Первые годы семейной жизни она сидела дома, варила мужу борщи, родила ему четверых детей. А когда самому младшему исполнилось шесть лет, решила, что с нее хватит, и занялась бизнесом. Сейчас у нее был свой собственный салон красоты, несколько парикмахерских и два магазинчика модной одежды. Так что назвать эту хрупкую, все еще красивую, несмотря на возраст, блондинку беспомощной мог только тот, кто совершенно ее не знал.
День прошел шумно. К вечеру, Марина не чувствовала ног от усталости и начала подозревать, что у нее не в порядке со слухом – от писка детворы гудела голова и хотелось спрятаться подальше ото всех.
Алексей уехал первым, загрузил в микроавтобус свое шумное семейство, туда же уселись и Роман с Ольгой, решившие отправиться в город первым рейсом, семья Сергея. Сам адвокат решил немного задержаться, он вот уже около часа о чем-то беседовал с Богданом, и по их лицам было видно, что разговор серьезный.
Антон со своими девочками тоже отбыл в город – детей требовалось вымыть и уложить спать. На даче, остались только Марина и ее родители, а также Елена с Татьяной, ну и Богдан с Сергеем Ивановичем.
- Ну, хватит уже, - Николай Иванович вмешался в беседу брата, - о своих важных делах разговаривать будете в будни. Мы здесь отдыхать собрались, а не рабочие вопросы решать.
- У меня ненормируемый рабочий день, - съязвил Сергей, - как впрочем, и неделя, и месяц, и вообще… работаю я не по графику, как некоторые, так что…
- Так что собирайся, пора возвращаться в город, - нахмурился Николай и внимательно посмотрел на Богдана. – Криминал? – всего один вопрос, но после него даже Марина почувствовала, как похолодало вокруг.
- Ну что вы, - Богдан не растерялся. – Семейные проблемы. Репутация Сергея Ивановича известна всему городу, а вот получить его консультацию с ходу невозможно. Потому и пришлось ловить момент.
- Знаешь что, Колька, - не смог сдержать ехидства в голосе известный адвокат. – Тебе везде преступники чудятся. Охолони.
- Работа такая, - буркнул Николай, но Марина еще несколько раз замечала, как настороженно он поглядывает на Богдана.
В город они возвращались только вдвоем. Николай Иванович должен был развезти по домам брата и родственниц жены, молодожены уехали раньше. Марина молчаливо смотрела в окно, наблюдая за мельканием деревьев в полоске света от фар. Богдан был задумчив.
Автомобиль остановился у знакомого подъезда. Марина вдруг подумала, что нечто подобное уже один раз было: темень за окном, ее двор, машина и они с Богданом.
В прошлый раз она думала только о том, чтобы сбежать как можно быстрее, теперь же… убегать не хотелось. Нужно было что-то сказать. Хоть что-нибудь, но слова, как назло, никак не желали находиться.
Богдан тоже молчал. О чем он думал в этот момент? Мысль пришедшая в голову подтолкнула молодую женщину к действию. Она повернулась к Богдану и уже готова была задать свой вопрос, но и мужчина вдруг решил проявить инициативу. Он тоже подался в сторону Марины.
Их взгляды встретились. Слова, что еще мгновение назад готовы были сорваться с губ, оказались забыты.
Поцелуй был неторопливым. Каждый их них оставлял право за другим прекратить все это, но никто так этим правом так и не воспользовался.
- Я слишком тороплюсь? – спросил Богдан, отстраняясь.
- Есть такое, - шепнула Марина, не совсем уловив, о чем он вообще спрашивает. Сердце стучало так громко, что казалось, заглушает все остальные звуки, дыхание было частым и прерывистым…
- А, к черту все, - и он снова потянулся к ее губам.
На этот раз был фейерверк. Яркие вспышки, миллионы разных ощущений… Казалось время замерло вокруг них. Просто остановилось. И все прекратило существовать.
- Если я сейчас предложу поехать ко мне, ты откажешься?
