Наша история началась с приворота.
Осторожно листая старенькую книгу, Кира со священным трепетом вчитывалась в названия скрупулезно записанных один за другим рецептов, кратко выписывая в тетрадь особенно заинтересовавшие ее зелья. Она не могла поверить, что этот бесценный кладезь знаний и многолетнего труда попадет к ней в руки. Глаза разбегались, ощущение, что она прикоснулась к чему-то запретному, заставляло сердце биться быстрее и мешало сосредоточиться. Как ребенок, радостно копошащийся в подаренном мешочке конфет, не может определиться, какую сладость съесть первой, так Кира цеплялась взглядом то за один, то за другой рецепт. Ее переполняло желание засесть с книгой наедине на несколько дней и всю ее переписать. Но, к сожалению, сейчас это было невозможно. Книга принадлежала бабушке ее подруги, и прикасаться посторонним к ней было запрещено. Сейчас девушки злостно нарушали это важное семейное правило.
- Как результаты поисков? – Тина одарила подругу ехидным взглядом, понимая, что нужное им зелье Кира даже не начинала искать.
Высокая стройная девушка, поставив на стол перед Кирой чашку ароматного травяного чая, перекинула вьющиеся золотистые волосы через плечо и устроилась рядом на кушетке, забравшись на нее с ногами. Светло-зеленые глаза хитро наблюдали за подругой сквозь толстые линзы очков. Перевернутое отражение светлолицей темноволосой Киры смущенно потупило взгляд карих глаз, в точности повторяя её движения. Она отложила конспектирование рецептов из книги Тининой бабушки и, собрав длинные взлохмаченные волосы в неряшливый пучок на затылке, подсела к подруге, придвигая поближе книгу.
- Тина, это просто невероятно! - восторженно воскликнула она, всплеснув руками, на лице ее сияла счастливая улыбка.
- Ты всегда была не от мира сего. - Засмеялась подруга. - Меня бабка заставляет все это учить. - Закатив глаза, Тина откинулась на спинку кушетки.
- Завидую. - Мечтательно произнесла Кира, представляя, как бы она заучивала эти священные знания, как бы она была благодарна.
Но Тина не разделяла эту жажду знаний. Более ветреная, она предпочитала в свободное время развлекаться вне дома. И уж точно не с книгами.
Взглянув на часы, Тина глубоко вздохнула и вернулась к поискам. Толкнув плечом замечтавшуюся подругу, привлекая ее внимание.
Сообща поиски пошли гораздо плодотворнее и веселее. Наконец, спустя бурные обсуждения, они выбрали понравившееся обеим зелье. Выписав его рецепт, они принялись за приготовление. В бабушкиных закромах нашлось все необходимое, кроме одного единственного ингредиента. Непонятно, зачем в зелье опьянения потребовалось добавлять слезы накладывающей дурман ведьмы. Но времени на долгие размышления у девушек не оставалось, так как Кире нужно было успеть вернуться в общежитие до начала комендантского часа. Кому предстоит пролить слезу, подруги решили определить жребием. Короткую соломинку вытащила Кира. В веселой дружеской компании плакать совсем не хотелось, как она ни старалась вспоминать грустные моменты собственной жизни. Ситуацию спасло находчивое предложение Тины нарезать лук. Как бы это нелепо ни было, других вариантов Кира предложить не могла.
- Заодно поможешь мне, я собиралась готовить ужин, - смеялась подруга.
Выглядело это весьма интересно. Высокая Тина, склонившись, наблюдала за нарезающей луковицу подругой, ростом ей едва ли выше плеч. Держа наготове стеклянный пузырек для сбора слез, утирает рукавом свои собственные. Кира специально распахивала глаза пошире, чтобы быстрее достигнуть желаемого результата, но быстрее луковых удалось набрать слезы смеха. Неважно, какими путями, а дело было сделано.
