В слякотный декабрьский вечер я привычно сидела за столом и медленно набирала текст новой книги. Зависнув над очередным предложением, посмотрела на полку, где обычно обитал мой Муз. Муза на месте не оказалось. Что опять? В очередной раз покинул меня, не прощаясь?
– Не меня ищешь? – донесся голос из-за плеча.
– Нашелся! Куда ты пропал? У меня же без тебя ничего не пишется!
– Что опять?! – фыркнул Муз, забираясь на свою полку. И не дожидаясь моего ответа, продолжил. – И чего тебе не хватает? А, понял – вдохновения ей подавай!
– Да, без него ничего не выходит, – согласилась я и тяжело вздохнула, – помог бы что ли? Муз ты или кто?
– Настроения у меня нет, а на носу Новый год, между прочим.
– На чьем носу? – переспросила я, мысленно пребывая с книжными героями, которые наотрез отказывались приключаться.
– У всех на носу, праздник к нам приходит! Новый год называется, а у тебя в книге конь не валялся!
– Мне конь и не нужен! Книга-то современная! Какие там могут быть кони?! А-а, – догадалась я, – это ты про Новый год огненной лошади?
– О, моя лира! – воскликнул Муз возмущенно и забегал туда-сюда по полке над телевизором.
Да, он у меня маленький, но замечательный, только немного рассеянный, вечно витающий в облаках и иногда слегка вредный. А часто и не слегка.
– И кто мне подсунул такого недалекого автора? Не отвечай! Это был риторический вопрос!
– Постой, ты меня сам выбрал. Или забыл уже?
– Забудешь о таком, как же! У всех авторы, как авторы, рассказы к Новогодним праздникам строчат Музам на радость. А у некоторых, страшно сказать, уже все написано! И не рассказ, а роман!
– Успеем, еще две недели в запасе.
– А ты сколько рассказ писать будешь? Кто в прошлом году не успел к празднику? – наступал на меня грозный Муз. – Обещала, что закончим рассказ к Новому году, потом, что к Рождеству! Но и к Старому Новому году не написали! И что в результате?
– А я что? Я ничего, – стыдливо опустила глазки и поправила очки на носу. – Удалила все, что написала. Неактуально стало. Весна, птицы поют, а у меня все Новый год продолжается.
– Вот! Вот к чему приводит твоя безответственность! Писать надо, а не ворон считать за окном! Или мне опять придется из-за тебя неустойку платить в кассу Музпрофсоюза! Перо в прошлом году сдал с золотым наконечником!
– Нам с тобой перо ни к чему, у нас клава рулит. Я писать не могу, только печатать, а если напишу, то потом сама же и не прочту. Подчерк-то у меня корявый.
– Почерк у нее корявый – тьфу, еще автор называется! Стучи давай по своей клаве, не то уйду я от тебя! – завел свою любимую песню Муз, когда он пребывал в плохом настроении.
- Хорошо, хорошо. Ну, не бросай меня, где ты ещё такого покладистого автора найдёшь? Уже пишу. Почти. – Попыталась успокоить я своё вредное вдохновение. – Кстати, а о чём писать будем? Чего изволит пожелать Муз моей души?
- Чудо хочу! Новогоднее! Да, да, и на меньшее я не согласен!
– Хорошо будем чудить, раз тебе так хочется.
Вот так, ни больше ни меньше, а подайте-ка моему Музу новогоднее чудо! А где взять?
Вот, кстати, пусть сам и расскажет:
– Ммм, – на мгновение задумался Муз, – мне нужна будет фея, эльфа добавь, соскучился я по ним, и дракона не забудь! Деда Мороза и Снегурочку сделаем главными героями! Ну, и чудить так чудить! Бабу Ягу обязательно в текст вставь, а с ней вместе чёрного кота учёного и сову. И Змея Горыныча с Кощеем Бессмертным сюда же до кучи! И романтики добавь немного. Ну, там любовь-морковь, поцелуйчики. Ты в курсе.
– Ага. И будет у нас с тобой романтическое славянское фэнтези с эльфами, феями и драконами во главе. Сам-то понял, на что вдохновлять собрался?
– Ты пиши, пиши, по ходу разберёмся. И да, запомни, ты не роман пишешь! Хорошенько так запомни! А то распишешься – не остановить! И мы опять к празднику не успеем, а у меня только одно алмазное перо осталось, и его потери я не переживу! Моя смерть будет на твоей авторской совести!
