- Знаешь, луна сегодня очень красивая, - произнес он загадочно, при этом глядя мне в глаза.
Его слова показались знакомыми. И меня оценило. В одной из книг, которые я озвучивала, эта фраза означала признание в любви. То есть даже здесь он решил сделать в моем любимом стиле.
Я стала лихорадочно вспоминать, как правильно ответить, чтобы откликнуться взаимностью.
- Марк, извини, я не помню правильный ответ, - призналась я к своему стыду. - Кажется, теперь ты знаешь меня даже лучше, чем я сама. Давай ты просто скажешь, что любишь меня.
- Я люблю тебя, - послушно вторил он.
- А ты - мое море, безграничное и ласковое, - неожиданно вспомнила я зашифрованный ответ.
Марк медленно наклонился и коснулся моих губ. Сначала поцелуй был нежным, едва ощутимым как дуновение летнего ветерка. Но с каждым мгновением он становился все более пылким, все более страстным. Его язык ласково скользил по моим губам, пробуждая бурю неконтролируемых эмоций. Сильные руки прижимали к себе, и я зарылась пальцами в его волосы, чувствуя их густоту и тепло.
Легкое платье скользнуло вниз, оставляя меня впервые обнаженной перед ним. В его глазах горели желание и благоговейный трепет, будто он впервые увидел мир после долгих лет слепоты.
Я повела его к костру, где Марк уложил меня на мягкий плед. Его губы скользнули ниже, к моей шее, к ключицам, груди. Он оставлял на моей коже горячие поцелуи, от которых по телу пробегала дрожь. Я застонала, чувствуя, как желание захлестывает с головой.
Он вошел в меня, и я ахнула от острого, но приятного ощущения. Марк двигался медленно, нежно, давая мне время привыкнуть.
Марк любил меня страстно, как никто не мог любить. Когда я посмотрела ему в глаза, то увидела в них затмение.
Он был готов открыться мне, впустить в свою душу.
Стоит захотеть, и тогда я узнаю абсолютно все - его мысли, чувства, секреты.
Все то, что оставалось недоступным для всего мира.
Но я лишь закрыла глаза, отдавшись чувствам, сфокусировавшись на его прикосновениях.
В этот момент я не существовала ни для кого, кроме Марка. Мир вокруг нас растворился, оставив только нас двоих, объятых пламенем страсти. Иногда казалось, что я теряла рассудок от калейдоскопа ярчайших прошибающих до дрожи ниточек удовольствия.
Когда все закончилось, мы лежали рядом изможденные, но счастливые. Я смотрела на звезды, сияющие на ночном небе, и думала о том, что моя любовь к Марку как бушующий океан. Она поглощает меня целиком, вытесняя боль, страх, ненависть, оставляя место только для нежных чувств.
Рядом с Марком меня окутывало чувство необъяснимой легкости, будто я парила над землей, оторванная от всех забот и тревог. Его лицо, обычно непроницаемое и отстраненное, в редкие моменты нежности преображалось. В уголках губ появлялись едва заметные морщинки, а в серебристых глазах загорались теплые искорки. В эти моменты я упивалась его взглядом, чувствуя, как он проникает в мою душу, читая все мои мысли и чувства.
Я любила каждую деталь его аристократичного и недоступного образа. Пшеничного цвета волосы, всегда слегка взъерошенные, будто он только что вернулся с прогулки по ветреному берегу. Грубые руки с ямочками от шрамов, и голос, глубокий и бархатный, завораживал и гипнотизировал.
- Как же я рада, что мы здесь, - прошептала я, прильнув к его груди.
- Знаешь, - задумчиво произнес Марк, - я никогда не думал, что буду так счастлив.
- Я тоже, - призналась я. - Еще совсем недавно не могла представить, что моя жизнь так изменится. Ты лучшее, что случилось в моей жизни.
- У меня есть для тебя подарок, - неожиданно заявил Марк, не сводя с меня холодного взгляда. - Дай мне руку.
Вильерс осторожно взял мою ладонь и надел на палец кольцо.
