойникам, а не по придуманным сущностям.
Телефон запищал, и Ирина нажала кнопку.
- Да?
- Магистр Николай готов принять вас завтра, в девять вечера. Сможете прийти?
- Да, вполне.
- Сенная, девятнадцать. Офис девяносто три.
- Это «стекляшка»?
- Она самая.
- Спасибо, я буду, - поблагодарила Ирина.
- Не за что. До свидания.
- До свидания.
Настолько ведьма уже была в курсе дела. «Стекляшкой» местные жители прозвали офисное здание, построенное по образцу «Москва-сити». Это когда здание выглядит, словно стеклянное.
Восемнадцатиэтажка была выполнена из голубого стекла (во всяком случае, она так выглядела), и вся была отведена под офисы.
Изначально.
Потом оказалось, что Москва – это одно, а Кораблик – совсем другое. И московские цены на офис ставить не стоит, даже если в отделку ты вгрохал неплохие даже по московским меркам деньги. Так что половина офисов стояла закрытыми, на первом этаже поместился спортзал, на втором – несколько кафешек, а офисы попадались крайне редко.
Девяносто третий офис означал всего лишь – девятый этаж, третий офис. Был бы восемнадцатый этаж – был бы сто восемьдесят третий, к примеру, офис.
Ладно, можно и прогуляться.
Ирина пожала плечами и принялась одеваться на работу. Тетя Света шуршала на кухне, и когда Ирина вышла туда, встретила ее улыбкой.
- Ирочка, овсянку будешь?
- Овсянку?
В кастрюле закипала каша желтовато-серого цвета. Да-да, та самая, от которой сэр Генри сбежал навстречу собаке.
- Я решила с утра сварить кашку, - поделилась тетя Света. – Не знаю пока, что ты кушаешь, но овсянка для желудка хороша, это как скраб, который все отчищает…
Ирина сглотнула комок в горле.
Вот теми же словами говорила про овсянку и ее бабушка. Один в один.
- Тетя Света…
- Да? Ирочка, или ты с утра ничего не кушаешь? Девушки сейчас фигуру блюдут…
- Тетя Света, спасибо…
Овсянка была горячей. И отлично помогла пропихнуть в горло тяжелый комок. Все же у нее есть близкий человек, это здорово!
Сим тоже получил порцию овсянки и принюхивался к ней с недоумением.
- Кушай, - погрозила ему пальцем тетя Света. – Это на помойке тебя могли всякими химикатными кормами пичкать, а теперь ты кот домашний, так что будешь кушать домашнюю еду. Сейчас я тебе курочки сверху покрошу…
Курочка была покрошена и овсянка все-таки съедена, хотя и не без внутреннего кошачьего протеста. Увы… когда это при демократии протесты народа принимались во внимание?
Колхоз – дело добровольное, вступай, а то расстреляем.
Пришлось всем дружно кушать кашу.
***
На работе Ирину ждал довольный Иван Петрович.
- Иришка, передай своим друзьям, с меня причитается.
- Они непьющие, - сказала Ирина. Абсолютно честно, где вы видели пьяного лешего?
Иван Петрович пожал плечами.
- Тогда чем долг отдавать?
- Я уже отдала, - махнула рукой Ирина.
Начальника можно было понять, в такой ситуации он – герой. И награды какие получить может, и преференции, смотря, как разыграет эту карту. А он справится.
- Ладно. Тогда с нас подарок, - согласился начальник.
- Иван Петрович!
- Иришка, иди лучше на территорию. Не спорь со старшими по званию.
- Есть не спорить со старшими по званию, - проворчала Ирина. И ушла. На территорию.
Куда пойти, куда податься…
В случае с ведьмой – куда ноги несут. Ирина и топала, пока не услышала дикий вопль.
- Помогите, люди добрые!!! Убивають!!!
Если бы калитка была закрыта, Ирине пришлось бы потерять драгоценные минуты. А так…
Толкнуть ее ногой – и дверь откроется.
- Убью, с…а!!!
Во дворе пьяный в дупель мужчина наступал на женщину, а та пятилась и орала пожарной сиреной. Особую колоритность происходящему придавали размеры участников.
