Нет, это уже ни в какие рамки! Ни в какие, даже самые терпеливые!
Сколько можно издеваться над самыми безропотными живыми существами? Да-да, деревья самые беспомощные творения природы. Ни одно животное не испытывает столько ограничений, сколько они - вечно неподвижные, вынужденные быть терпеливыми. Их рубят топором, сцеживают соки, обдирают бересту, а они… просто продолжают бороться за собственную жизнь, и обеспечивают этой самой жизнью окружающих. Дают стены жилью, сохраняют от ветров и морозов, сдерживают берега рек. Долго б мы прожили бы мы без леса, скажите мне?
И что теперь делать ей, Рогнеде, потомственной лесной ведьме, если ее собственный, тщательно оберегаемый лес, вот уже второй месяц заливает дождями? Вот что значит – в лесу сменился водяной. Прежний - тот хорошо знал, сколько осадков наворожить. Пару дождиков в месяц, и стояли ее подопечные зелененькими, жизнерадостно поблескивая глянцевыми листочками.
Жалко, ушел сосед. Куда только делся, хитро… мудрый? Хорошо ведь жили. Небось, подался на Север, как и вся нечисть. Как говорится, меньше людей – больше спокойствия. Местные жители хоть и редко бродили к озеру, но тоже изредка доставляли неприятности. Кто утопнуть придет, а кто и клад клянчит показать, богатств и сокровищ жаждет, сказок начитавшись. Смешные они, крестьяне.
И с исчезновением водяного на улице льёт, не переставая. Ливень за ливнем. И всё из-за дурного новичка! Неуча, что ли, из столицы прислали? Издевается над лесом, каждый день дождь вызывает, паразит. Вот что, спрашивается, творит. Заливает ее вотчину, меры не знаючи.
О, божиня, ну зачем ты сотворила мир так, чтобы только владеющие водяным даром могли вызвать или прекратить дождь? Почему не наделила этим даром всех ведающих? Ох, сколько полезного Рогнеда могла бы сделать, умей она управлять водой! Полить сухие полянки, или сделать пруды для животных… а еще можно осушить излишне заболоченные участки! Да, именно, это поможет спасти в лесу редкий вид стеклянного клена от плесневого грибка! Уж сколько сих ведьма потратила на их восстановление после влажного лета, уму непостижимо. И все её усилия рискуют раствориться вместе с ливнями, устроенными новым водяным. Как есть, гад ползучий.
Терпение лопнуло аккурат в тот момент, когда Рогнеда возвращалась домой.
Сегодня она ходила до дальних угодий, где в ущелье после прошлогоднего пожара росли молодые березки. Глубокий ручеек подтачивал им корни, не давая толком прижиться. Требовалась регулярная подпитка чистой силой. Очень уж хотелось поскорее восстановить живописный зеленый уголок, с одной стороны которого стояли высокие горы, а с другой весело звенел ручей.
Березки пострадали, когда какому-то деревенскому дурню в позапрошлую осень вздумалось приползти в чащу в поисках созревшей кислючи – кислой полезной ягоды, из которой деревенские жители любили готовить простые лекарства от простуды. Разжег костерок. Пожар и полыхнул в мгновение ока. Осень-то стояла теплая, на землю как раз падали сухие листья. Занялись враз! Хорошо еще, полыхнула лишь малая полянка. Скалы и речушка отгородили лес от огня.
Ух как ведьма тогда разозлилась! Созвала местную стаю волков, дала указание припугнуть, чтоб духу на ее территории больше не было. «Больше в лес носа не казал», - хихикнула себе под нос.
И тут, вспоминая неприятные события, Рогнеда потеряла бдительность и… со звонким хлюпом упала аккурат в ручей. Облилась холодной премерзкой водой. Вымазалась в глине. Порвала прекрасное платье о сук обгорелого пня, выползая по скользкому берегу. Что за невезение! Разъяренная неудачей, мечтая лишь добраться до собственной баньки, Рогнеда торопливо возвращалась по лесу. Ничего, дом недалеко. Уже скоро она сможет вымыться, надеть сухое, а еще – о, скорей бы! – согреться возле теплой печки.
