Пришлось закутаться в проклятые тряпки, к которым он питал брезгливое отвращение. В противном случае на морозе он окочурился бы минут через пятнадцать-двадцать или раньше. Если бы он мог выбирать, то сам стал бы йети, но это было невозможно. Они сказала, что теоретически для него доступно овладеть искусством трансформации, но она училась этому с детства, а у них сейчас не было времени даже для начального курса. Так что оставалось теперь наблюдать, как чёрные похожие на валенки ступни Они утаптывают снег, чтобы он, смахивающий сейчас на растрёпанную куклу, обмотанную тряпками, мог ковылять следом.
Елизар шёл и страдал. Ну, почему он не может стать йети? Тогда всё было бы проще. (По крайней мере, так ему казалось.) Они была бы его, и оставалось бы только найти подходящую пещеру...
Он вдруг одёрнул себя. Лезет же в голову всякая чушь! Ну, сдураковал, с кем не бывает? Теперь надо только подождать, пока Они снова станет собой, и тут уж он не будет медлить! В конце концов, она ведь тоже не из железа – сдастся, если всё сделать правильно. И тогда ему достанется не мускулистая покрытая шерстью самка йети, а нежная милая девушка, от которой голова идёт кругом!..
У Они лопатки чесались от его взглядов! Это было и смешно, и неуютно, и, почему-то приятно. Мысли этого парня были настолько явно написаны у него на лице, что если бы он выразил их вслух, то она точно не узнала бы ничего нового. И вздохи его Они понимала прекрасно! Она только удивлялась – почему это он, такой языкастый при их первой встрече, сейчас замкнулся и насупился? Даже немного обидно. Неужели непонятно, что нет никакой беды в том, чтобы заговорить с ней напрямую! Хамить не надо и Петрушку из себя изображать не следует, а всё остальное вполне возможно, и прежде всего, возможно задавать вопросы и отвечать на них. Так что же он молчит? Как будто поменялся с Андреем местами. Ну, что ж, молчи-молчи! Может быть, вымолчишь себе что-нибудь лет этак через двести!
Повинуясь внезапному озорному порыву, девушка захватила со склона заснеженной скалы горсть снега, слепила снежок и, резко развернувшись, запустила им в парня, пыхтевшего сзади. Снежок угодил Елизару в грудь, разбился в пыль и засыпал лицо сверкающими брызгами. Лётчик отпрянул от неожиданности, но тут же опомнился и улыбнулся с весёлой злостью! Он принял вызов и немедленно бросился лепить свой снежок.
Когда-то, а на самом деле совсем недавно, он был чемпионом мальчишеских снежных баталий и славился тем, что кидал снежки на большое расстояние и с поразительной меткостью. Но сейчас он столкнулся с необычной соперницей.
Оружие ответного удара было готово в считанные секунды, но прежде чем метатель привёл его в действие, ему в лоб врезался следующий снежок! Это было уже слишком! Елизар рассвирепел от такой наглости, по-богатырски размахнулся, и что есть силы запустил снежок в Они. Но девушка сделала изящный пирует, от чего снаряд пролетел мимо, и тут же ответила полновесным снежным комом, попавшим второму пилоту в плечо.
Они немного не рассчитала. Сейчас в её руках была сила йети, в разы превышающая человеческую. Получив удар спрессованным снегом, Елизар крутанулся вокруг своей оси и резко взмахнул руками, стараясь удержаться на ногах. Как назло, под его каблук, не слишком умело обмотанный тряпками, попался камень. Парень споткнулся, но будучи человеком спортивным и ловким, подпрыгнул и снова приземлился на ноги.
Вдруг снег под его ногами дрогнул и двинулся, словно тронувшийся с места поезд. С обманчивой медлительностью пласт снега, покрывающий склон горы, отделился от основания и заскользил, словно кусок сыра по подтаявшему маслу!
