ВНИМАНИЕ!
Дорогие читатели!
Если не хотите читать по главам, есть хорошая возможность - КУПИТЬ ПОЛНУЮ ОТРЕДАКТИРОВАННУЮ ВЕРСИЮ РОМАНА НА ПМ: https://feisovet.ru/магазин/Заложница-мести-Инна-Комарова
ЧИТАТЬ В СВОЁМ ТЕМПЕ И ПОЛУЧАТЬ УДОВОЛЬСТВИЕ:)
ВЫБОР ЗА ВАМИ!!!
...................................................................
Инна Комарова
Заложница мести
Не c ненавистью судите, а с любовью
Библейская истина
Пролог
Нам неведомы планы Всевышнего. Узнаём мы о них, когда в нашей жизни происходят какие-то события, особенно с мрачным оттенком и привкусом горечи. Но каждому смертному так хочется верить, что он всегда и везде будет защищён высшими силами, и ничего плохого в его жизни не случится.
………………………………………
Видение
В этот вечер на душе у наследницы лорда Байера было особенно тревожно. Это нарушало её обычное состояние, и девочка не понимала, что с ней. Преданная няня заметила, что её любимица отчего-то терзается, беспокоится и стала допытываться.
– Что такое? Тебе нездоровится? Послать за доктором?
– Не надо, няня. Я не больна. На душе тяжело, а почему не знаю. Плохое предчувствие гложет.
– Девочка моя, ты устала, сегодняшний день был хлопотным. Ступай к себе, ложись в постель. Время позднее. Пора отдыхать. До утра всё как рукой снимет. Вот увидишь, все страхи рассеются.
– Ты права, нянюшка. Пожалуй, пойду к себе.
– Иди, моя девочка. Позднее загляну к тебе.
– Приходи, нянюшка.
– Вот довяжу носочек и приду. Ступай отдыхать.
Девочка вернулась в свою комнату, не стала звать горничную, сняла платье, переоделась в ночную сорочку и легла. С раннего детства няня приучила её обходиться без чьей-либо помощи, словно готовила наследницу аристократического рода к трудным жизненным испытаниям.
«Голубка, моя, никто не ведает, как жизнь твоя сложится. Учись самостоятельно заботиться о себе, пригодится», – вспоминала Эмили слова прозорливой и заботливой нянюшки.
– Лили, любимая моя помощница, права, надо успокоиться и заснуть, – дала наказ себе девочка.
Но желанное спокойствие не наступало. Наследница лорда Байера то и дело крутилась в постели, ворочаясь, с одного бока на другой. Как она ни старалась настроиться на сон – не получалось. Это будоражило сознание, вносило ещё большее напряжение в подавленное, угнетённое состояние и, естественно, не приносило желаемого покоя в душе.
Блики от лампы блуждали по комнате, создавая на стене какие-то непонятные сюжеты. Девочка прикрыла салфеткой лампу. Немало утомившись, Эмили пропустила тот самый момент, когда в тишине ночной её веки стали тяжёлыми, и она, пригревшись в постели, утонула в складках одеяла и ощутила, как голову застилает туман и долгожданный сон овладевает ею. Так на крыльях сновидения она перенеслась в забытье.
И вдруг, словно гром среди ясного неба обрушилась ужасающая картина: незнакомое помещение, её отец, связанный по рукам и ногам бьётся в судороге на полу, кричит, слёзно взывая о помощи. Дочь так явно видела эту картину, что во сне расплакалась со словами на устах: «Отец, дорогой мой, что с вами, скажите, кого позвать на помощь?! Я всё сделаю для вас. Хоть намекните, умоляю!», – взывала она к нему. Но в ответ – тишина. Картинка сменилась, и девочка явственно увидела бездыханное тело своего отца. А над ним самодовольный и непобедимый, радостный и властный господин Эджертон, который, позабыв о стыде и совести, хохотал во весь голос и словно плохой актёр, кривляясь, приговаривал: «Ну что, господин Байер, получили за несговорчивость. Согласились бы отдать за меня крошку Эмили, избежали бы позора. А так…», – и он вновь разразился истерическим, сатанинским смехом.
