Мотор тихо урчал. Поднялся сильный ветер, из-под колёс полетела пыль. Ира закашлялась и заплакала, потому что больше не могла ни кричать, ни двинуться с места.
«Я семьдесят километров буду бежать за твоей машиной!!! А потом останусь здесь!!!» - завопила она мысленно изо всех сил.
Ирруор оглянулся. Автомобиль остановился, маур выбрался наружу, направился к ней и остановился несколько поодаль.
-Почему — семьдесят километров?
-Потому что анекдот такой. «Она семьдесят километров бежала за его машиной, чтобы сказать ему, как он ей безразличен»... Вернись пожалуйста...
-Почему?
-Потому что я тебя люблю!
Он молчал.
Она бросилась к нему, чтобы повиснуть у него на шее в доказательство своих слов. Он молча выставил вперёд руку, и она с разбегу наткнулась на раскрытую ладонь.
-Не веришь? Прочёл, да? Я всегда говорила, что мысли читать вредно! Если человек что-то не осознаёт, то он об этом и не думает! Так как же можно при этом прочесть истину?! Ты даже не дал мне времени всё осмыслить, сразу на тот свет отправился! Вернись, ты мне нужен!
Он молчал.
-Если ты не вернёшься, я тоже останусь здесь!!! Или мы вернёмся вдвоём, или я останусь здесь!
И она посмотрела ему в глаза сквозь слёзы, упрямо и яростно. Моё решение окончательное, ну, прочти же, почувствуй, убедись.
Автомобиль попятился и остановился рядом с ними. Старика и девушки в нём уже не было, за рулём сидел Инто.
-Хватит дурака валять, поехали обратно.
Маур подал ей руку, помогая усесться в четырёхколёсный антиквариат, но при этом по-прежнему удерживал её на расстоянии от себя.
Она проснулась, немедленно посмотрела на Ирруора, убедилась, что он тоже открыл глаза, и спросила у тайрианина:
-Что это было? Неужели маурский тот свет?
-Глубины сознания, - ответил Инто.
-Почему?!! Почему он это сделал?! Да как ему в голову-то пришло?
-Ты же всё решила окончательно и бесповоротно. И не передумала бы, если бы я не пришёл. А он это понял, прочёл. Не забывай, кто он.
-Да всё равно! ПОЧЕМУ он это сделал?!
Ира смотрела на маура, растерянная до умопомрачения. Смотрела, смотрела, смотрела в полном недоумении и ярости на всех и вся. А потом подскочила с кресла и принялась бегать по рубке кругами и кричать.
-Ты слишком юный, слишком глупый или слишком бесхарактерный?!!
Ирруор молча смотрел на неё, спокойно и серьёзно.
-Или попросту чокнутый?! Почему ты это сделал?!!
Он продолжал просто молча смотреть на неё.
-О чём ты думал в это время?! Я хочу знать, чтобы в будущем не налететь!
«Бывает дело всей жизни, которое очень сложно потерять... Бывает человек всей жизни... Не помню, о чём я думал. Наверно, о том, что всё кончено, и больше никогда ничего не будет. А скорее всего, ни о чём не думал, мне просто стало всё равно...»
Она остановилась, отвернулась, заметила Инто и вздрогнула. Она как-то успела забыть о присутствии тайрианина,
Интосайи подошёл к Ирруору, расстегнул на нём герлон, положил одну ладонь мауру на грудь, вторую — на его лоб, и замер так на некоторое время.
Она смотрела на них широко раскрытыми глазами.
-Я всё равно не понимаю! Да что же это такое? Разве так можно? Чуть что — и ложиться помирать? Несколько дней, несколько происшествий и... и всё?! Такой маленький срок — и уже вся сила воли закончилась? - пробормотала Ира, снова начиная бег по рубке.
-Срок не маленький, - сказал Инто. - Почти полторы тысячи лет ждать, чтобы встретить. И всё это время все только и делали, что давили и требовали, начиная с собственной семьи и заканчивая первыми встречными... барышнями. А после всего последняя капля в чашу — от тебя.
