– Я… я… – от смущения у него пропал дар речи.
– Крис, я скоро приду, – неловко произнесла я, а он поспешил оставить нас наедине.
Сейчас я была ему даже благодарна за то, что не дал мне наделать поспешных ошибок.
– Прости, – шёпотом произнёс Рамир, упираясь лбом в мою ключицу.
– За что? – спросила я, пытаясь восстановить сбившееся дыхание.
– За всё, Нира. Ты должна кое-что знать. – Он поднял на меня глаза. – Мы не можем быть вместе. Ты мне слишком дорога. Я просто не смогу тебя использовать. К сожалению, у меня есть обязанности. Кто станет моей будущей женой, было известно ещё много лет назад. Обычный политический брак. – Венценосный пожал плечами. – Я пытаюсь уговорить отца, чтобы он позволил мне самому выбирать, на ком жениться, но он не хочет ничего слышать. Я знаю, что ты не согласишься на роль любовницы… – он не договорил, потому что я влепила ему хлёсткую пощёчину.
– И ты говоришь мне об этом только сейчас?! Да я же… Да мы же сейчас чуть с тобой… О, господи! – я изо всех сил оттолкнула брюнета от себя, подхватила с пола свою рубашку, и на ходу одевая её, добавила: – Не приближайся ко мне больше.
В комнату я вернулась в подавленном состоянии. Прав был Крис, когда говорил мне держаться подальше от принца. А я всё своими: «Да нормально всё будет.»; «Да мне по возрасту ошибаться и влюбляться положено». Тьфу! Навлюблялась, наошибалась, довольна теперь?!
– Нира, он, что обидел тебя? – севшим голосом спросил напарник.
– Если ты про то, про, что я подумала, то нет. Всё это было м-м-м… – я немного замялась, – обоюдным желанием. Но из-за этого самого желания я чуть таких дел не наворотила, – сказала я, устало садясь на свою постель.
– Что случилось? – парнишка пересел ко мне и успокаивающе погладил по спине.
– Просто ты, как всегда, молодец и заранее предупреждал меня, а я непроходимая дура. – Равнодушно пожала плечами.
– Ну не будь к себе так категорична, – пошутил он, возвращая мне мою же фразу.
– А у нас есть что-нибудь сладенькое? – в надежде спросила, смотря на блондинчика.
– Есть, – ответил напарник, подходя к шкафу и доставая из него шоколадные конфеты.
– Вот и хорошо! – проговорила я, приклеивая к своим губам улыбку, и неважно, что улыбаться совсем не хотелось. – Сейчас заедим стресс и сразу забудем этого негодяя.
Чуть позже Крис рассказал, что как только наследник, можно сказать, похитил меня от остальных ребят в парке. Напарник тут же бросился к связистам и попросил перенести его в общежитие, после чего сначала забежал в нашу комнату, а потом к Рамиру, где и нашлась пропажа, то есть я.
Сегодня на занятиях Стайлона Вула было особенно интересно. Он объяснял нам новое заклинание под названием Сторм. Атака с этим боевым заклятием заключалась в том, чтобы одновременно ударить противника мощным порывом ветра и пронзить электрическими разрядами молний. Оно было из разряда смертельных. Для его воспроизведения нужно было потоки энергии брать из земли. До этого дня у меня ещё не было подобного опыта. Для сильного удара нужно было вытянуть из почвы столько энергии, сколько позволит твой магический потенциал. Потом создать лёгкое трение ладоней, и в ту мизерную, неуловимую часть статического электричества, что образовалась в руках, перенаправить все энергетические потоки, взятые из земли. Тем самым взращивая в своих руках молнии. Очень важно в этом моменте, чтобы на твоём теле присутствовали волосы или шерстяная одежда, но лысых среди нас не было, поэтому с этим не должно было возникнуть никаких проблем. После чего сделать пас руками, ловя воздушные потоки в этот электрический ком, а потом уже швырнуть его в своего противника. Даже стало интересно: сколько максимально энергии я смогу вытянуть из почвы со своим потенциалом.
