Он думал, что живёт. А я должна была отнять у него эту жизнь. Я не смогла бы и не успела бы показать ему истину. Да и поверил бы он мне? Мои слова не изменили бы того, что он переживает каждый день. Он бы назвал меня сумасшедшей.
Мне было интересно, помнит ли он меня с тех пор, как назвал своё имя. Я поддалась желанию ещё раз войти и увидеть Сэма.
— Ты?! Что ты снова здесь делаешь?! — Парень нервно вскочил. — Ты преследуешь меня?! Недостаточно одного раза взглянуть?
— Как можно преследовать того, кто всё время сидит в одной комнате?
— Что ты несёшь?
— Скажи, ты каждый день видишь меня? За тем окном.
— Да. Но при чём тут это?
— Тогда подумай каждый раз, когда будешь видеть меня: где ты и что ты делаешь. Спроси себя. Ты должен осознать.
— Ты ненормальная. — Он не понимал меня.
Да, я сама не понимала, что делаю. Действительно ли я этого хочу? И зачем? Что мне с того, поверит он в мои сказки или нет?
— Сейчас появится твой отец.
— Конечно, он появится, когда ты здесь шумишь. Пожалуйста, уходи.
— Что с тобой сегодня? — спросил меня Ричард.
— Сама не знаю, что со мной.
— Ты что-то сделала? — предположил он.
— Как ты узнал?
— Просто смотрю на тебя и представляю, чтобы это могло быть. — Улыбнулся очкарик. — Ты спускалась по лестнице?
— Нет. Я говорила с... Даже не знаю, что это было. Этот человек, парень, он...
— Не живой?
— Да, не живой. Он застрял во времени, у себя. Понимаешь?
— Понимаю. Полагаю, как и все на этой улице. Но зачем тебе это?
Ричард спросил, но я не нашла ответа. Я положилась на то, что если я это делаю, значит, не просто так. Маленькие причины и желания сподвигли меня.
— Я не хочу, чтобы Сэм страдал. Его отец очень жесток и скандалит с ним каждый день. Бьёт.
— Не переживай так. Возможно этот день не запоминается в его сознании, и всё начинается заново.
— Но он помнит меня. И это страшно.
— Может быть, потому что ты не часть его мира.
Я думала о том, что наговорила Сэму, и немного жалела. Мне не следовало вообще заходить в тот дом. Мне не кажется, что он хоть что-то уловил из моих слов. Скорее всего, он все еще сидит перед телевизором, проживая одно и то же каждый день.
И вот снова я задержалась у его окна. Оно было грязным и размытым. Никто этого не видел, как и те детали, которые могли выдать гибель этого дома.
Как и ожидалось, Сэм не осознал себя. Его монотонная жизнь в петле продолжалась по законам фантома: игра, дым, та же чёрная футболка.
«Вспомни, что я говорила тебе!» — твердила я в уме.
Время шло. Я должна была уйти. Мужчина, который в прошлый раз напугал меня, мог появиться в любой момент. Но я опять увидела эти глаза, которые посмотрели на меня, как обычно. Он узнал меня? Я заново открыла дверь. Вошла без стеснения и с уверенностью, которой у меня раньше не было.
— Привет. — Спокойно поздоровалась я с ним.
— Привет. — Он был таким тихим и продолжал смотреть на меня.
— Можно плед?
Сэм взял синий плед, который висел на крючке возле двери, и подал мне. В этот момент наши глаза были так близко, что мы могли рассмотреть текстуру кожи друг друга. Меня охватила неловкость, и я быстро отвела взгляд.
— Что ты сегодня делал?
Парень задумался, но ничего не ответил. Возможно, он и не успел бы ничего сказать. Позади появилось знакомое лицо. Но на этот раз я не растерялась. Я немедленно схватила кочергу, которая висела у камина, и замахнулась ею в воздухе с особой яростью и не разбирала, попадаю ли я в цель или нет.
Постепенно сердитый облик отца терял свои очертания. Он размывался в воздухе, словно слабый дым. Тело человека превращалось на глазах у Сэма в густую массу красок. Оттенки были едва уловимыми и вскоре совсем распались в серый туман.
