Он предвкушал, как распахнёт двери, заключит ее в объятия и признается в своих чувствах. Однако, оказавшись у заветных дверей, он застыл. В последнюю их встречу на корабле она ясно выразила свои намерения и призналась, что не сможет осчастливить его. Так почему же он тянется к ней, и спешит изо всех сил?
Двери внезапно распахнулись, и молодой человек почувствовал, как о подбородок ударился чей-то лоб. Он схватился за челюсть и вмиг узнал стоявшую перед ним фрейлину её высочества. Фарри держалась за голову, большие глаза стали невероятно огромными. Триан испугался, что если скажет хоть одно грубое слово, девушка разрыдается, и на шум выглянет Эйс. Поэтому он положил руки на плечи фрейлины и ласково попросил прощения. Та покраснела и поспешила извиниться, а затем, не дождавшись ответа принца, убежала. Триан побрел прочь. Он вышел в сад, туда, где никто не смог бы потревожить его.
Вивиан нервно покусывала губы. Она одна из первых отправила своих людей на помощь Триану, когда тот искал тело Эйс. Прибытие принцессы стало для нее своего рода неожиданностью, не каждый день мертвецы возвращались с того света живыми и невредимыми. Да и с чего она решила, что девушка умерла? Тела так и не нашли, остатков энергии тоже. И все же инстинкты говорили ей: Эйс недолго оставалось находиться среди них. Вивиан заметила мужа и улыбнулась так, чтобы по лицу побежали мелкие морщинки.
– Здравствуй, любимая! – Лионель поцеловал жену в щеку и приобнял ее.
– Добрый день, дорогой, – женщина мягко высвободилась из объятий. – Как проходит день наследного принца?
– Две встречи с министрами и Триан со своей принцессой. Меня немало волнует его поведение.
– Он влюблён, – решила Вивиан.
– Его всегда привлекали девушки со сложной судьбой.
–Не думаю, что скрывать от него правду было хорошей идеей. Что он сказал?
– Он взбешён. Но я ничего не ответил, – поведал Лионель.
– Ты так мудр, дорогой!
– Как брат я обязан оградить его от ошибок, – Лионель приосанился, чувствуя значимость своей персоны.
– А я поддерживаю его. Нужно бороться за любовь! – пылко воскликнула женщина.
Лионель не стал отвечать, лишь поцеловал жене руку и пригласил ее к обеду.
Эйс открыла глаза и постаралась запомнить детали сновидения. Затем встала, накинула халат и подошла к письменному столу. Выдвинула нижний ящик, вынула оттуда бумажные листы, села за стол и кончиком ручки коснулась чернил. Она писала письмо. Закончив и запечатав конверт, девушка написала на нем имя адресата и магическим усилием достала из карниза шкатулку и вложила в нее конверт. Вернув сокровищницу на место, она снова тихонько легла в кровать и громко позвала фрейлин.
В спальню вбежала Мэри:
- Добрый вечер, ваше высочество!
Мэри помогла госпоже встать и привести в порядок туалет и волосы. Когда локоны были уложены, а нижние юбки платья спрятаны, Эйслин вышла в гостиную, где ее ожидала Трис, накрывавшая столик к ужину.
Но принцесса не успела притронуться к еде: раздался стук в двери.
Не дождавшись приглашения, Триан спокойно вошёл в комнату, прошагал расстояние от дверей до расположенных у окна диванчиков и в смятении остановился возле Эйс. Ему хотелось пасть на колени, но он, словно фонарный столб, возвышался над нею, и ноги его отказывались сгибаться.
– Ваше высочество, – голос его вздрагивал. – Я очень рад, что вы живы. Вы ясно дали понять, что между нами существует пропасть, то есть не пропасть, а, скорее овражек, в общем, дали понять, что... что...
– Триан! Что с вами? Неужели от этого мы перестали быть хорошими друзьями? - удивилась Эйс, вскочила на ноги и кинулась обнимать принца.
