Аннотация к эпизоду
На корабле, захваченном у пиратов, обнаружился очень необычный искин. Шон и лэя Вилари допрашивают капитана пиратов. Шон Эшер, киборг SPY-CHAMELEON.
28-29 декабря 2190 года.
Все, кроме раненых, которых решили пока не будить, собрались за столом в кают-компании. Она, конечно, была поменьше размерами, чем на «Раске», но и сам скейр имел гораздо более скромные габариты. Гарай передал управление автопилоту — всё равно они никуда не летели, а ждали полицию на месте, — и присоединился к Шону, лэе Вилари, Нили и Улле.
Все просто зверски проголодались, поэтому разогретые пайки пришлись как нельзя кстати. Ди уже традиционно дополнил их салатом из свежих овощей. Для Нили он из найденных продуктов приготовил лёгкое, но питательное суфле. Девушку длительное время плохо кормили и сразу давать много обычной пищи ей не следовало. Но и это блюдо для неё сейчас показалась вкуснее, чем любое из самого роскошного ресторана.
После позднего обеда или раннего ужина решили немного изменить размещение экипажа и пассажиров. Гарай и Кейра остались на своих местах. К Рамоне решено было подселить Уллу, а лэя Вилари и Нили заняли другую каюту, не ту, в которой держали пленниц. Слишком уж эта каюта ассоциировалась у них с тюрьмой. Туда перенесли Алерина, когда он проснулся. С ним решили поселить Ди, чтобы было кому в случае необходимости помочь раненому. Шон, как и предлагала лэя Вилари, занял капитанскую каюту. Как-то не сговариваясь, все приняли его лидерство.
Улла и Ди тем временем отправились кормить капитана Хайлари и Алерина, которые уже проснулись. Кейре паёк отнёс Гарай, которого сменил на дежурстве Шон.
Шон устроился в кресле пилота и взялся за изучение данных скейра.
— Попытка несанкционированного доступа к системе корабля, — сообщил искин безэмоциональным машинным голосом, который сложно было бы идентифицировать ни как мужской, ни как женский.
— И что же нужно для этого доступа? — поинтересовался спай.
— Данные биометрии капитана Джона Хассера, — ответил искин.
— Ну, хорошо, будут тебе данные, — сказал Шон, вставая.
— Надеюсь, вы не собираетесь принести сюда глаз капитана Хассера и его руку? — задал неожиданный вопрос искин. — Это было бы негуманно.
Шон даже замер. Показалось или нет, что в голосе искина проскользнула нотка издёвки?
— Гуманность по отношению к пиратам? О чём вообще речь? — пожал он плечами. — Но нет, у меня другие методы. — И он вышел из кают-компании.
Придя в трюм, Шон открыл модуль, в котором находился капитан Хассер. Взяв его правую руку, он внимательно просканировал её, снял отпечатки. То же самое проделал со второй рукой. Потом приоткрыл пирату веки, сделал скан сетчатки одного глаза, затем второго. Капитан даже не проснулся — седативный препарат всё ещё действовал. Подумав немного, Шон раздел Хассера донага, тщательно просканировал его со всех сторон, снял зубную карту, а также отпечатки ушных раковин и стоп. Зафиксировал особенности строения и состояния внутренних органов.
Снова одев и уложив пирата в модуль, закрыв и заперев крышку, Шон вернулся в кают-компанию.
— Я готов! — сказал он, заняв место пилота.
Он поднял ладони и широко раскрыл глаза, чтобы искин мог просканировать его.
— Биометрия подтверждена, — сообщил искин. — Как вы это сделали? — А вот теперь в машинном голосе появилось явное удивление. — И зачем раздевали капитана?
— Много будешь знать — процессор перегреется и инфокристаллы расплавятся, — заявил Шон.
Ему уже стало интересно, что это за любопытный такой искин у пиратов. Он вошёл в систему и стал разбираться с данными скейра.
Как Шон и предполагал, корабль был краденый. То есть, изначально он принадлежал — та-да! — некоему лэю Альтамиру Элидари.