Так как заклинание из разряда смертельно опасных, тренер лично контролировал каждого студента, пока тот воспроизводил Сторм в первый раз. А остальные наблюдали. В этот раз наставник решил оставить меня напоследок, так как из всей группы я была сильнейшей. Поэтому, когда очередь дошла до меня, все остальные уже сидели на земле и восстанавливались. Потому, что с этим заклинанием нужно было работать на пределе своих возможностей, а это влекло за собой определённые последствия. Например: энергетическое истощение, которое восстановится только к завтрашнему утру.
Я вышла на середину полигона вместе с Вулом. Присела на корточки, прижимая ладони к земле, и потянула в себя энергию, которая хлынула в меня таким мощным потоком, что я изначально задохнулась от неожиданности. Продолжая накапливать силу, сделала всё то, что показывал преподаватель, но что-то пошло не так. Я не могла перестать тянуть энергию из земли, из-за чего молнии из моих рук стали накапливаться по всему телу. Меня распирали электрические разряды изнутри. Я слышала, как ругается тренер и что-то мне кричит. Но его голос звучал где-то на заднем плане, и я не могла разобрать слов. А энергии становилось всё больше. В какой-то момент я не выдержала и закричала. Всё моё тело превратилось в один сплошной комок молний. Когда уже казалось, что меня разорвёт на мелкие части, электричество мощнейшим взрывом вырвалось из меня и разлетелось во все стороны. Когда падала, мельком заметила, как тренер активировал защитный купол над полигоном. Как вокруг меня всё на десятки метров оказалось выжжено. Как осыпаются прахом защитные браслеты однокурсников, благодаря которым сейчас они остались живы. И как ко мне бежит мой верный друг, громко выкрикивая моё имя. А потом я потеряла сознание.
В себя пришла в больничном крыле. Перед глазами всё кружилось и мучала жуткая тошнота. За окном уже была глубокая ночь, а потому в комнату проникал лишь мягкий лунный свет. Рядом с моей кроватью в кресле спал напарник. Его лицо выглядело бледным и осунувшимся, под глазами залегли тёмные круги, которые даже в темноте были отчётливо видны.
– Крис, – тихо позвала я, хриплым голосом, облизывая пересохшие губы.
Он дёрнулся от моего голоса. Открыл глаза, и хлопнув ресницами, перевёл взгляд на меня. Как только Нилон заметил, что я пришла в себя, тут же подлетел ко мне.
– Ты как? – спросил он взволнованно.
– Плохо, – прошептала я, пытаясь унять подкатывающую к горлу тошноту. – Что со мной?
– Сейчас! Я позову лекарей. – Блондин резко подскочил со своего места и выбежал за дверь.
Когда вошла женщина средних лет в белом халате, то она включила свет, прошла ко мне и проверила температуру, потрогав прохладной ладонью мой лоб.
– Ну и напугала ты нас всех, девочка. – По-доброму улыбнулась мне. – Такое сильное истощение, даже не удивительно, что ты пробыла без сознания три дня, – говорила она, подавая мне прозрачную микстуру, которую я тут же выпила.
Сразу после этого веки потяжелели, и я вновь провалилась в сон.
В следующий раз очнулась уже, когда было светло. Крис сидел рядом и читал какой-то учебник за второй курс. Заметив то, что я открыла глаза, он тут же пересел на мою кровать и взял меня за руку.
– Что произошло? – спросила его.
Оказывается, что после того, как произошёл магический взрыв по моей вине, я пробыла без сознания целых три дня. Ведь у меня случилось магическое истощение. Всё это время, пока я тут валялась, напарник был рядом. Даже сейчас он продолжал заботиться обо мне. Принёс куриный бульон с кухни и аккуратно кормил меня с ложечки.
На следующий день пустили и остальных посетителей. Навещать меня заходили друзья, однокурсники и даже куратор, а вечером, когда Крис ушёл за ужином для нас двоих, меня навестил Рамир. Как только он вошёл, глупое сердце застучало сильнее, пытаясь изнутри пробить грудную клетку, для того чтобы броситься к объекту своего вожделения.
