– А почему вы выделили слово «чёрный»? – спросил Грэг. – Разве он бывает какой-то другой?
– Мы придумали порох, который не так дымит и в три раза сильнее обычного, – ответил учёный. – Он во всех отношениях лучше чёрного, но никому не нужен. Производство чёрного налажено, и никто не хочет ничего менять. Но у Нельсона его не могло быть, во всяком случае в больших количествах.
– Он не знает его секрета?
– Дело не в знании, – сказал Ривер. – Знать и мочь не одно и то же. Чёрный порох можно сделать без оборудования, достаточно иметь нужные вещества и знать пропорции.
– А чем занимался сбежавший учёный? – спросил Грэг.
– Почему вы думаете, что он сбежал? – удивился Ривер. – Маг...
– Потому что магия действует недолго, – перебил его агент, – и нельзя часто обновлять внушение, эльф может сойти с ума. К тому же магией можно только вытянуть какие-то знания, но не заставить творить. Вы мне уже когда-то говорили о его работах, но ведь он чем-то занимался и самостоятельно.
– У него были две идеи, – задумчиво сказал учёный. – Джон много носился со снарядами, для которых не нужно орудий. Второй его идеей была мысль сделать совершенную машину вместо наших паровых. В паровой слишком большие потери тепла, и лишь небольшое количество угля используется для дела, остальной сгорает зря. Обе эти темы не имеют отношения к вашим взрывам.
– Не могли же это придумать сами маозы! – с досадой сказал Грэг. – Если он смог создать такое без вашего оборудования, то что мешает это сделать вам?
– Вы не понимаете, о чём говорите! – рассердился Ривер. – Оборудование важно, но оно не заменит мозги!
– А что у вас не так с мозгами? – не понял агент.
– У меня с ними всё в порядке, – с сарказмом ответил декан, – старые только. Но я не смогу вам быстро помочь. Обещаю, что подумаю и дам задание подумать тем немногим на нашей кафедре, кто умеет этим заниматься.
– А есть и такие, кто не умеет? – ехидно спросил Грэг. – Для чего же вы их здесь держите?
– Пропади всё пропадом! – рассердился старик. – Вы знаете, кто сейчас идёт в студенты? В основном это те молодые люди, которые никогда не воспользуются полученными здесь знаниями! Исключения очень редки. Большинство преподавателей заучили свои предметы и читают их по когда-то написанным конспектам! Наукой занимаются единицы, и не потому, что у остальных не хватает мозгов, только это никому не нужно. За последние пять лет не пошло в дело ничего из того, что мы придумали, кроме новых красителей для тканей! И для чего тогда корячиться? Может быть, Джон действительно сбежал, потому что здесь ему не давали работать. Оборудование есть, а на нужные вещества и работы не выделяют деньги. Я не уверен, что от снарядов без орудий будет польза, а от новой машины она могла быть! Можно было бы плавать гораздо дальше и быстрее и меньше зависеть от ветра. Можно было бы даже летать!
– Как летать? – удивился Грэг.
– О воздушных шарах вам говорили в школе, – сказал учёный. – Сейчас их наполняют не горячим воздухом, а лёгким газом. А если к очень большому шару подвесить гондолу и двигатель с винтом, то полетишь уже не по ветру, а куда нужно. На паровом двигателе такого не сделаешь, а вот на двигателе Джона можно было попробовать.
– И он сможет такое сделать?
– Пока не сможет, но, если достанет или сделает станки, тогда да. Помощников он себе найдёт и обучит, лишь бы король маозов за это платил.
– У них князья, – поправил декана Грэг. – Ладно, напишите всё то, что говорили мне о Джоне Нельсоне и его работах. У вас это выйдет лучше, чем у меня. И постарайтесь подумать над тем, что он мог применить.
Получив отчёт Алана Ривера, агент устроился на ночлег в гостиницу рядом с Университетом, рассчитывая утром выехать в столицу, но планы пришлось менять. Едва он успел поужинать, как был найден курьером. Получив пакет, Грэг ушёл в свою комнату и прочитал вложенную в него записку Джастина Хейза следующего содержания:
«На портовый город Монтей совершили налёт маозы. Разграблены портовые мастерские. Когда закончите с Университетом, езжайте туда и проведите расследование».
