На фоне прочих, свежих по времени посадок, дерево выглядело достопочтенным ветераном, сумевшим отвоевать у людей исконное местожительство.
Молодая женщина наблюдала, как дочь общается с девочкой приблизительно того же возраста, заводя новое знакомство, и размышляла о человеке, с которым вот-вот должна была встретиться. Вспомнила заголовок одной из скандальных статей: «Любимый учитель или жадный богач». TOP Hit всегда считалась компанией с самыми жесткими условиями и рабскими контрактами для исполнителей. Но что бы ни говорили сторонние наблюдатели об агентстве и его основателе, айдолы отзывались о Ли Джихаке либо хорошо, либо никак. Будучи трейни, Рия никогда не виделась лицом к лицу с гендиректором, и тем не менее знала, что он ходит на концерты своих подопечных, встречается с ними по праздникам, организует благотворительные мероприятия.
– Ю Рия? – окликнул задумавшуюся девушку смутно знакомый по видео-интервью мужской голос.
– Господин Ли? – уточнила она, поднимаясь и почтительно кланяясь.
В руках бывший генеральный директор TOP Hit, а с некоторых пор исполнительный продюсер держал смартфон, по которому отслеживал местоположение «объекта». За его спиной маячил преданный секретарь. Возможно, где-то неподалёку обреталась, но до поры до времени не показывалась на глаза бдительная охрана.
– Впервые меня вытащили для разговора в подобное место, – признался Джихак, посмеиваясь, от чего глаза за стёклами очков в тонкой металлической оправе превратились в две узкие щёлочки. Мужчина ослабил галстук и расстегнул пиджак. – Жарко.
– Присаживайтесь, – вежливо указала ему на скамейку обеими руками Рия. Молодая женщина понимала, было бы куда логичнее для столь большой шишки назначь она встречу в ресторане или на худой конец в кафешке с кондиционером, но сегодня не Джихак диктует правила. – Здесь очень живописно, не правда ли?
Секретарь продолжал стоять под палящими лучами солнца. Высокий симпатичный молодой мужчина в очках. Готовясь приступить к работе в агентстве, Рия внимательно изучила не только его руководящий состав, но и тех, кто непосредственно подчинялся верхушке. Поэтому она знала нужное имя:
– Господин Син, там с другой стороны фонтана есть чудесное место для отдыха в тени. Поспешите, пока свободно.
Син Сухо, сохраняя невозмутимый вид, вопросительно глянул на Джихака. Тот снова тихо рассмеялся:
– Иди.
Похоже, за подобным «весельем» господин Ли скрывал некоторое замешательство, возникшее при столкновении с чем-то, выходящим за рамки привычного. Поведение молодой женщины не вписывалось ни в культурные, ни в профессиональные стандарты. Да, она вежлива, сохраняет субординацию, однако при этом умудрилась вытащить его в подобное место, да ещё и секретарём исподволь попрекает, ведь мог бы Джихак и сам позаботиться о подчинённом, но почему-то запамятовал.
– Слушаю вас, – вернула мужчину «с небес на землю» Рия.
– У меня к вам деловое предложение, но сначала… – собеседник перевёл взгляд на фонтан. Казалось, что он высматривает за тонкими, частыми, вертикально бьющими вверх струями своего секретаря, однако это было не так. – Ваша дочь?
– Моя, – подтвердила Рия, проследив направление чужого интереса. Она старательно сохраняла не только внешнее, но и внутреннее спокойствие, напоминая себе, что за чувства отвечают мысли: не стоит преждевременно пугаться возможных последствий того, что секрет раскрыли. Устраиваясь в компанию, где когда-то стажировалась, Рия осознавала, что рано или поздно это произойдёт. Шила в мешке не утаишь, а спрятать подальше мешок она не захотела.
– И Мирэя, – не спросил, а добавил Джихак, на этот раз глядя глаза в глаза.
– С точки зрения биологии и генетики он действительно её отец, – равнодушно согласилась собеседница.
– Мирэй знает?
