Инна Комарова
Заложница мести
Не c ненавистью судите, а с любовью
Библейская истина
Пролог
Нам неведомы планы Всевышнего. Узнаём мы о них, когда в нашей жизни происходят какие-то события, особенно с мрачным оттенком и привкусом горечи. Но каждому смертному так хочется верить, что он всегда и везде будет защищён высшими силами, и ничего плохого в его жизни не случится.
………………………………………
Видение
В этот вечер на душе у наследницы лорда Байера было особенно тревожно. Это нарушало её обычное состояние, и девочка не понимала, что с ней. Преданная няня заметила, что её любимица отчего-то терзается, беспокоится и стала допытываться.
– Что такое? Тебе нездоровится? Послать за доктором?
– Не надо, няня. Я не больна. На душе тяжело, а почему не знаю. Плохое предчувствие гложет.
– Девочка моя, ты устала, сегодняшний день был хлопотным. Ступай к себе, ложись в постель. Время позднее. Пора отдыхать. До утра всё как рукой снимет. Вот увидишь, все страхи рассеются.
– Ты права, нянюшка. Пожалуй, пойду к себе.
– Иди, моя девочка. Позднее загляну к тебе.
– Приходи, нянюшка.
– Вот довяжу носочек и приду. Ступай отдыхать.
Девочка вернулась в свою комнату, не стала звать горничную, сняла платье, переоделась в ночную сорочку и легла. С раннего детства няня приучила её обходиться без чьей-либо помощи, словно готовила наследницу аристократического рода к трудным жизненным испытаниям.
«Голубка, моя, никто не ведает, как жизнь твоя сложится. Учись самостоятельно заботиться о себе, пригодится», – вспоминала Эмили слова прозорливой и заботливой нянюшки.
– Лили, любимая моя помощница, права, надо успокоиться и заснуть, – дала наказ себе девочка.
Но желанное спокойствие не наступало. Наследница лорда Байера то и дело крутилась в постели, ворочаясь, с одного бока на другой. Как она ни старалась настроиться на сон – не получалось. Это будоражило сознание, вносило ещё большее напряжение в подавленное, угнетённое состояние и, естественно, не приносило желаемого покоя в душе.
Блики от лампы блуждали по комнате, создавая на стене какие-то непонятные сюжеты. Девочка прикрыла салфеткой лампу. Немало утомившись, Эмили пропустила тот самый момент, когда в тишине ночной её веки стали тяжёлыми, и она, пригревшись в постели, утонула в складках одеяла и ощутила, как голову застилает туман и долгожданный сон овладевает ею. Так на крыльях сновидения она перенеслась в забытье.
И вдруг, словно гром среди ясного неба обрушилась ужасающая картина: незнакомое помещение, её отец, связанный по рукам и ногам бьётся в судороге на полу, кричит, слёзно взывая о помощи. Дочь так явно видела эту картину, что во сне расплакалась со словами на устах: «Отец, дорогой мой, что с вами, скажите, кого позвать на помощь?! Я всё сделаю для вас. Хоть намекните, умоляю!», – взывала она к нему. Но в ответ – тишина. Картинка сменилась, и девочка явственно увидела бездыханное тело своего отца. А над ним самодовольный и непобедимый, радостный и властный господин Эджертон, который, позабыв о стыде и совести, хохотал во весь голос и словно плохой актёр, кривляясь, приговаривал: «Ну что, господин Байер, получили за несговорчивость. Согласились бы отдать за меня крошку Эмили, избежали бы позора. А так…», – и он вновь разразился истерическим, сатанинским смехом.
«Неееееееет», – закричала во сне не на шутку перепуганная дочь.
В этот миг всё исчезло, словно чья-то добрая рука развеяла мрак и сквозь серую дымку, быстро тающую перед мысленным взором, медленно и верно проявлялся силуэт незнакомого человека. Он повернулся к ней, и она увидела красивое лицо с тонкими чертами и ясным взором лучистых глаз.
«Кто это? Я его не знаю, но смотрит на меня ласково и по-доброму», – подумала Эмили. Тем временем незнакомец исчез.
Незаметно для себя девочка пробуждалась.
Открыв глаза, она увидела перед собой встревоженную няню.
– Цветочек мой, ты так кричала во сне. Сон плохой растревожил тебя, да? – спросила обеспокоенная няня, всматриваясь в лицо своей любимицы.
– Да. Очень странный и непонятный сон, – ответила девочка.