Марина сглотнула. Странно, но никакого возмущения его предложение не вызвало. И вот это-то и насторожило, заставило задуматься. Причем, не о том, что пора делать ноги или возмущенно зашипеть в ответ, облить презрением, а совершенно о другом. В голове вертелась лишь только одна мысль: «Два дня. Мы знакомы два дня, а я уже готова перевести отношения на следующий уровень. Ох, Маринка…»
Богдан тоже молчал. Смотрел прямо в глаза, точно бы пытался увидеть в них ответ на свой вопрос.
Марина опустила ресницы, облизала пересохшие вдруг губы. Стало… неловко, что ли? Впрочем, нет, неловкость – это не совсем то, что она сейчас чувствовала.
- Все зависит от того, чем именно будешь искушать, – и голос казался чужим, хрипловатым, и слова давались с трудом.
- Ммм… вариантов не так много, на самом деле.
- Предложишь кофе? – ей вдруг стало смешно, и сдерживаться было все труднее. – Или будешь искушать семейными фотографиями?
- У меня нет семейных фотографий, - произнес Богдан, снова склоняясь к ее лицу. Коснулся губами губ, легко, едва ощутимо, - все альбомы остались у родителей.
Марина зажмурилась. Он не собирался играть. И это… не пугало, нет, наоборот, придавало уверенности в том, что ответ ее будет верен.
- Думаешь, что я тороплю события? – тихо спросил мужчина. Он продолжал сидеть в неудобной позе, придвинувшись почти вплотную.
- Думаю, что торопишь, - кивнула Марина. – Но… почему-то, ничего не имею против.
Вот. Она это сказала. Следующий ход его.
Богдан улыбнулся. Вернулся на свое место и повернул ключ.
- У меня есть замечательный сорт кофе, - ответил только. – Но варить его правильно я не умею.
- Я научу.
Это было похоже на безумие, но какое-то верное безумие. Правильное. Неловкость и стеснительность остались где-то там, в машине, или, быть может, и вовсе оказались забыты на том пешеходном переходе, где они впервые встретились. Марина не знала. Да и знать не хотела. Просто не позволяла себе остановиться и задуматься о том, что это все неправильно или слишком быстро или еще что-то…
Она наслаждалась. Впервые в жизни для нее перестал существовать окружающий мир. Был только этот миг. Только одно мгновение. И так было правильно.
Квартиру Богдана она не рассмотрела. Кофе, впрочем, тоже не попробовала.
Проснулась резко. Открыла глаза и не сразу поняла, где находится. Тускло горел ночник, непонятно каким образом, оказавшийся включенным, освещая незнакомую обстановку, придавая ей загадочный вид. Тени удлинились, очертания у предметов сгладились.
Марина тихонько вздохнула и приподнялась на локте. Огляделась. Вспомнила. Нахмурилась.
Странно, она никак не могла определиться, как же отнестись к тому, что произошло. Вот как? Сожалений не было, ужасаться, впрочем, тоже не тянуло. Плакать? Смешно. Сделать вид, что ничего такого не случилось? Вот как-то даже не тянет.
Снова вздохнула и пошевелилась. За спиной вздохнул Богдан. Этот звук заставил замереть на месте на несколько секунд. Марина осторожно обернулась. Он спал на животе, обнимая ее одной рукой за талию. Расслабленный, довольный… ну, то есть, она так думала.
«Черт, и о чем я думаю?»
Взгляд заметался по спальне, наткнулся на часы, висевшие на стене напротив. Час ночи.
Марина завозилась, пытаясь выбраться из кровати. Раньше она никогда не позволяла себе оставаться на ночь вне дома. Вот придумала себе такое правило еще в институте и с тех пор обычно всегда его придерживалась. И не сказать, что часто приходилось, просто… так было всегда.
- Что? – ее неосторожное движение разбудило Богдана, рука на талии сжалась чуть сильнее.
- Поздно уже, - почему-то шепотом ответила она. – Мне домой нужно.
- Зачем?
Марина замерла. А вот и, правда? Зачем девушке домой? Ну, глупый же вопрос, в самом деле.
- Спи, - не дождавшись внятного ответа, Богдан подтянул ее к себе.
- Но…
- Спи, - прижал сильнее. – Ты мне обещала кофе.
