Сцена первая: Арк-Сити
Если бы у Вселенной была задняя парта, куда бы она сажала своих самых нерадивых учеников, то планета Арк занимала бы там почетное место у окна. Не то чтобы она была совсем уж безнадежной… нет проблема Арк была в чем-то другом. В избыточном, маниакальном, совершенно нелепом стремлении к вертикали.
Спустя несколько тысячелетий разумной жизни на планете вырос город, точнее, один сплошной город-панцирь - Арк-Сити. Это был плотный, колючий лес из многоэтажек, которые тут же, не стесняясь, перерастали в сверх-, гипер- и «ой-мамочки-куда-влезли-этажи».
Архитектура напоминала результат драки в магазине строительных конструкторов между двумя гиперактивными детьми. Здания не просто стояли - они нависали, пронзали друг друга мостами-иглами, образовывали арки из собственных пожарных лестниц и в целом вели себя так, будто закон гравитации был просто скучной рекомендацией. Рекламные голограммы, как лишайник, покрывали все свободное пространство, навязчиво предлагая: ««Вертикальные сны» - койко-место с видом на соседний блок!», «Кислородные бары «Выше Неба» - почувствуй головокружение от чистоты!» или «Протезы для любителей скалолазания».
На уровне куда уже не доходил ни солнечный свет, ни сигналы быстрого интернета, ютились трущобы с коротким названием «бездна». Здесь в вечном полумраке, под каплями конденсата с трубопроводов, кипела своя жизнь: лавчонки, чинящие кибер-конечности для курьеров-верхолазов, подпольные салоны, где с помощью зеркал и проекторов создавали иллюзию горизонта, и бары, где подавали «Флэт-колу» - запрещенный напиток, намекавший на существование чего-то столь же дикого, как ровная поверхность.
А на самых верхушках, в районе «шпилей», где воздух был разрежен, а цены запредельны, обитала элита. Они с презрением взирали вниз, на муравейник под ногами, и строили планы, как пристроить к своей башне еще одну посадочную площадку - повыше, чем у соседа. Потому что в Арк-Сити смысл жизни, карьеры и всего сущего упирался в один простой вопрос: «А твоя крыша сегодня выше моей?». И ответ «нет» был хуже, чем отключение электричества на всех двух миллионах этажей.
И именно в этом мире вечных сумерек, где тень была царицей, а искра ирония - единственной валютой, позволявшей не сойти с ума, и начиналась наша история. С того, что в нижнем, самом темном ярусе, где даже плесень росла скучая, произошло нечто совершенно невозможное, немыслимое и вопиюще сказочное.
Сегодня Луна, впрочем, как и каждый предыдущий день уже на протяжении пяти лет, встала очень рано. До звонка будильника оставалось еще целых десять минут, но глаза девушки открылись сами - серые, как утренний смог над трущобами, и уже настороженные. Сегодня ей предстояло совершить то, чего она так ждала, кажется, целую жизнь и так боялась одновременно. Но это случится вечером.
А пока ее будил запах жареного синтетического мяса от соседей и глухой храп из-за тонкой перегородки. Дядя Кэп снова заснул у голопанели, транслировавшей бесконечные репортажи с «шпилей». Луна бесшумно выскользнула из своего угла-алькова, задернув занавеску с принтом ужасного, но манящего ровного леса - запретный подарок с черного рынка. Квартирка была крошечной, как скорлупка, забитая хламом двух жизней: старыми деталями от «пауков» - небольшого автотранспорта, консервными банками «Официального Пайка Арк-Сити», и стопками потрепанных бумажных книг - маниакальным хобби дяди в мире голограмм.
Девушка натянула потертые, но невероятно цепкие кроссовки с магнитовставками на подошвах - главную роскошь курьера. Потом - пошитые на коленке черные штаны из плотной ткани, простую черную майку, и главный предмет гордости: кожаную куртку, когда-то сворованную с груза, списанного по акту «некондиция». Кожа была в потертостях и царапинах, но на плече кто-то давно вывел аэрозолем стилизованную молнию. В этой куртке Луна чувствовала себя неуязвимой.