Я посмотрела на Сэма. Он стоял на месте и не понимал, что происходит. Было видно, как он пытался сохранить ясность ума. Он был напуган. А я была безжалостна.
— Вот! Теперь ты веришь мне?! Всё это нереально!
Так же, как и отец Сэма, всё в комнате перестало существовать. Стены сгорели, комната опустела. На полу валялся мусор, а запахи сменились на более мерзкие. Мы оба смотрели на это, как на что-то, что медленно и безвозвратно умирало. Мне кажется, нам обоим тогда было больно.
— Уходи. — Тихо потребовал Сэм.
Непонятно, к кому было обращение: ко мне или к пустоте внутри него.
Меня перенесли в начало улицы к спутнику. Это проклятие не оставляло меня даже там, где я была нужнее всего. Вместо того чтобы быть рядом с живым человеком, я постоянно думала о НЕМ.
Навстречу мне шел Честер. Рядом с ним медленными шагами шла пожилая женщина.
— Ты изменилась, Дарси, — успел он донести до моих ушей, пока мы проходили мимо друг друга.
Правда это или нет, мне в тот момент было всё равно. Все мои открытые чувства занимали мысли: страх, сожаление, привязанность. Я хлопнула себя по щекам, чтобы вернуть себя к нормальному состоянию.
На следующий день я не увидела Сэма в его пустом доме. Здание словно кричало о своей боли, нежеланной, но выведенной на свет.
Так продолжалось каждую среду, которую я могла запомнить. Неужели то, что неизбежно возникало, может так просто исчезнуть? Может ли быть так, что я своими действиями и словами сломала эту петлю? Впервые за все время мне стало страшно, что фантом Сэма исчезнет окончательно.
Мне было больно от того, что я не видела Сэма. Я скучала по его профилю, по тому, как он старался выигрывать в приставку и временами курил. Иногда мне казалось, что лучше бы я ничего не меняла. Мне тогда не хватало того, что я просто наблюдала за ним. Я захотела большего, и вот он — плод моих стараний.
— Не переживай! Да ну, такого быть не может! Может, ему просто нужно время! Как зачем?! Чтобы все обдумать, прийти в себя! Не мешай ему! Дай ему побыть одному!
Я шла рядом с молодой девушкой, рыжей, как пожар, который охватил эту улицу. Она говорила с кем-то по телефону, и эти слова были нужны мне больше, чем кому-либо другому. Я представляла их своими и таким образом утешала себя.
Однажды я его увидела. В тот день, когда я снова подошла к окну, белое, как мел, лицо Сзма напугало меня. Оно оказалось слишком близко к стеклу и казалось большим. Голубые глаза были не такими, как я привыкла их видеть. Сердце сжалось от страха, и я отступила на пару шагов, чтобы перевести дыхание.
Сэм стукнул по стеклу костяшкой пальца и жестом показал, чтобы я вошла. Я неспешно открыла дверь и через пару секунд оказалась внутри.
— Дарси. — Его голос был ровным и холодным. — Ты боишься меня?
Так бы любой мог подумать, глядя на моё неуверенное поведение.
— Где ты был?
— Ты искала меня? — спросил он. Я промолчала. — Почему не спрашиваешь, что я делал сегодня? Представляешь, после того, как ты открыла мне глаза, я, оказывается, могу посещать и другие комнаты, — сказал он, словно вспоминая, как это было.
Я посмотрела на него и увидела его насмешливый взгляд. В душе я ощутила призрение и ненависть, только не свои, а его.
— Только выйти из этого дома не судьба. Столько раз пытался открыть эту гребанную дверь, но ничего не получается. И что же мне теперь делать? — продолжил он, вопросительно взглянув на меня.
Однозначно, он ждал решения от меня. Но я не знала, как ему помочь.
Казалось, правда и выход — это те вещи, которые должны делать нас счастливыми. Но почему иногда они причиняют душевную боль? Может быть, это не совсем чистая монета, и мы обманываемся? Стоило ли мне показывать Сэму настоящий мир?