- И? – если это была шутка, то смысла ее Марина не уловила.
- Утром. А сейчас спи.
И он, кажется, снова засопел.
Марина улеглась обратно. Даже глаза закрыла. Полежала немного, но сон не шел. Снова попыталась выползти из-под его руки.
- Ммм… - промычал Богдан что-то невразумительное.
- Мне, правда, пора домой.
- Зачем? – сообразив, что выспаться не суждено, Богдан открыл глаза и сел. Потер лицо руками, отбрасывая волосы со лба.
- Затем, - очень информативно ответила Марина.
Он, кажется, понял.
- Что не так?
- Все так, - она замялась, пожала плечами. – Просто… я всегда ночую дома. Это правило…
- Правила принято нарушать, - решительно оборвал он ее невразумительное мычание. – Еще аргументы?
Аргументов больше не нашлось, ну, по крайней мере, таких, которые бы он не отмел одним словом.
- У меня два варианта, - вдруг хитро прищурился Богдан. – Или мы спим, или…
- Или?
- Или не спим, - он потянулся и опрокинул ее на кровать, навис сверху. – И второй мне нравится гораздо больше.
О том, что она всегда ночует в собственной постели, Марина больше не вспоминала. Не до того было.
Марина отерла ладонью запотевшее зеркало. Стояла напротив, всматривалась в свое отражение, а в голове – ни единой мысли. Нет, не так, не единой разумной мысли.
Когда она открыла глаза, за окном было позднее утро, Богдан, судя по всему, давно проснулся и даже успел принять душ, а она…
Было неловко. Как-то… странно.
Но не будешь же прятаться в ванной вечность, надо бы уже и выйти. И заговорить с ним. О чем? Вот о чем ей с ним говорить?
Марина зажмурилась и потрясла головой, в очередной раз потерла руками лицо, благо косметики на нем после душа не наблюдалось.
И вот это тоже. Какая нормальная женщина будет чувствовать себя уверенно, появляясь перед мужчиной, с которым провела ночь, без макияжа? Вот то-то и оно… Но делать нечего, рано или поздно придется все же выйти отсюда. И встретиться с ним. Что-то сказать. А что? И хоть какая бы умная мысль в голове появилась, так нет же, все ерунда какая-то лезет.
Телефон в заднем кармане завибрировал и тут же успокоился. Марина вздохнула, вытащила аппарат, прочитала сообщение и снова спрятала телефон. Хорошо еще, что вчера хватила ума послать матери сообщение, что появится дома поздно. И не то чтобы ее контролировали или там, комендантский час вводили. Нет, она – взрослая женщина и вольна распоряжаться своими временем и… вообще собой как угодно. Но поставить в известность родителей обязана была.
Марина снова вздохнула, в последний раз посмотрела на свое отражение и вышла из ванной. Остановилась в коридоре, оглядываясь. Вчера ей было вот как-то не до обстановки и рассмотреть квартиру Богдана она не успела. А утром, после того, как проснулась в его постели, так торопилась поскорее спрятаться в ванной, что не стала вертеть головой по сторонам. Теперь же… торопиться было некуда.
Квартира была большой. Огромный коридор, светлый, какой-то… словно наполненный воздухом. Справа широкая арка, из-за которой виднеется огромная гостиная. Большие окна пропускали достаточно света, белая обивка мебели, ковер на полу с пушистым ворсом… тоже белоснежный, светлые стены, легкий тюль… вот вроде и красиво, стильно, наверное, но как-то… обезличено. Нет ни безделушек, так дорогих сердцу, ни фотографий – только картины, развешенные по стенам. А декоративные подушки, так и вовсе, скорее всего, разложены в строгом беспорядке, под определенным углом… как в журнале.
Впереди виднелась дверь в кухню. Прикрыта не плотно и… там был Богдан, и туда не хотелось.
