– Только не на твой остров, – предупредил отец. – Выбирай, потом скажешь. И позвоните, когда появится Оля.
Он уехал на службу, лишь немного не дождавшись возвращения младшей дочери.
– Поручили вам передать, – сказала привёзшая Олю женщина. – Это саквояж с её вещами.
Не слушая, что говорит чужая тётка, малышка бросилась Насте на грудь и заплакала.
– Вы как хотите, а я устала от нашего отдыха, – сказала Настя сёстрам. – Над Большим Каньоном и Ниагарским водопадом летали, в Голливуде и Диснейленде были...
– И над Нью-Йорком летали, – добавила Оля, – а больше в Америке нет ничего интересного.
– Египетские пирамиды, смотрели, – продолжила девочка. – На пирамидах Солнца и Луны в столице ацтеков тоже были...
– Меня чуть не укусила змея, – опять влезла Оля. – И зачем мы выучили арабский язык? Купались там только три дня.
– Помолчи, – поморщилась Настя. – Кто ныл, что жарко и песок? Были в Таиланде, на моём острове и на Кубе! Я уже на полжизни вперёд накупалась и такая чёрная, что на улице оборачиваются люди. Лондон, Париж, Рим и Флоренция, я ничего не забыла? Может, хватит? Тань, давай я отвезу тебя в Ялту, а потом заберу обратно? Позвонишь, и я тут же подскочу.
– Не знаю, – заколебалась сестра. – Наверное, и мне пока хватит. Нужно подумать о том, в какой институт поступать. Я выучила уже девять языков, может...
– Не спеши, – перебила Настя. – Скоро переедем в Москву. Слушай, а что если тебе вообще не учиться?
– Сама чуть ли не ногами пихала меня в вуз, а теперь делаешь такие заявления, – удивилась Таня.
– У меня появилась мысль, – сказала Настя. – Давай впихнём в твою голову ещё столько же языков, а потом я попрошу устроить тебя на работу. Пройдёшь стажировку и будешь с кем-нибудь из МИДа разъезжать по заграницам, пока не выскочишь замуж.
– Тебе же тоже нужно их учить. Или не нужно?
– Мне нужно их активировать. Если нужен японский, достаточно взять любую фотографию Японии, кроме Фудзиямы, и туда смотаться. Не нужно даже выходить из сферы. Можно и через интернет, но с полётами интересней.
– А ты думаешь заниматься своим экстернатом? – спросила Таня. – Или наплюёшь?
– Школу закончу, – ответила Настя, – а дальше учиться не буду.
– А я? – спросила Оля. – Сама хочешь всё быстро закончить, а я должна учиться с мальчишками одиннадцать лет?
– Что ты имеешь против мальчишек? – спросил зашедший в гостиную отец. – Не бери пример с Насти, а то никогда не выйдешь замуж. С мальчишками нужно дружить, только не со всеми.
– Что-то ты рано приехал на обед, – сказала Таня, – Мама отдыхает, не нужно её беспокоить. Я сама тебе разогрею.
– Можете меня поздравить, – сказал он. – Присвоили очередное звание и перевели в Москву. Повышение мне не светило, наверняка дали из-за тебя.
– Хочешь сказать, что меня могут раньше побеспокоить? – отозвалась Настя. – Ну и ладно, нам уже надоел отдых.
– Хотел бы я сказать такое о себе, – вздохнул отец. – Сидите, у меня у самого есть руки: что я не согрею себе поесть?
Он ушёл на кухню, а Таня подошла к зазвонившему телефону.
– Тебя, – сказала она Насте, протягивая ей трубку.
– Здравствуйте, Анастасия Николаевна, – услышала она приятный мужской голос. – У меня к вам дело в связи с переводом вашего отца, квартирой в Москве и вашей будущей работой. Я могу сейчас подъехать?
– Подъезжайте, – ответила Настя. – Я никуда не собираюсь.
– Кто звонил? – спросила Таня.