Тот старался крепко сжать девушку в своих объятиях, но не переусердствовать, такой хрупкой она казалась ему сейчас. Он вгляделся в ее лицо, слегка посвежевшее, но не избавленное от следов усталости и недавних потрясений.
– Вы так красивы сейчас, – признался Триан.
Принцесса заправила прядь волос за ухо и, опустив глаза, улыбнулась. Он значительно повзрослел за эти три дня. Да, фрейлины рассказали ей, что принцем были развернуты масштабные поиски: опрошен почти каждый житель столицы; несмотря на приказы императора, Триан смог задействовать своих людей в розыскных работах; он сам так часто погружался в море, что смог выучить этот участок назубок. А когда пришла весть, что Эйс жива и в сопровождении лорда Кагэна направляется в столицу, он, казалось, успокоился, но в действительности был зол, как изголодавшийся дракон.
Но он не признался в этом. Потому что злился на самого себя, ведь именно ему предназначалось спасти принцессу. Ему, а не выдрессированному рыцарю, пусть и одному из величайших воинов современности. Триана преследовало ощущение, что Кагэн неутомимой тенью следует за Эйслин, ведомый не столько интересами правителя, сколько своими собственными.
Осмысление ситуации превратило девушку, несмотря на ее предсказания, в желанный трофей, ради которого стоило пойти на риск и бросить вызов лорду Кагэну и самому императору. Оттого-то он и не стал скрывать намерений и предложил Эйс свою помощь.
– Ваше высочество, я хочу, чтобы вы верили мне сейчас, – аккуратно начал он. – Вы всегда будете мне близки. События последних дней очень тревожат меня. Позвольте предложить вам защиту! Не отказывайте мне, пожалуйста!
Его порывы смутили Эйслин. Как будет выглядеть она в глазах дворцовой челяди и придворных, останься он здесь? Кроме того на вечер у нее уже имелись кое-какие планы, и ей не хотелось жертвовать ими даже ради приятной компании и мнимого ощущения безопасности.
– Спасибо большое за заботу, Триан, – ответила принцесса. – Но я вынуждена отказать вам. Во-первых, что мне может угрожать в собственных покоях? А во-вторых, за мной ведь и так следят!
– Откровенно говоря, я не доверяю дворцовой страже.
Нужно убедить его.
– Говорят, лорд Кагэн все ещё здесь. Он спас меня в море, возможно, и в следующий раз придет на помощь, – как бы к слову вспомнила девушка.
– Кагэн – слуга моего отца! Тасс – единственный, кому он подчиняется безоговорочно. Он будет защищать вас, пока это выгодно отцу.
Эйс не реагировала. Слова Триана были искренни и несли толику правды. Все же, какие бы отношения ни связывали ее с рыцарем, он оставался верным слугой короля. И пока он не осознает истинную силу своей воли, пути их не сойдутся. Боль впивалась в сердце острыми когтями.
– Благодарю, ваше высочество. Но мое решение останется неизменным. Прошу извинить, если чем-то обижаю вас, – голос ее не дрогнул.
Принц встал, поцеловал девушке руку и, не сказав ни единого слова, вышел за двери. Она что-то упомянула о вездесущем рыцаре, которому Триан доверял меньше всех. Тому не составит труда явиться среди ночи и причинить девушке вред. Если, конечно, отец решится отдать подобный приказ (нужно быть последним глупцом, чтобы пойти на это).
Несмотря на отказ, принц решил приставить к покоям принцессы дополнительную охрану из числа своих людей. Четверо дежурили у дверей покоев, пятеро наблюдали за террасой, ещё четверо находились в смежных комнатах. Эйс, размышлявшая о том, что нужно успеть сделать ещё много важных вещей, совсем не замечала их присутствия. Вновь подавляемая эмоциями, она села за стол и продолжила исписывать одну страницу за другой. Разложив листы по конвертам и подписав их, принцесса вызвала Мэри и велела ей отправить письма. Фрейлина поспешила исполнить поручение, и Эйс знала, что сейчас Мэри не пойдет в ближайшее почтовое отделение, а направится к советнику императора, ведающему вопросами шпионажа и тайн, поделится с ним содержимым писем, и тот не увидит в них ничего подозрительного, ибо все они рассказывали о том, какая прекрасная погода царит нынче в столице и как скучает она по родным, несмотря на полную развлечений жизнь. Затем фрейлина получит разрешение на отправку писем и зайдет к главе дворцовой стражи, который также прочтет их. Только после этого она сможет с чистой совестью пойти на почту и исполнить поручение.