А няня, как всегда, успокаивала:
– Не обращай внимания, деточка моя, был и не был. Он уже далеко. Не принимай к сердцу. Вставай, моя милая, обмой личико прохладной водицей, и как рукой снимет все ночные кошмары, а тревоги и ненужные страхи улетучатся.
– Сейчас, нянюшка.
Но избавиться от смутных и тяжёлых предчувствий наследница лорда Байера так и не смогла. Весь день пережитое во сне преследовало её.
«Надо заняться чем-нибудь и всё плохое забудется», – уговаривала она себя.
А нам с вами, дорогой читатель, только и остаётся понаблюдать, что же будет дальше. И станет ли страшный сон предвестником трагических и неизбежных событий в судьбе юной мисс Эмили?
И кто тот незнакомец, который, едва показавшись, тут же исчез, как и не было его?
***
Не мы выбираем
Её детство нельзя было назвать идеальным и счастливым лишь потому, что с раннего возраста девочка пребывала под давлением тягостных эмоций, которые не покидали её отца. Он так и не смог пережить раннюю смерть любимой и обожаемой супруги, без которой ему трудно было даже дышать. Тоска по ней приводила лорда Байера к мысли, что и его жизнь кончена. Потерявший почву под ногами несчастный человек не понимал, зачем он живёт. В таком состоянии некогда уважаемый в обществе аристократ находился постоянно. Горе не щадило его. Дамокловым мечом висело над ним, поминутно напоминая: «Жизнь кончена! Аморально продолжать бессмысленное существование. Какой от меня прок? – спрашивал он себя. Но как только отец вспоминал о юной дочери, тотчас какая-то неведомая ему сила останавливала лорда Байера от безумных поступков.
«Как она без меня?!» – терзался он каверзным вопросом. А ответа не находил. Только это и заставляло его не допускать тягостных мыслей и одуматься от безумных решений. Всё же интересы дочери он ставил выше собственных страданий. И, конечно, мучительные переживания отца, глубокой зарубкой в душе и в памяти проявлялись в каждом его шаге. И страдальческое выражение лица, тяжёлые поминутные вздохи, обрывки горьких фраз, не могли не отразиться в характере и поведении единственной дочери лорда Байера. Она была чрезвычайно замкнутой, порой нелюдимой, подозрительной. Все свои мысли и чувства тщательно скрывала под веером густых чёрных ресниц. Недоверчивый, подозрительный взгляд порой настораживал гостей отца. Особенно, когда она, испытывая напряжение, пристально всматривалась в незнакомца, стараясь понять, с какой целью он приехал. Тогда её глаза сильно щурились, и тут же их застилала тёмная поволока, в такие минуты они напоминали пылающие угли. Ох, как много скрывали от посторонних глаза юной Эмили. Но стоило опасности исчезнуть, как взгляд девочки мгновенно просветлялся, становился чистым и ясным, а цвет глаз приобретал благородный сапфировый: глубокий, насыщенный, тёмно-синий. Оторваться от чарующей красоты её очей невозможно было.
Но почему-то укоренилось ошибочное мнение у близкого окружения семейства Байер, которые то тут, то там, шептались в кулуарах балов и званых приёмов:
«Ах, как жаль бедняжку, ей так не повезло. И почему она не унаследовала внешность красавицы-матери?».
Дорогой читатель, нам с вами не понять, какие причины заставляли многих считать, что Эмили Байер была похожа на сестру отца – тётушку Матильду. Но это мнение, как оказалось со временем, было обманчивым заблуждением. По мере того, как девочка росла, преображалась, её внешность меняла свои очертания и формы.
Полагаю, дорогой читатель, вы уже догадались, что Эмили – главная героиня нашего романа.
Надо сказать, в родительском доме сестру отца девочки считали изгоем, ибо как не старалась её матушка украсить внешность дочери всевозможными нарядами, драгоценностями, женскими уловками и премудростями, ей так и не удалось расположить ни одного молодого человека к серьёзным намерениям. Таким образом, бедная тётушка Матильда осталась не у дел, а в обществе за ней так и закрепилась кличка «дурнушка». Однако умна она была не по годам и в юношеском возрасте приняла взвешенное и мудрое решение: покинуть родительский кров под предлогом учёбы на курсах сестёр-милосердия, которые находились вдали от родного дома. Она вовсе не кривила душой, когда выбрала именно эту профессию. Леди Байер с юных лет стремилась помогать всем, кому было трудно, кто остро нуждался в дружеской поддержке и помощи. На удивление наследницы родители, услышав новость, не стали препятствовать дочери, ибо девушка была трудолюбива и охотно бралась за любую работу.
Вскоре мы узнаем о её судьбе.