«Неееееееет», – закричала во сне не на шутку перепуганная дочь.
В этот миг всё исчезло, словно чья-то добрая рука развеяла мрак и сквозь серую дымку, быстро тающую перед мысленным взором, медленно и верно проявлялся силуэт незнакомого человека. Он повернулся к ней, и она увидела красивое лицо с тонкими чертами и ясным взором лучистых глаз.
«Кто это? Я его не знаю, но смотрит на меня ласково и по-доброму», – подумала Эмили. Тем временем незнакомец исчез.
Незаметно для себя девочка пробуждалась.
Открыв глаза, она увидела перед собой встревоженную няню.
– Цветочек мой, ты так кричала во сне. Сон плохой растревожил тебя, да? – спросила обеспокоенная няня, всматриваясь в лицо своей любимицы.
– Да. Очень странный и непонятный сон, – ответила девочка.
А няня, как всегда, успокаивала:
– Не обращай внимания, деточка моя, был и не был. Он уже далеко. Не принимай к сердцу. Вставай, моя милая, обмой личико прохладной водицей, и как рукой снимет все ночные кошмары, а тревоги и ненужные страхи улетучатся.
– Сейчас, нянюшка.
Но избавиться от смутных и тяжёлых предчувствий наследница лорда Байера так и не смогла. Весь день пережитое во сне преследовало её.
«Надо заняться чем-нибудь и всё плохое забудется», – уговаривала она себя.
А нам с вами, дорогой читатель, только и остаётся понаблюдать, что же будет дальше. И станет ли страшный сон предвестником трагических и неизбежных событий в судьбе юной мисс Эмили?
И кто тот незнакомец, который, едва показавшись, тут же исчез, как и не было его?
***
Не мы выбираем
Её детство нельзя было назвать идеальным и счастливым лишь потому, что с раннего возраста девочка пребывала под давлением тягостных эмоций, которые не покидали её отца. Он так и не смог пережить раннюю смерть любимой и обожаемой супруги, без которой ему трудно было даже дышать. Тоска по ней приводила лорда Байера к мысли, что и его жизнь кончена. Потерявший почву под ногами несчастный человек не понимал, зачем он живёт. В таком состоянии некогда уважаемый в обществе аристократ находился постоянно. Горе не щадило его. Дамокловым мечом висело над ним, поминутно напоминая: «Жизнь кончена! Аморально продолжать бессмысленное существование. Какой от меня прок? – спрашивал он себя. Но как только отец вспоминал о юной дочери, тотчас какая-то неведомая ему сила останавливала лорда Байера от безумных поступков.
«Как она без меня?!» – терзался он каверзным вопросом. А ответа не находил. Только это и заставляло его не допускать тягостных мыслей и одуматься от безумных решений. Всё же интересы дочери он ставил выше собственных страданий. И, конечно, мучительные переживания отца, глубокой зарубкой в душе и в памяти проявлялись в каждом его шаге. И страдальческое выражение лица, тяжёлые поминутные вздохи, обрывки горьких фраз, не могли не отразиться в характере и поведении единственной дочери лорда Байера. Она была чрезвычайно замкнутой, порой нелюдимой, подозрительной. Все свои мысли и чувства тщательно скрывала под веером густых чёрных ресниц. Недоверчивый, подозрительный взгляд порой настораживал гостей отца. Особенно, когда она, испытывая напряжение, пристально всматривалась в незнакомца, стараясь понять, с какой целью он приехал. Тогда её глаза сильно щурились, и тут же их застилала тёмная поволока, в такие минуты они напоминали пылающие угли. Ох, как много скрывали от посторонних глаза юной Эмили. Но стоило опасности исчезнуть, как взгляд девочки мгновенно просветлялся, становился чистым и ясным, а цвет глаз приобретал благородный сапфировый: глубокий, насыщенный, тёмно-синий. Оторваться от чарующей красоты её очей невозможно было.