Елизар сразу понял, что это такое, оглянулся в надежде зацепиться хоть за что-нибудь, но тщетно. Как назло, рядом не было ни подходящей скалы, ни достаточно тяжёлого валуна, чтобы можно было за него удержаться.
Они, стоявшая на твёрдом основании, тоже сообразила, что случилась беда, и с криком бросилась парню на помощь!
- Нет, назад! – крикнул Елизар, но было поздно – девушка уже глубоко забежала в опасную зону.
В следующий момент их обоих перевернуло, закрутило и понесло куда-то вниз!..
Выжить в лавине почти невозможно. Даже когда она накрывает людей, оказавшихся в ущельях и имеющих возможность укрыться за скалами, деревьями и какими-нибудь строениями, удар спрессованного снега, несущего с собой камни и глыбы льда, бывает фатальным. И даже если кому-то повезёт уцелеть в такой ситуации, выбраться наружу, преодолев многометровый слой снежно-ледяной мешанины, дело нешуточное, особенно если учесть недостаток кислорода под этими завалами.
Что же касается шансов выживания для того, кто летит вместе со всей снежной массой, почти с самой вершины горы, то они практически равны нулю. Человек хрупок, а попасть в лавину немногим лучше, чем между ножами работающей мясорубки.
Зная всё это, Елизар зажмурился и поручил свою душу Богу, веру в которого в тайне хранил, глубоко спрятав под внешним комсомольским налётом. Но помощь, которая была ему оказана, не слишком походила на божий промысел.
В плечи ему вдруг вцепились толи руки, толи лапы, и его тело резко дёрнуло вверх! Ещё ничего не видя от снежной пыли, Елизар замотал головой, но его тут же встряхнули, и сверху раздался знакомый голос:
- Не дёргайся! Ты и так тяжёлый, а у меня не вышло, как следует трансформироваться!
И тут парень понял, что летит. Летит, несомый кем-то с большими белыми крыльями и костистыми лапами, способными поднять, по крайней мере, такого человека, как он. Елизар уже успел насмотреться чудес за последнее время, чтобы чрезмерно удивляться увиденному. Он решил последовать требованию – «не дёргаться», и повис неподвижно, находя положительным хотя бы то, что не летит кувырком под гору в снежной лавине.
Тому, кто его нес, приходилось непросто. Лётчик явственно слышал натужное дыхание, покряхтывание, а порой даже слабые стоны, в которых слышались испуг и усталость. Кому принадлежал этот голос, Елизар догадался, как только сам немного успокоился – эти звуки издавало девичье горло, кроме того, он узнал белую шерсть на крыльях спасительницы, глубоко и тяжело взмахивающих у него перед носом.
Их полёт напоминал падение. Сил у летуньи едва хватало, чтобы не рухнуть прямо в бурлящий внизу снежный ад. Это немного смахивало на скоростной спуск на парашюте вдоль горного склона, когда нет времени любоваться видами, а нужно следить, чтобы не налететь на какую-нибудь скалу.
Они приходилось всё отчаяннее работать крыльями, чтобы сохранять достаточную высоту над лавиной. Елизару же казалось, что его ноги касаются, бешено несущейся снежной массы. Он, конечно, понимал, что это не так, иначе их давно уже засосало бы закрученным воздушным вихрем внутрь смертельного потока. Но ноги поджать ужасно хотелось, хоть он и знал, что это не поможет.
Хорошо, что он не поддался искушению – приземление было жёстким, похлеще, чем при затяжном прыжке с парашютом. Елизар крепко приложился пятками о землю, а точнее о каменную мостовую, с которой был тщательно выметен снег. Рядом рухнуло что-то большое и белое, в чём парень с удивлением узнал Они-йети, чудесным образом обретшую широченные мохнатые крылья и лапы более похожие на птичьи.
- Ты говорила, что не можешь превратиться в дракона? – сам не зная, зачем спросил Елизар.
- Разве это похоже на дракона? – ответила девушка, тяжело дыша. – Это чучело какое-то, а не дракон!
Она подняла перед глазами свои меховые крылья, и с кислым видом стала их рассматривать.