– Мои работодатели, – засмеялась девочка. – Они авансом рассчитались со мной отцовым званием и переводом, а сейчас привезут московскую квартиру и потребуют отработки. Но требовать будут вежливо, этот уже обратился по имени-отчеству.
– Квартира хоть большая? – спросил с дивана домовой.
– Это ты не у меня, а у него спрашивай, – пошутила Настя. – То-то он удивится. Я не упоминала о тебе в отчёте. Решила, что для начала им хватит Оли. Два пришельца, да ещё разных видов – это перебор.
Работодатель не спешил и прибыл через час после звонка.
– Дмитрий Павлович Зеленин, – представился он в прихожей, – полковник.
– Проходите, – пригласила Настя и отвела его в свою комнату.
– Вам не надоело отдыхать, Анастасия Николаевна? – спросил гость, сев на предложенный стул. – В работе с вами есть большой интерес у очень значительных людей, да и вам, насколько я сумел вас понять, будет интересно.
– Достаточно Насти, – сказала девочка. – Мою натуру изучали по рассказу?
– Ваш рассказ помог, – согласился он, – но я о вас и до него кое-что знал. Ваше дело шло по разряду аномальных явлений, и его сначала передали нам. Наш отдел занимается всякого рода чертовщиной...
– Вот спасибо! – засмеялась Настя. – Значит, вы изучали меня, как ведьму, а потом дело передали тому полковнику, который хотел меня обобрать? Что с ним, кстати?
– Обычный сон, – ответил Дмитрий Павлович. – Отоспался, а потом удивлялся своему поведению. Сознайтесь, вы на него влияли?
– Только убавила осторожность. Каким он был, таким он и остался, а я сэкономила время. И без влияния всё закончилось бы газом.
– У них не было времени проанализировать ваш рассказ, – пожал плечами Зеленин. – Если мне трудно поверить в то, что я слушал уже несколько раз, чего вы хотите от них? Это оперативники Следственного управления, которые твёрдо стоят на земле, а вы подсовываете им сказочку. Они и ваши доказательства приписали внушению.
– Ну хорошо, вам легче мне поверить, и у вас есть опыт работы с ведьмами – это я уже поняла. Давайте перейдём к делу.
– Давайте, – согласился он. – Перевод вашему отцу сделали, а это вам в дополнение к нему документы на квартиру.
– Квартира хоть большая? – спросил полковника невидимый домовой.
– А кто спрашивает? – растерялся Дмитрий Павлович.
– Кто может спрашивать о доме? – засмеялась Настя. – Конечно, домовой. Покажись, Марк, а то полковник не отдаст мне документы.
Заленин передал ей папку, не сводя расширенных глаз с сидевшего на кровати домового.
– Вы нам о нём не говорили, – сказал он, когда Марк снова исчез.
– А вы попробуйте впихнуть в два часа события девяти месяцев, – возразила она. – К тому же наш Марк может представлять интерес не для вас, а для учёных, да и нет у него желания общаться с кем-то, кроме семьи. Расскажите о квартире, чтобы я не рылась в бумагах.
– Вы рассказали сказку, ну и вам дали сказочную квартиру, – ответил Зеленин. – Купили на проспекте Вернадского за пятьдесят миллионов. Я, когда увидел, обалдел. В ней четыре комнаты и три санузла, большая кухня и застеклённая лоджия. Общая площадь сто пятьдесят метров, жилая – девяносто два. Квартира полностью укомплектована итальянской мебелью и немецкой сантехникой, в ней много встроенных шкафов. Мраморные полы, декоративная мозаика и вообще... Мне не хотелось оттуда уходить. Жилой комплекс огорожен и охраняется, а рядом станция метро «Юго-западная».
– И всё это нам дают в собственность? – с недоверием спросила Настя.
– Дают, – подтвердил он, – только с условием, что вы работаете на нас пять лет. Если откажетесь дать такое обязательство, вам подберут что-нибудь скромнее. Или можете заплатить за неё сами. Вы вроде говорили, что ходите по деньгам. Прежде чем что-то решать, посмотрите на фотографии.
