Чего он хочет?
Как намерен добиваться своей цели?
Ей не понять. И может быть, здесь и сейчас это к лучшему. А еще хорошо, что ее не оставили при дворе. В том гадюшнике она бы… она бы уже умерла. Или сама по себе, или чужими стараниями, что вероятнее.
Отравили бы ее! Вот и все…
Впрочем, это и здесь не исключено, недаром же эданна Сусанна была украшением двора. Ладно! Думать об этом надо завтра!
Адриенна рухнула в кровать, и закрыла глаза.
Спать, спать, спать…
И пусть ей снова приснится полет, и небо под крылом, и ощущение упругих перьев…
Должно же быть хоть что-то хорошее в этой жизни?
Обязано.
На заявление, что Джачинта и Анжело будут жить с отцом и дедом, все домочадцы отреагировали по-разному.
Сдвинул брови дан Марк.
Скривила губки эданна Сусанна.
Безразлично пожал плечами Леонардо, который вот уже третий день оставлял Адриенне букеты под дверями комнаты.
- Пусть живут…
- Вот еще, - эданна была хоть и красива, но рядом с Джачинтой проигрывала по всем статьям. Понимала это и заранее злилась. – Почему бы не выделить им домик, где-нибудь, в поместье… ну, там…
- Где именно? – Адриенна знала, что легко не будет, и к сражению готовилась заранее.
- Ну… как этим! Фермерам, арендаторам…
- Благородной эданне? – парировала девушка. – С маленьким ребенком? Зимой?
Дан Марк невольно качнул головой. Действительно, это уж как-то вовсе… конечно, ему тоже не нравятся посторонние в его доме, но… и возражать он не хотел. Он отлично знал, что скажет Адриенна. Более того, понимал, что это и правда так.
СибЛевран – не его дом.
Когда-то давно младший сын дана женился на Рианне СибЛевран. Женился по любви, получил в приданое поместье, но получил и ее родовое имя. А вот как дальше?
Что делать?
Дан Марк сильно рассчитывал, что выдаст Адриенну замуж, женится, постепенно его дети унаследуют СибЛевран, но оказалось все совершенно иначе. И сейчас дочь напоминала ежика. Не тронь – уколешься.
Справиться с ней силой не получается. Слов она не слышит. А время идет. И дан Марк начал задумываться, как ему жить через пять… уже четыре с половиной года. Правда – как?
При дворе?
Приживалом в СибЛевране?
Или есть еще какие-то варианты?
А если Сусанна понесет ребенка? Это ведь серьезно… или оно бы и к лучшему? Адриенна точно полюбила бы брата или сестренку, дан Марк знал, как она любит малышей. Они с Марко в свое время просто замучили бедолагу Антонио. Возились с ним столько, что Рози даже чуточку ревновала.
Вопросы, вопросы, а ответа дан Марк не знал. И злился.
Сусанна сморщила нос.
- Почему меня должно это касаться?
- Эданна Сусанна, - медовым тоном пропел дан Рокко. – Я давно знаю ваше золотое сердце и вашу добрую душу. Вы не выгоните на мороз ни женщину, ни ребенка, правда же?
Сусанна намек поняла.
Давно он знает…
Ладно! Марк, конечно, не поверит, но ведь этот мерзавец может и какие-то доказательства представить? Еще как может…
- Не выгоню, конечно. Но все же, все же…
Джас прижала к себе сына. Она немного побаивалась, но Адриенна улыбнулась ей, и женщине вдруг снова показалось, что в комнате становится теплее. Уютнее…
Все. Будет. Хорошо.
Адриенна это точно знает. И Джас просто надо в это поверить. Все будет хорошо.
Эданна Франческа Вилецци в это тоже верила. Но поскольку была и смелее, и сильнее Джачинты, то свое счастье строила сама. И бороться за него тоже решила сама.
Сейчас она шла по Грязному Кварталу. Не оглядываясь.
Не пугаясь ни людей, ни теней.
И уж будьте уверены, любой, кто посмел бы встать на пути эданны, был бы растерзан в клочья. У нее важное дело, а ей мешать смеют?!
Р-разоррррвать! Мгновенно и безжалостно!
Провожатый остановился перед одним из домов, постучал, сказал несколько слов, дождался отзыва, после чего дверь открылась и эданну впустили в дом.