- Видели бы такую трансформацию мои братья, - продолжала Они, - вот бы посмеялись... Ой, я сейчас упаду!
Она и в самом деле пошатнулась, переступила с ноги на ногу, но Елизар вовремя пришёл ей на помощь.
- Очень трудно всё это, когда основа мира не эфирная плазма, а золото, - проговорила девушка, и тут её крылья на глазах начали уменьшаться, превращаясь в руки. – Прости, что подвергла тебя такой опасности...
- Ты спасла меня, - ответил Елизар. – Спасибо тебе!
- Не стоит благодарности, - пролепетала Они, с которой почему-то стремительно исчезала шерсть. – Но у нас появились новые проблемы.
- Какие? – не понял Елизар.
- Оглянись.
Он оглянулся. Вокруг них плотным кольцом стояла толпа народа, и с неодобрением глядела на закутанного в тряпки бродягу, державшего в объятиях обнажённую золотоглазую демоницу с рогами на голове.
В этом мире Они тоже не было. Андрей почувствовал это, как только ступил на странную высушенную солнцем землю, покрытую редкими кустарниками и сухими травами.
Здесь было тихо и пустынно. Лишь иногда поднимался лёгкий ветерок, но благодаря тёплому, даже жаркому воздуху, он не приносил ощущения свежести. Но это не мешало. Скорее, наоборот, здесь чувствовалось изрядное облегчение. От чего? Ну, прежде всего, от того, что он больше не был царём.
Так бывает – идёшь себе, несёшь некий груз, и так привыкаешь к нему, что не замечаешь тяжести, а когда, наконец, сбросишь это бремя, вдруг понимаешь, как устал от него. Андрей шёл и счастливо улыбался, чувствуя истинное блаженство от того, что он больше не тащит на себе отвратительную ношу власти.
Единственное, что его беспокоило, это мысль об оставшихся во дворце девушках. Очень не хотелось бы, чтобы их обидели жители мира, не знающего компромиссов и не понимающего принципа золотой середины. Он даже хотел вернуться, чтобы проверить, всё ли у них в порядке, но путь в тот мир уже затерялся среди множества других ему подобных, и быстро отыскать его не было никакой возможности.
Это огорчало, но с другой стороны, в одиночку, без власти, немного он смог бы сделать полезного. С властью-то не смог, так что...
- Пить хочешь?
Пить действительно хотелось, но вопрос, прозвучавший, как ему показалось, из пустоты, заставил подобраться в ожидании нападения. Даже рука машинально потянулась к кобуре с пистолетом, в котором осталось только два патрона. (Автомат, добытый в позапрошлом мире, он оставил в своих покоях во дворце, и за всё время правления не озаботился обзавестись другим оружием.)
- Ну, ну, ну! Зачем же так?
Теперь Андрей увидел говорившего. Это был мужчина высокого роста, одетый в изысканный деловой костюм с добавлением элементов роскоши – бриллиантовые запонки и галстучная булавка, белоснежная манишка с искрой, золотая цепь, одетая под пиджак, но поверх галстука. На цепи какой-то странный знак – изображение чего-то или кого-то чёрного в треугольнике. Незнакомец имел правильные, немного резкие черты лица, носил длинные ниспадающие на плечи тёмно-русые волосы, что странно контрастировало с его костюмом, и бороду, которая немного напоминала эспаньолку, но была длиннее положенного размера.
Поражали глаза этого типа – глубокие, ярко-синие... Ах, нет, какие же они синие, когда это самая настоящая тёмная зелень, какая бывает в особом виде самоцветов. Но тут же казалось, что глаза эти карие, и не просто карие, а переходящие в красный цвет, оттенка запёкшейся крови, остывающего железа или затаившегося огня.
Незнакомец восседал в кресле, напоминающем трон, что странно было видеть посреди... пустыни. Ну, да – именно пустыней следовало называть это место, несмотря на то, что она не была совсем мёртвой и бесплодной.