До места происшествия Грэгу пришлось добираться три дня. В небольшом порту Монтея стояли три боевых корабля, а вход на его территорию был перекрыт нарядом военных моряков. Он предъявил свой жетон и был пропущен, а служебную карету завернули в город. У капитана порта находился и капитан одного из военных кораблей.
– Вы кто? – неприязненно спросил он у Грэга.
Агенту пришлось ещё раз показать бляху и предъявить предписание.
– Как провели налёт? – спросил он, обращаясь к капитану порта.
– Захватили коммерческий корабль, приплыли в порт и нас повязали, – ответил тот. – У этого эльфа было полсотни вооружённых головорезов, а у меня только десять матросов, которые не носят с собой оружия. Их захватили прямо на пристани, рассовали по складам и заперли.
– За ними хоть гнались? – спросил агент.
– Нет, – ответил капитан военного корабля. – У них мощные машины, полно угля, который можно не экономить, и два дня форы. Гнаться было бессмысленно, тем более с тремя кораблями, а других поблизости не было.
– С ними точно был эльф?
– Самый настоящий, – подтвердил капитан порта. – Он на голову выше меня, лицо симпатичное, а больше я не знаю, что о нём сказать. Но он точно верховодил у маозов.
– Что взяли? – спросил Грэг.
– Из механических мастерских взяли всё, кроме паровой машины, – ответил капитан порта. – Шесть разных станков, инструменты и металлические прутки, которыми запаслись для работы. Они всё там выгребли, забрали даже резину. Наши грузчики и сами маозы целый день грузили это на угнанный корабль. Понятно, что у нас забрали оружие и порох.
– О чём речь? – не понял агент. – Какой порох?
– Перед тем как уйти, они проверили портовые склады, а на них было с полсотни бочек с порохом для отправки в одну из факторий Чёрного континента. И у нас забрали ружья и пистоли.
– Хорошо прибарахлились, – со злостью сказал военный моряк. – Грузчики говорили, что из корабля даже выбросили часть балласта. Теперь нужно организовывать охрану побережья и портов. А пассажиров надо разоружать и везти под замком, а то начнут захватывать корабли даже из-за их машин. И так к этим дикарям много всего попало! А предателя нужно найти и убить!
– Пойду осмотрю мастерские, – сказал Грэг. – Там есть кто-нибудь из мастеров?
– Должны быть, – ответил капитан порта. – Вас проводить?
Агент отказался от помощи и прошёл в длинное здание механических мастерских. Там он встретил двух мастеров, которые о чём-то спорили и были недовольны его вмешательством. Недовольство проявляли до тех пор, пока не узнали, кто он такой и откуда.
– Оцените возможности того оборудования, которое у вас украли, – приказал Грэг.
– С его помощью можно делать любой ремонт корабельных машин, – ответил мастер. – Можно даже делать другие станки или машины, хоть это долго и потребуется кое-что отливать. Подшипники не сделаешь, но маозы много их забрали. А прутков из латуни и стали взяли столько... Мы купили их для работы самое малое лет на пять. Опять же инструмента взяли лет на десять, много крепежа...
Расспросив грузчиков и портовых матросов, агент счёл расследование законченным и отбыл в столицу. За время пути он обдумал и написал подробный отчёт, поэтому большого разговора с главой отдела не потребовалось.
– Результаты вашей работы не столь впечатляющие, как в прошлый раз, – сказал ему Джастин Хейз, – но большего не сделал бы никто. Будем надеяться, что учёные разберутся с новым оружием, а нам надо кого-нибудь заслать в княжества. Наверное, используем для засылки тех маозов, которые живут в западных королевствах. Только так можно узнать, что у них творится, и разделаться с Нельсоном. Если его убрать, вреда от украденных машин будет немного. На них ещё нужно уметь работать, а для того, чтобы выучить этому дикарей, нужно время. Но внедрением агентов займутся другие, а вы немного отдохните и начинайте заниматься новым отделом.
Джон, о котором говорил глава Третьего отдела, сидел в это время вместе с Глебом в капитанской каюте захваченной «Гордости эльфов». Плыть им осталось не больше одного дня, и все ждали, что вот-вот появится берег. Капитан вместе с дочерью переселился в пассажирские каюты, где за ним, как и за остальной командой, присматривали дружинники. Весь путь шли на машинах, и не было возни с парусами, поэтому в плаванье взяли только половину матросов.