Эйс обратилась к Фарри:
– Его высочество потратил много времени на мои поиски, и я многим обязана ему. Возьми это, она вложила в руки фрейлины небольшой сверток, – и передай сейчас же Триану. Лично. Здесь одна из моих подвесок. Знак благодарности.
Фарри вспыхнула, кивнула и быстро скрылась за дверью. Трис не стала ждать, пока принцесса отправит ее восвояси и предупредила откровенно:
– Ваше высочество. Мы не можем оставить вас одну. Нам приказано наблюдать за каждым вашим шагом.
– Я знаю, Трис. Спасибо, – принцесса взяла в руки рукоделие. – Сегодня мне снился удивительный сон. О тебе.
Фрейлина уставилась на госпожу.
– Не знаю, интересно ли это, – продолжила Эйс.
– Конечно, ваше высочество!
– Я бы очень хотела рассказать тебе, но я никак не могу вспомнить, что именно мне снилось.
Последняя фраза была выдумкой. И Трис поняла.
– Я... Я могу выйти на террасу ненадолго. Возможно, так вам легче будет сосредоточиться, – улыбнулась она. – Рекомендую прикрыть двери, чтобы не простудиться.
Девушка вышла из комнаты. Эйс отложила вышивку и побежала в спальню, где в глубине складок платья нащупала красный камешек, полученный от сестры. Чувства смешались в ней, но вера в поддержку Селии переборола все сомнения. Принцесса коснулась камня и мысленно позвала сестру по имени.
Та не отвечала. Эйс звала второй и третий, и четвертый разы, но обратной связи не было. «Селия Перийская! Я знаю, что ты слышишь меня! Несмотря на нашу размолвку, я скучаю. Помнишь, в детстве мы играли в разные игры? А один раз даже придумывали шифры? Мне казалось, что мой самый легкий. Столько времени прошло... Я отправила тебе письмо. Надеюсь, ты получишь его вовремя, и наши отношения будут спасены. Не прощаюсь и надеюсь на твой ответ», – произнесла Эйс вслух.
Послышался стук дверей. Принцесса выпустила камень из рук и вернулась в гостиную.
– Благодарю, Трис, – она опустилась на диван. – А теперь присядь. Я обещала рассказать о том, что видела, но прежде хочу предупредить, что это лишь один из вариантов развития событий. Ты готова принять это?
Фрейлина покорно кивнула.
– Ты выйдешь замуж за состоятельного и очень влиятельного человека. Между вами будут царить уважение и согласие. Он даст тебе все, что ты сможешь принять от него. Все, кроме любви.
Загоревшиеся искренним интересом глаза Трис медленно гасли. Она не смела смотреть на госпожу, иначе та могла бы принять разочарование за ненависть, а фрейлине хотелось сохранить доверительные отношения с ней. Эйс ощутила смесь страха и недоверия, рождающиеся в Трис, и спешно добавила:
– Трис! Это всего лишь один из вариантов. Да, я вижу будущее. Но оно изменчиво, многогранно. Как только ты осознаешь, кто несет ответственность за твою жизнь, то сможешь избавиться от оков предсказаний и будущее станет подвластно тебе.
Она сжала руки фрейлины в надежде, что та не станет обижаться на нее. Ей хотелось воодушевить девушку, посеять в ней мысли о великих способностях, доступных обычному человеку. Трис кивнула головой в знак благодарности, затем извинилась и снова вышла на террасу.