Последний штрих - перчатки с обрезанными пальцами. Кожаные ладони и открытые подушечки. Курьеру нужно чувствовать каждую выбоину, каждый поручень, каждый трос, ведь от этого могла зависеть жизнь.
- Эй, сорванец, - прохрипел за перегородкой спросонок дядя Кэп. - Не гоняй по струнам бездумно. Ветер сегодня с восточного шпиля, говорят, злой.
- Уж я-то с ветром знакома, - буркнула Луна, закидывая за плечо походный рюкзак не из умных, дорогих тканей, а из простого, невероятно прочного брезента. - Оставила тебе паек. Не забудь поесть.
Работа звала. Девушка не пользовалась казенными «пауками» из муниципального парка. Ее инструменты – это ее собственные ноги, цепкость, знание города как своих пяти пальцев и набор приспособлений на поясе: карабины, катушка с тросом-паутинкой и магниты на липучках.
Мир Луны был не кабиной, а открытым вертикальным простором.
Девушка вышла не через парадную, которой не существовало, а через «куриный лаз» - служебный люк на боковой стене, выходивший прямо в безумный интерьер Арк-Сити. Здесь, на уровне 578 (примерно), воздух гудел, как в улье. Рекламные голограммы лизали стены, предлагая «Вертикальный взлет за три кредита!». Где-то выше, в просветах между нависающими этажами, жалобно светилось подобие неба. Внизу уходила в черную пропасть межкорпусного пространства, мерцающая редкими огнями «бездна».
Луна потянулась, костяшки хрустнули. Первый заказ на браслете-коммуникаторе, перехваченном с открытого канала, мигнул: «Срочно. Блок Ж-87. Мастер Цзы. Био-груз. Оплата наличными, без вопросов.»
Идеально. «Без вопросов» - любимые заказы.
Луна подошла к краю, где бетонный выступ обрывался в ничто. Ветер, действительно злой и порывистый, трепал длинные красные волосы, вырывавшиеся из-под самодельной повязки, и девушка раздраженно вновь убрала их в длинный хвост. Девушка присела на корточки, проверила крепление троса на поясе и щелкнула карабином. Пальцы в обрезанных перчатках обхватили выступ. Серые глаза на мгновение зажмурились, а потом взгляд стал острым, собранным и целевым. Не было ни страха, ни восторга. Была работа. Точный расчет и мышечная память.
И она шагнула в пустоту.
Не вниз, а поперек. Тело Луны метнулось по дуге, кроссовки с глухим стуком встретились со стеной соседнего блока. Магниты, щелкнув, зацепились за арматуру. Девушка оттолкнулась, сделала рывок и схватилась за пожарную лестницу, которая тут же сама по себе отошла от стены, образуя мостик к вентиляционной решетке. Луна пробежала по ней, как по перилам, и, не сбавляя темпа, прыгнула на пролетающий мимо грузовой лифт-платформу, полную бочек с технической смазкой.
Платформа с грохотом пронеслась мимо, и Луна, как кошка, приземлилась на узкий сервисный карниз. До блока Ж-87 оставалось лишь пересечь «Игольное ушко» - головокружительный переход в виде двух натянутых тросов, между которыми когда-то была сетка. Сейчас от нее остались лишь рваные клочья, трепетавшие на ветру.
Девушка уже сделала шаг, чтобы зацепить карабин, как сбоку метнулась тень. Кто-то спустился по вентиляционной трубе сверху, и с грацией, вызывающей раздражение, мягко приземлился прямо на трос, слегка раскачав его.
- Простите, зеленый свет был у меня, - прозвучал насмешливый голос.
Парень примерно того же возраста выглядел так будто только что сошел с подиума. Он был одет в идеально облегающую темно-серую куртку из умной ткани, без единой царапины и высокие дорогие кроссовые ботинки. Волосы, уложенные в небрежный, но явно дорогой беспорядок, были неестественно серыми, и имели оттенок металлического тумана. Мужчина ухмыльнулся, и во взгляде его ясных, слишком ярких голубых глаз читалось веселое высокомерие.