– Полагаете, насилуя меня, он понятия не имел, откуда берутся дети? Для неискушённого новичка парнишка действовал вполне уверенно и лихо. Не считаю себя обязанной докладывать ему о последствиях.
Да, «парнишка»… Сейчас тот Мирэй из прошлого для взрослой Рии – чокнутый обдолбанный парнишка, ведь срок давности уже истёк. Возможно, тогда он расценил её отпор, как криваляние набивающей себе цену девицы, и тем не менее оставался преступником, жестоким насильником, надругавшимся над телом и поломавшим судьбу. Злодеяние, которое исключительно по неведению простило ему правосудие, никогда не простит сердце.
– Почему ты вернулась? – внезапно перешёл на неформальный тон Джихак, явно сбитый с толку словами и поведением девушки.
– Это никак не связано с Мирэем.
– Но вы будете постоянно сталкиваться.
– Зачем? – искренне удивилась Рия. – Я не собираюсь искать встреч. Надеюсь, он тоже.
– Но работа в одной компании…
– Будем считать это досадным совпадением. Возвращаясь в TOP Hit, я меньше всего думала о Мирэе, – молодая женщина выдержала паузу, пристально посмотрела мужчине в глаза и спросила: – О чём вы так беспокоитесь? Если бы я хотела навредить Мирэю, то сделала бы это без того геморроя, которым обернулось трудоустройство в вашу компанию. Теперь мы в одной лодке. Будет глупо с моей стороны начать пробивать в ней губительную брешь.
– Я жалею, что не узнал раньше, – тяжело вздохнул господин Ли. – Понятия не имею, чтобы предпринял тогда, но сейчас…
– Бросьте, – усмехнулась Рия. – Ни к чему терзаться сожалениями. В конце концов, как бы странно ни звучало, Мирэй сделал мне бесценный подарок, – она кивнула в сторону дочери, которая под шумок, пока мама не видит, уткнулась в смартфон на пару с новой подружкой. – Мне легче думать об этом именно так. Я и сама наделала в прошлом кучу ошибок. Лучше не вспоминать. Давайте обсудим ваше предложение.
Последующая беседа прошла в куда более деловом ключе. Разворошив прошлое новой сотрудницы, Джихак не поленился изучить её настоящее. Выяснив, что Рия – тот самый, популярный в сети «айдол в маске», он совместно с креативной командой разработал концепцию нового шоу с аналогичным названием, куда пригласил молодую женщину в качестве таинственного ведущего, личность которого раскроется лишь в финале.
Суть шоу состояла в замаскированных выступлениях популярных артистов лэйбла наряду с готовыми к дебюту стажёрами, имена которых уже на слуху. Путём голосования зрители будут определять, кто скрывается под маской. Ожидалось, что шоу подогреет интерес к новым исполнителям и поможет определить их самобытность или напротив схожесть с «ветеранами» агентства.
Рие понравилась идея. К тому же обещали хорошо заплатить, а это немаловажный аспект при наличии ребёнка и высокой платы за его обучение в престижной школе. Правда, взамен придётся попотеть, предваряя каждый выпуск шоу собственным выступлением в команде с другими артистами, состав которых будет раз от разу меняться. Планировалось сделать полноценные танцевальные каверы на самые популярные синглы подопечных TOP Hit.
Переговорщики расстались довольные друг другом. Однако, сев в машину, Джихак тяжело вздохнул. Верный секретарь не задавал лишних вопросов, зная, что нужную информацию ему предоставят, а прочей ерундой голову забивать не стоит.
– Присмотри за ней, Сухо, – вполголоса попросил господин Ли, откидываясь на кожаную спинку пассажирского кресла и прикрывая глаза.
– В каком смысле? – уточнил секретарь и по совместительству личный водитель исполнительного продюсера TOP Hit.
– Чтобы не обидели. Ты же собирал досье, сам понимаешь.
– Значит, менеджер Ю продолжит работать в компании, – резюмировал Син Сухо.
«Твоя дочь сейчас была бы ровесницей её Элис» – вдруг подумал Джихак, слушая неизменно спокойный и ровный голос помощника.