– Я лучше расплачусь, – посмотрев фотографии, сказала девочка. – Не из-за того, что не хочу с вами работать. Со мной может что-нибудь случиться...
– Это учитывается, – объяснил Зеленин. – Если вы погибните при выполнении наших заданий или потеряете возможность их выполнять, к вашей семье не будет никаких претензий.
– Если примете в качестве оплаты золото, я заплачу, – решила Настя. – Никогда не была должником и не имею желания им становиться.
– Дело хозяйское, – сказал он. – Я передам руководству о золоте. Оно будет таким, как в ваших монетах?
– Точно такое же. Треть меди, остальное золото. Дмитрий Павлович, не могли бы вы передать мою просьбу устроить на работу сестру? Она через месяц будет знать шестнадцать языков...
– Передам, – согласился Зеленин. – Не думаю, что у неё будут сложности с работой. Наших спецов поучите?
– Без проблем, – ответила Настя. – Вы знаете, что для меня планируют?
– Планов много, – ответил он, – только я не буду о них здесь говорить. И вы постарайтесь поменьше это обсуждать. Вы сожгли наши микрофоны, но их можем ставить не только мы. Когда появитесь у нас, вам обо всём подробно расскажут. Пока могу сказать, что начнём с изучения ваших способностей.
– Хорошо, что напомнили о микрофонах, – сказала девочка. – Я надеюсь, что их не придётся жечь в Москве.
– В квартире установлена связанная с нами электронная система охраны, но прослушивается только прихожая. Это сделано в целях вашей безопасности. В остальных помещениях нет ни камер, ни микрофонов. Когда будете переезжать?
– Я не знаю. Вернётся со службы отец, тогда поговорим. Оставьте номер телефона.
Полковник отдал ключи от новой квартиры, попрощался и ушёл, а Настя зашла в комнату Тани.
– Большая квартира? – повторила вопрос домового сидевшая у Татьяны Оля.
– Посмотрите сами, – сказала она и положила на стол десяток фотографий. – Полторы сотни квадратов, итальянская мебель, мрамор и куча туалетов. Теперь можно не бояться есть немытые фрукты.
– И отдают просто так? – не поверила Таня.
– За моё обещание пахать на них пять лет. Я могу обещать и больше, всё равно мой союз с государством до самой смерти или до тех пор, пока нами не займётся Верона. Но квартиру я выкуплю. Потрачу на это пятьдесят кг ненужного мне золота, зато это будет ваше.
– Мне не понравилось то, как ты это сказала! – нахмурилась Таня. – Вроде попрощалась, а квартиру подарила на память.
– Ты неправильно поняла. В своем королевстве я перестала ценить барахло. Когда у тебя куча дворцов и навалом всего, что может понадобиться человеку, сильно меняется отношение к вещам. Не знаю, может, у других это не так, но сейчас я почти не радуюсь ничему из этих благ. Когда мне показали фотографии, я была в восторге, но он длился с минуту. Сразу вспомнились мои комнаты...
– Их нет и больше не будет, – возразила сестра. – Или ты хочешь вернуться?
– Не собираюсь я возвращаться, – вздохнула девочка. – Я так и думала, что ты меня не поймёшь.
– А когда уедем? – спросила Оля.
– Если отцу не нужно задерживаться, можем уехать хоть завтра, – ответила Настя. – Мебель не везти, да и вещи можно брать по минимуму. Я могу вернуться и забрать то, что понадобится. Эту квартиру пока лучше не продавать. Оплатим коммуналку и на всякий случай отдадим ключи Васильевым.
– А твои подруги? – спросила Таня. – Если станешь к ним летать и об этом узнают, будут неприятности.
– Ты ничего не поняла! – засмеялась девочка. – Неприятности будут у того, кто захочет устроить неприятности твоей сестре! У меня уже есть поддержка в верхах, а после того как докажу свою полезность, со мной будут считаться ещё больше. И сделать это будет нетрудно.