— Кто ты?
— Я проводник. Меня приставили к людям, чтобы...
— К людям? — перебил он меня. — Значит, ты не человек? Ты знаешь, кто я?
— Думала, что знаю. Но теперь я сильно сомневаюсь. Извини, что так получилось.
Не стала говорить, что он был в петле.
— Может, я призрак, привидение? Или нет, я иллюзия, видение? Чей-то сон? Может, я – твои галлюцинации, ты не задумывалась об этом? Хотя нет, думаю, я всего лишь воображение в твоей голове. Или наоборот. Может, это ты в моей голове, как и весь этот бред, что происходит со мной?
Я поняла, что это был крик его сущности, как бы она ни проявлялась.
— Какая разница? — ответила ему как можно мягче. — Ты реален в своём мире, а я реальна в своём.
— Допустим, — развёл он руками. — Но что мне с этим делать? С таким миром, который ты показала мне?
Мы оба долго сидели на полу, прислонившись спинами к холодной стене. Молчали. Сухие потрепанные обои хрустнули под давлением.
— Что произошло?
— Взрыв. Страшный взрыв. Взрывчатка. Я не знаю, как.
— А я... умер? — с трудом, сглотнув, спросил он.
Да и я до конца не понимала, готов ли Сэм принять свою смерть или нет.
— Никто не выжил. Извини, я...
— Да брось. — Он вновь перебил меня. — Ты сама сказала: раз я чувствую себя живым, всё в порядке.
— Точно?
— Наверное. — Он рассмеялся и посмотрел на меня так, что моё сердце странно сжалось.
Я не смогла сдержать улыбку.
— Ну а ты? Как ты тут оказалась?
— Я не помню, — честно ответила ему. — Кто-то назначил меня сопровождающей, чтобы помочь людям, чтобы Новшер не сводила их с ума.
— Новшер?
— Да. Название улицы. Мы с Честером... Честер и я... — Вспомнила друга, и ко мне вернулась тревога, с которой я в последний раз встречала его на дороге.
— Кто?
— Мой друг.
— У меня тоже был друг. Честер. — Я замерла, но не выдала своего удивления. — Так кто вас назначил?
— Я не знаю.
Парень усмехнулся.
— Ты хоть что-то знаешь?
— Я не могу так, Дарси, — неожиданно заговорил Сэм. — Я не могу вечно существовать в этих четырёх стенах. Я сойду с ума. Ты меня понимаешь? — Он говорил серьёзно, и в его голосе звучала боль.
Впервые я увидела, как он сильно напуган и не знает, что делать.
— Сэм…
— Помоги мне, — он не позволил мне договорить. — Я хочу освободиться от этого места.
Кто-то выбрал меня. И я не думаю, что это просто так. В чем-то Честер должен быть прав. Если я способна на что-то, я обязательно освобожу Сэма. Но проблема в том, что я просто сопровождающая, я не веду людей за собой. Поэтому я не знаю, как помочь другу.
— Ты влюбилась? — спросил меня Ричард.
— Вижу, ты зачастил сюда, — сменила я тему.
— Ну же, зачем ты уходишь от разговора?
— Я не хочу об этом говорить.
— Тогда скажи мне другое. Почему ты не спускаешься по лестнице? Проводи меня сегодня до конца.
— Ричард. — Я остановилась.
Очкарик что-то понял, но не захотел открыто говорить мне об этом. И я уверена, что он почувствовал моё волнение вместе с тревогой и симпатией к неправильному фантому. Понравилась ли ему эта смесь во мне? Она и мне особо не нравилась.
Я не могла больше держать это внутри себя. Я хотела поделиться с кем-нибудь, найти ответ, а возможно, ответы. Сколько у меня вопросов? Достаточно, чтобы этот парень задержался на этой улице до конца.
— Кто он? — Ричард, будто прочитав мои мысли, спросил.
Его лицо выглядело серьёзным и не предвещая ничего хорошего.
— Может, ты поможешь нам в этом? Я хочу узнать, кто он. Я хочу узнать, кто я. Я ведь чувствую, что я не просто проводник. У меня было видение...