-Что-о-о?!
-Ты до сих пор не в курсе, сколько ему лет?
Ирруор отвернулся.
Ира споткнулась от неожиданности, захотела броситься в кресло, промахнулась, грохнулась на пол и пребольно ударилась затылком о пульт.
-Что — правда, что ли? - спросила она у Инто, когда он поднимал её на ноги.
-Правда.
-Тогда, если ты его давно знаешь, тебе-то сколько лет?
-Семьсот с чем-то. Мне не известна точная дата моего рождения, и это для меня не важно.
Ира снова села на пол.
Инто подал ей руку, подождал, пока она за неё ухватится, взметнул её на ноги и поманил в коридор.
-А теперь расскажи мне про свидетелей.
-Урсуни Мойару? Знаю. К сожалению, она действительно врач, так что ложные аргументы преподносит со знанием дела. Обычные проявления маурского темперамента — ей ли их не знать — она выдала тебе за симптомы подступающего приступа безумия. Её сына угораздило связаться с земной девушкой лёгкого поведения. Он выжил, когда она его бросила, но мать теперь готова отшить всех землянок от всех мауров, не выбирая методов. А тебе не пришло в голову, что земные медицинские халаты здесь не носят?
-Откуда мне было это знать?
-Теперь будешь знать... Лурэнг — просто гора мускулов, которую легко купить. Екатерина Петренкова — барышня лёгкого поведения, авантюристка, за крупные деньги способна на многое. Скорей всего, аккуратные царапины ей нанесла Мойару — крови много, выглядит страшно, а раны на самом деле поверхностные...
Что касается Манейр, то она вдобавок надавила на тебя энергетически. Нет, не гипнотизировала, это было бы немедленно обнаружено. Просто слегка подтолкнула к определённому решению, уже подготовленному всеми предыдущими манипуляциями. Учиться тебе надо, срочно...
И ещё я хотел сказать. В определённой степени Ирруор думает о тебе, как о маурине. А коты злопамятны и упрямы. Если бы такое решение, как ты, приняла бы маурская барышня, её нельзя было бы с него сдвинуть ничем и никогда. Вот он и улёгся, решил, что всё кончено. Его подсознание не помнило, что у землянок возможны семь пятниц на неделе... Ладно, мне пора.
Они вдвоём заглянули в рубку. Маур уже полулежал в кресле, опираясь на локоть. Ира шагнула внутрь круглой комнаты, Инто остался в дверях.
«Я тебя предупреждал и предупреждаю ещё раз. Посмотри на неё. Теперь ты ощутил эту бешеную жажду жизни изнутри её сознания. Ты всё понял? Связался с землянкой — будь так добр, приобрети их упрямство плюс к маурскому».
И он ушёл, не прощаясь.
Ира стояла и глядела на кахурианина, глядела долго. Он на неё не смотрел.
Наконец она в раздражении всплеснула руками и вздохнула. Затем ещё раз всплеснула руками.
-Ой, какая я дура! Ты же наверняка хочешь пить и есть!
И с этими словами стремительно унеслась из рубки за припасами. А когда вернулась с хрустальным графином и вознамерилась напоить Ирруора из стаканчика, он снова, как в потустороннем сне, удержал её на расстоянии вытянутой руки от себя.
-Ты что? - удивлённо спросила она. И наткнулась на пристальный взгляд. Этот взгляд был просто спокойным, в нём не осталось ни тепла, ни нежности, ни сияния. Маур с усилием поднялся с кресла, взял у неё из рук то, что она принесла, и поставил на выдвижной столик. Она снова посмотрела ему в глаза, попятилась и выбежала из рубки, давясь слезами.
Да, он вернулся к жизни. Но не простил.
Несколько часов она проплакала в своей каюте, потом решила попытать счастья снова. Долго выбирала, что взять из еды, потому что нужно было отыскать что-нибудь лёгкое. Нашла и с этим пришла в рубку.
-Эоро! Я принесла поесть!
-Эоро, - спокойно ответил Ирруор.