Закупоренное в маленький стеклянный флакон зелье Кира забрала с собой, утром предстояло осторожно подсыпать его их обидчику Иллиасу. Наглый самоуверенный студент все время надоедал им. Еще когда они были на первом курсе, а он на втором, Иллиас затаил на Тину обиду. Признавшись ей в нежных чувствах, он получил неожиданный для него отказ и вот уже два года не давал им покоя. Кире доставалось просто за компанию, но обидно от этого было еще больше, ведь она-то ни в чем не была виновата. Он всегда носил с собой бутылку с водой, добавляя в нее какие-то растертые в порошок травы для улучшения памяти и выносливости, заговоренные их родовой ворожбой. Так что проблем с поиском, куда бы подсыпать зелье, не должно было возникнуть.
Попрощавшись с подругой, Кира бегом пропустила к общежитию, еле успев до начала комендантского часа. Хорошо, что дом Тины был совсем близко к академии, на территории которой находились два корпуса общежития. Мужской и женский. Вбегая за несколько минут до закрытия дверей, Кира была одарена недовольным взглядом пожилого коменданта. Низкорослый, седовласый мужчина, в старомодном сером костюме тройке, осуждающе смотрел серыми, почти прозрачными глазами на запыхавшуюся студентку.
- Негоже молоденьким девушкам бродить затемно по улицам. - покачал он головой, ворча себе под нос. - Ох, Кира. Плохому только учит тебя твоя подружка.
- Извините, Мирон Мирославович. - Потупив глаза, промямлила Кира.
Все обитатели общежития, и не только, прекрасно понимали, что перечить коменданту было неразумно как минимум. Его возраст и располагающая добродушная внешность не отражали той магической мощи, которой он обладал. И дать ощутимого магического пинка, или чего похлеще, нерадивым студентам никогда не чурался.
- Иди уж.
Пожилой комендант взмахнул рукой в сторону двери, и та подернулась еле заметной дымкой. Словно волна искажения разошлась от двери по стенам. Общежитие было заперто. Да так, что попасть в него было практически невозможно без позволения Мирона Мирославовича.
Все комнаты в общежитии были рассчитаны на двоих. Удобства и кухонный блок располагались на каждом этаже, но поддерживались в идеальной чистоте, за которой следила добродушная экономка Розельда. Она была бытовым среднего уровня. Но работу свою очень любила и всегда повторяла, что наведение порядков для нее как медитация. Вместе с пылью и грязью вычищаются из головы и ненужные мысли. Но если девочки оставляли после себя безобразный бардак в общественных зонах, эта добродушная леди превращалась в истинную змею. Сравнение со змеей действительно первое, что приходило на ум, потому что даже разговор её становился шипящим и угрожающим. Кира на себе ее гнева никогда еще не испытывала, так как к чистоте была приучена с детства. Именно к чистоте, не к аккуратности, потому что на вымытых полах и протертых полках в беспорядочном хаосе грудились горы вещей.
Альмира, соседка по комнате, уже спала. Она редко ложилась спать раньше Киры, но всегда просыпаясь раньше соседки, убегала на дополнительные занятия или в библиотеку. Все свое время она посвящала учебе. Было трудно припомнить, видела ли Кира когда-нибудь ее просто непринужденно общающуюся с кем-то или бездельничающую в свое удовольствие. Даже наоборот, казалось, отдых и простые человеческие радости были ей чужды. К соседке она тоже не проявляла особого интереса, если, конечно, темы не касались учебы. Но лучше так, чем развлекающиеся ночи напролет, ни о чем не думающие вертихвостки, коих было подавляющее большинство. Кира уважала интересы и личное пространство Альмиры и в подруги не набивалась, но и в помощи никогда не отказывала. Девушки быстро научились жить слаженно, не ущемляя друг друга ни в чем.