– Ничего страшного, – утешил эльф капитана перед уходом из Монтея. – Когда разгрузимся, пройдёте вдоль побережья до первого порта пшеков, а там с вами поделятся углём и сможете набрать матросов. Я не собираюсь искать ваших в городе.
Оба боярина недавно поужинали и скрашивали время беседой. Глеб задал вопрос, смогут ли они победить эльфов, и услышал от друга неожиданный ответ.
– Нам не нужно их побеждать, – усмехнувшись, сказал Джон. – Надо защитить свои земли и выждать, когда они сами развалятся. Не понял? Тогда попробую объяснить. Ты не представляешь силы моего народа. Эльфов раз в пять больше, чем маозов во всех княжествах. Вот мы с тобой умыкнули несколько станков и рады, а их у эльфов тысячи. Ваше счастье в вашей неразвитости. Морской торговли почти нет, побережье не заселено, и Славутич непроходим для флота. Флот – это основная ударная сила эльфов, а против вас его не применишь. Конечно, можно занять побережье, понастроить лёгких судов, которые пройдут по волокам, и с их помощью перегнать к вам армию и пушки. Лет сто назад так и сделали бы, умылись бы кровью, но с вами разделались раз и навсегда! Сейчас не будут этим заниматься. Эльфы уже давно не те. Они слишком любят свою жизнь, в которой много удовольствий и праздности, и не будут ею рисковать из-за каких-то дикарей. Можно послать наёмников, но их не хватает. Поэтому и дальше будут искать тех, кого можно на вас натравить, и попытаются посеять вражду между князьями. А нам нужно готовить свои сюрпризы не для эльфов, а для тех, кого они пошлют.
– А почему сильная страна должна развалиться? – не понял Глеб. – Пусть эльфы сейчас не те, но у них в руках огромные силы...
– Пока эти силы в их руках, – согласился Джон, – но так будет недолго. Эльфы не хотят служить в армии, и их мало идёт во флот. Даже в Университет с каждым годом поступало всё меньше студентов. Чеканя медные деньги и заставляя другие народы продавать за медь их богатства, эльфы так обогатились, что многим уже нет нужды работать. Скоро повсюду будут наёмники, которым вынуждены давать эльфийское оружие. Когда-нибудь, и я думаю, что это время не за горами, они осознают свою силу, и это станет началом конца. Стал бы ты двадцать лет переносить тяготы службы и рисковать головой в надежде на гражданство, которое в силах взять сам? И учти, что если не успеешь отслужить и погибнешь, то твою семью отправят обратно, а если отслужишь, к вам всё равно будут относиться как к эльфам второго сорта. Стать своими могут только ваши дети, да и то это не у всех получается. В эльфах слишком много гнили. Сто лет назад ни одному мужчине не пришло бы в голову пристроиться к другому мужику, если есть женщины. Моряки подставляли друг другу задницы, если долго были в море, но в первом же порту природа брала своё. А сейчас с этим плохо, даже такой чужак, как ты, должен был заметить. Как можно молиться богу и считать нормальным то, за что он карал смертью?
– И что мы будем готовить? – спросил Глеб. – Вот забрали станки...
– Прежде всего их нужно собрать и запустить, – сказал Джон, – а заодно снять с корабля и установить в слободе вторую паровую машину, потому что одной будет мало. За зиму нужно изготовить пресс, его не было в мастерской. Когда запустим станки, начнём учить работать на них самых старших из ребят и моих мастеров. Нам повезло найти много пороха, поэтому поначалу им можно не заниматься. А вот горючей жидкости нужно много, а мы израсходовали запасы. Нужно везти нефть и варить, да не в нашем котле, а сделаем что-нибудь получше. Зимой этим заниматься легче, потому что меньше других работ и нет трудностей с охлаждением пара. Жидкость нам нужна и для бомб, и для моей машины. Теперь, имея станки и металл, её можно попробовать сделать.
– Пугать наших врагов твоей машиной? – с сомнением спросил юноша. – Испугаются ли?
– Я хотел сделать её для другого, но ты подал хорошую мысль. Если успеем, мы с тобой сделаем такой страх, что разбегутся все соседи! Эх, нет времени на мои снаряды!
– У Клэр в обучении есть почти взрослые мальчишки. Выбери из них одного поумней и расскажи, что нужно делать, – посоветовал Глеб. – Пусть хоть кто-то занимается, если у тебя не хватает времени.
– Бояре, видно берег! – крикнул им распахнувший дверь Матвей.