Но почему-то укоренилось ошибочное мнение у близкого окружения семейства Байер, которые то тут, то там, шептались в кулуарах балов и званых приёмов:
«Ах, как жаль бедняжку, ей так не повезло. И почему она не унаследовала внешность красавицы-матери?».
Дорогой читатель, нам с вами не понять, какие причины заставляли многих считать, что Эмили Байер была похожа на сестру отца – тётушку Матильду. Но это мнение, как оказалось со временем, было обманчивым заблуждением. По мере того, как девочка росла, преображалась, её внешность меняла свои очертания и формы.
Полагаю, дорогой читатель, вы уже догадались, что Эмили – главная героиня нашего романа.
Надо сказать, в родительском доме сестру отца девочки считали изгоем, ибо как не старалась её матушка украсить внешность дочери всевозможными нарядами, драгоценностями, женскими уловками и премудростями, ей так и не удалось расположить ни одного молодого человека к серьёзным намерениям. Таким образом, бедная тётушка Матильда осталась не у дел, а в обществе за ней так и закрепилась кличка «дурнушка». Однако умна она была не по годам и в юношеском возрасте приняла взвешенное и мудрое решение: покинуть родительский кров под предлогом учёбы на курсах сестёр-милосердия, которые находились вдали от родного дома. Она вовсе не кривила душой, когда выбрала именно эту профессию. Леди Байер с юных лет стремилась помогать всем, кому было трудно, кто остро нуждался в дружеской поддержке и помощи. На удивление наследницы родители, услышав новость, не стали препятствовать дочери, ибо девушка была трудолюбива и охотно бралась за любую работу.
Вскоре мы узнаем о её судьбе.
***
21.01.26. 20:57
Леди Матильда Байер
В семействе Себастьяна и Вирджинии Байер было двое детей: сын – Бенджамин и дочь – Матильда. Родители относились к детям по-особенному внимательно. Отец – Себастьян считал, что единственно верное решение с раннего возраста обучать детей наукам. Это хороший задел для дальнейшей жизни. Мать – Вирджиния не противоречила мужу, но была уверена, что одновременно с этим наследникам необходимо прививать любовь к музыкальным дисциплинам, рисованию на холсте и верховой езде. У мальчиков крайне важно развивать вкус к фехтованию. А девочкам с молодых ногтей следует позаботиться о внешности, стройности и совершенстве фигуры. Именно поэтому любовь к красивым танцам и этикету, по её мнению, являлись основными дисциплинами, не считая знания иностранных языков.
Таким образом, отец нашей героини Эмили – сэр Бенджамин Байер, достигнув совершеннолетия, был прекрасно подготовлен. Блестяще завершив учёбу в гимназии, он без вступительных экзаменов поступил в университет. А вот факультет для будущей профессии юноша избрал: «Финансирование и управление». И отец одобрил выбор сына. Благополучно завершив учёбу, Бенджамин Байер получил должность управляющего крупным банком в Лондоне.
Для начала успешной карьеры это был прекрасный выбор, что позволило лорду Байеру вскоре стать состоявшимся уважаемым специалистом и вполне обеспеченным молодым человеком. Уровень его дохода и положение в обществе позволяли жить безбедно и самостоятельно.
Забегая вперёд, скажу несколько слов о матери Эмили. Анна-Мария, в девичестве Бурше: хрупкая, нежная, миловидная, обаятельная леди. Она выросла в прекрасной семье, в которой царила взаимная любовь, взаимоуважение. Где приветствовались глубокие и всесторонние познания. Здесь обитал дух морально-нравственных ценностей, врождённой, утончённой интеллигентности. Высокий уровень в образовании не был пустословием, а программой. Забота и внимание были нормой в поведении её родителей. После знакомства с будущим мужем и окончания гимназии, посоветовавшись с родными, девушка определилась, чем именно хочет заниматься в будущем. Анна-Мария готовила себя к преподавательской деятельности в начальных классах гимназии. В этом заключалась её мечта. Но прежде ей предстояло получить соответствующее образование.