Не включая свет, чтобы не потревожить спящую соседку, Кира на цыпочках прошла к своей кровати. Медленно, стараясь не скрипеть дверцей старого шкафа, она приоткрыла его, чтобы достать вещи. Но деревянная дверь, вопреки стараниям, оглушающе громко разрезала тишину. Затаив дыхание, Кира обернулась к соседской кровати. Альмира, не шелохнувшись, мирно спала, закутавшись в теплое пышное одеяло. Выматывая себя за день, она почти всегда спала очень крепко. Темно-рыжие длинные волосы разметались по подушке, светлая кожа, в лунном свете, проникающем в комнату из окна, казалась холодной и бледной. Облегченно вздохнув, Кира бесшумно подошла к окну и задернула шторы, отсекая свет, бьющий соседке прямо в лицо. Взяв чистые вещи и полотенце и засунув сумку с тетрадями и зельем подальше под кровать, Кира отправилась в общую душевую. Перед сном еще предстояло пролистать пройденные темы. Усталость студентов не интересовала ни одного преподавателя, поэтому все отговорки, возникающие в ее голове, отметались в зачатке.
Академия магии находилась на северной окраине Хайеллы, столицы государства Льер. Льер было одно из самых крупных государств, занимавшее весь небольшой одноименный материк. Все остальные государства разделили второй и последний материк, как минимум в четыре раза превосходивший территориально Льер. Академию возвели на окраине из соображений безопасности. Так как обучать юных магов с их неуемной энергией в окружении мирного населения Хайеллы было бы опрометчиво. А учитывая, сколько магической энергии концентрируется на территории и какие полевые учения порой специально создают для студентов, не то что опрометчиво, даже опасно.
Сама Хайелла возвышалась зданиями вдоль побережья на юге материка. Город был вытянут вдоль берега. Светлые широкие улицы из-за особенностей рельефа постоянно виляли то вверх, то вниз. Академия находилась на возвышении в тупиковой широкой улице, заканчивающейся большим круговым движением для машин с небольшим сквером в центре. Сразу за сквером возвышалось большое, шестиэтажное, величественное строение из тёмного кирпича, этажами выросшее не только вверх, но и уходящее под землю. На академической территории находились и общежития для студентов и приезжих учителей, не имеющих недвижимости в столице и не имеющих возможности пользоваться межпространственными переходами. Прорезать пространство для перехода было весьма энергозатратным занятием. Не каждый маг был готов тратить такое количество магической энергии каждый день. Слабым магам для открытия перехода приходилось накапливать энергию, не растрачивая ее ни на что. Студентам и вовсе не рекомендовалось пользоваться магическими переходами без острой необходимости. Не имея отточенной концентрации и достаточного опыта в прорезании пространства, маг рисковал в лучшем случае затеряться в пространстве, в худшем - просто сгореть при переходе. Затерявшихся умельцев был шанс найти и вернуть. Даже когда оные застревали в межпространстве, сильнейшие маги были способны помочь им выбраться. Погибшим же помочь было невозможно по понятным причинам.
Кира выросла и провела всю свою жизнь в центральной части материка. В небольшом городке Беловодье, известном в стране сельскохозяйственном центре. Свое название город получил благодаря пересекающей его реке Белая. Семья Киры поколениями занималась животноводством. Они владели небольшой фермой на окраине города. С детства Кира и ее братья обучались семейному ремеслу. Они ухаживали за скотом, пасли овец и кур, доили коз, а после изнурительной работы учились в вечерней школе. Дети, все без исключения, любили возиться с животными, и Кира тоже. Но с самого детства она чувствовала, что это не то, чему она хотела бы посвятить свою жизнь. Когда ребята, забросив школьные рюкзаки домой, бежали гулять со сверстниками, Кира отправлялась в городскую библиотеку или запиралась в комнате, чтобы погрузиться с головой в новую книгу. Друзей у нее не было, но и врагов тоже. Она легко находила общий язык с людьми, была приветлива и доброжелательна, но играм зачастую предпочитала учебу. Желание вырваться, добиться большего, выигрывало у желания просто быть ребенком и наслаждаться детством.