— Дарси, ты уверена?
— Да. Пожалуйста, помоги нам.
Я привела Ричарда к дому Сэма. Но от того, что я там увидела, у меня побежали мурашки по коже. Дом выглядел, как до катастрофы. За окном мы оба видели аккуратную комнату с включенным телевизором. Сэм сидел на диване, а я не понимала. Как такое возможно? Я разорвала эту петлю.
— Это он? — спросил Ричард.
— Да, но... Я... Он... — Очкарик смотрел на меня с сочувствием в глазах, как будто понял, что...
— Я не понимаю... — Мои глаза наполнились слезами.
Я взглянула в окно еще раз. Сэм посмотрел на меня и улыбнулся. С горечью на сердце я ответила ему тем же.
Т— Сэм, это фантом, — сказал мне Ричард. — Проекция, которая проигрывается снова и снова. Я думал, ты знаешь об этом.
— Как так? Я же... Он был реальным. — Я не могла остановить слёзы и опустилась на землю.
— Ты сделала его особенным для себя, и вот он стал с тобой говорить. Он подстроился, заставил тебя поверить, что петли больше нет. Но сейчас, когда пришло время узнать правду, все вернулось на свои места.
Я закрыла лицо руками и разрыдалась. Я не хотела в это верить. Все, что я сделала для Сэма, оказалось обманом. Но кто и для чего испытывал меня?
— Не плачь, — продолжил он, опустившись рядом. — Это не Сэм. Это всего лишь его отпечаток, след, который он оставил здесь.
— А где тогда Сэм? Настоящий?
— Ты вывела его. Точнее, его душу. Она свободна.
— Откуда ты это знаешь? О каких душах ты говоришь?
— Это произошло несколько лет назад. Я только начинал свою карьеру экстрасенса и принимал всё, что под руку попадалось. Тогда я и заметил аномалию на Новшер. Улица, где с людьми происходили странные, необъяснимые вещи. Многие не помнили, что с ними произошло, и возвращались напуганными до чёртиков.
— Ты рассказываешь мне то, что происходит на улице и по сей день. — Возмутилась я, всё ещё расстроенная.
— Выслушай до конца. После катастрофы всё было хуже, намного хуже. Помимо следов и фантомов, Новшер населяли неупокоенные души. Их было много, и я понял, что нам предстоит большая работа — освободить улицу, очистить её от призраков прошлого. Но перед этим моей целью стала правда. Я должен был узнать, как и что произошло в тот день.
— Никому не говори, понятно? Увидимся в школе. — Его слова заставили меня почувствовать холод.
— Что значит «никому не говори»? — Разозлилась я, взглянув на Сэма, но при этом почувствовала боль и тревогу за него. — Почему ты не сказал мне?
— Как ты себе это представляешь? «Дарси, меня бьёт отец»? Унизительно говорить такое своей девушке.
Я закатила глаза.
— Разве не унизительно врать, что был на стрелке, когда на самом деле сидел дома у отца? Врать о ссадинах и синяках... — Грустно отчитывала я его, понимая, что больше не злюсь.
— Знаешь, — он подошёл ко мне и прошёлся по темным волосам. — Если бы не ты, я бы давно ушел из дома.
— Не ври мне больше, хорошо? — Улыбнулась я ему мягко. — А это я оставлю здесь. — Я отдала ему синий плед. — Понадобится, когда в следующий раз будем сидеть вместе.
Тогда я не знала, что это был наш последний разговор. Последний разговор двух влюблённых.
Я была обычным человеком, семнадцатилетним подростком, волонтёром, хрупкой и единственной дочерью для своих родителей и будущей медалисткой школы нашего городка.
Я любила смеяться, кататься на велосипеде и есть хот-доги. Я была доброй и отзывчивой. Однажды я влюбилась, его звали Сэм. Мы быстро нашли общий язык и стали парой. Он жил на улице Новшер, а мы с Честером соседствовали на другой.
В тот день мы с Честером решили навестить его. Наша цель была в том, чтобы убедить Сэма уйти из дома. Заранее обсудив, что будем говорить на месте, мы вместе покинули свои дома.