Прода от 19.12.2025, 02:11
Глава 1
В старинном замке, затерянном высоко в горах среди облаков, по огромному залу бродил главный тёмный волшебник Заоблачного королевства. В руках он держал изрядно потрепанный конверт, из которого выглядывал уголок письма. Волшебник задумчиво подергал себя за длинную седую бороду и в очередной раз достал из конверта сложенный вдвое листочек. Ну, кто так пишет? Словно у писавшего не руки, а лапки! Его темнейшество расправил листочек, посмотрел на свет, зачем-то понюхал, лизнул, повздыхал и вернул обратно. Откуда только взялось это треклятое послание?! Никто эти письмена перевести на древнеаниальский, понятный всем без исключения, так и не смог, включая его самого! Что за язык такой! Непонятные буквы раздражали и не хотели складываться в слова. Чёрная магия и та оказалась бессильна! Что же делать? Кто сможет разобрать эти каракули: скачущие, как кузнечики, буквы, строки, то съезжающие вниз, то взлетающие вверх! Решено. Не хочется, но придётся обратиться за помощью к феям. Ох, уж эти вертихвостки! Непременно затребуют от него что-то за свои услуги! И непременно что-то ценное!
- Арбэль! – громогласно позвал слугу волшебник.
- Да, мой господин. Только вы опять сократили мое имя! Я Арбенивариниарб…
- Стоп, не продолжай. Пока я это произнесу, то забуду, зачем тебя звал! Итак, Ар, слушай меня внимательно и не перебивай!
- Ну, пусть будет Арбэль! Только не Ар!
- Хорошо, Арбэль! Ты должен немедленно доставить в мой замок одну из фей. Любую на твой выбор.
- Да, где я вам фею возьму на ночь-то глядя?! Все феи сейчас на цветочном лугу празднуют первый урожай нектара. И они все там, к Варху, мягко говоря, не трезвые, а грубо – пьяные в дугаря.
В дугоря? Это что за выражение? – удивился. Явно не из нашего лексикона.
- Так, само на язык откуда-то попало…, – эльф в ужасе прикрыл рот.
- Странные вещи происходят в последнее время в нашем Заоблачном королевстве, – задумчиво произнес главный темный волшебник. – Да, не суть. Место сборища фей тебе известно, так в чем проблема? Хватай первую попавшуюся, пока не очухалась, и тащи сюда… Ой, и у меня на язык попало…
- Не губите! Пьяная фея – это как лысый гоблин с каменюкой. Когда, а главное, куда тебе прилетит, неизвестно. Нет, увольте, я к нетрезвой фее и близко не подойду – или превратит в кого-нибудь, или жениться заставит!
- И кто для тебя страшнее? Я или фея?!
- Один низший демон. И не просите, не пойду!
- А я тебя на диету посажу! Ты у меня одним мясом питаться будешь!
- Нет, только не мясо! Я же эльф, а не дракон! Вы этого не сделаете! Вы же добрый волшебник, где-то в глубине души, – с большим сомнением в голосе произнес эльф.
- Я?! – удивился главный темный волшебник Заоблачного королевства. – Так глубоко мне в душу еще никто не заглядывал.
- Простите. Пошутил я неудачно. Считайте, фея уже у вас в замке. Одно ухо здесь, а другое там, – произнес скороговоркой эльф и буквально испарился. Волшебник и глазом не успел моргнуть. Вот, что значит правильная мотивация!
Лучше я побуду немного лягушкой или иной какой зверюшкой, – ворчал эльф, седлая единорога, – чем всю оставшуюся жизнь есть трупы! Фея, глядишь, и сжалится, когда протрезвеет, а этот противный старикан – никогда. И не видать мне любимого салата Айсберг, как своих ушей!
Прода от 21.12.2025, 10:18
Глава 2
Посреди заснеженного леса, в самой его непролазной чаще, стояла избушка на курьих ножках, поджимая попеременно лапки. Мороз крепчал. В окне светилась лучина.
Тишина в лесу, как ночью на старом кладбище.
Вдруг скрипнула старая береза, и звук разнесся далеко по округе.
— Каррр, — каркнула от неожиданности старая ворона и попыталась расправить крылья.