А вот сестра сэра Байера, леди Матильда, завершив учёбу на курсах, пошла по сложному пути – подала прошение принять её на должность сестры милосердия в госпитале, в котором обслуживали исключительно военных. Управляющий по кадрам внимательно ознакомился со всеми документами и характеристиками с мест, где девушке приходилось отрабатывать практику перед выпускными экзаменами. Он, поминутно погладывая на молоденькую Матильду, наконец, ответил:
«Знаете, вы нам подходите. Отправляйтесь в послеоперационное отделение. Там и будете практиковать. Госпожа Норман – непосредственный начальник этого отделения – определит вас на смену, предварительно дав нужные инструкции и наставления. Желаю успеха».
Мисс Матильде предстояла ответственная, довольно трудная и напряжённая работа.
Именно там, в один ненастный день судьба свела Матильду с боевым офицером – Грэгом Маккартни. Их отношения начинались ненавязчиво и носили отстранённый характер со стороны молоденькой сестры милосердия. Она добросовестно выполняла свои прямые обязанности, но стойко и педантично контролировала грань между «больным» и «служащей госпиталя». Девушка замечала на себе небезразличные взгляды военного. Когда же офицер в чинах и регалиях стал идти на поправку, он под любым предлогом заговаривал с сестрой милосердия, пытаясь вызвать у неё интерес к беседе. Ему не терпелось разузнать подробнее о ней и, не в последнюю очередь, о её семейном положении. Но Матильда всячески избегала общения с ним, переключая и направляя все его намерения исключительно в деловое русло. Завершив лечение, военный, так и не добившись видимых изменений в их отношениях, благополучно отбыл по месту службы. Но посчитал важным и крайне необходимым оставить для молоденькой и строгой леди Байер записку, которую передала ей начальница отделения, где служила девушка.
– Мисс Байер, это послание просил передать вам наш подопечный – сэр Маккартни. Его сегодня выписали, и он отправился назад в своё подразделение. Перед отъездом ходил по отделению, расспрашивал о вас, искал, но, как видно, так и не нашёл. Вы, наверное, прилегли в комнате для сестёр милосердия после бессонной ночи.
– Да, вы правы, госпожа Норман, две последние ночи были особенно тяжёлыми, я ни на минуту не смогла даже присесть.
– Понимаю вас. Работа у нас трудная и требует полной отдачи.
Получив послание из рук начальницы отделения, Матильда очень удивилась и никак не могла поверить, что письмо адресовано именно ей.
– Простите, вы уверены, что это написано для меня? – она всё-таки решила удостовериться.
– Ну конечно. Не сомневайтесь. Взгляните, на конверте написано: «Для мисс Байер, лично».
– Простите, не посмотрела на титульную сторону депеши. Так странно. Почему вдруг он решил оставить мне письмо? Мы с этим больным толком двумя словами не обмолвились. Разговаривали коротко и сугубо по делу.
– Думаю, мисс Матильда, вы понравились офицеру, и вдобавок он остался доволен вашей работой. На прощание решил поблагодарить. Так часто случается в нашем деле. Не смущайтесь. Ничего плохого в этом нет, – подбадривала девушку начальница отделения. – Прочитайте, тогда и узнаете, что офицер на прощание хотел вам сказать.
– Благодарю вас, миссис Норман, – тихо ответила леди Байер и ушла. Пока направлялась в комнату сестёр милосердия, сердце то стыдливо замирало в тревоге, то внезапно пускалось в безудержную скачку, а его биение болью отдавалась в висках.
Мисс Матильда мгновенно набросила на лицо маску безразличия, умышленно скрывая своё истинное состояние от прожигающих её глаз посетителей и сотрудников отделения. Между тем, её сердце трепетало, волнение нарастало, становилось сильнее и выразительнее. А душа и вовсе совершала кульбиты в пятки и обратно. Эти чувства были столь непривычными для юной мисс Байер, что ей поминутно хотелось плакать.