Мне было интересно, помнит ли он меня с тех пор, как назвал своё имя. Я поддалась желанию ещё раз войти и увидеть Сэма.
— Ты?! Что ты снова здесь делаешь?! — Парень нервно вскочил. — Ты преследуешь меня?! Недостаточно одного раза взглянуть?
— Как можно преследовать того, кто всё время сидит в одной комнате?
— Что ты несёшь?
— Скажи, ты каждый день видишь меня? За тем окном.
— Да. Но при чём тут это?
— Тогда подумай каждый раз, когда будешь видеть меня: где ты и что ты делаешь. Спроси себя. Ты должен осознать.
— Ты ненормальная. — Он не понимал меня.
Да, я сама не понимала, что делаю. Действительно ли я этого хочу? И зачем? Что мне с того, поверит он в мои сказки или нет?
— Сейчас появится твой отец.
— Конечно, он появится, когда ты здесь шумишь. Пожалуйста, уходи.
Глава 8. Действовать.
— Что с тобой сегодня? — спросил меня Ричард.
— Сама не знаю, что со мной.
— Ты что-то сделала? — предположил он.
— Как ты узнал?
— Просто смотрю на тебя и представляю, чтобы это могло быть. — Улыбнулся очкарик. — Ты спускалась по лестнице?
— Нет. Я говорила с... Даже не знаю, что это было. Этот человек, парень, он...
— Не живой?
— Да, не живой. Он застрял во времени, у себя. Понимаешь?
— Понимаю. Полагаю, как и все на этой улице. Но зачем тебе это?
Ричард спросил, но я не нашла ответа. Я положилась на то, что если я это делаю, значит, не просто так. Маленькие причины и желания сподвигли меня.
— Я не хочу, чтобы Сэм страдал. Его отец очень жесток и скандалит с ним каждый день. Бьёт.
— Не переживай так. Возможно этот день не запоминается в его сознании, и всё начинается заново.
— Но он помнит меня. И это страшно.
— Может быть, потому что ты не часть его мира.
Я думала о том, что наговорила Сэму, и немного жалела. Мне не следовало вообще заходить в тот дом. Мне не кажется, что он хоть что-то уловил из моих слов. Скорее всего, он все еще сидит перед телевизором, проживая одно и то же каждый день.
И вот снова я задержалась у его окна. Оно было грязным и размытым. Никто этого не видел, как и те детали, которые могли выдать гибель этого дома.
Как и ожидалось, Сэм не осознал себя. Его монотонная жизнь в петле продолжалась по законам фантома: игра, дым, та же чёрная футболка.
«Вспомни, что я говорила тебе!» — твердила я в уме.
Время шло. Я должна была уйти. Мужчина, который в прошлый раз напугал меня, мог появиться в любой момент. Но я опять увидела эти глаза, которые посмотрели на меня, как обычно. Он узнал меня? Я заново открыла дверь. Вошла без стеснения и с уверенностью, которой у меня раньше не было.
— Привет. — Спокойно поздоровалась я с ним.
— Привет. — Он был таким тихим и продолжал смотреть на меня.
— Можно плед?
Сэм взял синий плед, который висел на крючке возле двери, и подал мне. В этот момент наши глаза были так близко, что мы могли рассмотреть текстуру кожи друг друга. Меня охватила неловкость, и я быстро отвела взгляд.
— Что ты сегодня делал?
Парень задумался, но ничего не ответил. Возможно, он и не успел бы ничего сказать. Позади появилось знакомое лицо. Но на этот раз я не растерялась. Я немедленно схватила кочергу, которая висела у камина, и замахнулась ею в воздухе с особой яростью и не разбирала, попадаю ли я в цель или нет.
Постепенно сердитый облик отца терял свои очертания. Он размывался в воздухе, словно слабый дым. Тело человека превращалось на глазах у Сэма в густую массу красок. Оттенки были едва уловимыми и вскоре совсем распались в серый туман.
Я посмотрела на Сэма. Он стоял на месте и не понимал, что происходит. Было видно, как он пытался сохранить ясность ума. Он был напуган. А я была безжалостна.