О том, что всегда есть «куда хуже» судьба напомнила еще быстрее. Сверху заморосил мелкий противный дождь. Тот самый, что больше выматывает своей монотонностью, и совсем не очищает.
- У-убью-ю! – возопила она, размазывая грязь по лицу и с отчаянием рассматривая разводы на ладони. Какая она, должно быть, сейчас чушка. Неопрятная, замызганная чушка! Должно быть, лица не видно под всей этой грязью!
Ну почему она не взяла с собой метлу? Глупые предрассудки, что не старуха, по воздуху рассекать. Да хоть трижды плесень, а была бы уже дома. Ярость всплеснулась с новой силой, требуя найти виноватого во всех несчастьях.
- Я тебе покажу, как честных ведьм до греха доводить! Вдругорядь сто раз подумаешь!
Размахивая руками от негодования, Рогнеда забыла про дом и бросилась в сторону Чудьего озера, где стоял домик водяного, намереваясь высказать ему всё, что думает о неслыханной наглости. А по пути утешалась бормотанием под нос самых страшных проклятий, какие знала: наводящих почесуху, свиноухо, заикание, понос (авось, пригодится при встрече), болиголовье и просто насморк. Ух она сейчас увидит его, да поучит уму-разуму!
На берег выскочила как ошпаренная. И даже притормозила, чтобы оглядеться. Давненько тут не была. Озеро небольшое, красивое, все изрезанное бухточками, как клякса. И вот любопытное дело - рябинки и березки, что по берегу росли, сейчас выглядели куда как хуже прежнего. Листья обвисли, появился пыльный налет. Что за чертовщина? Мимоходом коснувшись ближайшего ствола, ведьма получила ответный усталый отклик. Такой дают старые или больные деревья, но никак не молодняк.
«Так, я не поняла, где тут у нас новый хозяин? Кого богиня в соседи послала? Я ему сейчас дам на щи, уморил мне всю округу. Хоть бы позвал, бестолочь! Видит же, что растения мертвеют, и молчит. Молчит и заливает всю округу!».
С прошлым водяным ведьма встречались редко. Замкнутый был тип, необщительный. Несло от него постоянно то тиной, то протухшей рыбой. Особенно в последнее время. По силе слабый, даром что нечисть. Но за озером следил, ничего дурного не скажешь. Только о том, что водяной пропал в неизвестном направлении, ведьма узнала от сороки-вестницы. Сплетница облетела весь лес, когда из департамента магии телепортом на озеро пожаловала комиссия. Чего-то походила, посмотрела, да и ушла. А взамен появился новичок.
А вот и он. Стоит перед озером на корточках, водит руками по глади. Чародействует.
Фигурой высок да худ. Одежда ладная: рубашка облегает плечи, не висит мешком, заправлена в серые холщовые брюки. Волосы длинноваты, хоть и не патлы. Хорош. И не юнец он вовсе, сразу видно, опытный маг. Явно городской. Тогда зачем, черт побери, он натворил столько гадостей?
Возле ног мага вертелась собачонка. Серая дворняжка. Рогнеда даже засмотрелась, как та подпрыгивает, будто лисица, играется. Она первая и заметила гостью. Молча бросилась навстречу, ткнулась в ноги, то ли знакомясь, то ли приветствуя, и снова отскочила. Припала к земле, завиляла хвостом. Не рычит. Посматривает то на гостью, то на хозяина.
Водяной тем временем ворожил. То ли не видел гостью, то ли игнорировал. Подчиняясь движениям, над озером закручивалась воронка, поднимаясь вверх в мрачную тучу. Утолщалась, слегка расходилась в объеме и вновь утоньшалась, будто выискивая себе оптимальную «фигуру». Водяной хлопнул в ладоши – и воронка лопнула, высвободив тучу, вольготно раскинувшуюся над поляной. Ох ты ж, совсем как живая. Подрагивает, то выпячиваясь, то выравнивая края. Вот-вот ливанет очередной порцией влаги.
