- Чай хороший - краснодарский у меня дома есть, - пояснил он Даше. - Чаем с бутербродами тебя угощу. Проголодалась наверное?
Даша снова посмотрела на него внимательным даже серьёзным взглядом. Может хотела сказать, что не встречала такой заботы и внимания от парней! А может подумала о чём-то другом. Но видимо не нашла нужных слов и промолчала.
Вскоре они вошли в первый от угла подъезд панельного дома - прошли парадную с аккуратными рядами покрашенных жёлтой краской почтовых ящиков, поднялись на просторную площадку первого этажа и вызвали лифт. Пока кабинка с каким-то железным скрежетом спускалась к ним сверху дверь подъезда хлопнула, и к ним на площадку поднялась женщина средних лет с увесистой сумкой в руках. Прибывший лифт открыл двери, и они втроём втиснулись в узкую кабинку. Михаил, пропустивший дам вперёд, в результате оказался лицом к лицу с незнакомой женщиной, и всю дорогу до её четвёртого этажа простоял притиснутый к её полной груди.
- Понравилось? - ухмыльнулась Даша, когда женщина вышла на своём этаже, а их кабинка поехала дальше.
- Это мучение - вынужденно прижиматься к незнакомой женщине!
Он подумал, что с гораздо большим энтузиазмом прижался бы к Дашеньке! Однако, лифт тем временем доехал уже до его шестого этажа.
Михаил своим ключом двумя поворотами открыл нижний замок, и они вошли в квартиру. В квартире было светло и свежо - Миша всегда оставлял окна открытыми. На удивление не пахло лаком - даже дышалось как-то легко. Наверное потому, что после дневного зноя они попали в тенистое место.
У дверей стояли 4 пары тапочек. Миша скинул свои кеды, всунул ноги в шлёпанцы. Рукой придвинул Даше совершенно новые чистые женские тапочки.
- Почему так много тапок? - спросила его Даша. - В квартире так много людей живёт?
- Нет, никто вообще не живёт. Даже я здесь бываю урывками по мере ремонта, - пояснил Михаил. - А тапки я купил впрок - на случай гостей. Вот видишь - пригодились!
Даша сняла босоножки, надела тапки и прошлась по коридору. Коридор был оклеен светлыми бумажными обоями. В торце слева и прямо напротив входной двери были два проёма межкомнатных дверей, покрашенных белой глянцевой краской. Даша, приоткрыв одну межкомнатную дверь, заглянула внутрь. Прямоугольная комната площадью почти 20 квадратных метров была совершенно пуста. Сквозь тюль окна лучи света били в свежеокрашенный лаком паркет, и он отблескивал янтарным золотом.
- Красивая комната! - похвалила она. - И такая просторная!
Потом она подошла к другой двери. Комната оказалась площадью поменьше и уже обжитой. На окне висели 2 тканевые занавески, затмевающие солнечный свет. Вдоль одной стенки стояла застеленная кушетка, У торцевой стенки справа от входа бельевой шкаф. Пол тоже был паркетным, но с соломенно-бледным отливом.
- А здесь я вижу, твоя комната. Так получается?
Мише было приятно, что она так внимательно исследует его квартиру. В душе теплилась надежда, что ей понравится здесь! А родители перед тем, как он принялся за ремонт, сказали, что сразу передадут эту квартиру ему, как только он женится. Пока же он жил с родителями в квартире в центре города.
Потом Даша прошлась по кухне, где уже стоял холодильник, стол, табуретки, электроплита. Заглянула в раздельные туалет и ванную.
Миша, предварительно помыв руки с мылом, остался на кухне, нарезая булку и открывая шпроты.
- Миша, - вдруг обратилась к нему стоящая в коридоре Даша. - У тебя же найдётся лишнее сухое полотенце? Я вся в песке после того пляжа. Можно я у тебя душ приму?
- Конечно, конечно, Дашенька! Зайди в комнату и выбери в шкафу всё, что тебе надо! Мыло и шампунь в ванной есть. А фен для сушки волос в коридоре на тумбочке лежит.
Миша колдовал на кухне и в душе радовался, что вот как всё почти по-семейному складывается у него с Дашей.