Кира стала первой в их семье, поступившей в столичную академию магии, еще и на бесплатной основе. Родители безмерно гордились своей младшей дочерью. Братья не уставали нахваливать сестренку. Все в ее семье были образованными людьми, но обычно предпочитали учиться в сельскохозяйственных и ветеринарных учебных заведениях и продолжать семейное дело. Но желание Киры никто не осудил. Наоборот, семья поддерживала ее стремления и оказывала любую посильную помощь. Попроси она, они бы не отказали бы и в помощи с оплатой обучения. Конечно, это бы сильно ударило по их материальному состоянию. Хоть семья Киры не бедствовала, но обучение в заведении такого уровня стоило больших денег. Даже слишком больших, по мнению Киры. Просить денег у родных казалось ей неправильным. И обучение на платной основе казалось ниже ее достоинства. Поэтому она сделала все, что в ее силах, и даже больше, и доказала самой себе, что способна на большее. Она поступила в лучшую академию магии Льера.
Студенты четвертого курса суетились в просторной светлой аудитории, напряженно обсуждая предстоящее испытание во время отсутствия экзаменатора. Кто-то, абстрагировавшись от суеты, пытался наспех выучить все, что должен был учить в течение года. Единицы, спокойно и уверенно, повторяли знакомый им материал.
Илиас, расположившись в первом ряду с лучшим другом, экзаменовали друг друга. Ребята отлично проявляли себя в учебе, что еще сильнее подчеркивало их высокомерие и заносчивость.
- Видишь бутылку с водой на столе? – заговорщицки прошептала Тина. – Я отвлеку их, а ты подсыпь зелье, и сразу уходим.
Кира кивнула, молча соглашаясь с планом подруги. Остаться незамеченной ей было проще, так как стоило Тине появиться в поле зрения их будущей жертвы, как все внимание Иллиаса было приковано к ней.
Уверенно войдя в аудиторию, покачивая бедрами, Тина подошла к первому ряду и, вздернув носик, с вызовом встала напротив Иллиаса. Светловолосый, высокий юноша, откинувшись на спинку скамейки, нервно постукивал карандашом по столу. Поднял одну бровь и вопросительно посмотрел на стоявшую напротив него Тину, сложившую руки на груди и молча, укоризненно взирающую на него. Оба молчали, испытующе глядя друг на друга. Первым, глубоко вздохнув, нарушил игру в гляделки Иллиас.
- Чем обязан вашему вниманию, госпожа? – Нарочито насмешливо, подчеркивая голосом неуместно уважительные обращения, спросил Иллиас.
Тина смерила его высокомерным взглядом. Любой бы стушевался от такого, но Иллиас, как всегда, оставался невозмутим, чем раздражал оппонентов ещё сильнее.
- Выйдем. Я не собираюсь обсуждать это здесь. – Наконец сквозь зубы ответила Тина и развернулась к выходу. – И друга прихвати, чтобы не говорил потом, что я не предупреждала тебя.
- Ну пойдем, послушаю, что на этот раз ты придумала. – Показательно вздохнув и закатив глаза, Иллиас, с интересом в глазах, поспешил за ней, поманив за собой везде сопровождающего его приятеля.
Воспользовавшись общей суетой и отсутствием хозяина бутылки, Кира схватила ее и, предусмотрительно оставив на столе свой небольшой рюкзачок, вышла из кабинета. Проследив за удаляющимися спинами Тины и ребят, направляющимися к лестнице, ведущей на первый этаж. Она, отвернувшись к информационному стенду, располагавшемуся рядом с кабинетом, и делая вид, что изучает предоставленную на нем информацию, ловко высыпала зелье из маленького флакончика в бутылку. Пальцы ее подрагивали от волнения. Если кто-то заметит, чем она занимается, оправдаться не получится. Стоило бы спрятаться где-нибудь, но времени совсем не оставалось. Вот-вот начнутся занятия, и тогда время будет упущено.