- По правилам воздушного движения, приоритет у того, кто выше, красавица. А я, как видишь, был выше. Значительно.
Луна почувствовала, как у нее начинает дергаться левый глаз. «Красавица». Ее «любимое» обращение.
- Правила тут пишутся на ходу, - огрызнулась она, не двигаясь с места. - И пишут их те, кто быстрее. А ты мешаешь проходу. Сдвинься.
- О, горячая. Мне нравится, - незнакомец сделал преувеличенно задумчивое лицо. - Но, видишь ли, у меня тоже есть срочный заказ. Мастер Цзы. Блок Ж-87. Био-груз. Занятно, правда?
Вот черт. Конкуренция. И не просто конкуренция, а пафосный щеголь явно с больших уровней.
- Он уже заплатил мне задаток, - соврала Луна без тени сомнения. - Фактически, это мой груз. Ты опоздал. На… пять минут.
- Забавно, ведь он только что прислал мне подтверждение на браслет, - парень с игривой небрежностью поднял руку, демонстрируя дорогую модель коммуникатора с голографическим экраном. На нем явно светилось уведомление.
- Подделка, - отрезала девушка, ее пальцы уже постукивали по рукоятке троса-паутинки на поясе. - У мастеров с этого уровня нет денег на голо-рассылки.
«Седой» парень на секунду замешкался, и его ухмылка слегка потухла.
- Что ж, - сказал он, восстанавливая браваду. - Предлагаю цивилизованное решение. Кто первый доберется до мастерской, того и груз. Без подножек. Ну… почти.
Незнакомец бросил быстрый взгляд на шаткие тросы «Игольного ушка».
Луна медленно выдохнула. Ветер с восточного шпиля, как и предупреждал дядя Кэп, был действительно злой и коварный. Идеальный для того, чтобы сдуть зазнайку в бездну.
- Без подножек, - согласилась она, и в ее серых глазах мелькнула азартная искра. – Но, если что, ветер не считается.
- Игра началась! - крикнул конкурент и, не теряя ни секунды, рванул по тросу вперед, демонстрируя отточенную, спортивную технику.
Луна не побежала. Она понеслась. Ее потертые кроссовки не скользили, а буквально впивались в металл благодаря магнитам. Она не балансировала, она использовала каждый порыв ветра, каждое колебание троса, чтобы сделать резкий, нелогичный рывок. Она не бежала по тросу - она по нему скакала, как безумная белка, временами хватаясь руками за второй трос и перенося вес тела, чтобы не слететь.
Парень, обернувшись, на миг застыл от изумления, увидев, что девушка уже почти наравне с ним. Его идеальная техника дала трещину. Он закачался, пытаясь устоять против ее хаотичного, но очень эффективного стиля.
- Эй! Ты сказала без подножек! - крикнул незнакомец, когда Луна, раскачавшись, приземлилась на трос перед ним, заставив резко остановиться.
- Я и не подставляла ногу, - парировала девушка, уже отталкиваясь для финального прыжка к выходу с перехода. - Я просто использую среду. Рекомендую. Это бесплатно.
Она была уже на краю карниза блока Ж-87, когда услышала мужской смех - уже не насмешливый, а азартный и чуть сдавленный.
- Ладно, ладно, сегодня твой день, «Молния», - донесся голос несостоявшегося конкурента. Он разглядел рисунок на куртке Луны. - Но в следующий раз я надену магниты покрупнее!
- В следующий раз научись летать! - бросила девушка через плечо, уже скользя в темный сервисный тоннель, ведущий к мастерской Цзы. Уголки ее губ непроизвольно дрогнули. Пафосный, наглый, невыносимый… и, черт возьми, достаточно быстрый, чтобы не свалиться. Встреча оставила противный привкус конкуренции и странное, щекочущее нервы чувство азарта. Как будто в отлаженный, вертикальный мир вдруг врезался такой же безумец, только в дорогой упаковке.
«Ветер сегодня и правда злой, дядя Кэп, - подумала Луна, отыскивая в полумраке нужную дверь. - И принес он какую-то заразу».