Автомобиль плавно тронулся с места. Три года назад Ли Джихак, не раздумывая, уволил бы Рию, посчитав её потенциальным источником проблем. Он бы и разговаривать не стал и уж тем более встречаться на чужих условиях. Однако изнурительная болезнь и смерть жены заставили многое переосмыслить. Мужчина дал себе зарок, впредь видеть в людях людей, а не средства или препятствия к достижению цели. Он даже ушёл с должности гендиректора, чтобы больше заниматься творчеством, ради которого основал TOP Hit, и содрогнулся, внимательнее разглядев оборотную сторону медали. Впрочем, он прекрасно видел это раньше, но относился проще, принимая как неизбежное зло на пути к успеху и процветанию компании в целом. Теперь Джихак думал иначе, но запущенный и тщательно раскрученный маховик не так-то просто и быстро остановить, разве что в него попадёт что-то постороннее и желательно несколько раз.
Семь месяцев назад такой непредвиденной помехой стало самоубийство Санни. Первое в их агентстве и пятое во всей индустрии к-поп за последние два года. Именно оно вызвало широкий общественный резонанс, который всколыхнул даже правительственные круги, побудив вмешаться или хотя бы создать видимость решения назревшей проблемы.
Мужчина посмотрел в окно, за которым мелькали спешащие по своим делам вечно занятые жители столицы. А ведь среди них были и те, кто своими ядовитыми высказываниями, жестокими комментариями, плевками в душу довели Санни до безумного отчаяния, толкнувшего талантливую, но излишне ранимую девушку на ужасный шаг – добровольно расстаться с жизнью.
Санни… Когда-то она заменила Рию, добровольно ушедшую из группы перед самым дебютом. И ни в том, ни в другом случае агентство не смогло защитить своих подопечных. Хуже того, даже не попыталось разобраться в причинах произошедшего.
Остаток первого выходного дня прошёл безмятежно. Второй Рия посвятила решению вопросов, связанных с переводом Элис в новую школу. Необходимо было познакомиться с родительским комитетом класса и планом внеурочных мероприятий на вторую половину учебного года, сдать деньги на общие расходы. С директором, его замами, классным руководителем и прочими наставниками Рия встретилась ещё до трудоустройства в компанию, и с облегчением обнаружила, что в столице куда проще и лояльнее относятся к матерям-одиночкам, чем в провинции. Бестактных вопросов не задают, а любопытство, если таковое возникает, умело маскируют вежливой улыбкой.
Дамы из комитета любили сунуть нос куда не следует. Первым делом принялись выяснять, кем работает Рия, и прохладное «менеджером» их явно не устроило.
– А ваш муж? – поинтересовалась председатель – женщина сорока лет с хвостиком неопределённой длины. Недаром Страна утренней свежести по праву считается Меккой пластической хирургии.
– Я не замужем, – простодушно улыбаясь, ответила Рия.
– Значит, воспитываете Элис в одиночку? – уточнила другая собеседница примерно того же возраста, но из-за полноты казавшаяся старше.
– Ну… – девушка с глубокомысленным видом по очереди загнула два пальца, словно производила сложный подсчёт, и разогнула один из них обратно. – Получается именно так.
Председатель нахмурилась, чуя подвох. Чтобы сгладить неловкость, возникшую из-за дурачества, от которого в очередной раз не смогла удержаться, Рия учтиво поинтересовалась:
– Желаете чего-нибудь ещё? Здесь чудесная европейская кухня и большое разнообразие диетических пирожных.
Посиделки в уютном ресторанчике неподалёку от здания Школы искусств проходили за счёт новенькой. Она же была самым лакомым блюдом, особенно для главы родительского комитета. Классный руководитель с загадочной полуулыбкой предупредил Рию о дотошности госпожи Хон и пожелал удачи. Теперь-то девушка понимала, что он имел в виду.
– Наверное, тяжело приходится? – запоздало вздохнула третья дама, самая старшая и молчаливая. Это были её первые слова после вежливого приветствия в момент знакомства.