Эйс не стала задерживаться в гостиной. Она решила дождаться возвращения фрейлин в комнате. Спальня пылала желтыми, оранжевыми, розовыми цветами, проникающими сквозь окна вместе с закатом. Принцесса несколько минут любовалась незаметным до этого дня природным явлением и находила его невероятно красивым. Будь у нее больше времени, она, пожалуй, села бы за холст и постаралась отразить буйство света обычными красками. Но сегодня ей нужно как следует отдохнуть: кто знает, может, судьба еще преподнесет ей сюрприз. Улыбнувшись противоречивости мыслей, Эйс дождалась возвращения Мэри и Фарри и, сославшись на лёгкое недомогание, легла в кровать. Она хотела помечтать ещё немного, но переживания ослабили ее тело, погрузив в неожиданно глубокий сон.
Ей грезились объятия, жаркие и ненасытные. Каждый клочок кожи помнил его касания, его бурлящую, завораживающую энергию. Близость стирала границы, грозила слить двоих в одно и навсегда запечатать друг в друге. Но объятия были сладкими, тягучими, словно мед, и Эйс не боялась раствориться в нем.
Как будто знала, что он не причинит ей вреда.
Эйслин открыла глаза. Кожа все ещё горела от прикосновений. Было ли это ещё одним видением или месяцы одиночества порождали столь сильное желание?
Комната погрузилась в темноту. Принцесса присела, обхватила руками колени и перевела взор на стоявшее возле входа в ванную кресло.
Она была не одна. Ночной гость находился в тени, и не было ни единой возможности увидеть его лицо. Только в плечистой фигуре его, Эйс видела знакомые очертания. Безумная дрожь охватила сначала ноги, затем тело и руки и добралась до шеи. Разум боролся с невообразимым желанием кинуться к креслу. Окружающее померкло, скрылось в темноте, но принцесса все ещё сидела на кровати.
– Доброй ночи, ваше высочество, – обречённо прозвучал голос Эйгара.
– Ты посмел явиться сюда в такое время? – возмутилась принцесса.
Рыцарь поднялся и медленно прошел к оттоманке, стоящей у кровати. Синие глаза безотрывно следили за каждым движением девушки, которой определённо привиделось нечто, вызвавшее в ее теле четко ощущаемое им желание близости. И это пленяло. Казалось, скажи она лишь слово, и он бросится к ее ногам, наплевав на гордость и преданность приказам. Но она не догадывалась об этом:
– Что ты себе позволяешь?
– Неужто всевидящая Эйслин Руан не ожидала моего визита? – Эйгар медленно приближался к кровати.
Лицо принцессы смягчилось.
– Я хочу быть в безопасности, – она выпрямила спину и с вызовом посмотрела в глаза визитёра.
– И ты выбрала для этого дворец?
– Я лишена выбора.
Эйгар отвернулся и присел на оттоманку. Сейчас он не был одет в доспехи, поглощавшие свет и придававшие ему неприступный вид. И Эйс все ещё надеялась, что сможет проложить дорогу к его замерзшему сердцу.
– Что привело тебя сюда? Сомневаюсь, что это тоска.
- Ты знаешь, что привело меня.
- И все же я хочу услышать это от тебя.
И вправду, зачем он пришел? Был ли это лишь приказ? Или он пришел по своему желанию? Неужели сейчас, когда ей угрожает опасность, причины настолько важны?
– Я поклялся защищать тебя.
Принцесса была удивительно покорна.
– Но я также клялся исполнять приказы императора, – продолжал он. – Я здесь потому что должен сделать выбор, о котором буду жалеть всю оставшуюся жизнь. Чем бы это все ни закончилось.
– Помнишь тот вечер в темноте коридора? – спросила девушка. – Ты помнишь, что я сказала тебе тогда?
«Вы сможете все», – сказала тогда она. Он помнил каждую мелочь проведенного с нею времени. Он помнил, как, удивленный испуганными глазами принцессы, незаметно завладел ее перчаткой после бала. Он помнил, каким лёгким и невинным был ее поцелуй, когда она прощалась с наследным принцем, и с какой страстью она целовала его самого. Он помнил, с каким доверием она засыпала в его объятиях в пути. И пока он, наделённый могуществом, считал себя ничтожным человеком, вынужденным подчиняться приказам, она верила в него. Верила, что ему под силу совершить невозможное. И тьма внутри вдруг отступила.