Здесь роскоши не было. Вообще.
Комар, вот, удержаться не мог. А местный хозяин излишнюю пышность не уважал, хотя и стоял в иерархии Грязного Квартала не ниже Комара.
Да, Квартал большой, столица тоже немаленькая, поэтому одного короля в ней не было. Было несколько группировок, которые делили и место под луной, и промыслы, время от времени враждовали, пытались сожрать друг друга, но потом все возвращалось на свои места.
Комар был одним из вожаков.
Еще были Осьминог, Леопард и почему-то Кукловод.
Вот, с Осьминогом Ческа и пришла увидеться.
Сложное дело, важное, такое абы кому не доверишь…
И надо сказать, главарь шайки был весьма похож на свое прозвище. Лысая голова, бледная, покрытая синими вздувшимися не пойми с чего венами, тело, которое напоминает пузырь, расплывшийся по дивану….
Роскошная одежда, королю впору. Шелк, бархат, меха… это Ческа оделась темненько-скромненько, а он-то на своей территории.
Тупая туша?
А вы в его глаза загляните. И не стоит забывать, что осьминог – это хищник. Маленького еще можно поймать и сожрать, а что касается большого…
Великий Кракен. Помните?
Ческа это осознавала преотлично. Дурой она не была, людей видела и чувствовала, а потому…
- Дан?
- Называйте просто Осьминогом, эданна Вилецци. Так проще.
Ческа досадливо прикусила губу.
Ну и к чему маска? К чему ее инкогнито? К чему все попытки сохранить тайну?
Осьминог беззлобно улыбнулся.
- Эданна Вилецци, если вы не хотели показать себя, надо было надевать маску, которая закрывает ВСЕ лицо. И шею тоже. Потому что вот эта ваша родинка весьма приметна. А вы частенько появляетесь на публике.
Франческа объяснение приняла и кивнула.
- Хорошо, уважаемый Осьминог. Меня привела к вам серьезная нужда.
- Неужели есть что-то, в чем я могу быть вам полезным?
- И не бесплатно, - подтвердила эданна.
- Слушаю? – мелькнул интерес в глазах Осьминога.
- Дана Адриена СибЛевран. Мне нужна ее смерть.
- Дана СибЛевран… я даже не слышал о такой… нет, не слышал.
Ческа вздохнула. Чуточку лицемерно, но кому какая разница? Особенно здесь?
- Это не моя история, а моей подруги. Эданна Сусанна…
- Манчини?
- Именно.
- Прелестная женщина, просто прелестная… - мечтательно вздохнул Осьминог, возводя глаза куда-то к потолку.
Неужели Сусанна и с ним…? Вот ведь шлюха, всех перебрала! А может, оно и к лучшему?
- Она недавно вышла замуж. За дана Марка СибЛевран.
- Ага. А Адриенна?
- Дочь этого дана.
- Она чем-то мешает эданне Сусанне?
- СибЛевран передается в роду по женской линии, она – единственная наследница. Моя подруга может родить, но замок ей не достанется… понимаете?
- Понимаю. А нельзя ли выгодно выдать падчерицу замуж? Куда-нибудь подальше?
- К сожалению, уже есть сговор. И приданое – поместье, - потупилась Ческа.
- Очень, очень неудобно.
- Поэтому дана СибЛевран должна умереть. Так, чтобы никто не заподозрил неладного. Упасть с лошади, или исчезнуть без вести… я не знаю. Я в этом не разбираюсь!
Осьминог скрыл улыбку.
Да-да, не разбирается. Прожив практически всю жизнь при дворе и будучи уж сколько лет фавориткой принца! Хорошо, он во все верит.
- Это будет долго и дорого, эданна.
- Я согласна.
- Двести лоринов – задаток. Остальная работа будет оплачиваться после результата.
Эданна скривилась, но положила на стол два приятно брякнувших мешочка. В каждом по сто лоринов.
- Вот, уважаемый Осьминог.
- Отлично. Считайте, эданна, что мы договорились.
- А… когда?
- Я думаю, мой человек выедет на место уже сейчас. А вот точнее по времени я вам не скажу. Надо доехать, обжиться, приглядеться, подготовить почву… несчастные случаи… они такие случайные!
Ческа кивнула.
