– Объяснись... – потребовала Ана – Почему тогда мало кто из одаренных скользит между мирами?
Мирн расслабился, провис на неудобном стуле. Закинул одну ногу на колено другой...
– Наркотики на Земле ведь тоже везде. Бери да дурей. Только делают это единицы. От страха перед последствиями, наверное. Или от сознательности, потому что все вокруг говорят, что это плохо. Для наркоманов чаще всего все и заканчивается плохо. Приятное не может быть бесконечным. Эйфория от победы сменяется пустотой, бутылка дорогого виски – вонью во рту, а ночь со страстной красоткой необходимостью объясняться, почему не будет повторения…
Ана не выдержала и хихикнула.
– Твой вариант философии больше смахивает на пошлость.
– Ну вот и приставала бы с вопросами к Ларсу.
– Его сиятельное высочество не дождешься. Будь уверен, спрошу и его, только опыт показывает, что твой сводный брат не дает объяснений.
– Что ты ждешь от наследного принца, Ана? Хотя тебе, наверное, легко об этом забыть, ты же никогда не видела его здесь, во дворце, на своем месте. Ларс – будущий Король Закатного. Его учат принимать решения, а не объяснять их. И поверь, у меня ни разу не было причины усомниться в правильности его действий. Наследника не надо расспрашивать, ему нужно просто доверять.
– Ты считаешь, это – просто?
– У меня же получается... – Мирн потянулся к столу, раздвинул книги, и Ана увидела запрятанную под ними тарелку с печеньем.
– В библиотеках, в которых мне доводилось бывать, за подобное неуважение к книгам выставляли вон без права на возвращение. Правда, они были в другом мире.
Мирн схватил сразу два печенья и с полным ртом невозмутимо проговорил:
– Придется реабилитировать в твоих глазах библиотеки этого мира признанием, что если меня так увидит мэтр Сайрон, то я вылечу отсюда с большим скандалом. Потому приходится хорошо прикрывать свои запасы.
Он снова поправил книги так, чтобы тарелку не было видно.
– Забыл тебе предложить, – спохватился Мирн, закончив маскировочную акцию.
Аны покачала головой, не отрывая взгляда от середины стола.
– Начни дышать, Лягушонок, а то у тебя есть шанс превратиться в жабу. На прикрытие идут только новые издания с кожаными переплетами. И на-ка тебе печеньку. Вку-усную...
Снова появилась тарелка. Потом с нее исчезло печенье и прежде, чем Ана что-то успела сказать, лапища Мирна засунула угощение ей в рот.
– Может, на этом закончим разговор? Смотри сколько передо мной работы?
Ответить не получалось из-за набитого рта.
Но было сахарно, ванильно, вкусно.
Ана покачала головой, протестуя против последнего предложения.
– Ну хорошо, настырный Лягушонок, – Мирн вернулся на свой стул, – ситуация приблизительно такая. Далеко не все с даром Проводника могут переходить между мирами. Среди тех, кто мог бы это сделать, решаются единицы. Это как с парашютом прыгнуть – о свободном полете хорошо мечтать в теплой кроватке. Опыт нашего сохнущего мира показывает, что почти все Скользящие, переходя грань сомнений, останавливаются после первого раза и никогда больше не повторяют путешествий в другой мир. Те, кто повторяют скольжение несколько раз – подсаживаются на него. Согласись, на Земле много такого, что может привлекать. Учитывая, что почти ничего нельзя взять с собой, мы тащим назад не только камни, но и идеи, впечатления, слова. Одни ругательства чего стоят!
Да, Мирн любил поругаться! На нескольких языках сразу, коллекционируя особо емкие выражения.
– А сам процесс добычи камней! Ларс сделал из него красочное приключение! Пусть мы не единственные охотники, наведывающиеся на Землю, но других не так много, а настолько успешных, как мы – больше нет. В клане Моранов, к которым относится Королевская семья, во все времена были Скользящие, которые перемещались на Землю и оставляли после себя связи и знания. Ларс довел их до совершенства. Ну и возможности сейчас не сравнить с началом, например, прошлого века.