Скоро к ним зашла отдохнувшая мать. Получив папку с документами и фото, она вернулась в свою комнату их изучать. Отец приехал на два часа раньше.
– Оформили документы и выплатили деньги, – сообщил он дочерям. – Дали пять дней на сборы и переезд, а потом должен явиться на новое место службы. А где мать? Неужели до сих пор отдыхает?
– Любуется новой квартирой, – засмеялась Настя и рассказала отцу о визите Зеленина.
– Значит, хочешь выкупить, – задумался он. – С халявным золотом это нетрудно, если у тебя его возьмут вместо денег.
– У нас почти сто миллионов, – сказала она, – поэтому можно отдать деньги, но золотом будет лучше. И работу Тане подыщут, мне только нужно с ней заняться. Папа, предлагаю переехать завтра утром. Я могу перебросить всех к деду. Нужные вещи соберём и оставим здесь, а я потом за ними смотаюсь.
– А машина? – возразил отец.
– Ну что ты как ребёнок! – засмеялась дочь. – Положишь всё, что тебе нужно, в багажник и отдашь её мне, а в Москве верну. Хранение не должно навредить.
Этим вечером мать с Таней занялись сборами, а Настя навестила подруг. К каждой пришлось летать отдельно. Все офицеры управления знали о переводе Никитина в Москву, поэтому отцы рассказали дочерям, что их подруга скоро уедет. Встречи получились грустными, но девушек немного утешило обещание Насти их навещать. Они не знали, как подруга собиралась это делать, но верили её словам. Утром она сходила с отцом в гараж, где он сложил в багажник «Лады» всё, что посчитал нужным, после чего машина исчезла без передачи прав собственности.
– Наверное, кольцо считает всю семейную собственность немного моей, – сказала Настя. – Давай я отправлю тебя отсюда к деду, а потом закрою гараж.
После отца настал черёд остальных. Последней она увозила мать, которая заперла квартиру и отнесла ключи соседям.
– Надо будет перевезти цветы, а то пропадут, – сказала она дочери, когда спускались к выходу. – Уйдём из подъезда?
Они обнялись, а через несколько минут мать уже обнимала деда.
– Ну что, едем вселяться? – спросил отец. – Как будешь отдавать машину, если повсюду люди?
– Подумаешь! – ответила Настя. – В проходе между домами безлюдно, а если кого-нибудь принесёт, отведу глаза. Пойдёмте, только не забудьте документы, а то нас не пустит охрана. Дед, ты с нами или мне лететь за тобой отдельно?
Поехали все вместе. Оля села к Татьяне на колени, а домового взяла на руки Настя. До нового дома было недалеко, но улицы забили еле ползущие автомашины, поэтому добирались полчаса.
– Я больше не езжу на машине! – заявила Настя, когда свернули с проспекта и подъехали к шлагбауму. – Надышалась гарью на год вперёд.
Охранники быстро разобрались, что приехали новые жильцы, занесли их в свою базу данных и пропустили. Машину оставили на стоянке, а сами на лифте поднялись на свой четвёртый этаж. Насте квартира понравилась, сёстры были в восторге, а домовой опять остался недоволен.
– Мало места, – сказал он Насте, – и всё мёртвое, а о воздухе я и говорить не хочу.
– Да, воздух не деревенский, – согласилась она. – Не такая гадость, как на дороге, но всё равно... Я это упустила, когда рвалась в Москву. Ничего, будем каждый вечер куда-нибудь выбираться на отдых.
Отец с дедом быстро осмотрели квартиру, а мать как попала на кухню, так там и бродила, как сомнамбула.
– Нужно покупать кровать, – сказал отец Насте. – Здесь три спальни, а в гостиной Оле будет неудобно. Поживёшь с ней вдвоём, а сегодня поспит на диване. Когда займёшься доставкой вещей?
Отобранные вещи и продукты из холодильника были на хранении кольцом, и она вернула их в новой квартире. Закончив с этой работой, взяла телефон и позвонила Зеленину.