В ванной зашумели струи душа. Миша разложил на тарелки бутерброды, даже выложил заранее купленные когда-то цветные салфетки. Вскипятил чайник. Стал готовить душистую заварку.
В это время Даша, завёрнутая в широкое банное полотенце - как хорошо, что он тоже принёс его на эту квартиру - уже вышла в коридор и зашумела феном. Потом пошла в маленькую комнату, в которой видимо осталась её одежда.
- Знаешь, Дашенька, - громко из кухни проговорил Миша. - Я пожалуй тоже ополоснусь! Сядем к столу чистенькими и свеженькими!
Он, чтобы не заходить в комнату и не смущать Дашу, взял из своей наплечной сумки, стоящей на полке в коридоре, полотенце, которым вытирался ещё на пляже. Зашёл в ванную комнату, разделся, перешагнул стенку ванной чаши и быстро, чтобы не задерживать Дашу, минут за 5 помылся.
Выйдя из ванной в одних трусах, он повернул голову направо и думал, что увидит Дашу на кухне. Но там её не было!
Он прошёл по коридору, приоткрыл дверь маленькой комнаты и... обомлел!
Даша лежала на его кушетке - она была под одеялом, на белой глади подушки раскинулись, как ореол вокруг головы, свежевымытые с медным отливом волосы. Она приоткрыла край одеяла и позвала его:
- Иди ко мне!
Миша медленно, боясь спугнуть чудное виденье, приблизился и опустился на колени возле кушетки. В приоткрытое Дашей одеяло он всунул свою голову и начал целовать её грудь, шею, лицо. Она запустила свои пальцы в его волосы и то мягко гладила, то крепко сжимала и тянула их.
- Не стой на полу! Приляг ко мне!
- Я холодный! - чужим, незнакомым от волнения, голосом промолвил Михаил.
- Ничего, я тебя согрею!
Миша взобрался на кушетку. Действительно тело её горело жаром! Через минуту жар этот перетёк в него. Неловко ворочаясь, под одеялом он стянул с себя трусы, и всем телом прижался к Даше. Дальнейшее получилось, как во сне! В какой-то момент он запомнил, как качался над ней, приподнимая себя на вытянутых руках, а под собой он видел красивое и теперь такое родное лицо Дашеньки. Она лежала с закрытыми глазами, с подрагивающими от возбуждения ресницами и то ли стонала, то ли что-то пыталась сказать...
- Дашенька, любимая! Дорогая! - он, чуть опускаясь, покрывал своими поцелуями её лицо, впивался в её сочные пухлые губки.
После кульминации он обессиленно лёг на неё. Её тело ещё подрагивало...
Через пару минут она высвободилась из-под него и со словами:
- Я в душ - быстренько! - почти на цыпочках босиком выбежала из комнаты.
- На обратном пути она ноги запачкает, - подумал Михаил и, найдя глазами на полу в комнате её тапочки, встал и отнёс их к порогу ванной комнаты.
Вернувшись в комнату, он поднял одеяло, чтобы разыскать свои трусы и... уставился на нижнюю простыню - на ней размазались красноватые пятна.
- Вот тебе раз! - подумал он с удивлением. - Выходит у неё в эти дни месячные.
Хотя сравнить ему было не с чем! С женщиной вот так по-настоящему он был первый раз в жизни! В кругу парней, которые хвастались своими победами у женщин, он говорил иногда, что у него тоже было... Но себе он мог не врать! Сегодня он испытал ЭТО первый раз в жизни!
Скрипнула дверь ванной. Миша успел натянуть трусы. Даша уже в белье вернулась в комнату. Поспешно стала стягивать эту простынь с кушетки - скомкала её, отнесла в свою пляжную сумку.
Вернувшись в комнату, спросила Мишу:
- Ты ведь купишь другую простынь? Чтобы твоя мама не заметила пропажу?
- Конечно куплю! Не беспокойся! - ответил Михаил сразу. - А почему ты думаешь, что она заметит?
- Женщины такие вещи сразу отслеживают!
***
Так и не покушав, не выпив чаю, Даша засобиралась на улицу:
- Надо ехать. А то родители мои будут беспокоиться!