– Продолжай, – Ана наконец расправилась с печением и вертела головой в поисках воды. Было вкусно, но теперь очень сладко и сухо во рту.
– Тогда перестану восхвалять наше Великолепное приключение и талант Наследника и перейду к жестокой действительности.
Мирн встал, подошел к шкафу у стены и вытащил из глубины нижней полки кувшин с узким горлышком, протянул его Ане.
– Как я уже говорил, самый крутой кайф заканчивается, и наркоманы долго не живут. А те, кто ходит между мирами, рано или поздно выгорают.
– К возрасту, когда пора остепениться? Зачем тогда печать?
– Выгорание идет постепенно. И со временем складывается ситуация, когда Скользящего может случайно утянуть в момент соприкосновения миров, тогда-то люди и теряются или их размазывает в момент перехода. Отвратительное зрелище, между прочим. Бэ…
Лицо Мирна не теряло насмешливого выражения, но Ана почувствовала неприятный холод на спине.
– Не бледней. Все не так страшно. Пока дар силен, опасности не больше, чем на мотогонке в Абу Даби, а когда он начинает выгорать… поверь, это заметно, и можно во время принять меры. Например, получить печать на грудь. Или на иную часть тела.
Из слов Мирна получалась ровная и не слишком страшная картина, но сомнения никуда не делись. Если учесть, что сводные братья много лет держали Ану в полном неведении, трудно было определить, насколько откровенен Мирн на этот раз, и что он утаивает за маской беззаботности.
– Не бойся, Ана. У меня настолько сильный дар Проводника, что я могу утащить с собой даже обычного человека. Правда, лучше не видеть, что с ним при этом произойдет.
– Не стоит... – Ана наконец потянулась к кувшину и сделала несколько глотков, сморщившись от неприятного открытия, что в нем была не вода, а местный вариант пива.
– Ты же не думаешь, что я вот с этим, – Мирн опять кивнул на заваленный книгами стол, – благодаря воде справлюсь?
Ана вернула кувшин хозяину.
– Расскажи мне про отторжение миром.
Прищуренные глаза выдали, что медведю не понравился очередной вопрос, он уставился на Ану пытливым взглядом и пробурчал.
– Знатный идиот был у тебя собеседник. А главное, в его задачу входило тебя напугать... Ана, я не знаю про отторжение. И никто не знает. Даже тот, кто тебя этим пугал. Больше всего накопленного опыта у клана Моранов. Поверь, если это опасно, Ларс не брал бы тебя с собой. Он дорожит тобой.
– Опять поверить? Конечно, дорожит. Только ради чего? Разве планы и цели Наследника целого королевства не стоят благополучия какой-то девчонки без прошлого?
Настала очередь Аны удерживать взгляд Мирна, которому все меньше нравился их разговор. Он морщился, пока искал слова для ответа.
– В отношении тебя вообще невозможно что-то предполагать или загадывать. Но во всех планах Ларса тебе есть место. Даже в тех, где было бы проще обойтись без тебя. Все, Найденыш. Давай заканчивать эту игру в вопросы и ответы. Ты права в том, что их задаешь, но я не тот, кто должен отвечать.
Мирн потянулся за книгой и начал ее читать или рассматривать, показывая тем самым, что разговор завершен. Ана взяла в руки историю Закатного королевства, но сколько ни пыталась, не могла заставить себя уловить смысл слов, которые отказывались складываться в предложения.
Было и так слишком много информации для обработки.
Мирн сравнивал скольжение между мирами с наркотиком? Ана знала нетерпение и дрожь ожидания, сопровождавшие каждое перемещение. Шальную радость от осознания, что ей открыты дали, которые мало кому доступны. Подобное наверняка испытывают на Земле космонавты, когда смотрят на людей. С чувством избранности трудно расставаться. И что значат опасности для того, кто слышал зов Неизведанного? Разве подводные рифы, циклопы и сирены останавливали Синдбадов и Одиссеев? Какая же пустота остается в душе, когда приходится отказаться от скольжения?!