– Как ты? – спросил наследник.
– Уже лучше, – ответила я, пытаясь унять взбесившейся орган.
– Я испугался за тебя, – он говорил это со взглядом побитой собаки. – Ты даже не представляешь себе, как сильно я за тебя испугался. Никогда раньше в жизни не испытывал такого всепоглощающего страха, – эти слова принц уже произносил, понизив голос, до едва слышного шёпота.
– Эм-м… – я не знала, что ответить ему.
Тогда он прошёл, сел на мою постель и взял меня за руку.
– Когда я увидел, как Вул вносит тебя на руках всю белую, словно неживую. Как твоя рука свободно висит в воздухе, как быстро лекари забирают тебя, то кое-что понял. Возможно, это произошло слишком быстро... Возможно, в нашей жизни такое неуместно, но я люблю тебя, Сахари.
– Ох. – Я поднесла ладонь к груди, потому что в этот момент сердце после бешеного ритма, резко замерло.
– Пожалуйста, только не говори мне ничего. Так будет только хуже. Между нами ничего не изменится. Я всё также не смогу быть всегда только с тобой, потому что это, чёрт подери, не зависит от меня! – эти слова он выплюнул, словно самое грязное ругательство. – Но это оказалось гораздо сложнее. Я не смогу! Понимаешь? Не смогу видеть тебя каждый день и знать, что не имею права к тебе прикасаться! – Он крепче сжал мою ладонь. – А самое ужасное, что ты когда-нибудь начнёшь встречаться с каким-нибудь парнем, а я не смогу не сорваться в тот момент. Пока я рядом, я не позволю хоть кому-либо к тебе притронуться. Ты даже не представляешь, что именно я чувствовал в тот момент, когда тот самоуверенный боевик, хотел поцеловать тебя. Поэтому я принял решение – я уйду. Перейду на домашнее обучение. Ректор не смог отказать моей скромной персоне в такой прихоти. – Рамир невесело усмехнулся. – Я пришёл попрощаться, Нира.
– То есть ты так просто говоришь вот это вот всё мне, а после этого оставишь? А сам просишь ничего не говорить тебе? Потому, что тебе так хуже будет? А как же я? А обо мне ты подумал? Нет уж, милый мой. И ты меня послушай. Я тоже тебя люблю! – от этих слов он дёрнулся будто от удара. – И пусть это неправильно! Пусть я действительно никогда не соглашусь на роль твоей любовницы. Но это не поддаётся никакому контролю. Каждый раз, когда я вижу тебя, вот здесь… – Я взяла его руку и приложила к своей груди. – Здесь происходит то, что вообще не должно происходить у нормальных людей. Чувствуешь, как оно бьётся для тебя? – прижала его ладонь ещё сильнее.
На этом моменте принц рвано выдохнул. Не знаю, кто первый потянулся ко второму, но уже через секунду наши губы встретились в отчаянном поцелуе, в который мы оба вкладывали все наши чувства. Всё то невысказанное вслух. Всю ту боль, что сейчас творилась в наших душах, ведь мы резали её по живому, совсем не жалея друг друга. Когда воздуха стало катастрофически мало, я первая прервала поцелуй, проявив невиданную доселе силу воли.
– А теперь уходи, – прошептала ему, укладываясь в постель и отворачиваясь лицом к стене, чтобы больше не смотреть на него, не видеть и не чувствовать.
Когда дверь за наследником тихонечко закрылась, я ударила кулаком в подушку. А потом ещё и ещё, и так до тех пор, пока горько не разрыдалась от бессилия. В этот момент, как раз вернулся напарник, увидев в каком я состоянии, подбежал ко мне. Оставив поднос с едой на прикроватном столике, порывисто прижал к себе. А я рыдала в его белую рубашку и синюю жилетку, содрогаясь всем телом, пока он гладил меня по голове, целовал в макушку и говорил что-то успокаивающее.
– Сахари, вы даже не представляете себе насколько вы уникальны, – вдохновенно говорил ректор.