И удержал её на расстоянии от себя одним взглядом...
А на третий раз дверь оказалась блокированной. Кахурианин не желал разговаривать с ней вовсе.
Ира вернулась в свою каюту, села на кровать и уставилась в стену широко раскрытыми, невидящими глазами. Что дальше? Ладно, не важно, главное — он жив. Она сидела так неопределённо долгое время, потом легла и свернулась в позе эмбриона. Она поняла, что маур не простит её. Слёз больше не осталось, возникло странное состояние. В груди словно начал проворачиваться остро отточенный раскалённый нож, голова неприятно закружилась. Ира вытянулась во весь рост с закрытыми глазами и больше ни о чём не думала...
Рядом раздался лёгкий шорох, кровать прогнулась под чьим-то весом. Она быстро подумала:
«Я здесь, я в порядке. Люди не умеют уходить, как мауры. Я просто размышляю».
И тут же вскинулась, чтобы посмотреть ему в глаза. Не нашла там того, что хотела отыскать, и упала обратно на подушку.
«Я буду жить, раз тебя так заботит моя смерть. А тебя могу отпустить, найдёшь себе ещё кого-нибудь...»
«Даже искать не буду, останусь одна на всю жизнь. Да и сколько той жизни, не более сотни лет при самом хорошем раскладе, так что какая разница... Я поняла — ты не простишь меня никогда, и ты прав, я же раз за разом буду делать фатальные глупости...»
Голова закружилась сильнее, красная тьма перед закрытыми глазами начала вращаться, словно воронка смерча. Сознание стремительно и муторно затягивало в эту воронку...
Иру резко встряхнули за плечи. Тошнотворное вращение прекратилось, она открыла глаза.
«Ты сказала, что люди не умеют уходить так, как мауры, но только что попыталась сделать именно это».
-Никогда — это слишком долго, - вслух произнёс он и прижал её к себе.
Они вдвоём пришли в рубку, а там, не сговариваясь, избегали обсуждения дальнейших планов, обращались друг с другом, словно с хрусталём, и занимались каждый каким-нибудь своим делом.
Ирруор разбирал архив на бортовом компьютере, Ира делала заметки в инфоре.
Изредка они перебрасывались краткими незначащими фразами.
Через некоторое время он заметил, что она избегает приближаться к нему.
В очередной раз, когда она вознамерилась было подойти, но потом остановилась в нескольких шагах, он не стал больше молчать.
-И что тебе снова показалось? Что ты от меня шарахаешься?
-Не я, - выговорила Ира, испуганно глядя на него.
-Не ты? - он удивился.
-Не я... Оказывается, ты очень здорово умеешь держать на расстоянии одним взглядом.
На глазах у неё выступили слёзы.
-Я давно уже не держу тебя на расстоянии, - вздохнул он.
-Но и не смотришь так, как прежде! Я не уверена в том, что именно ты чувствуешь.
-Я тоже не уверен в том, что именно ты чувствуешь. А кто-то ведь говорил, что любит. И даже кричал на весь тот свет. Кто бы это мог быть?
-Я не отказываюсь от своих слов!
-А доказать эти слова действиями решишься?
-Да! Я бы давно доказала, но ты же снова меня оттолкнёшь!
Она не успела начать плакать, как услышала:
-Нет. Не оттолкну.
Она замерла и уставилась на него широко раскрытыми глазами, в которых горело такое неистовое желание приблизиться, такая неуверенность и отчаяние, что он не выдержал, поднялся с кресла, подошёл к ней и притянул её к себе.
-Когда же ты перестанешь бояться меня ?
-Я давно уже не боюсь тебя. Я боюсь всякого остального. Можно?
Она несмело протянула руку к двухцветным волосам.
-Можно. Всё можно.
Тогда она протянула и вторую руку, и запустила пальцы в роскошную чёрно-жёлтую гриву. Её глаза блуждали по его лицу и когда остановились на губах, он склонился к ней и начал её целовать. Она задрожала от волнения пополам с желанием.
-А ты знаком с человеческой анатомией?
