ПРОЛОГ
ЗАГЛЯДЫВАЯ НЕМНОГО ВПЕРЁД
– За семь лет, что я здесь живу, в этой деревеньке не происходило ничего интересного. Одни умирают, другие рождаются. Пожалуй, это самые «громкие» новости селения. То, что здесь пропал человек – удивило даже меня, хотя я вообще предпочитаю держаться подальше от этих людей.
– Какова вероятность, что его мог кто-то съесть? – кажется, это первый вопрос по делу, а не упрёк со стороны Ноа.
– Довольно низкая. Хоть раз видел, чтобы дикий зверь заглатывал целиком взрослого мужика, не оставляя даже следов крови на снегу?
– Метель была…
– Метель не скроет эманаций смерти. Я бы почувствовал признаки насильственной смерти. Пусть с поисковым отрядом и старался не пересекаться, но всё же подключился к деревенским, пытаясь помочь со стороны. Я точно могу гарантировать, что в те сутки в лесу никто не умер. Если не считать несчастных участников пищевой цепи, но мы явно не почивших зайцев ищем.
Нельзя было не отметить, с каким пренебрежением некромант разговаривает с тёмным. Даже если чётко отвечает на поставленные вопросы, тон всё равно выдаёт истинное отношение. Интересно, что ему сделали маги этой специализации?
– Значит, ты утверждаешь, что за семь лет тебе не доводилось натыкаться здесь на антимагические зоны, – начал размышлять вслух Ноа и зачем-то принялся разоблачаться.
Я, конечно, тоже избавилась от пальто, но тёмный пошёл дальше и решил снять китель. В отличие от меня, он явился сюда по форме.
Зацепилась за оплетающие шею тату-руны и болезненно скривилась. Отвела взгляд от раздевающегося мужчины и наткнулась на заинтересованный взор уже другого мага. Не знаю, что он прочёл по моему лицу, но это явно не играло мне на руку. Впрочем, некромант быстро сменил объект внимания, и его пристальный взгляд на руны заинтересовал меня не меньше, чем Кариласа моя реакция. Почему мне кажется, что маг смерти признал эти тату?
Левую руку и часть шеи Ноа оплетали геометрические тату. Они носили отнюдь не декоративный характер, а защитный. Только не совсем понятно, кого оберегали: тёмного мага или людей от него. Сам Фашердэш утверждал, что узор позволяет подавлять силу, держа её под контролем. Своего рода печать, глушащая её всплески. И это вполне разумно, ведь семья Фашердэш относится к потомственным тёмным. Почти все её члены обладают достаточно высоким уровнем. У самого Ноа десятка по десяти бальной системе. Хорёк, как компаньон, конечно, помогает скидывать излишки силы, но сильно переутомляется от того, как часто это приходится делать. И, если я не ошибаюсь, у отца и сестры тёмного набиты такие же руны.
Далеко не каждый тёмный прибегал к подобному способу, и я могла бы сказать, что семейство Фашердэш в определённых кругах считалось самым ярким примером применения рун. К слову, их же сила и не позволила роду пробиться в ряды высшей аристократии. Слишком их боялись и старались оттеснить от власти.
– Нет, но я и не брожу по лесу без надобности.
Я, признаться, уже и забыла, что Ноа задал какой-то вопрос, поэтому не сразу поняла, на что вообще Сэм ответил.
Меня очень привлекло то, как некромант изучающе буравил тату. Он ведь знал фамилию тёмного ещё до того, как мы переступили порог домика. Но такое впечатление, что признал его только по рунам. Странно это. Или я себя накручиваю?
Кариласу по виду около тридцати пяти. Последние семь лет он живёт здесь. Значит, перебрался в деревушку почти в нашем возрасте. Учитывая разницу в годах, Сэм и Ноа вряд ли могли знать друг друга в прежней жизни некроманта. На момент переезда мага моему невольному напарнику было девятнадцать, как и мне.