- Поверьте, я не враг вам! – продолжал этот странный незнакомец, не покидая своего кресла. – И моё предложение совершенно искренне и бескорыстно. Вы, конечно, вправе отказаться, но предупреждаю – здесь на много дней пути вы не найдёте ни капли воды. Поэтому, рекомендую присесть и принять моё предложение. Не бойтесь, питьё не отравлено. Я и сам составлю вам компанию, а то здесь слегка жарковато!
Он указал Андрею на роскошный дворцовый стул напротив себя, оказавшийся на удивление удобным, а затем на низенький столик, уставленный бутылками, кувшинами, крынками, треугольными пакетами для молочных продуктов и прочими сосудами.
- Что предпочитаете? – спросил незнакомец. – У меня есть всё что угодно – чистая вода, вода минеральная, газировка всех сортов, молоко, опять же таки любое – от грудного женского до кокосового. Неплохо, не правда ли? Или вот, если пожелаете – кефир. Очень полезно для здоровья! А может, хотите чего-нибудь покрепче? Я не предлагаю водку, она не пойдёт на пользу в таких условиях. Коньяк, ром, джин, текила, виски и прочие разновидности этого напитка, тоже лучше дегустировать в более прохладном климате и в другой обстановке. Но вот вино подходит везде и всегда! Попробуйте вот это, красное! Виноград, из которого оно сделано, выращен в заповедных долинах между прекрасных гор. Сок его давили своими нежными ножками девушки-девственницы, едва ступившие на порог зрелости. Видели бы вы этих красавиц!.. Вино как бы впитало часть их юной прелести – самого очаровательного, что существует из всех благ живого мира.
Он протянул Андрею тяжёлый золотой кубок усыпанный каменьями, до краёв наполненный красной, как кровь, ароматной жидкостью. Первый пилот машинально взял этот сосуд, поднёс к губам и сделал глоток. Незнакомец был прав – вино оказалось восхитительным! Андрей, правда, не считал себя знатоком в этом деле, и до недавнего времени вообще не прикасался к спиртным напиткам. Только в период своего царствования он попробовал разных вин и даже нашёл толк в этом занятии.
От первого же глотка ему стало немного легче на душе, беспокойство и сожаление отодвинулись в сторону, и даже что-то забылось. Что-то важное, но без этого забытого важного, кажется было лучше. Андрей подумал, что жизнь его не так уж плоха. Чего у него нет? Стул под ним весьма удобен, ему тепло, так что хоть раздевайся, в руке золотой кубок с великолепным напитком, а напротив сидит доброжелательный умный собеседник, с которым приятно иметь дело!
- Вот видите! – широко улыбнулся незнакомец. – Я никогда и никого не обманываю, это люди обманываются в отношении меня. Но это я так, к слову! Что же теперь? Не хотелось бы затевать разговоры об отвлечённых вещах. Пустое обсуждение даже самых интересных тем не ведёт к разрешению вопросов, а скорее порождает новые. Это знаете ли, как с кошками. Милейшие существа, а их потомство – сплошное очарование. Но вот этого потомства становится всё больше и больше, оно приносит своё потомство, и добросердечный человек уже не знает, куда деваться от всей этой вопящей, гадящей и требующей пищи мелкоты. Он попадает в рабство к созданиям, которые живут по своим законам, и в один прекрасный день могут съесть хозяина! К чему это я? Ах, да! Поэтому я предлагаю не вести порождающие лишние вопросы разговоры, а давайте лучше сыграем! Вы играете в карты?
- В дурака... – выдавил из себя Андрей, и сам удивился тому, какого труда стоили ему эти два слова.
- Прекрасно! – воскликнул незнакомец, которого почему-то восхищало всё, что Андрей скажет или сделает. – Отличная игра, я её очень люблю! Относительно короткая, в меру простая, чтобы не путаться в правилах, и на удивление похожая на человеческую жизнь. В ней очень удачное сочетание везения и интеллекта игрока. При этом в процессе игры приходится прилагать определённые усилия, чтобы удержаться на плаву, копить силы для решающего наступления, идти на компромисс, жертвовать чем-то ценным, отступать, атаковать, избегать чувства преждевременных побед, смирять собственную самоуверенность и все силы вкладывать в финал, который может быть совершенно неожиданным.