Баба была раза в три крупнее мужика. Выше, шире…
- Что происходит?! – рявкнула Ирина.
Мужик обернулся. Увидел девушку в форме – и радостно заорал.
- Ага! Ишшо одна! Ну щас я тебя!!!
- Леня!!! Не надо!!!
Поздно.
Леня ринулся в атаку. Увы – безрезультатную.
Судя по координации движений, в глаза у него уже не троилось, а восьмерилось. Так что на восьмерых Ирин он бросился, словно бык на корриде. Но если трех и забодал, то пятеро осталось. И – не те.
Решительно не те.
Реальная Ирина уцелела, а вот Леонид так припечатался к забору, что по кварталу голк пошел. Благо, забор был металлический.
Поцеловался, сполз – и отбыл в страну нирвану. Добавки уже не требовалось.
Ирина посмотрела на тетку.
- Нарушаем?
- Да что вы, девушка…
- Участковый уполномоченный. А здесь имело место нападение на сотрудника при исполнении…
- Ой! Да что вы, Леня хороший! Все водка проклятущая!
Ирина комментировать не стала. Козе понятно, Леня, Ваня, Петя, Саня – все хорошие. Виноваты те, кто их ловит и силком водку в глотку заливает.
Впрочем, забирать алкаша смысла не было, тем более, что родная супруга погрузила его на плечи и потащила в дом.
Причина для скандала тоже была более, чем уважительная. Любой алкаш взбеленился бы. Вот представьте, вы выпили, у вас есть заначка, душа требует продолжения банкета, а водки – нет! И денег нет.
Спрашиваешь у жены, где она, родная (водка, а не жена) и слышишь страшное.
Вылила.
Да как могла-то совершить такое святотатство?! Как тут не вспылить? Как тут не убить?
Ирина попробовала достучаться до разума тетки, но через пять минут, поняла, что затея обречена на неудачу. Каким там органом думала мадам – неясно, но если человеку нравится жить с алкоголиком, на здоровье. У всех свои способы самоубийства.
Пришлось махнуть рукой, провести политбеседу и отправиться восвояси.
***
Следующее происшествие поджидало Ирину примерно через десять минут.
Частные дома же…
И мальчишка, лет десяти, рыжий и веснушчатый, который бежал по дороге, утирая кровь и сопли из разбитого носа.
При такой скорости через пару минут он бы и на проезжую часть вылетел. А там и до аварии недалеко.
- Помощь нужна? – Ирина заступила дорогу и протянула мальчику пачку салфеток.
Пацан вскинул голову, увидел форму – и буквально вцепился в Ирину.
- ДА!!!
Развернулся – и помчался обратно, таща ее за собой, как на буксире.
Ирина и спорить не подумала, просто сорвалась вслед за мальчишкой. А через пять минут поняла, в чем дело и задохнулась от гнева.
- Ах вы…
Дело было в собаке.
В самой обыкновенной собаке, дворняге, которую привязали к дереву. И теперь кидались в нее камнями.
Лапу ей уже подбили, и бедная собака не могла метаться, как хотела, да и веревка была слишком короткой… а развлекались таким образом четверо мальчишек лет пятнадцати.
Как же Ирина взбесилась.
- Стоять, сволочи!!!
И плевать на все протоколы! Вот сейчас – плевать!
И так все было ясно. Есть же уроды, которые издеваются над детьми и животными… вот сейчас не повезло собаке, а когда мальчишка попробовал заступиться за пса, ему разбили нос, да еще под зад пнули, чтобы убирался. Он и побежал искать помощь. И нашел ее, Ирину…
Малолетние подонки переглянулись. И вместо того, чтобы бежать или испугаться, вдруг заухмылялись.
А что?
Их четверо, Ирина одна, и не выглядит крепкой и сильной. Так что… возможны варианты. Кирпич – существо неразумное, ему плевать, собака или ведьма. Или там, участковый…
- Смотрите, кто к нам пожаловал, - протянул самый крупный из мерзавцев. – Соска…
А больше он и сказать ничего не успел.