Он уехал на службу, лишь немного не дождавшись возвращения младшей дочери.
– Поручили вам передать, – сказала привёзшая Олю женщина. – Это саквояж с её вещами.
Не слушая, что говорит чужая тётка, малышка бросилась Насте на грудь и заплакала.
Глава 14
– Вы как хотите, а я устала от нашего отдыха, – сказала Настя сёстрам. – Над Большим Каньоном и Ниагарским водопадом летали, в Голливуде и Диснейленде были...
– И над Нью-Йорком летали, – добавила Оля, – а больше в Америке нет ничего интересного.
– Египетские пирамиды, смотрели, – продолжила девочка. – На пирамидах Солнца и Луны в столице ацтеков тоже были...
– Меня чуть не укусила змея, – опять влезла Оля. – И зачем мы выучили арабский язык? Купались там только три дня.
– Помолчи, – поморщилась Настя. – Кто ныл, что жарко и песок? Были в Таиланде, на моём острове и на Кубе! Я уже на полжизни вперёд накупалась и такая чёрная, что на улице оборачиваются люди. Лондон, Париж, Рим и Флоренция, я ничего не забыла? Может, хватит? Тань, давай я отвезу тебя в Ялту, а потом заберу обратно? Позвонишь, и я тут же подскочу.
– Не знаю, – заколебалась сестра. – Наверное, и мне пока хватит. Нужно подумать о том, в какой институт поступать. Я выучила уже девять языков, может...
– Не спеши, – перебила Настя. – Скоро переедем в Москву. Слушай, а что если тебе вообще не учиться?
– Сама чуть ли не ногами пихала меня в вуз, а теперь делаешь такие заявления, – удивилась Таня.
– У меня появилась мысль, – сказала Настя. – Давай впихнём в твою голову ещё столько же языков, а потом я попрошу устроить тебя на работу. Пройдёшь стажировку и будешь с кем-нибудь из МИДа разъезжать по заграницам, пока не выскочишь замуж.
– Тебе же тоже нужно их учить. Или не нужно?
– Мне нужно их активировать. Если нужен японский, достаточно взять любую фотографию Японии, кроме Фудзиямы, и туда смотаться. Не нужно даже выходить из сферы. Можно и через интернет, но с полётами интересней.
– А ты думаешь заниматься своим экстернатом? – спросила Таня. – Или наплюёшь?
– Школу закончу, – ответила Настя, – а дальше учиться не буду.
– А я? – спросила Оля. – Сама хочешь всё быстро закончить, а я должна учиться с мальчишками одиннадцать лет?
– Что ты имеешь против мальчишек? – спросил зашедший в гостиную отец. – Не бери пример с Насти, а то никогда не выйдешь замуж. С мальчишками нужно дружить, только не со всеми.
– Что-то ты рано приехал на обед, – сказала Таня, – Мама отдыхает, не нужно её беспокоить. Я сама тебе разогрею.
– Можете меня поздравить, – сказал он. – Присвоили очередное звание и перевели в Москву. Повышение мне не светило, наверняка дали из-за тебя.
– Хочешь сказать, что меня могут раньше побеспокоить? – отозвалась Настя. – Ну и ладно, нам уже надоел отдых.
– Хотел бы я сказать такое о себе, – вздохнул отец. – Сидите, у меня у самого есть руки: что я не согрею себе поесть?
Он ушёл на кухню, а Таня подошла к зазвонившему телефону.
– Тебя, – сказала она Насте, протягивая ей трубку.
– Здравствуйте, Анастасия Николаевна, – услышала она приятный мужской голос. – У меня к вам дело в связи с переводом вашего отца, квартирой в Москве и вашей будущей работой. Я могу сейчас подъехать?
– Подъезжайте, – ответила Настя. – Я никуда не собираюсь.
– Кто звонил? – спросила Таня.