Глава 9. Жалеть.
— Вот! Теперь ты веришь мне?! Всё это нереально!
Так же, как и отец Сэма, всё в комнате перестало существовать. Стены сгорели, комната опустела. На полу валялся мусор, а запахи сменились на более мерзкие. Мы оба смотрели на это, как на что-то, что медленно и безвозвратно умирало. Мне кажется, нам обоим тогда было больно.
— Уходи. — Тихо потребовал Сэм.
Непонятно, к кому было обращение: ко мне или к пустоте внутри него.
Меня перенесли в начало улицы к спутнику. Это проклятие не оставляло меня даже там, где я была нужнее всего. Вместо того чтобы быть рядом с живым человеком, я постоянно думала о НЕМ.
Навстречу мне шел Честер. Рядом с ним медленными шагами шла пожилая женщина.
— Ты изменилась, Дарси, — успел он донести до моих ушей, пока мы проходили мимо друг друга.
Правда это или нет, мне в тот момент было всё равно. Все мои открытые чувства занимали мысли: страх, сожаление, привязанность. Я хлопнула себя по щекам, чтобы вернуть себя к нормальному состоянию.
На следующий день я не увидела Сэма в его пустом доме. Здание словно кричало о своей боли, нежеланной, но выведенной на свет.
Так продолжалось каждую среду, которую я могла запомнить. Неужели то, что неизбежно возникало, может так просто исчезнуть? Может ли быть так, что я своими действиями и словами сломала эту петлю? Впервые за все время мне стало страшно, что фантом Сэма исчезнет окончательно.
Глава 10. Говорить.
Мне было больно от того, что я не видела Сэма. Я скучала по его профилю, по тому, как он старался выигрывать в приставку и временами курил. Иногда мне казалось, что лучше бы я ничего не меняла. Мне тогда не хватало того, что я просто наблюдала за ним. Я захотела большего, и вот он — плод моих стараний.
— Не переживай! Да ну, такого быть не может! Может, ему просто нужно время! Как зачем?! Чтобы все обдумать, прийти в себя! Не мешай ему! Дай ему побыть одному!
Я шла рядом с молодой девушкой, рыжей, как пожар, который охватил эту улицу. Она говорила с кем-то по телефону, и эти слова были нужны мне больше, чем кому-либо другому. Я представляла их своими и таким образом утешала себя.
Однажды я его увидела. В тот день, когда я снова подошла к окну, белое, как мел, лицо Сзма напугало меня. Оно оказалось слишком близко к стеклу и казалось большим. Голубые глаза были не такими, как я привыкла их видеть. Сердце сжалось от страха, и я отступила на пару шагов, чтобы перевести дыхание.
Сэм стукнул по стеклу костяшкой пальца и жестом показал, чтобы я вошла. Я неспешно открыла дверь и через пару секунд оказалась внутри.
— Дарси. — Его голос был ровным и холодным. — Ты боишься меня?
Так бы любой мог подумать, глядя на моё неуверенное поведение.
— Где ты был?
— Ты искала меня? — спросил он. Я промолчала. — Почему не спрашиваешь, что я делал сегодня? Представляешь, после того, как ты открыла мне глаза, я, оказывается, могу посещать и другие комнаты, — сказал он, словно вспоминая, как это было.
Я посмотрела на него и увидела его насмешливый взгляд. В душе я ощутила призрение и ненависть, только не свои, а его.
— Только выйти из этого дома не судьба. Столько раз пытался открыть эту гребанную дверь, но ничего не получается. И что же мне теперь делать? — продолжил он, вопросительно взглянув на меня.
Однозначно, он ждал решения от меня. Но я не знала, как ему помочь.
Глава 11. Просить.
Казалось, правда и выход — это те вещи, которые должны делать нас счастливыми. Но почему иногда они причиняют душевную боль? Может быть, это не совсем чистая монета, и мы обманываемся? Стоило ли мне показывать Сэму настоящий мир?
— Кто ты?
— Я проводник. Меня приставили к людям, чтобы...