- Это Алжирский узел любви, - пояснил мужчина, - символ неразрывной связи при длительном расставании. Раньше моряки, уходя в плавание на месяцы и годы, оставляли возлюбленной морской узел, связанный из двух веревок. Символ того, что узы переплетенных тел будут хранить любовь навеки.
- Оно шикарное! Спасибо тебе большое! Но а что с твоим кольцом-напоминалкой? - ревностно спросила я, любуясь подарком любимого.
Марк молчал достал обручальное кольцо с Клавир и закинул далеко в море, тем самым оборвав с прошлым последние нитки.
Первые лучи солнца пробивались сквозь щели в ставнях, заливая комнату Евы золотистым светом. Сладко потянувшись в скромной постели, она выключила будильник и принялась за утреннюю рутину. Умылась прохладной водой из колодца, черпая ее старым ржавым ведром, затем приготовила простой завтрак: овсянка на молоке с горсткой свежих ягод, собранных у опушки леса.
Надев зеленую форменную рубашку, заправленную в потертые джинсы, Ева вышла на крыльцо. Она жадно вдохнула свежий, пахнущий хвоей воздух, наслаждаясь тишиной и покоем заповедника.
Сегодня она отправится в северную часть национального парка, где обитают редкие виды птиц. Взобравшись на самый высокий холм, женщина достала из рюкзака дрон и запустила в небо, чтобы начать патрулировать труднодоступные места. Беспилотник тихо жужжа кружил над лесом и неожиданно зафиксировал какое-то движение.
В сторону ее дома двигалась какая-то процессия.
Закинув ружье на спину, рейнджер ломанулась в сторону своего убежища, который так тщательно скрывала последний год. Благодаря должности смотрителя в заповедном парке, Еве удалось найти укромное место, чтобы спрятаться от Мурусов. Выданная экипировка для борьбы с браконьерами - дроны и фотоловушки - также сильно помогали выявлять незваных гостей.
Женщина добралась до дома и аккуратно зашла с заднего двора. Она затаилась в мохнатых кустах и прислушалась.
Незнакомцев было несколько. Слышны женские и мужские голоса… и все до боли знакомые.
Ева выглянула из своего укрытия и не поверила своим глазам.
- Мама?! - крикнула я, когда заметила в стороне какое-то движение.
- Доченька, Муся!
Родительница кинулась нам навстречу и крепко обняла меня. Она точно не ожидала этой встречи, ведь Марк в течение года уже виделся с ней и сообщил о случившемся.
- Ну конечно я твоя мама, - засмеялась она сквозь слезы, ответив на мой немой вопрос. - Но как? Марк, ты же сказал, что Киралина погибла.
Больше года прошло, как не стало Роберта. Словно ива, гнущаяся под ветром, но не ломающаяся, Ева оставалась сильной и красивой, с тонкими чертами лица и утонченной фигурой. Белокурые волосы, тронутые сединой, были убраны в высокий хвост. В ее осанке не было ни сутулости, ни скорби. Она по-прежнему держала спину ровно, а голову высоко, разве что руки, некогда нежные и холеные, теперь огрубели от работы.
- Привет, мам. Мы все так думали, но давай я чуть позже объясню, - пообещал Марк и продолжил: - У нас для тебя еще новости.
- Надеюсь, только хорошие. А то когда Магорианы рядом, - Ева кивнула в сторону Арми, стоявшего в стороне, намекая на его амбициозного дядю, - у меня большие сомнения.
- Обижаете, - театрально насупился Арманд. - Вы ж меня с пеленок знаете. Я вообще, вон, вашу Мусю всю сознательную жизнь оберегал. По-всякому.
Марк пропустил вперед Айрин. До этого девушка скромно стояла рядом с Ассюрансом, не мешая нашему воссоединению.
- Здравствуйте, - немного грубовато представилась пилот и протянула руку. - Айрин.
- Здравствуйте, - родительница аккуратно пожала протянутую руку и настороженно обратилась к Марку: - И это…
- Мам, это моя родная сестра и твоя дочь. Мы думали, что она умерла, поэтому ее и подменили на Киралину. Когда Арми и Айрин сошлись, то он начал копаться в ее прошлом. Оказывается, твоя дочь выжила и провела все детство в детском доме. Потом Венера почему-то забрала ее себе и вырастила в свою соратницу. Может, хотела в дальнейшем использовать как-то против нашей семьи. Да, и мы провели ДНК-тест. Айрин точно моя сестра.