Собачонка, терпеливо ожидавшая окончания ритуала, коротко пролаяла. Водяной оглянулся, одарил гостью пронзительным взглядом карих глаз, и встал во весь свой немаленький рост. Ведьма аж поежилась от неожиданности, прикидывая силы на случай конфликта.
Маг встряхнул руки, и остаточная волшба рассеялась легким белесым туманом. Неторопливо направился навстречу. Рогнеда замешкалась. Неожиданно для самой себя сопливо шмыгнула. Вот не вовремя! Не след ей сейчас раскисать. Пора выяснить отношения. А ну-ка, где весь тот запал, что подогревал её во время пути? Быстро вернулся на место!
- Послушайте, это уже ни в какие ворота не лезет! Сколько можно? Каждый день дождь. Вы представляете себе, какой урон лесу наносите? Да я не успеваю лечить грибок на кленах после ваших художеств! Они медленно гибнут от жары...
- Сейчас прохладно, - удивился мужчина.
- Это сейчас похолодало, а что творилось еще пару недель назад, вы помните? Жара, палящее солнце и ваш дождь. Каждый день на протяжении всего зноя! Вы помните, как парило? Непрекращающийся парниковый эффект. Я ж даже теплицу на собственном огороде не укрывала этим летом…
- Наверно, урожай хороший вырос?
- Зубы мне не заговаривайте! Да у меня на каждом втором растении мучнянка и гниль от вашего полива! Только и хожу, что осушаю почву да исцеляю паршу. Березовые рощи превратились в болота. Там папоротник появился, чего в моем лесу отродясь не было.
- Красиво. Белые березки, зеленый папоротник. Грибов много насушили?
- Много. Причем поганок столько же, сколько подберезовиков. Заквашу, да вас угощать буду. Будете потом сидеть в укромном уголке и думать о результатах дела рук своих кривых. Вы вообще видели, каким махровым цветом расплодились ядовитые головники? Куда ни ступи – они тут как тут, бока серопоганистые свои на солнце греют, да распухают от влаги. Сколько животных потравилось, не вычислить. – топнула ногой ведьма, еле удержавшись на ногах. Влажная трава коварно скользила под ногами.
- Вы и животными занимаетесь?
- Да тут станешь специалистом на все руки! Всех лечишь, пока некоторые калечат. И селяне эти… что ни день, то у моего крыльца, ни дня покоя от них, упрашивают помочь на полях. Пшеница гибнет, вся сажей покрытая. А у меня лес. Когда я им буду заниматься, если силы на деревенские посевы тратить. Я им что, агроном?
- А кто вы, в самом деле? Давайте познакомимся.
Рогнеда открыла рот для отповеди, но не успела сказать ни слова. Туча, что волновалась над головой, разразилась потоками воды. Мощными, как из ведра. Они лились и лились, не давая сказать ни слова. Заливая рот, затекая всюду и не давая ни шанса на спасение. Щедрыми потоками обтекая неподвижные фигуры. Точнее, одну фигуру. Единственную.
Когда туча выдохлась в своей мощи, и дождь прекратился, Рогнеда подняла взгляд на водяного, с грустью констатировав – водяной, в отличие от неё, сухой. Гад! Успел поставить защитный контур, в отличие от нее, даже собака и та сухая. Зато лесная ведьма мокрее церковной мыши. Пугало огородное. Небось, всю грязь выполоскала, можно в баню не ходить.
- Извините, - вежливо сказал водяной. – Я заслушался, заклинание вышло из повиновения. Но вы были столь убедительны, что думать о работе было невозможно.
Нет, она еще и виновата?!
- Позвольте, я помогу?
Не давая одуматься, мужчина подошел ближе, присел на карточки и развел руки, будто собираясь обнять. Так работало заклинание магического поля. Сил оно требовало прорву! Будь Рогнеда более расположенной, не преминула бы похвалить. Теплые потоки воздуха обдали тело, мгновенно высушивая платье. Сразу стало хорошо, как в той самой баньке, куда еще недавно хотелось попасть.