-Да, изучал.
-Я хотела сказать, что я девственница.
-Не бойся, больно не будет, обещаю. Я позабочусь о тебе.
-А мне можно будет позаботиться о тебе?
-Да, но попозже. Сначала — для тебя.
Очень скоро она поняла, почему он так сказал. Новые и очень мощные ощущения поглотили её полностью, она уже не могла ни думать, ни двигаться, могла только чувствовать. Она не заметила, как они оба оказались раздеты.
-Какая у тебя потрясающая шёлковая кожа...
И больше уже не могла говорить, задыхаясь от бури чувств.
Она ещё сумела посмотреть на него из-под тяжелеющих век, когда он нёс её из рубки в каюту, потом её веки сомкнулись. Под спиной оказался шёлк постели, а сверху шёлк кожи мощного тела. Сильные и нежные пальцы с их атласными прикосновениями отправились в путешествие по её телу вместе с вихрями энергии. И тогда возникла музыка.
Огромный оркестр восточных или кельтских барабанов зазвучал, набирая скорость и мощь. Сложный, всё время меняющийся, изощрённый ритм то затихал, то поднимался до крещендо, звучал то слитно, то подчёркивая соло какого-либо одного инструмента...
Со скучающим видом Манейр полулежала в кресле и наблюдала, как младший брат громит её апартаменты. За долгие годы она привыкла к подобному зрелищу и знала, что потом он ей накупит всяческих предметов роскоши ещё больше и самого лучшего качества.
Хивинч метался по каюте и швырял всем, что попадалось под руку, об пол и в стены.
-Сделай хоть что-нибудь с тем, что там сейчас происходит! - орал он.
-Ты за столько лет ещё не разучился буйствовать? Прекрати беситься, Покоритель Хивов, - безразлично посоветовала она. - С тем, что там сейчас происходит, я уже ничего не сделаю. Я и так предприняла всё возможное. А вот далее можно будет устроить так, что он сам нам её принесёт. Я понимаю, что ты хочешь что-нибудь отобрать у маура, потому что он тебя задел. Но бушевать-то зачем?
-Дело не в том, что маур меня задел! Хотя он задел, нагло встав на моей дороге! Мне нужна эта огненная девчонка! Она хороша!
-Может, и хороша, но это не твоё, ты же мне свои сеансы пересказывал.
-Кто бы говорил. Сама везде с пятнистым котёнком подмышкой таскаешься.
-Это чужая судьба, Хи, не твоя.
-На время сойдёт...
-Ну что — ещё? Или хватит?
-Ещё!!!
-Да ты же не человек, ты же — кошка! - в его устах это звучало величайшим комплиментом.
-Маурина, - поправила она с сияющей улыбкой. - Наверно, мауры и люди похожи гораздо больше, чем мы думаем.
-Группа крови у меня такая же, как у людей, АВ, - очень серьёзно ответил Ирруор.
И оба засмеялись.
-А можно теперь мне позаботиться о тебе?
-Можно. Только не пугайся, когда я буду вцепляться когтями в постель... Ты прикасаешься ко мне так, словно поклоняешься божеству, словно я для тебя бесценен...
Она посмотрела на него и вдруг заплакала.
-Что ты? Что с тобой? Устала?
-Нет. Это просто от избытка эмоций.
На самом деле она заплакала потому, что увидела — в его глаза вернулось сияние.
И барабаны загрохотали с новой силой...
Потом, неопределённое время спустя, он попросил:
-Расскажи мне теперь, что произошло в клубе.
Она вздрогнула, посмотрела на него, изменилась в лице, отползла на другой край постели, закусила губы до крови, подтянула к себе подушку и принялась изо всех сил колошматить её, но не кулаками, а раскрытыми ладонями, словно хотела разодрать ткань когтями, которых у неё не было.
-Почему... ты... не выяснил... это... сразу,.. а улёгся умирать?.. А если бы Инто опоздал?!
Он выждал паузу во взмахах тонких рук, схватил её в объятия и принялся неистово целовать.