– Когда как, – пожала плечами Рия. – Справляюсь.
Две другие переглянулись, не удовлетворённые скупым ответом.
– Эмм… Отец Рии… где он? – решилась на бестактный вопрос Хон Мигён. – Умер?
– Нет.
Поскольку исчерпывающих подробностей не последовало, пришлось уточнить:
– В разводе?
Полненькая, что явно была подпевалой председателя, смущённо кашлянула в поднесённую к ярко накрашенным губам салфетку. Старшая дама возразила:
– Это не наше дело.
А Рия снова коротко ответила:
– Нет.
– Понятно, – пробормотала Мигён, отвела взгляд и сделала глоток кофе. Спрашивать третий раз, когда тебе смело и открыто смотрят в лицо, постеснялась даже столь нахрапистая мадам. – Что касается плана мероприятий…
Распрощавшись с новыми знакомыми, Рия со вздохом облегчением откинулась на спинку дивана. То ли ещё будет. Рано радовалась, наивно полагая, что столичные жители более уважительно – на западный манер – относятся к чужому личному пространству. Люди везде одинаковы: жизнь другого интересует их гораздо больше, чем своя собственная.
Звук входящего сообщения отвлёк от тяжёлых раздумий. Писала Юна, близкая подруга, одна из участниц популярной группы «Cherry», распавшейся после смерти главной вокалистки Санни. Девушки познакомились, ещё будучи стажёрами TOP Hit, но из-за плотного графика Юны последние годы виделись редко.
Смайликов традиционно было больше слов: «Я вернулась! (*подмигивание*, *крайне открытая радость*, *воздушный поцелуй*) Когда увидимся? (*глубокая заинтересованность*) Давай вечером?! (три знака вопроса) Можно к вам? (*молитва*, *обнимашки*)». Рия тепло улыбнулась и ответила, что не только можно, но и нужно. Градус настроения, упавший за время общения с родительским комитетом, уверенно скакнул вверх. Расплатившись по счёту, девушка поспешила в ближайший к дому супермаркет, чтобы как следует подготовиться к вечерним дружеским посиделкам.
– Когда, говоришь, мы виделись последний раз? – изумилась Юна.
Подруги сидели на полу за традиционным корейским столиком. Встреча перетекла во вторую стадию, когда Элис, наобнимавшись с «тётушкой» и поведав все свои девчачьи секреты, убежала в спальню с новым набором для творчества заниматься любимым делом – рисованием. В центр стола тут же была водружена пузатая бутылка дорогого шампанского – подарок от спонсоров благотворительного проекта, в котором участвовала Юна.
– Полгода назад, на похоронах, – повторила Рия. Ей жутко не хотелось подниматься и искать более-менее подходящую тару под благородное игристое. Стеклянными бокалами она не разжилась, да и не собиралась. Поэтому на «шипучку» хозяйка дома взирала без особого энтузиазма, в отличие от презентовавшей вино подруги.
– Кошмар, – покачала головой Юна, лаская взглядом закупоренное горлышко бутылки. Она вдруг погрустнела: – Вот мы сидим здесь, радуемся жизни, а кто-то прямо сейчас… как Санни… Ох, о чём я... Так ты познакомилась с Джонгом? Ну как?
– У него депрессия.
– Я же говорила! Не зря они с Санни дружили.
– Это не заразно.
Видимо, всё-таки придётся разбавить тяжёлую тему лёгкими пузырьками шампанского. Какая разница, где им шипеть и лопаться: в дорогих фужерах или одноразовых бумажных стаканчиках?