Он задержался лишь на миг, когда высушивал волосы. Всё потому, что именно в этот момент увидел – гостья еще молода. Совсем не старуха, как ему показалось, когда она грозно возникла на поляне. Да и во время ругательств, безостановочно сыпавшихся в последние минуты, ему и в голову не пришло рассматривать, что под слоем грязи скрывается столь симпатичная женщина. Очень и очень симпатичная. Рыжеватые волосы, высохнув, очаровательно свернулись колечками. Зеленые, с карими прожилками, глаза наполнены непередаваемым сочетанием злости и смущения. Вот это сюрприз! Да еще какой, ого-го, приятный!
- Теперь познакомимся? – предложил. – Меня зовут Рихард, ваш новый окраинный маг.
- Не водяной? – растерянно уточнила Рогнеда.
- Нет. Временный помощник. Живу в той избушке. Буду практиковать в лесу, пока Совет магов не найдет для озера постоянного хозяина. Как нам стало известно, бывший водяной выпил в водоеме все живое. Рыба мертва, русалки исчезли еще в прошлом году перебрались в Прилучное озеро на севере. Даже растения и те сгнили. Разве что остались насекомые, тем всё нипочем.
У гостьи от таких новостей потухли глаза. Ведьма могла предположить что угодно, но такое ей, хранительнице живого, и представить невозможно. Водяной был не самым приятным типом, но предположить, что он мог целенаправленно губить все живое? Это же вредить в первую очередь себе.
- Уже к концу весны озеро опустело, магический фон резко упал до критического состояния. А водяной пропал в неизвестном направлении. Меня направили восстановить нормальное состояние водоема, чем я и занимаюсь до настоящего времени. Уж извините, для этого пришлось изменить климат. Но тропическая жара – именно то, что восстанавливает популяцию быстрее всего. Взгляните, там уже появились первые мальки рыб.
Идти не было смысла. Рогнеда и с края поляны отлично видела, как то тут, то там кругами разбегаются волны от мелкой рыбешки, плескающейся на мелководье. В голове смутно припоминались лекции по стихийной магии, на которых замректора рассказывал основы восставления магических сред. Слушать надо было, а не спать после ночной вылазки на болота за корнями папоротника.
Она подошла к берегу не из упрямства, а так, скорее, в смущении. Гнев растаял, вместо него пришло четкое понимание: зря на мага напустилась. Человек прибыл по работе и ответственно подошел к ее выполнению, разве можно его за это винить? А она… напустилась, как базарная бабка в торговый день, у которой воры увели мешок зерна. Нужно будет извиниться
Ладонью над водой провела тоже не ради проверки, а скорее, по привычке. Легонько тряхнула кистью, отпуская импульс, и прислушалась. Хм… Раньше волна отклика пришла бы сразу – подводные растения тоже слушаются ведьму, может быть, даже рассказали о своем состоянии. Сейчас же в ответ пришло неприятное чувство раздражения. Что за ерунда? Кому она может не нравиться?
- Это кто у нас там такой сердитый…? – заглянула Рогнеда в водную гладь. И с визгом отшатнулась, суетливо шаря по карманам. – Ох ты ж, осина кудреватая! Это что еще такое?…
- Что случилось? – Маг тут же встал рядом, плечом к плечу, недоуменно вглядываясь в толщу воды.
- Видите в глубине красно-коричневые разводы, похожие на водоросли? Вы спрашивали, куда делся местный водяной? Я вам отвечу: скорее всего, его уничтожил болотняник, такие щупальца бывают у него. А потом взял и заселился в озеро. Вот мне и ответ, что случилось с флорой вокруг озера. Последствиями его присутствия как раз бывают выгнивание всего живого. Молодцы, русалки, быстро поняли, что нужно уносить хвосты в более безопасное место.
- Тысяча гроз, не мог я такого пропустить! – возмутился мужчина, засучивая рукава льняной рубашки. Проверять собрался, не иначе. Длинные пальцы «прощупали» воздух, настраивая заклинание.
- Так он от вас прятался, ждал, когда уйдете, чтобы продолжить заболачивание новой территории. Тссс! Не пускайте поисковик. Осторожно, не спугните! Иначе уйдет. Заклинание ваше он почует, спрячется надолго, будете потом возле озера месяцами сидеть, рыбку сторожить. А вот я сейчас осотного порошочку насыплю… и будет вам счастье.
