- Я душу себе измотала! Разве ты не понимаешь, как я переживала? Я обзвонила больницы, милицию и даже морги.
- Мамуля, - как можно мягче сказал Михаил. - Я очень виноват перед тобой! Я больше так не буду. Прости меня пожалуйста, если можешь!
- Горе ты моё, луковое! - мама всплеснула руками. - Скоро училище закончишь, работать будешь, сам скоро может быть отцом станешь, а материнское сердце не понимаешь!
***
После завтрака у мамы Миша засобирался на выход.
- Миша, сынок, ты куда собрался? - голос у мамы опять стал тревожным.
- Мамуля, так я же не всё покрасил! Мне в большой комнате пол надо ещё 2 раза покрыть лаком. На это дня 2 ещё уйдёт.
Приходилось врать маме... Но Миша очень надеялся, что Даша к нему сегодня или завтра обязательно сама вернётся! А вернуться она может только на ту квартиру.
- Миша, у тебя же билет на самолёт в ближайшую субботу! Времени всего несколько дней осталось! - на глазах у мамы опять наворачивались слёзы. - Неужели ты не можешь провести эти дни со своей мамой? Ведь ты опять уедешь почти на год - до следующих летних каникул!
Поездки за тысячу километров тем более на самолёте даже в те времена были не дешёвым удовольствием. Поэтому домой Михаил приезжал только летом, а зимние каникулы проводил, как и большинство иногородних курсантов, в родном общежитии.
- Мамуля, через два дня обязательно буду дома! - твёрдо пообещал он маме. - И мы с тобой ещё вместе и в город сходим, и по парку погуляем!
Почти в дверях он чмокнул её в щёку, и выбежал из квартиры.
Выйдя из подъезда, он отошёл на край тротуара и, помахал маме, которая всегда смотрела ему вслед из окна, своей рукой. Мама в ответ тоже помахала ему рукой. Ритуал прощания был совершён!
***
Большими шагами Михаил пошагал вдоль дома в сторону проспекта, как будто на остановку, и вскорости скрылся с глаз провожающей его взглядом мамы. На самом деле он спешил в первый от проспекта подъезд, где жил его друг Эдик. Ещё утром, когда Миша ехал сюда в автобусе, он предположил, что Эдик, уходя с Ириной, видимо успел с ней поближе познакомиться, а значит через неё Миша легко узнает адрес её подруги Даши.
Зайдя в нужный подъезд, он побежал вверх почти бегом, перескакивая по 2 ступени зараз. На площадке третьего этажа, на котором жил тоже с родителями Эдуард, перед дверью, обитой коричневым дерматином с фигурными заклёпками, Михаил остановился и, выравнивая дыхание, чуть отдышался. Поднял руку и позвонил в дверной звонок. Через несколько минут за дверью в коридоре раздался шорох и заспанный голос Эдуарда спросил:
- Кто там?
- Эдик, это я - Миша!
Раздался скрежет в замке и дверь распахнулась. У двери стоял заспанный Эдик в трусах и майке, на ногах домашние шлёпанцы.
- Миша, ты чего в такую рань?
- Да, нет, не так уж и рано! - Михаил посмотрел на наручные часы. - Уже почти десять.
- А куда мне спешить? Летние каникулы... Отсыпаюсь!
- Родители твои не дома? - спросил Михаил, входя мимо Эдика в коридор квартиры.
Эдик закрыл дверь, и сказал:
- Отец в рейсе, мама в восемь утра ушла на работу - до отпуска ей ещё далеко.
- Пойдём на кухню! - продолжил он. - А то в комнате моей пока беспорядок.
Они прошли, сели на табуретки по обеим сторонам кухонного стола, застеленного чистой скатертью с орнаментом.
И Миша сходу спросил друга:
- Слушай, Эдик, тебе удалось вчера познакомиться с Ириной поближе - проводил ты её до дома? Оставила она тебе свой телефон?
- Не говори мне о ней!
- Не понял! Что случилось?
- Динамо! Развела она меня на бабки! - горестно констатировал Эдуард.
- Да, как это случилось? Уходили с пляжа Вы такими... друзьями.