Вчера меня выписали из больничного крыла, а сегодня пригласил к себе Магор Нортон. В его кабинете присутствовал и мой куратор Шон Лаймон, и ещё несколько преподавателей, включая профессора по защитным заклинаем. Вообще, я думала, что меня будут ругать, но тут происходило, то что в очередной раз перевернуло мою жизнь с ног на голову. Мне заявили, что я ведьма. А если быть точной, то боевая ведьма. Вы когда-нибудь вообще про таких слышали? Вот и я нет. Поэтому глупо хлопала ресничками, слушая всё, что мне говорят.
– Теперь мне наконец-то стало понятно, почему вы, милочка, не могли использовать свой внутренний резерв для заклинаний, – объясняла в своей манере Одри Фаяр. – Конечно же, вы бы и не смогли этого сделать, и никакие дополнительные занятия нам вовсе не были нужны. У ведьм отсутствует свой внутренний магический резерв. Он вам вообще ни к чему. Вы берёте энергию из окружающего мира, а в частности, от природы, которая, в свою очередь, безгранична!
– Именно поэтому на занятиях по боевой магии, которые проходят на открытом воздухе, а не в стенах учебного заведения, у вас всё так хорошо получается, – подтверждая слова профессора, закончил куратор.
– Но, Нира, вам обязательно нужно учиться! Необученная ведьма, это опасно не только для самой вас, но и для ваших окружающих. – Нортон кинул взгляд на Нилона. – Нам всем очень повезло, что всё вскрылось на учебном полигоне, где есть защитный купол, а ваши товарищи были надёжно защищены артефактами. Вы пока не умеете контролировать свои силы и брать энергию только в необходимом количестве, так чтобы не навредить в первую очередь себе! Я уже договорился с главой ведьминской академии, находящейся на другом конце государства. Они научат тебя взаимодействовать с природой. После чего сможешь вернуться обратно, – выдал ректор.
– О-о-о. – Всё на что меня хватило, я перевела взгляд на напарника, тот лишь показал весело мне большой палец вверх.
– Не переживайте. Нилон тоже отправится с вами. Всё же у вас магическая связь и неизвестно, как ваши силы отразятся на нём. Лучше быть готовыми ко всему. Вдруг он тоже станет… – на этом моменте Магор замялся. – Ведьмой? – перевёл он взгляд на парнишку, а я прыснула себе в кулак, заметив, как недобро блондин сощурил свои голубые глазки, и тоже поддержала его большим пальцем вверх.
На следующей неделе после выходных мы отправились в ведьминскую академию. Слава богу, нам не пришлось добираться до неё своим ходом. Мы просто воспользовались порталом, выстроенным куратором связистов. Кстати, прощаясь с ребятами, я только сейчас поняла, как мы все сплотились друг с другом. Даже всегда холодный и отстранённый Фил крепко обнял нас двоих и дал слова напутствия, как будто мы минимум на год прощались, а не всего на месяц. Хотя должна признать. Я тоже буду по ним скучать. Но больше всего нас удивил наш дорогой профессор Шон.
– Только не вздумайте там никого опоить приворотным зельем или что-нибудь кому-нибудь подсыпать, – подколол он нас в своей язвительной манере. – Вы оба ещё те занозы в задницах, но вы мои занозы, и поэтому пообещайте, что не сделаете ничего, за что мне придётся краснеть. А если все же что-то натворите, то я просто сделаю вид, что вообще вас не знаю. – И потрепал наши макушки, весело подмигивая.
– И мы вас любим, – порывисто обняла его.
– Ещё чего придумала! Я вас искреннее ненавижу. – Он, ворча, отлеплял меня от себя, счастливо улыбаясь.
И всё же, чтобы профессор ни говорил, но он любил нас по-своему. В той манере, на которую был способен только Лаймон.
Выходили из портала мы в холе ведьмовского учебного заведения. Нас встретила ректор Дарина Дойли. Выглядела она настоящей ведьмой с большой буквы. Высокая, с красивой широкой улыбкой, с ярко-красными губами, длинными ресницами, которые обрамляли ярко-зелёные глаза, с шикарной рыжей копной до середины спины, завитой в тугие блестящие локоны.