- Какое?
Сколько можно издеваться над самыми безропотными живыми существами? Да-да, деревья самые беспомощные творения природы. Ни одно животное не испытывает столько ограничений, сколько они - вечно неподвижные, вынужденные быть терпеливыми. Их рубят топором, сцеживают соки, обдирают бересту, а они… просто продолжают бороться за собственную жизнь, и обеспечивают этой самой жизнью окружающих. Дают стены жилью, сохраняют от ветров и морозов, сдерживают берега рек. Долго б мы прожили бы мы без леса, скажите мне?
И что теперь делать ей, Рогнеде, потомственной лесной ведьме, если ее собственный, тщательно оберегаемый лес, вот уже второй месяц заливает дождями? Вот что значит – в лесу сменился водяной. Прежний - тот хорошо знал, сколько осадков наворожить. Пару дождиков в месяц, и стояли ее подопечные зелененькими, жизнерадостно поблескивая глянцевыми листочками.
Жалко, ушел сосед. Куда только делся, хитро… мудрый? Хорошо ведь жили. Небось, подался на Север, как и вся нечисть. Как говорится, меньше людей – больше спокойствия. Местные жители хоть и редко бродили к озеру, но тоже изредка доставляли неприятности. Кто утопнуть придет, а кто и клад клянчит показать, богатств и сокровищ жаждет, сказок начитавшись. Смешные они, крестьяне.
И с исчезновением водяного на улице льёт, не переставая. Ливень за ливнем. И всё из-за дурного новичка! Неуча, что ли, из столицы прислали? Издевается над лесом, каждый день дождь вызывает, паразит. Вот что, спрашивается, творит. Заливает ее вотчину, меры не знаючи.
О, божиня, ну зачем ты сотворила мир так, чтобы только владеющие водяным даром могли вызвать или прекратить дождь? Почему не наделила этим даром всех ведающих? Ох, сколько полезного Рогнеда могла бы сделать, умей она управлять водой! Полить сухие полянки, или сделать пруды для животных… а еще можно осушить излишне заболоченные участки! Да, именно, это поможет спасти в лесу редкий вид стеклянного клена от плесневого грибка! Уж сколько сих ведьма потратила на их восстановление после влажного лета, уму непостижимо. И все её усилия рискуют раствориться вместе с ливнями, устроенными новым водяным. Как есть, гад ползучий.
Терпение лопнуло аккурат в тот момент, когда Рогнеда возвращалась домой.
Сегодня она ходила до дальних угодий, где в ущелье после прошлогоднего пожара росли молодые березки. Глубокий ручеек подтачивал им корни, не давая толком прижиться. Требовалась регулярная подпитка чистой силой. Очень уж хотелось поскорее восстановить живописный зеленый уголок, с одной стороны которого стояли высокие горы, а с другой весело звенел ручей.
Березки пострадали, когда какому-то деревенскому дурню в позапрошлую осень вздумалось приползти в чащу в поисках созревшей кислючи – кислой полезной ягоды, из которой деревенские жители любили готовить простые лекарства от простуды. Разжег костерок. Пожар и полыхнул в мгновение ока. Осень-то стояла теплая, на землю как раз падали сухие листья. Занялись враз! Хорошо еще, полыхнула лишь малая полянка. Скалы и речушка отгородили лес от огня.
Ух как ведьма тогда разозлилась! Созвала местную стаю волков, дала указание припугнуть, чтоб духу на ее территории больше не было. «Больше в лес носа не казал», - хихикнула себе под нос.
И тут, вспоминая неприятные события, Рогнеда потеряла бдительность и… со звонким хлюпом упала аккурат в ручей. Облилась холодной премерзкой водой. Вымазалась в глине. Порвала прекрасное платье о сук обгорелого пня, выползая по скользкому берегу. Что за невезение! Разъяренная неудачей, мечтая лишь добраться до собственной баньки, Рогнеда торопливо возвращалась по лесу. Ничего, дом недалеко. Уже скоро она сможет вымыться, надеть сухое, а еще – о, скорей бы! – согреться возле теплой печки.