Уже когда они спускались в лифте, к счастью вдвоём, Миша спросил её:
- Извини за вопрос, у тебя месячные что ли?
- Не совсем, - ответила она, явно смущаясь.
Миша переваривал этот ответ и всё никак не мог его понять! Уже доехали они на лифте до первого этажа, уже прошли парадную, уже вышли на улицу. И только, когда Даша пошла к мусорному баку и, оглянувшись по сторонам - не видит ли кто, выбросила эту скомканную простынь, Мишу осенила догадка! Даша, Дашенька только что лишилась девственности! С Мишей у неё было такое тоже в первый раз!
***
Когда Даша, возвращаясь, поравнялась с ним и они уже шли к автобусной остановке, Миша спросил:
- Почему же ты выбросила эту простынь?
- А что ты предлагаешь? - ответила она со смешком. - Чтобы я развернула эту простынь - шла сейчас по улице и скандировала: "Я только что потеряла невинность!" - так ты хочешь?
- Нет, конечно! Но всё-таки... Такое событие! Вот мы поженимся, пройдут годы и мы, глянув на эту простынь, вспомним, как мы познакомились, вспомним этот замечательный день!
- Ну, так иди! - остановившись, она с прищуром посмотрела на Мишу и, указывая на мусорный бак, почти со злостью сказала:
- Иди туда, и достань эту простынь себе на память!
- Ну, теперь копаться в мусорном баке... - промямлил Михаил.
- Вот, именно! - подытожила Даша.
Они продолжили путь к остановке, когда позади себя услышали урчанье автобусного мотора. Даша, обернувшись, рассмотрела номер и крикнула:
- Это мой автобус - пятёрка!
Она ускорила шаг, почти побежала к автобусной остановке. Миша поспешил за ней.
Автобус, подъехав к остановке, с шумом распахнул двери. Даша вскочила на первую ступень, полуобернулась и, вытянув руку, заграждая путь, выставила ладонь, почти толкнув в грудь подбежавшего вслед за ней Михаила:
- Не надо! Не поезжай со мной! Я сама доберусь.
Миша удивлённо остановился. Даша шагнула в автобус. Двери захлопнулись!
***
Глава вторая.
Поиски Даши.
Несмотря на бессонную тревожную ночь, когда он рыскал в поисках Даши в темноте у автобусной остановки и по затемнённому двору у домов, Михаил встал по будильнику на наручных часах, которые из заграницы привёз ему отец, в шесть часов утра. Он поднимался в шесть утра ежедневно с 12-ти лет, с тех пор как осознал себя мужчиной и начал вырабатывать силу воли.
Он заправил кровать, достал из шкафа цветную простынь, расстелил на полу вдоль кушетки, открыл настежь окно и приступил к зарядке. Тренер по борьбе, которой он занимался в школьные годы с 12-ти до 16-ти лет, говорил своим подопечным:
- Тренажёры нужны для ленивых! Для тех, кто хочет под искусственными нагрузками быстро накачать мышцы. Тело Ваше это Ваш лучший тренажёр, который к тому же всегда при Вас. Разрабатывайте поочерёдно группы мышц всё увеличивающимся количеством и Вы получите тот же, но более основательный результат! Потому что в дополнение к развитой мускулатуре выработаете у себя силу воли, терпение и выносливость!
Так в школьные годы, поддерживая свой вес для борьбы в весовой группе до 58 кг, Михаил отжимался от пола не менее 40 раз. Сейчас, при росте 184 см и имея вес около 80 кг - увеличение своего веса сделало это упражнение более сложным в выполнении, он заставлял себя тем не менее отжиматься не менее 30 раз.
Но сегодня он мысленно сказал себе:
- Если я заставлю себя отжиматься снова 40 раз, то Даша обязательно появится в этой квартире!
Даша, Дашенька! Он сам удивился, как быстро и сильно он полюбил, вчера утром ещё незнакомую ему девушку. Сегодня ночью и сейчас с утра он мечтал только об одном - снова увидеть её! Окутать её своей нежностью, заботой! Сказать ей горячие ласковые слова, чтобы она поняла, что более преданного и любящего парня ей не найти в целом свете!