– Мирн, ты никогда не думал остаться на Земле?
Друг оторвался от изучения знаков непонятного языка.
– Конечно, думал. Но каждый раз решал, что мне это не нужно.
– Почему?
– Почему я должен оставаться там? Мой мир здесь. Сохнущий от немилостивого Солнца и переливающийся самыми сумасшедшими красками, которые я когда-либо видел. Как гаснущая звезда. Нет, Ана, мое место здесь. Там – мои Римские каникулы.
– И ты не будешь скучать, когда каникулы закончатся?
– Конечно, буду. Даже наверняка завою пару раз на одну из трех лун. Мне будет не хватать многих достижений технической революции Земли, которая здесь пока не предвидится. Мы выбрали не тот вид топлива.
– И что ты бы взял с собой, если бы смог?
– Для начала пистолет, чтобы пристрелить того болтливого гада, что лишил меня спокойного утра в библиотеке, спровоцировав тебя на изнурительный разговор.
– Как думаешь, там много оставшихся?
Мирн снова потер переносицу, не скрывая, что его утомляет не только разговор, но и настойчивость собеседницы.
– Думаю, что нет. Мы с Ларсом пытались найти парочку таких людей, но не смогли. Поверь, тот мир чаще страшит, чем привлекает. Я уже говорил, большинству хватает одного перемещения, чтобы понять это. Тех знаний, связей, возможностей, что есть у Моранов, ни у кого больше нет. Наш успех – это не только наследие семьи, талант Ларса, но и ты, Лягушонок.
– Я?
– Ты привязала Наследника к тому миру больше всех его сокровищ.
– Чем?
– Не считая симпатичной мордашки и жуть какого соблазнительного рта, своей Тайной.
Мирн наверняка собирался закончить разговор, но ему оказались не нужны для этого слова. Послышались шаги, началась активная деятельность по сокрытию пищевых улик. Мирн слетел со стула и на четвереньках бросился к шкафу, пряча в нем кувшин, Ана колдовала над столом, пытаясь прикрыть тарелку, но книги, как назло, разъезжались в разные стороны.
Когда несколькими мгновениями спустя перед ними застыл мэтр Сайрон, высокий и худой мужчина лет сорока, оба посетителя библиотеки чинно сидели вокруг стола, уткнувшись каждый в свою книгу. Мирн представил Ану. Здороваясь с Сайроном, она не могла отвести взгляд от выпуклых глаз и думала, что Хранитель библиотеки вполне мог быть из рода Шахрейн, пустившего корни не только по всему королевству, но и королевскому двору. Мэтр оставался рядом с притихшими читателями достаточно долго, чтобы с трудом сдерживаемый смех исчез в пыльных углах. Ана даже умудрилась прочитать страницу истории, запутавшись в сложных именах и титулах.
– Спасибо за разговор, Мирн, – проговорила она, когда Сайрон наконец ушел.
– Пожалуйста, Ана. Я понимаю, что тебе нужны ответы на многие вопросы. Но иногда их просто нет. Доверься Ларсу. Он знает, что делает.
В этом она не сомневалась. Знать бы его цели.
Книгу по истории Закатного королевства Ана читала ровно столько времени, сколько ушло у предков рода Моран, чтобы расправиться не совсем честным способом с родом Канеллы, пролив море крови и захватив власть в большей части Долины. Но жестокость и решительность победителей закончила долгий период почти флорентийских семейных войн, и жители Закатного вместо множества тиранов обрели одного. А потом Ана почувствовала взгляд и, подняв голову, увидела потомка решительных тиранов.
Ларс неподвижно стоял в нескольких шагах от нее, оперевшись о высокую колонну, почти сливаясь с ней светлой одеждой, и смотрел на Ану так, что у нее вспыхнули щеки. Раздевающий взгляд, как у Истинного прошлым утром, проникал до самого сердца, лишая воздуха. И искал ответы на непрозвучавшие вопросы.