День продолжился чередой заказов, ставших после утренней встречи чуть более пресными. Луна металась по вертикальным коридорам города, как стрелка на безумном циферблате: доставила контейнер с биодетекторами в госпиталь на уровне 1204, забрала сломанный нейроинтерфейс из лавки старьевщика в «бездне» и едва увернулась от патруля, проверяющего лицензии курьеров на скоростной магистрали для грузовых дронов.
В обеденный перерыв, устроившись на уступе вентиляционной шахты, она доела холодный паек, запивая его ледяным чаем из термоса, и снова поймала себя на мысли о сероволосом наглеце. Его ухмылка и слова «в следующий раз» отскакивали в голове, как назойливый мусор в воздушном потоке. Девушка сердито тряхнула головой, сгоняя наваждение. Ей было не до соперников ведь вечером предстояло Главное.
После полудня Луна взяла сложный заказ на доставку в самую что ни на есть толщу «шпилей». Поднявшись на внешнем лифте-платформе выше привычных маршрутов, она ощутила, как меняется мир: ветер становился холоднее и тоньше, голограммы - сдержаннее и дороже, а редкие прохожие в идеальных костюмах смотрели на ее потертую куртку с безразличным презрением, будто на пролетевшее насекомое. Грузом был маленький чип в защищенном контейнере. Луна сдала молчаливому привратнику в ливрее заказ, получила кредиты и, не задерживаясь ни секунды, отправилась в обратный путь, вниз, к своим сумеркам.
Обратная дорога заняла меньше времени. Девушка шла почти без остановок, двигаясь на автопилоте усталых мышц и выверенных годами рефлексов. Солнца здесь, внизу, не видели уже давно, и смена дня на вечер отмечалась лишь легким, едва уловимым посинением света в редких просветах между блоками и гулом включившихся неоновых вывесок.
Вернувшись в свой квартал, Луна не пошла домой сразу. Вместо этого она, как хищница, забралась на любимую «смотровую площадку» - ржавую техническую платформу у основания вентиляционного купола на уровне 612. Отсюда открывалась чудовищная и одновременно захватывающая дух панорама ярусов Арк-Сити. Вверх уходили, теряясь в смоге и иллюминации, бесконечные шпили. Вниз проваливалась черная, пульсирующая редкими огнями «бездна». И прямо перед девушкой, на гигантском фасаде небоскреба «Атлант», занимавшего весь соседний сектор, мерцала серая, безжизненная стена.
Именно на этом фасаде ровно в 20:00 по единому городскому времени должно было появиться ОНО. Объявление.
Сердце Луны билось с непривычной частотой, отстукивая последние минуты пятилетнего ожидания. Пять лет назад она была подростком, только начавшим лазить по вентиляционным шахтам, чтобы подработать. И тогда, случайно оказавшись на этом же самом месте, она впервые увидела Гонку.
То были не просто соревнования. Это был священный, кровавый и безумный ритуал всего Арк-Сити. «Вертикальный Рывок», или просто Гонка, проводилась раз в пять лет. Ее объявляли анонимные спонсоры с вершин «шпилей», и правила были просты и жестоки: старт на самом нижнем, заброшенном ярусе города. Финиш - на самой высокой объявленной точке, которая менялась каждый раз. Между ними - вся вертикаль Арк-Сити со всеми ее ловушками, секретными проходами, частными территориями, смертоносной инфраструктурой и дикими склонами гладкого полимера и хромированной стали. Можно было все. Нельзя было только одно - сдаться, не достигнув финиша. Но многие сдавались. Навсегда. Падая в бездну, сгорая в трансформаторных сетях, попадая под «очистительные» лучи частных охранных систем «шпилей».
Но тот, кто добирался до конца первым… Тот получал не просто деньги. Он получал «Ключ». Билет на самый верх, в закрытые элитные уровни, и сумму кредитов, которой хватило бы, чтобы купить там целый этаж и никогда больше не смотреть вниз. Для обитателей «бездны» это была сказка, мечта, цель. Возможно единственная. И ценой за нее была жизнь, ведь Гонка была не только с городом, но и друг с другом. Здесь топили, сталкивали, обманывали и предавали. Здесь стиралась грань между спортом и охотой.