Дорогие читатели!
Если не хотите читать по главам, есть хорошая возможность - КУПИТЬ ПОЛНУЮ ОТРЕДАКТИРОВАННУЮ ВЕРСИЮ РОМАНА НА ПМ: https://feisovet.ru/магазин/Заложница-мести-Инна-Комарова
ЧИТАТЬ В СВОЁМ ТЕМПЕ И ПОЛУЧАТЬ УДОВОЛЬСТВИЕ:)
ВЫБОР ЗА ВАМИ!!!
...................................................................
Инна Комарова
Заложница мести
Не c ненавистью судите, а с любовью
Библейская истина
Пролог
Нам неведомы планы Всевышнего. Узнаём мы о них, когда в нашей жизни происходят какие-то события, особенно с мрачным оттенком и привкусом горечи. Но каждому смертному так хочется верить, что он всегда и везде будет защищён высшими силами, и ничего плохого в его жизни не случится.
………………………………………
Видение
В этот вечер на душе у наследницы лорда Байера было особенно тревожно. Это нарушало её обычное состояние, и девочка не понимала, что с ней. Преданная няня заметила, что её любимица отчего-то терзается, беспокоится и стала допытываться.
– Что такое? Тебе нездоровится? Послать за доктором?
– Не надо, няня. Я не больна. На душе тяжело, а почему не знаю. Плохое предчувствие гложет.
– Девочка моя, ты устала, сегодняшний день был хлопотным. Ступай к себе, ложись в постель. Время позднее. Пора отдыхать. До утра всё как рукой снимет. Вот увидишь, все страхи рассеются.
– Ты права, нянюшка. Пожалуй, пойду к себе.
– Иди, моя девочка. Позднее загляну к тебе.
– Приходи, нянюшка.
– Вот довяжу носочек и приду. Ступай отдыхать.
Девочка вернулась в свою комнату, не стала звать горничную, сняла платье, переоделась в ночную сорочку и легла. С раннего детства няня приучила её обходиться без чьей-либо помощи, словно готовила наследницу аристократического рода к трудным жизненным испытаниям.
«Голубка, моя, никто не ведает, как жизнь твоя сложится. Учись самостоятельно заботиться о себе, пригодится», – вспоминала Эмили слова прозорливой и заботливой нянюшки.
– Лили, любимая моя помощница, права, надо успокоиться и заснуть, – дала наказ себе девочка.
Но желанное спокойствие не наступало. Наследница лорда Байера то и дело крутилась в постели, ворочаясь, с одного бока на другой. Как она ни старалась настроиться на сон – не получалось. Это будоражило сознание, вносило ещё большее напряжение в подавленное, угнетённое состояние и, естественно, не приносило желаемого покоя в душе.
Блики от лампы блуждали по комнате, создавая на стене какие-то непонятные сюжеты. Девочка прикрыла салфеткой лампу. Немало утомившись, Эмили пропустила тот самый момент, когда в тишине ночной её веки стали тяжёлыми, и она, пригревшись в постели, утонула в складках одеяла и ощутила, как голову застилает туман и долгожданный сон овладевает ею. Так на крыльях сновидения она перенеслась в забытье.
И вдруг, словно гром среди ясного неба обрушилась ужасающая картина: незнакомое помещение, её отец, связанный по рукам и ногам бьётся в судороге на полу, кричит, слёзно взывая о помощи. Дочь так явно видела эту картину, что во сне расплакалась со словами на устах: «Отец, дорогой мой, что с вами, скажите, кого позвать на помощь?! Я всё сделаю для вас. Хоть намекните, умоляю!», – взывала она к нему. Но в ответ – тишина. Картинка сменилась, и девочка явственно увидела бездыханное тело своего отца. А над ним самодовольный и непобедимый, радостный и властный господин Эджертон, который, позабыв о стыде и совести, хохотал во весь голос и словно плохой актёр, кривляясь, приговаривал: «Ну что, господин Байер, получили за несговорчивость. Согласились бы отдать за меня крошку Эмили, избежали бы позора. А так…», – и он вновь разразился истерическим, сатанинским смехом.