- Что ж. Вы правы. Но хотя бы… год? Два?
- Нет-нет, эданна, все случится намного раньше. Может быть, три месяца, полгода… но вряд ли больше.
Ческа выдохнула.
Что ж. Она подождет. А пока…
- Я буду очень благодарна, уважаемый Осьминог.
- Я сделаю все, чтобы заслужить вашу благодарность, эданна.
Два взгляда, глаза в глаза.
Моллюск и пресмыкающееся – два разных вида. Но эти друг друга поняли.
Мия.
Дом на Приречной улице.
Ну, приречной она, конечно, зря названа. Скорее, она приречно-поперечная.
Примерно так Мия и подумала, когда по ней прошлась. А еще мысленно поблагодарила Сундука за науку.
Есть за что!
Вот он, домик, стоит за забором. А калитка закрыта наглухо.
А ворота тоже закрыты.
Будь она прежней, приличной и законопослушной Мией, она бы сейчас и не знала, что сделать. Бумаги-то она ухватила, но к ним еще и ключи должны прилагаться. А их в той шкатулке не было.
Жаль, конечно.
Но открыть она сможет любой замок. Лишь бы изнутри засова не было.
Мия немного подумала, поменяла внешность на облик пожилой, добропорядочного вида ньоры, и отправилась осматривать свое имущество изнутри.
Всего-то и надо, открыть калитку, войти, закрыть калитку. И тебя никто не увидит с улицы, забор тут высокий, хотя и из досок, не каменный. Но на всякий случай – постоять перед зеркалом.
Вот так…
Морщинки, цвет волос, глаз… добродушное выражение пожилого лица… Почему-то такие люди вызывают меньше подозрений. Хотя с чего бы?
Вот Мия точно знала, что если человек в молодости был подлец, то и в старости не улучшится. Видели вы когда-нибудь говядину, которая от длительного хранения свежеет? Нет? Вот и с людьми та же картина.
А восприятие почему-то другое. Нет, не понять ей этого логического выверта.
Мимо калитки она прошлась пару раз, присмотрелась к замку, на всякий случай даже ключ достала. Вот ключ, вот замок, вот ньора, которая его открывает…
А что в руках у ньоры отмычки… так это приглядываться надо внимательно.
Мия немного побаивалась, но уроки Сундука не подвели. Замок щелкнул и практически сразу открылся. Девушка прошла внутрь и прикрыла за собой калитку. Осмотрела ее изнутри, довольно улыбнулась и засов задвинула.
К воротам?
А на воротах и так засов. Хороший, большой, надежный.
Ладно. Теперь к дому.
Небольшому участку сильно требовалась хозяйская рука. Даже зимой, даже сейчас, было ясно, что кусты надо подрезать, деревья как-то упорядочивать, а цветы… а они тут еще не все вымерли? Мия не удивилась бы.
Сам дом… ему тоже хозяйская рука требовалась. Некогда маленький и аккуратный, сейчас он выглядел заброшенным и растрепанным. Ставни еще кое-как закрывали окна, но сам дом нуждался в краске, черепица с крыши кое-где слетела, а вон там…
Воронье гнездо аккурат напротив окна, на дереве, вообще вещь лишняя в хозяйстве. Может, она и божья тварь… но не с утра пораньше. С утра пораньше – это просто тваррррь!
Эти милые птички так орут, что выспаться не удастся никогда.
Что у нас в доме?
В доме ничего и не было.
Мебели – не было. Посуды – не было. Ничего…
Голые стены. Даже стекла кое-где вывезли. Лестница на второй этаж рассохлась и горестно поскрипывала. Двери тоже рассохлись…
Мия не расстроилась.
Ничего нет?
Ничего и не украдут! А вот что бы ей с ключами и замками решить? Хотя… и чего тут решать? Двери она закроет, домом пока пользоваться не будет, а что потом?
А потом будет видно!
Положа руку на сердце, если она обзаведется своим гнездом в столице… вот когда ей здесь бывать? Когда проводить время, кого сюда водить?
Бессмысленно.
Лучше она постепенно поменяет замки. Благо, они тут все навесные, можно просто зайти и купить нужное. Врезной замок только на калитке, но его как раз и закрывать не обязательно. Там же и ушки для навесного есть.
Обратиться только к хорошему мастеру.