Ана опустила книгу на задрожавшие колени и увидела в глазах Ларса саму себя – притаившуюся в углу сада девочку, ловившую каждое слово высокого парня, сидевшего на асфальте с другой стороны от забора. И себя, испуганную, напротив огромного темного окна с видом на черную реку, по которой ползли огни ленивых барж.
Наследник смотрел на нее и не двигался. Превратился в Железного Пса.
Что-то случилось за то время, что его не было во дворце. Что-то, о чем он снова выбирал молчать. Может быть, связанное с воспоминаниями, которые вытягивал из нее Истинный? С камнем, который нашла Ана на Майорке, и который Наследник считал самым сильным кристаллом для Отбора? За годы, что они были вместе, она научилась чувствовать Ларса и не сомневалась, что сейчас в его душе была буря. Но за маску спокойствия и стену самоконтроля не проникала ни искорка огня. В этом мире, в этом доме Ларс был другим и пугал Ану настолько, что она не решалась, как на Земле, подойти и попытаться отогреть его лицо в своих ладонях. Самый дорогой в ее жизни человек превращался в незнакомца, и Ана не чувствовала спокойствия, которое он дарил ей раньше.
В какой-то момент Мирн поднял взгляд от книги перед собой и посмотрел на застывшую Ану, потом на соревнующегося неподвижностью с колонной Наследника.
– Ларс! Ко всем теням. Ты уже вернулся?
– Нам нужно поговорить, – произнес потомок решительных Моранов, отмирая, и его голос прозвучал спокойно, как будто не было долгой игры в гляделки между ним и его Тайной. – Иди в свою комнату, Ана. И лучше будет, если ты не станешь выходить из нее без меня или Мирна до самого перехода.
Его слова показались ей пощечиной.
– Я не собака, которой нужно указывать на место! – вспылила она, поднимаясь и быстро направляясь к выходу.
Как она могла думать, что Наследник испытывает к ней теплые чувства? Если они и были, то давно застыли искореженным металлом.
Прежде чем она скрылась в проходе, до ее слуха донеся тихий голос Мирна:
– Зря ты так с ней.
И короткий ответ:
– Так будет лучше.
Разговор, ради которого ее выставили из библиотеки, оказался очень быстрым, потому что не успела Ана пройти и пары коридоров и заблудиться, как Ларс догнал ее. У него в руках была книга по истории Закатного королевства.
– Я провожу тебя.
Первые несколько проходов они шли молча. В душе Аны клокотала горячая обида, зажженная невыносимым холодом, исходящим от мужчины рядом с ней.
Ларс, целовавший ее на вершине Беглянки, исчез, вместо него был отстраненный незнакомец с темными кругами под глазами и взглядом, от которого в душе Аны поднималась волна беспокойства. Он страшил ее таким. И в тоже время хотелось протянуть руку и коснуться напряженного лица, чтобы оно расслабилось, и на нем снова могла появиться улыбка.
– Что ищет Мирн среди книг? – наконец, решилась она на вопрос.
– Что обычно ищут в книгах. Информацию.
– Ты не хочешь мне ничего объяснить из того, что происходит?
– Мне нечего пока сказать. Я сначала сам должен разобраться во всем.
– Посоветуешь мне доверять тебе? – вскинулась Ана, притормозив и наградив Ларса вызывающим взглядом.
Пусть на его лице появиться раздражение. Что угодно, но не эта непонятная холодная маска.
– Ты сомневаешься во мне?
– Время слепого доверия прошло, Ларс. Я не та испуганная потерянная девочка, что ты нашел в Аре. И ты не тот парень, который подарил мне два мира.
– Что изменилось? – Наследник не останавливался, торопливо ведя Ану по пустынным коридорам.
– Я не знаю тебя таким, какой ты здесь. И ничего не знаю о том мире, что ты всегда называл моим.
– Я взял тебе домашнее чтение. Начни с него.
Ана в отчаянии покачала головой.
– Ты совсем не хочешь помочь! А мне так важно понять, здесь ли мое место!
– Ана! – наконец-то Ларс вышел из себя. Схватил ее за локоть и через два больших шага они оказались на пороге ее комнаты, а потом внутри.