«Ух, ты! Знакомая фамилия! Не родственничек ли случайно моего незабвенного знакомого лэя Алироя Элидари?» — подумал он.
Покопавшись немного, Шон убедился, что так оно и было. Лэй Альтамир Элидари приходился племянником лэю Алирою. Вызвав в вирт-окне изображение лэя Альтамира, Шон полюбовался на породистую скуластую физиономию с фамильными сиреневыми глазами и длинными белыми волосами, заплетёнными в тугую косу. Семейное сходство было очевидным даже для простого человеческого глаза, тем более — для датчиков спая.
«Хорош племянничек у лэя Алироя! Прямо красавец, хоть и запакован в официальный костюм», — подумал Шон.
— Сколько ему лет? Ага, вот — сорок пять. Хм, молодой совсем, — произнёс он вслух. — Талантливый молодой учёный, подающий большие надежды, — читал он. — Чтобы лемиссы про кого-то такого молодого да так написали, это надо просто супер-гением быть!
— Спасибо! — произнёс голос искина.
— А? — Шон даже головой покрутил, но никого не было, искин никак не визаулизировался. — За что спасибо?
— За высокую оценку хозяина.
— Не за что! — Шо продолжил читать. — О! Какое несчастье — твой хозяин погиб при столкновении с пиратами, когда летел на какую-то научную конференцию.
— Увы, — голос искина снова стал тусклым.
— Не кисни! По поводу его клонирования было принято решение Верховного Совета Звёздного архипелага Лемисса, — прочитал Шон. — Совет счёл, что лэй Альтамир Элидари может принести ещё много пользы как Лемиссе в частности, так и всей галактике. Его знания, опыт и идеи являются уникальными. Вот, видишь! Жив твой хозяин.
— Это прекрасно, — согласился искин.
— Интересно, как установили, что он именно погиб, а не находится в плену? — Шон продолжил искать дальше. — Вот. Тело было найдено в спасательной капсуле вместе с другими членами экипажа. Что, их всех убили?
— Лэя Альтамира тяжело ранили и, чтобы не попасть в плен, он произнёс особый код, который активировал вшитую капсулу с мгновенным ядом, — сообщил искин. — Таков обязательный протокол. Он владел слишком ценными знаниями и технологиями, чтобы допустить их попадание к пиратам.
— Да уж, это я уже понял. Создание цифровой матрицы личности, перенос личности в тело клона, корректировка личности, — перечислил Шон. — Это далеко не всё, чем занимался твой хозяин. То-то у него искин такой интересный. Тебе весьма неплохо прокачали программу субличности!
— Благодарю! — сухо отозвался искин.
Шон засёк движение в коридоре. Из каюты вышла Нили, заглянула в кают-компанию.
— Ой, а кто это? — с любопытством спросила она, робко подходя к креслу пилота, в котором устроился Шон, и показывая на изображение в вирт-окне.
— Бывший хозяин этого корабля, лэй Альтамир Элидари, — ответил Шон.
— Красивый, — покраснев, сказала Нили.
Шон краем глаза заметил, как голограмма лэя Альтамира улыбнулась и подмигнула. Спай показал в пространство кулак и, подключившись к системе напрямую, отправил сообщение по внутренней связи:
«Не смущай девочку»
«Ого! Ты и так умеешь?! Кто ты такой вообще? Или что?»
«Я тебе уже говорил про перегревающийся процессор? Вот и не суй свой цифровой нос куда не надо. Это может быть чревато. Для тебя, в первую очередь».
«Понял. Молчу».
«И девочку не смущай. Дай ей прийти в себя! Я и так боюсь, что она в Ди влюбится, а тут ты».
«Слушай, не перегибай палку! Я всего лишь голограмма».
«Ты красивая картинка красивого мужика! — припечатал спай. — Хозяин твой, между прочим, по лемисским меркам совсем ещё молодой. Как наши человеческие парни двадцати с небольшим лет. Не больше. И ты, похоже, от них не отличаешься. Нечего глазки девочке строить!»
«Понял, принял, осознал», — покаялся искин.