После того как появился берег, плаванье продолжалось два дня. Они были далеко на юге от устья Славутича, из-за чего пришлось плыть на север. Капитан не знал здешних вод, поэтому к берегу не приближались. В Славутиче плыли до первого волока. Там уже дожидались дружинники с шестью стругами. Первым делом разгрузили корабль. Это было нелегко и заняло целый день, несмотря на то что в разгрузке участвовала команда корабля и мужики с волока. Дружинникам тоже пришлось потрудиться, но жилы не рвали. После отдыха команда корабля начала носить в трюм камни, чтобы хоть так восстановить балласт корабля, а остальные занялись добычей. Её было так много, что на струги погрузили меньше половины. Ещё два струга взяли в деревне, и возглавляемый Джоном караван судов медленно поплыл к следующим порогам. Было решено, что они там разгрузятся и приплывут за остальным добром, которое сторожил Глеб. Ветра не было, поэтому приходилось налегать на вёсла. Восемь порогов проходили целый месяц и вымотались страшно. Когда приплыли к Вельску, к причалу прискакал сам князь. Посмотрев на своих измученных бояр, он отпустил их домой и приказал воеводе обозами везти грузы в слободу. Всё, кроме трёх самых тяжёлых деталей станков, перевезли до вечера, а их оставили до утра под охраной дружины. Нужны были крепкие возы, потому что крестьянские телеги не выдерживали такого груза и ломались.
После первых объятий и поцелуев Венди вытерла слёзы и смогла лучше рассмотреть мужа.
– На кого ты стал похож! – ужаснулась она. – Щёки ввалились, синяки и сам худющий! К тебе такому боязно даже прикоснуться, не то что любить!
– Пришлось таскать очень много грузов, – сказал Глеб. – Там и дружина, и мы с Джоном работали, не одни только мужики. Ничего, были бы кости, а мясо нарастёт. Теперь до следующей весны никуда не должен ехать. И о любви не волнуйся, он не так сильно похудел. Ты сама-то как? Я вижу, что живот стал в два раза больше. Тебя ещё можно любить?
– Не можно, а нужно! – ответила Венди. – Но сначала я тебя покормлю, а потом хоть немного отдохнёшь, а то так на мне и помрёшь!
– Мы придумали порох, который не так дымит и в три раза сильнее обычного, – ответил учёный. – Он во всех отношениях лучше чёрного, но никому не нужен. Производство чёрного налажено, и никто не хочет ничего менять. Но у Нельсона его не могло быть, во всяком случае в больших количествах.
– Он не знает его секрета?
– Дело не в знании, – сказал Ривер. – Знать и мочь не одно и то же. Чёрный порох можно сделать без оборудования, достаточно иметь нужные вещества и знать пропорции.
– А чем занимался сбежавший учёный? – спросил Грэг.
– Почему вы думаете, что он сбежал? – удивился Ривер. – Маг...
– Потому что магия действует недолго, – перебил его агент, – и нельзя часто обновлять внушение, эльф может сойти с ума. К тому же магией можно только вытянуть какие-то знания, но не заставить творить. Вы мне уже когда-то говорили о его работах, но ведь он чем-то занимался и самостоятельно.
– У него были две идеи, – задумчиво сказал учёный. – Джон много носился со снарядами, для которых не нужно орудий. Второй его идеей была мысль сделать совершенную машину вместо наших паровых. В паровой слишком большие потери тепла, и лишь небольшое количество угля используется для дела, остальной сгорает зря. Обе эти темы не имеют отношения к вашим взрывам.
– Не могли же это придумать сами маозы! – с досадой сказал Грэг. – Если он смог создать такое без вашего оборудования, то что мешает это сделать вам?
– Вы не понимаете, о чём говорите! – рассердился Ривер. – Оборудование важно, но оно не заменит мозги!
– А что у вас не так с мозгами? – не понял агент.
– У меня с ними всё в порядке, – с сарказмом ответил декан, – старые только. Но я не смогу вам быстро помочь. Обещаю, что подумаю и дам задание подумать тем немногим на нашей кафедре, кто умеет этим заниматься.
– А есть и такие, кто не умеет? – ехидно спросил Грэг. – Для чего же вы их здесь держите?