Ева мягко улыбнулась и уже распахнула объятия девушке. Последняя смутилась, но ответила взаимностью. Айрин была выше мамы на целую голову - вот кому достались гены Роберта!
Сегодня новая родственница также предстала перед нами с настоящим цветом волос - русым как и у старшего брата. Оказывается, до этого она постоянно красилась в брюнетку, чтобы больше походить на своего бывшего наставника - Венеру.
- Это же прекрасно! Теперь у меня вместо двоих стало четверо детей! А напрягаться пришлось только с двумя, - засмеялась Ева, оглядывая нашу компанию с искоркой в глазах, но все же пригрозила Арми: - Но к тебе, Магориан, буду пристально приглядываться. Ты и так уже одну девочку мне испортил.
- Мааааммм… - заныла я. - Ты же обещала.
- Марк, - Арманд ехидно толкнул Муруса в плечо: - конечно не хвастаюсь, но я обеих твоих сестер… того.
- Того, Магориан, довел до сердечного приступа, - вставила я и ущипнула друга за щеку.
Сколько он еще будет подтрунивать над нашими прошлыми отношениями?
Хотя зачем я спрашиваю? Понятно, что до конца нашей дружбы - то есть всегда.
- Кого до чего, а меня только до оргазма, - встряла новообращенная сестрица и коварно улыбнулась.
Я сильно надеялась, что девчонка, став частью семьи, будет хотя бы пытаться наладить со мной отношения, тем более ей достался Арми, как и желала. Бывшая сотрудница Венеры не только не усмирила свой пыл, но и стала везде качать права, ведь теперь Марк ее родной брат, а Арманд суженый-ряженый.
Всю дорогу до маминого домика пилот пыталась меня задеть, задавать нескромные вопросы, порой откровенно спихивала с тропинки, когда я уставшая останавливалась перевести дух. Несколько раз дело чуть не доходило до драки, потому что Марка такое отношение не устраивало никак. Тем более он, в отличие от Магориана, еще отлично помнил, кто подложил бомбу, чтобы я сгорела в теле Артура.
В общем, мне срочно вновь надо накачать мышцы, приобрести тяжеленные ботинки, ну и пушка не помешает. Как мы помним, хорошо я умела только стрелять. И в следующий раз, выстрелю издалека. Рукопашный бой явно не мой конек.
Наконец, закончив с любезностями, мама пригласила нас в дом. Деревянный сруб из грубо отесанных досок служил одновременно обителем и центром научной деятельности, но был прост и функционален. Старая базовая мебель, минимум декора – все подчинено практичности.
Рабочий стол, заваленный картами, журналами и записями, соседствовал с микроскопом, пробирками и гербариями. В углу, словно часовой, стоял компьютер, готовый зафиксировать результаты исследований. Спальня, убранная с монашеской скромностью, служила местом для отдыха и восстановления сил. Небольшая, но уютная кухня, наполненная ароматами травяного чая, создавала атмосферу домашнего уюта.
Ева заварила всем напитки (мы поделились на два лагеря - кофеманов и “оттопыренных мизинчиков”, как я стала величать любителей чая), и мы с Армандом наперебой стали рассказывать о прошедшем годе, на что ушло все утро.
Мама также поделилась своей историей. После освобождения из плена Магорианов и спасаясь от преследования, она устроилась рейнджером в национальном парке. Здесь же и проживала, чтобы держаться подальше от населенных пунктов.
Ежедневно Ева патрулировала заповедные зоны, чтобы следить за порядком, выявляла нарушения и предотвращала их. Боролась с браконьерством, следила за численностью животных и растений, заботилась о редких и исчезающих видах. Иногда ее даже привлекали в научные проекты, например, для сбора данных о животных и растениях и мониторинге окружающей среды.