– Крис, я скоро приду, – неловко произнесла я, а он поспешил оставить нас наедине.
Сейчас я была ему даже благодарна за то, что не дал мне наделать поспешных ошибок.
– Прости, – шёпотом произнёс Рамир, упираясь лбом в мою ключицу.
– За что? – спросила я, пытаясь восстановить сбившееся дыхание.
– За всё, Нира. Ты должна кое-что знать. – Он поднял на меня глаза. – Мы не можем быть вместе. Ты мне слишком дорога. Я просто не смогу тебя использовать. К сожалению, у меня есть обязанности. Кто станет моей будущей женой, было известно ещё много лет назад. Обычный политический брак. – Венценосный пожал плечами. – Я пытаюсь уговорить отца, чтобы он позволил мне самому выбирать, на ком жениться, но он не хочет ничего слышать. Я знаю, что ты не согласишься на роль любовницы… – он не договорил, потому что я влепила ему хлёсткую пощёчину.
– И ты говоришь мне об этом только сейчас?! Да я же… Да мы же сейчас чуть с тобой… О, господи! – я изо всех сил оттолкнула брюнета от себя, подхватила с пола свою рубашку, и на ходу одевая её, добавила: – Не приближайся ко мне больше.
Глава 12
В комнату я вернулась в подавленном состоянии. Прав был Крис, когда говорил мне держаться подальше от принца. А я всё своими: «Да нормально всё будет.»; «Да мне по возрасту ошибаться и влюбляться положено». Тьфу! Навлюблялась, наошибалась, довольна теперь?!
– Нира, он, что обидел тебя? – севшим голосом спросил напарник.
– Если ты про то, про, что я подумала, то нет. Всё это было м-м-м… – я немного замялась, – обоюдным желанием. Но из-за этого самого желания я чуть таких дел не наворотила, – сказала я, устало садясь на свою постель.
– Что случилось? – парнишка пересел ко мне и успокаивающе погладил по спине.
– Просто ты, как всегда, молодец и заранее предупреждал меня, а я непроходимая дура. – Равнодушно пожала плечами.
– Ну не будь к себе так категорична, – пошутил он, возвращая мне мою же фразу.
– А у нас есть что-нибудь сладенькое? – в надежде спросила, смотря на блондинчика.
– Есть, – ответил напарник, подходя к шкафу и доставая из него шоколадные конфеты.
– Вот и хорошо! – проговорила я, приклеивая к своим губам улыбку, и неважно, что улыбаться совсем не хотелось. – Сейчас заедим стресс и сразу забудем этого негодяя.
Чуть позже Крис рассказал, что как только наследник, можно сказать, похитил меня от остальных ребят в парке. Напарник тут же бросился к связистам и попросил перенести его в общежитие, после чего сначала забежал в нашу комнату, а потом к Рамиру, где и нашлась пропажа, то есть я.
Сегодня на занятиях Стайлона Вула было особенно интересно. Он объяснял нам новое заклинание под названием Сторм. Атака с этим боевым заклятием заключалась в том, чтобы одновременно ударить противника мощным порывом ветра и пронзить электрическими разрядами молний. Оно было из разряда смертельных. Для его воспроизведения нужно было потоки энергии брать из земли. До этого дня у меня ещё не было подобного опыта. Для сильного удара нужно было вытянуть из почвы столько энергии, сколько позволит твой магический потенциал. Потом создать лёгкое трение ладоней, и в ту мизерную, неуловимую часть статического электричества, что образовалась в руках, перенаправить все энергетические потоки, взятые из земли. Тем самым взращивая в своих руках молнии. Очень важно в этом моменте, чтобы на твоём теле присутствовали волосы или шерстяная одежда, но лысых среди нас не было, поэтому с этим не должно было возникнуть никаких проблем. После чего сделать пас руками, ловя воздушные потоки в этот электрический ком, а потом уже швырнуть его в своего противника. Даже стало интересно: сколько максимально энергии я смогу вытянуть из почвы со своим потенциалом.
