***
Войдя в общежитие, Жора посмотрел на круглые настенные часы над будкой вахтёрши - стрелки показывали 18.30. Отметившись на вахте, он прошёл в комнату Нины. Она к его удовольствию была одна. Её подружки убежали на танцы с какими-то парнями. Но вместо того, чтобы броситься, как раньше, в его объятья, Нина прошла к своей кровати, села на неё и посмотрела на него долгим серьёзным взглядом. Жора выложил на стол принесённое, повернулся к Нине и... увидел её опухшие от слёз серьёзные глаза.
- Нинок, что случилось? - Жора постарался спросить, как можно мягче.
- Тут такое дело, Жора! - голос её был серьёзным и печальным. - Не знаю, как ты отнесёшься к этому...
- Да, что случилось то? - Жора выказывал нетерпение.
- Жора, я уже давно хотела тебе сказать. А ты всё не приходил!
- Так сказала бы через моих друзей!
- Нет, такое я могу сказать только тебе!
От таких слов у Жоры в голове что-то сложилось, и неясное предчувствие сковало его.
- Жора, ты любишь меня? - неожиданно спросила Нина.
- К чему такой вопрос? Ты же знаешь, что я хорошо к тебе отношусь!
- Значит, о любви говорить нет смысла... В общем, такое дело, у нас с тобой будет ребёнок!
Жора, поражённый услышанным, сел на чью-то кровать.
- А, это точно? Ты точно беременна?
- Да, я уже у гинеколога несколько раз была. На учёте состою.
- Так может, - мозг Жоры попытался найти решение этой неожиданной удавки. - Может можно аборт сделать?
- Я не могу! Сроки прошли! - голос Нины был печальным. - И знаешь, это первая беременность у меня - надо родить, чтобы потом осложнений не было!
В мозгу Жоры закрутились мысли - он не видел Нину с тех двух раз почти полгода - почему она утверждает, что ребёнок от него?
- Нина, ты уверена, что ребёнок от меня? - спросил он её с некоторым подозрением.
- Конечно! После нашего с тобой знакомства я больше ни с кем... - она, чуть замолчав, подыскала правильные слова, - ни с кем не встречалась. И дни высчитала - это точно твой ребёнок!
Но в мозгу Жоры опять всплыло видение, как Нина в объятиях какого-то волосатого мужика крутится на матрасе. Он даже замотал головой от отвращения!
- Интересно, чего она хочет от меня? - подумал Жора.
- Жениться на ней я точно не буду! Не хватало мне со шлюхой свою жизнь связать! - продолжал он выстраивать свою логику в уме.
Ещё недавняя симпатия к Нине теперь резко сменилась на твёрдую неприязнь!
- И что же ты хочешь от меня? - спросил он её надменно.
- Я понимаю, что без любви говорить о женитьбе смысла нет! Я понимаю, что тебе - мальчику из обеспеченной семьи - не захочется связать жизнь с такой, как я.
- Правильно понимаешь! - не удержался от язвительного комментария Жора.
- Но, ребёнок - твой! Признай пожалуйста ребёнка и помоги мне в его воспитании! - голос её стал просительным.
Он посмотрел на её когда-то так понравившееся ему овальное с правильными чертами лицо, на её теперь не голубые, а как будто посеревшие, глаза и сказал:
- А я вот уверен, что это не мой ребёнок! - голос его стал жёстким. - Кувыркалась со всеми подряд! Нагуляла ребёнка, а теперь на меня хочешь повесить это бремя? Нашла дурака!
Он вскочил с кровати, и решительно зашагал к двери на выход.
Она бросилась за ним, упала на колени, схватила его руками за ноги:
- Жора, мне одной не прокормить, не воспитать малыша! Где мне жить? В деревню к бедноте, к пьяницам родителям я вернуться тем более с ребёнком не смогу! Здесь мне отдельную комнату, я уже узнавала, не дадут. На аренду где-нибудь комнаты лишних денег при моей зарплате нет! Жора, что мне делать?
- Я в твоих бедах ни при чём! Выпутывайся сама! - он с усилием выдернул одну ногу из рук Нины.
- Но, это ведь твой ребёночек будет! Клянусь, это твой ребёнок! - она говорила, уже захлёбываясь в плаче. - Жора, помоги!