Осторожно листая старенькую книгу, Кира со священным трепетом вчитывалась в названия скрупулезно записанных один за другим рецептов, кратко выписывая в тетрадь особенно заинтересовавшие ее зелья. Она не могла поверить, что этот бесценный кладезь знаний и многолетнего труда попадет к ней в руки. Глаза разбегались, ощущение, что она прикоснулась к чему-то запретному, заставляло сердце биться быстрее и мешало сосредоточиться. Как ребенок, радостно копошащийся в подаренном мешочке конфет, не может определиться, какую сладость съесть первой, так Кира цеплялась взглядом то за один, то за другой рецепт. Ее переполняло желание засесть с книгой наедине на несколько дней и всю ее переписать. Но, к сожалению, сейчас это было невозможно. Книга принадлежала бабушке ее подруги, и прикасаться посторонним к ней было запрещено. Сейчас девушки злостно нарушали это важное семейное правило.
- Как результаты поисков? – Тина одарила подругу ехидным взглядом, понимая, что нужное им зелье Кира даже не начинала искать.
Высокая стройная девушка, поставив на стол перед Кирой чашку ароматного травяного чая, перекинула вьющиеся золотистые волосы через плечо и устроилась рядом на кушетке, забравшись на нее с ногами. Светло-зеленые глаза хитро наблюдали за подругой сквозь толстые линзы очков. Перевернутое отражение светлолицей темноволосой Киры смущенно потупило взгляд карих глаз, в точности повторяя её движения. Она отложила конспектирование рецептов из книги Тининой бабушки и, собрав длинные взлохмаченные волосы в неряшливый пучок на затылке, подсела к подруге, придвигая поближе книгу.
- Тина, это просто невероятно! - восторженно воскликнула она, всплеснув руками, на лице ее сияла счастливая улыбка.
- Ты всегда была не от мира сего. - Засмеялась подруга. - Меня бабка заставляет все это учить. - Закатив глаза, Тина откинулась на спинку кушетки.
- Завидую. - Мечтательно произнесла Кира, представляя, как бы она заучивала эти священные знания, как бы она была благодарна.
Но Тина не разделяла эту жажду знаний. Более ветреная, она предпочитала в свободное время развлекаться вне дома. И уж точно не с книгами.
Взглянув на часы, Тина глубоко вздохнула и вернулась к поискам. Толкнув плечом замечтавшуюся подругу, привлекая ее внимание.
Сообща поиски пошли гораздо плодотворнее и веселее. Наконец, спустя бурные обсуждения, они выбрали понравившееся обеим зелье. Выписав его рецепт, они принялись за приготовление. В бабушкиных закромах нашлось все необходимое, кроме одного единственного ингредиента. Непонятно, зачем в зелье опьянения потребовалось добавлять слезы накладывающей дурман ведьмы. Но времени на долгие размышления у девушек не оставалось, так как Кире нужно было успеть вернуться в общежитие до начала комендантского часа. Кому предстоит пролить слезу, подруги решили определить жребием. Короткую соломинку вытащила Кира. В веселой дружеской компании плакать совсем не хотелось, как она ни старалась вспоминать грустные моменты собственной жизни. Ситуацию спасло находчивое предложение Тины нарезать лук. Как бы это нелепо ни было, других вариантов Кира предложить не могла.
- Заодно поможешь мне, я собиралась готовить ужин, - смеялась подруга.
Выглядело это весьма интересно. Высокая Тина, склонившись, наблюдала за нарезающей луковицу подругой, ростом ей едва ли выше плеч. Держа наготове стеклянный пузырек для сбора слез, утирает рукавом свои собственные. Кира специально распахивала глаза пошире, чтобы быстрее достигнуть желаемого результата, но быстрее луковых удалось набрать слезы смеха. Неважно, какими путями, а дело было сделано.
