Восторженно закатив глаза, мужчина, наконец, достал ключ и отпер дверь, так что я предпочла пройти в комнату, а не стоять в коридоре и выслушивать его пошлые откровения.
Идиот.
Ну да ничего. Вот куплю себе нагинату… Тогда разговор будет уже иным.
Так, очередная проблема. Кровать была. Кровать была одна. Двуспальная.
Ни за что не поверю, что за эти дни не было ни одного свободного номера, чтобы он не мог снять его для меня заранее.
— Вацлав, ты часто спишь? — скинув плащ на стул и там же оставив сумку, я прошлась по номеру, отмечая его чистоту, но в то же время и полную необжитость. Не было ни одной лишней вещи, лишь то, что обычно положено подобным номерам в хороших тавернах: основательная кровать, пара стульев, столик, тумбочка, узкий шкаф. Окно с занавесками, умывальник в углу.
— Нет, предпочитаю гулять по городу или проводить время за беседами с караванщиками. А что?
— Всё хорошо. Скоро светает. Думаю, тебе пора прогуляться, — повернувшись к мужчине, я очень мило улыбнулась. Так мило, что аж щеки заболели. — Я хотела бы немного передохнуть с дороги, да и ночь выдалась очень познавательная. Ты ведь не откажешь своей напарнице в этой малости — отдохнуть в одиночестве?
В ответ он широко улыбнулся, при этом отрицательно качнув головой.
— Прости, звезда очей моих, но я спал последний раз больше недели назад, круглые сутки ожидая тебя в храме, так что сегодня просто не в силах исполнить твою просьбу. Не переживай, не храплю. Раздевайся и отдыхай, обещаю беречь твой сон как зеницу ока.
У меня даже слов подходящих не нашлось, чтобы выразить своё негодование. Вот не сволочь ли?! А ведь я просто хотела немного подремать, чтобы уложить в голове полученные знания! Да элементарно отдохнуть от его присутствия!
Ну и как теперь быть?
Недовольно поджав губы, я пару тапов неотрывно смотрела ему в глаза, пытаясь найти хоть каплю стыда и совести, но всё, что там было, так это море доброжелательности и снисходительности.
Он смотрел на меня, как на неразумную девочку.
Вот так, да? Ну что ж…
Посмотрим, кто кого.
Молча развернувшись, я скинула куртку на всё тот же стул, рядом поставила сапожки, но на этом разоблачение решила завершить, не собираясь сверкать перед мужчиной своим обнаженным телом. Много чести.
Задернув занавески получше, порадовалась, что они плотные и окно выходит на закат, а затем рыбкой скользнула под одеяло, наплевав, что брючки не очень чистые, да и рубашка не самая свежая. И не в таком ходила.
Свернувшись клубочком, обняла себя хвостиком и с удовольствием закрыла глаза, позволяя отдохнуть не только телу, но и мозгу. Слишком уж он притомился за эту ночь.
Через несколько тапов матрас чуть прогнулся с другой стороны, но я предпочла сделать вид, что не заметила. Кровать большая, места хватит нам обоим. Главное первые дни продержаться, а там глядишь и освободится какой-нибудь номер. Мне много не надо, лишь бы вещи было где хранить, да какой-нибудь матрасик.
Чуткий слух отмечал, как просыпаются постояльцы, как гомонят прохожие на улице, как ржут лошади в конюшне, но это не мешало телу отдыхать, а мозгу анализировать. Рядом чувствовалось чужое, размеренное дыхание, но даже это не раздражало. Я давно научилась абстрагироваться от лишнего и вычленять главное. Сейчас в приоритете был покой.
Неторопливо составляя список первоочередных дел, включила в него посещение оружейных лавок и тщательное изучение местного ассортимента. Я не очень хорошо разбиралась в оружии, но Лерви заверила меня, что своё я узнаю сразу. Оно может быть не самым новым, не самым красивым и изысканным, но оно будет тем самым, с которым я пройду весь свой путь. Пускай на его поиски я потрачу цикл, а может даже и не один, но обычно, как заверила меня эльфийка, Иссена в этом деле дает определенные знаки и поиски довольно быстро венчаются успехом.