Елизар шёл и страдал. Ну, почему он не может стать йети? Тогда всё было бы проще. (По крайней мере, так ему казалось.) Они была бы его, и оставалось бы только найти подходящую пещеру...
Он вдруг одёрнул себя. Лезет же в голову всякая чушь! Ну, сдураковал, с кем не бывает? Теперь надо только подождать, пока Они снова станет собой, и тут уж он не будет медлить! В конце концов, она ведь тоже не из железа – сдастся, если всё сделать правильно. И тогда ему достанется не мускулистая покрытая шерстью самка йети, а нежная милая девушка, от которой голова идёт кругом!..
У Они лопатки чесались от его взглядов! Это было и смешно, и неуютно, и, почему-то приятно. Мысли этого парня были настолько явно написаны у него на лице, что если бы он выразил их вслух, то она точно не узнала бы ничего нового. И вздохи его Они понимала прекрасно! Она только удивлялась – почему это он, такой языкастый при их первой встрече, сейчас замкнулся и насупился? Даже немного обидно. Неужели непонятно, что нет никакой беды в том, чтобы заговорить с ней напрямую! Хамить не надо и Петрушку из себя изображать не следует, а всё остальное вполне возможно, и прежде всего, возможно задавать вопросы и отвечать на них. Так что же он молчит? Как будто поменялся с Андреем местами. Ну, что ж, молчи-молчи! Может быть, вымолчишь себе что-нибудь лет этак через двести!
Повинуясь внезапному озорному порыву, девушка захватила со склона заснеженной скалы горсть снега, слепила снежок и, резко развернувшись, запустила им в парня, пыхтевшего сзади. Снежок угодил Елизару в грудь, разбился в пыль и засыпал лицо сверкающими брызгами. Лётчик отпрянул от неожиданности, но тут же опомнился и улыбнулся с весёлой злостью! Он принял вызов и немедленно бросился лепить свой снежок.
Когда-то, а на самом деле совсем недавно, он был чемпионом мальчишеских снежных баталий и славился тем, что кидал снежки на большое расстояние и с поразительной меткостью. Но сейчас он столкнулся с необычной соперницей.
Оружие ответного удара было готово в считанные секунды, но прежде чем метатель привёл его в действие, ему в лоб врезался следующий снежок! Это было уже слишком! Елизар рассвирепел от такой наглости, по-богатырски размахнулся, и что есть силы запустил снежок в Они. Но девушка сделала изящный пирует, от чего снаряд пролетел мимо, и тут же ответила полновесным снежным комом, попавшим второму пилоту в плечо.
Они немного не рассчитала. Сейчас в её руках была сила йети, в разы превышающая человеческую. Получив удар спрессованным снегом, Елизар крутанулся вокруг своей оси и резко взмахнул руками, стараясь удержаться на ногах. Как назло, под его каблук, не слишком умело обмотанный тряпками, попался камень. Парень споткнулся, но будучи человеком спортивным и ловким, подпрыгнул и снова приземлился на ноги.
Вдруг снег под его ногами дрогнул и двинулся, словно тронувшийся с места поезд. С обманчивой медлительностью пласт снега, покрывающий склон горы, отделился от основания и заскользил, словно кусок сыра по подтаявшему маслу!
Елизар сразу понял, что это такое, оглянулся в надежде зацепиться хоть за что-нибудь, но тщетно. Как назло, рядом не было ни подходящей скалы, ни достаточно тяжёлого валуна, чтобы можно было за него удержаться.
Они, стоявшая на твёрдом основании, тоже сообразила, что случилась беда, и с криком бросилась парню на помощь!
- Нет, назад! – крикнул Елизар, но было поздно – девушка уже глубоко забежала в опасную зону.