-К счастью, у меня теперь есть замечательный способ тебя отвлекать.
«Я семьдесят километров буду бежать за твоей машиной!!! А потом останусь здесь!!!» - завопила она мысленно изо всех сил.
Ирруор оглянулся. Автомобиль остановился, маур выбрался наружу, направился к ней и остановился несколько поодаль.
-Почему — семьдесят километров?
-Потому что анекдот такой. «Она семьдесят километров бежала за его машиной, чтобы сказать ему, как он ей безразличен»... Вернись пожалуйста...
-Почему?
-Потому что я тебя люблю!
Он молчал.
Она бросилась к нему, чтобы повиснуть у него на шее в доказательство своих слов. Он молча выставил вперёд руку, и она с разбегу наткнулась на раскрытую ладонь.
-Не веришь? Прочёл, да? Я всегда говорила, что мысли читать вредно! Если человек что-то не осознаёт, то он об этом и не думает! Так как же можно при этом прочесть истину?! Ты даже не дал мне времени всё осмыслить, сразу на тот свет отправился! Вернись, ты мне нужен!
Он молчал.
-Если ты не вернёшься, я тоже останусь здесь!!! Или мы вернёмся вдвоём, или я останусь здесь!
И она посмотрела ему в глаза сквозь слёзы, упрямо и яростно. Моё решение окончательное, ну, прочти же, почувствуй, убедись.
Автомобиль попятился и остановился рядом с ними. Старика и девушки в нём уже не было, за рулём сидел Инто.
-Хватит дурака валять, поехали обратно.
Маур подал ей руку, помогая усесться в четырёхколёсный антиквариат, но при этом по-прежнему удерживал её на расстоянии от себя.
***
Она проснулась, немедленно посмотрела на Ирруора, убедилась, что он тоже открыл глаза, и спросила у тайрианина:
-Что это было? Неужели маурский тот свет?
-Глубины сознания, - ответил Инто.
-Почему?!! Почему он это сделал?! Да как ему в голову-то пришло?
-Ты же всё решила окончательно и бесповоротно. И не передумала бы, если бы я не пришёл. А он это понял, прочёл. Не забывай, кто он.
-Да всё равно! ПОЧЕМУ он это сделал?!
Ира смотрела на маура, растерянная до умопомрачения. Смотрела, смотрела, смотрела в полном недоумении и ярости на всех и вся. А потом подскочила с кресла и принялась бегать по рубке кругами и кричать.
-Ты слишком юный, слишком глупый или слишком бесхарактерный?!!
Ирруор молча смотрел на неё, спокойно и серьёзно.
-Или попросту чокнутый?! Почему ты это сделал?!!
Он продолжал просто молча смотреть на неё.
-О чём ты думал в это время?! Я хочу знать, чтобы в будущем не налететь!
«Бывает дело всей жизни, которое очень сложно потерять... Бывает человек всей жизни... Не помню, о чём я думал. Наверно, о том, что всё кончено, и больше никогда ничего не будет. А скорее всего, ни о чём не думал, мне просто стало всё равно...»
Она остановилась, отвернулась, заметила Инто и вздрогнула. Она как-то успела забыть о присутствии тайрианина,
Интосайи подошёл к Ирруору, расстегнул на нём герлон, положил одну ладонь мауру на грудь, вторую — на его лоб, и замер так на некоторое время.
Она смотрела на них широко раскрытыми глазами.
-Я всё равно не понимаю! Да что же это такое? Разве так можно? Чуть что — и ложиться помирать? Несколько дней, несколько происшествий и... и всё?! Такой маленький срок — и уже вся сила воли закончилась? - пробормотала Ира, снова начиная бег по рубке.
-Срок не маленький, - сказал Инто. - Почти полторы тысячи лет ждать, чтобы встретить. И всё это время все только и делали, что давили и требовали, начиная с собственной семьи и заканчивая первыми встречными... барышнями. А после всего последняя капля в чашу — от тебя.
-Что-о-о?!
-Ты до сих пор не в курсе, сколько ему лет?