Голограмма над пультом управления погасла, вместо неё появился стандартный значок корабельного искина.
Нили с сожалением вздохнула.
— Вы что-то хотели, лэйи Вилари? — поинтересовался Шон.
— А? Я? — растерялась Нили.
Шон подбадривающе кивнул:
— Не стесняйтесь, спрашивайте.
— Нимайи заснула. А я... можно я здесь у вас посижу? — робко спросила она.
— Разумеется. Хотите сесть во второе кресло и посмотреть на звёзды? — предложил Шон.
— Можно? Правда? У нас в каюте всегда был закрыт иллюминатор, — пожаловалась она, садясь в ложемент навигатора.
— Представляю себе! Так и с ума сойти можно в четырёх стенах, — покачал он головой.
— Я иногда подсматривала из коридора, — призналась Нили. — Когда пилот не видел. — Она подтянула к груди острые коленки и тут же, ойкнув, выпрямила ноги.
— Ничего страшного, — улыбнулся Шон. — Сиди, как удобно. То есть, сидите.
— Ничего страшного, — повторила его слова Нили. — Можно и на «ты». Вы же знакомый нимайи Тайрины?
— Не очень давний, но, как видишь, мы успели пережить вместе немало напряжённых моментов.
— Нимайи Тайрина умеет знакомиться с хорошими людьми, — застенчиво взглянула на него Нили.
— Спасибо, — рассмеялся Шон. — Лэя Вилари замечательная женщина. Я глубоко уважаю её и рад, что мне довелось познакомиться с ней лично. Конечно, знакомство оказалось связано с трагедией. Хотя и хорошего хватало. Например, мы играли в тавлес.
— В тавлес? Ох, как же давно я не играла в тавлес, — грустно вздохнула Нили.
— Ничего, мы обязательно сыграем. И даже до конца полёта, — пообещал Шон. — Нам ещё почти два дня лететь до Исарры. Сперва дождёмся полицию. Там тоже не всё так быстро уладится. Так что будет время для тавлес.
— Спасибо большое! — личико Нили повеселело.
— Искин, имеется ли возможность организовать игру в тавлес? — спросил Шон.
— Да, разумеется. Я могу развернуть голографическое игровое поле на платформе, встроенной в стол, — ответил искин. — И, да, ко мне можно обращаться по имени.
— Вот как? — Шон насмешливо вскинул левую бровь. — И как же?
— Альт, — сообщил искин. — Корабль больше не в руках пиратов, так что я могу раскрыть эту информацию.
— Очень приятно, Альт! Я — Нили, — наклонила голову девушка, не зная в какую, собственно, сторону обращаться. — Это же ты показывал мне фильмы про природу на разных планетах?
— Очень рад вашему освобождению, лэйи! — прозвучал голос искина совсем рядом, так что Нили даже головой закрутила.
— Улла принесла мне старый инфон одного из пиратов. По нему нельзя было ни позвонить, ни выйти в инфонет, но там были какие-то простенькие игры, — пояснила Нили. — А потом вдруг на нём стали включаться фильмы. Просто документальные зарисовки. Даже без закадрового голоса. Они сами выключались, когда кто-то хотел войти в каюту, и я прятала инфон. Значит, это ты, Альт, включал их?
— Мне больно было видеть вас в плену, лэи Нили, — голос искина прозвучал печально. — Я не мог включать вам фильмы с голосами, чтобы не привлекать внимание пиратов. Но хотя бы так я пытался поддерживать вас.
— Спасибо огромное, Альт! — растроганно произнесла Нили.
— Очень интересно! — Шон скрестил руки на груди. — Что ты ещё скрываешь, Альт?
— Всему своё время, господин Шон Эшер, — отозвался искин.
Шон напрягся, потом вспомнил, что по имени его называли все, плюс на груди был прикреплён бейджик с его именем и фамилией. Впрочем, от такого искина можно было ожидать чего угодно. Это он уже понял.
В коридоре послышалось тихое шипение открываемой двери. Шон определил, что это лэя Вилари. И тут же послышались её торопливые шаги и в кают-компанию заглянула она сама.