«Неееееееет», – закричала во сне не на шутку перепуганная дочь.
В этот миг всё исчезло, словно чья-то добрая рука развеяла мрак и сквозь серую дымку, быстро тающую перед мысленным взором, медленно и верно проявлялся силуэт незнакомого человека. Он повернулся к ней, и она увидела красивое лицо с тонкими чертами и ясным взором лучистых глаз.
«Кто это? Я его не знаю, но смотрит на меня ласково и по-доброму», – подумала Эмили. Тем временем незнакомец исчез.
Незаметно для себя девочка пробуждалась.
Открыв глаза, она увидела перед собой встревоженную няню.
– Цветочек мой, ты так кричала во сне. Сон плохой растревожил тебя, да? – спросила обеспокоенная няня, всматриваясь в лицо своей любимицы.
– Да. Очень странный и непонятный сон, – ответила девочка.
А няня, как всегда, успокаивала:
– Не обращай внимания, деточка моя, был и не был. Он уже далеко. Не принимай к сердцу. Вставай, моя милая, обмой личико прохладной водицей, и как рукой снимет все ночные кошмары, а тревоги и ненужные страхи улетучатся.
– Сейчас, нянюшка.
Но избавиться от смутных и тяжёлых предчувствий наследница лорда Байера так и не смогла. Весь день пережитое во сне преследовало её.
«Надо заняться чем-нибудь и всё плохое забудется», – уговаривала она себя.
А нам с вами, дорогой читатель, только и остаётся понаблюдать, что же будет дальше. И станет ли страшный сон предвестником трагических и неизбежных событий в судьбе юной мисс Эмили?
И кто тот незнакомец, который, едва показавшись, тут же исчез, как и не было его?
***
Не мы выбираем
Её детство нельзя было назвать идеальным и счастливым лишь потому, что с раннего возраста девочка пребывала под давлением тягостных эмоций, которые не покидали её отца. Он так и не смог пережить раннюю смерть любимой и обожаемой супруги, без которой ему трудно было даже дышать. Тоска по ней приводила лорда Байера к мысли, что и его жизнь кончена. Потерявший почву под ногами несчастный человек не понимал, зачем он живёт. В таком состоянии некогда уважаемый в обществе аристократ находился постоянно. Горе не щадило его. Дамокловым мечом висело над ним, поминутно напоминая: «Жизнь кончена! Аморально продолжать бессмысленное существование. Какой от меня прок? – спрашивал он себя. Но как только отец вспоминал о юной дочери, тотчас какая-то неведомая ему сила останавливала лорда Байера от безумных поступков.
«Как она без меня?!» – терзался он каверзным вопросом. А ответа не находил. Только это и заставляло его не допускать тягостных мыслей и одуматься от безумных решений. Всё же интересы дочери он ставил выше собственных страданий. И, конечно, мучительные переживания отца, глубокой зарубкой в душе и в памяти проявлялись в каждом его шаге. И страдальческое выражение лица, тяжёлые поминутные вздохи, обрывки горьких фраз, не могли не отразиться в характере и поведении единственной дочери лорда Байера. Она была чрезвычайно замкнутой, порой нелюдимой, подозрительной. Все свои мысли и чувства тщательно скрывала под веером густых чёрных ресниц. Недоверчивый, подозрительный взгляд порой настораживал гостей отца. Особенно, когда она, испытывая напряжение, пристально всматривалась в незнакомца, стараясь понять, с какой целью он приехал. Тогда её глаза сильно щурились, и тут же их застилала тёмная поволока, в такие минуты они напоминали пылающие угли. Ох, как много скрывали от посторонних глаза юной Эмили. Но стоило опасности исчезнуть, как взгляд девочки мгновенно просветлялся, становился чистым и ясным, а цвет глаз приобретал благородный сапфировый: глубокий, насыщенный, тёмно-синий. Оторваться от чарующей красоты её очей невозможно было.