Мирн расслабился, провис на неудобном стуле. Закинул одну ногу на колено другой...
– Наркотики на Земле ведь тоже везде. Бери да дурей. Только делают это единицы. От страха перед последствиями, наверное. Или от сознательности, потому что все вокруг говорят, что это плохо. Для наркоманов чаще всего все и заканчивается плохо. Приятное не может быть бесконечным. Эйфория от победы сменяется пустотой, бутылка дорогого виски – вонью во рту, а ночь со страстной красоткой необходимостью объясняться, почему не будет повторения…
Ана не выдержала и хихикнула.
– Твой вариант философии больше смахивает на пошлость.
– Ну вот и приставала бы с вопросами к Ларсу.
– Его сиятельное высочество не дождешься. Будь уверен, спрошу и его, только опыт показывает, что твой сводный брат не дает объяснений.
– Что ты ждешь от наследного принца, Ана? Хотя тебе, наверное, легко об этом забыть, ты же никогда не видела его здесь, во дворце, на своем месте. Ларс – будущий Король Закатного. Его учат принимать решения, а не объяснять их. И поверь, у меня ни разу не было причины усомниться в правильности его действий. Наследника не надо расспрашивать, ему нужно просто доверять.
– Ты считаешь, это – просто?
– У меня же получается... – Мирн потянулся к столу, раздвинул книги, и Ана увидела запрятанную под ними тарелку с печеньем.
– В библиотеках, в которых мне доводилось бывать, за подобное неуважение к книгам выставляли вон без права на возвращение. Правда, они были в другом мире.
Мирн схватил сразу два печенья и с полным ртом невозмутимо проговорил:
– Придется реабилитировать в твоих глазах библиотеки этого мира признанием, что если меня так увидит мэтр Сайрон, то я вылечу отсюда с большим скандалом. Потому приходится хорошо прикрывать свои запасы.
Он снова поправил книги так, чтобы тарелку не было видно.
– Забыл тебе предложить, – спохватился Мирн, закончив маскировочную акцию.
Аны покачала головой, не отрывая взгляда от середины стола.
– Начни дышать, Лягушонок, а то у тебя есть шанс превратиться в жабу. На прикрытие идут только новые издания с кожаными переплетами. И на-ка тебе печеньку. Вку-усную...
Снова появилась тарелка. Потом с нее исчезло печенье и прежде, чем Ана что-то успела сказать, лапища Мирна засунула угощение ей в рот.
– Может, на этом закончим разговор? Смотри сколько передо мной работы?
Ответить не получалось из-за набитого рта.
Но было сахарно, ванильно, вкусно.
Ана покачала головой, протестуя против последнего предложения.
– Ну хорошо, настырный Лягушонок, – Мирн вернулся на свой стул, – ситуация приблизительно такая. Далеко не все с даром Проводника могут переходить между мирами. Среди тех, кто мог бы это сделать, решаются единицы. Это как с парашютом прыгнуть – о свободном полете хорошо мечтать в теплой кроватке. Опыт нашего сохнущего мира показывает, что почти все Скользящие, переходя грань сомнений, останавливаются после первого раза и никогда больше не повторяют путешествий в другой мир. Те, кто повторяют скольжение несколько раз – подсаживаются на него. Согласись, на Земле много такого, что может привлекать. Учитывая, что почти ничего нельзя взять с собой, мы тащим назад не только камни, но и идеи, впечатления, слова. Одни ругательства чего стоят!
Да, Мирн любил поругаться! На нескольких языках сразу, коллекционируя особо емкие выражения.
– А сам процесс добычи камней! Ларс сделал из него красочное приключение! Пусть мы не единственные охотники, наведывающиеся на Землю, но других не так много, а настолько успешных, как мы – больше нет. В клане Моранов, к которым относится Королевская семья, во все времена были Скользящие, которые перемещались на Землю и оставляли после себя связи и знания. Ларс довел их до совершенства. Ну и возможности сейчас не сравнить с началом, например, прошлого века.