Что ж, надеюсь, богиня не откажет мне в этой малости, потому что кроме нагинаты мне необходим и кинжал. Срочно!
Укорачивать кое-кому кое-что ненужное…
Шикнув, когда ближе к вечеру мужчина, всхрапнув, повернулся и словно невзначай закинул на меня руку, а затем прижался носом к моему затылку, в это время раздумывала о том, какую конечность я ему отрежу первой. Рук лишать не стоит, всё-таки в работе они нужны. А вот нос, язык или уши…
Даже и не знаю, с чего начать! Такой потрясающий выбор!
Мягонькая, вкусненькая…
Щурясь от удовольствия, Вацлав вдыхал её нежный аромат, стараясь широко не улыбаться. Он чувствовал, что она дремала, но проснулась сразу, когда он прижался к ней носом. Пока не давала знать и не выкручивалась, но уже была недовольна. Это он ощущал отчетливо.
Эх, Катар… И почему ты отказываешь своим служителям в такой малости, как удовольствие от близости с противоположным полом? Разве можно так издеваться над мужчинами? Сам-то поди счастлив с супругой…
А им только и остается, что трогать, да тоскливо вздыхать. И так ближайшие пятьдесят циклов! Ладно хоть трогать никто не запрещает.
— Уй! — девичий острый локоток неожиданно резко двинул ему по рёбрам. — Цветочек, что такое?!
— Руки при себе держи, — раздраженно процедив, милашка показательно размяла шею, а затем встала и отправилась надевать обувь. — Повторяю, если ты не понял — не прикасайся ко мне. Я в город, к ночи вернусь.
Нет, каков нахал, а?!
Напар-р-рник! Да в склепе я таких напарников видала!
Не став брать плащ, подхватила лишь курточку и сумку, одеваясь уже на ходу в коридоре. Говорят, терпение — добродетель, но это каких же размеров необходимо иметь терпение, чтобы сносить его безобразное поведение?! У него что, полностью отсутствует понятие слова «нет»? А как насчет «фу»? Он же волк! Почти собака!
С-с-собака!
Раздраженно фыркая, я вышла на улицу и направилась вверх, доверившись интуиции. Определенной цели не было, да и дневные лавки уже закрывались, так что я просто планировала немного побродить. Одна!
Закатное солнце отбрасывало на оконные стекла кровавые отблески и такими же кровавыми были мои мысли. Я не любила, когда ко мне прикасались без причины и разрешения. Никогда не любила, даже будучи живой. А тут какой-то волк уже сутки надоедает мне своей назойливостью, а я не могу элементарно ничего ему сделать! И ладно бы это был случайный знакомый или попутчик… так нет! Мне с этим паскудой блохастой три цикла рядом находиться, опыт так сказать перенимать! Тьфу!
Да чему он может научить?!
Словоблудию?
Спасибо, обойдусь!
Отбросив неприятные мысли прочь, я предпочла окунуться в мечтания о том, что я ему отрежу, когда он окончательно выведет меня из равновесия. Иссена свидетель, я очень терпелива, но это выходит за рамки допустимого. Я не девочка из дома терпимости! Я не для того двадцать циклов назад умерла, чтобы какая-то собака серая трогала меня без разрешения и дышала в затылок!
Проследив задумчивым взглядом за группой уже подвыпивших орков, судя по разговорам отправившихся на поиски таверны подешевле, поморщилась. Да, не так я себе представляла свою практику. Почему Иссена не отправила меня вглубь пустыни? Там тоже есть нежить!
Грустно вздохнув, неторопливо отправилась дальше, повернув на очередном перекрестке направо. Судя по моим ощущениям, там был парк и дома зажиточных горожан, где в это время было уже мало прохожих. В любом случае мне необходимо изучать город, так что начну с богатых спальных районов. В лавки и на ярмарку ещё успею наведаться, сейчас элементарно не было настроения находиться среди толпы, которая в тех краях наверняка ещё не разошлась.