Ирруор отвернулся.
Ира споткнулась от неожиданности, захотела броситься в кресло, промахнулась, грохнулась на пол и пребольно ударилась затылком о пульт.
-Что — правда, что ли? - спросила она у Инто, когда он поднимал её на ноги.
-Правда.
-Тогда, если ты его давно знаешь, тебе-то сколько лет?
-Семьсот с чем-то. Мне не известна точная дата моего рождения, и это для меня не важно.
Ира снова села на пол.
Инто подал ей руку, подождал, пока она за неё ухватится, взметнул её на ноги и поманил в коридор.
-А теперь расскажи мне про свидетелей.
***
-Урсуни Мойару? Знаю. К сожалению, она действительно врач, так что ложные аргументы преподносит со знанием дела. Обычные проявления маурского темперамента — ей ли их не знать — она выдала тебе за симптомы подступающего приступа безумия. Её сына угораздило связаться с земной девушкой лёгкого поведения. Он выжил, когда она его бросила, но мать теперь готова отшить всех землянок от всех мауров, не выбирая методов. А тебе не пришло в голову, что земные медицинские халаты здесь не носят?
-Откуда мне было это знать?
-Теперь будешь знать... Лурэнг — просто гора мускулов, которую легко купить. Екатерина Петренкова — барышня лёгкого поведения, авантюристка, за крупные деньги способна на многое. Скорей всего, аккуратные царапины ей нанесла Мойару — крови много, выглядит страшно, а раны на самом деле поверхностные...
Что касается Манейр, то она вдобавок надавила на тебя энергетически. Нет, не гипнотизировала, это было бы немедленно обнаружено. Просто слегка подтолкнула к определённому решению, уже подготовленному всеми предыдущими манипуляциями. Учиться тебе надо, срочно...
И ещё я хотел сказать. В определённой степени Ирруор думает о тебе, как о маурине. А коты злопамятны и упрямы. Если бы такое решение, как ты, приняла бы маурская барышня, её нельзя было бы с него сдвинуть ничем и никогда. Вот он и улёгся, решил, что всё кончено. Его подсознание не помнило, что у землянок возможны семь пятниц на неделе... Ладно, мне пора.
Они вдвоём заглянули в рубку. Маур уже полулежал в кресле, опираясь на локоть. Ира шагнула внутрь круглой комнаты, Инто остался в дверях.
«Я тебя предупреждал и предупреждаю ещё раз. Посмотри на неё. Теперь ты ощутил эту бешеную жажду жизни изнутри её сознания. Ты всё понял? Связался с землянкой — будь так добр, приобрети их упрямство плюс к маурскому».
И он ушёл, не прощаясь.
Ира стояла и глядела на кахурианина, глядела долго. Он на неё не смотрел.
Наконец она в раздражении всплеснула руками и вздохнула. Затем ещё раз всплеснула руками.
-Ой, какая я дура! Ты же наверняка хочешь пить и есть!
И с этими словами стремительно унеслась из рубки за припасами. А когда вернулась с хрустальным графином и вознамерилась напоить Ирруора из стаканчика, он снова, как в потустороннем сне, удержал её на расстоянии вытянутой руки от себя.
-Ты что? - удивлённо спросила она. И наткнулась на пристальный взгляд. Этот взгляд был просто спокойным, в нём не осталось ни тепла, ни нежности, ни сияния. Маур с усилием поднялся с кресла, взял у неё из рук то, что она принесла, и поставил на выдвижной столик. Она снова посмотрела ему в глаза, попятилась и выбежала из рубки, давясь слезами.
Да, он вернулся к жизни. Но не простил.
***
Несколько часов она проплакала в своей каюте, потом решила попытать счастья снова. Долго выбирала, что взять из еды, потому что нужно было отыскать что-нибудь лёгкое. Нашла и с этим пришла в рубку.
-Эоро! Я принесла поесть!
-Эоро, - спокойно ответил Ирруор.
И удержал её на расстоянии от себя одним взглядом...