Он схватил её руки, отвёл в стороны и резко шагнул за дверь!
***
Снова потянулись дни, недели, месяцы. Прошла весенняя сессия со множеством напряжённых экзаменов. После июльской производственной практики можно было планировать поездку на месяц домой на летние каникулы.
Конечно, за прошедшие с их последней встречи полгода Жора частенько вспоминал Нину. У него за это время были краткосрочные знакомства с двумя женщинами. Теперь он никому ничего даже мысленно не обещал! Но, не лукавя перед самим собой, Жора осознавал, что никакая из встреченных им женщин не отдавалась ему с таким умением и с такой преданностью, как Нина. В каких-то обрывочных снах он видел её божественно красивое лицо, её бездонные голубые глаза. И даже во сне он сокрушался, что так не кстати случилась у неё затянувшаяся беременность без возможности аборта, которая неожиданно для него расстроила их отношения.
Однажды в начале июля Жора шёл по улице недалеко от швейного общежития. Заходить туда он не собирался - дело у него было в нескольких кварталах от этого места. Жил он ещё в своём общежитии, домой на летние каникулы собирался уехать в начале августа. Он подходил к пешеходному переходу. Людей было немного. Проезжающие трамваи звенели на поворотах, машины шуршали шинами.
- Жора! - услышал он женский окрик где-то позади себя.
Он обернулся - оглядел несколько человек, стоявших чуть поодаль - несколько женщин стояли порознь, две девушки о чём-то разговаривали между собой, подальше стояла худенькая старушка в каком-то блёклом то ли платьице, то ли халате и стоптанных тапках на босых ногах. Знакомых Жора глазами не отыскал...
Он снова повернулся к переходу, и собрался уже на зелёный свет светофора шагнуть на проезжую часть, как снова услышал этот пронзительный женский крик:
- Жора!
Он повернулся на крик уже всем корпусом и снова стал смотреть назад, пытаясь отыскать глазами знакомую женщину. Худенькая старушка двинулась по направлению к нему!
Чем ближе она подходила, чем внимательнее он рассматривал её, тем страшнее ему становилось - сквозь морщины страданий, в осунувшемся лице и тёмных кругах вокруг серых угасших глаз он узнавал... Нину!
Она подошла совсем близко и почти плачущим голоском тихо сказала:
- Родила я сыночка! 52 см, три триста - богатырь! Крепенький такой!
Жора стоял, оглушённый даже не словами, а видом этой измученной женщины.
- И... и... - она горько заплакала. - Пришлось мне отказаться от ребёночка! Забрали его от меня!
Она плакала уже навзрыд, сотрясаясь всем своим худеньким телом.
Ему стало жаль эту несчастную женщину, но... ведь она сама виновата, что нагуляла этого ребёнка от какого-то проходимца. Он уже давно решил для себя, что это не его ребёнок! Тем более в его планах было доучиться и получить диплом! Никакие дети в этот план не вписывались!
- Нина, мне жаль! Но в этом вопросе я ничем тебе помочь не могу!
- Жора, это твой сыночек! - Нина подняла на него заплаканные и выцветшие от страданий глаза.
- Нет! Он не мог быть моим! Я не имею к нему никакого отношения!
На них уже оборачивались прохожие - некоторые остановились и стали прислушиваться к их разговору.
Жора резко повернулся, и... побежал от Нины прочь!
***
В конце июля один из его корешей по Вышке, с которым он когда-то первый раз ходил к Нине, поймав его в столовой, сказал:
- Слушай, Жора! Помнишь ту женщину из швейного общежития, с которой у тебя было что-то? - он говорил торопливо, видимо куда-то спешил.
- Помню. И что? - неприятный холодок пополз по затылку.
- Неужели, - подумал он, - теперь она через корешей моих будет упрекать, доставать меня?
- Так всё! - пояснил друг курсант. - Похоронили её на прошлой неделе. Говорят отравилась...
Жора стоял, поражённый услышанным!
А друг, увидев впечатление Жоры, пояснил:
- Подруги из её комнаты говорили, что она после родов ходила, как помешанная. Не удивительно, что вот к такому концу пришла...