Айрин осторожно молчала и оценивала обстановку. Она пока оставалась чужой в этой компании, и я со злорадством надеялась, что все так и останется. Марк тоже участия в разговоре не принимал. Мурус вновь накинул бесстрастный образ, молча пил чай и вязал очередные узлы.
Время стремительно двигалось к обеду, поэтому мы принялись за готовку. Так как Айрин готовить не умела (ее воспитывали как солдата, а не домохозяйку), а Марк к готовке был далек как до Луны, трапезой занялись мы с Магорианом. Тем более нам хотелось оставить их наедине, чтобы семья в почти полном составе непринужденно пообщалась. Судя по неловкому молчанию, семейное воссоединение шло туго.
- Я не могу поверить, что ты сошелся с ней! - я угрожающе направила на друга нож.
Мы разложили продукты, которые предусмотрительно привезли маме, и теперь немного недоумевали, куда их складировать. У Евы нашелся только старенький и очень маленький холодильник, а небольшой стол и кухонный шкаф уже забиты ятством.
- Я же сказал, что она вряд ли тебе понравится, - Арми выставил вперед доску для нарезки, используя ее как щит.
- Она вообще-то бомбу подложила, чтобы меня укокошить! Признавайся, Магориан, что ты опять натворил? Или какой она собрала на тебя компромат? - я заговорщицки понизила голос и прошептала: - Я могу подсыпать ей яду в еду. Друг, я освобожу тебя. Ты только подмигни.
- Муся, дурында, - друг грубо обнял меня за плечи и растрепал волосы. - У нас любовь. Как и у вас с Марком. Только мы смеемся и страстно кувыркаемся в постели. А вы, дай угадаю, каждый день рыбачьте и книжонки свои читаете, верно?
- Да ты прямо за нами подглядывал, акробат, - шикнула я на сокурсника. Кувыркаются они, циркачи недоделанные. - А откуда, думаешь, сегодняшняя рыба?
- Ладно, дилетантка, отойди, - Арманд отобрал у меня нож и отодвинул от кухонного стола.
Магориан с азартом орудовал ножом, ловко разделывая свежепойманную рыбу. Его руки двигались быстро и уверенно, нарезая ровные кусочки аппетитного филе. Брюнет покрыл их ароматными травами, щедро сбрызнул оливковым маслом и лимонным соком, а затем ловко кинул на раскаленную сковороду.
Шипящее масло наполнило домик манящим запахом жареной рыбы. Арми, не отрываясь от дела, ловко переворачивал филе, следя за тем, чтобы они не подгорели.
- Но все же? Как вы сошлись? - вновь насела я другу на уши, нарезая овощи в большую деревянную миску. - Не подумай, я не ревную. - Арманд с укором взглянул на меня. - Ладно, разве что чуть-чуть. Мне просто не понятна твоя логика. Ты только узнаешь, что она по приказу убила твою лучшую подругу, а потом вы уже кувыркаетесь в постели?
- Суть ты уловила, - Арми шаловливо поиграл бровями, за что получил попкой от огурца в глаз. - Ауч! Конечно, все получилось не так быстро. После взрыва Айрин нас высадила, чтобы мы с Марком могли сбежать от Венеры. Она на самом деле сильно рисковала, так как по заданию должна была вернуть нас в генштаб. Я тогда предложил ей стать своим информатором, на что девушка согласилась. Мы несколько раз встречались в нейтральных зонах для обмена данным. Ну, а там уже закрутилось.
- Знаешь, тут как-то сильно попахивает какой-то дешевой мелодрамой. Ты был разбит, нуждался в крепком плече рядом, а тут Айрин… - начала я подкалывать. - Только что-то с ролями путаница возникла.
- Ничего ты не понимаешь, Аверина, или Вильерс, короче, как тебя там. Мы современная пара. Мы оба брутальные, и что с того?
- Ладно, а как про родство догадался?
- Знаешь, когда Марк узнал о твоей гибели, то схватил ее и собирался прикончить. Их лица на миг оказались очень близки. И мне показалось, что они как-то подозрительно похожи. - Мужчина выложил румяные филе на тарелки, украсив их зеленью и дольками лимона. - Когда уже начали встречаться, то решил узнать про нее чуть побольше.