Крылья примерзли к тщедушному телу птицы и не слушались. Ворона кубарем слетела с толстой сосновой ветки и попала прямо в трубу избушки на курьих ножках.
— Уххх, ухх, — раздалось из трубы.
И опять все стихло.
Дверь избушки медленно отворилась, выпуская на крыльцо черного как смоль кота. Только яркие зеленые глазищи сверкали как изумруды на усатой кошачьей морде.
Следом за котом из трубы вылетела сова, огляделась, размяла лапки и, выплюнув воронье перо, заговорила человеческим голосом:
— Ить, поди ж ты, каки вороны нынче подлючие пошли! И падають в трубу, и падають! Никакого покою! Не к добру это. Уголек, ты письмецо отправил?
Спрашиваешь, – ответил кот и потянулся, выгнув спину дугой.
– Самому главенному главнюку? – уточнила сова. Она была педанткой и любила, чтобы все было разложено по полочкам.
– А то ж-ж. Я, может быть, нашу хозяйку где-то уважаю, а где-то и побаиваюсь, но понимать отказываюсь! Воровать у деда Мороза Новый год, чтобы прославиться – заведомо плохая идея! Я бы сказал, идея, изначально обреченная на провал.
– И откель ты слова таки знаешь умные? Уххх-Уххх.
– Я кот ученый, грамоте обучен, книг прочел – тебя ощипать перьев не хватит, – похвастался кот, вылизывая лапку.
– Угухх, я ж не сумлеваюсь в тобе. Вот токмо праздник близится, а помощь все нейдет.
– Далеко, видать, письмецо залетело, – почесал лапой за ухом Уголек, – подождем еще. Ты ворону ощипывать будешь или так хозяйке в перьях и подашь?
– Не царевишна, чай, и в перьях заглотить.
Пока кот с совой разговаривали, хозяйка избушки проснулась и решила, что пора ей трапезничать. Ворону она еще во сне почуяла. Кликнула баба Яга своих помощников, да никто ей не ответил. Пришлось колдунье с печи слезать.
Дверь избушки отлетела в сторону и ударилась о стену, с крыши посыпался иней, держась за спину, на крыльцо вышла баба Яга.
– Филипповна! Уголек! Змей Горыныч вас подери на три головы! Где вас окаянных носит?! – закричала она зычным голосом, не замечая черного кота у своих ног.
– Чего, Ягуся, кричишь? Нервные клетки не бережешь? По последним данным английских ученых, они не восстанавливаются, изведешь себя раньше срока! – промурлыкал Уголек.
– Тута мы, – поддержала кота сова Филипповна.
– Жрать хочу! – заявила Яга костяная нога, а для своих просто Косточка.
– На ночь есть вредно, все те же английские ученые…, – но Яга тут же грубо оборвала кота.
– Или есть подавайте или вас вместо сожру! – топнула она костяной ногой, да малость не рассчитала, съехала с узкого крылечка и нырнула головой прямо в сугроб.
– Ух ты, до чего ж мороз хорош, прямо до костей пробрал! – радостно сообщила Ягуся, с трудом выбираясь из глубокого сугроба на тропу, вытоптанную куриными лапами избушки. – Что ж это получается, вот украдем мы с Кощеем Бессмертным Новый год, и все, хана – лета не будет? – впервые задумалась старушка
– Ты чего, костлявая, соскочить вздумала? – Из-за высокой разлапистой ели вышел худой высокий мужчина в ватнике на голое тело и шапке-ушанке. Каждый его шаг сопровождался характерным громыханием.
– Ты смотри, Кащеюшко, как кости-то у тебя на морозце музыкально гремят, чисто маракасы заморские, – заюлила баба Яга, приплясывая в такт костяной ногой.
– В избу пошли, совет держать будем, – не разделил игривого настроения Яги подельник.
- Тык, втроём же хотели дельце провернуть? А нас пока токмо двое.
Яге страсть как не хотелось, чтобы гость о вороне узнал.
– Горыныч позже будет, да и толку от его трёх голов никакого, одна другой дурнее.
– Зачем, тоды он нам нужон был? Вот прилетит и сожрёт всё, чего и не было.
– Можно подумать, у тебя еда есть, – хмыкнул Кащей.
– Нетути, мухоморы солёные и те ещё вчерась кончились! Скоро по белкам побираться пойду. Может, сжалятся и отсыплют старушке Ягушке орехов.