- Ну, да. С пляжа дошли до автобуса, мило воркуя. И на автобусе ехали, разговаривая о пустяках, - Эдик налили себе из-под крана холодной воды в стакан и отпил половину. - А как приехали в город, она и говорит: «Я так проголодалась! Может мы где-нибудь пообедаем?»
- И что же ты сделал? - спросил его Миша.
- А что тут делать? Я же джентльмен, тем более с видами на продолжение знакомства... Не вести же её в пельменную! Повёл в ресторан - слава Богу, хоть цены были дневные! Посидели, пообедали - обслуживание там, сам знаешь, не быстрое - часа два прошло. Попросили нас в 17.00 на выход - там часовой перерыв перед вечерним обслуживанием.
- Ну, а дальше? - Миша торопил друга, так как ему надо было вернуться на квартиру до 11.00 - так он обещал Дашеньке в записке.
- А что, дальше? Погуляли мы часик по городу. Она и говорит: «Может нам зайти в бар? Потанцуем там, расслабимся!»
Эдик снова отхлебнул воды из своего стакана.
- К счастью деньги у меня ещё оставались. Ну, зашли в бар, который она указала. Я конечно заказал пару коктейлей - апельсиновый сок с водкой. Она оказывается горазда пить! Я только успевал ей всё новые коктейли заказывать. Так прошло наверное около часу - потанцевал я с ней быстрые танцы, попрыгал. И захотелось мне в туалет! Возвращаюсь минут через 10, а она в медленном танце обвивает руками вокруг шеи какого-то мордатого парня, прижимается к нему всем телом...
Эдик помолчал, сжав челюсти, полминуты и продолжил:
- Хотел я этому мордатому заехать с пол оборота! Да, и Ирине этой оплеуху отвесить! Но потом разглядел, что у мордатого рядом за столом трое друзей выпивали - что-то в этом шуме одобрительное ему кричали. Понял я, что одному мне с этой сворой не справиться!
Эдик посмотрел на Мишу, на мускулистые руки и плечи друга:
- Если бы ты там был, то мы вдвоём сделали бы там всю эту компанию! А так, одному - что мне оставалось? Такая обида взяла! Повернулся я и вышел из бара!
- Эдик, так ты за несколько часов, что был с Ириной, так и не взял ни адреса её, ни телефона?
- Разговор как-то не зашёл! А сейчас, прошу тебя, даже не напоминай мне о ней!
Эдик допил остатки воды из своего стакана.
- А как твои дела с Дашей? - спросил он Михаила. - Если подруга, то наверное такое же Динамо?
- Нет, она не такая! - резко ответил Михаил.
- Так у тебя с ней было что-нибудь? - полюбопытствовал друг.
- Не могу говорить об этом всуе! И вообще я спешу!
Эдик обиженно сказал:
- Так это не я к тебе пришёл, а ты ко мне!
- Извини, друг! - вставая с табуретки, сказал Миша. - Не хотел тебя обидеть! Но мне правда нужно бежать!
- Беги, беги! - тоже вставая, молвил Эдуард.
И провожая Мишу по коридору к выходу из квартиры, сказал:
- А я ещё полчасика поваляюсь! Хотя сон ты мне напрочь отбил!
***
Дождавшись разрешающего зелёного сигнала светофора, Миша бегом перебежал проспект и быстрым шагом пошёл к автобусной остановке. На его наручных часах было 10.10. На остановке стояло человек десять - был хотя и летний, но обычный рабочий день. Ехать на автобусе Мише предстояло почти полчаса. А когда его автобус ещё придёт? Миша начал нервничать, как бы он не опоздал к одиннадцати часам! В своей записке он обещал Даше вернуться к одиннадцати! В течение 15-ти минут с небольшим интервалом подходили и отъезжали несколько автобусов, но нужного 40-го номера всё не было!
Чтобы унять своё беспокойство, Миша начал быстрыми и широкими шагами ходить туда и обратно - метров 10 в одну сторону, потом столько же в другую. На каждый шум приближающегося к остановке автобуса он останавливался, поднимал голову и всматривался в номер. Нужного автобуса всё не было!