— К людям? — перебил он меня. — Значит, ты не человек? Ты знаешь, кто я?
— Думала, что знаю. Но теперь я сильно сомневаюсь. Извини, что так получилось.
Не стала говорить, что он был в петле.
— Может, я призрак, привидение? Или нет, я иллюзия, видение? Чей-то сон? Может, я – твои галлюцинации, ты не задумывалась об этом? Хотя нет, думаю, я всего лишь воображение в твоей голове. Или наоборот. Может, это ты в моей голове, как и весь этот бред, что происходит со мной?
Я поняла, что это был крик его сущности, как бы она ни проявлялась.
— Какая разница? — ответила ему как можно мягче. — Ты реален в своём мире, а я реальна в своём.
— Допустим, — развёл он руками. — Но что мне с этим делать? С таким миром, который ты показала мне?
Мы оба долго сидели на полу, прислонившись спинами к холодной стене. Молчали. Сухие потрепанные обои хрустнули под давлением.
— Что произошло?
— Взрыв. Страшный взрыв. Взрывчатка. Я не знаю, как.
— А я... умер? — с трудом, сглотнув, спросил он.
Да и я до конца не понимала, готов ли Сэм принять свою смерть или нет.
— Никто не выжил. Извини, я...
— Да брось. — Он вновь перебил меня. — Ты сама сказала: раз я чувствую себя живым, всё в порядке.
— Точно?
— Наверное. — Он рассмеялся и посмотрел на меня так, что моё сердце странно сжалось.
Я не смогла сдержать улыбку.
— Ну а ты? Как ты тут оказалась?
— Я не помню, — честно ответила ему. — Кто-то назначил меня сопровождающей, чтобы помочь людям, чтобы Новшер не сводила их с ума.
— Новшер?
— Да. Название улицы. Мы с Честером... Честер и я... — Вспомнила друга, и ко мне вернулась тревога, с которой я в последний раз встречала его на дороге.
— Кто?
— Мой друг.
— У меня тоже был друг. Честер. — Я замерла, но не выдала своего удивления. — Так кто вас назначил?
— Я не знаю.
Парень усмехнулся.
— Ты хоть что-то знаешь?
— Я не могу так, Дарси, — неожиданно заговорил Сэм. — Я не могу вечно существовать в этих четырёх стенах. Я сойду с ума. Ты меня понимаешь? — Он говорил серьёзно, и в его голосе звучала боль.
Впервые я увидела, как он сильно напуган и не знает, что делать.
— Сэм…
— Помоги мне, — он не позволил мне договорить. — Я хочу освободиться от этого места.
Глава 12. Помогать.
Кто-то выбрал меня. И я не думаю, что это просто так. В чем-то Честер должен быть прав. Если я способна на что-то, я обязательно освобожу Сэма. Но проблема в том, что я просто сопровождающая, я не веду людей за собой. Поэтому я не знаю, как помочь другу.
— Ты влюбилась? — спросил меня Ричард.
— Вижу, ты зачастил сюда, — сменила я тему.
— Ну же, зачем ты уходишь от разговора?
— Я не хочу об этом говорить.
— Тогда скажи мне другое. Почему ты не спускаешься по лестнице? Проводи меня сегодня до конца.
— Ричард. — Я остановилась.
Очкарик что-то понял, но не захотел открыто говорить мне об этом. И я уверена, что он почувствовал моё волнение вместе с тревогой и симпатией к неправильному фантому. Понравилась ли ему эта смесь во мне? Она и мне особо не нравилась.
Я не могла больше держать это внутри себя. Я хотела поделиться с кем-нибудь, найти ответ, а возможно, ответы. Сколько у меня вопросов? Достаточно, чтобы этот парень задержался на этой улице до конца.
— Кто он? — Ричард, будто прочитав мои мысли, спросил.
Его лицо выглядело серьёзным и не предвещая ничего хорошего.
— Может, ты поможешь нам в этом? Я хочу узнать, кто он. Я хочу узнать, кто я. Я ведь чувствую, что я не просто проводник. У меня было видение...
— Дарси, ты уверена?
— Да. Пожалуйста, помоги нам.