Из этих ненужных сейчас размышлений меня выбил голос Ноа и странные поползновения его компаньона по моему телу. Он что, залез мне под кофту?!
– Сим! – возмутилась, оттянув ворот и уставившись на хитрые глаза хорька, который разместился… кхм, в ложбинке. Точнее, на ней, так как это наглое тельце туда бы не пролезло.
По помещению прокатился хохот мага смерти и какое-то ругательство тёмного.
– А ну забери этого мохнатого развратника! – рыкнула, пытаясь продырявить взглядом лицо мага, искажённое муками. И нет, не совести.
– Прямо оттуда? – подстегнул второй мужчина, которого мне захотелось придушить даже чуть больше тёмного, а это, знаете ли, нужно постараться ещё меня так вывести.
– Чего я там… – кажется, он поперхнулся собственными словами и со свистом выпустил воздух сквозь плотно стиснутые зубы.
– О как, – присвистнул Сэм, ничуть не проникнувшийся моим убийственным видом. – Значит, я оказался прав. Вы любовники.
– Упаси меня госпожа, – открестилась я, понимая, что звучит это очень жалко и глупо. Я, вообще-то, ходила в невестах этого невыносимого мага.
– Ну, видимо, она в тот день взяла выходной, – хмыкнул некромант.
«Ага, на три года».
Но вслух я, конечно, этого не произнесла, хотя по лицу Ноа прочитала то же самое.
ГЛАВА 1
АЛЕСТА
Две недружелюбно настроенные фигуры застыли у двери кабинета начальника. Два человека, упрямо не замечающих друг друга и считающих, что рядом стоит напольная вешалка.
Мне изображать декоративное дополнение коридора было куда сложнее. Я недовольно пыхтела и старалась не вдыхать горький запах парфюма. Делала вид, что это вовсе не меня препарируют две бусинки, принадлежащих хорьку – компаньону тёмного мага. Сам же Ноа Фашердэш угрюмым взглядом изучал табличку на двери полковника. И как она ещё не истлела?
От тёмного щупальцами расходились негативные эмоции. Да и эманация его силы тоже дружелюбностью не отличалась, хоть меня никогда особо не кусала. Так, лишь пробовала на зуб. И я без лишней скромности могу заверить, что один клык об меня всё же сломали.
Стены не скрывали от нас происходящего в кабинете. Между начальником и одним из стихийников разгорелся нешуточный спор, почему мы с тёмным и были вынуждены терпеть общество друг друга. Я нервно барабанила ногтями по сгибу локтя. Ноа мысленно примерял новую табличку на место старой. По этой же причине он неотрывно пялится на золотой прямоугольник?
– Он вас ожидает, – с этими словами из кабинета выскочило лохматое нечто, чья шевелюра не пережила встречу с реагентами в лаборатории. Стихийник ругнулся себе под нос, поминая вредное начальство, и припустил по коридору. Никак боится, что его сейчас окриком вернут в кабинет и продолжат измываться.
Будь на месте Ноа кто-нибудь другой, я непременно переглянулась бы с невольным соратником. Чует моя вредная натура – не просто так нас вызвали на ковёр. Только зачем начальнику потребовался криминалист и помощница штатного некроманта?
Союз весьма сомнительный, надо понимать.
«Надо было это понимать, когда его кольцо два года назад принимала», – изрекла издевательски в своей голове.
В логово полковника я прошла первой и мстительно захлопнула за собой дверь. Жаль, не прищемила магу нос. Когда же тот поравнялся со мной, встав в полушаге от нервной девицы, я смогла приметить, как его хорёк недовольно потирает мордочку. Видимо, хотел спрыгнуть с плеча хозяина, да угодил прямо в закрытую дверь. М-да, нехорошо получилось. Животину травмировать я не собиралась.
– Уважаемые подчинённые.
Произнёс он это таким тоном, что там даже дурак бы понял: мы не заслужили ни уважения этого мага, ни права зваться его подчинёнными.