А еще поговорить со стражниками. Мия пошарила по карманам, нашла два лорина и несколько дариев, и кивнула сама себе. Можно идти, разговаривать.
Столица большая, в ней несколько десятков кварталов и порядок в ней поддерживать надо. Поэтому в каждом квартале есть своя квартальная стража, общим числом пятнадцать человек. Работают они сменами. Посуточно. По пять человек через два дня. И нельзя сказать, что сильно перетруждаются.
Чем занята стража?
Так важными и нужными делами. Обход квартала, причем, с трещотками. Это чтобы все преступные элементы заранее разбежаться успели.
Проверка фонарей.
Пригляд за территорией, пресечение, понятно, шума, криков, неподобающего поведения, преступлений, в том числе…
Функций много. А в реальности, это все равно, что пустить против мышей игрушечного кота. Те, конечно, ему лапы не отгрызают хотя бы из приличия, но и помехой игрушка не является.
Вслух, понятно, никто ничего не скажет. Мыши делают вид, что боятся, кто, что охотится, а хозяин, что верит. И всех все устраивает.
Если боишься идти куда-то вечером, стража может сопроводить. Понятно, не за спасибо и улыбку.
Если уезжаешь куда-то и оставляешь дом, стража может присмотреть. Вот это Мие и требовалось.
В казарму стражи она вошла с улыбкой.
- День добрый, ньоры.
- Ньора? – поинтересовался начальник пятерки, представительный ньор лет тридцати в плаще стражника.
- Ньора Феретти, - решила не заморачиваться чужой фамилией Мия. – Как мне к вам обращаться?
- Ньор Пизано.
- Ньор Пизано, так получилось, моя внучка унаследовала дом на улице Приречной.
- Это какой?
Стражники пока помалкивали. А чего тут говорить? Унаследовала? Отлично, за нее все очень рады. А что от нас требуется?
- Это который заброшенный, под зеленой черепичной крышей и с зеленым же заборчиком. Когда-то зеленым, - разъяснила Мия. – Третий от угла….
- А, знаю, - кивнул десятник.
- А если знаете, может, и приглядите? Пока девочке недосуг, да и в деревне ребенка растить удобнее, там воздух здоровее, - Мия выложила перед ньором монетку. Золотой лорин блеснул приятным желтым цветом.
- А и пригляжу, что ж не приглядеть, - кивнул стражник, сразу исполняясь служебного рвения и понимания. – Вы, ньора, знаете, какие у нас в квартале порядки приняты?
- А вы мне не расскажете, ньор?
На столешницу рядом с лорином лег еще и серебряный дарий. Все правильно. Лорин пойдет на всех, а за информацию дария более, чем достаточно.
- А и расскажу, - согласился ньор Пизано. Что ж и не рассказать, если так убедительно просят? – Чтобы стража приглядывала за домом, ньора, нужно уважение к страже проявлять. В жилые дома стража сама заходит, к праздничкам, значит, хозяев поздравить, ответные слова выслушать. Доброе слово и уважение – оно ж и кошке приятно. А у вас, вот, никто не живет?
Мия кивнула. И раз так явственно намекают, поинтересовалась подробнее.
- А велико ли уважение?
Кончик пальца ньора Пизано коснулся лорина.
- Вполне достаточно.
- И к каким праздникам его проявлять стоит?
- Так к Великим, понятно. Рождество, Пасха, Петр и Павел и Покров.
Мия подумала, но недолго.
- Ньор Пизано, давайте считать, что к Рождеству я его уже проявила. А так – заходить буду, подарочком кланяться?
На столешницу лег еще один лорин.
Ньор Пизано даже и не задумался.
- Оно конечно, ньора. Скажите, а найти вас как можно будет, коли случится чего?
Действительно, а как? Давать страже любые следы Мия не собиралась. Они не то, что за лорин ее продадут и выдадут – за дарий паршивый. Отношение своих учителей к стражникам она уже переняла, и доверять никому не собиралась. Поэтому…
- Ньор, я ведь тоже в городе-то не живу. Дорого мне в столице, в деревне всяко дешевле. Давайте я заходить буду, али пришлю кого? Может, и тоже с подарочком?
- Ну, присылайте, ньора. По другим сменам я про вас тоже скажу, чего ж не помочь хорошему человеку?