– Мои работодатели, – засмеялась девочка. – Они авансом рассчитались со мной отцовым званием и переводом, а сейчас привезут московскую квартиру и потребуют отработки. Но требовать будут вежливо, этот уже обратился по имени-отчеству.
– Квартира хоть большая? – спросил с дивана домовой.
– Это ты не у меня, а у него спрашивай, – пошутила Настя. – То-то он удивится. Я не упоминала о тебе в отчёте. Решила, что для начала им хватит Оли. Два пришельца, да ещё разных видов – это перебор.
Работодатель не спешил и прибыл через час после звонка.
– Дмитрий Павлович Зеленин, – представился он в прихожей, – полковник.
– Проходите, – пригласила Настя и отвела его в свою комнату.
– Вам не надоело отдыхать, Анастасия Николаевна? – спросил гость, сев на предложенный стул. – В работе с вами есть большой интерес у очень значительных людей, да и вам, насколько я сумел вас понять, будет интересно.
– Достаточно Насти, – сказала девочка. – Мою натуру изучали по рассказу?
– Ваш рассказ помог, – согласился он, – но я о вас и до него кое-что знал. Ваше дело шло по разряду аномальных явлений, и его сначала передали нам. Наш отдел занимается всякого рода чертовщиной...
– Вот спасибо! – засмеялась Настя. – Значит, вы изучали меня, как ведьму, а потом дело передали тому полковнику, который хотел меня обобрать? Что с ним, кстати?
– Обычный сон, – ответил Дмитрий Павлович. – Отоспался, а потом удивлялся своему поведению. Сознайтесь, вы на него влияли?
– Только убавила осторожность. Каким он был, таким он и остался, а я сэкономила время. И без влияния всё закончилось бы газом.
– У них не было времени проанализировать ваш рассказ, – пожал плечами Зеленин. – Если мне трудно поверить в то, что я слушал уже несколько раз, чего вы хотите от них? Это оперативники Следственного управления, которые твёрдо стоят на земле, а вы подсовываете им сказочку. Они и ваши доказательства приписали внушению.
– Ну хорошо, вам легче мне поверить, и у вас есть опыт работы с ведьмами – это я уже поняла. Давайте перейдём к делу.
– Давайте, – согласился он. – Перевод вашему отцу сделали, а это вам в дополнение к нему документы на квартиру.
– Квартира хоть большая? – спросил полковника невидимый домовой.
– А кто спрашивает? – растерялся Дмитрий Павлович.
– Кто может спрашивать о доме? – засмеялась Настя. – Конечно, домовой. Покажись, Марк, а то полковник не отдаст мне документы.
Заленин передал ей папку, не сводя расширенных глаз с сидевшего на кровати домового.
– Вы нам о нём не говорили, – сказал он, когда Марк снова исчез.
– А вы попробуйте впихнуть в два часа события девяти месяцев, – возразила она. – К тому же наш Марк может представлять интерес не для вас, а для учёных, да и нет у него желания общаться с кем-то, кроме семьи. Расскажите о квартире, чтобы я не рылась в бумагах.
– Вы рассказали сказку, ну и вам дали сказочную квартиру, – ответил Зеленин. – Купили на проспекте Вернадского за пятьдесят миллионов. Я, когда увидел, обалдел. В ней четыре комнаты и три санузла, большая кухня и застеклённая лоджия. Общая площадь сто пятьдесят метров, жилая – девяносто два. Квартира полностью укомплектована итальянской мебелью и немецкой сантехникой, в ней много встроенных шкафов. Мраморные полы, декоративная мозаика и вообще... Мне не хотелось оттуда уходить. Жилой комплекс огорожен и охраняется, а рядом станция метро «Юго-западная».
– И всё это нам дают в собственность? – с недоверием спросила Настя.
– Дают, – подтвердил он, – только с условием, что вы работаете на нас пять лет. Если откажетесь дать такое обязательство, вам подберут что-нибудь скромнее. Или можете заплатить за неё сами. Вы вроде говорили, что ходите по деньгам. Прежде чем что-то решать, посмотрите на фотографии.