Марина покосилась на еще одну дверь – в прихожую. Сейчас бы развернуться и сбежать, да только… глупо это и по-детски. А она давно уже вышла из того возраста, когда можно позволять себе подобные глупости. Нет, надо собраться с духом и…
Она сделала несколько шагов по направлению к кухне. Оказалась как раз рядом с дверью в спальню. Вспомнила, что было ночью и проскочила мимо почти бегом. Стыдно не стало, нет. Просто…
- Доброе утро, - Богдан приоткрыл дверь кухни. Он улыбался. Растрепанный слегка, в легких светлых брюках и футболке. Домашний весь такой, точно плюшевый медвежонок. Даже потискать захотелось и губы растянулись в идиотской улыбке.
- Д-доброе, - Марина мысленно отругала себя за нерешительность. – Пахнет… кофе?
- Завтракать будешь? – он посторонился, давая ей возможность пройти на кухню. Двинулся следом.
- Эм.. нет, - Марина качнула головой и сделала глубокий вдох. Кофе пах одуряющее. Она не то чтобы очень уж любила этот напиток, да и ценитель из нее был неважный. Но аромат свежесваренного кофе обожала больше, чем вкус. Даже специально купила себе кофемолку и турку, хоть и редко пользовалась ими, предпочитая покупать уже молотый кофе. Да и в семье ее к этому напитку относились с прохладцей. Николай Иванович пил только растворимый из банки, когда надо плеснуть кипятка – и пожалуйте, можно употреблять. Ирина Дмитриевна так и вообще кофе не жаловала, а если и позволяла себе чашечку с утра, так только с молоком и сахаром.
- Ты… принципиально не завтракаешь или... – Богдан вернулся в плите и принялся разливать густой черный напиток из турки в маленькие белоснежные чашечки. Марина скривилась, но тут же отвернулась, чтобы он не заметил гримасы – такими вот порциями она кофе точно не уважала. Не успеешь глотнуть, как он уже закончился.
- Когда как, - она все же нашла в себе силы улыбнуться, когда принимала от него посудинку, в которой кофе было разве что понюхать. – Сейчас не хочется.
- Сахар, сливки?
- Нет, - мотнула головой молодая женщина и приблизилась к окну. В кухне оно тоже было огромное. Выглянула через стекло и поразилась…
- Антон живет в этом же районе. А вчера я даже не обратила внимания.
- Ну да… - Богдан стоял позади. Очень близко, Марина буквально ощущала тепло, исходящее от его тела, но повернуться сил не нашла. Так и продолжала рассматривать улицу, дорогу, по которой уже спешили автомобили.
Район был новым. И очень престижным. Антону повезло, смог приобрести квартиру в паре домов от Богдана – теперь Марина узнавала местность, была здесь у брата неоднократно. Впрочем, чему удивляться, Арбенины ведь не простые горожане, им-то такое жилье явно по плечу.
- Жалеешь, - Богдан не спрашивал.
- Нет, - ответила даже быстрее, чем успела осознать вопрос. – Просто… быстро все… и я… растерялась. Не знаю, что говорить, как вести себя…
Он вздохнул, поставил на стол свою чашку, отобрал чашку у Марины – она так и не попробовала напиток – и, обняв за плечи, развернул ее лицом к себе.
- Будь собой. Вчера… - он улыбнулся, без насмешки или ехидства, просто… улыбкой. Спокойной такой. И сразу стало немножко легче, даже получилось растянуть губы в ответ, - ты была естественной со своей семьей. Ну а, что касается скорости… мы уже давно не дети, нам нет смысла тянуть.
- Да, наверное, - она пожала плечами. Но взгляд все же отвела в сторону. Наткнулась на две чашки с кофе, турку на выключенной уже плите. – Ты говорил вчера, что не умеешь варить кофе, - глупость сморозила, но надо же было хоть как-то разрядить обстановку.
- Я немного… преуменьшил свои таланты.
- Ага, - и они снова замолчали.
Странно, но тишина эта больше не давила, была уютной, что ли.
- Мне надо домой, - наконец, выдохнула Марина и даже нашла в себе смелость посмотреть на него. – Мои меня потеряли и…
- У тебя есть планы на сегодня?
- Нет, но…
- Тогда проведи этот день со мной.