В следующий момент их обоих перевернуло, закрутило и понесло куда-то вниз!..
Выжить в лавине почти невозможно. Даже когда она накрывает людей, оказавшихся в ущельях и имеющих возможность укрыться за скалами, деревьями и какими-нибудь строениями, удар спрессованного снега, несущего с собой камни и глыбы льда, бывает фатальным. И даже если кому-то повезёт уцелеть в такой ситуации, выбраться наружу, преодолев многометровый слой снежно-ледяной мешанины, дело нешуточное, особенно если учесть недостаток кислорода под этими завалами.
Что же касается шансов выживания для того, кто летит вместе со всей снежной массой, почти с самой вершины горы, то они практически равны нулю. Человек хрупок, а попасть в лавину немногим лучше, чем между ножами работающей мясорубки.
Зная всё это, Елизар зажмурился и поручил свою душу Богу, веру в которого в тайне хранил, глубоко спрятав под внешним комсомольским налётом. Но помощь, которая была ему оказана, не слишком походила на божий промысел.
В плечи ему вдруг вцепились толи руки, толи лапы, и его тело резко дёрнуло вверх! Ещё ничего не видя от снежной пыли, Елизар замотал головой, но его тут же встряхнули, и сверху раздался знакомый голос:
- Не дёргайся! Ты и так тяжёлый, а у меня не вышло, как следует трансформироваться!
И тут парень понял, что летит. Летит, несомый кем-то с большими белыми крыльями и костистыми лапами, способными поднять, по крайней мере, такого человека, как он. Елизар уже успел насмотреться чудес за последнее время, чтобы чрезмерно удивляться увиденному. Он решил последовать требованию – «не дёргаться», и повис неподвижно, находя положительным хотя бы то, что не летит кувырком под гору в снежной лавине.
Тому, кто его нес, приходилось непросто. Лётчик явственно слышал натужное дыхание, покряхтывание, а порой даже слабые стоны, в которых слышались испуг и усталость. Кому принадлежал этот голос, Елизар догадался, как только сам немного успокоился – эти звуки издавало девичье горло, кроме того, он узнал белую шерсть на крыльях спасительницы, глубоко и тяжело взмахивающих у него перед носом.
Их полёт напоминал падение. Сил у летуньи едва хватало, чтобы не рухнуть прямо в бурлящий внизу снежный ад. Это немного смахивало на скоростной спуск на парашюте вдоль горного склона, когда нет времени любоваться видами, а нужно следить, чтобы не налететь на какую-нибудь скалу.
Они приходилось всё отчаяннее работать крыльями, чтобы сохранять достаточную высоту над лавиной. Елизару же казалось, что его ноги касаются, бешено несущейся снежной массы. Он, конечно, понимал, что это не так, иначе их давно уже засосало бы закрученным воздушным вихрем внутрь смертельного потока. Но ноги поджать ужасно хотелось, хоть он и знал, что это не поможет.
Хорошо, что он не поддался искушению – приземление было жёстким, похлеще, чем при затяжном прыжке с парашютом. Елизар крепко приложился пятками о землю, а точнее о каменную мостовую, с которой был тщательно выметен снег. Рядом рухнуло что-то большое и белое, в чём парень с удивлением узнал Они-йети, чудесным образом обретшую широченные мохнатые крылья и лапы более похожие на птичьи.
- Ты говорила, что не можешь превратиться в дракона? – сам не зная, зачем спросил Елизар.
- Разве это похоже на дракона? – ответила девушка, тяжело дыша. – Это чучело какое-то, а не дракон!
Она подняла перед глазами свои меховые крылья, и с кислым видом стала их рассматривать.
- Видели бы такую трансформацию мои братья, - продолжала Они, - вот бы посмеялись... Ой, я сейчас упаду!
Она и в самом деле пошатнулась, переступила с ноги на ногу, но Елизар вовремя пришёл ей на помощь.