– Продолжай, – Ана наконец расправилась с печением и вертела головой в поисках воды. Было вкусно, но теперь очень сладко и сухо во рту.
– Тогда перестану восхвалять наше Великолепное приключение и талант Наследника и перейду к жестокой действительности.
Мирн встал, подошел к шкафу у стены и вытащил из глубины нижней полки кувшин с узким горлышком, протянул его Ане.
– Как я уже говорил, самый крутой кайф заканчивается, и наркоманы долго не живут. А те, кто ходит между мирами, рано или поздно выгорают.
– К возрасту, когда пора остепениться? Зачем тогда печать?
– Выгорание идет постепенно. И со временем складывается ситуация, когда Скользящего может случайно утянуть в момент соприкосновения миров, тогда-то люди и теряются или их размазывает в момент перехода. Отвратительное зрелище, между прочим. Бэ…
Лицо Мирна не теряло насмешливого выражения, но Ана почувствовала неприятный холод на спине.
– Не бледней. Все не так страшно. Пока дар силен, опасности не больше, чем на мотогонке в Абу Даби, а когда он начинает выгорать… поверь, это заметно, и можно во время принять меры. Например, получить печать на грудь. Или на иную часть тела.
Из слов Мирна получалась ровная и не слишком страшная картина, но сомнения никуда не делись. Если учесть, что сводные братья много лет держали Ану в полном неведении, трудно было определить, насколько откровенен Мирн на этот раз, и что он утаивает за маской беззаботности.
– Не бойся, Ана. У меня настолько сильный дар Проводника, что я могу утащить с собой даже обычного человека. Правда, лучше не видеть, что с ним при этом произойдет.
– Не стоит... – Ана наконец потянулась к кувшину и сделала несколько глотков, сморщившись от неприятного открытия, что в нем была не вода, а местный вариант пива.
– Ты же не думаешь, что я вот с этим, – Мирн опять кивнул на заваленный книгами стол, – благодаря воде справлюсь?
Ана вернула кувшин хозяину.
– Расскажи мне про отторжение миром.
Прода от 03.12.2019, 12:21
Прищуренные глаза выдали, что медведю не понравился очередной вопрос, он уставился на Ану пытливым взглядом и пробурчал.
– Знатный идиот был у тебя собеседник. А главное, в его задачу входило тебя напугать... Ана, я не знаю про отторжение. И никто не знает. Даже тот, кто тебя этим пугал. Больше всего накопленного опыта у клана Моранов. Поверь, если это опасно, Ларс не брал бы тебя с собой. Он дорожит тобой.
– Опять поверить? Конечно, дорожит. Только ради чего? Разве планы и цели Наследника целого королевства не стоят благополучия какой-то девчонки без прошлого?
Настала очередь Аны удерживать взгляд Мирна, которому все меньше нравился их разговор. Он морщился, пока искал слова для ответа.
– В отношении тебя вообще невозможно что-то предполагать или загадывать. Но во всех планах Ларса тебе есть место. Даже в тех, где было бы проще обойтись без тебя. Все, Найденыш. Давай заканчивать эту игру в вопросы и ответы. Ты права в том, что их задаешь, но я не тот, кто должен отвечать.
Мирн потянулся за книгой и начал ее читать или рассматривать, показывая тем самым, что разговор завершен. Ана взяла в руки историю Закатного королевства, но сколько ни пыталась, не могла заставить себя уловить смысл слов, которые отказывались складываться в предложения.
Было и так слишком много информации для обработки.
Мирн сравнивал скольжение между мирами с наркотиком? Ана знала нетерпение и дрожь ожидания, сопровождавшие каждое перемещение. Шальную радость от осознания, что ей открыты дали, которые мало кому доступны. Подобное наверняка испытывают на Земле космонавты, когда смотрят на людей. С чувством избранности трудно расставаться. И что значат опасности для того, кто слышал зов Неизведанного? Разве подводные рифы, циклопы и сирены останавливали Синдбадов и Одиссеев? Какая же пустота остается в душе, когда приходится отказаться от скольжения?!