Нет, сейчас я хочу побыть одна. Прогуляться среди деревьев, послушать затихающий мир, проводить взглядом поздних прохожих…
— Кошелек или жизнь?
Нда.
Удивлённо обернувшись, когда сзади что-то зашуршало, отметила, что в противниках у меня двое. Один стоял на тропинке впереди и угрожал изогнутым укороченным клинком, а второй зашел сзади, отрезая путь к бегству.
Бежать я не планировала.
Смешливо фыркнув, повернулась обратно к тому, что заступил мне путь. Молодой, симпатичный парень… И что не живется законопослушным гражданином?
— Ну! Долго фыркать будешь, детка?
Молодой, а уже такой дерзкий…
Не собираясь открывать рот, я молча шагнула навстречу, затем ловко поднырнула под его руку и, сделав подсечку, уронила парня на землю, попутно выворачивая запястье с клинком.
Молча.
— Ах, ты дрянь! — второй был тоже не очень сообразительным и вместо того, чтобы дать дёру, ринулся на меня.
Занес кулак с кастетом, метя мне в голову, но почему-то запнулся и упал навзничь.
О?
Подняв удивленный взгляд выше, увидела своего «спасителя». Он стоял возле дерева и подкидывал в руке второй камень. Первый был уже оприходован о затылок обезвреженного бандита.
— Можешь не благодарить, котёнок, это моя работа.
Он издевается?
Раздраженно шикнув, резко дернула, и пыхтящий подо мной парень взвыл — я сломала ему запястье.
— Ты за мной следил?
— Ну что ты?! Как можно! Я просто прогуливался неподалеку, слышу — какие-то глупцы к моей напарнице пристают с непристойными предложениями. Я же не мог бросить её в беде! — отлепившись от дерева, Вацлав подошел к поверженному противнику и, подняв голову за волосы, осуждающе цыкнул. — Братья Густавсоны. Парни, я предупреждал? Придётся вам сегодня отправляться в тюрьму. К нам в город такая красавица с юга приехала, а вы к ней с такими глупыми предложениями… Ай-яй-яй, нехорошо.
В некотором изумлении рассматривая, как двуликий берет в каждую руку по бандитской ноге и нисколько не переживая о том, что тела волочатся по земле, корням и камням, тянет их на центральную аллею, я неторопливо отправилась следом, по пути подняв клинок и кастет.
Он что, собрался их до тюрьмы так тащить?
Что-то мне уже жаль этих ребят…
Я ошиблась. Тащить их дальше центральной аллеи Вацлав не стал. Вместо этого придавил ногой пытающегося отползти парня со сломанным запястьем и резко свистнул три раза.
С интересом прислушиваясь, всего через пару тапов удивленно приподняла брови — оказывается, этот свист был условным сигналом и к нам уже торопился вечерний патруль, состоящий из трех служивых.
Пока двуликий приветствовал сержанта и в двух словах рассказывал, как «эти идиоты» пытались ограбить «юную леди», а он в свою очередь самоотверженно меня спас, я внимательно присматривалась к патрулю.
Обычные люди, причем как с примесью южной, так и северной крови. Один парень так и вовсе был степняком. Сержант и два рядовых. Всё бы ничего, стандартный городской патруль, но с довольно интересными амулетами. Наверное, в этом городе это не роскошь, а средство для успешной службы, но уж слишком занятное было исполнение. Интересно, кто мастер?
— Ну, вот и всё, — довольный донельзя, когда незадачливых бандитов привели в относительное чувство, и они уже на своих двоих отправились в тюрьму, напарник подошел ближе и я отметила, что плащ он тоже не надел.
А ещё он не завязал шнуровку на вороте рубахи и не застегнул кожаную удлиненную безрукавку. Судя по видимому участку кожи, волос у него на груди не было. Я слышала, как послушницы Иссены-милосердной иногда делились друг с другом мечтами о том времени, когда встретят мужчину своей мечты. У многих мечта была конкретной, включающей в себя такие параметры, как рост, цвет глаз, да наличие/отсутствие растительности на груди.