О том, что всегда есть «куда хуже» судьба напомнила еще быстрее. Сверху заморосил мелкий противный дождь. Тот самый, что больше выматывает своей монотонностью, и совсем не очищает.
- У-убью-ю! – возопила она, размазывая грязь по лицу и с отчаянием рассматривая разводы на ладони. Какая она, должно быть, сейчас чушка. Неопрятная, замызганная чушка! Должно быть, лица не видно под всей этой грязью!
Ну почему она не взяла с собой метлу? Глупые предрассудки, что не старуха, по воздуху рассекать. Да хоть трижды плесень, а была бы уже дома. Ярость всплеснулась с новой силой, требуя найти виноватого во всех несчастьях.
- Я тебе покажу, как честных ведьм до греха доводить! Вдругорядь сто раз подумаешь!
Размахивая руками от негодования, Рогнеда забыла про дом и бросилась в сторону Чудьего озера, где стоял домик водяного, намереваясь высказать ему всё, что думает о неслыханной наглости. А по пути утешалась бормотанием под нос самых страшных проклятий, какие знала: наводящих почесуху, свиноухо, заикание, понос (авось, пригодится при встрече), болиголовье и просто насморк. Ух она сейчас увидит его, да поучит уму-разуму!
На берег выскочила как ошпаренная. И даже притормозила, чтобы оглядеться. Давненько тут не была. Озеро небольшое, красивое, все изрезанное бухточками, как клякса. И вот любопытное дело - рябинки и березки, что по берегу росли, сейчас выглядели куда как хуже прежнего. Листья обвисли, появился пыльный налет. Что за чертовщина? Мимоходом коснувшись ближайшего ствола, ведьма получила ответный усталый отклик. Такой дают старые или больные деревья, но никак не молодняк.
«Так, я не поняла, где тут у нас новый хозяин? Кого богиня в соседи послала? Я ему сейчас дам на щи, уморил мне всю округу. Хоть бы позвал, бестолочь! Видит же, что растения мертвеют, и молчит. Молчит и заливает всю округу!».
С прошлым водяным ведьма встречались редко. Замкнутый был тип, необщительный. Несло от него постоянно то тиной, то протухшей рыбой. Особенно в последнее время. По силе слабый, даром что нечисть. Но за озером следил, ничего дурного не скажешь. Только о том, что водяной пропал в неизвестном направлении, ведьма узнала от сороки-вестницы. Сплетница облетела весь лес, когда из департамента магии телепортом на озеро пожаловала комиссия. Чего-то походила, посмотрела, да и ушла. А взамен появился новичок.
А вот и он. Стоит перед озером на корточках, водит руками по глади. Чародействует.
Фигурой высок да худ. Одежда ладная: рубашка облегает плечи, не висит мешком, заправлена в серые холщовые брюки. Волосы длинноваты, хоть и не патлы. Хорош. И не юнец он вовсе, сразу видно, опытный маг. Явно городской. Тогда зачем, черт побери, он натворил столько гадостей?
Возле ног мага вертелась собачонка. Серая дворняжка. Рогнеда даже засмотрелась, как та подпрыгивает, будто лисица, играется. Она первая и заметила гостью. Молча бросилась навстречу, ткнулась в ноги, то ли знакомясь, то ли приветствуя, и снова отскочила. Припала к земле, завиляла хвостом. Не рычит. Посматривает то на гостью, то на хозяина.
Водяной тем временем ворожил. То ли не видел гостью, то ли игнорировал. Подчиняясь движениям, над озером закручивалась воронка, поднимаясь вверх в мрачную тучу. Утолщалась, слегка расходилась в объеме и вновь утоньшалась, будто выискивая себе оптимальную «фигуру». Водяной хлопнул в ладоши – и воронка лопнула, высвободив тучу, вольготно раскинувшуюся над поляной. Ох ты ж, совсем как живая. Подрагивает, то выпячиваясь, то выравнивая края. Вот-вот ливанет очередной порцией влаги.
Собачонка, терпеливо ожидавшая окончания ритуала, коротко пролаяла. Водяной оглянулся, одарил гостью пронзительным взглядом карих глаз, и встал во весь свой немаленький рост. Ведьма аж поежилась от неожиданности, прикидывая силы на случай конфликта.