А на третий раз дверь оказалась блокированной. Кахурианин не желал разговаривать с ней вовсе.
Ира вернулась в свою каюту, села на кровать и уставилась в стену широко раскрытыми, невидящими глазами. Что дальше? Ладно, не важно, главное — он жив. Она сидела так неопределённо долгое время, потом легла и свернулась в позе эмбриона. Она поняла, что маур не простит её. Слёз больше не осталось, возникло странное состояние. В груди словно начал проворачиваться остро отточенный раскалённый нож, голова неприятно закружилась. Ира вытянулась во весь рост с закрытыми глазами и больше ни о чём не думала...
Рядом раздался лёгкий шорох, кровать прогнулась под чьим-то весом. Она быстро подумала:
«Я здесь, я в порядке. Люди не умеют уходить, как мауры. Я просто размышляю».
И тут же вскинулась, чтобы посмотреть ему в глаза. Не нашла там того, что хотела отыскать, и упала обратно на подушку.
«Я буду жить, раз тебя так заботит моя смерть. А тебя могу отпустить, найдёшь себе ещё кого-нибудь...»
«Даже искать не буду, останусь одна на всю жизнь. Да и сколько той жизни, не более сотни лет при самом хорошем раскладе, так что какая разница... Я поняла — ты не простишь меня никогда, и ты прав, я же раз за разом буду делать фатальные глупости...»
Голова закружилась сильнее, красная тьма перед закрытыми глазами начала вращаться, словно воронка смерча. Сознание стремительно и муторно затягивало в эту воронку...
Иру резко встряхнули за плечи. Тошнотворное вращение прекратилось, она открыла глаза.
«Ты сказала, что люди не умеют уходить так, как мауры, но только что попыталась сделать именно это».
-Никогда — это слишком долго, - вслух произнёс он и прижал её к себе.
***
Они вдвоём пришли в рубку, а там, не сговариваясь, избегали обсуждения дальнейших планов, обращались друг с другом, словно с хрусталём, и занимались каждый каким-нибудь своим делом.
Ирруор разбирал архив на бортовом компьютере, Ира делала заметки в инфоре.
Изредка они перебрасывались краткими незначащими фразами.
Через некоторое время он заметил, что она избегает приближаться к нему.
В очередной раз, когда она вознамерилась было подойти, но потом остановилась в нескольких шагах, он не стал больше молчать.
-И что тебе снова показалось? Что ты от меня шарахаешься?
-Не я, - выговорила Ира, испуганно глядя на него.
-Не ты? - он удивился.
-Не я... Оказывается, ты очень здорово умеешь держать на расстоянии одним взглядом.
На глазах у неё выступили слёзы.
-Я давно уже не держу тебя на расстоянии, - вздохнул он.
-Но и не смотришь так, как прежде! Я не уверена в том, что именно ты чувствуешь.
-Я тоже не уверен в том, что именно ты чувствуешь. А кто-то ведь говорил, что любит. И даже кричал на весь тот свет. Кто бы это мог быть?
-Я не отказываюсь от своих слов!
-А доказать эти слова действиями решишься?
-Да! Я бы давно доказала, но ты же снова меня оттолкнёшь!
Она не успела начать плакать, как услышала:
-Нет. Не оттолкну.
Она замерла и уставилась на него широко раскрытыми глазами, в которых горело такое неистовое желание приблизиться, такая неуверенность и отчаяние, что он не выдержал, поднялся с кресла, подошёл к ней и притянул её к себе.
-Когда же ты перестанешь бояться меня ?
-Я давно уже не боюсь тебя. Я боюсь всякого остального. Можно?
Она несмело протянула руку к двухцветным волосам.
-Можно. Всё можно.
Тогда она протянула и вторую руку, и запустила пальцы в роскошную чёрно-жёлтую гриву. Её глаза блуждали по его лицу и когда остановились на губах, он склонился к ней и начал её целовать. Она задрожала от волнения пополам с желанием.
-А ты знаком с человеческой анатомией?
-Да, изучал.
-Я хотела сказать, что я девственница.