Так вот, если бы сейчас Вацлава увидели послушницы первого года обучения, у многих мечта обрела бы конкретные черты.
Я другого не понимаю, чего он добивается по отношению ко мне? Для начала мне нравятся спокойные и вежливые, а не такие вертлявые и самоуверенные хамы. И уж что точно мне не нравится, так его показушное покровительство.
Я жрица! Я полноценная жрица! Да я этих парней могла одним пальцем убить!
— Котёнок? О чём задумалась?
Подняв взгляд с ворота выше, заметила в его глазах самодовольство. Глупец…
— Ты знаешь этих парней?
— Да, встречал пару раз. Последний наш разговор состоялся меньше оборота назад и парни клялись, что больше не ступят на кривую дорожку, но видимо не смогли удержаться от соблазна легкого заработка. Что ж, их право. Кстати, это происшествие подтверждает мои опасения — тебя нельзя отпускать одну. Такой благополучный район, а ты смогла притянуть к себе неприятности. А всё почему?
— Почему? — мой тон был максимально ровным. Доброжелательным даже.
Хотя хотелось совсем иного…
— Потому что ты слишком невинно выглядишь, — шагнув ближе, мужчина склонился и буквально прошептал мне в лицо. — Юное, невинное создание, которое буквально напрашивается на то, чтобы всякие недобросовестные личности попытали счастья.
— Это ты сейчас о себе? — чуть приподняв бровь, осуждающе качнула головой и поцокала. — Поверь, Васенька, я умею постоять за себя. Мой супруг умер всего лишь от одного моего прикосновения. И ты не думай, я не растеряла с того времени квалификацию.
Он почему-то недовольно нахмурился.
Что такое? Что-то не так?
Вацлав отстранился, рассматривая меня так, словно в первый раз видел, я же сделала себе мысленную пометку. Что-то ему в моей фразе не понравилось и стоит обдумать это очень тщательно, чтобы воспользоваться в будущем. Я не собиралась безмолвно терпеть его шовинистское отношение. И пускай я выгляжу молодо и невинно, но это не повод постоянно указывать мне на это. Если бы он был профессионалом, он бы это знал.
Да, я не грозный горный орк и вообще не мужчина, но это не значит, что я не умею на отлично выполнять свою работу. И я докажу ему это!
А если и не докажу, то не беда. Я служу Иссене, а не ему. Я служу во исполнение своих клятв, а не для услаждения его фантазий.
Прокрутив между пальцами клинок, отметила, что он довольно неплох. Не ахти, но заколоть какого-нибудь резвого крысодлака сойдёт. Кастет я тоже решила оставить себе, так сказать первая добыча. Почему нет? Кастет отлично дробит кости! И встреться мне на узкой тропинке скелет, я с удовольствием проверю его на крепость.
Кивнув своим кровожадным мыслям, убрала кастет в сумку, а клинок сунула в петельку на ремне. Да, неплохо. Что ж, раз нет смысла возвращаться за напарником (сам пришел), то продолжу-ка я прогулку по городу.
— Васенька, как насчет рассказа об этой части города? — сделав вид, что ничего тапом ранее не произошло и у нас всё хорошо, я махнула рукой туда, откуда мужчина выволок парней. — Кто здесь живет, чем славятся?
При звуках своего имени мужчина едва уловимо дёрнулся.
Прекрасно. Значит, не любим, когда так сокращают? Как кличку кота.
Кота…
Точно!
Ну всё, «Васенька», теперь ты у меня попляшешь!
Следующие несколько дней прошли в изучении города и тех самых «романтичных» мест, которые мне обещали показать в первый же день, а именно канализации, городских помоек, скотобоен с плохой репутацией, да старого кладбища.
Новое располагалось за городом в существенном отдалении, а вот старое было внутри. Не очень большое, но уже местами заброшенное, оно каждое полнолуние и затмение притягивало к себе всю нечисть с округи и порой сами по себе вдруг восставали древние скелеты и мумии.
На мой вопрос, почему бы просто не перенести кладбище за пределы города и тем самым избежать ненужных проблем, Вацлав довольно развернуто пояснил, что это против воли граждан и главы города, у которых тут похоронены предки.