– Пропади всё пропадом! – рассердился старик. – Вы знаете, кто сейчас идёт в студенты? В основном это те молодые люди, которые никогда не воспользуются полученными здесь знаниями! Исключения очень редки. Большинство преподавателей заучили свои предметы и читают их по когда-то написанным конспектам! Наукой занимаются единицы, и не потому, что у остальных не хватает мозгов, только это никому не нужно. За последние пять лет не пошло в дело ничего из того, что мы придумали, кроме новых красителей для тканей! И для чего тогда корячиться? Может быть, Джон действительно сбежал, потому что здесь ему не давали работать. Оборудование есть, а на нужные вещества и работы не выделяют деньги. Я не уверен, что от снарядов без орудий будет польза, а от новой машины она могла быть! Можно было бы плавать гораздо дальше и быстрее и меньше зависеть от ветра. Можно было бы даже летать!
– Как летать? – удивился Грэг.
– О воздушных шарах вам говорили в школе, – сказал учёный. – Сейчас их наполняют не горячим воздухом, а лёгким газом. А если к очень большому шару подвесить гондолу и двигатель с винтом, то полетишь уже не по ветру, а куда нужно. На паровом двигателе такого не сделаешь, а вот на двигателе Джона можно было попробовать.
– И он сможет такое сделать?
– Пока не сможет, но, если достанет или сделает станки, тогда да. Помощников он себе найдёт и обучит, лишь бы король маозов за это платил.
– У них князья, – поправил декана Грэг. – Ладно, напишите всё то, что говорили мне о Джоне Нельсоне и его работах. У вас это выйдет лучше, чем у меня. И постарайтесь подумать над тем, что он мог применить.
Получив отчёт Алана Ривера, агент устроился на ночлег в гостиницу рядом с Университетом, рассчитывая утром выехать в столицу, но планы пришлось менять. Едва он успел поужинать, как был найден курьером. Получив пакет, Грэг ушёл в свою комнату и прочитал вложенную в него записку Джастина Хейза следующего содержания:
«На портовый город Монтей совершили налёт маозы. Разграблены портовые мастерские. Когда закончите с Университетом, езжайте туда и проведите расследование».
До места происшествия Грэгу пришлось добираться три дня. В небольшом порту Монтея стояли три боевых корабля, а вход на его территорию был перекрыт нарядом военных моряков. Он предъявил свой жетон и был пропущен, а служебную карету завернули в город. У капитана порта находился и капитан одного из военных кораблей.
– Вы кто? – неприязненно спросил он у Грэга.
Агенту пришлось ещё раз показать бляху и предъявить предписание.
– Как провели налёт? – спросил он, обращаясь к капитану порта.
– Захватили коммерческий корабль, приплыли в порт и нас повязали, – ответил тот. – У этого эльфа было полсотни вооружённых головорезов, а у меня только десять матросов, которые не носят с собой оружия. Их захватили прямо на пристани, рассовали по складам и заперли.
– За ними хоть гнались? – спросил агент.
– Нет, – ответил капитан военного корабля. – У них мощные машины, полно угля, который можно не экономить, и два дня форы. Гнаться было бессмысленно, тем более с тремя кораблями, а других поблизости не было.
– С ними точно был эльф?
– Самый настоящий, – подтвердил капитан порта. – Он на голову выше меня, лицо симпатичное, а больше я не знаю, что о нём сказать. Но он точно верховодил у маозов.
– Что взяли? – спросил Грэг.
– Из механических мастерских взяли всё, кроме паровой машины, – ответил капитан порта. – Шесть разных станков, инструменты и металлические прутки, которыми запаслись для работы. Они всё там выгребли, забрали даже резину. Наши грузчики и сами маозы целый день грузили это на угнанный корабль. Понятно, что у нас забрали оружие и порох.
– О чём речь? – не понял агент. – Какой порох?
– Перед тем как уйти, они проверили портовые склады, а на них было с полсотни бочек с порохом для отправки в одну из факторий Чёрного континента. И у нас забрали ружья и пистоли.
– Хорошо прибарахлились, – со злостью сказал военный моряк. – Грузчики говорили, что из корабля даже выбросили часть балласта. Теперь нужно организовывать охрану побережья и портов. А пассажиров надо разоружать и везти под замком, а то начнут захватывать корабли даже из-за их машин. И так к этим дикарям много всего попало! А предателя нужно найти и убить!
– Пойду осмотрю мастерские, – сказал Грэг. – Там есть кто-нибудь из мастеров?