– Я лучше расплачусь, – посмотрев фотографии, сказала девочка. – Не из-за того, что не хочу с вами работать. Со мной может что-нибудь случиться...
– Это учитывается, – объяснил Зеленин. – Если вы погибните при выполнении наших заданий или потеряете возможность их выполнять, к вашей семье не будет никаких претензий.
– Если примете в качестве оплаты золото, я заплачу, – решила Настя. – Никогда не была должником и не имею желания им становиться.
– Дело хозяйское, – сказал он. – Я передам руководству о золоте. Оно будет таким, как в ваших монетах?
– Точно такое же. Треть меди, остальное золото. Дмитрий Павлович, не могли бы вы передать мою просьбу устроить на работу сестру? Она через месяц будет знать шестнадцать языков...
– Передам, – согласился Зеленин. – Не думаю, что у неё будут сложности с работой. Наших спецов поучите?
– Без проблем, – ответила Настя. – Вы знаете, что для меня планируют?
– Планов много, – ответил он, – только я не буду о них здесь говорить. И вы постарайтесь поменьше это обсуждать. Вы сожгли наши микрофоны, но их можем ставить не только мы. Когда появитесь у нас, вам обо всём подробно расскажут. Пока могу сказать, что начнём с изучения ваших способностей.
– Хорошо, что напомнили о микрофонах, – сказала девочка. – Я надеюсь, что их не придётся жечь в Москве.
– В квартире установлена связанная с нами электронная система охраны, но прослушивается только прихожая. Это сделано в целях вашей безопасности. В остальных помещениях нет ни камер, ни микрофонов. Когда будете переезжать?
– Я не знаю. Вернётся со службы отец, тогда поговорим. Оставьте номер телефона.
Полковник отдал ключи от новой квартиры, попрощался и ушёл, а Настя зашла в комнату Тани.
– Большая квартира? – повторила вопрос домового сидевшая у Татьяны Оля.
– Посмотрите сами, – сказала она и положила на стол десяток фотографий. – Полторы сотни квадратов, итальянская мебель, мрамор и куча туалетов. Теперь можно не бояться есть немытые фрукты.
– И отдают просто так? – не поверила Таня.
– За моё обещание пахать на них пять лет. Я могу обещать и больше, всё равно мой союз с государством до самой смерти или до тех пор, пока нами не займётся Верона. Но квартиру я выкуплю. Потрачу на это пятьдесят кг ненужного мне золота, зато это будет ваше.
– Мне не понравилось то, как ты это сказала! – нахмурилась Таня. – Вроде попрощалась, а квартиру подарила на память.
– Ты неправильно поняла. В своем королевстве я перестала ценить барахло. Когда у тебя куча дворцов и навалом всего, что может понадобиться человеку, сильно меняется отношение к вещам. Не знаю, может, у других это не так, но сейчас я почти не радуюсь ничему из этих благ. Когда мне показали фотографии, я была в восторге, но он длился с минуту. Сразу вспомнились мои комнаты...
– Их нет и больше не будет, – возразила сестра. – Или ты хочешь вернуться?
– Не собираюсь я возвращаться, – вздохнула девочка. – Я так и думала, что ты меня не поймёшь.
– А когда уедем? – спросила Оля.
– Если отцу не нужно задерживаться, можем уехать хоть завтра, – ответила Настя. – Мебель не везти, да и вещи можно брать по минимуму. Я могу вернуться и забрать то, что понадобится. Эту квартиру пока лучше не продавать. Оплатим коммуналку и на всякий случай отдадим ключи Васильевым.
– А твои подруги? – спросила Таня. – Если станешь к ним летать и об этом узнают, будут неприятности.
– Ты ничего не поняла! – засмеялась девочка. – Неприятности будут у того, кто захочет устроить неприятности твоей сестре! У меня уже есть поддержка в верхах, а после того как докажу свою полезность, со мной будут считаться ещё больше. И сделать это будет нетрудно.