– Что по белкам пойдёшь – верю, только орехи-то ни при чём. Тебе что белка, что ворона – всё на один кривой зуб.
– А чегой-то ты про ворону вспомнил? Не видала я никакой вороны. Почитай, как неделю ни одна птаха мимо не пролетала.
– Врёшь, Косточка, по глазам твоим бесстыжим вижу, врёшь! Точно ворону в избушке припрятала.
– Ить, какой Фома-неверующий! Сказала же, нет вороны! Головой Горыныча клянусь.
Кащей фыркнул.
– Тремя сразу!
– Ха! За дурака держишь?
– Да, чтоб мне с места не сойти!
Тут Яга хотела топнуть костяной ногой, но поняла, что сойти с места она действительно не может!
– Кащеюшка, – заискивающе заголосила обманщица, – сокол ты мой ясный, прости глупую. Не со зла ворону от тебя утаить хотела, голодую уж который день! Пусти, касатик, поделюсь, как есть поделюсь!
– Так и не держу, – развёл Кащей руками. – Приморозило тебя, прохиндейка старая. Мороз-батюшка шельму метит.
Яга только в затылке почесала. И угораздило же её так не вовремя признаться!
– Ой, смотри, летит ктой-то. Никак Горыныч незваный-нежданный пожаловал! – глядя из-под руки, сложенной козырьком, на стремительно приближавшегося змея о трёх головах воскликнула колдунья. Глядишь, и забудет Кащей о вороне! – обрадовалась она.
Тотчас на полянку перед избушкой приземлился Змей Горыныч, тормозя хвостом и всеми лапами. За змеем протянулся глубокий след аккурат до самого крыльца избушки на курьих ножках.
– Ягуся, да ты никак примерзла? – прогрохотала басом одна из голов Горыныча.
– Я? Где? – ушла в несознанку хозяйка избушки.
– Ха-а-ах, – дыхнула огнём вторая голова.
– Итить, окаянный, чуть не спалил старушку! Ни дна тебе ни покрышки! – ругаясь на чём свет стоит, чумазая от сажи баба-Яга ловко выбралась из образовавшейся лужи и запрыгнула на крылечко. – Милости прошу, – пригласила она подельников с поклоном и быстро скрылась за дверью. А избушка вдруг повернулась к застывшим от изумления гостям задом.
– Спалю, к чертовой бабушке, спалю, – пригрозил Змей-Горыныч трёхэтажным басом.
– Кудах, кудах? – запричитала избушка и развернулась передом, да ещё и дверь сама распахнула.
– Собрались злодеи на сговор. А помощь к нам не спешит, – тоскливо произнёс Уголёк, сидя на трубе, из которой валил густой белый дым, поднимаясь столбом прямо в небо.
- Угух, - согласилась с ним сова Филипповна.
Прода от 21.12.2025, 22:56
Глава 3
Высоко, высоко, там, где вершины гор прячутся в облаках, на самом крутом склоне стоял древний замок сапфиров – самого могущественного клана драконов. Со всех сторон к нему спешили драконы. Весь клан собрался, несмотря на раннее утро. Повод был грустным. Самый младший из рода сапфиров опозорил честь дракона. Он проигрался в карты. И кому? Тёмному колдуну Виланду! И теперь он должен на целый месяц стать рабом проклятого мага!
– Старикан играл нечестно! Он использовал тёмную магию! – попытался оправдаться юный дракон, выпустив пламя изо рта и пар из ушей.
– Мы не раз говорили тебе – не увлекайся азартными играми! – дружно парировал весь клан хором, отчего стены замка вздрогнули, но выстояли.
– Я должен был отыграться! Виланд выиграл у меня кольцо! Ой, – молодой дракон понял, что проговорился.
– Сафир, ты играл на родовой артефакт? – возмутились все без исключения драконы.
– Так у меня больше ничего не осталось. Последние дракончики я спустил ещё вчера, – поник головой Сафир, смиренно ожидая приговора.
– Карточный долг принято отдавать, да и оболтусу нашему это испытание пойдёт на пользу, – высказался глава сапфирового клана Ратбор. Члены клана поддержали это решение единогласно.
– И вы, вот так просто, отдадите меня тёмному волшебнику на унижение?! – возмутился молодой дракон.
Такого Сафир от своей семьи не ожидал.