- Очень трудно всё это, когда основа мира не эфирная плазма, а золото, - проговорила девушка, и тут её крылья на глазах начали уменьшаться, превращаясь в руки. – Прости, что подвергла тебя такой опасности...
- Ты спасла меня, - ответил Елизар. – Спасибо тебе!
- Не стоит благодарности, - пролепетала Они, с которой почему-то стремительно исчезала шерсть. – Но у нас появились новые проблемы.
- Какие? – не понял Елизар.
- Оглянись.
Он оглянулся. Вокруг них плотным кольцом стояла толпа народа, и с неодобрением глядела на закутанного в тряпки бродягу, державшего в объятиях обнажённую золотоглазую демоницу с рогами на голове.
Глава 25.
В этом мире Они тоже не было. Андрей почувствовал это, как только ступил на странную высушенную солнцем землю, покрытую редкими кустарниками и сухими травами.
Здесь было тихо и пустынно. Лишь иногда поднимался лёгкий ветерок, но благодаря тёплому, даже жаркому воздуху, он не приносил ощущения свежести. Но это не мешало. Скорее, наоборот, здесь чувствовалось изрядное облегчение. От чего? Ну, прежде всего, от того, что он больше не был царём.
Так бывает – идёшь себе, несёшь некий груз, и так привыкаешь к нему, что не замечаешь тяжести, а когда, наконец, сбросишь это бремя, вдруг понимаешь, как устал от него. Андрей шёл и счастливо улыбался, чувствуя истинное блаженство от того, что он больше не тащит на себе отвратительную ношу власти.
Единственное, что его беспокоило, это мысль об оставшихся во дворце девушках. Очень не хотелось бы, чтобы их обидели жители мира, не знающего компромиссов и не понимающего принципа золотой середины. Он даже хотел вернуться, чтобы проверить, всё ли у них в порядке, но путь в тот мир уже затерялся среди множества других ему подобных, и быстро отыскать его не было никакой возможности.
Это огорчало, но с другой стороны, в одиночку, без власти, немного он смог бы сделать полезного. С властью-то не смог, так что...
- Пить хочешь?
Пить действительно хотелось, но вопрос, прозвучавший, как ему показалось, из пустоты, заставил подобраться в ожидании нападения. Даже рука машинально потянулась к кобуре с пистолетом, в котором осталось только два патрона. (Автомат, добытый в позапрошлом мире, он оставил в своих покоях во дворце, и за всё время правления не озаботился обзавестись другим оружием.)
- Ну, ну, ну! Зачем же так?
Теперь Андрей увидел говорившего. Это был мужчина высокого роста, одетый в изысканный деловой костюм с добавлением элементов роскоши – бриллиантовые запонки и галстучная булавка, белоснежная манишка с искрой, золотая цепь, одетая под пиджак, но поверх галстука. На цепи какой-то странный знак – изображение чего-то или кого-то чёрного в треугольнике. Незнакомец имел правильные, немного резкие черты лица, носил длинные ниспадающие на плечи тёмно-русые волосы, что странно контрастировало с его костюмом, и бороду, которая немного напоминала эспаньолку, но была длиннее положенного размера.
Поражали глаза этого типа – глубокие, ярко-синие... Ах, нет, какие же они синие, когда это самая настоящая тёмная зелень, какая бывает в особом виде самоцветов. Но тут же казалось, что глаза эти карие, и не просто карие, а переходящие в красный цвет, оттенка запёкшейся крови, остывающего железа или затаившегося огня.
Незнакомец восседал в кресле, напоминающем трон, что странно было видеть посреди... пустыни. Ну, да – именно пустыней следовало называть это место, несмотря на то, что она не была совсем мёртвой и бесплодной.
- Поверьте, я не враг вам! – продолжал этот странный незнакомец, не покидая своего кресла. – И моё предложение совершенно искренне и бескорыстно. Вы, конечно, вправе отказаться, но предупреждаю – здесь на много дней пути вы не найдёте ни капли воды. Поэтому, рекомендую присесть и принять моё предложение. Не бойтесь, питьё не отравлено. Я и сам составлю вам компанию, а то здесь слегка жарковато!