– Я имею в виду взгляды, настрой, – пылко возразила девушка. – Санни всегда была резкой в суждениях. В открытую поддерживала людей с нетрадиционной ориентацией. Вызывающе одевалась, ярко красилась. Ссорилась с девчонками. Собиралась бросить группу. Ей надоело петь про сладкую любовь и розовые сопли, хотелось затрагивать своим творчеством серьёзные темы. А мы её не понимали и фанаты тоже. Когда началась травля в сети…
Молодая женщина наблюдала, как дочь общается с девочкой приблизительно того же возраста, заводя новое знакомство, и размышляла о человеке, с которым вот-вот должна была встретиться. Вспомнила заголовок одной из скандальных статей: «Любимый учитель или жадный богач». TOP Hit всегда считалась компанией с самыми жесткими условиями и рабскими контрактами для исполнителей. Но что бы ни говорили сторонние наблюдатели об агентстве и его основателе, айдолы отзывались о Ли Джихаке либо хорошо, либо никак. Будучи трейни, Рия никогда не виделась лицом к лицу с гендиректором, и тем не менее знала, что он ходит на концерты своих подопечных, встречается с ними по праздникам, организует благотворительные мероприятия.
– Ю Рия? – окликнул задумавшуюся девушку смутно знакомый по видео-интервью мужской голос.
– Господин Ли? – уточнила она, поднимаясь и почтительно кланяясь.
В руках бывший генеральный директор TOP Hit, а с некоторых пор исполнительный продюсер держал смартфон, по которому отслеживал местоположение «объекта». За его спиной маячил преданный секретарь. Возможно, где-то неподалёку обреталась, но до поры до времени не показывалась на глаза бдительная охрана.
– Впервые меня вытащили для разговора в подобное место, – признался Джихак, посмеиваясь, от чего глаза за стёклами очков в тонкой металлической оправе превратились в две узкие щёлочки. Мужчина ослабил галстук и расстегнул пиджак. – Жарко.
– Присаживайтесь, – вежливо указала ему на скамейку обеими руками Рия. Молодая женщина понимала, было бы куда логичнее для столь большой шишки назначь она встречу в ресторане или на худой конец в кафешке с кондиционером, но сегодня не Джихак диктует правила. – Здесь очень живописно, не правда ли?
Секретарь продолжал стоять под палящими лучами солнца. Высокий симпатичный молодой мужчина в очках. Готовясь приступить к работе в агентстве, Рия внимательно изучила не только его руководящий состав, но и тех, кто непосредственно подчинялся верхушке. Поэтому она знала нужное имя:
– Господин Син, там с другой стороны фонтана есть чудесное место для отдыха в тени. Поспешите, пока свободно.
Син Сухо, сохраняя невозмутимый вид, вопросительно глянул на Джихака. Тот снова тихо рассмеялся:
– Иди.
Похоже, за подобным «весельем» господин Ли скрывал некоторое замешательство, возникшее при столкновении с чем-то, выходящим за рамки привычного. Поведение молодой женщины не вписывалось ни в культурные, ни в профессиональные стандарты. Да, она вежлива, сохраняет субординацию, однако при этом умудрилась вытащить его в подобное место, да ещё и секретарём исподволь попрекает, ведь мог бы Джихак и сам позаботиться о подчинённом, но почему-то запамятовал.
– Слушаю вас, – вернула мужчину «с небес на землю» Рия.
– У меня к вам деловое предложение, но сначала… – собеседник перевёл взгляд на фонтан. Казалось, что он высматривает за тонкими, частыми, вертикально бьющими вверх струями своего секретаря, однако это было не так. – Ваша дочь?
– Моя, – подтвердила Рия, проследив направление чужого интереса. Она старательно сохраняла не только внешнее, но и внутреннее спокойствие, напоминая себе, что за чувства отвечают мысли: не стоит преждевременно пугаться возможных последствий того, что секрет раскрыли. Устраиваясь в компанию, где когда-то стажировалась, Рия осознавала, что рано или поздно это произойдёт. Шила в мешке не утаишь, а спрятать подальше мешок она не захотела.
– И Мирэя, – не спросил, а добавил Джихак, на этот раз глядя глаза в глаза.
– С точки зрения биологии и генетики он действительно её отец, – равнодушно согласилась собеседница.
– Мирэй знает?
– Полагаете, насилуя меня, он понятия не имел, откуда берутся дети? Для неискушённого новичка парнишка действовал вполне уверенно и лихо. Не считаю себя обязанной докладывать ему о последствиях.