Его слова показались знакомыми. И меня оценило. В одной из книг, которые я озвучивала, эта фраза означала признание в любви. То есть даже здесь он решил сделать в моем любимом стиле.
Я стала лихорадочно вспоминать, как правильно ответить, чтобы откликнуться взаимностью.
- Марк, извини, я не помню правильный ответ, - призналась я к своему стыду. - Кажется, теперь ты знаешь меня даже лучше, чем я сама. Давай ты просто скажешь, что любишь меня.
- Я люблю тебя, - послушно вторил он.
- А ты - мое море, безграничное и ласковое, - неожиданно вспомнила я зашифрованный ответ.
Марк медленно наклонился и коснулся моих губ. Сначала поцелуй был нежным, едва ощутимым как дуновение летнего ветерка. Но с каждым мгновением он становился все более пылким, все более страстным. Его язык ласково скользил по моим губам, пробуждая бурю неконтролируемых эмоций. Сильные руки прижимали к себе, и я зарылась пальцами в его волосы, чувствуя их густоту и тепло.
Легкое платье скользнуло вниз, оставляя меня впервые обнаженной перед ним. В его глазах горели желание и благоговейный трепет, будто он впервые увидел мир после долгих лет слепоты.
Я повела его к костру, где Марк уложил меня на мягкий плед. Его губы скользнули ниже, к моей шее, к ключицам, груди. Он оставлял на моей коже горячие поцелуи, от которых по телу пробегала дрожь. Я застонала, чувствуя, как желание захлестывает с головой.
Он вошел в меня, и я ахнула от острого, но приятного ощущения. Марк двигался медленно, нежно, давая мне время привыкнуть.
Марк любил меня страстно, как никто не мог любить. Когда я посмотрела ему в глаза, то увидела в них затмение.
Он был готов открыться мне, впустить в свою душу.
Стоит захотеть, и тогда я узнаю абсолютно все - его мысли, чувства, секреты.
Все то, что оставалось недоступным для всего мира.
Но я лишь закрыла глаза, отдавшись чувствам, сфокусировавшись на его прикосновениях.
В этот момент я не существовала ни для кого, кроме Марка. Мир вокруг нас растворился, оставив только нас двоих, объятых пламенем страсти. Иногда казалось, что я теряла рассудок от калейдоскопа ярчайших прошибающих до дрожи ниточек удовольствия.
Когда все закончилось, мы лежали рядом изможденные, но счастливые. Я смотрела на звезды, сияющие на ночном небе, и думала о том, что моя любовь к Марку как бушующий океан. Она поглощает меня целиком, вытесняя боль, страх, ненависть, оставляя место только для нежных чувств.
Рядом с Марком меня окутывало чувство необъяснимой легкости, будто я парила над землей, оторванная от всех забот и тревог. Его лицо, обычно непроницаемое и отстраненное, в редкие моменты нежности преображалось. В уголках губ появлялись едва заметные морщинки, а в серебристых глазах загорались теплые искорки. В эти моменты я упивалась его взглядом, чувствуя, как он проникает в мою душу, читая все мои мысли и чувства.
Я любила каждую деталь его аристократичного и недоступного образа. Пшеничного цвета волосы, всегда слегка взъерошенные, будто он только что вернулся с прогулки по ветреному берегу. Грубые руки с ямочками от шрамов, и голос, глубокий и бархатный, завораживал и гипнотизировал.
- Как же я рада, что мы здесь, - прошептала я, прильнув к его груди.
- Знаешь, - задумчиво произнес Марк, - я никогда не думал, что буду так счастлив.
- Я тоже, - призналась я. - Еще совсем недавно не могла представить, что моя жизнь так изменится. Ты лучшее, что случилось в моей жизни.
- У меня есть для тебя подарок, - неожиданно заявил Марк, не сводя с меня холодного взгляда. - Дай мне руку.
Вильерс осторожно взял мою ладонь и надел на палец кольцо.