Я привела Ричарда к дому Сэма. Но от того, что я там увидела, у меня побежали мурашки по коже. Дом выглядел, как до катастрофы. За окном мы оба видели аккуратную комнату с включенным телевизором. Сэм сидел на диване, а я не понимала. Как такое возможно? Я разорвала эту петлю.
— Это он? — спросил Ричард.
— Да, но... Я... Он... — Очкарик смотрел на меня с сочувствием в глазах, как будто понял, что...
— Я не понимаю... — Мои глаза наполнились слезами.
Я взглянула в окно еще раз. Сэм посмотрел на меня и улыбнулся. С горечью на сердце я ответила ему тем же.
Т— Сэм, это фантом, — сказал мне Ричард. — Проекция, которая проигрывается снова и снова. Я думал, ты знаешь об этом.
— Как так? Я же... Он был реальным. — Я не могла остановить слёзы и опустилась на землю.
— Ты сделала его особенным для себя, и вот он стал с тобой говорить. Он подстроился, заставил тебя поверить, что петли больше нет. Но сейчас, когда пришло время узнать правду, все вернулось на свои места.
Я закрыла лицо руками и разрыдалась. Я не хотела в это верить. Все, что я сделала для Сэма, оказалось обманом. Но кто и для чего испытывал меня?
— Не плачь, — продолжил он, опустившись рядом. — Это не Сэм. Это всего лишь его отпечаток, след, который он оставил здесь.
— А где тогда Сэм? Настоящий?
— Ты вывела его. Точнее, его душу. Она свободна.
— Откуда ты это знаешь? О каких душах ты говоришь?
— Это произошло несколько лет назад. Я только начинал свою карьеру экстрасенса и принимал всё, что под руку попадалось. Тогда я и заметил аномалию на Новшер. Улица, где с людьми происходили странные, необъяснимые вещи. Многие не помнили, что с ними произошло, и возвращались напуганными до чёртиков.
— Ты рассказываешь мне то, что происходит на улице и по сей день. — Возмутилась я, всё ещё расстроенная.
— Выслушай до конца. После катастрофы всё было хуже, намного хуже. Помимо следов и фантомов, Новшер населяли неупокоенные души. Их было много, и я понял, что нам предстоит большая работа — освободить улицу, очистить её от призраков прошлого. Но перед этим моей целью стала правда. Я должен был узнать, как и что произошло в тот день.
Глава 13. Вспоминать.
— Никому не говори, понятно? Увидимся в школе. — Его слова заставили меня почувствовать холод.
— Что значит «никому не говори»? — Разозлилась я, взглянув на Сэма, но при этом почувствовала боль и тревогу за него. — Почему ты не сказал мне?
— Как ты себе это представляешь? «Дарси, меня бьёт отец»? Унизительно говорить такое своей девушке.
Я закатила глаза.
— Разве не унизительно врать, что был на стрелке, когда на самом деле сидел дома у отца? Врать о ссадинах и синяках... — Грустно отчитывала я его, понимая, что больше не злюсь.
— Знаешь, — он подошёл ко мне и прошёлся по темным волосам. — Если бы не ты, я бы давно ушел из дома.
— Не ври мне больше, хорошо? — Улыбнулась я ему мягко. — А это я оставлю здесь. — Я отдала ему синий плед. — Понадобится, когда в следующий раз будем сидеть вместе.
Тогда я не знала, что это был наш последний разговор. Последний разговор двух влюблённых.
Я была обычным человеком, семнадцатилетним подростком, волонтёром, хрупкой и единственной дочерью для своих родителей и будущей медалисткой школы нашего городка.
Я любила смеяться, кататься на велосипеде и есть хот-доги. Я была доброй и отзывчивой. Однажды я влюбилась, его звали Сэм. Мы быстро нашли общий язык и стали парой. Он жил на улице Новшер, а мы с Честером соседствовали на другой.
В тот день мы с Честером решили навестить его. Наша цель была в том, чтобы убедить Сэма уйти из дома. Заранее обсудив, что будем говорить на месте, мы вместе покинули свои дома.