Но почему-то укоренилось ошибочное мнение у близкого окружения семейства Байер, которые то тут, то там, шептались в кулуарах балов и званых приёмов:
«Ах, как жаль бедняжку, ей так не повезло. И почему она не унаследовала внешность красавицы-матери?».
Дорогой читатель, нам с вами не понять, какие причины заставляли многих считать, что Эмили Байер была похожа на сестру отца – тётушку Матильду. Но это мнение, как оказалось со временем, было обманчивым заблуждением. По мере того, как девочка росла, преображалась, её внешность меняла свои очертания и формы.
Полагаю, дорогой читатель, вы уже догадались, что Эмили – главная героиня нашего романа.
Надо сказать, в родительском доме сестру отца девочки считали изгоем, ибо как не старалась её матушка украсить внешность дочери всевозможными нарядами, драгоценностями, женскими уловками и премудростями, ей так и не удалось расположить ни одного молодого человека к серьёзным намерениям. Таким образом, бедная тётушка Матильда осталась не у дел, а в обществе за ней так и закрепилась кличка «дурнушка». Однако умна она была не по годам и в юношеском возрасте приняла взвешенное и мудрое решение: покинуть родительский кров под предлогом учёбы на курсах сестёр-милосердия, которые находились вдали от родного дома. Она вовсе не кривила душой, когда выбрала именно эту профессию. Леди Байер с юных лет стремилась помогать всем, кому было трудно, кто остро нуждался в дружеской поддержке и помощи. На удивление наследницы родители, услышав новость, не стали препятствовать дочери, ибо девушка была трудолюбива и охотно бралась за любую работу.
Вскоре мы узнаем о её судьбе.
***
21.01.26. 20:57
Леди Матильда Байер
В семействе Себастьяна и Вирджинии Байер было двое детей: сын – Бенджамин и дочь – Матильда. Родители относились к детям по-особенному внимательно. Отец – Себастьян считал, что единственно верное решение с раннего возраста обучать детей наукам. Это хороший задел для дальнейшей жизни. Мать – Вирджиния не противоречила мужу, но была уверена, что одновременно с этим наследникам необходимо прививать любовь к музыкальным дисциплинам, рисованию на холсте и верховой езде. У мальчиков крайне важно развивать вкус к фехтованию. А девочкам с молодых ногтей следует позаботиться о внешности, стройности и совершенстве фигуры. Именно поэтому любовь к красивым танцам и этикету, по её мнению, являлись основными дисциплинами, не считая знания иностранных языков.
Таким образом, отец нашей героини Эмили – сэр Бенджамин Байер, достигнув совершеннолетия, был прекрасно подготовлен. Блестяще завершив учёбу в гимназии, он без вступительных экзаменов поступил в университет. А вот факультет для будущей профессии юноша избрал: «Финансирование и управление». И отец одобрил выбор сына. Благополучно завершив учёбу, Бенджамин Байер получил должность управляющего крупным банком в Лондоне.
Для начала успешной карьеры это был прекрасный выбор, что позволило лорду Байеру вскоре стать состоявшимся уважаемым специалистом и вполне обеспеченным молодым человеком. Уровень его дохода и положение в обществе позволяли жить безбедно и самостоятельно.
Забегая вперёд, скажу несколько слов о матери Эмили. Анна-Мария, в девичестве Бурше: хрупкая, нежная, миловидная, обаятельная леди. Она выросла в прекрасной семье, в которой царила взаимная любовь, взаимоуважение. Где приветствовались глубокие и всесторонние познания. Здесь обитал дух морально-нравственных ценностей, врождённой, утончённой интеллигентности. Высокий уровень в образовании не был пустословием, а программой. Забота и внимание были нормой в поведении её родителей. После знакомства с будущим мужем и окончания гимназии, посоветовавшись с родными, девушка определилась, чем именно хочет заниматься в будущем. Анна-Мария готовила себя к преподавательской деятельности в начальных классах гимназии. В этом заключалась её мечта. Но прежде ей предстояло получить соответствующее образование.