Закупоренное в маленький стеклянный флакон зелье Кира забрала с собой, утром предстояло осторожно подсыпать его их обидчику Иллиасу. Наглый самоуверенный студент все время надоедал им. Еще когда они были на первом курсе, а он на втором, Иллиас затаил на Тину обиду. Признавшись ей в нежных чувствах, он получил неожиданный для него отказ и вот уже два года не давал им покоя. Кире доставалось просто за компанию, но обидно от этого было еще больше, ведь она-то ни в чем не была виновата. Он всегда носил с собой бутылку с водой, добавляя в нее какие-то растертые в порошок травы для улучшения памяти и выносливости, заговоренные их родовой ворожбой. Так что проблем с поиском, куда бы подсыпать зелье, не должно было возникнуть.
Попрощавшись с подругой, Кира бегом пропустила к общежитию, еле успев до начала комендантского часа. Хорошо, что дом Тины был совсем близко к академии, на территории которой находились два корпуса общежития. Мужской и женский. Вбегая за несколько минут до закрытия дверей, Кира была одарена недовольным взглядом пожилого коменданта. Низкорослый, седовласый мужчина, в старомодном сером костюме тройке, осуждающе смотрел серыми, почти прозрачными глазами на запыхавшуюся студентку.
- Негоже молоденьким девушкам бродить затемно по улицам. - покачал он головой, ворча себе под нос. - Ох, Кира. Плохому только учит тебя твоя подружка.
- Извините, Мирон Мирославович. - Потупив глаза, промямлила Кира.
Все обитатели общежития, и не только, прекрасно понимали, что перечить коменданту было неразумно как минимум. Его возраст и располагающая добродушная внешность не отражали той магической мощи, которой он обладал. И дать ощутимого магического пинка, или чего похлеще, нерадивым студентам никогда не чурался.
- Иди уж.
Пожилой комендант взмахнул рукой в сторону двери, и та подернулась еле заметной дымкой. Словно волна искажения разошлась от двери по стенам. Общежитие было заперто. Да так, что попасть в него было практически невозможно без позволения Мирона Мирославовича.
Все комнаты в общежитии были рассчитаны на двоих. Удобства и кухонный блок располагались на каждом этаже, но поддерживались в идеальной чистоте, за которой следила добродушная экономка Розельда. Она была бытовым среднего уровня. Но работу свою очень любила и всегда повторяла, что наведение порядков для нее как медитация. Вместе с пылью и грязью вычищаются из головы и ненужные мысли. Но если девочки оставляли после себя безобразный бардак в общественных зонах, эта добродушная леди превращалась в истинную змею. Сравнение со змеей действительно первое, что приходило на ум, потому что даже разговор её становился шипящим и угрожающим. Кира на себе ее гнева никогда еще не испытывала, так как к чистоте была приучена с детства. Именно к чистоте, не к аккуратности, потому что на вымытых полах и протертых полках в беспорядочном хаосе грудились горы вещей.
Альмира, соседка по комнате, уже спала. Она редко ложилась спать раньше Киры, но всегда просыпаясь раньше соседки, убегала на дополнительные занятия или в библиотеку. Все свое время она посвящала учебе. Было трудно припомнить, видела ли Кира когда-нибудь ее просто непринужденно общающуюся с кем-то или бездельничающую в свое удовольствие. Даже наоборот, казалось, отдых и простые человеческие радости были ей чужды. К соседке она тоже не проявляла особого интереса, если, конечно, темы не касались учебы. Но лучше так, чем развлекающиеся ночи напролет, ни о чем не думающие вертихвостки, коих было подавляющее большинство. Кира уважала интересы и личное пространство Альмиры и в подруги не набивалась, но и в помощи никогда не отказывала. Девушки быстро научились жить слаженно, не ущемляя друг друга ни в чем.