– Мирн, ты никогда не думал остаться на Земле?
Друг оторвался от изучения знаков непонятного языка.
– Конечно, думал. Но каждый раз решал, что мне это не нужно.
– Почему?
– Почему я должен оставаться там? Мой мир здесь. Сохнущий от немилостивого Солнца и переливающийся самыми сумасшедшими красками, которые я когда-либо видел. Как гаснущая звезда. Нет, Ана, мое место здесь. Там – мои Римские каникулы.
– И ты не будешь скучать, когда каникулы закончатся?
– Конечно, буду. Даже наверняка завою пару раз на одну из трех лун. Мне будет не хватать многих достижений технической революции Земли, которая здесь пока не предвидится. Мы выбрали не тот вид топлива.
– И что ты бы взял с собой, если бы смог?
– Для начала пистолет, чтобы пристрелить того болтливого гада, что лишил меня спокойного утра в библиотеке, спровоцировав тебя на изнурительный разговор.
– Как думаешь, там много оставшихся?
Мирн снова потер переносицу, не скрывая, что его утомляет не только разговор, но и настойчивость собеседницы.
– Думаю, что нет. Мы с Ларсом пытались найти парочку таких людей, но не смогли. Поверь, тот мир чаще страшит, чем привлекает. Я уже говорил, большинству хватает одного перемещения, чтобы понять это. Тех знаний, связей, возможностей, что есть у Моранов, ни у кого больше нет. Наш успех – это не только наследие семьи, талант Ларса, но и ты, Лягушонок.
– Я?
– Ты привязала Наследника к тому миру больше всех его сокровищ.
– Чем?
– Не считая симпатичной мордашки и жуть какого соблазнительного рта, своей Тайной.
Мирн наверняка собирался закончить разговор, но ему оказались не нужны для этого слова. Послышались шаги, началась активная деятельность по сокрытию пищевых улик. Мирн слетел со стула и на четвереньках бросился к шкафу, пряча в нем кувшин, Ана колдовала над столом, пытаясь прикрыть тарелку, но книги, как назло, разъезжались в разные стороны.
Когда несколькими мгновениями спустя перед ними застыл мэтр Сайрон, высокий и худой мужчина лет сорока, оба посетителя библиотеки чинно сидели вокруг стола, уткнувшись каждый в свою книгу. Мирн представил Ану. Здороваясь с Сайроном, она не могла отвести взгляд от выпуклых глаз и думала, что Хранитель библиотеки вполне мог быть из рода Шахрейн, пустившего корни не только по всему королевству, но и королевскому двору. Мэтр оставался рядом с притихшими читателями достаточно долго, чтобы с трудом сдерживаемый смех исчез в пыльных углах. Ана даже умудрилась прочитать страницу истории, запутавшись в сложных именах и титулах.
– Спасибо за разговор, Мирн, – проговорила она, когда Сайрон наконец ушел.
– Пожалуйста, Ана. Я понимаю, что тебе нужны ответы на многие вопросы. Но иногда их просто нет. Доверься Ларсу. Он знает, что делает.
В этом она не сомневалась. Знать бы его цели.
Книгу по истории Закатного королевства Ана читала ровно столько времени, сколько ушло у предков рода Моран, чтобы расправиться не совсем честным способом с родом Канеллы, пролив море крови и захватив власть в большей части Долины. Но жестокость и решительность победителей закончила долгий период почти флорентийских семейных войн, и жители Закатного вместо множества тиранов обрели одного. А потом Ана почувствовала взгляд и, подняв голову, увидела потомка решительных тиранов.
Ларс неподвижно стоял в нескольких шагах от нее, оперевшись о высокую колонну, почти сливаясь с ней светлой одеждой, и смотрел на Ану так, что у нее вспыхнули щеки. Раздевающий взгляд, как у Истинного прошлым утром, проникал до самого сердца, лишая воздуха. И искал ответы на непрозвучавшие вопросы.