Идиот.
Ну да ничего. Вот куплю себе нагинату… Тогда разговор будет уже иным.
Так, очередная проблема. Кровать была. Кровать была одна. Двуспальная.
Ни за что не поверю, что за эти дни не было ни одного свободного номера, чтобы он не мог снять его для меня заранее.
— Вацлав, ты часто спишь? — скинув плащ на стул и там же оставив сумку, я прошлась по номеру, отмечая его чистоту, но в то же время и полную необжитость. Не было ни одной лишней вещи, лишь то, что обычно положено подобным номерам в хороших тавернах: основательная кровать, пара стульев, столик, тумбочка, узкий шкаф. Окно с занавесками, умывальник в углу.
— Нет, предпочитаю гулять по городу или проводить время за беседами с караванщиками. А что?
— Всё хорошо. Скоро светает. Думаю, тебе пора прогуляться, — повернувшись к мужчине, я очень мило улыбнулась. Так мило, что аж щеки заболели. — Я хотела бы немного передохнуть с дороги, да и ночь выдалась очень познавательная. Ты ведь не откажешь своей напарнице в этой малости — отдохнуть в одиночестве?
В ответ он широко улыбнулся, при этом отрицательно качнув головой.
— Прости, звезда очей моих, но я спал последний раз больше недели назад, круглые сутки ожидая тебя в храме, так что сегодня просто не в силах исполнить твою просьбу. Не переживай, не храплю. Раздевайся и отдыхай, обещаю беречь твой сон как зеницу ока.
У меня даже слов подходящих не нашлось, чтобы выразить своё негодование. Вот не сволочь ли?! А ведь я просто хотела немного подремать, чтобы уложить в голове полученные знания! Да элементарно отдохнуть от его присутствия!
Ну и как теперь быть?
Недовольно поджав губы, я пару тапов неотрывно смотрела ему в глаза, пытаясь найти хоть каплю стыда и совести, но всё, что там было, так это море доброжелательности и снисходительности.
Он смотрел на меня, как на неразумную девочку.
Вот так, да? Ну что ж…
Посмотрим, кто кого.
Молча развернувшись, я скинула куртку на всё тот же стул, рядом поставила сапожки, но на этом разоблачение решила завершить, не собираясь сверкать перед мужчиной своим обнаженным телом. Много чести.
Задернув занавески получше, порадовалась, что они плотные и окно выходит на закат, а затем рыбкой скользнула под одеяло, наплевав, что брючки не очень чистые, да и рубашка не самая свежая. И не в таком ходила.
Свернувшись клубочком, обняла себя хвостиком и с удовольствием закрыла глаза, позволяя отдохнуть не только телу, но и мозгу. Слишком уж он притомился за эту ночь.
Через несколько тапов матрас чуть прогнулся с другой стороны, но я предпочла сделать вид, что не заметила. Кровать большая, места хватит нам обоим. Главное первые дни продержаться, а там глядишь и освободится какой-нибудь номер. Мне много не надо, лишь бы вещи было где хранить, да какой-нибудь матрасик.
Чуткий слух отмечал, как просыпаются постояльцы, как гомонят прохожие на улице, как ржут лошади в конюшне, но это не мешало телу отдыхать, а мозгу анализировать. Рядом чувствовалось чужое, размеренное дыхание, но даже это не раздражало. Я давно научилась абстрагироваться от лишнего и вычленять главное. Сейчас в приоритете был покой.
Неторопливо составляя список первоочередных дел, включила в него посещение оружейных лавок и тщательное изучение местного ассортимента. Я не очень хорошо разбиралась в оружии, но Лерви заверила меня, что своё я узнаю сразу. Оно может быть не самым новым, не самым красивым и изысканным, но оно будет тем самым, с которым я пройду весь свой путь. Пускай на его поиски я потрачу цикл, а может даже и не один, но обычно, как заверила меня эльфийка, Иссена в этом деле дает определенные знаки и поиски довольно быстро венчаются успехом.