— Нили! Ты здесь! Я уже заволновалась, — лэя Вилари подошла к креслу, в котором сидела Нили, обняла ей. — Проснулась, а тебя нет.
— А я здесь, — улыбнулась Нили. — С Шоном и Альтом.
— С Альтом? Кто это? — удивилась лэя Вилари.
— Это искин корабля, — объяснила Нили.
— Рад приветствовать вас, лэя Вилари, — произнёс голос.
— Ох, Звёзды! — даже вздрогнула лэя Тайрина, хватаясь за сердце. — Кто здесь?
— Это я, — голос прозвучал сзади, заставив всех обернуться.
Над голоплатформой, вмонтированной в стол, появилась голограмма здоровенной... крысы. Нет, не какой-то отвратительной крысы-хмары из трущоб Раммиджа. Это была большущая, с крупную собаку вроде овчарки, толстая крыса с пушистой серо-белой шерстью. Точнее, всё-таки крыс. Он смотрел на них выпуклыми чёрными с фиолетовым отливом бусинами глаз и, казалось, чего-то ждал. Потом нерешительно переступил своими розовыми лапами с почти человеческими пальцами, наморщил розовый же, покрытый коротенькой белой шёрсткой нос, и... чихнул.
Лэя Вилари и Нили вздрогнули и улыбнулись — потешная морда крыса и особенно его уши-лопушки не вызывали неприятных ассоциаций.
— Это ты, Альт? — спросила Нили.
— Я.
Крыс провёл передними лапами по своей белой мордочке, как будто умывался.
— Какой ты милый! Пушистый! — восторженно протянула Нили. — Так бы и потискать такого пушистика!
— Но-но! — Крыс сел на пушистую попу, сложив передние лапы на толстом белом брюшке. — Попрошу без рук!
Эта неожиданная фраза разрядила обстановку, заставив всех засмеяться.
— С руками не получится, к сожалению, — улыбнулась Нили.
— А, может, оно и к лучшему, — с глубокомысленным видом заявил крыс, косясь умными глазками на Шона.
— Альт, а не подскажете, как называется ваш корабль? — поинтересовалась лэя Вилари.
— Пираты дали ему название «Лаки Пайк» — «Везучая Щука», — ответил крыс. — Изначально же он назывался «Алaс».
— «Быстрый» — перевела на интерлингву Нили.
— Да, — подтвердил Альт. — И он действительно быстрый и манёвренный. И даже может летать в планетарной атмосфере. Внешнее покрытие способно выдерживать большие перепады температур, в том числе — очень высокие.
Шон рассказал лэе Вилари, что раньше скейр принадлежал известному молодому учёному лэю Альтамиру Элидари. Лэя Вилари припомнила, что была лично знакома с родителями лэя Альтамира и его дядей.
«Как тесен мир! И даже Вселенная не так уж велика, как показывает практика, — философски подумал Шон. — Такими темпами я и с самим Алироем как-нибудь снова встречусь».
Хотя Шон и опасался, что Альт как-то не так повлияет на Нили, но всё уладилось словно само собой. Забавная, хоть и довольно крупная визуализация сыграла свою роль. И обстановку разрядила, и общаться с искином стало легче. Крыс не сидел неподвижным истуканом, у него была живая мимика, местами крысиная, местами человеческая. Он шевелился, делал какие-то жесты, опять же, какие-то типично крысиные, какие-то — чисто человеческие. Словно это было реальное, живое существо. Только говорящее.
После ужина Гарай сменил Шона, а остальные разошлись по своим каютам отдыхать.
Шон сидел в каюте капитана Хассера перед инфоблоком, полностью погрузившись в свои мысли. Нужно было обдумать свои дальнейшие действия. Конечно, у него есть работа — тестировщик в CAIS это и денежно, и престижно. Жильё найдёт. Тем более, если сможет прибегать к средствам, которые он всё-таки позаимствовал у Дорги. Понятно, что аккуратно, соблюдая предосторожности и не шикуя особо, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания. Эта сторона жизни Шона мало беспокоила.