Не включая свет, чтобы не потревожить спящую соседку, Кира на цыпочках прошла к своей кровати. Медленно, стараясь не скрипеть дверцей старого шкафа, она приоткрыла его, чтобы достать вещи. Но деревянная дверь, вопреки стараниям, оглушающе громко разрезала тишину. Затаив дыхание, Кира обернулась к соседской кровати. Альмира, не шелохнувшись, мирно спала, закутавшись в теплое пышное одеяло. Выматывая себя за день, она почти всегда спала очень крепко. Темно-рыжие длинные волосы разметались по подушке, светлая кожа, в лунном свете, проникающем в комнату из окна, казалась холодной и бледной. Облегченно вздохнув, Кира бесшумно подошла к окну и задернула шторы, отсекая свет, бьющий соседке прямо в лицо. Взяв чистые вещи и полотенце и засунув сумку с тетрадями и зельем подальше под кровать, Кира отправилась в общую душевую. Перед сном еще предстояло пролистать пройденные темы. Усталость студентов не интересовала ни одного преподавателя, поэтому все отговорки, возникающие в ее голове, отметались в зачатке.
***
Академия магии находилась на северной окраине Хайеллы, столицы государства Льер. Льер было одно из самых крупных государств, занимавшее весь небольшой одноименный материк. Все остальные государства разделили второй и последний материк, как минимум в четыре раза превосходивший территориально Льер. Академию возвели на окраине из соображений безопасности. Так как обучать юных магов с их неуемной энергией в окружении мирного населения Хайеллы было бы опрометчиво. А учитывая, сколько магической энергии концентрируется на территории и какие полевые учения порой специально создают для студентов, не то что опрометчиво, даже опасно.
Сама Хайелла возвышалась зданиями вдоль побережья на юге материка. Город был вытянут вдоль берега. Светлые широкие улицы из-за особенностей рельефа постоянно виляли то вверх, то вниз. Академия находилась на возвышении в тупиковой широкой улице, заканчивающейся большим круговым движением для машин с небольшим сквером в центре. Сразу за сквером возвышалось большое, шестиэтажное, величественное строение из тёмного кирпича, этажами выросшее не только вверх, но и уходящее под землю. На академической территории находились и общежития для студентов и приезжих учителей, не имеющих недвижимости в столице и не имеющих возможности пользоваться межпространственными переходами. Прорезать пространство для перехода было весьма энергозатратным занятием. Не каждый маг был готов тратить такое количество магической энергии каждый день. Слабым магам для открытия перехода приходилось накапливать энергию, не растрачивая ее ни на что. Студентам и вовсе не рекомендовалось пользоваться магическими переходами без острой необходимости. Не имея отточенной концентрации и достаточного опыта в прорезании пространства, маг рисковал в лучшем случае затеряться в пространстве, в худшем - просто сгореть при переходе. Затерявшихся умельцев был шанс найти и вернуть. Даже когда оные застревали в межпространстве, сильнейшие маги были способны помочь им выбраться. Погибшим же помочь было невозможно по понятным причинам.
Кира выросла и провела всю свою жизнь в центральной части материка. В небольшом городке Беловодье, известном в стране сельскохозяйственном центре. Свое название город получил благодаря пересекающей его реке Белая. Семья Киры поколениями занималась животноводством. Они владели небольшой фермой на окраине города. С детства Кира и ее братья обучались семейному ремеслу. Они ухаживали за скотом, пасли овец и кур, доили коз, а после изнурительной работы учились в вечерней школе. Дети, все без исключения, любили возиться с животными, и Кира тоже. Но с самого детства она чувствовала, что это не то, чему она хотела бы посвятить свою жизнь. Когда ребята, забросив школьные рюкзаки домой, бежали гулять со сверстниками, Кира отправлялась в городскую библиотеку или запиралась в комнате, чтобы погрузиться с головой в новую книгу. Друзей у нее не было, но и врагов тоже. Она легко находила общий язык с людьми, была приветлива и доброжелательна, но играм зачастую предпочитала учебу. Желание вырваться, добиться большего, выигрывало у желания просто быть ребенком и наслаждаться детством.