Миша уже подумал, что надо подойти к краю дороги и попытаться поймать попутку. Частные машины останавливались редко, но всё же шанс был.
Были у Миши и деньги - сегодня утром дома он прошёл в свою комнату, положил в карман пару листов чистой бумаги для записок, и, достав из заветной коробочки за книгами несколько крупных купюр, тоже положил их в карман. «Заначка» была сформирована из зарплаты, полученной от работы в июне.
В это время к его остановке уже подкатывал наконец автобус номер 40. Миша забежал внутрь. Сидячих свободных мест было много. Но Миша сел на сиденье с краю, ближе к проходу. Он вспомнил, что сегодня на утренней зарядке дал сам себе и Высшим силам обещание, что если сможет отжаться 40 раз, то Даша вернётся к нему. Было тяжело, но он выполнил задачу! Значит скоро он увидит Дашу, свою родную Дашеньку!
А если она уже стоит у его дверей? Читает записку и будет ждать его в одиннадцать? И ведь известно, что это мужчины могут ждать на свиданиях по полчаса, а для женщин это считается плохим тоном! Значит в лучшем случае она подождёт его до пяти или до десяти минут двенадцатого. И уйдёт!
Как медленно - то чуть разгоняясь, то притормаживая перед каждой ямкой, перед поперечными трамвайными рельсами - едет его автобус. Может пойти к водителю? Поторопить его? Даже заплатить ему, чтобы ехал побыстрее!
Миша на мгновение задумался... А если водитель откажется? И из принципа, назло Михаилу поедет ещё медленнее! Нет, рисковать было нельзя!
Михаил опять посмотрел на часы - было 10.35. Автобус остановился на очередной остановке - распахнул двери, стоял, выжидая пару минут, хотя никто уже не выходил и не входил. Внутренний зуд не давал Михаилу усидеть на месте! Он вскочил! Побежал по проходу автобуса вперёд - к кабине водителя. Водитель неправильно понял приближавшегося к нему почти бегом пассажира и снова открыл уже закрывшиеся двери автобуса. Миша в этот момент был уже у стеклянной перегородки, отделявшей кабину водителя от салона, и крикнул водителю, чтобы тот ехал быстрее! Автобус, снова закрыв двери, было тронулся, но перед светофором, у которого теперь загорелся красный свет, резко остановился. Водитель пожал плечами, а рукой показал на светофор. Из-за пробежки Михаила по проходу салона, и повторного открытия дверей автобус потерял пару минут и теперь вынужденно стоял на светофоре ещё бесконечные три минуты!
Миша схватился за голову! Если он опоздает... Он был почти в отчаянии!
***
Но дальше автобус поехал значительно быстрее. Водитель видимо понял, что Михаил спешит. И оказался доброжелательным человеком! Впрочем, дорожная обстановка в этот летний день была спокойной и позволяла автобусу двигаться быстро. К нужной остановке автобус подкатил в 11.04.
Миша уже стоял на изготовке первым у передних дверей. Как только створки распахнулись, Миша молниеносно выпрыгнул из салона автобуса на асфальт, с разворотом нырнул почти перед кабиной водителя на пешеходный переход и в четыре прыжка перенёсся на другую стороны дороги. На всякий случай он остановился на мгновение и, повернув голову, осмотрел людей на остановке с этой стороны дороги - девушек среди ожидающих он не увидел. Значит, только вперёд! Он продолжил бег к своему дому, повернул за угол - у подъезда Даши не было! Он распахнул дверь подъезда, влетел на площадку первого этажа и, остановившись, задумался. Как быть?
Если он поедет на свой шестой этаж на лифте, а Даша в это время будет спускаться по лестнице, то они разминутся! А, если он побежит по лестнице, а Даша спустится на лифте, то опять получится плохо! Что же делать? Кровь пульсировала в висках, напряжение нарастало...
- Эврика! - он даже выкрикнул это слово вслух.