Как намерен добиваться своей цели?
Ей не понять. И может быть, здесь и сейчас это к лучшему. А еще хорошо, что ее не оставили при дворе. В том гадюшнике она бы… она бы уже умерла. Или сама по себе, или чужими стараниями, что вероятнее.
Отравили бы ее! Вот и все…
Впрочем, это и здесь не исключено, недаром же эданна Сусанна была украшением двора. Ладно! Думать об этом надо завтра!
Адриенна рухнула в кровать, и закрыла глаза.
Спать, спать, спать…
И пусть ей снова приснится полет, и небо под крылом, и ощущение упругих перьев…
Должно же быть хоть что-то хорошее в этой жизни?
Обязано.
***
На заявление, что Джачинта и Анжело будут жить с отцом и дедом, все домочадцы отреагировали по-разному.
Сдвинул брови дан Марк.
Скривила губки эданна Сусанна.
Безразлично пожал плечами Леонардо, который вот уже третий день оставлял Адриенне букеты под дверями комнаты.
- Пусть живут…
- Вот еще, - эданна была хоть и красива, но рядом с Джачинтой проигрывала по всем статьям. Понимала это и заранее злилась. – Почему бы не выделить им домик, где-нибудь, в поместье… ну, там…
- Где именно? – Адриенна знала, что легко не будет, и к сражению готовилась заранее.
- Ну… как этим! Фермерам, арендаторам…
- Благородной эданне? – парировала девушка. – С маленьким ребенком? Зимой?
Дан Марк невольно качнул головой. Действительно, это уж как-то вовсе… конечно, ему тоже не нравятся посторонние в его доме, но… и возражать он не хотел. Он отлично знал, что скажет Адриенна. Более того, понимал, что это и правда так.
СибЛевран – не его дом.
Когда-то давно младший сын дана женился на Рианне СибЛевран. Женился по любви, получил в приданое поместье, но получил и ее родовое имя. А вот как дальше?
Что делать?
Дан Марк сильно рассчитывал, что выдаст Адриенну замуж, женится, постепенно его дети унаследуют СибЛевран, но оказалось все совершенно иначе. И сейчас дочь напоминала ежика. Не тронь – уколешься.
Справиться с ней силой не получается. Слов она не слышит. А время идет. И дан Марк начал задумываться, как ему жить через пять… уже четыре с половиной года. Правда – как?
При дворе?
Приживалом в СибЛевране?
Или есть еще какие-то варианты?
А если Сусанна понесет ребенка? Это ведь серьезно… или оно бы и к лучшему? Адриенна точно полюбила бы брата или сестренку, дан Марк знал, как она любит малышей. Они с Марко в свое время просто замучили бедолагу Антонио. Возились с ним столько, что Рози даже чуточку ревновала.
Вопросы, вопросы, а ответа дан Марк не знал. И злился.
Сусанна сморщила нос.
- Почему меня должно это касаться?
- Эданна Сусанна, - медовым тоном пропел дан Рокко. – Я давно знаю ваше золотое сердце и вашу добрую душу. Вы не выгоните на мороз ни женщину, ни ребенка, правда же?
Сусанна намек поняла.
Давно он знает…
Ладно! Марк, конечно, не поверит, но ведь этот мерзавец может и какие-то доказательства представить? Еще как может…
- Не выгоню, конечно. Но все же, все же…
Джас прижала к себе сына. Она немного побаивалась, но Адриенна улыбнулась ей, и женщине вдруг снова показалось, что в комнате становится теплее. Уютнее…
Все. Будет. Хорошо.
Адриенна это точно знает. И Джас просто надо в это поверить. Все будет хорошо.
***
Эданна Франческа Вилецци в это тоже верила. Но поскольку была и смелее, и сильнее Джачинты, то свое счастье строила сама. И бороться за него тоже решила сама.
Сейчас она шла по Грязному Кварталу. Не оглядываясь.
Не пугаясь ни людей, ни теней.
И уж будьте уверены, любой, кто посмел бы встать на пути эданны, был бы растерзан в клочья. У нее важное дело, а ей мешать смеют?!
Р-разоррррвать! Мгновенно и безжалостно!
Провожатый остановился перед одним из домов, постучал, сказал несколько слов, дождался отзыва, после чего дверь открылась и эданну впустили в дом.