Ему не давало покоя совсем другое. То, в каком состоянии он увидел Нили, напомнило ему об Алише и о Рут.
28-29 декабря 2190 года.
Все, кроме раненых, которых решили пока не будить, собрались за столом в кают-компании. Она, конечно, была поменьше размерами, чем на «Раске», но и сам скейр имел гораздо более скромные габариты. Гарай передал управление автопилоту — всё равно они никуда не летели, а ждали полицию на месте, — и присоединился к Шону, лэе Вилари, Нили и Улле.
Все просто зверски проголодались, поэтому разогретые пайки пришлись как нельзя кстати. Ди уже традиционно дополнил их салатом из свежих овощей. Для Нили он из найденных продуктов приготовил лёгкое, но питательное суфле. Девушку длительное время плохо кормили и сразу давать много обычной пищи ей не следовало. Но и это блюдо для неё сейчас показалась вкуснее, чем любое из самого роскошного ресторана.
После позднего обеда или раннего ужина решили немного изменить размещение экипажа и пассажиров. Гарай и Кейра остались на своих местах. К Рамоне решено было подселить Уллу, а лэя Вилари и Нили заняли другую каюту, не ту, в которой держали пленниц. Слишком уж эта каюта ассоциировалась у них с тюрьмой. Туда перенесли Алерина, когда он проснулся. С ним решили поселить Ди, чтобы было кому в случае необходимости помочь раненому. Шон, как и предлагала лэя Вилари, занял капитанскую каюту. Как-то не сговариваясь, все приняли его лидерство.
Улла и Ди тем временем отправились кормить капитана Хайлари и Алерина, которые уже проснулись. Кейре паёк отнёс Гарай, которого сменил на дежурстве Шон.
Шон устроился в кресле пилота и взялся за изучение данных скейра.
— Попытка несанкционированного доступа к системе корабля, — сообщил искин безэмоциональным машинным голосом, который сложно было бы идентифицировать ни как мужской, ни как женский.
— И что же нужно для этого доступа? — поинтересовался спай.
— Данные биометрии капитана Джона Хассера, — ответил искин.
— Ну, хорошо, будут тебе данные, — сказал Шон, вставая.
— Надеюсь, вы не собираетесь принести сюда глаз капитана Хассера и его руку? — задал неожиданный вопрос искин. — Это было бы негуманно.
Шон даже замер. Показалось или нет, что в голосе искина проскользнула нотка издёвки?
— Гуманность по отношению к пиратам? О чём вообще речь? — пожал он плечами. — Но нет, у меня другие методы. — И он вышел из кают-компании.
Придя в трюм, Шон открыл модуль, в котором находился капитан Хассер. Взяв его правую руку, он внимательно просканировал её, снял отпечатки. То же самое проделал со второй рукой. Потом приоткрыл пирату веки, сделал скан сетчатки одного глаза, затем второго. Капитан даже не проснулся — седативный препарат всё ещё действовал. Подумав немного, Шон раздел Хассера донага, тщательно просканировал его со всех сторон, снял зубную карту, а также отпечатки ушных раковин и стоп. Зафиксировал особенности строения и состояния внутренних органов.
Снова одев и уложив пирата в модуль, закрыв и заперев крышку, Шон вернулся в кают-компанию.
— Я готов! — сказал он, заняв место пилота.
Он поднял ладони и широко раскрыл глаза, чтобы искин мог просканировать его.
— Биометрия подтверждена, — сообщил искин. — Как вы это сделали? — А вот теперь в машинном голосе появилось явное удивление. — И зачем раздевали капитана?
— Много будешь знать — процессор перегреется и инфокристаллы расплавятся, — заявил Шон.
Ему уже стало интересно, что это за любопытный такой искин у пиратов. Он вошёл в систему и стал разбираться с данными скейра.
Как Шон и предполагал, корабль был краденый. То есть, изначально он принадлежал — та-да! — некоему лэю Альтамиру Элидари.
«Ух, ты! Знакомая фамилия! Не родственничек ли случайно моего незабвенного знакомого лэя Алироя Элидари?» — подумал он.