Так как заклинание из разряда смертельно опасных, тренер лично контролировал каждого студента, пока тот воспроизводил Сторм в первый раз. А остальные наблюдали. В этот раз наставник решил оставить меня напоследок, так как из всей группы я была сильнейшей. Поэтому, когда очередь дошла до меня, все остальные уже сидели на земле и восстанавливались. Потому, что с этим заклинанием нужно было работать на пределе своих возможностей, а это влекло за собой определённые последствия. Например: энергетическое истощение, которое восстановится только к завтрашнему утру.
Я вышла на середину полигона вместе с Вулом. Присела на корточки, прижимая ладони к земле, и потянула в себя энергию, которая хлынула в меня таким мощным потоком, что я изначально задохнулась от неожиданности. Продолжая накапливать силу, сделала всё то, что показывал преподаватель, но что-то пошло не так. Я не могла перестать тянуть энергию из земли, из-за чего молнии из моих рук стали накапливаться по всему телу. Меня распирали электрические разряды изнутри. Я слышала, как ругается тренер и что-то мне кричит. Но его голос звучал где-то на заднем плане, и я не могла разобрать слов. А энергии становилось всё больше. В какой-то момент я не выдержала и закричала. Всё моё тело превратилось в один сплошной комок молний. Когда уже казалось, что меня разорвёт на мелкие части, электричество мощнейшим взрывом вырвалось из меня и разлетелось во все стороны. Когда падала, мельком заметила, как тренер активировал защитный купол над полигоном. Как вокруг меня всё на десятки метров оказалось выжжено. Как осыпаются прахом защитные браслеты однокурсников, благодаря которым сейчас они остались живы. И как ко мне бежит мой верный друг, громко выкрикивая моё имя. А потом я потеряла сознание.
В себя пришла в больничном крыле. Перед глазами всё кружилось и мучала жуткая тошнота. За окном уже была глубокая ночь, а потому в комнату проникал лишь мягкий лунный свет. Рядом с моей кроватью в кресле спал напарник. Его лицо выглядело бледным и осунувшимся, под глазами залегли тёмные круги, которые даже в темноте были отчётливо видны.
– Крис, – тихо позвала я, хриплым голосом, облизывая пересохшие губы.
Он дёрнулся от моего голоса. Открыл глаза, и хлопнув ресницами, перевёл взгляд на меня. Как только Нилон заметил, что я пришла в себя, тут же подлетел ко мне.
– Ты как? – спросил он взволнованно.
– Плохо, – прошептала я, пытаясь унять подкатывающую к горлу тошноту. – Что со мной?
– Сейчас! Я позову лекарей. – Блондин резко подскочил со своего места и выбежал за дверь.
Когда вошла женщина средних лет в белом халате, то она включила свет, прошла ко мне и проверила температуру, потрогав прохладной ладонью мой лоб.
– Ну и напугала ты нас всех, девочка. – По-доброму улыбнулась мне. – Такое сильное истощение, даже не удивительно, что ты пробыла без сознания три дня, – говорила она, подавая мне прозрачную микстуру, которую я тут же выпила.
Сразу после этого веки потяжелели, и я вновь провалилась в сон.
В следующий раз очнулась уже, когда было светло. Крис сидел рядом и читал какой-то учебник за второй курс. Заметив то, что я открыла глаза, он тут же пересел на мою кровать и взял меня за руку.
– Что произошло? – спросила его.
Оказывается, что после того, как произошёл магический взрыв по моей вине, я пробыла без сознания целых три дня. Ведь у меня случилось магическое истощение. Всё это время, пока я тут валялась, напарник был рядом. Даже сейчас он продолжал заботиться обо мне. Принёс куриный бульон с кухни и аккуратно кормил меня с ложечки.
На следующий день пустили и остальных посетителей. Навещать меня заходили друзья, однокурсники и даже куратор, а вечером, когда Крис ушёл за ужином для нас двоих, меня навестил Рамир. Как только он вошёл, глупое сердце застучало сильнее, пытаясь изнутри пробить грудную клетку, для того чтобы броситься к объекту своего вожделения.
– Как ты? – спросил наследник.