Мальчишке, который кинулся к собаке – отвязать, убежать… ему вдруг показалось, что женщина-полицейский, которую он привел с собой вдруг стала выше, как-то изменилась, что ли?
Он тоже попал под волну ярости. И последствия у нее были… сокрушительные.
Ирина просто не вспомнила про табельное оружие, которое еще и нельзя применять против несовершеннолетних. Даже если они уроды и недоноски, садисты и мерзавцы – все равно нельзя, отписываться замучаешься. Она забыла про рукопашный бой, про… она была настолько в ярости, что сила выплеснулась волной.
И – атаковала сама.
Какой увидели ее малолетки?
Что им почудилось?
Ирина так и не узнала никогда. Но ухмылки вдруг сменились воплями дикого ужаса.
Мальчишка взвыл и уткнулся в собачий бок.
Собака оскалила зубы и зарычала – умираю, но не сдамся!
А четверо негодяев с дикими воплями неслись по улице, забыв обо всем. И бежать им сильно мешали потяжелевшие штаны.
Ирина встряхнулась.
- Ой, ёпрст…
Вообще, сказала она вовсе даже другое слово, и даже не одно, и куда более эмоционально. А что тут сделаешь?
Накрыло.
У деда вечно собаки были, вот такие же, дворняги, как эта, один в один их Белка, разве что уши другие, а мордочка такая же, умненькая, чем-то на бульдожку похожая, и хвост колечком…
Вот и рвануло.
Ирина еще раз ругнулась про себя, подошла и погладила мальчишку по голове.
- Эй, ты чего? Нельзя в собаку носом, ее потом от соплей неделю отмывать придется.
Подействовало.
Мальчишка отлепил лицо от собачьего бока – и посмотрел вокруг. Сначала – робко, одним глазом, потом уже более осмысленно.
- А где… это?
- Живодеры малолетние? Разбежались.
- Н-нет. Это…
- Не знаю, о чем ты говоришь. Здесь только мы были, - не моргнув глазом, сообщила Ирина.
Пацан приободрился и смотрел уже двумя глазами, и за собаку не цеплялся, как за последнюю надежду, а скорее, обнимал.
- Тут что-то такое было… ух!
Ирина еще раз пожала плечами.
- Не знаю. Отвяжешь барбоса – или помочь?
- Справлюсь.
И верно, там уж веревка на честном слове держалась. Собака предупреждающе оскалила клыки на ведьму, но Ирина не реагировала, и пес махнул хвостом.
Ведьма?
Да и пес с ней… от мальчишек было куда как больше беды, лапа болит…
Ирина тоже обратила на это внимание.
- Кажется, пара камней прилетела, куда не надо.
- Ой…
Мальчишка стиснул зубы.
Ирина вздохнула и потрепала собаку по шерсти.
- Пошли. Доставлю вас до ветеринарки.
- Я… у меня…
- Денег нет? Придумаем что-нибудь. Ну что, барбос, поскачешь на трех лапах? Я тебя далеко не утащу, даже вместе с парнем…
Дворняга действительно была крупная. И умная, поняв, о чем идет речь, пес гордо захромал вперед, поджимая лапу. Если нет выбора – не то, что на трех лапах, на четырех костях поползешь.
***
В ветеринарке – ближайшей к месту действий, врач посмотрел на собаку и сказал, что примет ее бесплатно.
Ирина поблагодарила и объяснила ситуацию. Мальчишка… хотя после таких поступков и мальчишкой-то его звать совестно, уже мужчина, считай, держал пса за повязанную вокруг шеи веревку. Сам весь замурзанный до того, что ветеринар покачал головой и отправил его умываться.
- Молодец, пацан.
- Определенно, - согласилась Ирина.
- Уж сколько случаев… животные пропадают. А оно вот что, может быть…
Ирина прикусила губу.
Может, конечно, быть. Но зачем?
- Это явная дворняга. И не домашняя, видно же…
- Но и не дикая. Не стайная, - покачал головой ветеринар. – Я в добровольцах подрабатываю, знаю о чем говорю.
- Простите, где?
- Добровольцы? Объединение такое, помогаем, животных подбираем, спасаем, лечим, пристраиваем… на мне, вот, медицинская часть.