- Но… - неожиданно, но так хотелось согласиться. – Хорошо, - она все же сдалась. Почему бы нет? Он был прав – они давно взрослые люди, да и ей хотелось. – Только домой мне все равно необходимо, хотя бы для того, чтобы переодеться.
День прошел шумно. К вечеру, Марина не чувствовала ног от усталости и начала подозревать, что у нее не в порядке со слухом – от писка детворы гудела голова и хотелось спрятаться подальше ото всех.
Алексей уехал первым, загрузил в микроавтобус свое шумное семейство, туда же уселись и Роман с Ольгой, решившие отправиться в город первым рейсом, семья Сергея. Сам адвокат решил немного задержаться, он вот уже около часа о чем-то беседовал с Богданом, и по их лицам было видно, что разговор серьезный.
Антон со своими девочками тоже отбыл в город – детей требовалось вымыть и уложить спать. На даче, остались только Марина и ее родители, а также Елена с Татьяной, ну и Богдан с Сергеем Ивановичем.
- Ну, хватит уже, - Николай Иванович вмешался в беседу брата, - о своих важных делах разговаривать будете в будни. Мы здесь отдыхать собрались, а не рабочие вопросы решать.
- У меня ненормируемый рабочий день, - съязвил Сергей, - как впрочем, и неделя, и месяц, и вообще… работаю я не по графику, как некоторые, так что…
- Так что собирайся, пора возвращаться в город, - нахмурился Николай и внимательно посмотрел на Богдана. – Криминал? – всего один вопрос, но после него даже Марина почувствовала, как похолодало вокруг.
- Ну что вы, - Богдан не растерялся. – Семейные проблемы. Репутация Сергея Ивановича известна всему городу, а вот получить его консультацию с ходу невозможно. Потому и пришлось ловить момент.
- Знаешь что, Колька, - не смог сдержать ехидства в голосе известный адвокат. – Тебе везде преступники чудятся. Охолони.
- Работа такая, - буркнул Николай, но Марина еще несколько раз замечала, как настороженно он поглядывает на Богдана.
В город они возвращались только вдвоем. Николай Иванович должен был развезти по домам брата и родственниц жены, молодожены уехали раньше. Марина молчаливо смотрела в окно, наблюдая за мельканием деревьев в полоске света от фар. Богдан был задумчив.
Автомобиль остановился у знакомого подъезда. Марина вдруг подумала, что нечто подобное уже один раз было: темень за окном, ее двор, машина и они с Богданом.
В прошлый раз она думала только о том, чтобы сбежать как можно быстрее, теперь же… убегать не хотелось. Нужно было что-то сказать. Хоть что-нибудь, но слова, как назло, никак не желали находиться.
Богдан тоже молчал. О чем он думал в этот момент? Мысль пришедшая в голову подтолкнула молодую женщину к действию. Она повернулась к Богдану и уже готова была задать свой вопрос, но и мужчина вдруг решил проявить инициативу. Он тоже подался в сторону Марины.
Их взгляды встретились. Слова, что еще мгновение назад готовы были сорваться с губ, оказались забыты.
Поцелуй был неторопливым. Каждый их них оставлял право за другим прекратить все это, но никто так этим правом так и не воспользовался.
- Я слишком тороплюсь? – спросил Богдан, отстраняясь.
- Есть такое, - шепнула Марина, не совсем уловив, о чем он вообще спрашивает. Сердце стучало так громко, что казалось, заглушает все остальные звуки, дыхание было частым и прерывистым…
- А, к черту все, - и он снова потянулся к ее губам.
На этот раз был фейерверк. Яркие вспышки, миллионы разных ощущений… Казалось время замерло вокруг них. Просто остановилось. И все прекратило существовать.
- Если я сейчас предложу поехать ко мне, ты откажешься?
Прода от 29.10.2017, 00:08
Марина сглотнула. Странно, но никакого возмущения его предложение не вызвало. И вот это-то и насторожило, заставило задуматься. Причем, не о том, что пора делать ноги или возмущенно зашипеть в ответ, облить презрением, а совершенно о другом. В голове вертелась лишь только одна мысль: «Два дня. Мы знакомы два дня, а я уже готова перевести отношения на следующий уровень. Ох, Маринка…»
Богдан тоже молчал. Смотрел прямо в глаза, точно бы пытался увидеть в них ответ на свой вопрос.