Да, «парнишка»… Сейчас тот Мирэй из прошлого для взрослой Рии – чокнутый обдолбанный парнишка, ведь срок давности уже истёк. Возможно, тогда он расценил её отпор, как криваляние набивающей себе цену девицы, и тем не менее оставался преступником, жестоким насильником, надругавшимся над телом и поломавшим судьбу. Злодеяние, которое исключительно по неведению простило ему правосудие, никогда не простит сердце.
– Почему ты вернулась? – внезапно перешёл на неформальный тон Джихак, явно сбитый с толку словами и поведением девушки.
– Это никак не связано с Мирэем.
– Но вы будете постоянно сталкиваться.
– Зачем? – искренне удивилась Рия. – Я не собираюсь искать встреч. Надеюсь, он тоже.
– Но работа в одной компании…
– Будем считать это досадным совпадением. Возвращаясь в TOP Hit, я меньше всего думала о Мирэе, – молодая женщина выдержала паузу, пристально посмотрела мужчине в глаза и спросила: – О чём вы так беспокоитесь? Если бы я хотела навредить Мирэю, то сделала бы это без того геморроя, которым обернулось трудоустройство в вашу компанию. Теперь мы в одной лодке. Будет глупо с моей стороны начать пробивать в ней губительную брешь.
– Я жалею, что не узнал раньше, – тяжело вздохнул господин Ли. – Понятия не имею, чтобы предпринял тогда, но сейчас…
– Бросьте, – усмехнулась Рия. – Ни к чему терзаться сожалениями. В конце концов, как бы странно ни звучало, Мирэй сделал мне бесценный подарок, – она кивнула в сторону дочери, которая под шумок, пока мама не видит, уткнулась в смартфон на пару с новой подружкой. – Мне легче думать об этом именно так. Я и сама наделала в прошлом кучу ошибок. Лучше не вспоминать. Давайте обсудим ваше предложение.
Последующая беседа прошла в куда более деловом ключе. Разворошив прошлое новой сотрудницы, Джихак не поленился изучить её настоящее. Выяснив, что Рия – тот самый, популярный в сети «айдол в маске», он совместно с креативной командой разработал концепцию нового шоу с аналогичным названием, куда пригласил молодую женщину в качестве таинственного ведущего, личность которого раскроется лишь в финале.
Суть шоу состояла в замаскированных выступлениях популярных артистов лэйбла наряду с готовыми к дебюту стажёрами, имена которых уже на слуху. Путём голосования зрители будут определять, кто скрывается под маской. Ожидалось, что шоу подогреет интерес к новым исполнителям и поможет определить их самобытность или напротив схожесть с «ветеранами» агентства.
Рие понравилась идея. К тому же обещали хорошо заплатить, а это немаловажный аспект при наличии ребёнка и высокой платы за его обучение в престижной школе. Правда, взамен придётся попотеть, предваряя каждый выпуск шоу собственным выступлением в команде с другими артистами, состав которых будет раз от разу меняться. Планировалось сделать полноценные танцевальные каверы на самые популярные синглы подопечных TOP Hit.
Переговорщики расстались довольные друг другом. Однако, сев в машину, Джихак тяжело вздохнул. Верный секретарь не задавал лишних вопросов, зная, что нужную информацию ему предоставят, а прочей ерундой голову забивать не стоит.
– Присмотри за ней, Сухо, – вполголоса попросил господин Ли, откидываясь на кожаную спинку пассажирского кресла и прикрывая глаза.
– В каком смысле? – уточнил секретарь и по совместительству личный водитель исполнительного продюсера TOP Hit.
– Чтобы не обидели. Ты же собирал досье, сам понимаешь.
– Значит, менеджер Ю продолжит работать в компании, – резюмировал Син Сухо.
«Твоя дочь сейчас была бы ровесницей её Элис» – вдруг подумал Джихак, слушая неизменно спокойный и ровный голос помощника.