Здесь роскоши не было. Вообще.
Комар, вот, удержаться не мог. А местный хозяин излишнюю пышность не уважал, хотя и стоял в иерархии Грязного Квартала не ниже Комара.
Да, Квартал большой, столица тоже немаленькая, поэтому одного короля в ней не было. Было несколько группировок, которые делили и место под луной, и промыслы, время от времени враждовали, пытались сожрать друг друга, но потом все возвращалось на свои места.
Комар был одним из вожаков.
Еще были Осьминог, Леопард и почему-то Кукловод.
Вот, с Осьминогом Ческа и пришла увидеться.
Сложное дело, важное, такое абы кому не доверишь…
И надо сказать, главарь шайки был весьма похож на свое прозвище. Лысая голова, бледная, покрытая синими вздувшимися не пойми с чего венами, тело, которое напоминает пузырь, расплывшийся по дивану….
Роскошная одежда, королю впору. Шелк, бархат, меха… это Ческа оделась темненько-скромненько, а он-то на своей территории.
Тупая туша?
А вы в его глаза загляните. И не стоит забывать, что осьминог – это хищник. Маленького еще можно поймать и сожрать, а что касается большого…
Великий Кракен. Помните?
Ческа это осознавала преотлично. Дурой она не была, людей видела и чувствовала, а потому…
- Дан?
- Называйте просто Осьминогом, эданна Вилецци. Так проще.
Ческа досадливо прикусила губу.
Ну и к чему маска? К чему ее инкогнито? К чему все попытки сохранить тайну?
Осьминог беззлобно улыбнулся.
- Эданна Вилецци, если вы не хотели показать себя, надо было надевать маску, которая закрывает ВСЕ лицо. И шею тоже. Потому что вот эта ваша родинка весьма приметна. А вы частенько появляетесь на публике.
Франческа объяснение приняла и кивнула.
- Хорошо, уважаемый Осьминог. Меня привела к вам серьезная нужда.
- Неужели есть что-то, в чем я могу быть вам полезным?
- И не бесплатно, - подтвердила эданна.
- Слушаю? – мелькнул интерес в глазах Осьминога.
- Дана Адриена СибЛевран. Мне нужна ее смерть.
- Дана СибЛевран… я даже не слышал о такой… нет, не слышал.
Ческа вздохнула. Чуточку лицемерно, но кому какая разница? Особенно здесь?
- Это не моя история, а моей подруги. Эданна Сусанна…
- Манчини?
- Именно.
- Прелестная женщина, просто прелестная… - мечтательно вздохнул Осьминог, возводя глаза куда-то к потолку.
Неужели Сусанна и с ним…? Вот ведь шлюха, всех перебрала! А может, оно и к лучшему?
- Она недавно вышла замуж. За дана Марка СибЛевран.
- Ага. А Адриенна?
- Дочь этого дана.
- Она чем-то мешает эданне Сусанне?
- СибЛевран передается в роду по женской линии, она – единственная наследница. Моя подруга может родить, но замок ей не достанется… понимаете?
- Понимаю. А нельзя ли выгодно выдать падчерицу замуж? Куда-нибудь подальше?
- К сожалению, уже есть сговор. И приданое – поместье, - потупилась Ческа.
- Очень, очень неудобно.
- Поэтому дана СибЛевран должна умереть. Так, чтобы никто не заподозрил неладного. Упасть с лошади, или исчезнуть без вести… я не знаю. Я в этом не разбираюсь!
Осьминог скрыл улыбку.
Да-да, не разбирается. Прожив практически всю жизнь при дворе и будучи уж сколько лет фавориткой принца! Хорошо, он во все верит.
- Это будет долго и дорого, эданна.
- Я согласна.
- Двести лоринов – задаток. Остальная работа будет оплачиваться после результата.
Эданна скривилась, но положила на стол два приятно брякнувших мешочка. В каждом по сто лоринов.
- Вот, уважаемый Осьминог.
- Отлично. Считайте, эданна, что мы договорились.
- А… когда?
- Я думаю, мой человек выедет на место уже сейчас. А вот точнее по времени я вам не скажу. Надо доехать, обжиться, приглядеться, подготовить почву… несчастные случаи… они такие случайные!
Ческа кивнула.
- Что ж. Вы правы. Но хотя бы… год? Два?