Маг встряхнул руки, и остаточная волшба рассеялась легким белесым туманом. Неторопливо направился навстречу. Рогнеда замешкалась. Неожиданно для самой себя сопливо шмыгнула. Вот не вовремя! Не след ей сейчас раскисать. Пора выяснить отношения. А ну-ка, где весь тот запал, что подогревал её во время пути? Быстро вернулся на место!
- Послушайте, это уже ни в какие ворота не лезет! Сколько можно? Каждый день дождь. Вы представляете себе, какой урон лесу наносите? Да я не успеваю лечить грибок на кленах после ваших художеств! Они медленно гибнут от жары...
- Сейчас прохладно, - удивился мужчина.
- Это сейчас похолодало, а что творилось еще пару недель назад, вы помните? Жара, палящее солнце и ваш дождь. Каждый день на протяжении всего зноя! Вы помните, как парило? Непрекращающийся парниковый эффект. Я ж даже теплицу на собственном огороде не укрывала этим летом…
- Наверно, урожай хороший вырос?
- Зубы мне не заговаривайте! Да у меня на каждом втором растении мучнянка и гниль от вашего полива! Только и хожу, что осушаю почву да исцеляю паршу. Березовые рощи превратились в болота. Там папоротник появился, чего в моем лесу отродясь не было.
- Красиво. Белые березки, зеленый папоротник. Грибов много насушили?
- Много. Причем поганок столько же, сколько подберезовиков. Заквашу, да вас угощать буду. Будете потом сидеть в укромном уголке и думать о результатах дела рук своих кривых. Вы вообще видели, каким махровым цветом расплодились ядовитые головники? Куда ни ступи – они тут как тут, бока серопоганистые свои на солнце греют, да распухают от влаги. Сколько животных потравилось, не вычислить. – топнула ногой ведьма, еле удержавшись на ногах. Влажная трава коварно скользила под ногами.
- Вы и животными занимаетесь?
- Да тут станешь специалистом на все руки! Всех лечишь, пока некоторые калечат. И селяне эти… что ни день, то у моего крыльца, ни дня покоя от них, упрашивают помочь на полях. Пшеница гибнет, вся сажей покрытая. А у меня лес. Когда я им буду заниматься, если силы на деревенские посевы тратить. Я им что, агроном?
- А кто вы, в самом деле? Давайте познакомимся.
Рогнеда открыла рот для отповеди, но не успела сказать ни слова. Туча, что волновалась над головой, разразилась потоками воды. Мощными, как из ведра. Они лились и лились, не давая сказать ни слова. Заливая рот, затекая всюду и не давая ни шанса на спасение. Щедрыми потоками обтекая неподвижные фигуры. Точнее, одну фигуру. Единственную.
Когда туча выдохлась в своей мощи, и дождь прекратился, Рогнеда подняла взгляд на водяного, с грустью констатировав – водяной, в отличие от неё, сухой. Гад! Успел поставить защитный контур, в отличие от нее, даже собака и та сухая. Зато лесная ведьма мокрее церковной мыши. Пугало огородное. Небось, всю грязь выполоскала, можно в баню не ходить.
- Извините, - вежливо сказал водяной. – Я заслушался, заклинание вышло из повиновения. Но вы были столь убедительны, что думать о работе было невозможно.
Нет, она еще и виновата?!
- Позвольте, я помогу?
Не давая одуматься, мужчина подошел ближе, присел на карточки и развел руки, будто собираясь обнять. Так работало заклинание магического поля. Сил оно требовало прорву! Будь Рогнеда более расположенной, не преминула бы похвалить. Теплые потоки воздуха обдали тело, мгновенно высушивая платье. Сразу стало хорошо, как в той самой баньке, куда еще недавно хотелось попасть.