Он указал Андрею на роскошный дворцовый стул напротив себя, оказавшийся на удивление удобным, а затем на низенький столик, уставленный бутылками, кувшинами, крынками, треугольными пакетами для молочных продуктов и прочими сосудами.
- Что предпочитаете? – спросил незнакомец. – У меня есть всё что угодно – чистая вода, вода минеральная, газировка всех сортов, молоко, опять же таки любое – от грудного женского до кокосового. Неплохо, не правда ли? Или вот, если пожелаете – кефир. Очень полезно для здоровья! А может, хотите чего-нибудь покрепче? Я не предлагаю водку, она не пойдёт на пользу в таких условиях. Коньяк, ром, джин, текила, виски и прочие разновидности этого напитка, тоже лучше дегустировать в более прохладном климате и в другой обстановке. Но вот вино подходит везде и всегда! Попробуйте вот это, красное! Виноград, из которого оно сделано, выращен в заповедных долинах между прекрасных гор. Сок его давили своими нежными ножками девушки-девственницы, едва ступившие на порог зрелости. Видели бы вы этих красавиц!.. Вино как бы впитало часть их юной прелести – самого очаровательного, что существует из всех благ живого мира.
Он протянул Андрею тяжёлый золотой кубок усыпанный каменьями, до краёв наполненный красной, как кровь, ароматной жидкостью. Первый пилот машинально взял этот сосуд, поднёс к губам и сделал глоток. Незнакомец был прав – вино оказалось восхитительным! Андрей, правда, не считал себя знатоком в этом деле, и до недавнего времени вообще не прикасался к спиртным напиткам. Только в период своего царствования он попробовал разных вин и даже нашёл толк в этом занятии.
От первого же глотка ему стало немного легче на душе, беспокойство и сожаление отодвинулись в сторону, и даже что-то забылось. Что-то важное, но без этого забытого важного, кажется было лучше. Андрей подумал, что жизнь его не так уж плоха. Чего у него нет? Стул под ним весьма удобен, ему тепло, так что хоть раздевайся, в руке золотой кубок с великолепным напитком, а напротив сидит доброжелательный умный собеседник, с которым приятно иметь дело!
- Вот видите! – широко улыбнулся незнакомец. – Я никогда и никого не обманываю, это люди обманываются в отношении меня. Но это я так, к слову! Что же теперь? Не хотелось бы затевать разговоры об отвлечённых вещах. Пустое обсуждение даже самых интересных тем не ведёт к разрешению вопросов, а скорее порождает новые. Это знаете ли, как с кошками. Милейшие существа, а их потомство – сплошное очарование. Но вот этого потомства становится всё больше и больше, оно приносит своё потомство, и добросердечный человек уже не знает, куда деваться от всей этой вопящей, гадящей и требующей пищи мелкоты. Он попадает в рабство к созданиям, которые живут по своим законам, и в один прекрасный день могут съесть хозяина! К чему это я? Ах, да! Поэтому я предлагаю не вести порождающие лишние вопросы разговоры, а давайте лучше сыграем! Вы играете в карты?
- В дурака... – выдавил из себя Андрей, и сам удивился тому, какого труда стоили ему эти два слова.
- Прекрасно! – воскликнул незнакомец, которого почему-то восхищало всё, что Андрей скажет или сделает. – Отличная игра, я её очень люблю! Относительно короткая, в меру простая, чтобы не путаться в правилах, и на удивление похожая на человеческую жизнь. В ней очень удачное сочетание везения и интеллекта игрока. При этом в процессе игры приходится прилагать определённые усилия, чтобы удержаться на плаву, копить силы для решающего наступления, идти на компромисс, жертвовать чем-то ценным, отступать, атаковать, избегать чувства преждевременных побед, смирять собственную самоуверенность и все силы вкладывать в финал, который может быть совершенно неожиданным.