Если бы у Вселенной была задняя парта, куда бы она сажала своих самых нерадивых учеников, то планета Арк занимала бы там почетное место у окна. Не то чтобы она была совсем уж безнадежной… нет проблема Арк была в чем-то другом. В избыточном, маниакальном, совершенно нелепом стремлении к вертикали.
Спустя несколько тысячелетий разумной жизни на планете вырос город, точнее, один сплошной город-панцирь - Арк-Сити. Это был плотный, колючий лес из многоэтажек, которые тут же, не стесняясь, перерастали в сверх-, гипер- и «ой-мамочки-куда-влезли-этажи».
Архитектура напоминала результат драки в магазине строительных конструкторов между двумя гиперактивными детьми. Здания не просто стояли - они нависали, пронзали друг друга мостами-иглами, образовывали арки из собственных пожарных лестниц и в целом вели себя так, будто закон гравитации был просто скучной рекомендацией. Рекламные голограммы, как лишайник, покрывали все свободное пространство, навязчиво предлагая: ««Вертикальные сны» - койко-место с видом на соседний блок!», «Кислородные бары «Выше Неба» - почувствуй головокружение от чистоты!» или «Протезы для любителей скалолазания».
На уровне куда уже не доходил ни солнечный свет, ни сигналы быстрого интернета, ютились трущобы с коротким названием «бездна». Здесь в вечном полумраке, под каплями конденсата с трубопроводов, кипела своя жизнь: лавчонки, чинящие кибер-конечности для курьеров-верхолазов, подпольные салоны, где с помощью зеркал и проекторов создавали иллюзию горизонта, и бары, где подавали «Флэт-колу» - запрещенный напиток, намекавший на существование чего-то столь же дикого, как ровная поверхность.
А на самых верхушках, в районе «шпилей», где воздух был разрежен, а цены запредельны, обитала элита. Они с презрением взирали вниз, на муравейник под ногами, и строили планы, как пристроить к своей башне еще одну посадочную площадку - повыше, чем у соседа. Потому что в Арк-Сити смысл жизни, карьеры и всего сущего упирался в один простой вопрос: «А твоя крыша сегодня выше моей?». И ответ «нет» был хуже, чем отключение электричества на всех двух миллионах этажей.
И именно в этом мире вечных сумерек, где тень была царицей, а искра ирония - единственной валютой, позволявшей не сойти с ума, и начиналась наша история. С того, что в нижнем, самом темном ярусе, где даже плесень росла скучая, произошло нечто совершенно невозможное, немыслимое и вопиюще сказочное.
Сегодня Луна, впрочем, как и каждый предыдущий день уже на протяжении пяти лет, встала очень рано. До звонка будильника оставалось еще целых десять минут, но глаза девушки открылись сами - серые, как утренний смог над трущобами, и уже настороженные. Сегодня ей предстояло совершить то, чего она так ждала, кажется, целую жизнь и так боялась одновременно. Но это случится вечером.
А пока ее будил запах жареного синтетического мяса от соседей и глухой храп из-за тонкой перегородки. Дядя Кэп снова заснул у голопанели, транслировавшей бесконечные репортажи с «шпилей». Луна бесшумно выскользнула из своего угла-алькова, задернув занавеску с принтом ужасного, но манящего ровного леса - запретный подарок с черного рынка. Квартирка была крошечной, как скорлупка, забитая хламом двух жизней: старыми деталями от «пауков» - небольшого автотранспорта, консервными банками «Официального Пайка Арк-Сити», и стопками потрепанных бумажных книг - маниакальным хобби дяди в мире голограмм.
Девушка натянула потертые, но невероятно цепкие кроссовки с магнитовставками на подошвах - главную роскошь курьера. Потом - пошитые на коленке черные штаны из плотной ткани, простую черную майку, и главный предмет гордости: кожаную куртку, когда-то сворованную с груза, списанного по акту «некондиция». Кожа была в потертостях и царапинах, но на плече кто-то давно вывел аэрозолем стилизованную молнию. В этой куртке Луна чувствовала себя неуязвимой.