Скоро к ним зашла отдохнувшая мать. Получив папку с документами и фото, она вернулась в свою комнату их изучать. Отец приехал на два часа раньше.
– Оформили документы и выплатили деньги, – сообщил он дочерям. – Дали пять дней на сборы и переезд, а потом должен явиться на новое место службы. А где мать? Неужели до сих пор отдыхает?
– Любуется новой квартирой, – засмеялась Настя и рассказала отцу о визите Зеленина.
– Значит, хочешь выкупить, – задумался он. – С халявным золотом это нетрудно, если у тебя его возьмут вместо денег.
– У нас почти сто миллионов, – сказала она, – поэтому можно отдать деньги, но золотом будет лучше. И работу Тане подыщут, мне только нужно с ней заняться. Папа, предлагаю переехать завтра утром. Я могу перебросить всех к деду. Нужные вещи соберём и оставим здесь, а я потом за ними смотаюсь.
– А машина? – возразил отец.
– Ну что ты как ребёнок! – засмеялась дочь. – Положишь всё, что тебе нужно, в багажник и отдашь её мне, а в Москве верну. Хранение не должно навредить.
Этим вечером мать с Таней занялись сборами, а Настя навестила подруг. К каждой пришлось летать отдельно. Все офицеры управления знали о переводе Никитина в Москву, поэтому отцы рассказали дочерям, что их подруга скоро уедет. Встречи получились грустными, но девушек немного утешило обещание Насти их навещать. Они не знали, как подруга собиралась это делать, но верили её словам. Утром она сходила с отцом в гараж, где он сложил в багажник «Лады» всё, что посчитал нужным, после чего машина исчезла без передачи прав собственности.
– Наверное, кольцо считает всю семейную собственность немного моей, – сказала Настя. – Давай я отправлю тебя отсюда к деду, а потом закрою гараж.
После отца настал черёд остальных. Последней она увозила мать, которая заперла квартиру и отнесла ключи соседям.
– Надо будет перевезти цветы, а то пропадут, – сказала она дочери, когда спускались к выходу. – Уйдём из подъезда?
Они обнялись, а через несколько минут мать уже обнимала деда.
– Ну что, едем вселяться? – спросил отец. – Как будешь отдавать машину, если повсюду люди?
– Подумаешь! – ответила Настя. – В проходе между домами безлюдно, а если кого-нибудь принесёт, отведу глаза. Пойдёмте, только не забудьте документы, а то нас не пустит охрана. Дед, ты с нами или мне лететь за тобой отдельно?
Поехали все вместе. Оля села к Татьяне на колени, а домового взяла на руки Настя. До нового дома было недалеко, но улицы забили еле ползущие автомашины, поэтому добирались полчаса.
– Я больше не езжу на машине! – заявила Настя, когда свернули с проспекта и подъехали к шлагбауму. – Надышалась гарью на год вперёд.
Охранники быстро разобрались, что приехали новые жильцы, занесли их в свою базу данных и пропустили. Машину оставили на стоянке, а сами на лифте поднялись на свой четвёртый этаж. Насте квартира понравилась, сёстры были в восторге, а домовой опять остался недоволен.
– Мало места, – сказал он Насте, – и всё мёртвое, а о воздухе я и говорить не хочу.
– Да, воздух не деревенский, – согласилась она. – Не такая гадость, как на дороге, но всё равно... Я это упустила, когда рвалась в Москву. Ничего, будем каждый вечер куда-нибудь выбираться на отдых.
Отец с дедом быстро осмотрели квартиру, а мать как попала на кухню, так там и бродила, как сомнамбула.
– Нужно покупать кровать, – сказал отец Насте. – Здесь три спальни, а в гостиной Оле будет неудобно. Поживёшь с ней вдвоём, а сегодня поспит на диване. Когда займёшься доставкой вещей?
Отобранные вещи и продукты из холодильника были на хранении кольцом, и она вернула их в новой квартире. Закончив с этой работой, взяла телефон и позвонила Зеленину.