А вот сестра сэра Байера, леди Матильда, завершив учёбу на курсах, пошла по сложному пути – подала прошение принять её на должность сестры милосердия в госпитале, в котором обслуживали исключительно военных. Управляющий по кадрам внимательно ознакомился со всеми документами и характеристиками с мест, где девушке приходилось отрабатывать практику перед выпускными экзаменами. Он, поминутно погладывая на молоденькую Матильду, наконец, ответил:
«Знаете, вы нам подходите. Отправляйтесь в послеоперационное отделение. Там и будете практиковать. Госпожа Норман – непосредственный начальник этого отделения – определит вас на смену, предварительно дав нужные инструкции и наставления. Желаю успеха».
Мисс Матильде предстояла ответственная, довольно трудная и напряжённая работа.
Именно там, в один ненастный день судьба свела Матильду с боевым офицером – Грэгом Маккартни. Их отношения начинались ненавязчиво и носили отстранённый характер со стороны молоденькой сестры милосердия. Она добросовестно выполняла свои прямые обязанности, но стойко и педантично контролировала грань между «больным» и «служащей госпиталя». Девушка замечала на себе небезразличные взгляды военного. Когда же офицер в чинах и регалиях стал идти на поправку, он под любым предлогом заговаривал с сестрой милосердия, пытаясь вызвать у неё интерес к беседе. Ему не терпелось разузнать подробнее о ней и, не в последнюю очередь, о её семейном положении. Но Матильда всячески избегала общения с ним, переключая и направляя все его намерения исключительно в деловое русло. Завершив лечение, военный, так и не добившись видимых изменений в их отношениях, благополучно отбыл по месту службы. Но посчитал важным и крайне необходимым оставить для молоденькой и строгой леди Байер записку, которую передала ей начальница отделения, где служила девушка.
– Мисс Байер, это послание просил передать вам наш подопечный – сэр Маккартни. Его сегодня выписали, и он отправился назад в своё подразделение. Перед отъездом ходил по отделению, расспрашивал о вас, искал, но, как видно, так и не нашёл. Вы, наверное, прилегли в комнате для сестёр милосердия после бессонной ночи.
– Да, вы правы, госпожа Норман, две последние ночи были особенно тяжёлыми, я ни на минуту не смогла даже присесть.
– Понимаю вас. Работа у нас трудная и требует полной отдачи.
Получив послание из рук начальницы отделения, Матильда очень удивилась и никак не могла поверить, что письмо адресовано именно ей.
– Простите, вы уверены, что это написано для меня? – она всё-таки решила удостовериться.
– Ну конечно. Не сомневайтесь. Взгляните, на конверте написано: «Для мисс Байер, лично».
– Простите, не посмотрела на титульную сторону депеши. Так странно. Почему вдруг он решил оставить мне письмо? Мы с этим больным толком двумя словами не обмолвились. Разговаривали коротко и сугубо по делу.
– Думаю, мисс Матильда, вы понравились офицеру, и вдобавок он остался доволен вашей работой. На прощание решил поблагодарить. Так часто случается в нашем деле. Не смущайтесь. Ничего плохого в этом нет, – подбадривала девушку начальница отделения. – Прочитайте, тогда и узнаете, что офицер на прощание хотел вам сказать.
– Благодарю вас, миссис Норман, – тихо ответила леди Байер и ушла. Пока направлялась в комнату сестёр милосердия, сердце то стыдливо замирало в тревоге, то внезапно пускалось в безудержную скачку, а его биение болью отдавалась в висках.
Мисс Матильда мгновенно набросила на лицо маску безразличия, умышленно скрывая своё истинное состояние от прожигающих её глаз посетителей и сотрудников отделения. Между тем, её сердце трепетало, волнение нарастало, становилось сильнее и выразительнее. А душа и вовсе совершала кульбиты в пятки и обратно. Эти чувства были столь непривычными для юной мисс Байер, что ей поминутно хотелось плакать.