Что ж, надеюсь, богиня не откажет мне в этой малости, потому что кроме нагинаты мне необходим и кинжал. Срочно!
Укорачивать кое-кому кое-что ненужное…
Шикнув, когда ближе к вечеру мужчина, всхрапнув, повернулся и словно невзначай закинул на меня руку, а затем прижался носом к моему затылку, в это время раздумывала о том, какую конечность я ему отрежу первой. Рук лишать не стоит, всё-таки в работе они нужны. А вот нос, язык или уши…
Даже и не знаю, с чего начать! Такой потрясающий выбор!
Мягонькая, вкусненькая…
Щурясь от удовольствия, Вацлав вдыхал её нежный аромат, стараясь широко не улыбаться. Он чувствовал, что она дремала, но проснулась сразу, когда он прижался к ней носом. Пока не давала знать и не выкручивалась, но уже была недовольна. Это он ощущал отчетливо.
Эх, Катар… И почему ты отказываешь своим служителям в такой малости, как удовольствие от близости с противоположным полом? Разве можно так издеваться над мужчинами? Сам-то поди счастлив с супругой…
А им только и остается, что трогать, да тоскливо вздыхать. И так ближайшие пятьдесят циклов! Ладно хоть трогать никто не запрещает.
— Уй! — девичий острый локоток неожиданно резко двинул ему по рёбрам. — Цветочек, что такое?!
— Руки при себе держи, — раздраженно процедив, милашка показательно размяла шею, а затем встала и отправилась надевать обувь. — Повторяю, если ты не понял — не прикасайся ко мне. Я в город, к ночи вернусь.
Нет, каков нахал, а?!
Напар-р-рник! Да в склепе я таких напарников видала!
Не став брать плащ, подхватила лишь курточку и сумку, одеваясь уже на ходу в коридоре. Говорят, терпение — добродетель, но это каких же размеров необходимо иметь терпение, чтобы сносить его безобразное поведение?! У него что, полностью отсутствует понятие слова «нет»? А как насчет «фу»? Он же волк! Почти собака!
С-с-собака!
Раздраженно фыркая, я вышла на улицу и направилась вверх, доверившись интуиции. Определенной цели не было, да и дневные лавки уже закрывались, так что я просто планировала немного побродить. Одна!
Закатное солнце отбрасывало на оконные стекла кровавые отблески и такими же кровавыми были мои мысли. Я не любила, когда ко мне прикасались без причины и разрешения. Никогда не любила, даже будучи живой. А тут какой-то волк уже сутки надоедает мне своей назойливостью, а я не могу элементарно ничего ему сделать! И ладно бы это был случайный знакомый или попутчик… так нет! Мне с этим паскудой блохастой три цикла рядом находиться, опыт так сказать перенимать! Тьфу!
Да чему он может научить?!
Словоблудию?
Спасибо, обойдусь!
Отбросив неприятные мысли прочь, я предпочла окунуться в мечтания о том, что я ему отрежу, когда он окончательно выведет меня из равновесия. Иссена свидетель, я очень терпелива, но это выходит за рамки допустимого. Я не девочка из дома терпимости! Я не для того двадцать циклов назад умерла, чтобы какая-то собака серая трогала меня без разрешения и дышала в затылок!
Проследив задумчивым взглядом за группой уже подвыпивших орков, судя по разговорам отправившихся на поиски таверны подешевле, поморщилась. Да, не так я себе представляла свою практику. Почему Иссена не отправила меня вглубь пустыни? Там тоже есть нежить!
Грустно вздохнув, неторопливо отправилась дальше, повернув на очередном перекрестке направо. Судя по моим ощущениям, там был парк и дома зажиточных горожан, где в это время было уже мало прохожих. В любом случае мне необходимо изучать город, так что начну с богатых спальных районов. В лавки и на ярмарку ещё успею наведаться, сейчас элементарно не было настроения находиться среди толпы, которая в тех краях наверняка ещё не разошлась.
Нет, сейчас я хочу побыть одна. Прогуляться среди деревьев, послушать затихающий мир, проводить взглядом поздних прохожих…
— Кошелек или жизнь?