Ана опустила книгу на задрожавшие колени и увидела в глазах Ларса саму себя – притаившуюся в углу сада девочку, ловившую каждое слово высокого парня, сидевшего на асфальте с другой стороны от забора. И себя, испуганную, напротив огромного темного окна с видом на черную реку, по которой ползли огни ленивых барж.
Наследник смотрел на нее и не двигался. Превратился в Железного Пса.
Что-то случилось за то время, что его не было во дворце. Что-то, о чем он снова выбирал молчать. Может быть, связанное с воспоминаниями, которые вытягивал из нее Истинный? С камнем, который нашла Ана на Майорке, и который Наследник считал самым сильным кристаллом для Отбора? За годы, что они были вместе, она научилась чувствовать Ларса и не сомневалась, что сейчас в его душе была буря. Но за маску спокойствия и стену самоконтроля не проникала ни искорка огня. В этом мире, в этом доме Ларс был другим и пугал Ану настолько, что она не решалась, как на Земле, подойти и попытаться отогреть его лицо в своих ладонях. Самый дорогой в ее жизни человек превращался в незнакомца, и Ана не чувствовала спокойствия, которое он дарил ей раньше.
В какой-то момент Мирн поднял взгляд от книги перед собой и посмотрел на застывшую Ану, потом на соревнующегося неподвижностью с колонной Наследника.
– Ларс! Ко всем теням. Ты уже вернулся?
– Нам нужно поговорить, – произнес потомок решительных Моранов, отмирая, и его голос прозвучал спокойно, как будто не было долгой игры в гляделки между ним и его Тайной. – Иди в свою комнату, Ана. И лучше будет, если ты не станешь выходить из нее без меня или Мирна до самого перехода.
Его слова показались ей пощечиной.
– Я не собака, которой нужно указывать на место! – вспылила она, поднимаясь и быстро направляясь к выходу.
Как она могла думать, что Наследник испытывает к ней теплые чувства? Если они и были, то давно застыли искореженным металлом.
Прежде чем она скрылась в проходе, до ее слуха донеся тихий голос Мирна:
– Зря ты так с ней.
И короткий ответ:
– Так будет лучше.
Разговор, ради которого ее выставили из библиотеки, оказался очень быстрым, потому что не успела Ана пройти и пары коридоров и заблудиться, как Ларс догнал ее. У него в руках была книга по истории Закатного королевства.
– Я провожу тебя.
Первые несколько проходов они шли молча. В душе Аны клокотала горячая обида, зажженная невыносимым холодом, исходящим от мужчины рядом с ней.
Ларс, целовавший ее на вершине Беглянки, исчез, вместо него был отстраненный незнакомец с темными кругами под глазами и взглядом, от которого в душе Аны поднималась волна беспокойства. Он страшил ее таким. И в тоже время хотелось протянуть руку и коснуться напряженного лица, чтобы оно расслабилось, и на нем снова могла появиться улыбка.
– Что ищет Мирн среди книг? – наконец, решилась она на вопрос.
– Что обычно ищут в книгах. Информацию.
– Ты не хочешь мне ничего объяснить из того, что происходит?
– Мне нечего пока сказать. Я сначала сам должен разобраться во всем.
– Посоветуешь мне доверять тебе? – вскинулась Ана, притормозив и наградив Ларса вызывающим взглядом.
Пусть на его лице появиться раздражение. Что угодно, но не эта непонятная холодная маска.
– Ты сомневаешься во мне?
– Время слепого доверия прошло, Ларс. Я не та испуганная потерянная девочка, что ты нашел в Аре. И ты не тот парень, который подарил мне два мира.
– Что изменилось? – Наследник не останавливался, торопливо ведя Ану по пустынным коридорам.
– Я не знаю тебя таким, какой ты здесь. И ничего не знаю о том мире, что ты всегда называл моим.
– Я взял тебе домашнее чтение. Начни с него.
Ана в отчаянии покачала головой.
– Ты совсем не хочешь помочь! А мне так важно понять, здесь ли мое место!
– Ана! – наконец-то Ларс вышел из себя. Схватил ее за локоть и через два больших шага они оказались на пороге ее комнаты, а потом внутри.