***
21.01.26. 20:57
Заложница мести
Не c ненавистью судите, а с любовью
Библейская истина
Пролог
Нам неведомы планы Всевышнего. Узнаём мы о них, когда в нашей жизни происходят какие-то события, особенно с мрачным оттенком и привкусом горечи. Но каждому смертному так хочется верить, что он всегда и везде будет защищён высшими силами, и ничего плохого в его жизни не случится.
………………………………………
Видение
В этот вечер на душе у наследницы лорда Байера было особенно тревожно. Это нарушало её обычное состояние, и девочка не понимала, что с ней. Преданная няня заметила, что её любимица отчего-то терзается, беспокоится и стала допытываться.
– Что такое? Тебе нездоровится? Послать за доктором?
– Не надо, няня. Я не больна. На душе тяжело, а почему не знаю. Плохое предчувствие гложет.
– Девочка моя, ты устала, сегодняшний день был хлопотным. Ступай к себе, ложись в постель. Время позднее. Пора отдыхать. До утра всё как рукой снимет. Вот увидишь, все страхи рассеются.
– Ты права, нянюшка. Пожалуй, пойду к себе.
– Иди, моя девочка. Позднее загляну к тебе.
– Приходи, нянюшка.
– Вот довяжу носочек и приду. Ступай отдыхать.
Девочка вернулась в свою комнату, не стала звать горничную, сняла платье, переоделась в ночную сорочку и легла. С раннего детства няня приучила её обходиться без чьей-либо помощи, словно готовила наследницу аристократического рода к трудным жизненным испытаниям.
«Голубка, моя, никто не ведает, как жизнь твоя сложится. Учись самостоятельно заботиться о себе, пригодится», – вспоминала Эмили слова прозорливой и заботливой нянюшки.
– Лили, любимая моя помощница, права, надо успокоиться и заснуть, – дала наказ себе девочка.
Но желанное спокойствие не наступало. Наследница лорда Байера то и дело крутилась в постели, ворочаясь, с одного бока на другой. Как она ни старалась настроиться на сон – не получалось. Это будоражило сознание, вносило ещё большее напряжение в подавленное, угнетённое состояние и, естественно, не приносило желаемого покоя в душе.
Блики от лампы блуждали по комнате, создавая на стене какие-то непонятные сюжеты. Девочка прикрыла салфеткой лампу. Немало утомившись, Эмили пропустила тот самый момент, когда в тишине ночной её веки стали тяжёлыми, и она, пригревшись в постели, утонула в складках одеяла и ощутила, как голову застилает туман и долгожданный сон овладевает ею. Так на крыльях сновидения она перенеслась в забытье.
И вдруг, словно гром среди ясного неба обрушилась ужасающая картина: незнакомое помещение, её отец, связанный по рукам и ногам бьётся в судороге на полу, кричит, слёзно взывая о помощи. Дочь так явно видела эту картину, что во сне расплакалась со словами на устах: «Отец, дорогой мой, что с вами, скажите, кого позвать на помощь?! Я всё сделаю для вас. Хоть намекните, умоляю!», – взывала она к нему. Но в ответ – тишина. Картинка сменилась, и девочка явственно увидела бездыханное тело своего отца. А над ним самодовольный и непобедимый, радостный и властный господин Эджертон, который, позабыв о стыде и совести, хохотал во весь голос и словно плохой актёр, кривляясь, приговаривал: «Ну что, господин Байер, получили за несговорчивость. Согласились бы отдать за меня крошку Эмили, избежали бы позора. А так…», – и он вновь разразился истерическим, сатанинским смехом.
«Неееееееет», – закричала во сне не на шутку перепуганная дочь.
В этот миг всё исчезло, словно чья-то добрая рука развеяла мрак и сквозь серую дымку, быстро тающую перед мысленным взором, медленно и верно проявлялся силуэт незнакомого человека. Он повернулся к ней, и она увидела красивое лицо с тонкими чертами и ясным взором лучистых глаз.
«Кто это? Я его не знаю, но смотрит на меня ласково и по-доброму», – подумала Эмили. Тем временем незнакомец исчез.
Незаметно для себя девочка пробуждалась.
Открыв глаза, она увидела перед собой встревоженную няню.
– Цветочек мой, ты так кричала во сне. Сон плохой растревожил тебя, да? – спросила обеспокоенная няня, всматриваясь в лицо своей любимицы.
– Да. Очень странный и непонятный сон, – ответила девочка.
А няня, как всегда, успокаивала:
– Не обращай внимания, деточка моя, был и не был. Он уже далеко. Не принимай к сердцу. Вставай, моя милая, обмой личико прохладной водицей, и как рукой снимет все ночные кошмары, а тревоги и ненужные страхи улетучатся.