Нда.
Удивлённо обернувшись, когда сзади что-то зашуршало, отметила, что в противниках у меня двое. Один стоял на тропинке впереди и угрожал изогнутым укороченным клинком, а второй зашел сзади, отрезая путь к бегству.
Бежать я не планировала.
Смешливо фыркнув, повернулась обратно к тому, что заступил мне путь. Молодой, симпатичный парень… И что не живется законопослушным гражданином?
— Ну! Долго фыркать будешь, детка?
Молодой, а уже такой дерзкий…
Не собираясь открывать рот, я молча шагнула навстречу, затем ловко поднырнула под его руку и, сделав подсечку, уронила парня на землю, попутно выворачивая запястье с клинком.
Молча.
— Ах, ты дрянь! — второй был тоже не очень сообразительным и вместо того, чтобы дать дёру, ринулся на меня.
Занес кулак с кастетом, метя мне в голову, но почему-то запнулся и упал навзничь.
О?
Подняв удивленный взгляд выше, увидела своего «спасителя». Он стоял возле дерева и подкидывал в руке второй камень. Первый был уже оприходован о затылок обезвреженного бандита.
— Можешь не благодарить, котёнок, это моя работа.
Он издевается?
Раздраженно шикнув, резко дернула, и пыхтящий подо мной парень взвыл — я сломала ему запястье.
— Ты за мной следил?
— Ну что ты?! Как можно! Я просто прогуливался неподалеку, слышу — какие-то глупцы к моей напарнице пристают с непристойными предложениями. Я же не мог бросить её в беде! — отлепившись от дерева, Вацлав подошел к поверженному противнику и, подняв голову за волосы, осуждающе цыкнул. — Братья Густавсоны. Парни, я предупреждал? Придётся вам сегодня отправляться в тюрьму. К нам в город такая красавица с юга приехала, а вы к ней с такими глупыми предложениями… Ай-яй-яй, нехорошо.
В некотором изумлении рассматривая, как двуликий берет в каждую руку по бандитской ноге и нисколько не переживая о том, что тела волочатся по земле, корням и камням, тянет их на центральную аллею, я неторопливо отправилась следом, по пути подняв клинок и кастет.
Он что, собрался их до тюрьмы так тащить?
Что-то мне уже жаль этих ребят…
Я ошиблась. Тащить их дальше центральной аллеи Вацлав не стал. Вместо этого придавил ногой пытающегося отползти парня со сломанным запястьем и резко свистнул три раза.
С интересом прислушиваясь, всего через пару тапов удивленно приподняла брови — оказывается, этот свист был условным сигналом и к нам уже торопился вечерний патруль, состоящий из трех служивых.
Пока двуликий приветствовал сержанта и в двух словах рассказывал, как «эти идиоты» пытались ограбить «юную леди», а он в свою очередь самоотверженно меня спас, я внимательно присматривалась к патрулю.
Обычные люди, причем как с примесью южной, так и северной крови. Один парень так и вовсе был степняком. Сержант и два рядовых. Всё бы ничего, стандартный городской патруль, но с довольно интересными амулетами. Наверное, в этом городе это не роскошь, а средство для успешной службы, но уж слишком занятное было исполнение. Интересно, кто мастер?
— Ну, вот и всё, — довольный донельзя, когда незадачливых бандитов привели в относительное чувство, и они уже на своих двоих отправились в тюрьму, напарник подошел ближе и я отметила, что плащ он тоже не надел.
А ещё он не завязал шнуровку на вороте рубахи и не застегнул кожаную удлиненную безрукавку. Судя по видимому участку кожи, волос у него на груди не было. Я слышала, как послушницы Иссены-милосердной иногда делились друг с другом мечтами о том времени, когда встретят мужчину своей мечты. У многих мечта была конкретной, включающей в себя такие параметры, как рост, цвет глаз, да наличие/отсутствие растительности на груди.
Так вот, если бы сейчас Вацлава увидели послушницы первого года обучения, у многих мечта обрела бы конкретные черты.