Двери внезапно распахнулись, и молодой человек почувствовал, как о подбородок ударился чей-то лоб. Он схватился за челюсть и вмиг узнал стоявшую перед ним фрейлину её высочества. Фарри держалась за голову, большие глаза стали невероятно огромными. Триан испугался, что если скажет хоть одно грубое слово, девушка разрыдается, и на шум выглянет Эйс. Поэтому он положил руки на плечи фрейлины и ласково попросил прощения. Та покраснела и поспешила извиниться, а затем, не дождавшись ответа принца, убежала. Триан побрел прочь. Он вышел в сад, туда, где никто не смог бы потревожить его.
***
Вивиан нервно покусывала губы. Она одна из первых отправила своих людей на помощь Триану, когда тот искал тело Эйс. Прибытие принцессы стало для нее своего рода неожиданностью, не каждый день мертвецы возвращались с того света живыми и невредимыми. Да и с чего она решила, что девушка умерла? Тела так и не нашли, остатков энергии тоже. И все же инстинкты говорили ей: Эйс недолго оставалось находиться среди них. Вивиан заметила мужа и улыбнулась так, чтобы по лицу побежали мелкие морщинки.
– Здравствуй, любимая! – Лионель поцеловал жену в щеку и приобнял ее.
– Добрый день, дорогой, – женщина мягко высвободилась из объятий. – Как проходит день наследного принца?
– Две встречи с министрами и Триан со своей принцессой. Меня немало волнует его поведение.
– Он влюблён, – решила Вивиан.
– Его всегда привлекали девушки со сложной судьбой.
–Не думаю, что скрывать от него правду было хорошей идеей. Что он сказал?
– Он взбешён. Но я ничего не ответил, – поведал Лионель.
– Ты так мудр, дорогой!
– Как брат я обязан оградить его от ошибок, – Лионель приосанился, чувствуя значимость своей персоны.
– А я поддерживаю его. Нужно бороться за любовь! – пылко воскликнула женщина.
Лионель не стал отвечать, лишь поцеловал жене руку и пригласил ее к обеду.
***
Эйс открыла глаза и постаралась запомнить детали сновидения. Затем встала, накинула халат и подошла к письменному столу. Выдвинула нижний ящик, вынула оттуда бумажные листы, села за стол и кончиком ручки коснулась чернил. Она писала письмо. Закончив и запечатав конверт, девушка написала на нем имя адресата и магическим усилием достала из карниза шкатулку и вложила в нее конверт. Вернув сокровищницу на место, она снова тихонько легла в кровать и громко позвала фрейлин.
В спальню вбежала Мэри:
- Добрый вечер, ваше высочество!
Мэри помогла госпоже встать и привести в порядок туалет и волосы. Когда локоны были уложены, а нижние юбки платья спрятаны, Эйслин вышла в гостиную, где ее ожидала Трис, накрывавшая столик к ужину.
Но принцесса не успела притронуться к еде: раздался стук в двери.
Не дождавшись приглашения, Триан спокойно вошёл в комнату, прошагал расстояние от дверей до расположенных у окна диванчиков и в смятении остановился возле Эйс. Ему хотелось пасть на колени, но он, словно фонарный столб, возвышался над нею, и ноги его отказывались сгибаться.
– Ваше высочество, – голос его вздрагивал. – Я очень рад, что вы живы. Вы ясно дали понять, что между нами существует пропасть, то есть не пропасть, а, скорее овражек, в общем, дали понять, что... что...
– Триан! Что с вами? Неужели от этого мы перестали быть хорошими друзьями? - удивилась Эйс, вскочила на ноги и кинулась обнимать принца.
Тот старался крепко сжать девушку в своих объятиях, но не переусердствовать, такой хрупкой она казалась ему сейчас. Он вгляделся в ее лицо, слегка посвежевшее, но не избавленное от следов усталости и недавних потрясений.