Автомобиль плавно тронулся с места. Три года назад Ли Джихак, не раздумывая, уволил бы Рию, посчитав её потенциальным источником проблем. Он бы и разговаривать не стал и уж тем более встречаться на чужих условиях. Однако изнурительная болезнь и смерть жены заставили многое переосмыслить. Мужчина дал себе зарок, впредь видеть в людях людей, а не средства или препятствия к достижению цели. Он даже ушёл с должности гендиректора, чтобы больше заниматься творчеством, ради которого основал TOP Hit, и содрогнулся, внимательнее разглядев оборотную сторону медали. Впрочем, он прекрасно видел это раньше, но относился проще, принимая как неизбежное зло на пути к успеху и процветанию компании в целом. Теперь Джихак думал иначе, но запущенный и тщательно раскрученный маховик не так-то просто и быстро остановить, разве что в него попадёт что-то постороннее и желательно несколько раз.
Семь месяцев назад такой непредвиденной помехой стало самоубийство Санни. Первое в их агентстве и пятое во всей индустрии к-поп за последние два года. Именно оно вызвало широкий общественный резонанс, который всколыхнул даже правительственные круги, побудив вмешаться или хотя бы создать видимость решения назревшей проблемы.
Мужчина посмотрел в окно, за которым мелькали спешащие по своим делам вечно занятые жители столицы. А ведь среди них были и те, кто своими ядовитыми высказываниями, жестокими комментариями, плевками в душу довели Санни до безумного отчаяния, толкнувшего талантливую, но излишне ранимую девушку на ужасный шаг – добровольно расстаться с жизнью.
Санни… Когда-то она заменила Рию, добровольно ушедшую из группы перед самым дебютом. И ни в том, ни в другом случае агентство не смогло защитить своих подопечных. Хуже того, даже не попыталось разобраться в причинах произошедшего.
ГЛАВА 14
Остаток первого выходного дня прошёл безмятежно. Второй Рия посвятила решению вопросов, связанных с переводом Элис в новую школу. Необходимо было познакомиться с родительским комитетом класса и планом внеурочных мероприятий на вторую половину учебного года, сдать деньги на общие расходы. С директором, его замами, классным руководителем и прочими наставниками Рия встретилась ещё до трудоустройства в компанию, и с облегчением обнаружила, что в столице куда проще и лояльнее относятся к матерям-одиночкам, чем в провинции. Бестактных вопросов не задают, а любопытство, если таковое возникает, умело маскируют вежливой улыбкой.
Дамы из комитета любили сунуть нос куда не следует. Первым делом принялись выяснять, кем работает Рия, и прохладное «менеджером» их явно не устроило.
– А ваш муж? – поинтересовалась председатель – женщина сорока лет с хвостиком неопределённой длины. Недаром Страна утренней свежести по праву считается Меккой пластической хирургии.
– Я не замужем, – простодушно улыбаясь, ответила Рия.
– Значит, воспитываете Элис в одиночку? – уточнила другая собеседница примерно того же возраста, но из-за полноты казавшаяся старше.
– Ну… – девушка с глубокомысленным видом по очереди загнула два пальца, словно производила сложный подсчёт, и разогнула один из них обратно. – Получается именно так.
Председатель нахмурилась, чуя подвох. Чтобы сгладить неловкость, возникшую из-за дурачества, от которого в очередной раз не смогла удержаться, Рия учтиво поинтересовалась:
– Желаете чего-нибудь ещё? Здесь чудесная европейская кухня и большое разнообразие диетических пирожных.
Посиделки в уютном ресторанчике неподалёку от здания Школы искусств проходили за счёт новенькой. Она же была самым лакомым блюдом, особенно для главы родительского комитета. Классный руководитель с загадочной полуулыбкой предупредил Рию о дотошности госпожи Хон и пожелал удачи. Теперь-то девушка понимала, что он имел в виду.
– Наверное, тяжело приходится? – запоздало вздохнула третья дама, самая старшая и молчаливая. Это были её первые слова после вежливого приветствия в момент знакомства.