– Сейчас, нянюшка.
Но избавиться от смутных и тяжёлых предчувствий наследница лорда Байера так и не смогла. Весь день пережитое во сне преследовало её.
«Надо заняться чем-нибудь и всё плохое забудется», – уговаривала она себя.
А нам с вами, дорогой читатель, только и остаётся понаблюдать, что же будет дальше. И станет ли страшный сон предвестником трагических и неизбежных событий в судьбе юной мисс Эмили?
И кто тот незнакомец, который, едва показавшись, тут же исчез, как и не было его?
***
Не мы выбираем
Её детство нельзя было назвать идеальным и счастливым лишь потому, что с раннего возраста девочка пребывала под давлением тягостных эмоций, которые не покидали её отца. Он так и не смог пережить раннюю смерть любимой и обожаемой супруги, без которой ему трудно было даже дышать. Тоска по ней приводила лорда Байера к мысли, что и его жизнь кончена. Потерявший почву под ногами несчастный человек не понимал, зачем он живёт. В таком состоянии некогда уважаемый в обществе аристократ находился постоянно. Горе не щадило его. Дамокловым мечом висело над ним, поминутно напоминая: «Жизнь кончена! Аморально продолжать бессмысленное существование. Какой от меня прок? – спрашивал он себя. Но как только отец вспоминал о юной дочери, тотчас какая-то неведомая ему сила останавливала лорда Байера от безумных поступков.
«Как она без меня?!» – терзался он каверзным вопросом. А ответа не находил. Только это и заставляло его не допускать тягостных мыслей и одуматься от безумных решений. Всё же интересы дочери он ставил выше собственных страданий. И, конечно, мучительные переживания отца, глубокой зарубкой в душе и в памяти проявлялись в каждом его шаге. И страдальческое выражение лица, тяжёлые поминутные вздохи, обрывки горьких фраз, не могли не отразиться в характере и поведении единственной дочери лорда Байера. Она была чрезвычайно замкнутой, порой нелюдимой, подозрительной. Все свои мысли и чувства тщательно скрывала под веером густых чёрных ресниц. Недоверчивый, подозрительный взгляд порой настораживал гостей отца. Особенно, когда она, испытывая напряжение, пристально всматривалась в незнакомца, стараясь понять, с какой целью он приехал. Тогда её глаза сильно щурились, и тут же их застилала тёмная поволока, в такие минуты они напоминали пылающие угли. Ох, как много скрывали от посторонних глаза юной Эмили. Но стоило опасности исчезнуть, как взгляд девочки мгновенно просветлялся, становился чистым и ясным, а цвет глаз приобретал благородный сапфировый: глубокий, насыщенный, тёмно-синий. Оторваться от чарующей красоты её очей невозможно было.
Но почему-то укоренилось ошибочное мнение у близкого окружения семейства Байер, которые то тут, то там, шептались в кулуарах балов и званых приёмов:
«Ах, как жаль бедняжку, ей так не повезло. И почему она не унаследовала внешность красавицы-матери?».
Дорогой читатель, нам с вами не понять, какие причины заставляли многих считать, что Эмили Байер была похожа на сестру отца – тётушку Матильду. Но это мнение, как оказалось со временем, было обманчивым заблуждением. По мере того, как девочка росла, преображалась, её внешность меняла свои очертания и формы.
Полагаю, дорогой читатель, вы уже догадались, что Эмили – главная героиня нашего романа.
Надо сказать, в родительском доме сестру отца девочки считали изгоем, ибо как не старалась её матушка украсить внешность дочери всевозможными нарядами, драгоценностями, женскими уловками и премудростями, ей так и не удалось расположить ни одного молодого человека к серьёзным намерениям. Таким образом, бедная тётушка Матильда осталась не у дел, а в обществе за ней так и закрепилась кличка «дурнушка». Однако умна она была не по годам и в юношеском возрасте приняла взвешенное и мудрое решение: покинуть родительский кров под предлогом учёбы на курсах сестёр-милосердия, которые находились вдали от родного дома. Она вовсе не кривила душой, когда выбрала именно эту профессию. Леди Байер с юных лет стремилась помогать всем, кому было трудно, кто остро нуждался в дружеской поддержке и помощи. На удивление наследницы родители, услышав новость, не стали препятствовать дочери, ибо девушка была трудолюбива и охотно бралась за любую работу.
Вскоре мы узнаем о её судьбе.
***
21.01.26. 20:57