Он задержался лишь на миг, когда высушивал волосы. Всё потому, что именно в этот момент увидел – гостья еще молода. Совсем не старуха, как ему показалось, когда она грозно возникла на поляне. Да и во время ругательств, безостановочно сыпавшихся в последние минуты, ему и в голову не пришло рассматривать, что под слоем грязи скрывается столь симпатичная женщина. Очень и очень симпатичная. Рыжеватые волосы, высохнув, очаровательно свернулись колечками. Зеленые, с карими прожилками, глаза наполнены непередаваемым сочетанием злости и смущения. Вот это сюрприз! Да еще какой, ого-го, приятный!
- Теперь познакомимся? – предложил. – Меня зовут Рихард, ваш новый окраинный маг.
- Не водяной? – растерянно уточнила Рогнеда.
- Нет. Временный помощник. Живу в той избушке. Буду практиковать в лесу, пока Совет магов не найдет для озера постоянного хозяина. Как нам стало известно, бывший водяной выпил в водоеме все живое. Рыба мертва, русалки исчезли еще в прошлом году перебрались в Прилучное озеро на севере. Даже растения и те сгнили. Разве что остались насекомые, тем всё нипочем.
У гостьи от таких новостей потухли глаза. Ведьма могла предположить что угодно, но такое ей, хранительнице живого, и представить невозможно. Водяной был не самым приятным типом, но предположить, что он мог целенаправленно губить все живое? Это же вредить в первую очередь себе.
- Уже к концу весны озеро опустело, магический фон резко упал до критического состояния. А водяной пропал в неизвестном направлении. Меня направили восстановить нормальное состояние водоема, чем я и занимаюсь до настоящего времени. Уж извините, для этого пришлось изменить климат. Но тропическая жара – именно то, что восстанавливает популяцию быстрее всего. Взгляните, там уже появились первые мальки рыб.
Идти не было смысла. Рогнеда и с края поляны отлично видела, как то тут, то там кругами разбегаются волны от мелкой рыбешки, плескающейся на мелководье. В голове смутно припоминались лекции по стихийной магии, на которых замректора рассказывал основы восставления магических сред. Слушать надо было, а не спать после ночной вылазки на болота за корнями папоротника.
Она подошла к берегу не из упрямства, а так, скорее, в смущении. Гнев растаял, вместо него пришло четкое понимание: зря на мага напустилась. Человек прибыл по работе и ответственно подошел к ее выполнению, разве можно его за это винить? А она… напустилась, как базарная бабка в торговый день, у которой воры увели мешок зерна. Нужно будет извиниться
Ладонью над водой провела тоже не ради проверки, а скорее, по привычке. Легонько тряхнула кистью, отпуская импульс, и прислушалась. Хм… Раньше волна отклика пришла бы сразу – подводные растения тоже слушаются ведьму, может быть, даже рассказали о своем состоянии. Сейчас же в ответ пришло неприятное чувство раздражения. Что за ерунда? Кому она может не нравиться?
- Это кто у нас там такой сердитый…? – заглянула Рогнеда в водную гладь. И с визгом отшатнулась, суетливо шаря по карманам. – Ох ты ж, осина кудреватая! Это что еще такое?…
- Что случилось? – Маг тут же встал рядом, плечом к плечу, недоуменно вглядываясь в толщу воды.
- Видите в глубине красно-коричневые разводы, похожие на водоросли? Вы спрашивали, куда делся местный водяной? Я вам отвечу: скорее всего, его уничтожил болотняник, такие щупальца бывают у него. А потом взял и заселился в озеро. Вот мне и ответ, что случилось с флорой вокруг озера. Последствиями его присутствия как раз бывают выгнивание всего живого. Молодцы, русалки, быстро поняли, что нужно уносить хвосты в более безопасное место.
- Тысяча гроз, не мог я такого пропустить! – возмутился мужчина, засучивая рукава льняной рубашки. Проверять собрался, не иначе. Длинные пальцы «прощупали» воздух, настраивая заклинание.
- Так он от вас прятался, ждал, когда уйдете, чтобы продолжить заболачивание новой территории. Тссс! Не пускайте поисковик. Осторожно, не спугните! Иначе уйдет. Заклинание ваше он почует, спрячется надолго, будете потом возле озера месяцами сидеть, рыбку сторожить. А вот я сейчас осотного порошочку насыплю… и будет вам счастье.
- Какое?