Последний штрих - перчатки с обрезанными пальцами. Кожаные ладони и открытые подушечки. Курьеру нужно чувствовать каждую выбоину, каждый поручень, каждый трос, ведь от этого могла зависеть жизнь.
- Эй, сорванец, - прохрипел за перегородкой спросонок дядя Кэп. - Не гоняй по струнам бездумно. Ветер сегодня с восточного шпиля, говорят, злой.
- Уж я-то с ветром знакома, - буркнула Луна, закидывая за плечо походный рюкзак не из умных, дорогих тканей, а из простого, невероятно прочного брезента. - Оставила тебе паек. Не забудь поесть.
Работа звала. Девушка не пользовалась казенными «пауками» из муниципального парка. Ее инструменты – это ее собственные ноги, цепкость, знание города как своих пяти пальцев и набор приспособлений на поясе: карабины, катушка с тросом-паутинкой и магниты на липучках.
Мир Луны был не кабиной, а открытым вертикальным простором.
Девушка вышла не через парадную, которой не существовало, а через «куриный лаз» - служебный люк на боковой стене, выходивший прямо в безумный интерьер Арк-Сити. Здесь, на уровне 578 (примерно), воздух гудел, как в улье. Рекламные голограммы лизали стены, предлагая «Вертикальный взлет за три кредита!». Где-то выше, в просветах между нависающими этажами, жалобно светилось подобие неба. Внизу уходила в черную пропасть межкорпусного пространства, мерцающая редкими огнями «бездна».
Луна потянулась, костяшки хрустнули. Первый заказ на браслете-коммуникаторе, перехваченном с открытого канала, мигнул: «Срочно. Блок Ж-87. Мастер Цзы. Био-груз. Оплата наличными, без вопросов.»
Идеально. «Без вопросов» - любимые заказы.
Луна подошла к краю, где бетонный выступ обрывался в ничто. Ветер, действительно злой и порывистый, трепал длинные красные волосы, вырывавшиеся из-под самодельной повязки, и девушка раздраженно вновь убрала их в длинный хвост. Девушка присела на корточки, проверила крепление троса на поясе и щелкнула карабином. Пальцы в обрезанных перчатках обхватили выступ. Серые глаза на мгновение зажмурились, а потом взгляд стал острым, собранным и целевым. Не было ни страха, ни восторга. Была работа. Точный расчет и мышечная память.
И она шагнула в пустоту.
Не вниз, а поперек. Тело Луны метнулось по дуге, кроссовки с глухим стуком встретились со стеной соседнего блока. Магниты, щелкнув, зацепились за арматуру. Девушка оттолкнулась, сделала рывок и схватилась за пожарную лестницу, которая тут же сама по себе отошла от стены, образуя мостик к вентиляционной решетке. Луна пробежала по ней, как по перилам, и, не сбавляя темпа, прыгнула на пролетающий мимо грузовой лифт-платформу, полную бочек с технической смазкой.
Платформа с грохотом пронеслась мимо, и Луна, как кошка, приземлилась на узкий сервисный карниз. До блока Ж-87 оставалось лишь пересечь «Игольное ушко» - головокружительный переход в виде двух натянутых тросов, между которыми когда-то была сетка. Сейчас от нее остались лишь рваные клочья, трепетавшие на ветру.
Девушка уже сделала шаг, чтобы зацепить карабин, как сбоку метнулась тень. Кто-то спустился по вентиляционной трубе сверху, и с грацией, вызывающей раздражение, мягко приземлился прямо на трос, слегка раскачав его.
- Простите, зеленый свет был у меня, - прозвучал насмешливый голос.
Парень примерно того же возраста выглядел так будто только что сошел с подиума. Он был одет в идеально облегающую темно-серую куртку из умной ткани, без единой царапины и высокие дорогие кроссовые ботинки. Волосы, уложенные в небрежный, но явно дорогой беспорядок, были неестественно серыми, и имели оттенок металлического тумана. Мужчина ухмыльнулся, и во взгляде его ясных, слишком ярких голубых глаз читалось веселое высокомерие.
- По правилам воздушного движения, приоритет у того, кто выше, красавица. А я, как видишь, был выше. Значительно.