- Это Алжирский узел любви, - пояснил мужчина, - символ неразрывной связи при длительном расставании. Раньше моряки, уходя в плавание на месяцы и годы, оставляли возлюбленной морской узел, связанный из двух веревок. Символ того, что узы переплетенных тел будут хранить любовь навеки.
- Оно шикарное! Спасибо тебе большое! Но а что с твоим кольцом-напоминалкой? - ревностно спросила я, любуясь подарком любимого.
Марк молчал достал обручальное кольцо с Клавир и закинул далеко в море, тем самым оборвав с прошлым последние нитки.
Эпилог.
Первые лучи солнца пробивались сквозь щели в ставнях, заливая комнату Евы золотистым светом. Сладко потянувшись в скромной постели, она выключила будильник и принялась за утреннюю рутину. Умылась прохладной водой из колодца, черпая ее старым ржавым ведром, затем приготовила простой завтрак: овсянка на молоке с горсткой свежих ягод, собранных у опушки леса.
Надев зеленую форменную рубашку, заправленную в потертые джинсы, Ева вышла на крыльцо. Она жадно вдохнула свежий, пахнущий хвоей воздух, наслаждаясь тишиной и покоем заповедника.
Сегодня она отправится в северную часть национального парка, где обитают редкие виды птиц. Взобравшись на самый высокий холм, женщина достала из рюкзака дрон и запустила в небо, чтобы начать патрулировать труднодоступные места. Беспилотник тихо жужжа кружил над лесом и неожиданно зафиксировал какое-то движение.
В сторону ее дома двигалась какая-то процессия.
Закинув ружье на спину, рейнджер ломанулась в сторону своего убежища, который так тщательно скрывала последний год. Благодаря должности смотрителя в заповедном парке, Еве удалось найти укромное место, чтобы спрятаться от Мурусов. Выданная экипировка для борьбы с браконьерами - дроны и фотоловушки - также сильно помогали выявлять незваных гостей.
Женщина добралась до дома и аккуратно зашла с заднего двора. Она затаилась в мохнатых кустах и прислушалась.
Незнакомцев было несколько. Слышны женские и мужские голоса… и все до боли знакомые.
Ева выглянула из своего укрытия и не поверила своим глазам.
- Мама?! - крикнула я, когда заметила в стороне какое-то движение.
- Доченька, Муся!
Родительница кинулась нам навстречу и крепко обняла меня. Она точно не ожидала этой встречи, ведь Марк в течение года уже виделся с ней и сообщил о случившемся.
- Ну конечно я твоя мама, - засмеялась она сквозь слезы, ответив на мой немой вопрос. - Но как? Марк, ты же сказал, что Киралина погибла.
Больше года прошло, как не стало Роберта. Словно ива, гнущаяся под ветром, но не ломающаяся, Ева оставалась сильной и красивой, с тонкими чертами лица и утонченной фигурой. Белокурые волосы, тронутые сединой, были убраны в высокий хвост. В ее осанке не было ни сутулости, ни скорби. Она по-прежнему держала спину ровно, а голову высоко, разве что руки, некогда нежные и холеные, теперь огрубели от работы.
- Привет, мам. Мы все так думали, но давай я чуть позже объясню, - пообещал Марк и продолжил: - У нас для тебя еще новости.
- Надеюсь, только хорошие. А то когда Магорианы рядом, - Ева кивнула в сторону Арми, стоявшего в стороне, намекая на его амбициозного дядю, - у меня большие сомнения.
- Обижаете, - театрально насупился Арманд. - Вы ж меня с пеленок знаете. Я вообще, вон, вашу Мусю всю сознательную жизнь оберегал. По-всякому.
Марк пропустил вперед Айрин. До этого девушка скромно стояла рядом с Ассюрансом, не мешая нашему воссоединению.
- Здравствуйте, - немного грубовато представилась пилот и протянула руку. - Айрин.
- Здравствуйте, - родительница аккуратно пожала протянутую руку и настороженно обратилась к Марку: - И это…
- Мам, это моя родная сестра и твоя дочь. Мы думали, что она умерла, поэтому ее и подменили на Киралину. Когда Арми и Айрин сошлись, то он начал копаться в ее прошлом. Оказывается, твоя дочь выжила и провела все детство в детском доме. Потом Венера почему-то забрала ее себе и вырастила в свою соратницу. Может, хотела в дальнейшем использовать как-то против нашей семьи. Да, и мы провели ДНК-тест. Айрин точно моя сестра.