– Полковник Харпер, у вас что-то срочное? – холодно обронил Ноа, который понятия не имел, что такое субординация и с чем её едят, дабы не заработать несварение. А вот у Харпера проблемы с пищеварением явно приключались регулярно и нашей милостью. Он нас буквально не переваривал, но уволить не мог. Просто так из рядов полицейских не уходят. Тут два пути: либо в гроб, либо на пенсию. На пенсию нам ещё рано, а в гроб как-то не хочется.
Будучи криминалистом, тёмный позволял себе открывать рот там, где девочка «принеси-подай» в моём лице предпочитала терять от него ключик. Именно поэтому я сейчас мимикрировала под напольную вазу, а противный Фашердэш взял слово.
Он его вообще любил брать и раздавать, а вот держать – не очень.
– Да, Фашердэш. Нам поступил сигнал о пропаже человека в черте Цедеша.
Не заметив на наших лицах даже намёка на понимание, мужчина продолжил:
– Деревенька близ столицы.
И снова ноль мыслительной активности на наших постных физиономиях.
– Что-то не упомню таких деревень рядом с Каиралией.
Я же упрямо молчала, так как тоже козырнуть отличными знаниями географии не могла.
– Она расположена в глуби леса, – словно с неохотой протянул начальник, и я заподозрила неладное, – три дня назад там пропал местный житель. Никаких следов, записок и, собственно, причин для ухода из дома. Одним днём ушёл в кузню на работу, а к вечеру не вернулся.
– И при чём тут мы?
Полагаю, под «мы» он подразумевал центральный отдел магической полиции. И я тоже не совсем понимала, почему пропажей человека будем заниматься мы. В столице достаточно полицейских. Наш же отдел не просто так носит имя центрального.
– Я вытянул короткую спичку.
А у нас неприлично вытянулись лица от этого заявления! Ну хоть в чём-то мы с бывшим похожи!
– Простите? – произнесла угрожающе, посрамив и субординацию, и инстинкт самосохранения. Во мне проснулся некромант, а его так просто назад не затолкаешь. – Вы, значит, вытянули короткую спичку, а нам переться в глушь? И это в канун Нового года?!
– Ну какая это тебе глушь, Мэдисон. До столицы два часа.
– Полагаю, не от деревни, а от места, где лес примыкает к трассе? – попыталась уличить его во лжи, прекрасно понимая, что там только по лесу часа четыре шнырять.
Мужчина недовольно пожевал губу, чем лишь подтвердил мою догадку.
– Почему я?
«Почему он» – и так понятно. Криминалист едет собирать улики.
– Потому что единственный толковый маг на всю округу Цедеша – некромант. И он вряд ли будет говорить с кем-то другим. Если пропажа человека имеет магическую причину, то его помощь придётся очень кстати.
– То есть, после допроса я могу вернуться в Каиралию?
– Нет, – пришибли меня ответом, сорвав возмущённый выдох с губ обозлённой некромантки. Спичка, чёрт побери! Я встречу Новый год в глуши из-за спички!
В глуши! С бывшим под боком!
В гробовой тишине кабинета сопели двое: я да хорёк тёмного. Я от досады, тот из чистой вредности. Даже в унисон, что б его.
– Раз привлекли магов, значит, должно быть основание.
Ноа скучающе подпёр плечом массивный шкаф с документами, а я исподволь покосилась на бывшего. Чего он такой обмороженный? Слишком уж спокойный для человека, которому грозит вылазка в дикие степи. И это в компании меня да под Новый год. В мороз без шапки гулял, что ли, и последние мозги выстудил?
С бывшим мы друг друга любили до невозможности. Когда-то давно. Нынче же наши чувства тоже были взаимны. Только прямо противоположны любви. И его спокойствие сейчас меня несколько нервировало.
– Основание есть, но не совсем то, что тебя может устроить, – начальник побарабанил пальцами по столу и, не выдержав, запустил пятерню в светлые волосы, поддёрнутые лёгкой паутинкой седины. Разворошил идеальную укладку и пояснил: – места там дикие и опасные. Полицейский без дара сгинет раньше, чем отыщет пропавшего.