– Уже лучше, – ответила я, пытаясь унять взбесившейся орган.
– Я испугался за тебя, – он говорил это со взглядом побитой собаки. – Ты даже не представляешь себе, как сильно я за тебя испугался. Никогда раньше в жизни не испытывал такого всепоглощающего страха, – эти слова принц уже произносил, понизив голос, до едва слышного шёпота.
– Эм-м… – я не знала, что ответить ему.
Тогда он прошёл, сел на мою постель и взял меня за руку.
– Когда я увидел, как Вул вносит тебя на руках всю белую, словно неживую. Как твоя рука свободно висит в воздухе, как быстро лекари забирают тебя, то кое-что понял. Возможно, это произошло слишком быстро... Возможно, в нашей жизни такое неуместно, но я люблю тебя, Сахари.
– Ох. – Я поднесла ладонь к груди, потому что в этот момент сердце после бешеного ритма, резко замерло.
– Пожалуйста, только не говори мне ничего. Так будет только хуже. Между нами ничего не изменится. Я всё также не смогу быть всегда только с тобой, потому что это, чёрт подери, не зависит от меня! – эти слова он выплюнул, словно самое грязное ругательство. – Но это оказалось гораздо сложнее. Я не смогу! Понимаешь? Не смогу видеть тебя каждый день и знать, что не имею права к тебе прикасаться! – Он крепче сжал мою ладонь. – А самое ужасное, что ты когда-нибудь начнёшь встречаться с каким-нибудь парнем, а я не смогу не сорваться в тот момент. Пока я рядом, я не позволю хоть кому-либо к тебе притронуться. Ты даже не представляешь, что именно я чувствовал в тот момент, когда тот самоуверенный боевик, хотел поцеловать тебя. Поэтому я принял решение – я уйду. Перейду на домашнее обучение. Ректор не смог отказать моей скромной персоне в такой прихоти. – Рамир невесело усмехнулся. – Я пришёл попрощаться, Нира.
– То есть ты так просто говоришь вот это вот всё мне, а после этого оставишь? А сам просишь ничего не говорить тебе? Потому, что тебе так хуже будет? А как же я? А обо мне ты подумал? Нет уж, милый мой. И ты меня послушай. Я тоже тебя люблю! – от этих слов он дёрнулся будто от удара. – И пусть это неправильно! Пусть я действительно никогда не соглашусь на роль твоей любовницы. Но это не поддаётся никакому контролю. Каждый раз, когда я вижу тебя, вот здесь… – Я взяла его руку и приложила к своей груди. – Здесь происходит то, что вообще не должно происходить у нормальных людей. Чувствуешь, как оно бьётся для тебя? – прижала его ладонь ещё сильнее.
На этом моменте принц рвано выдохнул. Не знаю, кто первый потянулся ко второму, но уже через секунду наши губы встретились в отчаянном поцелуе, в который мы оба вкладывали все наши чувства. Всё то невысказанное вслух. Всю ту боль, что сейчас творилась в наших душах, ведь мы резали её по живому, совсем не жалея друг друга. Когда воздуха стало катастрофически мало, я первая прервала поцелуй, проявив невиданную доселе силу воли.
– А теперь уходи, – прошептала ему, укладываясь в постель и отворачиваясь лицом к стене, чтобы больше не смотреть на него, не видеть и не чувствовать.
Когда дверь за наследником тихонечко закрылась, я ударила кулаком в подушку. А потом ещё и ещё, и так до тех пор, пока горько не разрыдалась от бессилия. В этот момент, как раз вернулся напарник, увидев в каком я состоянии, подбежал ко мне. Оставив поднос с едой на прикроватном столике, порывисто прижал к себе. А я рыдала в его белую рубашку и синюю жилетку, содрогаясь всем телом, пока он гладил меня по голове, целовал в макушку и говорил что-то успокаивающее.
Глава 13
– Сахари, вы даже не представляете себе насколько вы уникальны, – вдохновенно говорил ректор.