Нажал кнопку вызова лифта, дождался, когда приехавшая кабинка раскрыла двери и продемонстрировала ему своё пустое нутро. После этого помчался по лестничным маршам на верх, по пути прислушиваясь, не вызвал ли кто-нибудь кабину лифта на верхние этажи. Когда он добегал до третьего этажа, то услышал, как где-то наверху хлопнула дверь квартиры и следом зажужжал мотор лифта - кабинка поехала на верх.
- Только бы успеть раньше лифта на шестой этаж! - забилась в мозгу пронзительная мысль. - Только бы успеть!
Дыхание уже сбилось. На бегу он дышал крупными вдохами, но воздуха всё равно не хватало!
Лифт остановился по звуку открывшихся дверей чуть выше - видимо на седьмом, когда он залетал уже на свой шестой этаж. Глянул из-за угла лифтового колодца в сторону своей двери - почти у двери соседской квартиры он увидел серую тень!
- Даша! - мелькнула радостная мысль.
От радости ожидаемой встречи с Дашенькой он резко остановился, держась за перила лестницы. Попытался выровнять дыхание. И пошёл... Шаг, другой - обошёл каменный колодец лифта. Всмотрелся в площадку перед соседской и своей дверью - там не было никого!
Серые стены, покрытые масляной краской по штукатурке, отсутствие на площадке освещения в дневное время сыграли с Михаилом злую шутку! Глаза его увидели серую тень там, где не было ровным счётом ни-че-го!
***
Между коробкой и полотном его двери всё также сиротливо торчал уголок оставленной им утром записки. Миша забрал записку, и, открыв дверь, вошёл в квартиру. Разулся, прошёлся по коридору, заглянул в комнаты и на кухню - кого он думал встретить в им же закрытой квартире? Он уже не мог думать рационально. Просто бродил по тем местам, где ходила его Даша, Дашенька!
Миша тяжело вздохнул и подумал, что всё-таки надо выполнить обещание, данное маме, а значит реально покрасить 2 раза лаком паркет во второй комнате. И за монотонной работой поразмыслить, можно ли всё-таки как-то отыскать Дашеньку?
Он переоделся в рабочую одежду, натянул на голову противогаз, предварительно открыв в той комнате окно и балконную дверь. Начал, ползая на коленях, красить продольными полосами вдоль длинной дальней стены.
За не сложной физической работой мысли роились в голове, наслаивались, повторяясь и цепляясь друг за друга.
- Почему же она до сих пор не приехала ко мне? - думал Михаил. - Может она обиделась на меня? За то, что я упрекнул её этой простынёй?
Он остановил работу на мгновение, всё также стоя на коленях, выпрямился:
- Действительно, зачем я стал навязывать ей своё мнение об этой простыне, о сохранении свидетельства её девичества? Разве в этом вопросе важно моё мнение? Каждая девушка теряет девичество только один раз в жизни, и это её дело, каким образом она отнесётся к этому событию!
Михаил продолжил красить, а в мыслях прокручивал воспоминание о последнем эпизоде их скоротечной встречи:
- Почему она посмотрела на меня почти со злостью? Может она обиделась не только на меня, но и на себя? После моего упрёка - может она осознала свою оплошность, поняла, что поторопилась? - Миша снова остановился, с кисти на паркет стали капать янтарные капли лака. - Но нет! Вспомни, Миша, как она сама легла в постель, сама пригласила тебя к себе! Она была ласкова, даже нежна! Не может быть, что ты ничего для неё не значил!
Даже при открытом окне физическая работа в противогазе это то ещё «удовольствие» - пот под резиной противогаза стекал со лба в глаза, и они противно пощипывали. Михаил решил прерваться! Он растёр кистью упавшие на пол капли, потом положил кисть на край железной банки, снял перчатки и пошёл в ванную помыть лицо и руки.
После этого зашёл на кухню, вскипятил чайник на электроплите, заварил душистую заварку. Через пару минут, попивая чай, он снова попытался вывести причинно-следственные связи:
- Если Даша полюбила меня так, как я её! - думал он. - А иначе и быть не могло! Не могла же она лечь в кровать, испытать близость с человеком, который для неё ничего не значит? Даша - серьёзная, рассудительная девушка. Значит полюбила меня! А почему же не приходит?