– Вы так красивы сейчас, – признался Триан.
Принцесса заправила прядь волос за ухо и, опустив глаза, улыбнулась. Он значительно повзрослел за эти три дня. Да, фрейлины рассказали ей, что принцем были развернуты масштабные поиски: опрошен почти каждый житель столицы; несмотря на приказы императора, Триан смог задействовать своих людей в розыскных работах; он сам так часто погружался в море, что смог выучить этот участок назубок. А когда пришла весть, что Эйс жива и в сопровождении лорда Кагэна направляется в столицу, он, казалось, успокоился, но в действительности был зол, как изголодавшийся дракон.
Но он не признался в этом. Потому что злился на самого себя, ведь именно ему предназначалось спасти принцессу. Ему, а не выдрессированному рыцарю, пусть и одному из величайших воинов современности. Триана преследовало ощущение, что Кагэн неутомимой тенью следует за Эйслин, ведомый не столько интересами правителя, сколько своими собственными.
Осмысление ситуации превратило девушку, несмотря на ее предсказания, в желанный трофей, ради которого стоило пойти на риск и бросить вызов лорду Кагэну и самому императору. Оттого-то он и не стал скрывать намерений и предложил Эйс свою помощь.
– Ваше высочество, я хочу, чтобы вы верили мне сейчас, – аккуратно начал он. – Вы всегда будете мне близки. События последних дней очень тревожат меня. Позвольте предложить вам защиту! Не отказывайте мне, пожалуйста!
Его порывы смутили Эйслин. Как будет выглядеть она в глазах дворцовой челяди и придворных, останься он здесь? Кроме того на вечер у нее уже имелись кое-какие планы, и ей не хотелось жертвовать ими даже ради приятной компании и мнимого ощущения безопасности.
– Спасибо большое за заботу, Триан, – ответила принцесса. – Но я вынуждена отказать вам. Во-первых, что мне может угрожать в собственных покоях? А во-вторых, за мной ведь и так следят!
– Откровенно говоря, я не доверяю дворцовой страже.
Нужно убедить его.
– Говорят, лорд Кагэн все ещё здесь. Он спас меня в море, возможно, и в следующий раз придет на помощь, – как бы к слову вспомнила девушка.
– Кагэн – слуга моего отца! Тасс – единственный, кому он подчиняется безоговорочно. Он будет защищать вас, пока это выгодно отцу.
Эйс не реагировала. Слова Триана были искренни и несли толику правды. Все же, какие бы отношения ни связывали ее с рыцарем, он оставался верным слугой короля. И пока он не осознает истинную силу своей воли, пути их не сойдутся. Боль впивалась в сердце острыми когтями.
– Благодарю, ваше высочество. Но мое решение останется неизменным. Прошу извинить, если чем-то обижаю вас, – голос ее не дрогнул.
Принц встал, поцеловал девушке руку и, не сказав ни единого слова, вышел за двери. Она что-то упомянула о вездесущем рыцаре, которому Триан доверял меньше всех. Тому не составит труда явиться среди ночи и причинить девушке вред. Если, конечно, отец решится отдать подобный приказ (нужно быть последним глупцом, чтобы пойти на это).
Глава 25
Несмотря на отказ, принц решил приставить к покоям принцессы дополнительную охрану из числа своих людей. Четверо дежурили у дверей покоев, пятеро наблюдали за террасой, ещё четверо находились в смежных комнатах. Эйс, размышлявшая о том, что нужно успеть сделать ещё много важных вещей, совсем не замечала их присутствия. Вновь подавляемая эмоциями, она села за стол и продолжила исписывать одну страницу за другой. Разложив листы по конвертам и подписав их, принцесса вызвала Мэри и велела ей отправить письма. Фрейлина поспешила исполнить поручение, и Эйс знала, что сейчас Мэри не пойдет в ближайшее почтовое отделение, а направится к советнику императора, ведающему вопросами шпионажа и тайн, поделится с ним содержимым писем, и тот не увидит в них ничего подозрительного, ибо все они рассказывали о том, какая прекрасная погода царит нынче в столице и как скучает она по родным, несмотря на полную развлечений жизнь. Затем фрейлина получит разрешение на отправку писем и зайдет к главе дворцовой стражи, который также прочтет их. Только после этого она сможет с чистой совестью пойти на почту и исполнить поручение.