-Не бойся, больно не будет, обещаю. Я позабочусь о тебе.
-А мне можно будет позаботиться о тебе?
-Да, но попозже. Сначала — для тебя.
Очень скоро она поняла, почему он так сказал. Новые и очень мощные ощущения поглотили её полностью, она уже не могла ни думать, ни двигаться, могла только чувствовать. Она не заметила, как они оба оказались раздеты.
-Какая у тебя потрясающая шёлковая кожа...
И больше уже не могла говорить, задыхаясь от бури чувств.
Она ещё сумела посмотреть на него из-под тяжелеющих век, когда он нёс её из рубки в каюту, потом её веки сомкнулись. Под спиной оказался шёлк постели, а сверху шёлк кожи мощного тела. Сильные и нежные пальцы с их атласными прикосновениями отправились в путешествие по её телу вместе с вихрями энергии. И тогда возникла музыка.
Огромный оркестр восточных или кельтских барабанов зазвучал, набирая скорость и мощь. Сложный, всё время меняющийся, изощрённый ритм то затихал, то поднимался до крещендо, звучал то слитно, то подчёркивая соло какого-либо одного инструмента...
***
Со скучающим видом Манейр полулежала в кресле и наблюдала, как младший брат громит её апартаменты. За долгие годы она привыкла к подобному зрелищу и знала, что потом он ей накупит всяческих предметов роскоши ещё больше и самого лучшего качества.
Хивинч метался по каюте и швырял всем, что попадалось под руку, об пол и в стены.
-Сделай хоть что-нибудь с тем, что там сейчас происходит! - орал он.
-Ты за столько лет ещё не разучился буйствовать? Прекрати беситься, Покоритель Хивов, - безразлично посоветовала она. - С тем, что там сейчас происходит, я уже ничего не сделаю. Я и так предприняла всё возможное. А вот далее можно будет устроить так, что он сам нам её принесёт. Я понимаю, что ты хочешь что-нибудь отобрать у маура, потому что он тебя задел. Но бушевать-то зачем?
-Дело не в том, что маур меня задел! Хотя он задел, нагло встав на моей дороге! Мне нужна эта огненная девчонка! Она хороша!
-Может, и хороша, но это не твоё, ты же мне свои сеансы пересказывал.
-Кто бы говорил. Сама везде с пятнистым котёнком подмышкой таскаешься.
-Это чужая судьба, Хи, не твоя.
-На время сойдёт...
***
-Ну что — ещё? Или хватит?
-Ещё!!!
-Да ты же не человек, ты же — кошка! - в его устах это звучало величайшим комплиментом.
-Маурина, - поправила она с сияющей улыбкой. - Наверно, мауры и люди похожи гораздо больше, чем мы думаем.
-Группа крови у меня такая же, как у людей, АВ, - очень серьёзно ответил Ирруор.
И оба засмеялись.
-А можно теперь мне позаботиться о тебе?
-Можно. Только не пугайся, когда я буду вцепляться когтями в постель... Ты прикасаешься ко мне так, словно поклоняешься божеству, словно я для тебя бесценен...
Она посмотрела на него и вдруг заплакала.
-Что ты? Что с тобой? Устала?
-Нет. Это просто от избытка эмоций.
На самом деле она заплакала потому, что увидела — в его глаза вернулось сияние.
И барабаны загрохотали с новой силой...
Потом, неопределённое время спустя, он попросил:
-Расскажи мне теперь, что произошло в клубе.
Она вздрогнула, посмотрела на него, изменилась в лице, отползла на другой край постели, закусила губы до крови, подтянула к себе подушку и принялась изо всех сил колошматить её, но не кулаками, а раскрытыми ладонями, словно хотела разодрать ткань когтями, которых у неё не было.
-Почему... ты... не выяснил... это... сразу,.. а улёгся умирать?.. А если бы Инто опоздал?!
Он выждал паузу во взмахах тонких рук, схватил её в объятия и принялся неистово целовать.
-К счастью, у меня теперь есть замечательный способ тебя отвлекать.