- Нет-нет, эданна, все случится намного раньше. Может быть, три месяца, полгода… но вряд ли больше.
Ческа выдохнула.
Что ж. Она подождет. А пока…
- Я буду очень благодарна, уважаемый Осьминог.
- Я сделаю все, чтобы заслужить вашу благодарность, эданна.
Два взгляда, глаза в глаза.
Моллюск и пресмыкающееся – два разных вида. Но эти друг друга поняли.
Глава 4
Мия.
Дом на Приречной улице.
Ну, приречной она, конечно, зря названа. Скорее, она приречно-поперечная.
Примерно так Мия и подумала, когда по ней прошлась. А еще мысленно поблагодарила Сундука за науку.
Есть за что!
Вот он, домик, стоит за забором. А калитка закрыта наглухо.
А ворота тоже закрыты.
Будь она прежней, приличной и законопослушной Мией, она бы сейчас и не знала, что сделать. Бумаги-то она ухватила, но к ним еще и ключи должны прилагаться. А их в той шкатулке не было.
Жаль, конечно.
Но открыть она сможет любой замок. Лишь бы изнутри засова не было.
Мия немного подумала, поменяла внешность на облик пожилой, добропорядочного вида ньоры, и отправилась осматривать свое имущество изнутри.
Всего-то и надо, открыть калитку, войти, закрыть калитку. И тебя никто не увидит с улицы, забор тут высокий, хотя и из досок, не каменный. Но на всякий случай – постоять перед зеркалом.
Вот так…
Морщинки, цвет волос, глаз… добродушное выражение пожилого лица… Почему-то такие люди вызывают меньше подозрений. Хотя с чего бы?
Вот Мия точно знала, что если человек в молодости был подлец, то и в старости не улучшится. Видели вы когда-нибудь говядину, которая от длительного хранения свежеет? Нет? Вот и с людьми та же картина.
А восприятие почему-то другое. Нет, не понять ей этого логического выверта.
Мимо калитки она прошлась пару раз, присмотрелась к замку, на всякий случай даже ключ достала. Вот ключ, вот замок, вот ньора, которая его открывает…
А что в руках у ньоры отмычки… так это приглядываться надо внимательно.
Мия немного побаивалась, но уроки Сундука не подвели. Замок щелкнул и практически сразу открылся. Девушка прошла внутрь и прикрыла за собой калитку. Осмотрела ее изнутри, довольно улыбнулась и засов задвинула.
К воротам?
А на воротах и так засов. Хороший, большой, надежный.
Ладно. Теперь к дому.
Небольшому участку сильно требовалась хозяйская рука. Даже зимой, даже сейчас, было ясно, что кусты надо подрезать, деревья как-то упорядочивать, а цветы… а они тут еще не все вымерли? Мия не удивилась бы.
Сам дом… ему тоже хозяйская рука требовалась. Некогда маленький и аккуратный, сейчас он выглядел заброшенным и растрепанным. Ставни еще кое-как закрывали окна, но сам дом нуждался в краске, черепица с крыши кое-где слетела, а вон там…
Воронье гнездо аккурат напротив окна, на дереве, вообще вещь лишняя в хозяйстве. Может, она и божья тварь… но не с утра пораньше. С утра пораньше – это просто тваррррь!
Эти милые птички так орут, что выспаться не удастся никогда.
Что у нас в доме?
В доме ничего и не было.
Мебели – не было. Посуды – не было. Ничего…
Голые стены. Даже стекла кое-где вывезли. Лестница на второй этаж рассохлась и горестно поскрипывала. Двери тоже рассохлись…
Мия не расстроилась.
Ничего нет?
Ничего и не украдут! А вот что бы ей с ключами и замками решить? Хотя… и чего тут решать? Двери она закроет, домом пока пользоваться не будет, а что потом?
А потом будет видно!
Положа руку на сердце, если она обзаведется своим гнездом в столице… вот когда ей здесь бывать? Когда проводить время, кого сюда водить?
Бессмысленно.
Лучше она постепенно поменяет замки. Благо, они тут все навесные, можно просто зайти и купить нужное. Врезной замок только на калитке, но его как раз и закрывать не обязательно. Там же и ушки для навесного есть.
Обратиться только к хорошему мастеру.