Марина опустила ресницы, облизала пересохшие вдруг губы. Стало… неловко, что ли? Впрочем, нет, неловкость – это не совсем то, что она сейчас чувствовала.
- Все зависит от того, чем именно будешь искушать, – и голос казался чужим, хрипловатым, и слова давались с трудом.
- Ммм… вариантов не так много, на самом деле.
- Предложишь кофе? – ей вдруг стало смешно, и сдерживаться было все труднее. – Или будешь искушать семейными фотографиями?
- У меня нет семейных фотографий, - произнес Богдан, снова склоняясь к ее лицу. Коснулся губами губ, легко, едва ощутимо, - все альбомы остались у родителей.
Марина зажмурилась. Он не собирался играть. И это… не пугало, нет, наоборот, придавало уверенности в том, что ответ ее будет верен.
- Думаешь, что я тороплю события? – тихо спросил мужчина. Он продолжал сидеть в неудобной позе, придвинувшись почти вплотную.
- Думаю, что торопишь, - кивнула Марина. – Но… почему-то, ничего не имею против.
Вот. Она это сказала. Следующий ход его.
Богдан улыбнулся. Вернулся на свое место и повернул ключ.
- У меня есть замечательный сорт кофе, - ответил только. – Но варить его правильно я не умею.
- Я научу.
Это было похоже на безумие, но какое-то верное безумие. Правильное. Неловкость и стеснительность остались где-то там, в машине, или, быть может, и вовсе оказались забыты на том пешеходном переходе, где они впервые встретились. Марина не знала. Да и знать не хотела. Просто не позволяла себе остановиться и задуматься о том, что это все неправильно или слишком быстро или еще что-то…
Она наслаждалась. Впервые в жизни для нее перестал существовать окружающий мир. Был только этот миг. Только одно мгновение. И так было правильно.
Квартиру Богдана она не рассмотрела. Кофе, впрочем, тоже не попробовала.
***
Проснулась резко. Открыла глаза и не сразу поняла, где находится. Тускло горел ночник, непонятно каким образом, оказавшийся включенным, освещая незнакомую обстановку, придавая ей загадочный вид. Тени удлинились, очертания у предметов сгладились.
Марина тихонько вздохнула и приподнялась на локте. Огляделась. Вспомнила. Нахмурилась.
Странно, она никак не могла определиться, как же отнестись к тому, что произошло. Вот как? Сожалений не было, ужасаться, впрочем, тоже не тянуло. Плакать? Смешно. Сделать вид, что ничего такого не случилось? Вот как-то даже не тянет.
Снова вздохнула и пошевелилась. За спиной вздохнул Богдан. Этот звук заставил замереть на месте на несколько секунд. Марина осторожно обернулась. Он спал на животе, обнимая ее одной рукой за талию. Расслабленный, довольный… ну, то есть, она так думала.
«Черт, и о чем я думаю?»
Взгляд заметался по спальне, наткнулся на часы, висевшие на стене напротив. Час ночи.
Марина завозилась, пытаясь выбраться из кровати. Раньше она никогда не позволяла себе оставаться на ночь вне дома. Вот придумала себе такое правило еще в институте и с тех пор обычно всегда его придерживалась. И не сказать, что часто приходилось, просто… так было всегда.
- Что? – ее неосторожное движение разбудило Богдана, рука на талии сжалась чуть сильнее.
- Поздно уже, - почему-то шепотом ответила она. – Мне домой нужно.
- Зачем?
Марина замерла. А вот и, правда? Зачем девушке домой? Ну, глупый же вопрос, в самом деле.
- Спи, - не дождавшись внятного ответа, Богдан подтянул ее к себе.
- Но…
- Спи, - прижал сильнее. – Ты мне обещала кофе.
- И? – если это была шутка, то смысла ее Марина не уловила.
- Утром. А сейчас спи.
И он, кажется, снова засопел.