Ева мягко улыбнулась и уже распахнула объятия девушке. Последняя смутилась, но ответила взаимностью. Айрин была выше мамы на целую голову - вот кому достались гены Роберта!
Сегодня новая родственница также предстала перед нами с настоящим цветом волос - русым как и у старшего брата. Оказывается, до этого она постоянно красилась в брюнетку, чтобы больше походить на своего бывшего наставника - Венеру.
- Это же прекрасно! Теперь у меня вместо двоих стало четверо детей! А напрягаться пришлось только с двумя, - засмеялась Ева, оглядывая нашу компанию с искоркой в глазах, но все же пригрозила Арми: - Но к тебе, Магориан, буду пристально приглядываться. Ты и так уже одну девочку мне испортил.
- Мааааммм… - заныла я. - Ты же обещала.
- Марк, - Арманд ехидно толкнул Муруса в плечо: - конечно не хвастаюсь, но я обеих твоих сестер… того.
- Того, Магориан, довел до сердечного приступа, - вставила я и ущипнула друга за щеку.
Сколько он еще будет подтрунивать над нашими прошлыми отношениями?
Хотя зачем я спрашиваю? Понятно, что до конца нашей дружбы - то есть всегда.
- Кого до чего, а меня только до оргазма, - встряла новообращенная сестрица и коварно улыбнулась.
Я сильно надеялась, что девчонка, став частью семьи, будет хотя бы пытаться наладить со мной отношения, тем более ей достался Арми, как и желала. Бывшая сотрудница Венеры не только не усмирила свой пыл, но и стала везде качать права, ведь теперь Марк ее родной брат, а Арманд суженый-ряженый.
Всю дорогу до маминого домика пилот пыталась меня задеть, задавать нескромные вопросы, порой откровенно спихивала с тропинки, когда я уставшая останавливалась перевести дух. Несколько раз дело чуть не доходило до драки, потому что Марка такое отношение не устраивало никак. Тем более он, в отличие от Магориана, еще отлично помнил, кто подложил бомбу, чтобы я сгорела в теле Артура.
В общем, мне срочно вновь надо накачать мышцы, приобрести тяжеленные ботинки, ну и пушка не помешает. Как мы помним, хорошо я умела только стрелять. И в следующий раз, выстрелю издалека. Рукопашный бой явно не мой конек.
Наконец, закончив с любезностями, мама пригласила нас в дом. Деревянный сруб из грубо отесанных досок служил одновременно обителем и центром научной деятельности, но был прост и функционален. Старая базовая мебель, минимум декора – все подчинено практичности.
Рабочий стол, заваленный картами, журналами и записями, соседствовал с микроскопом, пробирками и гербариями. В углу, словно часовой, стоял компьютер, готовый зафиксировать результаты исследований. Спальня, убранная с монашеской скромностью, служила местом для отдыха и восстановления сил. Небольшая, но уютная кухня, наполненная ароматами травяного чая, создавала атмосферу домашнего уюта.
Ева заварила всем напитки (мы поделились на два лагеря - кофеманов и “оттопыренных мизинчиков”, как я стала величать любителей чая), и мы с Армандом наперебой стали рассказывать о прошедшем годе, на что ушло все утро.
Мама также поделилась своей историей. После освобождения из плена Магорианов и спасаясь от преследования, она устроилась рейнджером в национальном парке. Здесь же и проживала, чтобы держаться подальше от населенных пунктов.
Ежедневно Ева патрулировала заповедные зоны, чтобы следить за порядком, выявляла нарушения и предотвращала их. Боролась с браконьерством, следила за численностью животных и растений, заботилась о редких и исчезающих видах. Иногда ее даже привлекали в научные проекты, например, для сбора данных о животных и растениях и мониторинге окружающей среды.