Кира стала первой в их семье, поступившей в столичную академию магии, еще и на бесплатной основе. Родители безмерно гордились своей младшей дочерью. Братья не уставали нахваливать сестренку. Все в ее семье были образованными людьми, но обычно предпочитали учиться в сельскохозяйственных и ветеринарных учебных заведениях и продолжать семейное дело. Но желание Киры никто не осудил. Наоборот, семья поддерживала ее стремления и оказывала любую посильную помощь. Попроси она, они бы не отказали бы и в помощи с оплатой обучения. Конечно, это бы сильно ударило по их материальному состоянию. Хоть семья Киры не бедствовала, но обучение в заведении такого уровня стоило больших денег. Даже слишком больших, по мнению Киры. Просить денег у родных казалось ей неправильным. И обучение на платной основе казалось ниже ее достоинства. Поэтому она сделала все, что в ее силах, и даже больше, и доказала самой себе, что способна на большее. Она поступила в лучшую академию магии Льера.
***
Студенты четвертого курса суетились в просторной светлой аудитории, напряженно обсуждая предстоящее испытание во время отсутствия экзаменатора. Кто-то, абстрагировавшись от суеты, пытался наспех выучить все, что должен был учить в течение года. Единицы, спокойно и уверенно, повторяли знакомый им материал.
Илиас, расположившись в первом ряду с лучшим другом, экзаменовали друг друга. Ребята отлично проявляли себя в учебе, что еще сильнее подчеркивало их высокомерие и заносчивость.
- Видишь бутылку с водой на столе? – заговорщицки прошептала Тина. – Я отвлеку их, а ты подсыпь зелье, и сразу уходим.
Кира кивнула, молча соглашаясь с планом подруги. Остаться незамеченной ей было проще, так как стоило Тине появиться в поле зрения их будущей жертвы, как все внимание Иллиаса было приковано к ней.
Уверенно войдя в аудиторию, покачивая бедрами, Тина подошла к первому ряду и, вздернув носик, с вызовом встала напротив Иллиаса. Светловолосый, высокий юноша, откинувшись на спинку скамейки, нервно постукивал карандашом по столу. Поднял одну бровь и вопросительно посмотрел на стоявшую напротив него Тину, сложившую руки на груди и молча, укоризненно взирающую на него. Оба молчали, испытующе глядя друг на друга. Первым, глубоко вздохнув, нарушил игру в гляделки Иллиас.
- Чем обязан вашему вниманию, госпожа? – Нарочито насмешливо, подчеркивая голосом неуместно уважительные обращения, спросил Иллиас.
Тина смерила его высокомерным взглядом. Любой бы стушевался от такого, но Иллиас, как всегда, оставался невозмутим, чем раздражал оппонентов ещё сильнее.
- Выйдем. Я не собираюсь обсуждать это здесь. – Наконец сквозь зубы ответила Тина и развернулась к выходу. – И друга прихвати, чтобы не говорил потом, что я не предупреждала тебя.
- Ну пойдем, послушаю, что на этот раз ты придумала. – Показательно вздохнув и закатив глаза, Иллиас, с интересом в глазах, поспешил за ней, поманив за собой везде сопровождающего его приятеля.
Воспользовавшись общей суетой и отсутствием хозяина бутылки, Кира схватила ее и, предусмотрительно оставив на столе свой небольшой рюкзачок, вышла из кабинета. Проследив за удаляющимися спинами Тины и ребят, направляющимися к лестнице, ведущей на первый этаж. Она, отвернувшись к информационному стенду, располагавшемуся рядом с кабинетом, и делая вид, что изучает предоставленную на нем информацию, ловко высыпала зелье из маленького флакончика в бутылку. Пальцы ее подрагивали от волнения. Если кто-то заметит, чем она занимается, оправдаться не получится. Стоило бы спрятаться где-нибудь, но времени совсем не оставалось. Вот-вот начнутся занятия, и тогда время будет упущено.