Луна почувствовала, как у нее начинает дергаться левый глаз. «Красавица». Ее «любимое» обращение.
- Правила тут пишутся на ходу, - огрызнулась она, не двигаясь с места. - И пишут их те, кто быстрее. А ты мешаешь проходу. Сдвинься.
- О, горячая. Мне нравится, - незнакомец сделал преувеличенно задумчивое лицо. - Но, видишь ли, у меня тоже есть срочный заказ. Мастер Цзы. Блок Ж-87. Био-груз. Занятно, правда?
Вот черт. Конкуренция. И не просто конкуренция, а пафосный щеголь явно с больших уровней.
- Он уже заплатил мне задаток, - соврала Луна без тени сомнения. - Фактически, это мой груз. Ты опоздал. На… пять минут.
- Забавно, ведь он только что прислал мне подтверждение на браслет, - парень с игривой небрежностью поднял руку, демонстрируя дорогую модель коммуникатора с голографическим экраном. На нем явно светилось уведомление.
- Подделка, - отрезала девушка, ее пальцы уже постукивали по рукоятке троса-паутинки на поясе. - У мастеров с этого уровня нет денег на голо-рассылки.
«Седой» парень на секунду замешкался, и его ухмылка слегка потухла.
- Что ж, - сказал он, восстанавливая браваду. - Предлагаю цивилизованное решение. Кто первый доберется до мастерской, того и груз. Без подножек. Ну… почти.
Незнакомец бросил быстрый взгляд на шаткие тросы «Игольного ушка».
Луна медленно выдохнула. Ветер с восточного шпиля, как и предупреждал дядя Кэп, был действительно злой и коварный. Идеальный для того, чтобы сдуть зазнайку в бездну.
- Без подножек, - согласилась она, и в ее серых глазах мелькнула азартная искра. – Но, если что, ветер не считается.
- Игра началась! - крикнул конкурент и, не теряя ни секунды, рванул по тросу вперед, демонстрируя отточенную, спортивную технику.
Луна не побежала. Она понеслась. Ее потертые кроссовки не скользили, а буквально впивались в металл благодаря магнитам. Она не балансировала, она использовала каждый порыв ветра, каждое колебание троса, чтобы сделать резкий, нелогичный рывок. Она не бежала по тросу - она по нему скакала, как безумная белка, временами хватаясь руками за второй трос и перенося вес тела, чтобы не слететь.
Парень, обернувшись, на миг застыл от изумления, увидев, что девушка уже почти наравне с ним. Его идеальная техника дала трещину. Он закачался, пытаясь устоять против ее хаотичного, но очень эффективного стиля.
- Эй! Ты сказала без подножек! - крикнул незнакомец, когда Луна, раскачавшись, приземлилась на трос перед ним, заставив резко остановиться.
- Я и не подставляла ногу, - парировала девушка, уже отталкиваясь для финального прыжка к выходу с перехода. - Я просто использую среду. Рекомендую. Это бесплатно.
Она была уже на краю карниза блока Ж-87, когда услышала мужской смех - уже не насмешливый, а азартный и чуть сдавленный.
- Ладно, ладно, сегодня твой день, «Молния», - донесся голос несостоявшегося конкурента. Он разглядел рисунок на куртке Луны. - Но в следующий раз я надену магниты покрупнее!
- В следующий раз научись летать! - бросила девушка через плечо, уже скользя в темный сервисный тоннель, ведущий к мастерской Цзы. Уголки ее губ непроизвольно дрогнули. Пафосный, наглый, невыносимый… и, черт возьми, достаточно быстрый, чтобы не свалиться. Встреча оставила противный привкус конкуренции и странное, щекочущее нервы чувство азарта. Как будто в отлаженный, вертикальный мир вдруг врезался такой же безумец, только в дорогой упаковке.
«Ветер сегодня и правда злой, дядя Кэп, - подумала Луна, отыскивая в полумраке нужную дверь. - И принес он какую-то заразу».