Я другого не понимаю, чего он добивается по отношению ко мне? Для начала мне нравятся спокойные и вежливые, а не такие вертлявые и самоуверенные хамы. И уж что точно мне не нравится, так его показушное покровительство.
Я жрица! Я полноценная жрица! Да я этих парней могла одним пальцем убить!
— Котёнок? О чём задумалась?
Подняв взгляд с ворота выше, заметила в его глазах самодовольство. Глупец…
— Ты знаешь этих парней?
— Да, встречал пару раз. Последний наш разговор состоялся меньше оборота назад и парни клялись, что больше не ступят на кривую дорожку, но видимо не смогли удержаться от соблазна легкого заработка. Что ж, их право. Кстати, это происшествие подтверждает мои опасения — тебя нельзя отпускать одну. Такой благополучный район, а ты смогла притянуть к себе неприятности. А всё почему?
— Почему? — мой тон был максимально ровным. Доброжелательным даже.
Хотя хотелось совсем иного…
— Потому что ты слишком невинно выглядишь, — шагнув ближе, мужчина склонился и буквально прошептал мне в лицо. — Юное, невинное создание, которое буквально напрашивается на то, чтобы всякие недобросовестные личности попытали счастья.
— Это ты сейчас о себе? — чуть приподняв бровь, осуждающе качнула головой и поцокала. — Поверь, Васенька, я умею постоять за себя. Мой супруг умер всего лишь от одного моего прикосновения. И ты не думай, я не растеряла с того времени квалификацию.
Он почему-то недовольно нахмурился.
Что такое? Что-то не так?
Вацлав отстранился, рассматривая меня так, словно в первый раз видел, я же сделала себе мысленную пометку. Что-то ему в моей фразе не понравилось и стоит обдумать это очень тщательно, чтобы воспользоваться в будущем. Я не собиралась безмолвно терпеть его шовинистское отношение. И пускай я выгляжу молодо и невинно, но это не повод постоянно указывать мне на это. Если бы он был профессионалом, он бы это знал.
Да, я не грозный горный орк и вообще не мужчина, но это не значит, что я не умею на отлично выполнять свою работу. И я докажу ему это!
А если и не докажу, то не беда. Я служу Иссене, а не ему. Я служу во исполнение своих клятв, а не для услаждения его фантазий.
Прокрутив между пальцами клинок, отметила, что он довольно неплох. Не ахти, но заколоть какого-нибудь резвого крысодлака сойдёт. Кастет я тоже решила оставить себе, так сказать первая добыча. Почему нет? Кастет отлично дробит кости! И встреться мне на узкой тропинке скелет, я с удовольствием проверю его на крепость.
Кивнув своим кровожадным мыслям, убрала кастет в сумку, а клинок сунула в петельку на ремне. Да, неплохо. Что ж, раз нет смысла возвращаться за напарником (сам пришел), то продолжу-ка я прогулку по городу.
— Васенька, как насчет рассказа об этой части города? — сделав вид, что ничего тапом ранее не произошло и у нас всё хорошо, я махнула рукой туда, откуда мужчина выволок парней. — Кто здесь живет, чем славятся?
При звуках своего имени мужчина едва уловимо дёрнулся.
Прекрасно. Значит, не любим, когда так сокращают? Как кличку кота.
Кота…
Точно!
Ну всё, «Васенька», теперь ты у меня попляшешь!
Глава 11
Следующие несколько дней прошли в изучении города и тех самых «романтичных» мест, которые мне обещали показать в первый же день, а именно канализации, городских помоек, скотобоен с плохой репутацией, да старого кладбища.
Новое располагалось за городом в существенном отдалении, а вот старое было внутри. Не очень большое, но уже местами заброшенное, оно каждое полнолуние и затмение притягивало к себе всю нечисть с округи и порой сами по себе вдруг восставали древние скелеты и мумии.
На мой вопрос, почему бы просто не перенести кладбище за пределы города и тем самым избежать ненужных проблем, Вацлав довольно развернуто пояснил, что это против воли граждан и главы города, у которых тут похоронены предки.