Марина улеглась обратно. Даже глаза закрыла. Полежала немного, но сон не шел. Снова попыталась выползти из-под его руки.
- Ммм… - промычал Богдан что-то невразумительное.
- Мне, правда, пора домой.
- Зачем? – сообразив, что выспаться не суждено, Богдан открыл глаза и сел. Потер лицо руками, отбрасывая волосы со лба.
- Затем, - очень информативно ответила Марина.
Он, кажется, понял.
- Что не так?
- Все так, - она замялась, пожала плечами. – Просто… я всегда ночую дома. Это правило…
- Правила принято нарушать, - решительно оборвал он ее невразумительное мычание. – Еще аргументы?
Аргументов больше не нашлось, ну, по крайней мере, таких, которые бы он не отмел одним словом.
- У меня два варианта, - вдруг хитро прищурился Богдан. – Или мы спим, или…
- Или?
- Или не спим, - он потянулся и опрокинул ее на кровать, навис сверху. – И второй мне нравится гораздо больше.
О том, что она всегда ночует в собственной постели, Марина больше не вспоминала. Не до того было.
Прода от 30.10.2017, 22:44
***
Марина отерла ладонью запотевшее зеркало. Стояла напротив, всматривалась в свое отражение, а в голове – ни единой мысли. Нет, не так, не единой разумной мысли.
Когда она открыла глаза, за окном было позднее утро, Богдан, судя по всему, давно проснулся и даже успел принять душ, а она…
Было неловко. Как-то… странно.
Но не будешь же прятаться в ванной вечность, надо бы уже и выйти. И заговорить с ним. О чем? Вот о чем ей с ним говорить?
Марина зажмурилась и потрясла головой, в очередной раз потерла руками лицо, благо косметики на нем после душа не наблюдалось.
И вот это тоже. Какая нормальная женщина будет чувствовать себя уверенно, появляясь перед мужчиной, с которым провела ночь, без макияжа? Вот то-то и оно… Но делать нечего, рано или поздно придется все же выйти отсюда. И встретиться с ним. Что-то сказать. А что? И хоть какая бы умная мысль в голове появилась, так нет же, все ерунда какая-то лезет.
Телефон в заднем кармане завибрировал и тут же успокоился. Марина вздохнула, вытащила аппарат, прочитала сообщение и снова спрятала телефон. Хорошо еще, что вчера хватила ума послать матери сообщение, что появится дома поздно. И не то чтобы ее контролировали или там, комендантский час вводили. Нет, она – взрослая женщина и вольна распоряжаться своими временем и… вообще собой как угодно. Но поставить в известность родителей обязана была.
Марина снова вздохнула, в последний раз посмотрела на свое отражение и вышла из ванной. Остановилась в коридоре, оглядываясь. Вчера ей было вот как-то не до обстановки и рассмотреть квартиру Богдана она не успела. А утром, после того, как проснулась в его постели, так торопилась поскорее спрятаться в ванной, что не стала вертеть головой по сторонам. Теперь же… торопиться было некуда.
Квартира была большой. Огромный коридор, светлый, какой-то… словно наполненный воздухом. Справа широкая арка, из-за которой виднеется огромная гостиная. Большие окна пропускали достаточно света, белая обивка мебели, ковер на полу с пушистым ворсом… тоже белоснежный, светлые стены, легкий тюль… вот вроде и красиво, стильно, наверное, но как-то… обезличено. Нет ни безделушек, так дорогих сердцу, ни фотографий – только картины, развешенные по стенам. А декоративные подушки, так и вовсе, скорее всего, разложены в строгом беспорядке, под определенным углом… как в журнале.
Впереди виднелась дверь в кухню. Прикрыта не плотно и… там был Богдан, и туда не хотелось.
Марина покосилась на еще одну дверь – в прихожую. Сейчас бы развернуться и сбежать, да только… глупо это и по-детски. А она давно уже вышла из того возраста, когда можно позволять себе подобные глупости. Нет, надо собраться с духом и…
Она сделала несколько шагов по направлению к кухне. Оказалась как раз рядом с дверью в спальню. Вспомнила, что было ночью и проскочила мимо почти бегом. Стыдно не стало, нет. Просто…
- Доброе утро, - Богдан приоткрыл дверь кухни. Он улыбался. Растрепанный слегка, в легких светлых брюках и футболке. Домашний весь такой, точно плюшевый медвежонок. Даже потискать захотелось и губы растянулись в идиотской улыбке.