А еще поговорить со стражниками. Мия пошарила по карманам, нашла два лорина и несколько дариев, и кивнула сама себе. Можно идти, разговаривать.
***
Столица большая, в ней несколько десятков кварталов и порядок в ней поддерживать надо. Поэтому в каждом квартале есть своя квартальная стража, общим числом пятнадцать человек. Работают они сменами. Посуточно. По пять человек через два дня. И нельзя сказать, что сильно перетруждаются.
Чем занята стража?
Так важными и нужными делами. Обход квартала, причем, с трещотками. Это чтобы все преступные элементы заранее разбежаться успели.
Проверка фонарей.
Пригляд за территорией, пресечение, понятно, шума, криков, неподобающего поведения, преступлений, в том числе…
Функций много. А в реальности, это все равно, что пустить против мышей игрушечного кота. Те, конечно, ему лапы не отгрызают хотя бы из приличия, но и помехой игрушка не является.
Вслух, понятно, никто ничего не скажет. Мыши делают вид, что боятся, кто, что охотится, а хозяин, что верит. И всех все устраивает.
Если боишься идти куда-то вечером, стража может сопроводить. Понятно, не за спасибо и улыбку.
Если уезжаешь куда-то и оставляешь дом, стража может присмотреть. Вот это Мие и требовалось.
В казарму стражи она вошла с улыбкой.
- День добрый, ньоры.
- Ньора? – поинтересовался начальник пятерки, представительный ньор лет тридцати в плаще стражника.
- Ньора Феретти, - решила не заморачиваться чужой фамилией Мия. – Как мне к вам обращаться?
- Ньор Пизано.
- Ньор Пизано, так получилось, моя внучка унаследовала дом на улице Приречной.
- Это какой?
Стражники пока помалкивали. А чего тут говорить? Унаследовала? Отлично, за нее все очень рады. А что от нас требуется?
- Это который заброшенный, под зеленой черепичной крышей и с зеленым же заборчиком. Когда-то зеленым, - разъяснила Мия. – Третий от угла….
- А, знаю, - кивнул десятник.
- А если знаете, может, и приглядите? Пока девочке недосуг, да и в деревне ребенка растить удобнее, там воздух здоровее, - Мия выложила перед ньором монетку. Золотой лорин блеснул приятным желтым цветом.
- А и пригляжу, что ж не приглядеть, - кивнул стражник, сразу исполняясь служебного рвения и понимания. – Вы, ньора, знаете, какие у нас в квартале порядки приняты?
- А вы мне не расскажете, ньор?
На столешницу рядом с лорином лег еще и серебряный дарий. Все правильно. Лорин пойдет на всех, а за информацию дария более, чем достаточно.
- А и расскажу, - согласился ньор Пизано. Что ж и не рассказать, если так убедительно просят? – Чтобы стража приглядывала за домом, ньора, нужно уважение к страже проявлять. В жилые дома стража сама заходит, к праздничкам, значит, хозяев поздравить, ответные слова выслушать. Доброе слово и уважение – оно ж и кошке приятно. А у вас, вот, никто не живет?
Мия кивнула. И раз так явственно намекают, поинтересовалась подробнее.
- А велико ли уважение?
Кончик пальца ньора Пизано коснулся лорина.
- Вполне достаточно.
- И к каким праздникам его проявлять стоит?
- Так к Великим, понятно. Рождество, Пасха, Петр и Павел и Покров.
Мия подумала, но недолго.
- Ньор Пизано, давайте считать, что к Рождеству я его уже проявила. А так – заходить буду, подарочком кланяться?
На столешницу лег еще один лорин.
Ньор Пизано даже и не задумался.
- Оно конечно, ньора. Скажите, а найти вас как можно будет, коли случится чего?
Действительно, а как? Давать страже любые следы Мия не собиралась. Они не то, что за лорин ее продадут и выдадут – за дарий паршивый. Отношение своих учителей к стражникам она уже переняла, и доверять никому не собиралась. Поэтому…
- Ньор, я ведь тоже в городе-то не живу. Дорого мне в столице, в деревне всяко дешевле. Давайте я заходить буду, али пришлю кого? Может, и тоже с подарочком?
- Ну, присылайте, ньора. По другим сменам я про вас тоже скажу, чего ж не помочь хорошему человеку?