– Должны быть, – ответил капитан порта. – Вас проводить?
Агент отказался от помощи и прошёл в длинное здание механических мастерских. Там он встретил двух мастеров, которые о чём-то спорили и были недовольны его вмешательством. Недовольство проявляли до тех пор, пока не узнали, кто он такой и откуда.
– Оцените возможности того оборудования, которое у вас украли, – приказал Грэг.
– С его помощью можно делать любой ремонт корабельных машин, – ответил мастер. – Можно даже делать другие станки или машины, хоть это долго и потребуется кое-что отливать. Подшипники не сделаешь, но маозы много их забрали. А прутков из латуни и стали взяли столько... Мы купили их для работы самое малое лет на пять. Опять же инструмента взяли лет на десять, много крепежа...
Расспросив грузчиков и портовых матросов, агент счёл расследование законченным и отбыл в столицу. За время пути он обдумал и написал подробный отчёт, поэтому большого разговора с главой отдела не потребовалось.
– Результаты вашей работы не столь впечатляющие, как в прошлый раз, – сказал ему Джастин Хейз, – но большего не сделал бы никто. Будем надеяться, что учёные разберутся с новым оружием, а нам надо кого-нибудь заслать в княжества. Наверное, используем для засылки тех маозов, которые живут в западных королевствах. Только так можно узнать, что у них творится, и разделаться с Нельсоном. Если его убрать, вреда от украденных машин будет немного. На них ещё нужно уметь работать, а для того, чтобы выучить этому дикарей, нужно время. Но внедрением агентов займутся другие, а вы немного отдохните и начинайте заниматься новым отделом.
Джон, о котором говорил глава Третьего отдела, сидел в это время вместе с Глебом в капитанской каюте захваченной «Гордости эльфов». Плыть им осталось не больше одного дня, и все ждали, что вот-вот появится берег. Капитан вместе с дочерью переселился в пассажирские каюты, где за ним, как и за остальной командой, присматривали дружинники. Весь путь шли на машинах, и не было возни с парусами, поэтому в плаванье взяли только половину матросов.
– Ничего страшного, – утешил эльф капитана перед уходом из Монтея. – Когда разгрузимся, пройдёте вдоль побережья до первого порта пшеков, а там с вами поделятся углём и сможете набрать матросов. Я не собираюсь искать ваших в городе.
Оба боярина недавно поужинали и скрашивали время беседой. Глеб задал вопрос, смогут ли они победить эльфов, и услышал от друга неожиданный ответ.
– Нам не нужно их побеждать, – усмехнувшись, сказал Джон. – Надо защитить свои земли и выждать, когда они сами развалятся. Не понял? Тогда попробую объяснить. Ты не представляешь силы моего народа. Эльфов раз в пять больше, чем маозов во всех княжествах. Вот мы с тобой умыкнули несколько станков и рады, а их у эльфов тысячи. Ваше счастье в вашей неразвитости. Морской торговли почти нет, побережье не заселено, и Славутич непроходим для флота. Флот – это основная ударная сила эльфов, а против вас его не применишь. Конечно, можно занять побережье, понастроить лёгких судов, которые пройдут по волокам, и с их помощью перегнать к вам армию и пушки. Лет сто назад так и сделали бы, умылись бы кровью, но с вами разделались раз и навсегда! Сейчас не будут этим заниматься. Эльфы уже давно не те. Они слишком любят свою жизнь, в которой много удовольствий и праздности, и не будут ею рисковать из-за каких-то дикарей. Можно послать наёмников, но их не хватает. Поэтому и дальше будут искать тех, кого можно на вас натравить, и попытаются посеять вражду между князьями. А нам нужно готовить свои сюрпризы не для эльфов, а для тех, кого они пошлют.
– А почему сильная страна должна развалиться? – не понял Глеб. – Пусть эльфы сейчас не те, но у них в руках огромные силы...