Эйс обратилась к Фарри:
– Его высочество потратил много времени на мои поиски, и я многим обязана ему. Возьми это, она вложила в руки фрейлины небольшой сверток, – и передай сейчас же Триану. Лично. Здесь одна из моих подвесок. Знак благодарности.
Фарри вспыхнула, кивнула и быстро скрылась за дверью. Трис не стала ждать, пока принцесса отправит ее восвояси и предупредила откровенно:
– Ваше высочество. Мы не можем оставить вас одну. Нам приказано наблюдать за каждым вашим шагом.
– Я знаю, Трис. Спасибо, – принцесса взяла в руки рукоделие. – Сегодня мне снился удивительный сон. О тебе.
Фрейлина уставилась на госпожу.
– Не знаю, интересно ли это, – продолжила Эйс.
– Конечно, ваше высочество!
– Я бы очень хотела рассказать тебе, но я никак не могу вспомнить, что именно мне снилось.
Последняя фраза была выдумкой. И Трис поняла.
– Я... Я могу выйти на террасу ненадолго. Возможно, так вам легче будет сосредоточиться, – улыбнулась она. – Рекомендую прикрыть двери, чтобы не простудиться.
Девушка вышла из комнаты. Эйс отложила вышивку и побежала в спальню, где в глубине складок платья нащупала красный камешек, полученный от сестры. Чувства смешались в ней, но вера в поддержку Селии переборола все сомнения. Принцесса коснулась камня и мысленно позвала сестру по имени.
Та не отвечала. Эйс звала второй и третий, и четвертый разы, но обратной связи не было. «Селия Перийская! Я знаю, что ты слышишь меня! Несмотря на нашу размолвку, я скучаю. Помнишь, в детстве мы играли в разные игры? А один раз даже придумывали шифры? Мне казалось, что мой самый легкий. Столько времени прошло... Я отправила тебе письмо. Надеюсь, ты получишь его вовремя, и наши отношения будут спасены. Не прощаюсь и надеюсь на твой ответ», – произнесла Эйс вслух.
Послышался стук дверей. Принцесса выпустила камень из рук и вернулась в гостиную.
– Благодарю, Трис, – она опустилась на диван. – А теперь присядь. Я обещала рассказать о том, что видела, но прежде хочу предупредить, что это лишь один из вариантов развития событий. Ты готова принять это?
Фрейлина покорно кивнула.
– Ты выйдешь замуж за состоятельного и очень влиятельного человека. Между вами будут царить уважение и согласие. Он даст тебе все, что ты сможешь принять от него. Все, кроме любви.
Загоревшиеся искренним интересом глаза Трис медленно гасли. Она не смела смотреть на госпожу, иначе та могла бы принять разочарование за ненависть, а фрейлине хотелось сохранить доверительные отношения с ней. Эйс ощутила смесь страха и недоверия, рождающиеся в Трис, и спешно добавила:
– Трис! Это всего лишь один из вариантов. Да, я вижу будущее. Но оно изменчиво, многогранно. Как только ты осознаешь, кто несет ответственность за твою жизнь, то сможешь избавиться от оков предсказаний и будущее станет подвластно тебе.
Она сжала руки фрейлины в надежде, что та не станет обижаться на нее. Ей хотелось воодушевить девушку, посеять в ней мысли о великих способностях, доступных обычному человеку. Трис кивнула головой в знак благодарности, затем извинилась и снова вышла на террасу.