Вчера меня выписали из больничного крыла, а сегодня пригласил к себе Магор Нортон. В его кабинете присутствовал и мой куратор Шон Лаймон, и ещё несколько преподавателей, включая профессора по защитным заклинаем. Вообще, я думала, что меня будут ругать, но тут происходило, то что в очередной раз перевернуло мою жизнь с ног на голову. Мне заявили, что я ведьма. А если быть точной, то боевая ведьма. Вы когда-нибудь вообще про таких слышали? Вот и я нет. Поэтому глупо хлопала ресничками, слушая всё, что мне говорят.
– Теперь мне наконец-то стало понятно, почему вы, милочка, не могли использовать свой внутренний резерв для заклинаний, – объясняла в своей манере Одри Фаяр. – Конечно же, вы бы и не смогли этого сделать, и никакие дополнительные занятия нам вовсе не были нужны. У ведьм отсутствует свой внутренний магический резерв. Он вам вообще ни к чему. Вы берёте энергию из окружающего мира, а в частности, от природы, которая, в свою очередь, безгранична!
– Именно поэтому на занятиях по боевой магии, которые проходят на открытом воздухе, а не в стенах учебного заведения, у вас всё так хорошо получается, – подтверждая слова профессора, закончил куратор.
– Но, Нира, вам обязательно нужно учиться! Необученная ведьма, это опасно не только для самой вас, но и для ваших окружающих. – Нортон кинул взгляд на Нилона. – Нам всем очень повезло, что всё вскрылось на учебном полигоне, где есть защитный купол, а ваши товарищи были надёжно защищены артефактами. Вы пока не умеете контролировать свои силы и брать энергию только в необходимом количестве, так чтобы не навредить в первую очередь себе! Я уже договорился с главой ведьминской академии, находящейся на другом конце государства. Они научат тебя взаимодействовать с природой. После чего сможешь вернуться обратно, – выдал ректор.
– О-о-о. – Всё на что меня хватило, я перевела взгляд на напарника, тот лишь показал весело мне большой палец вверх.
– Не переживайте. Нилон тоже отправится с вами. Всё же у вас магическая связь и неизвестно, как ваши силы отразятся на нём. Лучше быть готовыми ко всему. Вдруг он тоже станет… – на этом моменте Магор замялся. – Ведьмой? – перевёл он взгляд на парнишку, а я прыснула себе в кулак, заметив, как недобро блондин сощурил свои голубые глазки, и тоже поддержала его большим пальцем вверх.
На следующей неделе после выходных мы отправились в ведьминскую академию. Слава богу, нам не пришлось добираться до неё своим ходом. Мы просто воспользовались порталом, выстроенным куратором связистов. Кстати, прощаясь с ребятами, я только сейчас поняла, как мы все сплотились друг с другом. Даже всегда холодный и отстранённый Фил крепко обнял нас двоих и дал слова напутствия, как будто мы минимум на год прощались, а не всего на месяц. Хотя должна признать. Я тоже буду по ним скучать. Но больше всего нас удивил наш дорогой профессор Шон.
– Только не вздумайте там никого опоить приворотным зельем или что-нибудь кому-нибудь подсыпать, – подколол он нас в своей язвительной манере. – Вы оба ещё те занозы в задницах, но вы мои занозы, и поэтому пообещайте, что не сделаете ничего, за что мне придётся краснеть. А если все же что-то натворите, то я просто сделаю вид, что вообще вас не знаю. – И потрепал наши макушки, весело подмигивая.
– И мы вас любим, – порывисто обняла его.
– Ещё чего придумала! Я вас искреннее ненавижу. – Он, ворча, отлеплял меня от себя, счастливо улыбаясь.
И всё же, чтобы профессор ни говорил, но он любил нас по-своему. В той манере, на которую был способен только Лаймон.
Выходили из портала мы в холе ведьмовского учебного заведения. Нас встретила ректор Дарина Дойли. Выглядела она настоящей ведьмой с большой буквы. Высокая, с красивой широкой улыбкой, с ярко-красными губами, длинными ресницами, которые обрамляли ярко-зелёные глаза, с шикарной рыжей копной до середины спины, завитой в тугие блестящие локоны.