Покопавшись немного, Шон убедился, что так оно и было. Лэй Альтамир Элидари приходился племянником лэю Алирою. Вызвав в вирт-окне изображение лэя Альтамира, Шон полюбовался на породистую скуластую физиономию с фамильными сиреневыми глазами и длинными белыми волосами, заплетёнными в тугую косу. Семейное сходство было очевидным даже для простого человеческого глаза, тем более — для датчиков спая.
«Хорош племянничек у лэя Алироя! Прямо красавец, хоть и запакован в официальный костюм», — подумал Шон.
— Сколько ему лет? Ага, вот — сорок пять. Хм, молодой совсем, — произнёс он вслух. — Талантливый молодой учёный, подающий большие надежды, — читал он. — Чтобы лемиссы про кого-то такого молодого да так написали, это надо просто супер-гением быть!
— Спасибо! — произнёс голос искина.
— А? — Шон даже головой покрутил, но никого не было, искин никак не визаулизировался. — За что спасибо?
— За высокую оценку хозяина.
— Не за что! — Шо продолжил читать. — О! Какое несчастье — твой хозяин погиб при столкновении с пиратами, когда летел на какую-то научную конференцию.
— Увы, — голос искина снова стал тусклым.
— Не кисни! По поводу его клонирования было принято решение Верховного Совета Звёздного архипелага Лемисса, — прочитал Шон. — Совет счёл, что лэй Альтамир Элидари может принести ещё много пользы как Лемиссе в частности, так и всей галактике. Его знания, опыт и идеи являются уникальными. Вот, видишь! Жив твой хозяин.
— Это прекрасно, — согласился искин.
— Интересно, как установили, что он именно погиб, а не находится в плену? — Шон продолжил искать дальше. — Вот. Тело было найдено в спасательной капсуле вместе с другими членами экипажа. Что, их всех убили?
— Лэя Альтамира тяжело ранили и, чтобы не попасть в плен, он произнёс особый код, который активировал вшитую капсулу с мгновенным ядом, — сообщил искин. — Таков обязательный протокол. Он владел слишком ценными знаниями и технологиями, чтобы допустить их попадание к пиратам.
— Да уж, это я уже понял. Создание цифровой матрицы личности, перенос личности в тело клона, корректировка личности, — перечислил Шон. — Это далеко не всё, чем занимался твой хозяин. То-то у него искин такой интересный. Тебе весьма неплохо прокачали программу субличности!
— Благодарю! — сухо отозвался искин.
Шон засёк движение в коридоре. Из каюты вышла Нили, заглянула в кают-компанию.
— Ой, а кто это? — с любопытством спросила она, робко подходя к креслу пилота, в котором устроился Шон, и показывая на изображение в вирт-окне.
— Бывший хозяин этого корабля, лэй Альтамир Элидари, — ответил Шон.
— Красивый, — покраснев, сказала Нили.
Шон краем глаза заметил, как голограмма лэя Альтамира улыбнулась и подмигнула. Спай показал в пространство кулак и, подключившись к системе напрямую, отправил сообщение по внутренней связи:
«Не смущай девочку»
«Ого! Ты и так умеешь?! Кто ты такой вообще? Или что?»
«Я тебе уже говорил про перегревающийся процессор? Вот и не суй свой цифровой нос куда не надо. Это может быть чревато. Для тебя, в первую очередь».
«Понял. Молчу».
«И девочку не смущай. Дай ей прийти в себя! Я и так боюсь, что она в Ди влюбится, а тут ты».
«Слушай, не перегибай палку! Я всего лишь голограмма».
«Ты красивая картинка красивого мужика! — припечатал спай. — Хозяин твой, между прочим, по лемисским меркам совсем ещё молодой. Как наши человеческие парни двадцати с небольшим лет. Не больше. И ты, похоже, от них не отличаешься. Нечего глазки девочке строить!»
«Понял, принял, осознал», — покаялся искин.
Голограмма над пультом управления погасла, вместо неё появился стандартный значок корабельного искина.
Нили с сожалением вздохнула.