Айрин осторожно молчала и оценивала обстановку. Она пока оставалась чужой в этой компании, и я со злорадством надеялась, что все так и останется. Марк тоже участия в разговоре не принимал. Мурус вновь накинул бесстрастный образ, молча пил чай и вязал очередные узлы.
Время стремительно двигалось к обеду, поэтому мы принялись за готовку. Так как Айрин готовить не умела (ее воспитывали как солдата, а не домохозяйку), а Марк к готовке был далек как до Луны, трапезой занялись мы с Магорианом. Тем более нам хотелось оставить их наедине, чтобы семья в почти полном составе непринужденно пообщалась. Судя по неловкому молчанию, семейное воссоединение шло туго.
- Я не могу поверить, что ты сошелся с ней! - я угрожающе направила на друга нож.
Мы разложили продукты, которые предусмотрительно привезли маме, и теперь немного недоумевали, куда их складировать. У Евы нашелся только старенький и очень маленький холодильник, а небольшой стол и кухонный шкаф уже забиты ятством.
- Я же сказал, что она вряд ли тебе понравится, - Арми выставил вперед доску для нарезки, используя ее как щит.
- Она вообще-то бомбу подложила, чтобы меня укокошить! Признавайся, Магориан, что ты опять натворил? Или какой она собрала на тебя компромат? - я заговорщицки понизила голос и прошептала: - Я могу подсыпать ей яду в еду. Друг, я освобожу тебя. Ты только подмигни.
- Муся, дурында, - друг грубо обнял меня за плечи и растрепал волосы. - У нас любовь. Как и у вас с Марком. Только мы смеемся и страстно кувыркаемся в постели. А вы, дай угадаю, каждый день рыбачьте и книжонки свои читаете, верно?
- Да ты прямо за нами подглядывал, акробат, - шикнула я на сокурсника. Кувыркаются они, циркачи недоделанные. - А откуда, думаешь, сегодняшняя рыба?
- Ладно, дилетантка, отойди, - Арманд отобрал у меня нож и отодвинул от кухонного стола.
Магориан с азартом орудовал ножом, ловко разделывая свежепойманную рыбу. Его руки двигались быстро и уверенно, нарезая ровные кусочки аппетитного филе. Брюнет покрыл их ароматными травами, щедро сбрызнул оливковым маслом и лимонным соком, а затем ловко кинул на раскаленную сковороду.
Шипящее масло наполнило домик манящим запахом жареной рыбы. Арми, не отрываясь от дела, ловко переворачивал филе, следя за тем, чтобы они не подгорели.
- Но все же? Как вы сошлись? - вновь насела я другу на уши, нарезая овощи в большую деревянную миску. - Не подумай, я не ревную. - Арманд с укором взглянул на меня. - Ладно, разве что чуть-чуть. Мне просто не понятна твоя логика. Ты только узнаешь, что она по приказу убила твою лучшую подругу, а потом вы уже кувыркаетесь в постели?
- Суть ты уловила, - Арми шаловливо поиграл бровями, за что получил попкой от огурца в глаз. - Ауч! Конечно, все получилось не так быстро. После взрыва Айрин нас высадила, чтобы мы с Марком могли сбежать от Венеры. Она на самом деле сильно рисковала, так как по заданию должна была вернуть нас в генштаб. Я тогда предложил ей стать своим информатором, на что девушка согласилась. Мы несколько раз встречались в нейтральных зонах для обмена данным. Ну, а там уже закрутилось.
- Знаешь, тут как-то сильно попахивает какой-то дешевой мелодрамой. Ты был разбит, нуждался в крепком плече рядом, а тут Айрин… - начала я подкалывать. - Только что-то с ролями путаница возникла.
- Ничего ты не понимаешь, Аверина, или Вильерс, короче, как тебя там. Мы современная пара. Мы оба брутальные, и что с того?
- Ладно, а как про родство догадался?
- Знаешь, когда Марк узнал о твоей гибели, то схватил ее и собирался прикончить. Их лица на миг оказались очень близки. И мне показалось, что они как-то подозрительно похожи. - Мужчина выложил румяные филе на тарелки, украсив их зеленью и дольками лимона. - Когда уже начали встречаться, то решил узнать про нее чуть побольше.