Он начал отжиматься, стараясь дышать размеренно, и считал вслух, чтобы не сбиться. После 20-ти отжиманий мышцы рук, как обычно, стали побаливать. После 30-ти показалось, что икры ног сейчас от напряжения схватит судорога.
- Только не это! Только не судорога! - думал он про себя и, стиснув зубы - считать вслух стало уже тяжело - сбивалось дыхание, продолжал отжиматься.
С каждым разом подниматься становилось тяжелее - пот тёк с головы, с шеи, с плеч и капал на простынь. Напряжение нарастало!
- Тридцать восемь. Тридцать девять, - жилы в шейных мышцах казалось вылезли наружу. Кровь в висках стучала, как молот. - Сорок!
Он уронил своё мускулистое тело на ставшую мокрой от его пота простынь, лежащую на паркетном полу, и, тяжело дыша, лежал минут пять - приходил в себя. Потом встал и пошёл в душ.
Моясь под душем, он ликовал! Он выполнил своё обещание, а значит Даша, его Дашенька обязательно появится у него здесь!
***
Сегодня обязательно надо было съездить на квартиру к маме. Ему конечно было уже 20 лет, но с родителями у него были тесные отношения. Тем более, что формально он всё ещё жил в их квартире. Вчера, уезжая с другом детства Эдиком, который жил в том же доме, на пляж, Михаил обещал маме вернуться к ней домой вечерком или в крайнем случае позвонить ей, если ночевать поедет на вторую квартиру. Но события вчерашнего дня и вечера так закрутили его, что он вспомнил о маме только сегодня утром.
Перед выходом из кооперативной квартиры Михаил подумал, что надо как-то предупредить Дашу, если она подойдёт в его отсутствие к двери. Найдя старую квитанцию (другой бумаги кроме газет в квартире не было), Миша шариковой ручкой на обороте квитанции написал:
- Дашенька, я отъеду на 2 часа по личным делам. Дождись меня или напиши свой номер телефона, чтобы я мог с тобой связаться! Миша.
Закрыв входную дверь, Михаил всунул записку в щель между дверным полотном и коробкой, спустился на лифте, вышел на улицу и пошёл к остановке. Несмотря на раннее время - около восьми утра - солнце уже карабкалось на небосвод такого же, как вчера, безоблачного неба, а значит день обещал снова стать жарким. Миша шёл к своей автобусной остановке и прокручивал в голове сцену, как Даша сегодня утром позавтракает, приедет сюда на своём автобусе номер пять, поднимется на шестой этаж, подойдёт к двери квартиры и прочитает его записку.
К остановке подъезжал автобус нужного ему 40-го маршрута. Миша уже протянул ногу, чтобы шагнуть в открывшиеся двери, как вдруг ударил себя ладонью по лбу и, вскрикнув:
- Вот, я осёл! - отскочил обратно на асфальт.
- Что же я написал Даше? Буду через 2 часа! А во сколько же я уехал? Как она может знать это? - он даже поразился, как мог написать так не конкретно.
Бегом он побежал обратно в квартиру! Поднялся на лифте, вытащил записку и дописал:
- Вернусь к 11-ти часам! - пусть у меня будет некоторый временной запас подумал он про себя.
Теперь всё было правильно!
***
В трёхкомнатной квартире родителей за Мишей сохранялась отдельная комната - там хранились его вещи, стоял раскладной диван, на котором он спал, за книгами на стеллаже стояла коробочка, где были его деньги, отложенные им от временных летних заработков.
Войдя в прихожую, с порога Михаил ощутил какой-то тяжёлый медицинский запах! У Михаила защемило сердце - не случилось ли чего страшного с его мамой? Он зашёл на кухню - на столе стояли пузырьки с корвалолом, настойкой нашатыря и что-то ещё. Как и следовало ожидать, мама встретила его с покрасневшими, опухшими от слёз глазами:
- Мишенька, почему ты вчера не приехал домой? Почему хотя бы не позвонил мне?
Что было сказать? Он что-то пробурчал - типа устал после пляжа, поехал на кооперативную квартиру, прилёг на часок и проспал до утра. Конечно, это было враньё! Но сказать сейчас по-другому он просто не мог.