— Вы что-то хотели, лэйи Вилари? — поинтересовался Шон.
— А? Я? — растерялась Нили.
Шон подбадривающе кивнул:
— Не стесняйтесь, спрашивайте.
— Нимайи заснула. А я... можно я здесь у вас посижу? — робко спросила она.
— Разумеется. Хотите сесть во второе кресло и посмотреть на звёзды? — предложил Шон.
— Можно? Правда? У нас в каюте всегда был закрыт иллюминатор, — пожаловалась она, садясь в ложемент навигатора.
— Представляю себе! Так и с ума сойти можно в четырёх стенах, — покачал он головой.
— Я иногда подсматривала из коридора, — призналась Нили. — Когда пилот не видел. — Она подтянула к груди острые коленки и тут же, ойкнув, выпрямила ноги.
— Ничего страшного, — улыбнулся Шон. — Сиди, как удобно. То есть, сидите.
— Ничего страшного, — повторила его слова Нили. — Можно и на «ты». Вы же знакомый нимайи Тайрины?
— Не очень давний, но, как видишь, мы успели пережить вместе немало напряжённых моментов.
— Нимайи Тайрина умеет знакомиться с хорошими людьми, — застенчиво взглянула на него Нили.
— Спасибо, — рассмеялся Шон. — Лэя Вилари замечательная женщина. Я глубоко уважаю её и рад, что мне довелось познакомиться с ней лично. Конечно, знакомство оказалось связано с трагедией. Хотя и хорошего хватало. Например, мы играли в тавлес.
— В тавлес? Ох, как же давно я не играла в тавлес, — грустно вздохнула Нили.
— Ничего, мы обязательно сыграем. И даже до конца полёта, — пообещал Шон. — Нам ещё почти два дня лететь до Исарры. Сперва дождёмся полицию. Там тоже не всё так быстро уладится. Так что будет время для тавлес.
— Спасибо большое! — личико Нили повеселело.
— Искин, имеется ли возможность организовать игру в тавлес? — спросил Шон.
— Да, разумеется. Я могу развернуть голографическое игровое поле на платформе, встроенной в стол, — ответил искин. — И, да, ко мне можно обращаться по имени.
— Вот как? — Шон насмешливо вскинул левую бровь. — И как же?
— Альт, — сообщил искин. — Корабль больше не в руках пиратов, так что я могу раскрыть эту информацию.
— Очень приятно, Альт! Я — Нили, — наклонила голову девушка, не зная в какую, собственно, сторону обращаться. — Это же ты показывал мне фильмы про природу на разных планетах?
— Очень рад вашему освобождению, лэйи! — прозвучал голос искина совсем рядом, так что Нили даже головой закрутила.
— Улла принесла мне старый инфон одного из пиратов. По нему нельзя было ни позвонить, ни выйти в инфонет, но там были какие-то простенькие игры, — пояснила Нили. — А потом вдруг на нём стали включаться фильмы. Просто документальные зарисовки. Даже без закадрового голоса. Они сами выключались, когда кто-то хотел войти в каюту, и я прятала инфон. Значит, это ты, Альт, включал их?
— Мне больно было видеть вас в плену, лэи Нили, — голос искина прозвучал печально. — Я не мог включать вам фильмы с голосами, чтобы не привлекать внимание пиратов. Но хотя бы так я пытался поддерживать вас.
— Спасибо огромное, Альт! — растроганно произнесла Нили.
— Очень интересно! — Шон скрестил руки на груди. — Что ты ещё скрываешь, Альт?
— Всему своё время, господин Шон Эшер, — отозвался искин.
Шон напрягся, потом вспомнил, что по имени его называли все, плюс на груди был прикреплён бейджик с его именем и фамилией. Впрочем, от такого искина можно было ожидать чего угодно. Это он уже понял.
В коридоре послышалось тихое шипение открываемой двери. Шон определил, что это лэя Вилари. И тут же послышались её торопливые шаги и в кают-компанию заглянула она сама.
— Нили! Ты здесь! Я уже заволновалась, — лэя Вилари подошла к креслу, в котором сидела Нили, обняла ей. — Проснулась, а тебя нет.