– Когда как, – пожала плечами Рия. – Справляюсь.
Две другие переглянулись, не удовлетворённые скупым ответом.
– Эмм… Отец Рии… где он? – решилась на бестактный вопрос Хон Мигён. – Умер?
– Нет.
Поскольку исчерпывающих подробностей не последовало, пришлось уточнить:
– В разводе?
Полненькая, что явно была подпевалой председателя, смущённо кашлянула в поднесённую к ярко накрашенным губам салфетку. Старшая дама возразила:
– Это не наше дело.
А Рия снова коротко ответила:
– Нет.
– Понятно, – пробормотала Мигён, отвела взгляд и сделала глоток кофе. Спрашивать третий раз, когда тебе смело и открыто смотрят в лицо, постеснялась даже столь нахрапистая мадам. – Что касается плана мероприятий…
Распрощавшись с новыми знакомыми, Рия со вздохом облегчением откинулась на спинку дивана. То ли ещё будет. Рано радовалась, наивно полагая, что столичные жители более уважительно – на западный манер – относятся к чужому личному пространству. Люди везде одинаковы: жизнь другого интересует их гораздо больше, чем своя собственная.
Звук входящего сообщения отвлёк от тяжёлых раздумий. Писала Юна, близкая подруга, одна из участниц популярной группы «Cherry», распавшейся после смерти главной вокалистки Санни. Девушки познакомились, ещё будучи стажёрами TOP Hit, но из-за плотного графика Юны последние годы виделись редко.
Смайликов традиционно было больше слов: «Я вернулась! (*подмигивание*, *крайне открытая радость*, *воздушный поцелуй*) Когда увидимся? (*глубокая заинтересованность*) Давай вечером?! (три знака вопроса) Можно к вам? (*молитва*, *обнимашки*)». Рия тепло улыбнулась и ответила, что не только можно, но и нужно. Градус настроения, упавший за время общения с родительским комитетом, уверенно скакнул вверх. Расплатившись по счёту, девушка поспешила в ближайший к дому супермаркет, чтобы как следует подготовиться к вечерним дружеским посиделкам.
***
– Когда, говоришь, мы виделись последний раз? – изумилась Юна.
Подруги сидели на полу за традиционным корейским столиком. Встреча перетекла во вторую стадию, когда Элис, наобнимавшись с «тётушкой» и поведав все свои девчачьи секреты, убежала в спальню с новым набором для творчества заниматься любимым делом – рисованием. В центр стола тут же была водружена пузатая бутылка дорогого шампанского – подарок от спонсоров благотворительного проекта, в котором участвовала Юна.
– Полгода назад, на похоронах, – повторила Рия. Ей жутко не хотелось подниматься и искать более-менее подходящую тару под благородное игристое. Стеклянными бокалами она не разжилась, да и не собиралась. Поэтому на «шипучку» хозяйка дома взирала без особого энтузиазма, в отличие от презентовавшей вино подруги.
– Кошмар, – покачала головой Юна, лаская взглядом закупоренное горлышко бутылки. Она вдруг погрустнела: – Вот мы сидим здесь, радуемся жизни, а кто-то прямо сейчас… как Санни… Ох, о чём я... Так ты познакомилась с Джонгом? Ну как?
– У него депрессия.
– Я же говорила! Не зря они с Санни дружили.
– Это не заразно.
Видимо, всё-таки придётся разбавить тяжёлую тему лёгкими пузырьками шампанского. Какая разница, где им шипеть и лопаться: в дорогих фужерах или одноразовых бумажных стаканчиках?
– Я имею в виду взгляды, настрой, – пылко возразила девушка. – Санни всегда была резкой в суждениях. В открытую поддерживала людей с нетрадиционной ориентацией. Вызывающе одевалась, ярко красилась. Ссорилась с девчонками. Собиралась бросить группу. Ей надоело петь про сладкую любовь и розовые сопли, хотелось затрагивать своим творчеством серьёзные темы. А мы её не понимали и фанаты тоже. Когда началась травля в сети…