– Отлично. В перспективе у нас ещё и потенциальная возможность стать ужином какого-нибудь медведя, – выдал ворчливо Ноа, а у меня язык аж запекло, как захотелось высказаться.
– Они спят зимой, – всё же позволила себе издёвку, хотя поклялась никогда больше не разговариваться с этим магом и убивать его исключительно взглядом.
Начальник лишь закатил глаза. Мы с Фашердэшем редко позволяли себе высказаться в сторону друг друга, но каждый такой случай отпечатывался в памяти всего отдела. Надо ли говорить, что нас за это очень… любили?
– Ну для спящих мы прихватим некромантку, – поддел меня тот, чьи синие глаза сейчас прожигали во мне дыру. Он словно только понял, что в этом помещении есть кто-то ещё.
– Я их разбудить, по-твоему, должна?
– Напротив, сделать так, чтобы больше не проснулись.
– Живность без причины не трогать, – припечатал Харпер, пытаясь вклиниться в нашу начинающуюся перепалку.
– Не больно-то и хотелось, – фыркнула и очень показательно уставилась на хорька. Не то чтобы я желала его упокоить, но после разрыва помолвки он начал меня раздражать своим поведением и навязчивостью. В то время как некромантка хотела забыть о существовании бывшего, его компаньон всячески напоминал о прошлом.
– Когда выезжаем? – Ноа задал этот вопрос первым, я же продолжала препарировать взглядом его компаньона. Просто у того глаза начали наливаться огнём, что прямо свидетельствовало – хозяин изволит психовать и скидывать излишки магии на подчинённого. Тёмным они для того и нужны, чтобы силу держать под контролем и не поехать крышей. Всё-таки маги крови, как-никак.
– Прямо сейчас. Служебный кар вам выделим.
Полагаю, столь щедрое подношение связано с тем, что на праздничные выходные в отделе останутся лишь дежурные и часть патруля, на который ляжет ответственность за сохранение порядка в городе.
А ещё эта подачка призвана закрыть нам рты, потому что по нашим лицам отлично видно, насколько служащие воодушевлены перспективой встречи Нового года в деревенской глуши.
И нет, мы радеем за спокойствие и безопасность граждан. Мы сделаем всё, чтобы найти пропавшего мужчину. Даже если из глухой деревни нас будут гнать с вилами и факелами. Иного я от людей, скрывшихся в лесной глуши, просто не жду. Некромантов и тёмных там точно не почитают. Единственные маги, которых там могут уважать – стихийные. Они близки с природой.
Только при всём моём стремлении нести исключительно пользу, нутро моё противилось такому раскладу. Я, тёмный лес, канун Нового года и бывший. Почему вообще он? Фашердэш у нас не в единственном числе. Точнее, конечно же, этот противный маг такой один на всю Каиралию (и хвала Смерти), но криминалистов и без него хватает.
Почему, бездна их пожри, он?! Что за мелочная месть со стороны полковника? Да, наша парочка изрядно вытрепала ему нервы своими боевыми действиями, но неужели настолько, что от нас решили избавиться? Иначе я этот сюрприз и не обзову. Из леса выйдет кто-то один. Либо я, либо тёмный. Потому что мы вряд ли вынесем общество друг друга.
– У вас час на сборы вещей. Через час жду вас в этом кабинете для передачи ключей от кара.
Я понятия не имела, где сейчас живёт Фашердэш, но вот мне следовало поторопиться.
Дома меня ждал лишь сдохший папоротник – венец моей магии, которая изволила извести всё живое в квартире. Я даже по этой причине не стала избавляться от покойного. Символично всё-таки.
Баул у меня стоял рядом с диваном, из-за чего я вечно запиналась, но упрямо не желала убирать его в другое место. Вот и накаркала себе отпуск на Новогодние каникулы. Вернусь из леса, сразу же разложу все вещи по полочкам, а баул спрячу в дальний ящик!
Если вернусь…