— А я здесь, — улыбнулась Нили. — С Шоном и Альтом.
— С Альтом? Кто это? — удивилась лэя Вилари.
— Это искин корабля, — объяснила Нили.
— Рад приветствовать вас, лэя Вилари, — произнёс голос.
— Ох, Звёзды! — даже вздрогнула лэя Тайрина, хватаясь за сердце. — Кто здесь?
— Это я, — голос прозвучал сзади, заставив всех обернуться.
Над голоплатформой, вмонтированной в стол, появилась голограмма здоровенной... крысы. Нет, не какой-то отвратительной крысы-хмары из трущоб Раммиджа. Это была большущая, с крупную собаку вроде овчарки, толстая крыса с пушистой серо-белой шерстью. Точнее, всё-таки крыс. Он смотрел на них выпуклыми чёрными с фиолетовым отливом бусинами глаз и, казалось, чего-то ждал. Потом нерешительно переступил своими розовыми лапами с почти человеческими пальцами, наморщил розовый же, покрытый коротенькой белой шёрсткой нос, и... чихнул.
Лэя Вилари и Нили вздрогнули и улыбнулись — потешная морда крыса и особенно его уши-лопушки не вызывали неприятных ассоциаций.
— Это ты, Альт? — спросила Нили.
— Я.
Крыс провёл передними лапами по своей белой мордочке, как будто умывался.
— Какой ты милый! Пушистый! — восторженно протянула Нили. — Так бы и потискать такого пушистика!
— Но-но! — Крыс сел на пушистую попу, сложив передние лапы на толстом белом брюшке. — Попрошу без рук!
Эта неожиданная фраза разрядила обстановку, заставив всех засмеяться.
— С руками не получится, к сожалению, — улыбнулась Нили.
— А, может, оно и к лучшему, — с глубокомысленным видом заявил крыс, косясь умными глазками на Шона.
— Альт, а не подскажете, как называется ваш корабль? — поинтересовалась лэя Вилари.
— Пираты дали ему название «Лаки Пайк» — «Везучая Щука», — ответил крыс. — Изначально же он назывался «Алaс».
— «Быстрый» — перевела на интерлингву Нили.
— Да, — подтвердил Альт. — И он действительно быстрый и манёвренный. И даже может летать в планетарной атмосфере. Внешнее покрытие способно выдерживать большие перепады температур, в том числе — очень высокие.
Шон рассказал лэе Вилари, что раньше скейр принадлежал известному молодому учёному лэю Альтамиру Элидари. Лэя Вилари припомнила, что была лично знакома с родителями лэя Альтамира и его дядей.
«Как тесен мир! И даже Вселенная не так уж велика, как показывает практика, — философски подумал Шон. — Такими темпами я и с самим Алироем как-нибудь снова встречусь».
Хотя Шон и опасался, что Альт как-то не так повлияет на Нили, но всё уладилось словно само собой. Забавная, хоть и довольно крупная визуализация сыграла свою роль. И обстановку разрядила, и общаться с искином стало легче. Крыс не сидел неподвижным истуканом, у него была живая мимика, местами крысиная, местами человеческая. Он шевелился, делал какие-то жесты, опять же, какие-то типично крысиные, какие-то — чисто человеческие. Словно это было реальное, живое существо. Только говорящее.
После ужина Гарай сменил Шона, а остальные разошлись по своим каютам отдыхать.
Шон сидел в каюте капитана Хассера перед инфоблоком, полностью погрузившись в свои мысли. Нужно было обдумать свои дальнейшие действия. Конечно, у него есть работа — тестировщик в CAIS это и денежно, и престижно. Жильё найдёт. Тем более, если сможет прибегать к средствам, которые он всё-таки позаимствовал у Дорги. Понятно, что аккуратно, соблюдая предосторожности и не шикуя особо, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания. Эта сторона жизни Шона мало беспокоила.
Ему не давало покоя совсем другое. То, в каком состоянии он увидел Нили, напомнило ему об Алише и о Рут.