Эйс не стала задерживаться в гостиной. Она решила дождаться возвращения фрейлин в комнате. Спальня пылала желтыми, оранжевыми, розовыми цветами, проникающими сквозь окна вместе с закатом. Принцесса несколько минут любовалась незаметным до этого дня природным явлением и находила его невероятно красивым. Будь у нее больше времени, она, пожалуй, села бы за холст и постаралась отразить буйство света обычными красками. Но сегодня ей нужно как следует отдохнуть: кто знает, может, судьба еще преподнесет ей сюрприз. Улыбнувшись противоречивости мыслей, Эйс дождалась возвращения Мэри и Фарри и, сославшись на лёгкое недомогание, легла в кровать. Она хотела помечтать ещё немного, но переживания ослабили ее тело, погрузив в неожиданно глубокий сон.
Ей грезились объятия, жаркие и ненасытные. Каждый клочок кожи помнил его касания, его бурлящую, завораживающую энергию. Близость стирала границы, грозила слить двоих в одно и навсегда запечатать друг в друге. Но объятия были сладкими, тягучими, словно мед, и Эйс не боялась раствориться в нем.
Как будто знала, что он не причинит ей вреда.
Эйслин открыла глаза. Кожа все ещё горела от прикосновений. Было ли это ещё одним видением или месяцы одиночества порождали столь сильное желание?
Комната погрузилась в темноту. Принцесса присела, обхватила руками колени и перевела взор на стоявшее возле входа в ванную кресло.
Она была не одна. Ночной гость находился в тени, и не было ни единой возможности увидеть его лицо. Только в плечистой фигуре его, Эйс видела знакомые очертания. Безумная дрожь охватила сначала ноги, затем тело и руки и добралась до шеи. Разум боролся с невообразимым желанием кинуться к креслу. Окружающее померкло, скрылось в темноте, но принцесса все ещё сидела на кровати.
– Доброй ночи, ваше высочество, – обречённо прозвучал голос Эйгара.
– Ты посмел явиться сюда в такое время? – возмутилась принцесса.
Рыцарь поднялся и медленно прошел к оттоманке, стоящей у кровати. Синие глаза безотрывно следили за каждым движением девушки, которой определённо привиделось нечто, вызвавшее в ее теле четко ощущаемое им желание близости. И это пленяло. Казалось, скажи она лишь слово, и он бросится к ее ногам, наплевав на гордость и преданность приказам. Но она не догадывалась об этом:
– Что ты себе позволяешь?
– Неужто всевидящая Эйслин Руан не ожидала моего визита? – Эйгар медленно приближался к кровати.
Лицо принцессы смягчилось.
– Я хочу быть в безопасности, – она выпрямила спину и с вызовом посмотрела в глаза визитёра.
– И ты выбрала для этого дворец?
– Я лишена выбора.
Эйгар отвернулся и присел на оттоманку. Сейчас он не был одет в доспехи, поглощавшие свет и придававшие ему неприступный вид. И Эйс все ещё надеялась, что сможет проложить дорогу к его замерзшему сердцу.
– Что привело тебя сюда? Сомневаюсь, что это тоска.
- Ты знаешь, что привело меня.
- И все же я хочу услышать это от тебя.
И вправду, зачем он пришел? Был ли это лишь приказ? Или он пришел по своему желанию? Неужели сейчас, когда ей угрожает опасность, причины настолько важны?
– Я поклялся защищать тебя.
Принцесса была удивительно покорна.
– Но я также клялся исполнять приказы императора, – продолжал он. – Я здесь потому что должен сделать выбор, о котором буду жалеть всю оставшуюся жизнь. Чем бы это все ни закончилось.
– Помнишь тот вечер в темноте коридора? – спросила девушка. – Ты помнишь, что я сказала тебе тогда?
«Вы сможете все», – сказала тогда она. Он помнил каждую мелочь проведенного с нею времени. Он помнил, как, удивленный испуганными глазами принцессы, незаметно завладел ее перчаткой после бала. Он помнил, каким лёгким и невинным был ее поцелуй, когда она прощалась с наследным принцем, и с какой страстью она целовала его самого. Он помнил, с каким доверием она засыпала в его объятиях в пути. И пока он, наделённый могуществом, считал себя ничтожным человеком, вынужденным подчиняться приказам, она верила в него. Верила, что ему под силу совершить невозможное. И тьма внутри вдруг отступила.