– Пока эти силы в их руках, – согласился Джон, – но так будет недолго. Эльфы не хотят служить в армии, и их мало идёт во флот. Даже в Университет с каждым годом поступало всё меньше студентов. Чеканя медные деньги и заставляя другие народы продавать за медь их богатства, эльфы так обогатились, что многим уже нет нужды работать. Скоро повсюду будут наёмники, которым вынуждены давать эльфийское оружие. Когда-нибудь, и я думаю, что это время не за горами, они осознают свою силу, и это станет началом конца. Стал бы ты двадцать лет переносить тяготы службы и рисковать головой в надежде на гражданство, которое в силах взять сам? И учти, что если не успеешь отслужить и погибнешь, то твою семью отправят обратно, а если отслужишь, к вам всё равно будут относиться как к эльфам второго сорта. Стать своими могут только ваши дети, да и то это не у всех получается. В эльфах слишком много гнили. Сто лет назад ни одному мужчине не пришло бы в голову пристроиться к другому мужику, если есть женщины. Моряки подставляли друг другу задницы, если долго были в море, но в первом же порту природа брала своё. А сейчас с этим плохо, даже такой чужак, как ты, должен был заметить. Как можно молиться богу и считать нормальным то, за что он карал смертью?
– И что мы будем готовить? – спросил Глеб. – Вот забрали станки...
– Прежде всего их нужно собрать и запустить, – сказал Джон, – а заодно снять с корабля и установить в слободе вторую паровую машину, потому что одной будет мало. За зиму нужно изготовить пресс, его не было в мастерской. Когда запустим станки, начнём учить работать на них самых старших из ребят и моих мастеров. Нам повезло найти много пороха, поэтому поначалу им можно не заниматься. А вот горючей жидкости нужно много, а мы израсходовали запасы. Нужно везти нефть и варить, да не в нашем котле, а сделаем что-нибудь получше. Зимой этим заниматься легче, потому что меньше других работ и нет трудностей с охлаждением пара. Жидкость нам нужна и для бомб, и для моей машины. Теперь, имея станки и металл, её можно попробовать сделать.
– Пугать наших врагов твоей машиной? – с сомнением спросил юноша. – Испугаются ли?
– Я хотел сделать её для другого, но ты подал хорошую мысль. Если успеем, мы с тобой сделаем такой страх, что разбегутся все соседи! Эх, нет времени на мои снаряды!
– У Клэр в обучении есть почти взрослые мальчишки. Выбери из них одного поумней и расскажи, что нужно делать, – посоветовал Глеб. – Пусть хоть кто-то занимается, если у тебя не хватает времени.
– Бояре, видно берег! – крикнул им распахнувший дверь Матвей.
После того как появился берег, плаванье продолжалось два дня. Они были далеко на юге от устья Славутича, из-за чего пришлось плыть на север. Капитан не знал здешних вод, поэтому к берегу не приближались. В Славутиче плыли до первого волока. Там уже дожидались дружинники с шестью стругами. Первым делом разгрузили корабль. Это было нелегко и заняло целый день, несмотря на то что в разгрузке участвовала команда корабля и мужики с волока. Дружинникам тоже пришлось потрудиться, но жилы не рвали. После отдыха команда корабля начала носить в трюм камни, чтобы хоть так восстановить балласт корабля, а остальные занялись добычей. Её было так много, что на струги погрузили меньше половины. Ещё два струга взяли в деревне, и возглавляемый Джоном караван судов медленно поплыл к следующим порогам. Было решено, что они там разгрузятся и приплывут за остальным добром, которое сторожил Глеб. Ветра не было, поэтому приходилось налегать на вёсла. Восемь порогов проходили целый месяц и вымотались страшно. Когда приплыли к Вельску, к причалу прискакал сам князь. Посмотрев на своих измученных бояр, он отпустил их домой и приказал воеводе обозами везти грузы в слободу. Всё, кроме трёх самых тяжёлых деталей станков, перевезли до вечера, а их оставили до утра под охраной дружины. Нужны были крепкие возы, потому что крестьянские телеги не выдерживали такого груза и ломались.
После первых объятий и поцелуев Венди вытерла слёзы и смогла лучше рассмотреть мужа.
– На кого ты стал похож! – ужаснулась она. – Щёки ввалились, синяки и сам худющий! К тебе такому боязно даже прикоснуться, не то что любить!
– Пришлось таскать очень много грузов, – сказал Глеб. – Там и дружина, и мы с Джоном работали, не одни только мужики. Ничего, были бы кости, а мясо нарастёт. Теперь до следующей весны никуда не должен ехать. И о любви не волнуйся, он не так сильно похудел. Ты сама-то как? Я вижу, что живот стал в два раза больше. Тебя ещё можно любить?
– Не можно, а нужно! – ответила Венди. – Но сначала я тебя покормлю, а потом хоть немного отдохнёшь, а то так на мне и помрёшь!