- Д-доброе, - Марина мысленно отругала себя за нерешительность. – Пахнет… кофе?
- Завтракать будешь? – он посторонился, давая ей возможность пройти на кухню. Двинулся следом.
- Эм.. нет, - Марина качнула головой и сделала глубокий вдох. Кофе пах одуряющее. Она не то чтобы очень уж любила этот напиток, да и ценитель из нее был неважный. Но аромат свежесваренного кофе обожала больше, чем вкус. Даже специально купила себе кофемолку и турку, хоть и редко пользовалась ими, предпочитая покупать уже молотый кофе. Да и в семье ее к этому напитку относились с прохладцей. Николай Иванович пил только растворимый из банки, когда надо плеснуть кипятка – и пожалуйте, можно употреблять. Ирина Дмитриевна так и вообще кофе не жаловала, а если и позволяла себе чашечку с утра, так только с молоком и сахаром.
- Ты… принципиально не завтракаешь или... – Богдан вернулся в плите и принялся разливать густой черный напиток из турки в маленькие белоснежные чашечки. Марина скривилась, но тут же отвернулась, чтобы он не заметил гримасы – такими вот порциями она кофе точно не уважала. Не успеешь глотнуть, как он уже закончился.
- Когда как, - она все же нашла в себе силы улыбнуться, когда принимала от него посудинку, в которой кофе было разве что понюхать. – Сейчас не хочется.
- Сахар, сливки?
- Нет, - мотнула головой молодая женщина и приблизилась к окну. В кухне оно тоже было огромное. Выглянула через стекло и поразилась…
- Антон живет в этом же районе. А вчера я даже не обратила внимания.
- Ну да… - Богдан стоял позади. Очень близко, Марина буквально ощущала тепло, исходящее от его тела, но повернуться сил не нашла. Так и продолжала рассматривать улицу, дорогу, по которой уже спешили автомобили.
Район был новым. И очень престижным. Антону повезло, смог приобрести квартиру в паре домов от Богдана – теперь Марина узнавала местность, была здесь у брата неоднократно. Впрочем, чему удивляться, Арбенины ведь не простые горожане, им-то такое жилье явно по плечу.
- Жалеешь, - Богдан не спрашивал.
- Нет, - ответила даже быстрее, чем успела осознать вопрос. – Просто… быстро все… и я… растерялась. Не знаю, что говорить, как вести себя…
Он вздохнул, поставил на стол свою чашку, отобрал чашку у Марины – она так и не попробовала напиток – и, обняв за плечи, развернул ее лицом к себе.
- Будь собой. Вчера… - он улыбнулся, без насмешки или ехидства, просто… улыбкой. Спокойной такой. И сразу стало немножко легче, даже получилось растянуть губы в ответ, - ты была естественной со своей семьей. Ну а, что касается скорости… мы уже давно не дети, нам нет смысла тянуть.
- Да, наверное, - она пожала плечами. Но взгляд все же отвела в сторону. Наткнулась на две чашки с кофе, турку на выключенной уже плите. – Ты говорил вчера, что не умеешь варить кофе, - глупость сморозила, но надо же было хоть как-то разрядить обстановку.
- Я немного… преуменьшил свои таланты.
- Ага, - и они снова замолчали.
Странно, но тишина эта больше не давила, была уютной, что ли.
- Мне надо домой, - наконец, выдохнула Марина и даже нашла в себе смелость посмотреть на него. – Мои меня потеряли и…
- У тебя есть планы на сегодня?
- Нет, но…
- Тогда проведи этот день со мной.
- Но… - неожиданно, но так хотелось согласиться. – Хорошо, - она все же сдалась. Почему бы нет? Он был прав – они давно взрослые люди, да и ей хотелось. – Только домой мне все равно необходимо, хотя бы для того, чтобы переодеться.