День продолжился чередой заказов, ставших после утренней встречи чуть более пресными. Луна металась по вертикальным коридорам города, как стрелка на безумном циферблате: доставила контейнер с биодетекторами в госпиталь на уровне 1204, забрала сломанный нейроинтерфейс из лавки старьевщика в «бездне» и едва увернулась от патруля, проверяющего лицензии курьеров на скоростной магистрали для грузовых дронов.
В обеденный перерыв, устроившись на уступе вентиляционной шахты, она доела холодный паек, запивая его ледяным чаем из термоса, и снова поймала себя на мысли о сероволосом наглеце. Его ухмылка и слова «в следующий раз» отскакивали в голове, как назойливый мусор в воздушном потоке. Девушка сердито тряхнула головой, сгоняя наваждение. Ей было не до соперников ведь вечером предстояло Главное.
После полудня Луна взяла сложный заказ на доставку в самую что ни на есть толщу «шпилей». Поднявшись на внешнем лифте-платформе выше привычных маршрутов, она ощутила, как меняется мир: ветер становился холоднее и тоньше, голограммы - сдержаннее и дороже, а редкие прохожие в идеальных костюмах смотрели на ее потертую куртку с безразличным презрением, будто на пролетевшее насекомое. Грузом был маленький чип в защищенном контейнере. Луна сдала молчаливому привратнику в ливрее заказ, получила кредиты и, не задерживаясь ни секунды, отправилась в обратный путь, вниз, к своим сумеркам.
Обратная дорога заняла меньше времени. Девушка шла почти без остановок, двигаясь на автопилоте усталых мышц и выверенных годами рефлексов. Солнца здесь, внизу, не видели уже давно, и смена дня на вечер отмечалась лишь легким, едва уловимым посинением света в редких просветах между блоками и гулом включившихся неоновых вывесок.
Вернувшись в свой квартал, Луна не пошла домой сразу. Вместо этого она, как хищница, забралась на любимую «смотровую площадку» - ржавую техническую платформу у основания вентиляционного купола на уровне 612. Отсюда открывалась чудовищная и одновременно захватывающая дух панорама ярусов Арк-Сити. Вверх уходили, теряясь в смоге и иллюминации, бесконечные шпили. Вниз проваливалась черная, пульсирующая редкими огнями «бездна». И прямо перед девушкой, на гигантском фасаде небоскреба «Атлант», занимавшего весь соседний сектор, мерцала серая, безжизненная стена.
Именно на этом фасаде ровно в 20:00 по единому городскому времени должно было появиться ОНО. Объявление.
Сердце Луны билось с непривычной частотой, отстукивая последние минуты пятилетнего ожидания. Пять лет назад она была подростком, только начавшим лазить по вентиляционным шахтам, чтобы подработать. И тогда, случайно оказавшись на этом же самом месте, она впервые увидела Гонку.
То были не просто соревнования. Это был священный, кровавый и безумный ритуал всего Арк-Сити. «Вертикальный Рывок», или просто Гонка, проводилась раз в пять лет. Ее объявляли анонимные спонсоры с вершин «шпилей», и правила были просты и жестоки: старт на самом нижнем, заброшенном ярусе города. Финиш - на самой высокой объявленной точке, которая менялась каждый раз. Между ними - вся вертикаль Арк-Сити со всеми ее ловушками, секретными проходами, частными территориями, смертоносной инфраструктурой и дикими склонами гладкого полимера и хромированной стали. Можно было все. Нельзя было только одно - сдаться, не достигнув финиша. Но многие сдавались. Навсегда. Падая в бездну, сгорая в трансформаторных сетях, попадая под «очистительные» лучи частных охранных систем «шпилей».
Но тот, кто добирался до конца первым… Тот получал не просто деньги. Он получал «Ключ». Билет на самый верх, в закрытые элитные уровни, и сумму кредитов, которой хватило бы, чтобы купить там целый этаж и никогда больше не смотреть вниз. Для обитателей «бездны» это была сказка, мечта, цель. Возможно единственная. И ценой за нее была жизнь, ведь Гонка была не только с городом, но и друг с другом. Здесь топили, сталкивали, обманывали и предавали. Здесь стиралась грань между спортом и охотой.
